Read the book: «Эра скорпиона. Том 4»

Глава 1

Я открыла глаза еще затемно, но реальность навалилась с такой тяжестью, что захотелось вновь зажмуриться и проспать три дня кряду. Может, хоть тогда все изменится: судьба закончит последний виток и установит другие правила — любые, лишь бы не те, что вчера. Сейчас же не наблюдалось привычной легкости и силы от нового ранга, лишь слабость и внутренняя тишина.

Однако через пару секунд стало ясно, что проснулась я не самостоятельно, — меня будили. Притом Татью это раздражало даже сильнее:

— Да отстань ты от нее, лупоглазый! Бедняжка почти всю ночь промучилась, дай ей хоть до побудки отлежаться!

— В могиле отлежится! — заявил Руперт. — Ау, просыпаемся! Я уже растерялся, за кем должен следить, но радует, что ты на месте — не убиваешь невинных девиц.

— Да что ты несешь? — Татья спросило устало, но наконец-то начала одеваться, ничуть не стесняясь своего полуобнаженного вида.

Я же намек поняла и вмиг села. Осмотрелась и тотчас вскрикнула:

— А где Лода?! Этого еще для беды не хватало.

Татья, не знающая подробностей, удивилась:

— Какой беды? Если не ошибаюсь, она ушла поздним вечером. Но мне было не до нее — тут ты опять рисковала скончаться. Я сама только-только прилегла, так надо же — теперь и этот с криками заявился. В порядке ваша Лода — гуляет где-нибудь с Вирнеем, пусть молодежь развлекается.

— Вирней спит как сурок, — опроверг Руперт ее предположение. — Но и Кея с вечера нет. Значит, все в порядке — либо за ней приглядывает, либо вместе тренируются.

Я покачала головой, едва сдержав судорожный стон. Кей точно не тратит ночь на практику — у него сейчас наверняка другие дела. С ним ли Лода — большой вопрос… Я не успела ничего сказать, поскольку в комнату вошел еще один человек — на этот раз через открытую дверь, а не по привычке в окно.

— Лиам? — я не столько удивилась, сколько поддалась ужасу. — Боги, прошу, скажи, что я случайно передала тебе боль при взятии ранга, и ты поэтому здесь!

— Не поэтому, — возразил он и, кажется, был настолько подавлен, что не обратил внимания на присутствие посторонних: — Что-то не дает мне покоя — вероятно, я надумываю. В шахте ты упоминала какие-то дурные предчувствия. Можешь добавить конкретики? Ири и Рист вчера уехали — кажется, они получили какие-то вести из дома и поэтому так спешно покинули академию. А ты не хуже меня знаешь, что вести из их дома — это что-то такое, что каждого коснется. Таланея и Эрман ничего не знают — надеюсь, они молчат не потому, что считают меня недостойным их компании. А вы почему в такое время не спите?

Я схватилась пальцами за голову, чтобы она не разорвалась на две половины. Близнецы уехали — это логично: как только король узнал о гибели наследника, он был просто обязан перевести остальных детей под надежную охрану. Скорее всего, сейчас они уже во дворце, а там такое количество боевых магов, что можно не переживать. С Лиамом поговорить надо — со всеми надо, еще и Вирнея желательно позвать. Одна я с подобным ворохом определенно не разберусь. Кей просил пока этого не делать, но сейчас я рисковала собственным рассудком!

Но я еще не придумала, с чего начать, как Татья сообщила:

— Вон Кей и Лода шагают, через пару минут будут здесь! — Она указала подбородком на окно. — Оба вроде бы довольные и веселые. Точно же, просто тренировались, а вы развели тут панику на ровном месте.

— Мне надо поговорить с ним… — прошептала я под нос и повторила, зачем-то оповещая присутствующих: — Сначала мне надо поговорить с ним!

Я сорвалась с места — благо, вчера вырубилась прямо в одежде, а Татья и не думала меня раздевать. Но наткнулась на Лиама, который произнес:

— У вас тут тоже какая-то суета. Ладно, потом побеседуем. Пойду все-таки для начала вытрясу Эрмана и Таланею. Там дело, может, и яйца выеденного не стоит, но я неожиданно поступил, как вы: развел панику на ровном месте.

Я лишь в ботинки влетела и уже понеслась по коридору. Паника Лиама точно имеет основания, хотя он о них и не догадывается. А мне обязательно следует убедить Кея, что близнецов убивать никак нельзя: они слишком справедливы и прямолинейны, им просто нужно привести исчерпывающие доказательства, и тогда они добровольно подпишут документы на отказ от престолонаследия. Никто из ныне живущих Армундов не виноват в той исторической несправедливости, как не причастна к ней я или сегодняшний герцог Черси! Зато Кейвар Скорп сразу зарекомендует себя как правитель, способный на милосердие и разумные решения. Если уж ему действительно суждено стать королем — так пусть будет именно таким.

— Только светает, куда намылилась наша красавица? — удивился солдат, с которым я неожиданно столкнулась на выходе из здания.

— Тренировки не запрещены в любое время суток, — привычно отозвалась я и попыталась пройти мимо, не интересуясь, отчего он сам не в постели. Хотя, вероятнее всего, просто возвращается с ночной смены у карцера.

Парень зачем-то развернулся и пошел вслед за мной, а потом и вовсе ухватил за локоть, вынуждая остановиться и продолжить беседу. Да когда они все закончатся-то? При нашем генерале — никогда. Однако сейчас у меня не было никаких сил разбираться еще и с этой проблемой. Я резко развернулась, ударила под дых и тотчас ухватила солдата за горло. Приблизила лицо и прошипела:

— Еще раз посмеешь меня тронуть — живым не уйдешь. И больше не путай службу с борделем, рядовой.

Стоило отпустить, как он отпрянул, прижав руки к животу. В отличие от майора Шверга, он не считал себя вправе творить здесь что угодно — даже сразу начал оправдываться:

— Ты чего такая колючая? Я просто поболтать хотел, познакомиться поближе. Ты мне с первого дня в душу запала, а вдруг и я бы тебе понравился? Девки говорят, что я симпатичный. Меня, между прочим, Иртаем кличут.

Я перевела взгляд с действительно симпатичного лица на Кея, который возник за спиной парня. О боги, правильно же говорить «Кейвар», как бы к этому привыкнуть? Эта мысль меня ненадолго отвлекла, поэтому я не успела среагировать, когда тот молниеносным движением приблизился и провел по незащищенному горлу тонким лезвием. Единственный рядовой, имя которого я узнала, лишь на секунду округлил глаза и с тем же удивленным выражением лица свалился на землю.

— Зачем?! — я наконец-то смогла отмереть. — Я ведь и сама уже все решила! Этот бы не стал продолжать!

Кейвар растопырил пальцы и направил на труп струю огня. Ответил настолько спокойно и размерено, будто не совершил только что убийство человека:

— Хватит уже с ними нянчиться — закончилось их время, началось наше.

— Закончилось их время, наше началось! — почему-то радостно повторила Лода и побежала в корпус, чтобы успеть до побудки помыться и привести себя в порядок после… после чего? Почему она выглядит так, словно вернулась с войны — потрепанная, с заляпанной чем-то темным обувью и горящими от возбуждения глазами?

От тела уже остался лишь пепел, который скоро развеется. Но я все еще была потрясена легкостью и скоростью принятого Кейваром решения — насильников надо уничтожать, но вряд ли Иртай один из них, он показался обычным простачком, ставящим на свою обаятельную улыбку и ни на что больше. Я с трудом вдохнула и напомнила:

— Его хватятся уже утром.

— Не хватятся, — уверенно произнес Кейвар. — Им будет некогда заниматься такой ерундой. Хорошо, что ты вышла, мне не придется тратить время. Харро подал знак, что восстание во дворце начнется с моим появлением. Сейчас иди к нашим и все им объясни, больше тянуть нет смысла. Сидите здесь, пока я не приду сам или не отправлю за вами людей. По моим прикидкам, это будет самое безопасное место. Когда мы закончим во дворце, возьмем всю академию в оцепление. Но если все выйдет из-под контроля, то сразу бегите и отправляйтесь по любому из этих адресов. — Он нашел во внутреннем кармане и протянул мне листок со списком. — Все эти дома наши, назови свое имя и тебя примут как мою сестру. И очень прошу — не высовывайтесь, пока шум в столице не стихнет. Это может занять время, переворот — дело грязное, опасное и жаркое. Я понимаю, что это звучит очень обидно — в самый важный день своей жизни я не беру тебя с собой, но считай это последним приказом от Волка волчатам — мне обязательно нужно знать, что вы в полной безопасности, и не отвлекаться. Тебя могут использовать против меня — у приспешников Армундов нет ничего святого, поэтому сейчас надо поступить именно так. Сбереги себя любой ценой, и этим мне очень поможешь. Ты все поняла, сестренка?

