Read the book: «Жнец, которому я сказала нет»

Глава 1

– Ким Суа!

Услышав крик над ухом, я подпрыгнула на месте от испуга. Нервная система совсем стала подводить моё и без того шаткое состояние.

– Ким Суа! Я к кому обращаюсь?– повторился крик.

Как будто я тебя первый раз не слышала, ты же у меня над ухом прокричал моё имя! Но я повернулась с виноватым видом к своему начальнику и поклонившись ответила.

– господин Пак, я вас слушаю.

– надо сразу отвечать, как только я к тебе обратился! Несносная девчонка.– последнюю фразу сказал он уже тише.

– прошу прощения, господин Пак. – поклонилась я в очередной раз.

Что только не стерпишь ради работы.

– вещи мои из химчистки забери сегодня в восемь вечера и отвези ко мне домой.

Он бросил мне на стол чек и, даже не услышав ответа, отправился обратно к себе в кабинет.

– но мне отчёт надо сдать, и рабочий день до шести! – попыталась возразить я.

– ну, значит, успей до шести. – даже не поворачиваясь ко мне, он захлопнул дверь.

– и как я могу забрать вещи в восемь до шести?! Я словно прислуга! Только платят мне гроши! – всё не успокаивалась я.

Надо выдохнуть. Попить воды, выпить витамины, я всё сделаю. Выбора у меня особо нет. С работой в Корее сейчас очень тяжело, идти мне некуда, так что я буду держаться из последних сил.

Зазвонил рабочий телефон.

– книжный центр «Кумхо», экономист Ким Суа слушает.

– и кофе мне принеси! – крикнул в трубку господин Пак и прозвучали короткие гудки.

Я с силой бросила трубку на своё место, прижав мизинец. Попыталась сдержать внутри все ругательства, что вырывались из меня смертоносной волной. Сделала глубокий вдох, проглотила обиду и пошла наводить кофе для начальника-засранца.

В маленьком офисе, который находится в одном из немногих филиалов книжных магазинов, я, честно говоря, даже не знаю почему они еще до сих пор не закрылись, потому что по показателям, что я вижу из месяца в месяц, здесь давно уже пора все либо продать, либо закрыть навсегда, я иду в небольшую кухню. Так я называю место, где на небольшой тумбочке стоит чайник, кофемашина и пара чашек. Кофемашина, естественно, не включается, не издаёт ни одного звука, ударив по ней пару раз рукой, она начинает издавать кашляющие звуки, и сопровождают эти звуки брызги в разные стороны. Мой молочный лонгслив теперь безвозвратно утерян. Закрыв глаза, я снова пытаюсь глубоко дышать.

– десять… – вдох. – девять… – выдох. – восемь… – вдох.

Посчитав так до одного, злость никуда не ушла, лишь сильнее стала ощущаться. Ударив последний раз машину, она издала громкий звук и затихла.

– нет, пожалуйста, только не это. – на место гнева пришла паника.

Я начала с разных сторон постукивать по ней, словно извинялась за свой выплеск эмоций, но в ответ была лишь тишина.

– и где мой кофе? – услышала я из кабинета.

– сейчас секунду, господин Пак! Уже наливается.

Мои руки уже истерично тарабанили по адской машине, которая будто специально не хотела работать именно сейчас. После очередного удара и ругательства она опять громко простонала, выплюнув в меня очередную порцию застарелого кофе изнутри, и все-таки начала наливать в стакан порцию спасительного напитка.

Попытаясь салфетками убрать коричневые пятна, что теперь красовались на моей одежде, я схватила готовый кофе и понесла в кабинет.

– почему так долго? Я что, должен ещё ждать? – с угрозой сказал начальник.

– кофемашина немного сломалась. Меня всю облило.

– мне неинтересно, отчёт через десять минут мне на стол!

– господин Пак! Я не успею за десять минут! Вы мне постоянно даёте поручения сделать всё за вас, что я даже не успела начать его делать!

– сделать всё за меня? Ты совсем обнаглела?! – он резко встал со своего стула. – я занимаюсь более важными делами, несносная девчонка! Какая же ты бесполезная! – уже кричал он на меня.

И чем же это ты занимаешься таким важным? Спишь после еды? Или, может, ковыряешься в ногтях? Нет, знаю чем! Играешь в сапёра на своём дерьмовом компьютере, пока я всё делаю!

– прошу прощения, господин Пак, я постараюсь сделать отчёт как можно быстрее и принесу его вам на стол. – только и сказала я в глубоком поклоне, зажмурив глаза.

Попятившись назад, я быстро выбежала из кабинета.

– и кофе ты принесла отвратительный! – снова крик из-за двери.

Просидев несколько часов над отчётом, я все-таки собрала его и собиралась уже отнести в кабинет горе-руководителя, как дверь резко распахнулась, оттуда вышел господин Пак, толкнув меня плечом, что все бумаги разлетелись по комнате, и бросив на меня брезгливый взгляд, сказал.

– собери, и завтра я все проверю.

И молча, шагая прямо по моему отчёту, вышел из офиса.

– аааааааааааа!

Только и смогла сделать я. Посидев ещё несколько минут на полу, я все-таки заставила себя встать и начать собирать бумаги. Закончив с этим, я положила всё на стол начальника, на часах было уже шесть вечера. Где-то в столе я услышала сигнал мобильного.

«привет, Суа. Давай встретимся у кафе возле твоего офиса. Мне нужно сказать тебе кое-что важное».

Моё сердце согрелось. Мы с Хваном уже давно встречаемся, неужели он все-таки хочет уже наконец-то сделать мне предложение?!

– моя кофта! – я почти заплакала, от обиды. В столь знаменательный день я в грязном лонгсливе!

Недолго думая, я сняла его, белая футболка тоже неплохо, повернув его чистой стороной, повесила на шею, аккуратно связав рукава. Подойдя к зеркалу, расчесалась, чуть уложила волосы руками, губы подкрасила персиковым блеском для губ.

– очень даже неплохо! – улыбнулась я сама себе.

Взяв сумку, я почти бегом направилась в кафе, где меня уже ждал Хван.

Зайдя внутрь, я пробежалась глазами по залу. Небольшие столики, уютная атмосфера в тёплых тонах, у панорамных окон небольшие диванчики с милыми подушками разных форм, все столики были заняты счастливыми парочками, что держались за руки, на фоне играла лёгкая мелодичная музыка, моя утренняя тревога словно улетучилась. Я увидела Хвана, он серьёзно листал что-то в телефоне, моё лицо озарила улыбка. Он работал в крупной компании и занимал там хорошую должность, я так гордилась им!

Подняв взгляд от телефона, Хван увидел меня. Я помахала ему и направилась к нашему столику.

– привет. – сухо сказал Хван.

– привет. – на моём лице всё не стиралась улыбка.

– я заказал нам чай…мне нужно тебе кое-что сказать.

– да! – мой взгляд пылал безумием от радости. – в любом случае да!

– да? Так ты знаешь? – в его глазах был вопрос.

– давно пора. – заёрзала я на удобном стуле. В офис бы такие.

– да вот и я думаю, что давно пора это закончить.

Стоп. Что? Закончить? Моё лицо резко потеряло всю радость, в глазах было искреннее непонимание.

– что закончить?

– отношения. Я боялся, что ты не поймёшь. Для меня большое облегчение, что ты поддерживаешь идею расстаться.

