Read the book: «Перекрёстки миров»
Глава 1. Призрак прошлого.
Утро. Август. Лежа на диване в гостиной, я смотрела в окно.
На небе появилось раннее солнце, которое выглядывало из-за угрюмых туч и уже отдавало все свое тепло земле. Хоть этого тепла было не много, но его хватило бы для того, чтобы сделать сегодняшний день через чур жарким для этого времени года. Ветер колыхал макушки слегка пожелтевших деревьев и хоть он спасал от палящего солнца, но был удушающе теплым. Лето в этом году затянулось и не хотело уходить.
"Как же я хочу спать" – моя первая мысль после осознания того, что уже девять утра. Глядя на то, как плывут по небу тучи, я снова начинала погружаться в свои мысли и в наваливающуюся на меня дремоту. Сонливость не к добру, наверное, все-таки будет дождь.
Сегодня был не простой день, а годовщина моих родителей. Обычно они не праздновали "не круглую" дату, но в этом году захотели пригласить друзей семьи. Нужно было помочь все приготовить к приходу гостей. И в этот самый момент я поняла, что не хочу этого. Гости, праздник, суета. Нельзя сказать, что я не любила, когда к нам кто-то приходит, просто…мне почему-то казалось, что сегодня не лучший день для этого. Настроение было паршивое. Может быть я просто не выспалась?
– Рокси! Вставай уже! Хватит валяться, – услышала я голос из кухни.
Это кричала мама. Ее звали Грэймс. Высокая, стройная для своего возраста женщина. Волосы длиной до плеч с красным оттенком. Это не тот кровавый цвет, который бросается в глаза. Скорее легкое переливание цветов из каштанового в бардовый. Я всегда восхищалась ей и хотела быть на нее похожа. Она была добрая, позитивная, безумно красивая и бодрая, всегда чем-то занималась, делала что-то для себя или для нашей семьи. Я ни разу не видела, что бы она просто так сидела на месте. Ее руки всегда были чем-то заняты. Чего не скажешь обо мне…
Как там было? "Птица говорун отличается умом и сообразительностью"? Так вот это точно не про меня. Ни красотой, ни умом, я не отличалась. Обычная, высокая девушка с довольно острыми чертами лица. Единственное, что мне досталось от мамы, это густые и красивые волосы, которые я порой красила в черный цвет, за что получила прозвище среди друзей – ведьма. И еще глаза. Цвет их близок к черному, но порой он меняется на более светлый, и всех это довольно часто пугает, в особенности новых знакомых. Многие даже думают, что я ношу цветные линзы. Но мне это не нужно, я с гордостью говорю, что глаза у меня мамины.
В остальном вся моя жизнь, это обыденность. Я самая типичная выпускница, которой через неделю уже нужно идти на учебу и отучиться еще один последний год в самой обычной школе. Возможно, из-за моего характера и вечной отстраненности, друзей у меня почти не было. Только моя лучшая подруга Моника и ее брат близнец Кевин. Мы общались с самого детства. Я очень ценила их. Они были самыми, да в прочем, единственными близкими мне людьми, не считая семьи.
– Рокси!
– Да встаю я, встаю!
С трудом встав с дивана, я поняла, насколько сильно не выспалась. Все потому, что уснула я только в четыре утра, хотя знала, что сегодня насыщенный день. Всему виной моя слабость к новым книгам, читая которые я теряю счет времени.
– Что нужно помочь? – спросила я, зайдя на кухню.
– Все, что нужно было сделать с утра, я уже сделала. Долго спишь, дорогая, – улыбнулась мама. – Опять поздно легла? Снова книги?
Я немного помедлила с ответом.
– Ну она такая захватывающая! Там такой сюжет, переплетаются временные ветки, а еще теория кругового движения времени. А главный герой…
– Все, все, я поняла, не продолжай, – засмеялась она. – Завтракай, а потом я скажу, если нужна будет помощь.
Пока мама ходила туда-сюда по квартире и что-то прибирала, я наслаждалась вкусным омлетом, который она мне приготовила.
Весь день мы с мамой провели за готовкой. Если у нас был какой-то праздник, можно было быть уверенным, что стол будет ломиться от всяких вкусностей. Начиная множеством различных салатов и нескольких видов горячего, заканчивая разнообразием сладостей и стряпни к чаю. Она очень любила готовить и делала это лучше поваров в самом шикарном ресторане.
Отец пришел домой уже ближе к вечеру, после работы, и помог нам накрыть на стол.
– Все, теперь я свободна? – спросила я, когда уже все было готово к приходу гостей.
– Как это свободна? А с нами посидеть? – удивилась мама.
Что мне там было делать? Слушать рассказы из их жизни и сплетни про других? Желания находиться за общим столом у меня не было, а вкусно поесть я могла отдельно от остальных.
– Мам, я не хочу. Я лучше пойду, прогуляюсь.
– Давай посиди с нами немного, а потом уже пойдешь.
"Не хочу" – так хотелось мне сказать эти слова вслух. Но ради родителей мне пришлось остаться и сделать вид, что мне интересно сидеть с их друзьями.
– Уильям, посмотри в окно, это их машина подъехала? – попросила мама отца.
– Да, они приехали уже.
Пока гости поднимались к нам на шестой этаж и рассаживались, я решила позвонить Монике. Она жила неподалеку от нас, и я подумывала сходить ненадолго к ней. На звонок ответил ее отец и сказал, что ее нет дома. Тогда я попросила позвать к телефону Кевина.
– Привет! – услышала я приятный и знакомый мне голос.
– Привет Кевин. А где Моника?
– А она в городе с кем-то катается.
– С кем? – удивилась я.
– Не знаю, вроде с новым знакомым. Она меня не оповестила.
Я почувствовала, как Кевин улыбнулся, и мне тоже захотелось по-настоящему заулыбаться. Искренне.
– Странно, мне она тоже ничего не сказала. Ты сейчас будешь дома?
– Нет, мне нужно съездить в магазин.
– Блин.
– А ты что-то хотела?
– Нет, нет. Ничего.
– Ну-ка говори всю правду! – пытливым тоном сказал мой друг.
– Да я просто…думала прогуляться и зайти к вам. Но раз ты занят, то, пожалуй, останусь дома.
– Извини Рок, я не знал, что ты затеяла, мне уже поздно отменять поездку, я пообещал отцу…
– Ничего. Все в порядке. Удачи.
Слегка расстроившись, я положила трубку. Сама виновата, нужно было планировать заранее. Но ведь никто не знал, что мое настроение меня сегодня так подведет.
Последнее время на меня часто накатывало такое состояние, когда мне ничего не хотелось. Максимум, чем заканчивались мои желания, это просто побыть дома с книгой в руках или сходить к Монике с Кевином, но не более того. Я все чаще и чаще начала уходить от реальности. Порой даже бывали вспышки злости на пустом месте. Мама говорила, что это скорее всего из-за того, что скоро начнется учебный год выпускного класса и у меня стресс. Не знаю, права ли она.
После того, как я поужинала со всеми и встала из-за стола, то услышала, как открылась входная дверь. Это пришел мой брат, Николс. Он редко появляется дома. Я бы хотела сказать, что он постоянно проводит время с очередной пассией, но это не так. Что очень удивительно, так как он был достаточно привлекательным молодым человеком. Я бы даже сказала, красивым. Высокий, крепкий, блондин с голубыми глазами (прямо как в мечте любой девушки). Но девушки у него не было. Все это потому, что в свои двадцать два года он работает на износ и все свободное время посвящает своей работе. У него был автосервис и довольно часто, чтобы не ехать поздно домой, он оставался на ночь там.
– Привет сестричка, – потрепал он меня по макушке, проходя мимо. – Гости уже пришли?
– Если бы ты чаще бывал дома, то знал, что они уже давно тут, – съязвила я.
Приобняв меня за плечи, он отправился к остальным за стол, а я удалилась в свою комнату.
Не прошло и получаса, как ко мне зашел отец.
– Рокси, ты не сильно занята?
– Нет, а что случилось?