Я не кивнула в ответ на вопросительный взгляд, мне стало еще хуже, чем вчера. Восстание, переворот… Через какой-нибудь час или два дворец в центре столицы будет захвачен, личную гвардию короля и всех, кто не сложит оружие, перебьют — Кейвар в силах своих людей не сомневается, не напрасно они готовились к этому дню даже не годами, а поколениями! Уже через час или два привычный мир будет разрушен.

С большим трудом я выдавила, зацепившись за главную мысль, вынудившую меня выбежать навстречу:

— Я умоляю тебя пощадить Армундов. Не знаю, как король, но близнецы точно поймут, когда ты им представишь все доказательства.

Кейвар мягко улыбнулся и покачал головой:

— Ты у меня все еще такая чистая, добрая душа, за это я тебя и люблю. Однако уже поздно просить за них. Иди, сестренка, меня уже ждут. Да очнись ты уже! — Он ласково тронул меня за плечо, заставив вздрогнуть. — Скажи, что ты все запомнила и меня не подведешь!

— Я не подведу тебя, — прошептала я бездумно, утопая в черноте его глаз, но при этом вспоминая встревоженный взгляд Лиама, когда он сообщил, что близнецы еще вчера покинули академию.

Кейвар удовлетворился обещанием и сорвался с места, а я долго не могла восстановить дыхание. Если бы меня со всего размаха ударили по голове, я бы все равно не чувствовала такого же оцепенения и полного хаоса в мыслях.

Все друзья не спали — сидели в одной комнате и хмурились, ожидая нашего возвращения. Я обязана сейчас все им выложить, и, кажется, ни один из них не будет так же потрясен, как я. Все они — простые люди, не родственники королям и не знатоки политики, а когда узнают, что все это время они и без того боготворили будущего короля, так ощутят, будто судьба закидала их подарками.

Татья поинтересовалась:

— А Кей где? Уже скоро на завтрак идти, он не опоздает? Или с нашими разряженными браслетами плевать, что не попадем на перекличку?

Я проигнорировала вопросы и обратилась к Лоде:

— Где вы с ним были? Что делали?

Женщина отмахнулась:

— Да просто гуляли!

Я скривилась и кое-как сдержалась, чтобы не схватить ее за грудки и не вытрясти более вразумительный ответ. Гуляли? Мол, ходили по столичным улицам ночью, а Кейвар тем временем получал сигналы от своих людей? Пытаясь не выйти из себя, я надавила:

— Вас не было целую ночь, Лода! Я спрашиваю — что вы вдвоем делали все это время?

Она раздраженно произнесла:

— Говорю же, гуляли! Нельзя, что ли?! Между прочим, твой брат очень привлекательный парень — может, я ему понравилась?

Вирней напрягся, но промолчал, а я вынудила себя успокоиться. Лода опять забыла, что она больше не юная девушка, — Кейвар позвал, она и пошла. И, вероятно, на самом деле решила, что это похоже на романтическую прогулку. Неясно только, зачем он ее вообще с собой брал. Добиться от нее маршрута столь долгого похода оказалось еще сложнее — женщина уже убедилась, что я ее в чем-то обвиняю, насупилась и замкнулась в себе.

На завтрак мы сходили. Когда Кей Дорн не отозвался на перекличке, маг действовал по протоколу: активировал конкретный браслет на пару минут, через некоторое время повторит. Если даже шахтер сбежал, то все равно вернется, устав от невыносимой боли, и там уже с ним будет разбираться начальство. От заряженного браслета избавиться невозможно, даже руку себе отпилив, — в этом случае он просто убьет носителя. Мы же, разумеется, совсем не тревожились — мне теперь вообще показалось, что в последнюю встречу на Кейваре уже браслета и не было. И если это так, то он его снял тоже во время прогулки с Лодой? Она и этого не заметила или что-то скрывает?

На полигоне шла обычная тренировка, и я все еще молчала, пытаясь выстроить в разуме хоть какие-то логические цепочки. Сосредоточиться мешала рутина, очень неуместная в такой день: вон Руперт снова спорит с Татьей, выдвигая версии, куда пропал глава отряда, вон тренер требует пробежать еще один круг и не забывает ругать всех, у кого сбилось дыхание, вон Мякиш пристально таращится в нашу сторону — тоже, наверное, задается вопросом, почему волчата нынче без Волка, притом ведут себя так, словно ничего ужасного не произошло — будто бы у нас каждый день исчезают шахтеры и не появляются хотя бы с небольшим опозданием. Отличие этого дня от других было лишь в том, что на полигон явился генерал Аллерд лично — обычно он в это время еще даже не просыпался.

Как только я разглядела тучную фигуру, остановилась, невзирая на крики тренера. Генерал был смертельно бледен, у него тряслись руки, когда он подзывал подчиненных, следящих за нашими занятиями. Что-то сказал одному, развернулся и побежал обратно. У мага тоже краска с лица сошла, он гаркнул, усилив свой голос каким-то заклинанием:

— Остановить практику! Всем шахтерам разойтись по спальням и ждать дальнейших распоряжений!

Я будто очнулась от дурмана, реальность ударила в глаза яркими красками, оглушила шумом. Все, мое время на размышления вышло, я и так непростительно долго собиралась. Рядовые понукали нас исполнять приказ, но и сами они определенно не представляли, что происходит. Информацию получил только генерал и передал ее лишь высшим званиям, потому и началась суета. Что он узнал? О захвате дворца, о смене власти? Или их всех в срочном порядке призывают туда, чтобы выполнить военный долг? Я не знала, но большой разницы не видела.

Солдаты тоже ощутили переполох — они же не слепые:

— Что случилось?

— Может, его величество едет с личной проверкой?! Черт, у меня как раз сегодня пуговица отлетела, не успел пришить…

— А куда делся Иртай? Его кто-нибудь видел?

— Вам не кажется, что это идиотское подразделение расформируют?

— Да заткнитесь вы уже! Сейчас этих запрем и все узнаем.

Ну да, запрут. Обычные замки задержат разве что первый ранг, а все боевые маги сейчас носятся вместе с начальством в панике. По крайней мере наш отряд на этот счет вообще не переживал.

— Скорпион! — меня кто-то пихнул в спину. — Шевели ногами, чего ты плетешься?

Я чуть прибавила шага, но подалась в сторону Мякиша и обратилась к нему, словно только сейчас все детали плана начали вставать на место:

— Арлан, мы бежим, и вам надо с нами. Всем надо.

— С ума сошла? — Он и не думал напрягаться. — В комнате немного посидеть не можешь? Или про браслеты забыла?

— Их можно разрядить, — открыла я один из главных секретов. — Для этого нужен всего лишь маг пятого ранга. У меня пока такого нет, но…

— Пятого?! — он разразился хохотом. — Ну у вас и запросы, госпожа всемогущая волшебница! Все волчата уже спятили или только ты?

Потеряв надежду, я подалась к Тормунду-Фонарю — и получила примерно ту же реакцию. Шахтеры не побегут — вернее, они не побегут за мной, потому что я не уважаемый всеми Кей Дорн. Сейчас для бунта было наилучшее время, хотя даже бунтовать бы не пришлось, но пока здесь нет истинного лидера, они и пальцем шевелить не станут. Я сдалась после второй попытки, поскольку смирилась с правдой, а потом и убедила себя, что шахтеры в безопасности. Кейвар был в этом почти уверен, разве что все действительно может выйти из-под контроля. Вот только нельзя спасти тех, кто отказывается спасаться. И, если уж положить руку на сердце, я не столько хотела их защитить, поддавшись очередной волне плохих предчувствий, сколько обзавестись силовой поддержкой для дальнейших шагов, которые еще не успела четко наметить — да только сразу за воротами я их в узде не удержу, поэтому и пытаться не стоило.