В его взгляде настоящее облегчение? Да он смеётся, наверное, это неудачная шутка, я поняла это. Весь диалог этот звучит лишь у меня в голове, а я не могу сказать и слова. И лишь начинаю смеяться, громко и долго. Хван тоже смеётся, но спустя пару секунд понимает, что смех у меня странный.

– Суа, ты в порядке? – обеспокоенно он берёт меня за руку, внимательно вглядываясь в моё лицо.

– очень весёлая шутка, Хван. Но больше не надо так шутить.

– я не шутил. – теперь глаза Хвана удивлены. – я на работе познакомился с Нами, она очень хорошая, мы не встречаемся! Не пойми неправильно! Но я увидел её отношение ко мне и понял, что у нас с тобой ничего нет. Ни любви, ни привязанности, только привычка.

– замолчи. – перебила его я.

– Суа, ну давай будем честными, у нас ничего не получится. – он сильнее сжал мою руку.

Я секунд десять смотрела на наши сцепленные руки и отдёрнула свою как от огня, что выжигал меня всю изнутри. Мои глаза наполнились слезами, которые я всячески пыталась сдержать.

– и ты говоришь мне это спустя четыре года. Четыре года! – я крикнула последнее предложение и встала, громко отодвинув стул. Все вокруг затихли, и с интересом стали наблюдать за нами.

– не устраивай сцен. – начал приподниматься Хван, озираясь по сторонам.

Я толкнула его в грудь, что он плюхнулся обратно на стул, чуть не упав спиной на пол, но вовремя удержав равновесие.

– не устраивать сцен? Ты только что сказал мне, что четыре года наших отношений ничего для тебя не значат и завёл интрижку на работе! И я не должна устраивать сцен?

Сбоку послышался удивлённый возглас. Там сидела совсем молодая девушка с парнем, зажав рот рукой, она неотрывно смотрела на меня.

– ты меня позоришь, Суа.

Я схватила свою сумку, повернувшись, увидела официанта, что нёс наш чай, взяв одну из чашек в руки, я вылила ему на грудь.

– а! Горячо! Что ты творишь?! – закричал от боли Хван.

– скажи спасибо, что не на лицо. – отвернувшись, я снова столкнулась взглядами с девушкой. – не трать время на идиотов. – обратилась я к ней и с гордо поднятой головой вышла из кафе.

Глава 2

Выйдя из кафе, слёзы, что я пыталась сдержать, прорвались наружу. Я побежала вперед, не зная куда, в моей голове было только: бежать, бежать, не оглядываться. Прохожие сторонились меня, я кого-то задела плечом, и только услышала в спину:

– поаккуратнее!

Но из-за пелены перед глазами, я просто никого и ничего не видела. Остановилась я лишь когда в боку закололо. На улице уже стемнело, я села на лавку и оглянулась. Я сидела в парке не далеко от моего офиса, как хорошо, что я не занимаюсь спортом, а то убежала бы дальше и потом пришлось бы далеко идти на остановку. Вокруг уже зажгли фонари, мимо то и дело постоянно проходили парочки, держась за руки. Ну вот, новая порция боли пожаловала. И я просто разрыдалась во весь голос, подвывая своим слезам. Ко мне испуганно подошла одна парочка.

– госпожа, у вас все хорошо? – с легким поклоном произнес мужчина.

– неееет. – еле видя его, ответила я, убого кланяясь в ответ.

– госпожа, может вам надо в больницу? – испуганно задала вопрос девушка.

– неееет. – их сцепленные руки вызвали новую волну истерики. – всё в порядке, я скоро отойду. – шмыгая носом, попыталась я ответить им.

– может проводить вас куда? Мы на машине, отвезём вас. – предложил мужчина.

Они ещё и на машине! Истерика не закончится быстро, теперь точно.

– нет, всё правда в порядке, – утирая нос салфеткой, что предложил мне мужчина, попыталась я остановиться реветь. – я уже почти успокоилась, всё в порядке.

Начала я кланяться им, уже используя вторую салфетку.

– хорошо, – начали мне кланяться они в ответ, – надеемся, что у вас всё будет в порядке.

– спасибо, – поклонившись в очередной раз сказала я, – и за салфетки спасибо.

Парочка пошла дальше по парку, периодически оглядываясь на меня.

Я просидела так на одном месте ещё какое-то время, словно в каком-то трансе, с опухшими глазами и красным носом, с мокрыми салфетками в руках. На улице уже совсем стемнело, я достала из сумки телефон, на нём высветились четыре пропущенных и одно сообщение, в душе затеплилась надежда, вдруг это все-таки была неудачная шутка Хвана, и это он звонил, чтобы извиниться и предложить забыть эту нелепую ситуацию. Но мир снова рухнул, когда я увидела, что пропущенные были от мамы, а в сообщении было только несколько предложений.

«прости, Суа. Но я тебя больше не люблю. Надеюсь, ты поймёшь. Всего тебе хорошего.».

Рука с телефоном обессиленно упала на колени. Слезы уже закончились, поэтому я встала и на автомате пошла на остановку, скоро должен приехать последний автобус.

Я шла смотря вперёд, но и одновременно сквозь всё, что было передо мной. Внутри была звенящая пустота, ноги еле передвигались. На выходе из парка я снова бросила взгляд на злополучное кафе. Оно всё светилось, народу было уже гораздо меньше, на моём лице не было совсем никаких эмоций, до момента, когда в отражении его окон я не увидела отъезжающий автобус от остановки. Мои глаза резко распахнулись, я быстро развернулась на сто восемьдесят градусов, подняла руки с сумкой и стала истерично ими размахивать, параллельно крича:

– стойте! Подождите! – я быстро начала бежать в сторону дороги. – остановитесь! Пожалуйста!

Перебежав дорогу, я увидела лишь удаляющиеся фонари красного цвета. Опустив руки, я услышала треск. Окинув взглядом у себя под ногами я увидела телефон.

– да вы издеваетесь. – простонав это вслух, я опустилась на колени.

Экран моего телефона был весь в мелкую паутинку трещин. Я попыталась его разблокировать, но все было тщетно. Я думала, что слёзы закончились, но оказывается, что нет. И новый поток начал рваться наружу.

Просидев так на остановке ещё какое-то время, я всё-таки решила встать и идти домой пешком, мама будет волноваться. Идти придется долго, но ничего уже поделать я не могу, денег на такси нет, а последняя надежда на светлое будущее уехала без меня.

Дорога до дома заняла несколько часов, сказать точно не могу, потому что все источники времени как назло скрылись от меня. Еле волоча ногами, я поднялась на свой этаж, достала ключи, брелок на них треснул.

– ну просто потрясающе. – раздражённо я сказала себе под нос.

Открыв дверь, на меня сразу накинулась мама.

– Ким Суа! Ты время видела? Где тебя носило?! – обеспокоенно кричала мама.

– я на последний автобус опоздала… – растерянно ответила я.

– а телефон почему выключен? Я звонила наверное раз сто! Я так беспокоилась!

– извини, ма. – поклонилась я ей.

– ладно, ты наверное голодная. Я твоё любимое кимчи сделала и суп, и про курочку не забыла! Давай, пока не остыло.

Взяв меня под руку, она повела меня на маленькую кухню. Как же божественно там пахло, соусами, приправами, ароматным бульоном. Все запахи смешались в один и мой живот издал соответствующий звук, а рот наполнился слюной от предвкушения. На мгновение я даже забыла о прошедшем дне.