– К нам приехали еще гости и привезли с собой Мелиссу. Ты бы не могла занять ее чем-то, буквально на двадцать минут, чтобы ее мама могла спокойно поесть?
Отец знал, как я любила эту девчушку. Ей было около трех лет. Это был ангельский ребенок, всегда спокойная, умненькая не по годам и никогда не проказничала. Они уже не раз привозили ее к нам в гости, и чаще всего с ней сидела именно я. Она очень любила проводить со мной время, а я была счастлива, что мне ее доверяют.
– Конечно, сейчас подойду.
Мила, как мы ее обычно называли, возилась с игрушками в гостиной. Сев на диван, я начала помогать ей собрать пирамидку. Ее сосредоточенное личико выглядело настолько мило, что я улыбнулась. Она, наконец заметив, что с ней сижу именно я, радостно подбежала и обняла меня.
– Ёки! – мое имя ей давалось с трудом.
– Привет малышка. Как твои дела?
– Лосо, – что на ее языке означало "хорошо".
Вернувшись к игрушкам, она вновь полностью сосредоточилась на них, не замечая моего присутствия. Я лежала на диване и наблюдала за ней. Ее ловкие пальчики проталкивали фигурки в подходящие по форме дырки в коробке. Какая-то очередная развивающая игрушка, с которой она прекрасно справлялась.
Спустя несколько минут она вдруг отвлеклась от своего важного дела и начала оглядываться по сторонам, что-то разыскивая. Как будто ее кто-то позвал. Наблюдая за ней, чтобы она нигде не упала, я смотрела, как она подошла к другому концу комнаты, встала напротив угла и начала смеяться. Не понимая, что происходит, я встала с дивана и подошла к ней.
– Мила, ты чего?
Мелисса смотрела в пустой угол комнаты и смеялась.
– Дядя, дядя.
– Дядя?
– Тли, дядя, – "смотри", говорила она мне.
С глазами полными непонимания я посмотрела в угол. Там не было фотографий или картин, не было зеркал и окон. Это был пустой угол комнаты, в котором ничего не было.
– Мелисса, там нет никого.
Она стояла, продолжая смеяться и оглядываться на меня, тыкая пальцем в пустоту. Казалось, что она видит что-то, чего не вижу я. Раньше я за ней такого не замечала. Мне даже стало не по себе.
Наше занятие прервала ее мама, которая вошла в комнату.
– Рокси! Спасибо большое, что приглядела за ней.
– Мама, мама, там дядя, – не унималась Мелисса и торопилась поделиться своим открытием с мамой.
– Да ты что? А я думала, что Рокси тетя, а не дядя, – отшутилась она. – Извини Рокси, что отвлекли тебя.
– Ничего страшного, Вы же знаете, что я обожаю Милу.
– Это у вас взаимно.
Когда ребенка уносили, она обернулась в последний раз, посмотрела в угол и, сказав невидимому дяде "пока", смиренно продолжила сидеть на руках мамы. А я все стояла напротив пустого угла, не понимая, что так рассмешило этого смышленого ребенка.
Весь остаток дня я читала книгу в своей комнате. Пожалуй, это одно из моих самых любимых занятий. Хорошие произведения, хороших авторов. Когда я читаю, я будто погружаюсь в мир героев, я проживаю их жизнь, и моя жизнь меркнет на фоне того, что происходит у них. Я забываюсь. Забываю обо всем. Книги, вот что действительно лечит больную душу.
***
– Рокси поторопись! Ты опоздаешь в школу!
– Не опоздаю. За мной заедут Моника с Кевином.
Вот и пронеслась последняя неделя каникул. Что я делала все это время? Погружалась в собственные мысли. И с ужасом для себя осознала, что хочу скорейшего окончания этого года. Хотя мы – выпускной класс. Звучит обнадеживающе. Говорят, что у меня стресс потому, что я не хочу перемен и боюсь потерять друзей. Как это обычно бывает у выпускников. Но нет. Перемен я жажду больше всего.
На улице сегодня ясная погода. Легкий прохладный ветерок напоминает, что лето уже окончательно подошло к концу. Но солнце по-прежнему очень яркое и пригревающее. Будто оно решило порадовать нас последние дни перед сезоном дождей.
Мне очень нравится, как комната утром приобретает свой окрас из-за солнечных лучей. Эти золотые тона, блики. Кажется, что внутрь тебя налили этот свет, и ты теперь часть чего-то большего. Будто начинаешь новую жизнь. Прошлого нет, нет обид и негатива. Тьма больше никогда не наступит. Теперь всегда будет свет.
Когда я пришла на кухню, мама уже что-то готовила.
– Доброе утро доченька.
– Доброе.
– Как настроение в первый учебный день?
– Без изменений.
Мы с мамой часто говорили "по душам", поэтому она знала, что происходит со мной в последнее время. Знала про мою апатию и подавленное состояние. Порой мне казалось, что такое настроение предвещает что-то…не хорошее. Будто мое подсознание чувствует, что что-то должно произойти и это "что-то" мне не понравится.
Позавтракав, я уже встала из-за стола и хотела пойти одеваться, когда мама окликнула меня.
– Кстати, пока ты не ушла, скажи, ты случайно никакой из своих кулонов не теряла?
– Кулонов? Нет. А что?
– Да я вчера разбирала в шкафу в гостиной и нашла вот это.
Она протянула мне цепочку, на которой висел небольшой кулон. Это была пятиконечная звезда, обрамленная в круг. Знаете, как дети рисуют звезды? Не просто контур, а все вспомогательные линии. Эта звезда была такой. Будто ее рисовал ребенок. Металлом было не золото и даже не серебро, это была обыкновенная бижутерия.
– Хм…чего-то я не помню, чтобы у кого-то из нас такой был.
– Я тоже. Поэтому подумала, может быть, он твой.
– Нет…но теперь, видимо, мой. Если, конечно, тебе он не нужен?
– Что ты, забирай если хочешь, я такое не ношу, ты же знаешь.
"Такое" не носила и я. С детства меня приучили к драгоценным металлам и теперь к бижутерии я отношусь скептически. Но мне стало очень интересно, откуда взялся этот кулон. Да еще какой-то странный. Просто звезда. Его точно никто из нас не покупал, так как у нас с мамой более утонченный вкус на украшения. Может быть его кто-то подарил? Странно, не могу вспомнить. Но мне он, на удивление, понравился. Сразу надев его на шею, я все-таки пошла одеваться.
Зачесав волосы и заколов невидимками, я спустилась к машине Кевина.
– С первым учебным днем! – услышала я от ребят, как только села в машину.
– И вас тоже, – мои слова прозвучали без должного энтузиазма.
Близнецы были очень добрыми и отзывчивыми. Как к друг другу, так и к остальным людям. Они всегда меня поддерживали во всем, были рядом в трудные для меня минуты и не задавали лишних вопросов, когда это было нужно. Между собой они не ругались, вопреки всеобщим убеждениям, что такие дети часто не находят общий язык.
Когда мы были уже в школе, Моника заметила мой новый кулон. Он был не маленького размера, поэтому немного бросался в глаза.
– Где ты его купила? Выглядит немного антично. Мне нравится.
– В том и дело, что я его не покупала. Мы с мамой не знаем, откуда он взялся. Она говорит, что нашла его вчера в шкафу.
– Интересная находка. Вот бы мне так, проснулась утром, а у тебя в шкафу новая вещь и совершенно бесплатно, – посмеялась Моника.
– Может быть сегодня вечером пойдем погулять? Или в кино сходим? – Кевин попытался перевести тему с наших скучных для него разговоров на что-то более увлекательное.
– Хм…я не против. Рокси, ты как думаешь?
– Конечно. После такого тоскливого дня нужно чем-то себя развлечь.
День и вправду был нудным. Все уроки казалось тянулись дольше, чем было на самом деле. Так всегда бывает после долгого перерыва от занятий. Нужно какое-то время, чтобы войти в привычный ритм.