Все наши зашли в одну комнату, что было удобно для обсуждения. Солдат позади не стал придираться, а просто закрыл дверь на ключ, который прежде никогда не использовался.

Как только в голове прояснилось, я вспомнила каждое слово Кейвара. Он не сказал, что близнецы уже мертвы, он сказал: «Поздно за них просить», а это значит, что еще есть шанс. Я ничего не понимаю в захвате власти и смене династии, но Иристина и Ристиан — мои родственники. Я обязана хотя бы попытаться! Да, сейчас, со всех точек зрения, я предаю Кейвара — однако иначе все равно не сумею. Пусть правда на стороне Скорпа, пусть с его семьей наши предки поступили жестоко, но раз уж он назвал меня сестрой, так я и должна показать ему другой взгляд на справедливость. Если он не может простить близнецов за то, к чему они непричастны, так и меня, получается, не сможет, — в итоге ему придется или всех нас помиловать, или отправить и меня на казнь.

— Быстро собирайтесь! — сухо распорядилась я. — Мы уходим.

— Куда? — Татья нахмурилась.

— Так надо. Я позже все вам расскажу, но сейчас нам надо решить очень важное дело. Выберемся через окно, найдем Лиама и уже вместе с ним как-нибудь справимся. Да почему вы сидите?

Я вздрогнула, когда раздался четкий и уверенный голос Лоды:

— Кей приказал ждать здесь.

У меня ноги ослабли. Она знает! Она знает гораздо больше, чем открыла! И Кейвар был с ней достаточно откровенен. Я подалась к ней и злобно рявкнула:

— Где они?! Их уже убили или где-то держат?

— Кто? — она невинно посмотрела мне в глаза.

— Ты знаешь кто — Ири и Рист, — процедила я. — Лода, ты хоть понимаешь, какой грех сейчас на душу берешь? Ты вообще масштабы происходящего осознаешь? Не хочешь — не участвуй, просто скажи.

Лода моргнула, будто не понимала, о чем идет речь, и тем же тоном повторила:

— Кей приказал ждать здесь.

Наверное, я была готова броситься на нее с кулаками, но вдруг она действительно мало что понимает? Да и остальные не позволят мне ее избить без объяснений — не зря они все сейчас глядят именно на меня, как на умалишенную. Начать решать вопрос надо с остальных, и я просто обозначила дилемму:

— Сейчас вы должны выбрать — последовать приказу Кея или поверить мне и пойти за мной.

Руперт осклабился:

— Ну так себе выбор, при всем уважении. Могучий всесильный Волк или… маленькая беззащитная девочка.

Реакция та же самая, как у других шахтеров, — без сомнений они последуют только за сильнейшим лидером. Вот только этих людей я считала близкими друзьями, поэтому тщетно надеялась на иной отклик.

— Сейчас не до шуток! — прикрикнула я. — Дело очень серьезно. Ладно, я понимаю, как это прозвучало. Тогда сделайте другой выбор — Кей Дорн или Лиам Северт. Могучий всесильный Волк или… Лиам Северт.

И Руперт оказался тем, кто первым вскинул брови, многозначительно покивал и пошел собирать рюкзак. Татья пожала плечами и тоже поднялась — ей, кажется, было без разницы, она все равно ничего не понимала. Вирней же растерялся:

— Получается, все уходят? Лода, а ты что думаешь?

— Конечно, я остаюсь! — удивила она еще более звонким тоном. — Кей приказал ждать его здесь — и я буду ждать. Может, тогда он и увидит, кто ему сестра, а кто — ненадежная идиотка, готовая воткнуть нож в спину?

Я рыкнула:

— Я не втыкаю нож ему в спину! Мы с ним встретимся позже, и все будет хорошо. Но я обязана предотвратить его ошибку — Кей иногда ошибается, как и другие люди, он не святой!

— «Кто ему сестра»? — Вирней изумился совсем другому.

Я не понимала, что происходит с Лодой, но уже всем нутром чуяла какие-то странные вибрации. Она твердо уверена в выбранной стороне, то есть наверняка в курсе настоящей личности Кейвара. Но главная дикость не в этом — а в странном озвученном желании занять мое место и каком-то ненормальном блеске глаз. Женщина действительно просто влюбилась в красавца, и вот поэтому вдруг начала вести себя неадекватно?

Но новое плохое предчувствие я игнорировать не стала и буквально схватила Вирнея за руку, чтобы хотя бы ему не дать возможности выбора — почему-то показалось, что нельзя его оставлять с ней:

— Идем! Мы должны срочно уходить!

— Но как же Лода? Если здесь опасно, то и ее надо забрать…

— Здесь ей ничего не грозит, — твердо произнесла я, сама не представляя, какую истину сейчас озвучиваю. — Именно ей ничего не грозит.

Лиама искать не пришлось. Стоило нам выпрыгнуть из окна и притаиться у земли, чтобы оглядеться, как он сам оказался рядом. Следом бежала и встревоженная Надалина. За ними виднелись тела спящих на земле солдат. Девушка зажимала ладонью рот, чтобы не всхлипывать, но Лиам произнес довольно сдержанно, обращаясь ко мне:

— Происходит что-то страшное. Поверь, когда я такое говорю, то имею в виду катастрофу, сравнимую с крушением мира. Мы с Надалиной только волею случая не попались. У меня нет представлений о ситуации, но я не мог тебя бросить, поэтому пришлось сделать крюк. Теперь все за мной, я перемещу вас через стену, отойдем подальше от академии, спрячемся и попытаемся разобраться.

Я, как и остальные, сорвалась за ним, ощущая не облегчение, а морозящий ужас, как будто эмоция по связке передалась мне.

Глава 2

На удивление, в столице пока было тихо, но мы все равно прятались непонятно от чего. Первой свою версию событий рассказала Надалина, девушка была в таком шоке, что не могла молчать:

— Нам просто повезло! Сегодня на завтраке Лиам подошел ко мне и предложил прогулять первый урок — дескать, нужно серьезно поговорить. Мы поднялись на крышу, разместились в пролете — там такое место замечательное, откуда все видно… — она сбилась с мысли, всхлипнула, но продолжила: — Но поговорить мы не успели — заметили, что внизу происходит что-то странное. Все лекции отменили, удивленных студентов отправили по корпусам. Мы вначале спрятались, но потом Лиам подобрался поближе и выяснил, что их всех запирают в общежитиях! Какие-то незнакомые маги ходят по коридорам и запечатывают каждую дверь и окно! А у старшекурсников этим занимается ректор лично — и это было самое дикое. Он бледный, как смерть, за его спиной незнакомцы — они точно его заставляли это делать, понимаете?! Мы не приближались, но Лиам смог подать ректору какой-то сигнал — тот немного повернул голову и одними губами произнес: «Бегите». Мы не заперты только из-за случайности, но академия захвачена, ректор захвачен, все студенты… — девушка все-таки не выдержала и затряслась в беззвучных рыданиях.

Я судорожно сглотнула. Кейвар сказал, что академию возьмут в оцепление. Пока непонятно зачем — возможно, предотвратить вмешательство в его дела магов разной степени подготовки? Ректор силен, но раз он вынужденно содействовал, то за ним или следовали архимаги, или он получил такие угрозы, что выбора не осталось. В отличие от Надалины я не ужаснулась — студентов просто закрыли в комнатах, а не убили, их сдерживают самым гуманным путем из всех возможных. И она зря все списывает на случайность — вот ей повезло, но не ее спутнику. Никто не знает о последнем взятом ранге Лиама, его бы такие меры не сдержали. Да и вряд ли Кейвар всерьез на это рассчитывал. Если бы в его планы входило убийство Северта, то с этого и начали бы, но Лиама будто осознанно оставили в покое. Он наверняка для чего-то нужен новому королю живым и лояльным — предполагаю, ради моего излечения.

— А вот моя информация займет куда больше времени, — вздохнула я и посмотрела на Лиама: — И ты снова будешь называть меня глупой. В этот единственный раз даже окажешься прав — все действительно вертелось прямо под моим носом, и надо было быть совершенно слепой, чтобы не понять раньше. Но что есть, то есть. Начну с главного — у меня есть список адресов, мы должны посетить каждый и надеяться, что еще не опоздали. — Теперь я обвела взглядом все непонимающие лица и закончила: — Мы обязаны спасти принца и принцессу, а уже потом будем осознавать все остальное.