– ты опять не ела в обед? – укоризненно она посмотрела на мой живот. – сколько раз тебе говорить, чтобы ты хорошо питалась? Итак кожа да кости! Кто тебя замуж такую возьмёт? Даже подержаться не за что.

Весь хороший настрой постепенно начал улетучиваться. Мы сели на пол, за небольшой столик, она наложила мне полные тарелки супа, риса, кимчи, жареной курочки. Положив первую ложку риса в рот, и запивая бульоном, я начала пританцовывать от удовольствия.

– не балуйся, а то подавишься. – в шутку ударила меня по руке мама и тепло улыбнулась.

– просто очень вкусно, – с набитым ртом сказала я.

– прожуй, а потом уже говори. Чтобы замуж взяли воспитанную и со здоровым цветом лица. Кстати о замужестве…

– ма, не начинай. – предупреждающе посмотрела я на маму.

– вот у Юны дочку замуж позвали! И какой будущий зять! – начала восхвалять мама свою вредную подружку.

– ааааа! Ма! Ну хватит уже! Они все странные и злые! – начала протестовать я.

– вместо того, чтобы возникать, лучше бы взяла пример! – голос мамы сделался строже. – её Санджа работает в крупной компании, а зять ей подарил новую машину! Чтобы его невеста ездила с комфортом! И работа у него престижная! Акциями занимается!

– он еще не зять, и хватит уже слушать все это хвастовство! Твоя Юна любит выпендриваться и унизить всех вокруг!

– и он мне посоветовал вложить деньги в одну инвестицию, как близкому человеку.

Я подавилась от услышанных слов и начала закашливаться с выпученными глазами. Откашлявшись, я удивлённо посмотрела на маму.

– он что? Какие акции? Ты его совсем не знаешь! Какому еще близкому человеку? – почти кричала я.

– а ну не кричи и поуважительнее разговаривай с матушкой! – прикрикнула она в ответ. – мы почти семья! Семье плохого не посоветуют!

Я закрыла лицо руками, пытаясь осознать услышанное.

– и сколько ты вложила? – обречённо спросила я.

– наши сбережения. Он сказал, что мы станем богатыми! – с азартом в глазах сказала мама.

Мои глаза забыли как моргать. Я просто не знала, что ей ответить. Вся еда потеряла вкус, звуки перестали существовать. Я лишь слышала, как обреченно стучит мое сердце.

– все? Вообще все? – лишь это сумела я выдавить.

– зять сказал, что это надежно.

– да никакой он тебе не зять! Как ты не поймешь?! И Юна твоя лишь хвастается, придумывая всё и ничего из себя не представляя! – теперь поток гнева нашел выход из моего рта.

– не смей оскорблять Юну! Как тебе не стыдно? – запричитала мама.

– все, я не могу больше спорить. – обессиленно я встала из за стола, скинула свой испорченный лонгслив, взяв в руки первую попавшуюся вещь, и вышла из дома, подхватив сумку.

– нет вот, чтобы порадоваться! – услышала я вслед.

Накинув на себя персиковый кардиган, я вышла на улицу. Посмотрев на звездное небо, я пыталась уместить в своей голове всё, что произошло за этот день. Не обращая внимания на всё вокруг, я медленно плелась в сторону нужного мне сейчас дома. Пройдя пару кварталов, я зашла в подъезд, поднявшись на лифте на нужный этаж, и начала барабанить в дверь. Спустя минуту я услышала крик из-за двери.

– какого хрена? Вы вообще страх потеряли?! – гневный голос приближался.

Открыв дверь, на меня уставились два злобных глаза моей лучшей подруги Арым. Которые мгновенно превратились в удивлённые.

Я смотрела на неё пару секунд, а затем просто начала громко реветь. Она растерялась, и мы так и стояли на площадке. Мои глаза опухли ещё больше, из носа тонкой струйкой текли сопли, все щёки были мокрыми, она пришла в себя, схватила меня за руку и втащила в квартиру.

Посадив меня за стол, она скрылась в другой комнате, я всё ещё сидела выла от своего горя, пока резко не открылась дверь, а напротив меня уже стояли две рюмки и бутылка соджу. Я всхлипнула последний раз и наблюдала, как она молча наливала по полной стопке. Закончив наливать, она взяла одну стопку и всунула мне в руку, а вторую уже держала наготове. Мы залпом выпили содержимое, горло обожгло, моё лицо скривилось от ощущения пожара во рту и пищеводе. Арым мгновенно наполнила ещё по одной, и мы повторили предыдущее действие, но теперь мои глаза словно прорезались сквозь отёки, мне кажется на мгновение я даже перестала дышать. Как только прошло это ощущение, она строго посмотрела на меня и сказала:

– рассказывай.

И тут началось. Я рассказала ей весь свой день, про горе-начальника, про бывшего дебила, про телефон, про маму. Параллельно моей истории Арым не перебивала меня, молча подливала нам соджу, и уже под конец моего рассказа мне было уже так тепло и хорошо, что казалось, будто в принципе день был не так уж и плох. Как только я выговорилась, Арым ответила.

– Хван-урод, я тебе всегда это говорила, так что хорошо, что вы расстались, ты заслуживаешь лучшего. Господин Пак-осел, тебе уже давно пора переставать быть тряпкой и найти уже хорошую работу. Мама твоя, как бы я ее не любила- поступила, как дура последняя, даже не посоветовалась с тобой.

Она налила по ещё одной стопке. У нас уже были румяные щёки, от выпитого алкоголя, её движения уже были не такими чёткими.

– значит пора всё менять! Съехать от мамы, менять работу и устраивать личную жизнь с адекватным мужчиной! – сделала выводы она.

Мы громко чокнулись, выпив эту рюмку мое сознание окончательно поплыло.

Глава 3

Будильник. Как много боли сейчас в этом слове. Моя голова готова просто разорваться на куски. По вискам словно бьют тысячи маленьких молоточков. Я попыталась открыть глаза, но даже не успев поднять веки, легкое свечение вызвало адскую мигрень, заставляя меня стонать от ощущений. Попытавшись перевернуться подальше от источника света, я врезалась ногой о что-то твердое.

– щибаль. – простонала я, схватившись за коленку.

Прощупав вокруг руками, я всё-таки нашла телефон Арым, на котором трезвонило на всю округу, а по ощущениям на всю планету, BTS-JUMP. Вздохнув от облегчения, я все-таки открыла глаза, и прищурившись я посмотрела на время.

– нет! Нет, нет, нет!

Время девять утра, через час мне надо уже быть на работе в человеческом виде.

Быстро вскочив на ноги, я уже забыла про головную боль, обратив внимание на то, что заснули мы с Арым прямо на полу, на столе стояли всего две рюмки, зато вокруг стола можно открывать пункт приёма стекла. Я опустилась снова вниз, толкая спящую Арым, которая даже не отреагировала на громкие звуки.

– Арым! Вставай! Девять утра! – не переставала я дёргать ее за руку.

– я не сплю, госпожа, я просто сконцентрировалась на задаче. – она только перевернулась на другой бок.

– Арым! Смотри, там Чонгук! – я пошла сразу с козырей.

Она резко распахнула глаза и села, внимательно высматривая своего биаса в стене. Моргнув пару раз, она повернула голову на меня.

– и не стыдно тебе играть на моих чувствах? – она тут же сморщилась и схватилась за голову.