Когда мы ехали домой, я сидела на заднем сидении и смотрела в окно, разглядывая чистое небо. Погода оставалась все такой же теплой и солнечной, не было ни единого облачка. Вдруг я совершенно случайно заметила на небе черную точку. Присмотревшись, я смогла разглядеть силуэт. Это была птица. Когда она немного приблизилась, я поняла, что это ворон. Даже издалека было видно, что он довольно крупный. Солнце играло на его оперении, отчего крылья становились то иссиня-черными, то переливались золотом, а порой становились настолько черны, что придавали ему неестественный вид.
Интересно, как его занесло в центр города? Обычно эти птицы гнездятся где-то на окраинах, где есть лесополоса. Вдруг мне что-то сильно кольнуло в области затылка, отчего я зажмурилась. Резкая боль разливалась от затылка к вискам, охватывая мою голову целиком и будто сжимая ее. Это длилось не долго, буквально через секунду все прошло. Когда я вновь посмотрела на небо, птицы там уже не было.
Мы договорились с близнецами, что они заедут за мной в пять. У меня пока что было время побыть дома, переодеться и собраться.
– Привет Рокс!
– Привет. Давно не наблюдала тебя у нас дома. – съязвила я брату.
– Прости сестричка, у меня просто много работы, сама ведь знаешь.
Я знаю. Но скучаю по своему невыносимому братцу. В детстве родители называли нас "Чип и Дейл", потому что мы с ним были неразлучны. Я всегда ходила за ним хвостиком и норовила во всем ему помочь, что бы он не делал. Сейчас, к сожалению, мы проводим вместе не так много времени.
– Ладно, я пойду, мне нужно переодеться.
– Ты уходишь?
– Да, мы с близнецами пойдем в кино. А что, хочешь с нами? – ехидно улыбнулась я.
– Нет уж, спасибо. Ваша троица вечно влезает в какие-то неприятности, а мне и своих хватает. Так что в этот раз без меня.
Николс был как никогда прав. Мы действительно всегда находили себе приключения. Когда мы были поменьше, часто бегали по заброшенным зданиям, стройкам и прочим злачным местам. Наши родители, постоянно обеспокоенные, не могли нас найти. Но со временем они узнали, где мы бываем и просто на просто пригрозились наказать нас, если еще хоть раз увидят в таком месте. Это, естественно не помогло. Мы сами поняли, что это опасно, когда Моника сломала себе руку, провалившись со второго этажа на первый в одном из таких зданий, где были сгнившие балки. Доски не выдержали ее, в то время маленького веса, и она полетела прямиком на бетонный пол. Чудом не ударившись головой и приземлившись ровно на четвереньки, как кошка, она даже не сразу поняла, что произошло. Прибежав домой испуганные, мы рассказали все родителям. После посещения больницы нам сообщили, что у Моники перелом в двух местах. Ей наложили гипс, а мы, чтобы ее поддержать, разрисовали его маркерами. После этого случая подобные места мы обходили стороной.
Но даже без таких походов, злоключений у нас хватало. Даже не упомнишь всех. От этих воспоминаний я улыбнулась.
– Чего довольная такая?
– Да так…ностальгия.
Мы сидели на кухне. Николс пил чай, а я просто подперла руками подбородок и вспоминала, сколько всего мы с близнецами пережили в свое время.
Из моих раздумий меня вывел резкий глухой звук. Это был стук. Будто что-то кинули в наше окно. Мы с Николсом переглянулись. Шестой этаж…вероятность добросить что-то на такую высоту очень мала.
Как самая смелая из нас двоих я подошла к подоконнику. Оглядев все вокруг, я не увидела ничего подозрительного. Стекло целое, на площадке, куда выходят наши окна, нет ни души. Я открыла окно и высунулась наружу, чтобы посмотреть вниз. В этот самый момент прямо перед моим носом что-то пролетело, чуть не попав мне в голову. От неожиданности я вздрогнула, отпрянула назад, схватившись крепче за раму стеклопакета, и начала лихорадочно оглядываться.
Боковым зрением я заметила черное пятно на парапете балкона справа от нас. Посмотрев туда, я увидела ворона. Он расправил свои иссиня-черные крылья, будто пытался удержать равновесие, а затем аккуратно сложил их у себя за спиной. Эта огромная, вопреки всем нормам, птица неуклюже перевалилась с ноги на ногу и впилась в меня взглядом. Ее ярко желтые глаза будто бы смотрели не на меня, а сквозь меня. Они завораживали и притягивали.
От громкого и неожиданного "кар" я чуть не потеряла равновесие. Почувствовав, что меня кто-то схватил за талию и потянул обратно в комнату, я поддалась. Обернувшись, я встретилась глазами с упрекающим взглядом своего брата.
– Ты что, полетать захотела?
– Там ворон.
– Что?
– Ворон. Он, видимо, врезался в наше окно, а теперь сидит на соседнем балконе.
Николс отодвинул меня в сторону и сам высунулся в окно в той позе, в которой минуту назад стояла я. Решив пошутить, я резко положила ему на плече руку.
– Ты что, полетать захотел?
Он вздрогнул от неожиданности и выпрямился.
– Знаешь, в любом случае, у меня это получилось бы лучше, чем у тебя, – огрызнулся он, закрывая окно. – Там нет никакого ворона Рокс.
– Может улетел уже.
– Вороны пакостники. Если он действительно повадился сюда летать, нужно сообщить соседям, потому что просто так от него не избавишься.
– А что такого в том, что он просто сидит на парапете?
– Он не будет просто так сидеть, если у них есть какие-то продукты, которые они там хранят, он расклюет их. А еще может испортить какие-то вещи.
– Это всего лишь птица.
– Нет…воронов вообще лучше обходить стороной.
– Почему? Боишься что унесут тебя в загробный мир? – в моих словах было столько сарказма, что Николс был обязан улыбнуться.
Но почему-то это оказало на него полностью противоположенный эффект.
– Рокс, ты знаешь, что в различных мифах говорили про воронов?
– Да, что это проводники в загробный мир.
– А еще вестники смерти, падальщики, помощники ведьм и многое другое.
– Стой, только не говори, что ты во все это веришь, – я улыбнулась.
– Не обязательно верить в это, чтобы просто держаться подальше.
Слова брата заставили меня прислушаться к моим ощущениям. Только сейчас я поняла, что вся эта ситуация мне крайне неприятна. Если бы я увидела на балконе голубя или еще какую-то другую птицу, это бы никак не отразилось на мне, но ворон…он действительно вызывал неприятные чувства. Будто внутри все наполнялось холодом. К тому же, я знаю, что это звучит бредово, но…мне кажется, что это был тот ворон, которого я видела из машины по дороге домой. Понятия не имею откуда у меня такие мысли, но предчувствие было нехорошее.
Посмотрев на время, я поняла, что это за предчувствие – мне пора было идти собираться, скоро должны приехать близнецы.
– Кстати, где мама?
– Она сказала, что у нее какие-то дела в городе и уехала где-то час назад. А что?
– Черт!
Я хотела попросить у нее немного денег на прогулку. Этим летом, как и в предыдущие года, я подрабатывала и накопила небольшую сумму. Но мы с родителями договорились, что тратить я эти деньги не буду, а по окончанию школы они добавят недостающую часть, и я смогу купить себе машину. Поэтому все мелкие расходы мне оплачивали они сами. Да и вся эта сумма находилась на карте, а карта, как назло, именно сегодня была у мамы.
– Николс, у тебя есть наличка?
– Нет систр, с собой ничего нет.
– Что ж за день такой.
Видимо, придется занять у Моники.
Стоило мне о ней подумать, как у меня зазвонил сотовый.
– Да Моника, я только хотела тебе позвонить…
– Рок, слушай, – с ходу перебила она меня, – давай позже пойдем? Лучше на следующий сеанс. Билеты Кевин уже забронировал. Просто у нас тут дома небольшая проблема с отоплением и нужно дождаться рабочих.
– Хм…ты знаешь, я, пожалуй, не пойду, – эта мысль пришла мне в голову совершенно неожиданно для меня, и я сама ей удивилась.
– Что-то случилось?
– Просто мама уехала, а денег у меня нет.
– Ты же знаешь, что всегда можешь попросить у нас. Если проблема только в этом…
– Нет. На самом деле я очень устала и у меня просто не то настроение.
