Read the book: «Лулу»

ВСТУПЛЕНИЕ.

Это история о моей жизни… Довольно скучное начало, но мою жизнь уж точно нельзя назвать скучной. Не то чтобы она отличается чем-то веселым… Порой она грустная, но все же добрая. Эта история о заботе, любви и издевательствах, о страданиях, ненависти и горе. Что ж, думаю, вы сами поймёте, когда прочитаете.

Луиза Джексон, семнадцать лет. Эта девушка живет самой обычной жизнью: ходит в обычную школу, хотя, как говорят ее одноклассники, ей стоило бы пойти в школу для умственно отсталых… Но почему?! Я ведь такая же, как все! Живу в обычном доме, ем обычную пищу, общаюсь с немногими обычными людьми… Всё было бы хорошо, если бы не катаракта. Объясню. Мой левый глаз ярко-голубого цвета, он выглядит отлично, чувствует себя прекрасно. А правый… Он бледный, невзрачный…Он не способен видеть. Я слепа наполовину. Всю жизнь мне приходилось носить повязку на глазу, и из-за неё надо мной издевались.

Все мечтали сорвать с меня повязку. И это вызвало у меня страх, что кто-то, кроме папы, увидит меня без нее…

Глава 1. Поступление в гимназию.

— Лулу, вставай! Новая школа зовет!

Я вскочила на кровати.

— Аа… Да, точно…

Я взяла с тумбочки повязку и стала рассматривать ее в своих руках.

— Что ж, новая школа, новые знакомства, новая ненависть.

Я сглотнула, натянула повязку и пошла на кухню.

— Привет, пап. Что нового?

Отец улыбнулся.

— Привет, солнышко. Все хорошо.

Я подошла к нему и положила руки ему на плечи.

— Опять всю ночь работал? — с мягким укором спросила я

— Как всегда. Уж прости, что я не слежу за собой. Мне надо семью обеспечивать.

И он легонько потрепал меня за щеку.

— Пока, пап! Люблю тебя!

Я вышла из машины и огляделась. Передо мной было огромное здание с жуткими стенами.

— О, черт…

Чуть прикрыв повязку волосами, я направилась ко входу.

Я села за парту и стала раскладывать тетради.

— Новая ученица? — услышала я.

— Возможно, — спокойно ответила я. — А что ты из себя представляешь?

— Староста.

Я смутилась.

— А-а…ну, понятно.

Со старостами шутки плохи, с ними надо быть осторожнее. По крайней мере я так всегда думала. Именно поэтому я смутилась еще больше, когда услышала беззаботное:

— Голову хоть поверни, дай взглянуть на тебя.

— Не уверена, что ты обрадуешься, когда увидишь…

Парень насторожился.

— Почему это? У тебя бородавка на носу?

Да уж, староста. Я хмыкнула.

— Нет.

— Нос с горбинкой?

Думаю, по многозначительному молчанию он мог догадаться, что его вторая попытка оказалась провальной. Оппонент пододвинулся ближе.

— Ну а что тогда?

Я повернула голову и посмотрела на него. Это был высокий, почти долговязый парень с чуть растрепанными черными волосами и темно-карими глазами. В ухе у него блестела серьга в форме кольца. Если игнорировать максимально заурядные черты лица, он мог бы сойти за "сексуального бунтаря" из любовного романа. Только выражение абсолютно не соответствующее, высокомерным он точно не выглядел. А вот его маниакальное желание ввести в разговор все же раздражало.

Парень задумчиво оглядел мое лицо, что заставило меня почувствовать легкое сомнение. Что обычно говорят парни его возраста при виде такой новенькой как я?

— Ты красивая, — сказал он.

— Что? — я опешила.

Парень улыбнулся, но ничего не ответил.

Казалось, он не заметил медицинскую повязку, которая все это время прикрывала мой глаз.

— Я Том, — он протянул руку.

Я взглянула на его ладонь.

— Лулу...Луиза, короче.

Я надеялась, что после нашего "диалога" он больше не станет подходить к моей парте.

Но тут парень достал рюкзак и стал раскладывать свои вещи

Я изумленно посмотрела на него.

— Что? — спросил Том, заметив мой взгляд.

— Ничего.

Ненавижу старост.

Я отвернулась и продолжила раскладывать вещи.

Неожиданно, из дальнего конца класса я услышала какое-то слово. Оно было произнесено резко и с неприятной интонацией. Все бы ничего, но мне показалось, что произнесли слово "одноглазая".

Я вздрогнула и инстинктивно опустила голову к парте.

Староста тоже услышал. Он слегка выпрямился, но не стал ничего делать или говорить. Мы с ним не были хорошо знакомы, и он не должен был сразу заступиться за меня. Но при этом, вид у него был такой, словно его сильно оскорбили.