– девять утра! Ты почему не завела будильник на пораньше?!

– так они играют с семи, ты их все выключала. – все никак не могла прийти в себя Арым.

– ааааааа! Господин Пак меня просто убьёт! – я в панике начала бегать по комнате, собирая вещи взяв зубную щётку Арым, начала судорожно чистить зубы.

– эй! Это моя щётка! И вообще, ты же собралась послать его куда подальше, высказать ему всё, что о нём думаешь и уволиться к чертовой матери.

– что?! – я удивлённо повернула на неё голову, изо рта торчала ручка щётки, и слюна с пастой едкого цвета потекла прямо на мою футболку. – ну почему сейчас? – пытаясь стереть синюю пасту, взмолилась я.

– я дам тебе футболку. И вчера ты была настроена решительно. – еле передвигая ногами, говорила мне Арым.

– я даже не помню вчерашнего вечера! Это соджу было настроено решительно! – сплёвывая остатки пасты, отвечала я.

– ты как всегда, Суа. – она встала передо мной, протягивая футболку. – приходишь, жалуешься на всех, но ничего не делаешь, для того, чтобы это исправить! Тебе вчера судьба преподнесла подарок, в виде расставания с этим выскочкой, а ты продолжаешь страдать, а нужно лишь посмотреть с другой стороны!

– судьба не преподнесла мне подарок, а повернулась другим местом. – парировала я. – я побежала, попытаюсь хоть немного успеть.

Я чмокнула её в щёку и быстро выбежала в подъезд. Вызвав лифт, я нервно дергала ногой, ожидая его прибытия. Но он словно специально ехал очень медленно. Не выдержав напряжения, я выбежала на лестничную клетку и побежала, что есть силы вниз. Спустившись на первый этаж, я уже подбегала к двери на улицу и в этот момент каблук на моей туфле издаёт жалобный скрип и отрывается с частью подошвы. Вот сейчас у меня действительно начинается паническая атака, до этого были цветочки. Я судорожно бегаю взглядом вокруг и в мою голову не приходит ничего лучше, чем выбежать на улицу и кричать.

– Арым! Арым! Арым!

Сверху из окна вылезает голова и кричит в ответ:

– ты чего орешь, сумасшедшая?

– скинь кроссовки! Я тебе их занесу вечером!

Голова исчезает из поля зрения, и ничего не происходит. Я снова начинаю набирать в лёгкие воздух, чтобы закричать снова, и тут из окна быстро летит один кроссовок, прилетая мне прямо в глаз, следом за ним приземляется второй рядом со мной.

– аааааа! – кричу я от боли. – ты смерти моей хочешь?!

– Суа, ты их не поймала что ли? – выглянула Арым из окна, приглядываясь ко мне.

– как раз-таки поймала! Спасибо, Арым! – игнорируя боль во всём теле, а особенно в голове, я принялась натягивать кроссовки.

Всё было бы хорошо, но я ношу двести двадцатый размер обуви, а Арым двести пятидесятый. Словно в калошах я пытаюсь добежать до остановки, в какой-то момент я даже хотела разуться и побежать босиком, но все-таки здравый смысл победил. Нырнув в автобус, я облегчённо уселась на свободное место, заставляя себя не уснуть, хотя убаюкивающее покачивание и негромкая мелодия, всячески склоняли меня к тому, чтобы прикрыть глаза ненадолго. И сладкая нега окутала моё сознание, правда продлилась она недолго. У рядом сидящей старушки заиграл телефон настолько громко, что мои уши на мгновение действительно перестали слышать все звуки вокруг, а головная боль вернулась в троекратном размере. Я заозиралась по сторонам, следующая остановка моя. Неужели судьба всё-таки решила хотя бы повернуть в мою сторону голову? Я побежала к выходу, случайно налетев на мужчину в чёрном плаще и широкополой чёрной шляпе.

– простите, господин, я случайно вас задела. – виновато поклонившись ему, я засеменила к выходу. Он лишь удивлённо смотрел мне вслед.

Выбежав на улицу, я побежала к офису, с каждым шагом моё сердце ускоряло свой темп, мои ладони вспотели настолько, что мне кажется я спокойно и без боли смогу тушить ими свечи, ноги заплетались из-за большой обуви. Мне даже страшно представить, что у меня сейчас на голове.

Я открыла дверь офиса. Там была абсолютная тишина. На мгновение я даже подумала, что мне повезло и господин Пак сам ещё спит дома, но голос из-за спины разбил мои мечты вдребезги.

– ты на часы смотрела? – грозный голос заставил меня щуриться и склонить голову.

– простите, господин Пак! Я проспала! Такого больше никогда не повторится! Я обещаю! Простите, господин Пак! – без перерыва говорила я.

– довольно! – я испуганно затихла, обхватив свою сумку двумя руками и сжавшись в комочек. – где костюм из химчистки?!

Костюм! Я совсем забыла про костюм!

– и почему ты похожа на бездомную? От тебя даже воняет! – сморщился он.

Я подняла на него виноватый взгляд.

– ты что, напилась и подралась с кем-то? Как ты посмела явиться в таком виде на работу?! А вдруг люди зайдут и увидят тебя?! – уже кричал господин Пак.

– да кто к нам может зайти? Тут уже давно можно перекати-поле пускать по офису. – сказав это, я замерла и опустилась в глубоком поклоне. – я не это имела в виду, господин Пак, простите меня.

Повисла тишина, мне было страшно оторваться от пола, я уже проклинала себя за несдержанность.

– пошла вон, несносная девчонка! Чтобы ноги твоей тут больше не было! Совсем обнаглела! Страх потеряла?! – его голос постоянно дрожал от переизбытка эмоций, наверное весь район слышал его крики.

– простите, господин Пак! Я всё исправлю, господин Пак!

– пошла вон! Похожа на бомжа, вот теперь им и станешь! Я помогал тебе по доброте душевной, а ты так по хамски себя ведёшь!

– я по хамски? – ну всё, пути назад нет. – да вы ничего не делаете весь день! Я тяну всю бухгалтерию, маркетинг и прочую лабуду, как вы это называете! Да вы тут загнётесь через пару дней без меня! Это не вы меня увольняете, а я сама ухожу! – крикнула я прямо ему в лицо.

Он был багрово-красного цвета, его ноздри раздувались, как у быка, глаза были прикованы только к моему лицу.

– нет, это я тебя увольняю! Пошла вон, неблагодарная! Несносная девчонка! И потом не ползи ко мне на коленях, чтобы я принял тебя обратно!

Он всю меня испачкал своей слюной, пока кричал. Я злобно прошла мимо него, намеренно толкнув его в плечо и вышла из здания.

Сначала меня наполнило чувство свободы и удовлетворённости, что я всё-таки смогла постоять за себя. Но продлилось это недолго. Теперь я одинокая и безработная. Просто супер. Я лихорадочно пыталась придумать, что мне делать. Домой пока нельзя, я же на работе, нужно срочно искать новую, пока есть сбережения, я могу позволить себе мини-отпуск на поиск работы, мама не должна заметить. Утром буду уходить к Арым, заниматься поиском, ходить на собеседования, а вечером домой счастливая и довольная. Да, так и поступлю.