– Хорошо Рок, как скажешь. Надеюсь ты не обидишься, если мы пойдем без тебя?
– Конечно идите. А я вам составлю компанию в следующий раз.
Когда я повесила трубку, я поняла, что мое настроение действительно никуда не годится. Почему-то мне ужасно хотелось остаться дома. Знаете, бывает такое, что ты чувствуешь, будто тебе лучше никуда не идти. Или не садиться в эту машину, не лететь этим рейсом. Обычно люди называют это "плохое предчувствие".
– Рокс, ты в порядке? – Николс подошел ко мне со спины.
– Да, – выдохнула я, – все хорошо.
Мы пошли на кухню. Николс сварил вкусный кофе, и мы просто сидели и болтали весь оставшийся вечер. Он живет с нами, и я вижу его почти каждый день, но все равно такое чувство, что он стал для меня чужим. Как будто отдалился. Я понимаю, что это приходит со временем, мы взрослеем, у каждого появляется своя жизнь, друзья, интересы. Но я не хочу терять ту тонкую связь между нами, которая у нас всегда была.
Сегодня мы хорошо провели время. Порой кажется, что для душевного спокойствия не хватает именно таких вечеров. В семейном кругу, за кружкой кофе или чая и разговорами ни о чем. От моего предыдущего состояния не осталось и следа.
Когда мой брат уже пошел спать, я позвонила Монике.
– Привет, как фильм?
– Да никак! Представляешь, стоило нам туда приехать, выкупить билеты и нам объявили, что сеанс отменили. У них какие-то неполадки с оборудованием. Нам, конечно, предложили сеанс попозже, но мы отказались. Мы зря проездили только туда и обратно, и к тому же проторчали целый час в жуткой пробке.
После этих слов Кевин выхватил у Моники телефон из рук.
– А еще мы потом прочитали в новостях, что проблемы с оборудованием у них были из-за возгорания. Сеанс, на который мы с тобой хотели сначала идти, закончился раньше предполагаемого, потому что весь кинотеатр эвакуировали.
– Вот черт! Надеюсь никто не пострадал?
– Говорят, что нет. Но в любом случае хорошо, что мы на него не попали.
– Да уж, хорошо.
Ну, надо же. Я как чувствовала, что не стоит ехать. Что я там говорила? Плохое предчувствие? Кажется, я начинаю в это верить…
***
Иногда мы уходим от реальности с помощью снов. Говорят, что чем счастливей человек, тем меньше времени на сон ему нужно. Но если у нас в жизни все плохо, то мы стараемся как можно больше спать, ведь так мы просто выпадаем из нашей суровой жизни. А что делать тем, кто просто не может нормально спать?
Уже несколько месяцев меня изводят странные сны. Чаще всего, это какие-то кошмары, от которых я постоянно просыпаюсь, а на утро даже не помню о них. Начинаю вспоминать только отрывки, когда понимаю, что не выспалась и берусь искать причину. Но помимо снов меня мучит еще одна вещь. Мой слух.
Дело в том, что практически каждую ночь, когда я ложусь спать, я слышу различные звуки. Как мама гремит на кухне посудой, как на улице проезжает машина скорой помощи, как соседи разговаривают за стенкой. Это конечно не страшно. Страшно другое. То, что у нас стеклопакеты, через которые не слышно машин. То, что мама в этот момент спит и на кухне никого нет. То, что моя комната находится между комнатой родителей и Николса, и соседей там нет.
Я часто подрывалась с места, бежала на кухню, услышав грохот бьющейся посуды. Мама смотрела на меня удивленными глазами и говорила, что посуду вообще не трогала. Ночью я слышала, как кто-то вставал, ходил по квартире, затем ложился обратно спать, а утром оказывалось, что такого не было. Иногда слышала, как кто-то разговаривает, хотя в квартире была тишина. Можно было начать думать, что я схожу с ума, но потом я поняла, что просто сплю.
Мне все это снится. Слышу я это, когда начинаю засыпать, а значит мозг создает эти звуки и мне кажется, будто они реальны. Это все опять списали на стресс из-за учебы. Даже пила успокаивающие таблетки перед сном. Но все без толку. Засыпая, я продолжаю слышать голоса. И мне уже начинает казаться, что это вовсе не сны…
– Доброе утро Рокси, – мама, как всегда встав раньше меня и уже позавтракав, мыла посуду.
– Доброе. Где Николс?
– За ночь уже соскучилась по мне? – мой брат потрепал меня по макушке, когда зашел на кухню.
– Если бы ты еще не мешал ночью мне спать, то возможно.
– О чем ты?
– Я проснулась ночью, увидела, что ты пошел в ванную. Слышала, как включил там воду и что-то делал. Это было очень громко и мешало мне. Через десять минут я не выдержала, пошла за тобой. А ты уже был в комнате. Хоть воду выключить не забыл.
По непонимающему выражению лица моего брата я поняла, что ничего из этого не было. Хотя я могу поклясться, что видела, как он прошел мимо моей комнаты. Кроме него это некому было делать. И шум воды я тоже слышала. Хоть и не помнила, когда он ее выключил.
– Рокси… – мама посмотрела на меня взволнованными глазами.
– Систр, ты у нас лунатик кажется.
– Может лунатик ты, раз не помнишь, что вставал ночью?
– Я не вставал, клянусь тебе.
– А я клянусь, что видела тебя.
– Все. Хватит. Оба доедайте завтрак и собирайтесь в школу.
– Куда? – в один голос спросили мы.
– В… – тут мама поняла, что оговорилась, а мы сидели и улыбались, – вы две гиены, которые вместо того, чтобы поправить меня, сидите и смеетесь. Ну-ка марш отсюда!
Она, засмеявшись, махнула в нашу сторону полотенцем, которым протирала помытую посуду. Мама сама ни один раз признавалась, что очень скучает по тем временам, когда мы с Николсом оба учились в школе. Как она вставала вместе с нами, готовила нам завтрак. Мы сидели все за столом, общались, шутили. Потом папа отвозил нас в школу. С тех пор как Николс посвятил себя работе, таких моментов у нас все меньше и меньше. Этого всем не хватает.
За все утро я даже ни разу не посмотрела в окно, но и без этого было заметно, что сегодня не очень то ясный день. Небо заволокло облаками, через которые солнцу было невозможно пробиться. Я вышла на улицу, ждать Монику с Кевином. Из дома мне показалось, что сегодня довольно холодная погода. Не хотелось даже выходить наружу. Но стоило мне спуститься с крыльца, как передо мной открылась удивительная картина.
Шел мелкий частый снег. Он слегка косился из-за слабого ветра. Я прошла немного по улице и снег летел мне в лицо. Когда я оказалась под светом фонаря, я не могла налюбоваться. Казалось, что с неба летели не мелкие снежинки, а блестки. Свет падал на них, отчего они переливались множеством разных цветов. Они были частые и казалось, что ангелы сверху рассыпали на землю какие-то белые, сверкающие частички или же они пролетали мимо нас, и это опадало с их крыльев. Они ложились на землю, и она блестела от них. "Ангелы осыпают меня блестками!" – безумно захотелось воскликнуть мне.
Я остановилась под фонарем завороженная. Попыталась поймать эти блестки на руку, но когда они ложились на ладонь, то сразу исчезали. Как будто они были ненастоящие. А ведь действительно казалось, что они останутся на моей руке. Настолько сильна была эта иллюзию. Безумная, но такая красивая иллюзия…
К тому времени, когда подъехали Моника и Кевин, моя куртка была вся осыпана снегом. "Меня запорошило!" – промелькнула игривая мысль у меня в голове.
– Привет Рок! Извини, что задержались, сегодня на дорогах ужасно скользко. Не замерзла?
– Нет, все нормально, даже понравилось постоять немного под этим снегом и, будто вернувшись в детство, половить снежинки на ладонь, – улыбнулась я.
– Детство, детство, ты куда ушло… – начала напевать Моника слова известной песни.