Весь день я старалась не отходить от Тома. Не знаю, почему. Возможно, из-за того, что этому добродушному весельчаку я доверяла намного больше, чем людям, у которых был потенциал в плане травли. Честно, я боялась даже взглянуть на одноклассников, не то, что встать рядом с ними. Наверное, поэтому мне становилось неловко, когда я не разговаривала с Томом, но при этом не отходила от него ни на шаг.

— Знаешь, — сказал он мне на уроке алгебы, — мне кажется, нам можно дружить.

Я повернула голову и посмотрела на него. В его интонации не было никакого расчета или желания получить выгоду. Но произнесенная им фраза звучала странно.

— А что?

— Ничего, — он записал в тетрадь очередную формулу и взглянул на меня, — почему бы и нет?

Я смутилась. Неужели так в обычной жизни люди заводят дружбу?

— Почему бы и нет.

После уроков я схватила свой рюкзак, перекинула его через плечо и, как можно быстрее, направилась к выходу.

— Тебя проводить? — пытаясь догнать меня, спросил Том.

Я кивнула. Все равно одной скучно идти, а так хоть какая-то компания.

Сначала мы шли молча.

— Почему я? — неожиданно для самой себя спросила я.

Том посмотрел на меня. Он понял.

— Потому что ты новенькая. Я всегда стараюсь найти общий язык с новичками.

В этом есть логика.

— Когда я сам был новеньким в этой школе, приняли меня не очень радушно. Когда я стал старостой, то решил всегда дружелюбно общаться с новыми учениками.

Он улыбнулся мне. После мерзкого прозвища "одноглазая" эта улыбка показалась мне чем-то очень светлым и теплым. То, к чему ты сам всегда тянешься.

И я улыбнулась в ответ.

– Дай мне свой номер, – вдруг сказал Том. – Хочу быть с тобой на связи.

Мы обменялись номерами.

Наконец, когда мы дошли до моего дома, Том помахал мне рукой и скрылся за поворотом.

Я прижала телефон к груди и снова улыбнулась.

Я проснулась в шесть утра от телефонного звонка.

Вскочив на кровати, я схватила телефон.

"Лулу, доброе утро! Прости, что так рано звоню. Прогуляемся сегодня?"

– Ох, привет. Можно было и не звонить так рано… Ой, то есть да. Давай погуляем.

"Отлично! Ровно в восемь я буду ждать тебя у твоего дома."

– Погоди! – Но Том уже положил трубку.

Я вздохнула и опустила голову на подушку.

Все-таки вставать рано в выходные – это здорово. Как люди вообще умудряются просыпаться так рано?

Я взглянула в сторону шкафа. Может, чтобы не портить свою репутацию, стоит одеться поприличнее?

Надев повязку, я подошла к шкафу.

У меня есть голубое платье, гольфы… Можно надеть мои любимые белые туфли…

Я стояла у зеркала и смотрела на свое отражение: "Я выгляжу как кукла! Если, конечно, не считать повязки…" Ладно, черт с этой одеждой! Уже пора выходить. Я вздохнула и вышла из дома.

"Бу!" – Я вскрикнула и чуть не упала.

Том вовремя подхватил меня.

– Извините, мадам, я не знал, что вы такая пугливая.

– Почему это я – мадам? – спросила я, выбираясь из его объятий.

– Ну, а как тебя еще назвать в таком наряде?

Том был одет в темно-зеленую потертую кофту и рваные джинсы.

"Оу," – я оглядела его со всех сторон и поняла, насколько я была меркантильной.

Том же вполне спокойно отреагировал на мой наряд.

– Идем?

Не дожидаясь ответа, он взял меня под руку и потащил в сторону парка.

– Ты как давно здесь живешь? – с интересом, глядя на меня, спросил он.

– Как ты узнал, что я здесь не жила? – хмыкнула я.

– Я тебя раньше не видел, а переходить в новую школу в начале учебного года в своем же городе было бы странно, – поправляя мою повязку, спокойно сказал Том.

Я смутилась. Глаз я считала очень личной частью тела; кроме папы, к нему никто не смел прикасаться.

– Лулу, – вдруг позвал меня Том.

– А?

Парень повернул голову и странно посмотрел на меня.

– Знаешь, почему я сел с тобой за одну парту?

Я помотала головой.

Том вздохнул.

– Когда я увидел, как ты прячешь лицо за волосами, я сразу понял, что в нашем классе тебя съедят. Ты не представляешь, какие жестокие чудовища учатся с нами…

Он почесал затылок.

Вдруг парень хмыкнул.

– Прости, что напугал тебя прямо перед занятиями.