В животе жалобно заурчало. Денег у меня только на проезд, поэтому немного потерплю, приду домой пораньше, скажу, что господин Пак оценил мою работу и отпустил пораньше. Словно бездомная, я ходила по парку, в отражении витрины магазина я увидела просто настоящий кошмар. Волосы торчат в разные стороны, в каких-то местах даже просматриваются колтуны, под глазом красовался огромный синяк, который с каждой минутой становился всё синее и синее. Опустившись на ближайшей лавочке, я судорожно начала искать расчёску, молясь всем богам, что за эти дни я ничего больше не растеряла. Расческа нашлась очень даже быстро, я попыталась привести волосы в порядок, хотя это было очень непросто, расчесав все колтуны, я нашла небольшую косметичку. Как хорошо что я её не выложила! Там лежало маленькое зеркальце, я быстро открыла его и ахнула от чёткой картинки, которую увидела в отражении. Взяв консилер, хотела попытаться хотя бы немного скрыть синяк, что был уже на половину лица. Нажав на дозатор, ничего не произошло, я надавила ещё раз, и опять ничего. После этого нервы сдали окончательно и я беспрерывно жала на дозатор в надежде хотя бы на каплю средства. После сотни нажатий я услышала звук, и на всю футболку распласталось огромное бежевое пятно. Мои руки опустились в этот момент, я уже не видела смысла что-либо исправлять. Я устало сложила все в сумку и встала, медленно направляясь в сторону остановки.

Придя домой, мама меня не встречала, наверное не услышала, что я пришла.

– ма, я дома. – громко крикнула я.

Я услышала быстрые шаги.

– Суа, девочка моя, – ее глаза были на мокром месте, – что с тобой случилось? – удивлённо она спросила.

– не спрашивай, всё хорошо. – устало ответила я.

– Суа, беда у нас с тобой.

– что случилось, ма? – я села на тумбочку в коридоре и обеспокоенно смотрела на маму.

– помнишь я тебе говорила про акции?

– ну?

– про то, что зять обещал, что они взлетят и мы будем богатыми?

Я молча смотрела на неё, внутри уже поднималась злость в смеси с паникой.

– в общем… Эти акции прогорели…

– что? – неверяще спросила я.

– ну эти акции прогорели…

– я услышала это с первого раза! – крикнула я от переизбытка эмоций.

– Суа, ну мы же справимся? У тебя хоть работа есть, голодать не будем. – сложила в молитве она руки и из её глаз потекли слёзы.

Я молча стояла и смотрела на неё. Меня словно оглушили чем-то тяжёлым по голове. Спустя минуту молчания я задала свой вопрос.

– сколько ты вложила? – спросила я, зная ответ.

– всё…

Я встала, развернулась и вышла из квартиры. Внутри была одна сплошная пустота, я просто шагала вперед, не следя за дорогой.

Впереди показалась парочка, мужчина приобнял девушку, на её плечах был его пиджак, они улыбались друг другу и тихо разговаривали, наверное рассказывали как прошел их день на работе и планировали, чем займутся вечером. Недалеко от меня припарковалась огромная машина, из неё вышла молодая, наверное моя ровесница, девушка, теребя перед собой ключами, она показывала их подходящей к ней пожилой женщине.

– мама, смотри! Честно заработанная! – они хлопали в ладоши от счастья. – поехали, прокачу тебя!

Мимо постоянно проходили улыбающиеся, стильно одетые девушки, отовсюду слышался смех, атмосфера радости, но только не у меня внутри.

Я шла долго, мое сознание словно отключилось, я даже не заметила, как оказалась совсем одна, вокруг было уже гораздо меньше фонарей. Словно очнувшись от дурмана, я встряхнула головой и увидела, что стою посреди моста. По нему проезжали редкие машины, наверное уже совсем поздно, потому что на небе уже красовалась полная луна, и помимо неё единственным источником света были фонари. Я облокотилась на поручни, всматриваясь в воду. Река сегодня была неспокойная. Большие волны бились о камни на берегу, даже в свете луны было видно, что течение было очень быстрым. Я прокручивала в голове последние дни. Горе-начальника, что постоянно меня использовал, я делала за него абсолютно всю работу, да и не только работу, а любые его поручения. Он даже зарплату мне ни разу вовремя не выдал, всё время придумывая разные отмазки. И это позорное увольнение. Его крики на меня наверное на всю округу было слышно, теперь еще и всем коллегам из других филиалов всё расскажет, какая я была плохая и не могла хорошо выполнять свои обязанности. Хвана, что просто променял меня на другую, растоптав четыре года, что мы провели вместе. Я вложила в эти отношения всю себя, отдала ему безвозвратно своё сердце, а он его просто выбросил в мусорку. Маму, что всегда ставит в пример свою подругу и ее великолепную и успешную дочь. Она даже не понимает как делала мне больно каждый раз, сравнивая нас. Я просто хотела, чтобы она мной гордилась. Именно мной, а не на фоне Санджы. Про потерю всех сбережений, что бережно копили мы вместе с мамой. Я даже помню день, когда я получила свою первую зарплату и часть этих денег отдала маме на сбережение, у меня тогда была такая гордость за саму себя. И я видела эту гордость в глазах мамы. Но теперь я вижу лишь сожаление, что я не так хороша, как другая.

Я даже сама не заметила, как перелезла через перила, держась за них руками, я смотрела как зачарованная на волнующуюся воду.

Глава 4

Мой взгляд не отрывался от беспокойной воды, я находилась в каком-то трансе. Одни и те же мысли прокручивались в голове нескончаемым потоком, руки сами по себе слабели. Я чувствовала, как была в шаге от самой страшной ошибки в своей жизни. Щелчок. Слева от меня послышался щелчок. Этот звук отрезвил меня, руки снова крепко сжались вокруг поручня, и голова повернулась в сторону звука.

– не советую этого делать.

Закуривая сигарету, стоял мужчина в длинном чёрном плаще, плотно застегнутом, и чёрной широкополой шляпе. Он крепко затянулся, после чего посмотрел на меня тёмными, почти графитовыми, глазами, и выдохнул горький дым.

– делать что? – спросила его я.

Он приподнял брови, и снова затянулся дозой никотина.

– на воду любоваться, что же ещё? – с каменным выражение лица ответил он мне.

– а вы вообще кто? – я попыталась развернуться к нему лицом, нога предательски чуть не соскользнула, но я крепко сжала руки вокруг ледяного металла и удержалась.

– тот, кого лучше встречать в старости, лет так в девяносто, но никак не в двадцать шесть. – снова затяжка.

– инсульт? – не удержалась я от колкости.

– почти угадала. – на лице мужчины появилось подобие улыбки.

Он устало, словно работал несколько недель без сна, выкинул окурок в реку и посмотрел на меня безразличным взглядом.

– давай уже, либо прыгай, либо лезь обратно, – посмотрев на часы, что были на его левой руке, он продолжил. – у меня не так много времени.

– да что вы себе позволяете?! Я не какая-то самоубийца! – возмутилась я.

– твоё нынешнее положение на мосту говорит о другом. – он указал на мои руки, что крепко сжимали поручень.

– я… – я не понимала, что ответить.

– это новое хобби у молодёжи? – его голова склонилась в сторону, с интересом наблюдая за мной.

– хобби? – не понимая, я повторяла за ним слова.

– или нет. Хочется получить острые ощущения? – его глаза выражали полное равнодушие.

– да что вы себе позволяете! Не знаю как вас зовут, господин, и знать особо не желаю! Лучше идите куда шли!

Он устало закатил глаза, доставая из кармана плаща очередную сигарету.