Снег все также продолжал идти, когда мы уже подъехали к школе. Но иллюзия блесток пропала. Теперь это были всего лишь замерзшие капли воды, которые сыпались на учеников с неба и, замешиваясь с песком, превращались в лужи и грязь. Все спешили зайти в здание, чтобы не намокнуть. Но не я. Меня отвлек козырек над крыльцом нашей школы.
На белом фоне снега, который уже успел его покрыть, отчетливо выделялось черное пятно. Оно сидело неподвижно, а я не могла отвести глаз. Спустя какое-то время ворон встряхнул крыльями, видимо сбрасывая с них снег, посмотрел в мою сторону своим невидящим взглядом. Громкое "кар" было настолько оглушающим, что казалось заполнило все пространство во дворе школы.
– Рокси, ты идешь?
Вздрогнув от неожиданного вопроса Моники, я вышла из транса, в который меня ввела эта птица. Оглядевшись, я поняла, что мои друзья уже направились к крыльцу и даже не слышали ничего необычного. Подняв глаза, никакой птицы я там не увидела, как и следов ее присутствия.
Ворон не к добру. Теперь я почему-то в это верю. Но на этот раз я вовсе не чувствовала себя подавленной, как вчера. Казалось, что ворон наоборот принес хорошие вести и заполнил все теплом. Я понимала, насколько бредово это звучит, но ничего не могла поделать со своими ощущениями. Они в корне отличались от того раза, когда я увидела его на балконе.
Пасмурная погода сказалась на учениках. Все сегодня были уставшие и сонные. Уроки проходили монотонно и казалось длились дольше, чем должны.
– Какая скукота.
Мы с Моникой сидели на лавочке в столовой. Она разглядывала свой недоеденный пудинг, а я оглядывалась по сторонам. Было ощущение чего-то…какого-то события. Как в прошлый раз с походом в кино. Но на этот раз что-то изменилось. Это чувство скорее напоминало предвкушение, чем предосторожность. Я будто не могла усидеть на месте. Такое бывает, когда ты чего-то ждешь, а время тянется медленно. Но я не могла понять, чего я так жду?
Мои раздумья прервал подошедший к нам Кевин.
– Вы слышали последние новости?
– Какие? – в один голос спросили мы.
На данный момент мы были рады абсолютно любому событию, только бы было что обсудить и лишь бы это было правдой, а не слухами.
– У нас новенький. Он будет учиться в параллельном классе. Его зовут Ричард. Он переехал из…
– Подожди, он перевелся в выпускной класс? – удивилась Моника.
– Да. По слухам, из-за какой-то необходимости.
– Это странно, обычно выпускники не уходят из своей школы в последний год обучения, это не выгодно.
– Я знаю. Отсюда возникает вопрос: он ушел сам или все-таки его выгнали.
– За что?
– Я не знаю. Но некоторые говорят, что он как-то разозлил учителей и те настояли на его переводе.
– Вот только бунтаря нам не хватало…
– Постой, – прервала я их. – Как говоришь, его зовут?
– Ричард. А что?
– Просто имя знакомое.
Оно и вправду мне было очень хорошо знакомо.
Это было в начале весны. Я познакомилась с одним очень милым и красивым парнем. Он выглядел старше своих лет, хоть и был моим ровесником. От поклонниц у него не было отбоя, но он почему-то уделил внимание именно мне. О таких парнях принято думать, что они не серьезные, не могут нормально общаться или дружить, что они легкомысленные и не относятся к девушкам с должным уважением. Но он был не таким. Галантный, эрудированный, с аристократичной выправкой и манерами под стать королевской семье. При этом у него была здоровая самооценка, он не завышал себя перед другими и подобающе относился к девушкам.
Мы долгое время переписывались, перед тем как впервые встретиться. В жизни он оказался еще красивее, чем на фото. Я мало что о нем знала, как и он обо мне. В основном мы просто обсуждали различные темы, гуляли до позднего вечера, ходили в парк, он провожал меня до дома. Однажды признался, что я ему сильно понравилась и узнал, что это взаимно. Но, к сожалению, у нас было всего несколько встреч, затем он уехал. Как он сам говорил, что это всего лишь отпуск с родителями, и он вернется через месяц, но больше я его не видела. Мы не созванивались и даже не переписывались. Я благополучно забыла об этом, посчитав, что это было просто мимолетное влечение, не более. Даже не думала о нем и не расстраивалась, напротив, воспоминания о том времени вызывают у меня очень теплые чувства.
Мы с друзьями стояли в фойе первого этажа и наблюдали за тем, что происходило с погодой. Не смотря на то, что солнце сегодня взяло выходной, было на удивление тепло. Настолько, что от утреннего снега не осталось и следа. Только слегка влажная земля подтверждала то, что утром все было застелено белой простыней.
Вдруг я услышала какой-то шорох позади меня. Скорее даже не услышала, а почувствовала. Это было похоже на тот дискомфорт, когда кто-то стоит у тебя за спиной. Или, когда ты слышишь чье-то дыхание в комнате. Я обернулась, чтобы понять, что это за чувство и что его вызвало. Оглядевшись, я не заметила никого рядом с собой, кроме близнецов. Но почему-то я знала, что это не из-за них.
Посмотрев еще немного по сторонам, я остановила свой взгляд на парне, который приближался к фойе. Почему-то именно он привлек мое внимание и мне казалось, что именно из-за него у меня такое странное чувство. Словно с ним у меня была какая-то связь. Немного приглядевшись, неожиданно, даже для самой себя, я узнала эту походку и фигуру. Даже издали, когда еще не было видно лица, я узнала этого человека и могла с точностью сказать кто он. Будто воспоминания сами по себе всплыли у меня перед глазами или кто-то заставил меня это вспомнить.
Когда Моника заметила мой заинтересованный и стеклянный от удивления взгляд, который до сих пор не мог оторваться от этого парня, она не сразу поняла, на кого я смотрю.
– Рокси? Ты увидела что-то интересное?
Я ничего не смогла ответить. Ее слова звучали где-то далеко в моей голове. Взгляд был прикован к фигуре, что приближалась к нам. Будто завороженная, я смотрела и не могла поверить своим глазам. У меня появилось какое-то странное чувство, словно я увидела призрака из своего прошлого. В то же время ощущение реальности совершенно пропало, я целиком и полностью находилась в своих воспоминаниях, как в трансе.
Когда он был уже близко, Кевин с улыбкой произнес:
– Кажется теперь я знаю, куда она смотрит.
– Скорее на кого, – Моника повернулась ко мне и прошептала. – И кажется этот кто-то идет сюда.
Состояние легкого шока и оковы памяти не давали мне ничего сказать или же сделать. Воспоминания кадрами сменялись у меня перед глазами. Казалось, что они были заблокированы до этого момента, а сейчас кто-то снял этот блок. Единственное, что я могла, только молча наблюдать, как этот парень приблизился вплотную ко мне. Моника, которая все это время стояла рядом и что-то бормотала, сразу смолкла в недоумении и сделала шаг назад, почти что скрываясь за моей спиной.
По телу будто прошел электрический разряд и заполнил все внутри теплом и спокойствием, когда я услышала его нежный и радостный голос.
– Привет, Рокси!
– Ричард, – почти бесшумно, на выдохе, произнесла я его имя.
Он сделал еще шаг мне на встречу и обнял меня. Поначалу опешив, я не знала, как реагировать, но потом все же ответила на этот жест и тоже обняла его. В этот миг весь мир словно исчез. Остались только мы. Было похоже на то, что мы с ним под каким-то куполом. Мне было так приятно вновь слышать его нежный голос, ощущать тепло его тела. От него у меня начинали бегать мурашки. Нет, не те, которые бегут, когда тебе страшно, а приятные.
Только сейчас я начала осознавать, как сильно мне не хватало его все это время и насколько я соскучилась. По нему, по нашим прогулкам, по разговорам ни о чем и перепискам до утра. Мы общались не так долго, но, видимо, этого хватило, чтобы прочно осесть в моей памяти и душе. Словно я знаю этого человека целую вечность. С ним я чувствовала себя комфортно.
– Что ты тут делаешь? – это было первое, что я смогла из себя выдавить.