— Кого?! — вылупился Руперт сильнее обычного. — Мина, ты шахтерка, не лезь хотя бы к царькам со своими немытыми руками! Ты себя героиней эпосов возомнила?

До конца понял один Лиам — он отшатнулся и уточнил:

— Вчера они не добрались до дворца?

— Не знаю, — качнула я головой. — Но уверена, что в каком-нибудь из этих домов мы найдем человека, который знает. Идем скорее, я и так потратила уйму времени впустую!

— Это точно, мы еще и пустые бредни обсуждаем. И откуда у тебя этот список? — еще сильнее нахмурился Лиам, но все же пошагал следом.

И мне пришлось сказать самое сложное:

— Мой брат Кей — на самом деле Кейвар Скорп, наследник Кровавого Скорпиона. И прямо сейчас он возглавляет армию, захватывающую дворец. Да почему вы снова остановились?! Я же объяснила — мы должны поспешить! Надалина, не смей падать в обморок, только не сейчас! Все не так ужасно, как прозвучало… или все же именно так, я сама не до конца понимаю. Но у него есть доказательства искажения истории — мы все позже узнаем правду. Мы были, есть и остаемся с Кеем, как бы он отныне не назывался! Мы не злодеи, и он не злодей. Вот только если я все еще готова называть его братом, то буквально обязана сделать так, чтобы он злодеем все-таки не стал!

— Ты вообще понимаешь, что сейчас несешь? — у Лиама даже голос осип.

Немного отмер и Вирней:

— Лода в курсе… Она поэтому не захотела ослушаться его приказа… Кажется, нам лучше вернуться и просто подождать, когда сильные мира сего разрешат свои противоречия. Кто мы такие, чтобы вмешиваться?

Я вновь схватилась за виски и отчаянно зарычала.

— Так и знала, что не смогу вам всего объяснить! Я бы вообще одна пошла, но без вашей помощи боюсь не справиться. Поэтому просто умоляю — давайте сделаем одно дело, после чего сразу притихнем. Боги, да где эта чертова улица?!

И, уже не дожидаясь ничьей реакции, побежала вдоль аллеи. Прохожих было немного, но само их наличие говорило о том, что новости еще не распространились. Я обрадовалась тому, что за мной раздались шаги — друзья, не в силах сделать выбор прямо сейчас, решили не бросать меня.

Присутствие Надалины принесло существенную пользу. Хоть она тоже не была местной, но неплохо ориентировалась в городе, поскольку до поступления жила здесь целый год.

По первому адресу оказался не дом, а обычные апартаменты. Нам открыл пожилой слуга, после чего я поспешила представиться:

— Мина Дорн. А эти люди — наши друзья.

— О, госпожа, проходите! — обрадовался мужчина. — Хозяев нет — сами понимаете, сейчас они очень заняты. Проходите, я сооружу вам какой-нибудь завтрак.

— Не надо! — остановила я, вскинув руку. — Где Ристиан и Иристина?

Мягко говоря, я очень сомневалась, что ему известен ответ. Однако старик удивил и осведомленностью, и желанием мне угодить:

— Не волнуйтесь, оба убиты, госпожа. Вчера их удалось взять, трое наших погибли при захвате — очень прискорбно, но мы будем помнить имена этих героев вечно! И…

Я всеми силами постаралась снова не потерять концентрацию. Он сказал «удалось взять», но притом «убиты» — как будто одна из формулировок противоречит второй. Сдавленно уточнила:

— Я хочу видеть их тела. Это важно. Кей… Кейвар полностью мне доверяет, и я хочу ему помочь.

В моей лояльности слуга отнюдь не сомневался — я все еще не знаю, почему брат так превозносит меня, но, очевидно, все его люди получили жесткие инструкции на мой счет. Мужчина даже стал выглядеть жалким и растерянным, когда не смог немедленно выполнить мою просьбу:

— Но мне неизвестно, где тела. Может, сожжены? У меня, к сожалению, с ногами проблемы, поэтому я могу только прислуживать и помогать, но лично ни в чем не участвую. А мой отец был настоящим героем — приехал из Сольдо, очень многое сделал для наследника, но вот я уже родился никудышным…

— Прекрати! — излишне нервно перебила я. — Тебе неизвестно, но можешь предположить? Если их не убили сразу при захвате, то куда-то увезли, а уже там убили?

— Скорее всего… — он произнес неуверенно, а потом все-таки обратил внимание на листок, который я тыкала ему в нос, и сосредоточился: — Вот в этом доме оборудован подвал для допросов. И еще вот в этом… — он обозначил строчки. — И, если не ошибаюсь, здесь хотели организовать целую тюрьму для тех, кто будет нужен его величеству живым, но я даже не уверен, начали ли…

Дослушивать я не стала, просто повернулась. Но Лиам шагнул мимо меня вперед, вскидывая руку.

— Не убивай! — успела выкрикнуть я. — Это добрый человек! Просто… просто эти люди всегда были на другой стороне и твердо уверены, что правда за ними. А ты уже знаешь, кто прав, чтобы выносить смертные приговоры?

— Я и не собирался, истеричка, — монотонно, словно полностью пришел в себя, ответил Лиам и прочитал заклинание усыпления. — Он проспит не меньше суток. На всякий случай, чтобы свидетель не нарушил твой план раньше времени.

Я кивнула, а извинюсь потом, когда у нас появится возможность хотя бы отдышаться. Итак, список сократился до трех адресов — и все дома за окраиной столицы, причем в разных сторонах. Сейчас нам пригодился бы дилижанс, но все в одном не поместятся, а воровать чужой транспорт… до начала общей паники мы просто привлечем к себе лишнее внимание.

Физическая подготовка у всех была отменной, поэтому мы побежали трусцой и даже могли притом разговаривать. Надалина держалась ближе к Лиаму, и я услышала ее слова:

— До того, как весь этот кошмар начался, ты хотел о чем-то поговорить. О чем же? Мне кажется, ты хотел обсудить наши отношения.

— Тебя сейчас это интересует? — изумился он до такой степени, что сразу остановился.

Я тоже притормозила. Мы не знаем, что нас ждет в ближайшем доме и появляться там без Северта точно нельзя. Или же путами на моих ногах стало любопытство, чем же закончится их разговор, который на самом деле ввиду текущей ситуации звучал абсолютно неуместно.

Лиам не приглушал голос и говорил твердо:

— Да, я хотел сделать тебе предложение. — Глаза девушки радостно распахнулись. Лиам вынул из кармана бархатную коробочку и просто всунул ей в руку. Не обращая внимания на ее реакцию, продолжил говорить: — Не потому, что я тебя люблю, просто мне нужен твой будущий титул, связи твоей семьи, и, что гораздо важнее, военный гарнизон твоего отца. Хотел, но не делаю, ситуация изменилась. Я не люблю тебя, Надалина, но считаю очень хорошим человеком. Поэтому прямо сейчас разворачивайся и иди в противоположную сторону. Выберись из города, продай кольцо — оно дорогое, хватит и десятой части, чтобы добраться домой. Тебе очень повезло — ты всего лишь дочь барона, поэтому, скорее всего, твоей поимкой не озаботятся. Сделай одолжение — доберись живой и невредимой, а там расскажи отцу обо всем, что успела сегодня узнать. Нозберги ближе к Рубежу, чем к столице, и я понятия не имею, где ваша помощь будет нужнее.

Надалина оцепенела, но все равно после паузы сдавленно поинтересовалась:

— А ты?

— А я, — Лиам поморщился, посмотрел на меня, вернул взгляд на ее встревоженное лицо и остался предельно честным, — а я уже ничем не смогу вам помочь. Как видишь, Мина сама не представляет, что будет делать дальше, и я не могу ее оставить из-за связки, хотя уже твердо уверен, что сейчас мы лезем прямо в пасть тигра. Сегодня утром мир рухнул, но большинство людей об этом еще не догадывается, и я как раз иду под завалы. Надалина, я очень прошу, не иди туда же за мной. Плевать, на чьей стороне правда, но пусть хоть один хороший человек избежит беды, если это еще возможно.

Он так и оставил ее хлопать глазами. Я кивнула на прощание, но, кажется, Надалина этого даже не заметила. Не было нужды говорить вслух, что Лиам сейчас впервые проявил к ней настоящее уважение — и, возможно, когда-нибудь она это оценит.