– это вам с такой любовью к курению нужно быть осторожней! – возмутилась я.

– это вряд ли. – усмехнулся он. – мне долго ждать?

Во мне вскипело возмущение в смеси с гневом. Да как он посмел мне такое говорить?! Я часто задышала, мои мысли путались, пытаясь подобрать слова, чтобы ответить ему.

– знаете, что?!

Я отпустила одну руку, чтобы жестом показать ему, куда идти, и нога предательски соскользнула. Вторая рука пыталась сильнее сжаться на поручне, но сил не хватило. В голове была паника, а этот козёл даже руки мне не подал, чтобы помочь. В последний момент я попыталась ухватиться двумя руками, но гравитация беспощадна, и я полетела вниз. За эти пару секунд, что я летела, я ругала себя, за то, что вообще сюда пришла. Работа? Найду новую! Парень? Вокруг столько много интересных людей! Сбережения? Накоплю новые! Как всё так вышло?! И только я всё это осознала, удар и темнота.

Волнующая пустота. Я постоянно оборачивалась, пытаясь найти хоть какой-то источник света, воздуха не хватало, паника нарастала всё сильнее, я уже хаотично дергала руками и ногами. Вспомнив уроки в школе, я выпустила воздух изо рта, чтобы понять, куда будут подниматься пузыри. Но поняла, что я сделала ошибку, потому что вокруг была лишь тьма. Я закричала прямо в воде от беспомощности, всё тело кололо миллионами маленьких иголок, руки переставали слушаться. Я уже почти сдалась, но меня какой-то необъяснимой силой вытолкнуло на поверхность. Я сделала спасительный глоток воздуха. Легкие обожгло, от этого ощущения я закашлялась, но в голове звучало как мантра: «греби, Суа! Греби к берегу, как в последний раз!». И я, что было сил, работала руками. Я уже не чувствовала тела от холода, что обжигал каждую клеточку организма, но продолжала двигаться. Я не знаю сколько прошло времени, но я двигалась и плакала, вся моя боль выходила со слезами, но я не сдавалась, я продолжала бороться за свою жизнь. Мои глаза ничего не видели, дышать становилось катастрофически тяжело, и уже когда сил оставалось мало, моя нога о что-то ударилась. Дно! Никогда не думала, что буду счастлива оказаться на дне! Моя психика ликовала. Из глаз уже полились слёзы счастья, когда я уже двумя ногами стояла на земле. Я вылезла на берег, вернее сказать приползла, обессиленно рухнув вниз. Я перевернулась и посмотрела на небо. Звезды сияли еще ярче, свет от луны ослеплял, я лежала и смеялась.

– какая же я дура. – сказала я сама себе.

Щелчок.

Я резко подняла голову и посмотрела в сторону. На одном из камней сидел тот самый мужчина с моста и закуривал сигарету.

– это точно. – устало сказал он.

– вы? – удивленно спросила я.

– я.

Мои глаза непонимающе на него смотрели, в голове всё ещё было чувство эйфории, но мужчина пугал меня.

– я только что чуть не совершила самую страшную ошибку в своей жизни из-за вас! – обвиняюще и всё ещё тяжело дыша, сказала ему я.

Он не спеша докурил сигарету, привычным жестом выкинув окурок в реку, и посмотрел на меня усталым взглядом.

– у меня для тебя плохие новости. –он посмотрел справа от меня.

Я сначала не понимала, чего он от меня хочет. Затем я повернула голову в сторону, куда он смотрел, и моё сердце остановилось.

В воде возле берега, лицом в воде, на поверхности плавала девушка. Её одежда была удивительно похожа на мою. Такой же кардиган, джинсы, виднеющаяся белая футболка, волосы такого же цвета. И в этот момент я замерла, воздух снова пропал из лёгких, обхватила себя руками, ноги сами меня повели к телу, я даже не успела подойти к нему, как волной его перевернуло и я увидела своё лицо со стеклянными глазами.

Глава 5

Я абсолютно не понимала, что происходит. Вот стою я, живая и всё чувствую, а напротив плаваю так же я, но со стеклянными глазами и не двигающейся грудной клеткой. Подойдя еще ближе, я в ужасе отпрянула. Сзади снова послышался щелчок. Этот звук уже раздражал. Я повернула голову в сторону мужчины и сказала:

– что происходит? И кто вы такой?

Он не спеша поднялся с камня, попутно вкладывая зажигалку в карман.

– а ты еще не поняла?

Он подошёл ко мне вплотную, мои руки задёргались, всё внутри кричало мне бежать и не оглядываться. Он выдохнул едкий дым мне прямо в лицо.

– я умерла? – глаза наполнились слезами.

– да.

– а вы?

– да.

– вы неупокоенная душа, которая будет теперь меня преследовать?

После этой фразы он резко поднёс руку к лицу и закрыл ей глаза.

– это будет сложнее, чем я думал. – сказал он себе под нос.

– что сложнее? – вопросительно посмотрела на него я.

– ещё варианты есть? – он опустил руку и снова сделал затяжку, смотря мне в глаза.

– есть, но это бред какой-то. –я уже порядком раздражалась, до конца не понимая, что происходит.

В тишине он докурил сигарету, отбросив окурок, и сказал:

– жнец смерти, Мин Кан. – и протянул мне руку.

Я в недоумении пожала её в ответ.

– Ким Суа. – на автомате ответила я. После секундного замешательства, меня словно осенило. – Жнец смерти? Это шутка какая-то? Где-то здесь скрытая камера? – я начала оглядываться по сторонам. – и куклу вы сделали потрясающую, она жутко похожа на меня.

Я подошла к кукле и попыталась её поднять, но она была очень тяжёлая и ледяная. Я сделала ещё несколько попыток её поднять и повернулась к мужчине.

–вы в неё специально что-то тяжёлое добавили? Чтобы она не уплыла от меня далеко? Правда, очень реалистично.

Мужчина смотрел на меня с полным равнодушием. Чего он ожидал? Что я закричу от страха? Не на ту напал, я хорроры с детства обожаю, меня таким не напугать.

– пошли уже, я тебя провожу и закончим с этим. У меня ещё много работы.

– не пойду я с вами никуда, я вас совсем не знаю! – возмутилась я. – давайте уже, показывайте, где камера?

В этот момент я увидела, как с возвышения спускается мужчина, на улице уже начинало рассветать и я достаточно быстро разглядела его лицо. Оно было испуганным, и смотрело куда-то в воду.

– господин! Мы здесь! – крикнула я ему.

Мин Кан с интересом посмотрел на меня, приподняв бровь.

Мужчина бежал прямо в нашу сторону, я махала ему руками с чувством облегчения. Как только он подошёл уже совсем близко, я заговорила с ним.

– здравствуйте! Это вы с камерой здесь прятались? А когда я…

Я так и не закончила фразу, потому что он пробежал мимо меня, даже не взглянув, и направился прямо в воду.

– госпожа! Госпожа! – закричал он.

Я стояла и глупо хлопала глазами.

– о, нет! – мужчина достал из лёгкой куртки телефон и набрал номер. – здравствуйте! Я у Хангана, недалеко от моста. – небольшая пауза, он слушал собеседника. – меня зовут Чхве Мун, я проезжал по мосту и увидел, как девушка сорвалась с него. Я побежал вниз, чтобы посмотреть цела она или нет. Но она тут. – его голос дрогнул. – плавает…

Снова тишина, в его глазах стоят слёзы.