– Я перевелся в вашу школу.
– Зачем? Ты ведь тоже выпускной класс.
– Это была скорее необходимость, чем мое собственное желание. Мы просто переехали в этот район. И к тому же тут проще учиться. В своей старой школе я немного отставал, там сложная программа.
Никогда бы не подумала, что Ричард не успевает за школьной программой. Он был довольно умен, а в некоторых вопросах его познания были намного глубже моих. Мне показалось это странным. Скорее всего есть какая-то другая причина, о которой он просто не хочет рассказывать.
– Почему ты пропал летом? Я уже подумала, что мы больше не встретимся.
– Прости. Я правда хотел написать, но обстоятельства…как-нибудь я обязательно расскажу тебе все. А пока что ты можешь представить меня своим друзьям.
Я совершенно забыла о том, что мы с ним не одни. Близнецы в этот момент стояли и смотрели на меня непонимающим взглядом, ожидая, когда же я им все объясню и познакомлю их.
– Это Моника и ее брат близнец Кевин. Мы дружим с детства.
– Приятно познакомиться, – поздоровался он своим бархатным голосом. – Меня зовут Ричард.
– Взаимно, – в один голос ответили близняшки.
Ричард улыбнулся своей милой улыбкой.
– Прошу меня извинить, но мне нужно подготовиться к уроку. Еще увидимся Роки.
Даже не дав мне ничего ответить, он развернулся и начал удаляться от нас. Мне оставалось только молча стоять и смотреть ему в след, до сих пор не веря в то, что происходит. Роки – повторила я про себя. Уже и забыла, как он меня называл. В таком виде мое имя использовал только он. Поначалу мне это резало слух, но потом стало некой особенностью нашего общения.
– Рок, как я понял, ты его знаешь? – Кевин стоял рядом со мной и тоже провожал Ричарда взглядом.
– Да, мы общались этим летом.
– Ты не рассказывала.
– Нечего было говорить. Так, мимолетное знакомство. Я даже уже забыла о нем.
– А он о тебе, видимо, нет.
– Что?
– Заметно, что он был очень рад тебя видеть.
– Он такой классный! – воскликнула Моника, еле дыша и даже не слушая нас все это время.
– Моника, ты сильно губу то не раскатывай, вдруг Рокс сейчас ревновать начнет, – посмеялся Кевин.
– Что? Нет, с чего мне ревновать. Мы просто друзья.
Не смотря на то, что за лето уже почти забыла о нем, я была безумно рада его видеть. Хоть и считала, что его появление слишком неожиданно. Но с ним я будто обретала покой. Словно все мои проблемы, вся реальность, просто исчезали и я растворялась в чем-то. В чем-то тихом, теплом и светлом. Наверное похожие ощущения испытываешь, когда ты приходишь домой после тяжелого дня. Полный покой.
Громкое "кар" за окном вывело меня из задумчивости. Я резко обернулась. Ворон. Он сидел с другой стороны окна и смотрел на меня, будто звал. Заметив, что я обратила на него внимание, он взмахнул крыльями и улетел прочь, словно довольный своей работой. Но какой? Может быть именно об этом он меня сегодня предупреждал? О чем-то хорошем…
Глава 2. Полет нормальный.
Следующее занятие у нас было по иностранному языку. Мое состояние до сих пор было слегка невесомым, легким. Словно я освободилась от какой-то тяжелой ноши.
Как только начался урок, учительница дала нам задание, а сама ушла по какой-то уважительной для нее причине. Пообещав, что вернется к концу занятия и проверит насколько хорошо мы справились с работой, она вышла из кабинета.
Сделав перевод текста, который нам дали, я посмотрела на часы. С начала урока прошло лишь десять минут. Сидев за столом, почти засыпая, я полностью погрузилась в собственные мысли. Облокотившись на руку и закрыв глаза, я думала о Ричарде. Смешно, раньше я ни о ком и никогда столько не думала. Но он почему-то не выходил у меня из головы. Смахивало на помешательство. Воспоминания сами лезли в голову, либо кто-то заставлял их в нее лезть, если такое возможно. И я, недолго думая, поддалась этому потоку.
В одну из наших встреч мы с ним гуляли по парку. Мы тогда задержались в одном из торговых центров, куда он пошел со мной, чтобы я купила подарок Николсу на его предстоящий день рождения. Когда мы вышли из здания, то попали во тьму вечернего города. Солнце уже село, полупустые улицы были озарены светом только что включившихся фонарей, которые будто проснулись от дневного сна и неохотно начинали свою работу, медленно разогреваясь.
Была середина весны. Земля еще не успела прогреться перезимовавшим солнцем. Его тепла хватало только для того, чтобы подогревать воздух днем и когда оно покидало небо, в игру вступала вечерняя стужа, исходившая от еще не отогретой после зимы земли.
– Возьми мою куртку.
Ричард, увидев, что у меня по телу прошла мелкая дрожь, снял с себя куртку и любезно помог мне надеть ее.
– Спасибо.
Подставив мне согнутую в локте руку, чтобы я взялась за нее, он повел меня в парк. Так раньше кавалеры проводили своих дам на светские мероприятия. Стало немного смешно. Это все казалось через чур вычурным для меня. Но в то же время, это было очень мило и необычно. Я чувствовала себя особенной.
– Ты смеешься надо мной? – увидев мою улыбку, Ричард отзеркалил ее.
– Нет, что ты. Ты очень учтив. Просто мне необычно такое обращение.
– Тебя раньше не водили в парк? – удивился он.
– Я не про это. Просто ты как настоящий джентльмен, я даже порой чувствую, что недостаточно воспитана для тебя.
– Настоящий мужчина таким и должен быть, разве нет?
– К сожалению, не все это понимают. А ты, порой, будто читаешь мои мысли.
– Это моя супер способность.
Хоть я и не видела его лица, но по интонации можно было понять, что он улыбается.
Мы были уже около скамейки в самом центре парка, которая располагалась под большим деревом, чем-то напоминавшим баобаб из какого-то диснеевского мультика. Ричард остановился и развернул меня к себе лицом. Заглянув мне прямо в глаза он загадочно улыбнулся.
– Посмотри наверх.
Когда я подняла глаза, то замерла от увиденного. Прямо над нами было чистейшее небо, на котором не было ни одного облачка. А на небе, мерцая и переливаясь, была россыпь из такого количества звезд, что даже уму не постижимо. Ими было усеяно все темно синее полотно вечернего неба. Они горели настолько ярко, что казалось их света будет достаточно, чтобы осветить все улицы ночного города.
– Боже, какая красота! Я раньше никогда не видела такого неба.
– Раньше ты не была знакома со мной.
Ричард приблизился ко мне, слегка приобняв за талию. Его голубые глаза казалось смотрели не на меня, а прямо мне в душу. Немного помедлив, он поцеловал меня. Поцелуй был не долгим, робким, но таким искренним.
– Ты мне очень нравишься Роки.
– Да, это…взаимно.
Казалось время остановилось. Сидя на скамейке в его куртке, между нами словно была какая-то связь и я понимала, что это тот человек, который мне нужен.
Резко открыв глаза, мне потребовалось время, чтобы понять, где я и что происходит. Настолько сильно уйдя в свои собственные мысли, я не заметила, что урок уже подходил к концу, а учитель давно был в кабинете. Через минуту прозвенел звонок и все поспешили покинуть комнату.
Выйдя в коридор, я была совершенно сбита с толку. Что это было? Сон? Не было похоже на то, чтобы я спала. Воспоминание? Но я совершенно не помню этого дня. Да, мы гуляли с ним в парке вечером, но ничего больше не было. Обычная прогулка, мы съели по хот-догу, посидели на скамейке и затем он проводил меня домой. В какую из наших встреч он признался мне в своих чувствах, я точно сказать не могла. Но точно не тогда в парке. Я даже не была уверена, признавался ли он или просто говорил, что ему приятно со мной общаться. Откуда тогда взялись все эти картинки в моей голове? Будто кто-то стер их, а сейчас каким-то образом память восстановилась.
– И снова здравствуй.