***

В доме было пусто. На стук никто не ответил — разве что собаки выбежали к нам с лаем. Лиам усыпил зубастных охранников, и вместе со всеми пошел в обход здания. Окошко вынес Вирней. Однако, оказавшись внутри, мы лишь убедились, что никого нет. Подвал нашли — пара железных клетей навевала ужас, но они были пусты.

Мы себе даже отдышаться не позволили — выбрались тем же путем и побежали дальше. Руперт все еще изумлялся:

— То есть Ири — это принцесса? А что за имя такое у принцессы — Ири? Разве не полагается им называться какими-нибудь «Виолеттами»? Да и Ристу больше подошло бы «Леопольд»!

— Обычно я требую, но сейчас молю — заткнись, Руперт! — задыхаясь, попросила Татья, которая уже давно отставала от всех. Магия излечила ее ноги, но все равно старые травмы давали о себе знать, да и ее более низкий ранг сказывался.

— А меня больше интересует, почему мы оставили Лоду! — все еще возмущался Вирней. — Надо было убедить ее пойти с нами! А если Аллерд так запаникует, что прикажет всех шахтеров перебить? Или их потом перебьет наш Кей? Вот я на себя прикидываю — будь я королем, то нарисовался бы перед всей Летеей как абсолютно новая персона. Зачем обозначать, из какой грязи я вылез? Чтобы недоброжелатели мне это всю жизнь припоминали?

Я покосилась на Вирнея, душа на его словах дрогнула. Но ответила я только одно:

— Лоду его люди не тронут. Никого из нас не тронут. Не нагнетай, и без того тошно.

Лишь через полчаса мы добрались до следующего дома — и уже с первого взгляда мне показалось, что больше искать не придется. Это было не обычное здание, а почти крепость, построенная в отдалении от других домов. Высокий каменный забор препятствовал обзору, но штурмом брать не пришлось. Возле ворот нас встретил слуга. Услышав мое имя, он поклонился и проводил внутрь, где к нам вышел уже другой мужчина — лет сорока, длинные волосы заплетены в тонкие косички, как принято по моде Соленых островов.

Лиам тоже выступил вперед, встал рядом со мной и тихо предупредил:

— Архимаг.

Тот, разумеется, услышал, и иронично прищурился. Не столь удивительно было, что Лиам с одного взгляда определил наивысший ранг, сколько то, что боевой архимаг просто сидит в безопасности, пока все его товарищи в данный момент рискуют жизнями. И он с улыбкой обратился к парню:

— Неужели господин Северт, я не ошибся? У вас яркая внешность, поэтому каждый может узнать по одному описанию. Вы очень талантливый молодой человек, рад знакомству. Я правильно понимаю, что вы теперь с нами?

— Скорее, я с ней. Вынужденно. — Лиам мотнул голову в мою сторону, не отрывая взгляда от архимага. — Не знаю, что у вас за доказательства какой-то исторической несправедливости, хотелось бы взглянуть, раз уж я все равно здесь оказался. Вынужденно.

— Безусловно, вы имеете на это право! Весь народ Скорпа-Летеи имеет, — мягко ответил мужчина и приглашающе махнул рукой. — Прошу, проходите и размещайтесь. Здесь хватит комнат для всех вас. Все-таки в академии стало небезопасно? Странно, его величество не отдавал приказ трогать шахтеров — наверное, ваше руководство поддалось панике. Предлагаю собраться через полчаса в столовой — все бумаги хранятся в другом месте, но и у меня кое-что любопытное найдется. А именно, письмо Вильгельма Армунда, ставшего впоследствии Россом. Там он предлагает заранее убить главного советника Кедара Девятнадцатого, поскольку тот слишком осторожен и может преждевременно раскрыть заговор. Письмо датируется пятью годами раньше бунта, и советник действительно погиб через несколько месяцев при странных обстоятельствах. Вы вряд ли разбираетесь в печатях и почерках, но заверяю — документ подлинный, проверенный специалистами и историками в Сольдо. Я не успел добавить его в общий архив после экспертизы, но сейчас даже рад своей нерасторопности — удовлетворю ваше любопытство, пока мы все вместе ожидаем прекрасных новостей.

Мы с Лиамом переглянулись. Уж в печатях и почерках Россов я и без экспертизы разберусь — каждое поколение в обязательном порядке читало дневники и советы по управлению нашего выдающегося прадеда. Однако сейчас я не позволила себе сбиться с мысли и вернулась к главной цели:

— Младшие Армунды действительно мертвы?

— Действительно, — несколько обескураженно отозвался архимаг. — Тела в подвале этого дома — их представят позже и предотвратят слухи, что кто-то из них выжил. Это помешает возможным заговорщикам в будущем предъявить лже-наследника Армундов.

Мой голос дрогнул:

— Я… Я хочу их увидеть.

— Зачем, госпожа Мина? Вам хочется портить себе настроение видом трупов? Его величество сам их убил. Он был здесь сегодня ночью с женщиной по имени Лода. Мягко говоря, ее состояние вызвало у меня некоторые подозрения, но королю виднее. Кейвар Первый отдал четкое распоряжение — я обязан охранять подвал, но даже мне не позволено туда спускаться.

— А вам-то почему? — удивилась я. — Тоже ваше настроение оберегает?

— Я не обсуждаю приказы его величества, чего и вам советую, — все так же добродушно произнес мужчина.

— А вы возьмите и обсудите! — раздраженно выкрикнула я. — Вам не кажется происходящее странным? Если тела нужны для предъявления, то Кейвар приказал бы вам их заморозить, а не держаться подальше. Вместе сейчас и посмотрим, что там. Мое настроение хуже уже не станет, не переживайте на этот счет!

Я направилась вперед, но мужчина сделал шаг в сторону, перекрывая мне путь, и покачал головой.

— Надо же, король вас описывал как самую добродушное и нежное создание на белом свете. Очевидно, при нем вы ведете себя иначе. Я рискну его расстроить и все же остановлю вас. Пусть его величество позже решает, насколько я превысил свои полномочия.

Я повернула голову — Лиам уже тоже смотрел на меня. Архимагу без разницы — король всегда прав, но для нас обоих ситуация была иной: близнецы долгие годы были близкими друзьями Северта, а мне они вообще родня! И если они уже мертвы — мы обязаны это знать. А вдруг живы? Вдруг еще не все потеряно?

Вот только перед нами встал настоящий боевой архимаг — это не какая-нибудь разжиревшая домарина и даже не десяток старшекурсников академии. Я просчитывала варианты — сейчас необходимо отступить, принять приглашение разместиться в доме, почитать письмо прадеда, а потом попытаться улучить момент, отвлечь хозяина расспросами и отправить в подвал кого-то из друзей — Руперт и не в такие щели способен незаметно пролезть.

Наши с Лиамом мысли на этот раз не совпали. Он протянул мне ладонь с растопыренными пальцами, и сразу их сжал, когда я приложила свою руку. Вновь вскинул голову, глянул исподлобья. Он пока не достиг максимального ранга, но близок к тому — люди Кейвара об этом знают еще меньше, чем его одноклассники. А магическая связка увеличивает силу десятикратно. Как бы то ни было, но такой расклад сил стирает последний страх.

Я левой рукой выхватила из-за пояса кнут. Мощь потекла по моим каналам, заряжая и артефакт — плеть завихрилась, едва не вырываясь из захвата в желании найти слабое место и ужалить. Лиам поднял свободную ладонь, аккумулируя на ней пламя — сейчас ударит таким взрывом, что и от дома мало что останется. Архимаг лишь на миг поддался удивлению — от «любимой наивной сестренки» короля он атаки точно не ожидал, но почти сразу вокруг его тела заструилась серебристая защита. Если уж Северт ставит броню за доли секунды, то ему требуется еще меньше времени.

Нервы сдали почему-то у Руперта — со свистом мимо моего плеча пролетел арбалетный болт, жалобно звякнул о границу вокруг противника и упал на пол. Зато именно эта никудышная попытка и дала сигнал к общим действиям. Лиам полоснул пламенем и сразу подался вниз, увлекая и меня — воздух над нашими головами срезало что-то невидимое. На друзей, к счастью, архимаг силы не тратил, сразу определив самых опасных для него противников. Мой кнут без какой-либо команды обвил его ноги и рванул — вместе с защитой и потащил на себя. Моих собственных сил на подобное не хватило бы, но артефакт ощутил немыслимое могущество и поспешил его использовать.