– да, да. Я дождусь. Хорошо.

После этого разговора он положил телефон обратно в карман и вышел на берег, наблюдая за телом.

Я стояла как вкопанная, я снова посмотрела на, так называемого, жнеца.

– убедилась?

Я топнула ногой, поднимая брызги, подошла уверенной походкой к мужчине.

– это уже не смешно! – крикнула я.

Но мужчина продолжал смотреть сквозь меня.

Меня покрыл холодный пот. Руки обессиленно опустились вдоль тела, язык потерял способность говорить.

– вот теперь до тебя, наконец-то, дошло. Давай, не задерживай меня. Провожу тебя быстро и разойдёмся. – Мин Кан встал, отряхивая свой плащ.

– не пойду я с вами никуда. Вы же жнец смерти!

– я тебе об этом уже говорил. – ответил он с выражением лица, словно он разговаривает с глупым человеком.

– я не могу. Я не могу вот так умереть. – глаза были уже на мокром месте.

Он закатил глаза и устало посмотрел в небо.

– началось…

Я услышала мигалки, с моста съезжали полицейские машины и скорая помощь. Они все устремились в нашу сторону. Как только они подъехали достаточно близко, выбежало сразу несколько человек. Мужчина, что стоял на берегу, размахивал руками, чтобы они его заметили. Я словно находилась в кино, до конца не понимая, что всё это происходит на самом деле. Все пробегали мимо меня, даже не обращая внимания. Рядом со мной, плечом к плечу, встал Мин Кан. Он вытащил из внутреннего кармана плаща пачку сигарет, взял одну, затем направил её в мою сторону. Я неосознанно взяла из неё одну штуку, прозвучал щелчок, я на интуитивном уровне подкурила её, всё ещё наблюдая за тем, как люди бегают вокруг, как вытаскивают мою копию из воды, прощупывают пульс, светят фонариком в зрачки, осматривают видимые участки тела. Затем они уже неспешно привозят каталку, погружают другую меня на неё и везут к машине скорой помощи.

Мы молча стоим и курим. Спустя небольшое количество времени никого не остаётся на берегу, кроме меня и Кана. Я поворачиваю к нему голову, он поворачивает свою в ответ. Мои губы задрожали, глаза уже за пеленой, Кан тяжело вздыхает.

– давай без этого? Времени правда в обрез. – он постучал указательным пальцем по часам.

Взрыв. Взрыв осознания и эмоций. Я начинаю кричать и горько плакать. Мин Кан молча пошёл в сторону и снова сел на камень, устало подперев рукой подбородок. Обессиленно рухнув на землю, после истерики, я находилась в непонимании, что делать дальше?

– всё? – послышалось из-за спины.

– как ты можешь быть таким бессердечным? Я умерла! Я только что видела своё мёртвое тело! И ты спрашиваешь меня всё ли я?! – я повернула к нему голову, смотря опухшими глазами.

– знаешь сколько у меня таких в неделю? Если я буду всем сочувствовать, то меня разорвёт спустя месяц. – равнодушно ответил жнец. – а теперь давай, руки в ноги и пошли.

– не пойду!

– ты хочешь стать неупокоенной душой? – он вопросительно посмотрел на меня.

– конечно нет! – представив это, я испугалась. – я не сама это сделала!

– ну да, тебя насильно привезли на мост и скинули с него?

– нет! Но я не сама! Я вообще не хотела этого делать, это вы виноваты! – крикнула я ему последнюю фразу.

– я?

– да!

– и как же? – он снова уселся на камень, с интересом рассматривая меня.

– вы меня отвлекли и я соскользнула!

– извиняюсь спросить, но как же это ты оказалась с другой стороны моста, если при этом не собиралась прыгнуть? – его брови поднялись вверх.

Я замялась.

– вас это вообще не должно волновать! – я обхватила себя руками и отвернулась от него.

– тебе всё-равно придётся со мной пойти.

– не пойду!

Я снова услышала щелчок и усталый выдох.

– за что мне всё это?

Я снова повернулась в сторону жнеца.

– я хочу увидеть маму.

– после этого пойдёшь? – оживился он.

– нет! Куда ты собрался меня вести вообще?

– как куда? В загробный мир. – он сказал это словно это знает каждый школьник.

– а что я там буду делать? – поинтересовалась я.

– там сначала постоишь в очереди, где распределяют, дадут направление, после направишься в другую очередь, в зависимости от того, куда распределят.

Он рассказывал об этом, будто я в банк какой-то пойду.

– потом в ад. – закончил он спокойно.

– в ад? – мои глаза широко распахнулись.

– самоубийцы все в ад попадают, тут ничего не поделаешь.

– я не самоубийца!

– это я уже слышал.

– значит здесь останусь.

Я встала и направилась в сторону города. Услышав сзади шаги, я обернулась. За мной шёл Мин Кан.

– и куда ты собралась?

– в больницу. Меня ведь туда повезли? Мне нужно увидеть маму. Ей скорее всего уже позвонили и она едет туда. – уверенно ответила я.

Жнец поравнялся со мной.

– рано или поздно тебе всё-равно придется пойти со мной.

– я выбираю поздно.

Он закатил глаза.

Я вбежала в больницу. Вокруг суетилось много людей, кто-то стонал, кто-то плакал, кто-то кричал.

– подвал. – скучающе сказал мне Кан.

Я бросила на него злой взгляд, резко развернулась, намеренно ударив его волосами, подошла к плану больницы. Найдя на нём нужное мне место, я уверенно зашагала. Плюсы есть в том, что тебя не видят. Никто меня не останавливал, не требовал показать документы, не задавал вопросы кто я и зачем я туда иду. Спустившись вниз, я остановилась в большом пустом коридоре.

– предпоследняя слева. – снова этот раздражающе спокойный голос.

Не удостоив его взгляда, я зашагала к нужной двери. Я встала перед ней, не решаясь зайти внутрь, руки немного подрагивали. Кан одним движением руки раскрыл передо мной дверь, даже не касаясь её. Набравшись смелости, я сделала шаг вперед.

Комната была небольшой, вокруг находилось большое количество небольших металлических окошек, внутри было холодно, что мурашки побежали по коже. Посередине стоял высокий стол, на котором лежала я. Другая я. Лицо было вздувшимся, на одной стороне лица огромный синяк, волосы словно в какой-то слизи, я была укрыта по шею белой простынёй. Рядом стояла мама и горько плакала. Моё сердце забилось со скоростью света, ком встал в горле. Я не знала как её утешить, не знала, что сказать. Да я уже и не могла. Рядом с ней стоял мужчина в длинном белом халате и придерживал её за плечи.

–госпожа Ким, она не страдала. Суа прыгнула и ударилась головой о поверхность воды под таким углом, что наступила мгновенная смерть. Она не мучилась от боли, не задыхалась.

Я стояла рядом и слушала его, из глаз катились слёзы, оставляя мокрые дорожки после себя. Я хотела кричать, что я тут, что я жива, что я их вижу и слышу. Но после его следующих слов внутри всё оборвалось

–в вашей ситуации никаких церемоний не будет. Завтра в третьем зале мы устроим прощание, вы можете оставить контакты тех, кто хотел бы попрощаться с ней. На следующий день устроим поминки и на третий день мы её кремируем, так что необходимо приобрести урну.

Он говорил об этом с таким спокойствием, пока моя мама рыдала без перерыва.