Ричард подошел ко мне настолько неожиданно, что я, вздрогнув, чуть не выронила книги из рук. До такой степени сосредоточилась на попытке вспомнить хоть что-то, что не заметила его.
– Привет.
– У тебя все хорошо?
– Да. Просто…задумалась.
– О чем? – он смотрел на меня пытливым взглядом и улыбался.
– О завтрашнем дне. Завтра контрольная.
Мой ответ сбил его с толку. Как будто он ожидал чего-то другого.
– Тебе нужна помощь?
– Нет, спасибо, мы будем заниматься с Моникой.
Подруга была легка на помине, стоило произнести ее имя, как она материализовалась рядом со мной. Будто демона вызываю.
– Рокс, мы с Кевином освободились, можем ехать и…ой, Ричард, привет.
– Здравствуй.
– Ну…мы подождем тебя в машине.
– Не стоит, я уже иду.
Я попрощалась с Ричардом и поспешила за близнецами к их машине, при этом до сих пор думая о том, что же я видела в кабинете. Сон или стертое воспоминание.
Приехав к Монике с Кевином домой, мы сразу сели за учебники. Завтра и вправду должна быть контрольная, так что мне пришлось отбросить все свои мысли о безумном дне и погрузиться с головой в учебу. Это давалось не легко. Все-таки любопытство брало верх надо мной, и я нет-нет, да отвлекалась от подготовки мыслями о том, что происходит последние несколько дней.
Сначала этот чертов ворон на балконе и предчувствия о плохом вечере. Затем опять эта птица около школы и встреча с Ричардом. Воспоминания. Они накрыли меня с головой. Все это было так странно. Я не страдала амнезией, но теперь у меня отчетливое чувство, что я что-то упускаю, что-то забыла. Не хватало какой-то части из того времени, когда мы познакомились с ним. Я это чувствовала.
Задания на контрольной были легкими, плюс наша вчерашняя подготовка, дало в результате то, что мы с близнецами закончили ее, когда не прошло и половины урока. Оставшееся время нам разрешили тихо посидеть в классе и заняться своими делами.
Вчера перед сном меня опять мучили непонятные звуки, поэтому спала я плохо. Кажется, мне еще что-то снилось, но теперь я не знаю, стоит ли доверять своей памяти, в связи с последними событиями.
Пять минут бездействия на уроке привели к тому, что меня начало клонить в сон. Моника сидела рядом, просматривая страницы в социальных сетях на своем телефоне. Наблюдая за ней, я не заметила, как начала погружаться в сон и уже совершенно не замечала, что происходит вокруг меня. Я полностью ушла в свои мысли, была "в себе", в своих воспоминаниях, засыпала.
Ничего не слыша вокруг себя, я почувствовала какой-то холодок, пробежавший по моему телу. За ним последовала легкая дрожь, начинавшаяся около затылка и доходящая до поясницы. Она начала усиливаться и распространяться по всему телу, и со временем я уже не чувствовала своих рук из-за нее. Появилось тяжелое чувство в голове, как когда начинаешь над чем-то усердно думать. Совершенно не ощущая своего тела, я не могла пошевелиться. Спустя пару минут, пересилив себя, я все-таки открыла глаза.
Сразу поняв, что я до сих пор ничего не слышу, я огляделась. Вокруг все было как-то не так, будто я смотрела на мир через какую-то призму. Все было словно в тумане, расплывалось как в дымке. Контуры предметов были не четкие, цвета тусклые. Я заметила, что нахожусь чуть выше, чем все остальные ученики и посмотрела вниз. То, что я увидела, повергло меня в шок. За партой, прямо подо мной, была я. Настоящая, телесная я, которая сидела в том же положении, в котором уснула. "Точно, я сплю" – поняв это, моя внутренняя паника утихла.
Осмотрев себя, свои руки, я поняла, что не имею телесной оболочки. Будто бы призрак. Мои ноги были наполовину погружены в меня настоящую, словно я пыталась выйти из собственного тела. "Что за бред?" – подумалось мне. Прислушавшись к собственным ощущениям, я поняла, что испытываю легкость. Это было такое приятное чувство и такое реальное, что совсем не было похоже на сон.
Вдруг я почувствовала, что меня куда-то тянет. Поддавшись этому притяжению, я поняла еще одну вещь: я летала. Не ходила, не парила, а просто летела по воздуху, чуть выше земли. Меня потянуло из кабинета в другую часть здания. Там учился параллельный класс. Пролетев знакомый мне коридор, выложенный узорчатой плиткой, я прошла сквозь закрытую дверь кабинета и увидела учеников, сидящих и что-то усердно пишущих. Я знала, что это за класс и даже увидела парочку знакомых лиц. Оглядевшись, я узнала и Ричарда, который сидел недалеко от двери.
Все было настолько реалистично, что мне стало не по себе. Было чувство, что все происходит в действительности. Меня охватил легкий страх, внутри все сжалось. Не раз бывав в этом кабинете, я могла увидеть предметы декора, которые действительно в нем присутствовали. Картины, цветы, шторы. Знакомые ученики, которые даже одеты были так же, как сегодня, когда я видела их в коридоре. Это не было похоже на сон. Я была в сознании и полностью понимала, что происходит. Вернее, я ни черта не понимала, но осознание себя и происходящего у меня присутствовало.
Поняв безысходность ситуации и невозможность прекратить все это, я решила попробовать что-нибудь сделать. Подлетев поближе к Ричарду, я заметила, что он поднял голову, оторвавшись от записей, будто к чему-то прислушивался. К моему дальнейшему удивлению, он оглянулся. Когда он посмотрел в мою сторону, мне показалось, что он меня увидел. Но разве такое возможно? Задержав ровно на мне свой взгляд, он вздрогнул.
Продолжав висеть в воздухе, я снова оглянулась. Рядом со мной не было никого…материального, на кого он бы мог смотреть. Значит, он видит меня? Вновь переведя взгляд на Ричарда, я увидела, что он начал что-то быстро писать в конце своей тетради. Мне показалось, что это как-то связано со мной и подлетела поближе, чтобы разглядеть, что он пишет. В этот момент он, будто бы почувствовав меня, отстранился.
Прочитав надпись, сделанную им в тетради, я была удивлена.
"Кто ты?" – писал он.
Так странно. Будь это сном, я бы не видела столько нюансов. Как правило во сне все схожести с реальной жизнью смазываются и разглядеть какие-либо подробности очень сложно. А если не сон, то что? Как Ричард понял, что тут кто-то есть? Почему во сне я могу читать? Почему все так сильно похоже на реальность? Мысли начали путаться и ко мне наведалась паника.
Слегка успокоившись, я поняла, что нужно было как-то ответить Ричарду. Но как? Говорить я не могу, а попробовав взять ручку, я осознала, что это была глупая идея. Моя рука прошла сквозь нее. Я была не материальна, хоть Ричард и видел меня. И это, пожалуй, единственное, что я знала наверняка. Тогда я подумала, может у меня получится взять его руку? Раз он может меня чувствовать, возможно ли, что он почувствует и мое прикосновение?
Посмотрев на его руку, я увидела, что он до сир пор держал карандаш наготове, чтобы что-то писать. Словно он знал, что я хочу сделать. Не долго думая, я положила свою руку на его. От моего прикосновения Ричард вздрогнул и слегка сжался. Но он не был удивлен, почувствовав меня, будто ожидал этого. Когда я начала водить рукой, выводя буквы, он повторял все мои движения. Получилось. Я могла с ним общаться.
"Ты меня видишь?" – спросила я.
Ричард обреченно вздохнул.
"Нет. Чувствую".
Я задумалась. Как такое возможно? Неужели это действительно не сон? Как он, обычный парень, может чувствовать меня? Другие ведь не обращают на меня никакого внимания. Пока я ненадолго погрузилась в свои мысли, Ричард быстро вывел в тетрадке:
"Кто ты? Откуда ты тут?".
"Я сама не знаю, но не могу сказать кто я".
"Просто скажи ты не приведение? Ты живая?".
"Да".