Нарушенное равновесие помешало бойцу скастовать следующее смертельное заклинание, однако Лиам не мешкал — он немного подпрыгнул и ударил ладонью в голову. А потом снова и снова — в одно и то же место, пытаясь пробить защиту. Архимаг проседал, пытаясь уклониться, но деться ему было некуда. В итоге только Северт понял, когда достиг успеха в первом этапе, вскинул руку, выхватил меч и без размаха пронзил череп, попав ровно в место пробоя границы. Лишь после этого выпрямился, отпустил мою руку и выдохнул:

— Ну, усыпить его я бы точно не сумел.

Вирней, прячущийся за распахнутой дверью, выглянул и ужаснулся:

— Вы убили его архимага! На это Кей разозлится гораздо сильнее, чем на наш побег из академии!

Подумав, я предложила:

— Осмотрим подвал и сразу пойдем по следующему адресу. Нас здесь вообще не было. Не только же мы хотим спасти младших детей короля — да таких половина аристократии, подозреваемых выше крыши!

— А привратник, который нам открыл? — припомнила Татья. — Тоже убьем? Ребята, я все понимаю, вы пытаетесь сделать какое-то добро, а сопутствующее зло уже не считаете. Я могу просто пойти отсюда, потому что я уже не хочу быть ни с вами, ни с Кеем?

Она, как всегда, единственная, кто озвучил правду без прикрас. И я ничего не ответила — мне нечего было сказать. Просто повторила:

— Осмотрим подвал, раз уж ради этого мы столько всего натворили. Я почти уверена, что близнецы еще живы, иначе все предыдущие заявления между собой не склеиваются.

Глава 3

Дверь поддалась без труда, хотя вряд ли для Лиама сейчас вообще существовали препятствия. Лестница оказалась хорошо освещенной. Я спустилась первой и вскрикнула, когда увидела мертвое тело его высочества Ристиана. Лиам болезненно выругался, пытаясь грязными словами выплеснуть свое отчаяние. Мы опоздали.

Но вдруг из глубины подвала раздался слабый голос:

— Лиам… Боги, Лиам, это ты?!

— Я, — оповестил он и побежал вперед, не обратив внимания на еще один труп у стены — какой-то незнакомой мне девушки.

— Она жива! — заорала я, рассмотрев Иристину, прикованную к стене. — Татья, сюда, срочно!

Лекарка уже и сама неслась на зов. Грубо отпихнула меня с пути, присела рядом с принцессой и через минуту вынесла вердикт:

— Ничего страшного. Несколько ссадин и обезвоживание. Руперт, чего застыл? Бегом вверх, принеси стакан воды. Где ключи? Эти кандалы бедняжке руки натерли.

Вирней обшаривал полки в поисках связки, я осматривала другую стену с тем же намерением, а Иристина постепенно приходила в себя — кажется, все это время она держалась за последние крупицы самообладания, поскольку слезы полились только теперь.

— Лиам, хвала богам, что ты есть… Что ты пришел, что ты смог — никто больше не смог бы! Он чудовище! Кейвар Скорп — настоящее чудовище!

Я замерла и после паузы произнесла:

— Нет, он думает, что поступает правильно. У него есть какие-то доказательства, что…

Она перевела на меня болезненный взгляд:

— Ты же его сестра, поэтому тоже заражена тленом!

Я от неожиданного обвинения растерялась. Моим защитником неожиданно выступил Лиам:

— Она ему не сестра, но про тлен сейчас прозвучало забавно. Позже об этом. Вирней, где ключи? Хотя эти цепи мы с Миной сможем сломать.

— Кажется, нашел, сейчас проверим, — оповестил тот. — Да что, мать вашу, тут вообще происходит?!

Я растеряно озиралась, тоже пытаясь найти ответ на этот вопрос. Заговорила снова Ири:

— Я расскажу, я все вам расскажу… А ведь это я во всем виновата — это я слепо не видела правды, поэтому мои братья погибли, и…

Лиам раздраженно прервал:

— Хватит ненужных терзаний. Из присутствующих нет никого без греха. Потом каяться будем, если появится настроение.

Она как будто не расслышала и воскликнула:

— Сейчас мы пойдем во дворец, иначе он убьет отца и маму! А где Эрман и Таланея? Они тоже помогут!

Лиам вдруг произнес так холодно, что мы все замерли:

— Нет, мы не пойдем во дворец — их величествам нашими силами не помочь. А если они уже мертвы, то вы больше не принцесса — вы и есть королева. И я не допущу, чтобы вы погибли в бесполезной попытке. Эрмана и Таланею мы тоже освобождать не станем. Всех студентов заперли — многие из них из очень влиятельных семей. Ценнее заложников не придумать, поэтому наверняка они будут живы — если их родственники поступят так, как надо новому королю. Но даже если все они в опасности, ваша жизнь весит гораздо больше. Посмотрите мне в глаза — и возьмите хотя бы часть моего цинизма. Вы не себе обязаны — вы обязаны всему королевству. Плевать на ваши желания — отныне вы не имеете на них права. Вы больше не можете называться обычным человеком — вы и есть Летея.

Иристина замерла на миг, слезы на ее щеках уже высыхали. Она сжала челюсти до такой степени, что скулы побелели, но после коротко кивнула.

Кажется, Лиам только что окончательно определился со стороной. А я все еще глупо хлопала глазами. Что она несла? Какой еще тлен? У Кейвара нет тлена — у меня он есть. Но почему он не убил ее? Зачем оставил здесь? Для того как будто есть причина — и, очевидно, грязнее этого самого подвала. Собирался отомстить за смерть своих предков каким-то извращенным способом? И у него есть доказательства, письмо моего прадеда где-то прямо в этом доме, однако у нас не осталось времени его разыскивать.

Слуги нигде не было. Мы все обыскали, но его и след простыл. Нам не пришлось решать его судьбу — прямо в этот момент он уже решал нашу. В спешке и страхе скорой погони мы подались в лес, и лишь там появилась первая возможность прийти в себя. Больше решать за всех я не осмелилась — думала только о своих поступках:

— Ваше высочество, вам следует бежать. А я возвращаюсь — честно расскажу Кейвару, что освободила вас, столкнусь с последствиями и буду рассчитывать на его искренние чувства ко мне.

— Ты точно спятила, — оценил Лиам мой порыв. — К кому ты собралась возвращаться? Связка не позволяет мне тебя прикончить, но тащить за шкирку я вполне способен.

— И я тоже возвращаюсь! — заявил Вирней, да и Руперт согласно кивнул. — Лода осталась, Кей — или как там теперь его звать — он наш человек!

— Все верно, — попыталась добавить я аргументов. — Ваше высочество, Лиам, вы просто не знаете всего! Как бы ни было больно признавать, но сейчас Кейвар борется за справедливость, не все его методы я одобряю, но цель понять могу. Я его отлично знаю — он не из тех людей, кто положится на домыслы, у него точно есть исчерпывающие доказательства того, что…

Принцесса закричала так громко и нервно, как никогда прежде при мне не делала:

— Да, у него есть доказательства, и они настоящие! Армунды сделали все возможное, чтобы очернить Кровавого Скорпиона и уничтожить всю его родню! Потому что иначе невозможно было убрать с престола наследных тленных магов! Я все расскажу, каждую деталь истории, которую знаю с детства, но для начала поймите, что к этому монстру никто из вас идти не должен, иначе вы умрете — или от его руки, или от руки сумасшедшей Лоды, или от тех, кто тоже знает истину и останется верным нашей династии!

Про наследственный тлен Скорпов я ничего не слышала, зато она только что подтвердила махинацию. Стоило уточнить:

— А правда ли, что Армунды убили и тех женщин, которых нашли при обыске замка?

Иристина поникла, но признала:

— Правда. Не всех, конечно, но для правдоподобности были нужны свежие трупы — бедных крестьянок убили и после изуродовали их тела, иначе народный гнев не подняли бы.

— И, по-вашему, они правы? Это и есть те добряки, наследие которых мы с гордостью несем? — уточнила я.

Иристина вскинулась, однако мою мысль подтвердила:

— Нет, они не были добряками, и мне тоже претит та часть истории. Но именно такой выбор они сделали, и этого не изменить. И если сейчас Скорпы вернут себе корону, то все те жертвы окажутся напрасными.