– а ты чего ожидала? Что тебе церемонии прощания будут устраивать? – услышала я из-за спины.

Я зло повернулась, и единственное на что меня хватило, это обнять жнеца за грудь и горько заплакать.

Глава 6

– король Чунджон, одиннадцатый ван корейского государства Чосона, объявляет своим приемником…

Тишина, все задержали дыхание, лишь бы не пропустить имя. Одно простое имя, для которого всё изменится навсегда. Я стоял в первых рядах, напротив меня в напряжении, как струна, находился Инджон, старший сын короля, мой старший брат. Я был полностью уверен, что назовут именно его. Поэтому я был абсолютно расслаблен. Осознание того, что мы станем меньше видеться расстраивало меня, но я понимал, что это начало новой главы в его жизни, под названием наследный принц. Мы уже обсуждали это с ним как-то ночью, когда сбежали в сад, пока никто не видел. Инджон поделился со мной, что хочет этого так же сильно, как и боится этой ноши. И я понимал его.

Взгляд не отрывался от лица Инджона. Он пытался скрыть нервозность, но ему это всегда давалось трудно. С самого детства учителя ругали его за то, что он не владеет своими эмоциями, что в нём нет этой аристократической стати, но он всегда с ними спорил, за что получал в последствии наказания. И сейчас я наблюдаю как его глаза бегают из стороны в сторону, плечи приподняты, если бы я стоял сейчас рядом с ним, то обязательно незаметно дал бы ему знак, чтобы он успокоился. Но Инджон словно сопротивляется и специально не смотрит на кого-то конкретно. Но вдруг, его глаза направились чётко на меня. В них бушевали гнев, ярость, злость и что-то ещё, более тёмное. Я даже не сразу понял, что случилось, откуда такая перемена в его взгляде?

– Хэанкун, младший сын короля Чунджона, одиннадцатого вана корейского государства Чосона…

Что? Все взгляды устремились на меня. Этого не может быть! Я младший сын! Всю мою сознательную жизнь к этой роли готовили Инджона, он к этому готов, наверное, с самого рождения!

Внутри слишком сильный ураган, сердце колотится, словно я позанимался три часа с учителем по боевым искусствам. Но лицо моё не выражает ни одной эмоции, так нас учат с рождения. «Неважно, что происходит в твоём сердце, твои глаза должны быть кристально чисты.». Так говорил учитель, и это уже не отнять у меня.

На ватных ногах я подхожу к ногам короля и склоняюсь в глубоком поклоне. Вокруг так же тихо, все боятся сказать слово, по ощущениям, как будто даже дышать не решаются. Даже склонившись, я чувствую на себе один и единственный взгляд, что прожигал меня насквозь. Скорее всего, это окажется ошибкой…

– Хэанкун, младший сын короля Чунджона, одиннадцатого вана корейского государства Чосона, назначаю тебя своим преемником. – сказал король.

Нет, не ошибка, он действительно ничего не перепутал. Боковым зрением я увидел, как зал с высшим обществом, чиновниками, генералами и почётными гостями склонились в поклоне. Я совсем не понимал, что сейчас происходит. Это, наверное, всё сон. И вот я встаю перед королём, он разворачивает пергамент, в котором вписывает моё имя и ставит предварительно разогретую печать. Процессия во главе с королём направляется в сторону выхода, я иду следом за отцом под пристальные и одновременно удивлённые взгляды. Покинув зал, король разворачивается ко мне лицом, его свита останавливается. Он смотрит мне прямо в глаза, после нескольких секунд он начинает улыбаться, не отрывая взгляда от моих абсолютно равнодушных глаз и тихо говорит, что слышу только я:

– не ошибся.

Двери зала для подписания бумаг громко раскрываются через короткий промежуток времени, после того как мы с королём туда зашли. С горящими глазами, тяжело дыша, туда заходит Инджон.

– закрой дверь. – не поднимая взгляда, говорит король.

Инджон с грохотом захлопывает дверь, после чего его гневный взгляд обращается на меня.

– как это понимать, отец? – я даже слышу как скрипят его зубы.

Я продолжаю сидеть ровно, наблюдая со стороны.

– вот именно поэтому, мой дорогой сын. – поднимает на него взгляд отец.

На лице Инджона теперь добавилось непонимание.

– ты эмоционален, ты делаешь, а потом думаешь. Я могу сказать о чём ты думаешь в любое время дня и ночи. Твои эмоции владеют тобой.

– это неправда! – крик Инджона разлетелся по залу.

– ты думаешь я не наблюдал за тобой все эти годы? – король встал со своего места. – я смотрел за всеми. Какие науки лучше даются, как реагируют на поражение, как встречают препятствия. – он стал медленно обходить стол. – и, к сожалению для тебя, ты не лучший. Ты не справишься.

– я с младенчества к этому готов! – лицо Инджона окрасилось багровым цветом. – и ты выбрал его? – он снова посмотрел на меня.

В это мгновение я не мог поверить, что этот взгляд принадлежит моему старшему брату. С которым мы делились переживаниями, мыслями.

– отец, – не выдержав его взгляда, я обратился к королю, – Инджона готовили к этому с детства.

– как и тебя. – перебил меня отец. – ты учился с ним вместе. Если ваши учителя считали, что готовят именно Инджона к этой роли, то их нужно всех казнить.

Под конец фразы его голос стал железным, который не терпит пререкательств.

– это решение не принято за день. Это осознанное, обдуманное, и самое главное принятое решение.

Его рука ударила по столу. Инджон зажмурился, словно пытался проснуться от дурного сна.

– Хэанкун более спокойный, умеющий контролировать свои эмоции. Не принимает важных решений сгоряча, взвешивая все за и против, не бросается делать всё и сразу. Даже сегодня, назвав его имя, я увидел, – отец посмотрел на Инджона, – всё твоё непонимание и злость, когда на его лице, – теперь его взгляд обратился на меня, – не выражало ничего. Взгляд короля.

Именно в этот момент упала последняя капля терпения Инджона. Он ударил по столу отца кулаком, что тот дал трещину, и крикнул:

– это должен был быть я!

После чего он развернулся, пробежал мимо меня, намеренно больно задев моё плечо, и вышел из зала, громко захлопнув за собой дверь.

– надеюсь, что хоть ты понимаешь почему мой выбор такой.

И я действительно понял. Вернее сказать осознал.

Всё наше детство, нас обучали грамоте, физической подготовке, правилам поведения. Не одного Инджона, а всех членов королевской семьи. Но именно Инджон решил еще в детстве, что если он старший, то именно он должен унаследовать трон. И никто никогда с ним не спорил, потому что были уверены в его словах. Но мы продолжали вместе обучаться, учителя нас и ругали, и хвалили, но я всегда говорил себе, что Инджон - будущий король. Я всегда утешал его, когда его эмоции брали верх, подсказывал ему, как лучше поступать, потому что он всегда делал быстро, и не думал о последствиях. И только спустя каких-то пары часов, как мне на это указали, я осознал как сильно ошибался. Наблюдали за всеми братьями и сёстрами. Никого не выделяли. Детские мысли легко запутать, внушив одну мысль, и мы все считали его лучшим, потому что он старший.

– понимаю. Только сейчас понял. – я поднял взгляд на отца. – я буду достойным приемником, король Чунджон, одиннадцатый ван корейского государства Чосона. – склонился я в поклоне.

На лице короля лишь заиграла улыбка.