Следующее произошло в одно мгновение. Не успела я дописать слово, как услышала оглушающий меня звон. Прикрыв руками уши, будто бы это могло мне помочь, я хотела его заглушить. Он был настолько громким, словно звучал внутри моей головы. Я заметила, что все вокруг меня растворяется. Начали пропадать люди, столы, стены. А звон становился все громче и громче.
Каким-то чудом я открыла глаза и начала в панике оглядываться. Вокруг меня были вполне материальные предметы, к которым я могла прикоснуться. Значит теперь это все по-настоящему. Все цвета вновь обрели свою яркость, а предметы четкость контуров. Но этот звон, я все еще слышала его. Мне потребовалось какое-то время, чтобы понять, что это был звонок с урока.
Немного придя в себя и поняв, где я нахожусь, я увидела сидящую рядом со мной Монику, всю взволнованную, с испуганными глазами. Не успела я ничего сказать, как подбежал Кевин.
– Что-то случилось? – прохрипела я, понимая, что всю мою грудную клетку жжет сильная боль.
Только сейчас я осмыслила, насколько ужасно себя чувствую. Мои легкие болели, будто я несколько минут не дышала и сейчас их разрывал поступающий в них кислород. Голова кружилась, была сильная слабость.
– Рокси, что с тобой было?
– О чем ты, Моника?
– Ты была без сознания около двадцати минут. Поначалу я думала, что ты просто уснула и не стала тебя будить, но потом поняла, что ты не спишь. У тебя почти не было пульса, ты еле дышала и, что бы я не делала, ты не приходила в себя. Ты очнулась только когда прозвенел звонок с урока.
С трудом воспринимая то, о чем говорит моя подруга, я и сама пыталась понять, что произошло. Ее слова я слышала будто вдалеке, не улавливая их смысл. Просто набор звуков. Как я могла быть без сознания? Насколько я помню, я просто уснула. Меня всю трясло, было дико холодно и не на шутку страшно. Я понимала, что это был не просто сон…
Кевин помог мне подняться. Как только я встала, у меня сразу же закружилась голова и я бы упала, если бы не он. Вовремя поймав меня, он помог мне выйти из кабинета.
– Поехали домой, – прошептала я, не в силах говорить громко.
***
В машине я более или менее пришла в себя, легкие перестали болеть, голова не кружилась, я могла нормально думать, мысли перестали путаться. Но все равно я так и не понимала, что со мной произошло.
– Рок, ты нас не на шутку испугала сегодня.
– Я и сама испугалась не меньше.
– Мы уже хотели идти за врачом, но ты сама очнулась.
Нет, не сама. Меня спас звонок. Ведь именно услышав его, я каким-то образом смогла по-настоящему открыть глаза. Выходит, я действительно была без сознания? Но чем тогда является то, что я видела? И почему я так плохо себя чувствую?
Друзья довезли меня до дома без лишних расспросов, хотя я сама продолжала мысленно задавать их себе. Они очень волновались и тоже не понимали, что это было. Но они знали, что я сама им потом все расскажу, если будет что рассказать. Преждевременные вопросы ни к чему. Кевин вообще хотел проводить меня до квартиры, но я его убедила, что я в полном порядке и смогу дойти сама. Когда я поднялась домой, то увидела, что мама уже тут. Ее отпустили с работы раньше. Услышав мой приход, она встретила меня в прихожей.
– Привет дорогая. Как дела? Как школа?
– Все хорошо, – только и смогла выдавить я из себя.
– Ты в порядке? Выглядишь как-то бледно.
– Голова болит, ничего страшного.
Я не хотела рассказывать маме о том, что случилось. Во-первых, я не хотела ее волновать лишний раз. Во-вторых, я просто сама не знала, что это было. Поэтому выпив таблетку от головной боли, я ушла в свою комнату. Мне было не по себе, была сильная слабость. Мама конечно же это заметила.
– Может у тебя просто переутомление?
– Возможно.
– Тогда лучше ляг и поспи.
Она вышла из моей комнаты, прикрыв за собой дверь.
Немного полежав в кровати, я поняла, что сон ко мне не придет. Была слабость, но спать я не хотела. К тому же, слишком много всего произошло, и голова была забита разными мыслями, что мешало заснуть. Я лежала и смотрела в потолок, думая, нормально ли то, что творится в последние дни.
От моих мыслей меня отвлек легкий зуд в области ключицы. Когда моя рука коснулась шеи, я ощутила на ней холод метала. Мой кулон. Как интересно, а ведь все это началось после того, как я надела его. Почему-то мне кажется, что он как-то связан с моим сегодняшним состоянием. Говорят, ведь, что каждый символ имеет свое значение и какую-то силу, что он может влиять на жизнь человека и некоторые события в ней.
Встав с кровати, я поспешила к компьютеру. Включив его, я начала бороздить просторы Интернета в поисках ответов и нашла очень даже интересные статьи.
Эта звезда, заключенная в круг, называется пентаграмма. Она была широко известна как оберегающий от различного зла знак. Вера в ее оберегающие свойства была очень глубока и в Древнем Вавилоне ее изображали на дверях магазинов и складов, чтобы уберечь товары от порчи и кражи. Также для посвященных она являлась могущественным знаком власти. Во времена инквизиции пентаграмма приобрела негативное значение и ее стали называть "Нога ведьмы".
Ее использовали маги и ведьмы для проведения различных ритуалов, а также для собственной защиты. Пять ее углов означает пять стихий, которые защищали колдунов. Использование пентаграммы, как защитного символа от злых духов, было упомянуто в одной известной трагедии. По сюжету, дьявол проник в жилище ученого, пробравшись мимо плохо начертанной пентаграммы.
При этом, перевернутая пентаграмма наоборот была своего рода оружием. Пентаграмма с двумя восходящими концами представляет Сатану. Когда восходит один конец – это, наоборот, знак Спасителя. Она притягивала различные злые сущности, которые могли нанести вред колдуну, либо кому-то, кому этот колдун прикажет. В благих целях ее не использовали.
Меня немного передернуло от всей этой информации. Маги, ведьмы, злые духи, ритуалы. Звучит немного мрачно и в лучших традициях книг про различную мистику. Не хоррор конечно, но все равно не очень приятно. Даже начало казаться, что я вляпалась во что-то очень нехорошее.
Какие могут быть последствия от ношения пентаграммы обычным человеком, я информации не нашла. Везде говорилось, что ее используют только те, у кого есть какие-то сверхъестественные способности, либо кто верит во всю эту мистику, в высшие силы и хочет защитить себя. В противном случае, в виде кулона, она просто не нужна, бесполезна и не имеет никакой силы сама по себе. Все зависит исключительно от человека который ее носит. Чего не скажешь об ее изображении где-либо. По словам Интернета, изображение пентаграммы в любом случае будет отгонять злых духов, даже если человек в это не верит.
А я не верила. Я никогда не увлекалась чем-то сверхъестественным, религией или мистикой. Для меня все это было лишь хорошей историей для книги. Хоть сама я и не читала подобные жанры, но знала множество книг на похожую тематику.
Не найдя больше ничего интересного про мой кулон, я занялась не менее любопытной темой: мое состояние сегодня. Я сразу откинула сайты про здоровье и углубилась в оккультизм и эзотерику. Возможно, мое решение было иррациональным, но разве то, что со мной происходило, имело хоть какой-то намек на что-то более реалистичное? Вот и я решила, что нет. И то, что я нашла, было похоже на логичное объяснение.
Мое состояние описывалось в статьях как выход в астрал. Астральный мир – понятие в оккультизме и философии, как опыт осознанных сновидений. Простыми словами, это духовный мир, отличный от материального. Термин "астральный план" также стал означать место существования, где находятся души. Согласно разным традициям, когда кто-то умирает, его душа переходит на астральный план. Здесь он пожинает плоды своих прошлых деяний или кармы. Еще его называют "высшей реальностью". Согласно различным учениям, астральный мир может быть осознанно посещен в астральном теле с помощью медитации, мантр или других форм тренировок. В ином случае, путь для живых людей туда закрыт. Как поняла это я: человек не подготовленный не имеет туда доступа.
The free sample has ended.