Я подумала и покачала головой, искренне желая отмежеваться уже вообще от всех сторон.

— А ведь другой выбор был. Если Скорпы несли в себе наследственный тлен, то надо было и заявить об этом. Почему информация о тлене так засекречена? Я вообще о нем впервые услышала, когда Имиль заразился!

Принцесса горько усмехнулась:

— Неужели сама не понимаешь? Как думаешь, что остановит преступника на пути к силе? Невинные жертвы? Ну да, конечно! Ты жила среди таких — тебе лучше всех известно, почему людям с дурными наклонностями вообще не нужно знать ни о тлене, ни о возможности подцепить его всего лишь от недостаточно очищенной маны.

Даже если в этом пункте она была права, все остальное я безоговорочно принять не могла. Посмотрела на Татью — мне показалось, что женщина не просто так сейчас стоит ближе к Иристине, не только как лекарь, волнующийся о здоровье пациента. В ответ на мой вопросительный взгляд Татья произнесла:

— Я недавно только читать научилась, ничего в этих ваших историях и интригах не понимаю. Я просто вижу, что наш уважаемый глава отряда взял девчонку и мучил в своем подвале. Принцесса она или кто там — глубоко насрать, я только своим глазам и верю.

Я поморщилась, поскольку вот как раз против этого возразить нечего. Ощущение, что боги иногда устами Татьи говорят — чтобы уже вообще никаких сомнений не осталось. Я перевела взгляд на Лиама:

— А ты что думаешь? Знаю, тебя заботит только Рубеж. Ну так вспомни, что мы воюем с Эртоном десятилетиями по конкретной причине. Если Кейвар окажется на престоле, то наша родина вспомнит, что такое мир.

Он почти безразлично пожал плечами.

— Ну, если он действительно носит в себе тлен, тогда вся остальная Летея забудет, что такое мир.

— Носит! — уверенно подтвердила Иристина. — Вы не видели в подвале труп Амелии? Жозефина — тоже его рук дело. Кажется, Лода ему помогает, но он пока не разрешает ей участвовать, хотя она точно не в себе.

— Ой-е… — протянул Руперт и подался ближе к Татье. — Что-то я резко передумал становиться правой рукой такого короля, а то уже в фантазиях нарисовал себе картины роскошной жизни…

— Тебе как раз ничего не грозит — разве что быстрая смерть, — посмотрела на него принцесса. — Это свойство наблюдалось у всех Скорпов, они предпочитали молодых симпатичных девушек: чем красивее, тем больше удовольствия они получали. Тлен Кейвара раскрылся преждевременно и совсем недавно, поэтому он себя превосходно контролирует: пока всего две жертвы, я должна была стать третьей. Ремиссия может продолжаться месяцами, иногда и годами, но потом болезнь снова вернется — и кому-то придется за это пострадать.

Как же мне было плохо. Столько знаний, которые просто не могли уместиться в мою маленькую голову! Их не то чтобы по полочкам разложить — даже остановиться на каждой не удается. Лиам вдруг усмехнулся:

— Меня твои метания забавляют. Ты сейчас между кем выбираешь? Между фальшивым братом и настоящей сестрой?

Я вытаращила глаза от откровенного выпада, хотя и соответствующего действительности. Принцесса закономерно удивилась:

— Кем?!

— Я про Татью, — тут же сдал он назад. — Они ведь как сестры. Ладно, нам надо уходить, будущее всего королевства сейчас в наших руках — непозволительно сдохнуть прямо сегодня. План у меня пока только приблизительный, но позже придумаю что-то получше.

Я же неотрывно смотрела на Иристину. Настоящая сестра, пусть и пятиюродная. Боги, да как же собраться-то воедино? А если рассуждать, как Татья, — как можно проще, не углубляясь в детали? Наши прадеды не были теми безупречными героями, как меня учили, но мы, их потомки, вынуждены действовать в текущих условиях. Как и они, мы обязаны сражаться за то, что считаем правильным.

— Я не могу пойти с вами, — повторила я, но озвучила уже более весомую причину: — Кейвар будет меня искать, как никого другого. Бросит все силы на это — и уже никто из вас не спрячется.

Принцесса вскинула брови.

— По-твоему, меня он искать не будет? Шутишь, что ли? Хотя ты будешь в полной безопасности, я в этом уверена. Как и все Скорпы, он выбрал себе предмет для обожания и не навредит, даже если ты всех его врагов спасать начнешь. Поэтому решай сама. Ты всего лишь бывшая преступница, я не могу требовать от тебя эпохальных подвигов.

Она случайно подобрала самые верные слова, этим и вынудила окончательно решиться, ведь я не бывшая преступница, я нынешняя герцогиня, а на таких позициях люди в стороне не удержатся. Я кивнула и тоже сделала шаг в сторону Лиама, раз пока мы будем уповать на его план и следовать за ним.

Один Вирней растерялся:

— Подождите! Еще есть время — мы успеем забрать Лоду из академии! Ее можно снова вылечить!

— Можно, — подтвердил Лиам и хлопнул его по плечу. — И потом она опять сломается от первого же стресса. То ли она изначально родилась с подобными наклонностями, то ли ее психике нанесли непоправимые уродства, но каждое лечение закончится тем же самым. Я очень хорошо понимаю, дружище, когда единственная женщина, которая тебе нужна, оказывается наихудшим человеком в мире. Научу тебя с этим жить.

Он вынес Лоде окончательный диагноз, и каждый на его словах болезненно скривился. Не всегда отличные намерения приводят к результатам — Гельт мертв, Лода не сделалась нормальной, наши потуги лишь изредка дают ожидаемые плоды. А иначе бывает только в песнях и легендах о славных героях.

Я поддерживала Татью под локоть, чтобы она не начала снова прихрамывать. Мы ушли уже достаточно далеко, а главный вопрос озвучил Руперт:

— И куда мы идем? Безопасных мест нет!

Вирней сдержанно рассуждал:

— Будь я на месте Кея, то первым делом перекрыл бы все дороги от столицы. Скорее всего, он пока не понял, что пленница бежала, но так и сделает, когда хватится. Это произойдет с минуты на минуту — слуга точно сообщит. И тогда я отправил бы архимагов во всех направлениях.

Лиам пока молчал, поэтому и я докинула вопрос:

— Ты ведь хочешь попасть на Рубеж, правильно? Там огромная армия. А если и герцог Черси не даст маху, тогда появятся силы для настоящего сопротивления.

Руперт присвистнул:

— О-о, до Рубежа мы уж точно не доберемся, это же самое очевидное направление!

— Я понимаю, — подтвердил Лиам. — Нам нельзя ни туда, ни сюда, поэтому мы должны остаться здесь — вот такого он точно не ожидает.

— Остаться? — Я от изумления даже притормозила и невольно дернула Татью. — Ты, кажется, все еще считаешь Кейвара простачком? Да как только они возьмут столицу под контроль, то обыщут каждый дом или подвал — просто потому, что кто-то из горожан мог укрыть принцессу!

— Нет, — опроверг он. — Мы спрячемся в шахте, вот там точно искать не будут. Рядом со столицей как раз есть одна.

Иристина посмотрела на него так многозначительно, словно полностью поняла всю идею. А вот Татья выдохнула:

— Гениально! Эта мысль столь идиотская, что ни одному умному человеку в голову не придет, а наш Кей — очень умный. Потрясающе придумал! Это надежное место, которое уж точно не будут проверять и где мы сдохнем от голода, жажды или шестиноги. Мина, шагай быстрее, я хочу побыстрее там оказаться и наконец-то подремать.

И она действительно прибавила шага, вмиг повеселев. По поводу угроз жизни — очевидное преувеличение. Мы и сами с усами, оружие при себе, а уж с двумя старшекурсниками точно не пропадем. И, кажется, принцесса прочитала что-то еще, кроме идеи отсидеться под землей, пока шумиха не утихнет. А значит, будут и дальнейшие шаги, столь же неочевидные для погони. Победить зло может только более могущественное зло, и в противостоянии Лиама и Кейвара я интуитивно ставлю на первого.

***

Эту шахту министерство определило специально для практики будущих шахтеров, поэтому добыча эфира без нашего участия в ней не велась. Однако источник маны в любом случае всегда хорошо охранялся. Мы издали осмотрели пустынное пространство вокруг подъемника и нескольких караульных — их на защиту дворца не призвали, что облегчило бы нам задачу. Солдаты выглядели расслабленными, они обедали, разместившись прямо на небольшой площадке и перешучивались. И продолжат пустую болтовню до смены караула или появления посторонних. Разумеется, у них есть и специальные сигнальные огни — на случай, если мимо них попытается пройти высокоранговый маг, которого они не смогут остановить. Но такого, скорее всего, никогда не происходило — что делать силачу там, где работает только чернь? Вершин мастерства обычно достигают только аристократы, и у тех же аристократов есть четкое понимание, что может за минуту испортить им репутацию. Для них врата, а не шахты, хотя, на мой вкус, это разделение не имеет никакого логического смысла.

Лиам коснулся моей руки, чтобы пополнить запас магии, и тотчас стал невидимым. Уже через несколько секунд смех у подъемника стих — вся стража мирно улеглась на послеобеденный сон. Это и было для нас сигналом срываться с места и бежать вперед, пока никто больше не появился в округе и не заметил нас. Спрыгнуть в дыру сложно было только Татье, но она как-то странно дернулась вверх, взвизгнула и понеслась под землю первой — это все еще невидимый Лиам подхватил ее сзади и точно доставил до поверхности целой и невредимой.

Я уже привычно коснулась плеча, зажигая нагрудный фонарь. Первый уровень не представлял угрозы, его и зачищали совсем недавно, мое напряжение было вызвано другим обстоятельством: наша шахтерская форма поможет с любыми перепадами температуры, а вот принцесса была одета в академический пиджак и довольно короткую юбку, еще и порядком порванные. Ее голые ноги уже были в ссадинах, а неизвестно, сколько нам прятаться в этой прохладе и постоянной опасности. Однако она и не думала жаловаться — шла вперед, не отставая от Лиама и не позволяя себе ссутулиться. Если на секунду представить, какой ужас она пережила до этого момента и что у нее не было даже возможности оплакать своих братьев, такая выдержка потрясала. Меня когда-то сломало и меньшее, но — я почти в этом не сомневаюсь — окажись в подобной ситуации я сейчас, то шагала бы точно так же, не выказывая слабости. Потом пореву, когда решу текущие проблемы и накажу всех врагов, а пока для этого не время. Какую бы информацию я ни получила о Кейваре — это именно он научил меня, как такой стать.

— Найдем пещеру с одним входом, зачистим и разведем там огонь? — предложила я. — Не знаю, можно ли употреблять в пищу подземных тварей, но с водой у нас серьезная проблема.

— Разберемся, — пообещал Лиам, не обернувшись. — Только спустимся как можно ниже, где нас уж точно не найдут.

— А сколько здесь уровней уже открылось? Три? — поинтересовалась Татья.

Ей не ответили, поскольку впереди показалась стая шестиног. Лиам распорядился:

— Все держитесь подальше и защищайте принцессу. Монстров по возможности буду уничтожать я. Мина, а ты иди ближе — добивай раненых. Не переживай, к твоим ногам они будут падать уже полудохлыми.

На этот раз удивление озвучила Иристина:

— Лиам, до сих пор мне казалось, что я поняла твой план. Но сейчас ты предлагаешь нечто странное. В данный момент легче и быстрее идти сплоченным отрядом. И зачем Мине добивать раненых монстров?

— Вы ошибаетесь, — возразил он. — Сейчас правильнее все атаки принимать мне, потому что я обязан взять десятый ранг как можно скорее, иначе дальнейшее под большим вопросом. Остальное объясню, когда мы устроимся в безопасном месте.

— Ты собираешься стать архимагом прямо здесь?! — уловила она самое невероятное.

— У меня нет выбора. Мне раньше всегда казалось, что его нет, но сейчас-то точно объективно — нам всем крышка, если я не справлюсь. Верьте в меня, ваше высочество, как Мина в меня верит, и тогда появится шанс.

— Не называй меня так, — попросила она устало. — Я несколько лет подряд была для тебя всего лишь Ири.

— Я легко переключаюсь, ваше высочество, — хладнокровно огорчил ее он. — Берите пример. Мина, ты готова?

Я кивнула, хотя он, повернутый лицом к тоннелю, это и не видел.

Чем выше нагрузки — тем быстрее прогресс. В наших рюкзаках хранятся остатки ингредиентов — на одну или даже две очистки может хватить. Но чистая мана не помогает тем, кто не пашет на пределе своих сил. Именно поэтому Лиам не стеснялся заглядывать буквально в каждый пролет и выбирал самые густонаселенные кладки. Через несколько часов и на моем счету были уже десятки добитых монстров. Разумеется, мне не было нужды переспрашивать об этой задумке, — если ситуация ухудшится, если перед нами встанет угроза, с которой Северт не сможет справиться, тогда призванные существа могут стать нашим последним козырем. Мою тайну больше хранить не получится — не в том мы положении.

Ауру белесого червя первым ощутил Вирней, который шел самым последним — он, как и прежде, был безупречным замыкающим. Мужчина предупредительно закричал, но уже через пару секунд и я поняла, что изменилась сама обстановка — ни единого монстра в радиусе обзора, зато на голову давит надвигающейся истерикой. Вирней уже знал, что это такое, поэтому и попытался остановить колонну, пока мы не углубились в ауру страха, но он забыл, что после четвертого ранга с ней можно справиться.

Лиам даже шага не замедлил, но мне очень скоро стало нехорошо — я не потеряла сознание и могла действовать все так же эффективно, но ужас, обуявший мой разум, только нарастал. Не видя опасности для жизни, я позволила себе зажмуриться, однако это не помогло прийти в себя — наоборот, страх метнулся на максимальную планку. Лода рассказывала, что никаких картинок воображение не подкидывает, но у меня произошло иначе — она или лгала, или на более низком ранге действительно все ощущала иначе. Меня же задавили мысли: мы не сможем добраться до Рубежа, нет ни единой возможности для этого, и тогда Эртон снесет границу — армия Рубежа начнет отступать, но медленно, чтобы население успело эвакуироваться. Их дикари и истребят первыми, а потом пойдут дальше, не жалея никого и выжигая мою родную землю. Они остановятся только тогда, когда услышат, что на престол вернулся Скорп, но нельзя организовать и провести коронацию за пару дней, да еще и оповестить всех союзников — Кейвару и не выгодно спешить, поскольку ему точно не нужно, чтобы армия Рубежа пошла на столицу, от нее не должно остаться ничего. Он слишком умен и определенно знает, как у нас там все устроено: местные преданы своему герцогу больше, чем королю. А поскольку сейчас там только Авреи, то их убьют первыми — наверняка уже убили, еще до переворота, пока мы в такой дали от них. Ну разумеется, это ведь и было самым очевидным, но почему-то я поняла только сейчас — раз уж они наследника престола смогли уничтожить, так герцога Аврея еще проще! Все уже кончено! Кейвар Первый — мудрый тактик, он просчетов не допускает. И корона по праву достается сильнейшему. Он всего лишь иногда будет мучить и убивать невинных девушек, а потом его сын в зрелости тоже откроет в себе такую наклонность. Небольшие жертвы ради того, чтобы Летея вновь называлась Скорпа-Летеей, большинство населения даже и не заметит разницы…

— Ты что застыла? — окликнул Лиам. — Червь мертв. Посмотри — кажется, как раз за его тушей отличные пустые пещеры. Пройдем чуть дальше, выберем с самым узким входом, а то хищники потихоньку полезут, когда поймут, что ужасающего фона больше нет. У тебя ведь уже четвертый ранг? Почему тебя выбила из колеи аура?

— Это не аура, — с тяжелым вздохом ответила я. — Вернее, не только она. Я просто поддалась первой панике, а потом пришли очевидные мысли. Я почти уверена, что герцог Аврей уже мертв — Кейвар должен был подослать к нему убийц.

— Скорее всего, — монотонно подтвердил Лиам. — И что, сейчас плакать на моем плече начнешь? Возможно, его старший сын еще жив. Ты знаешь Гирта Аврея лучше меня, но по первому впечатлению он полностью пошел в отца. Разве что тем же опытом похвастаться не может. Но даже если и его уже убили, остались генералы, которые будут следовать приказам последнего герцога — до тех пор, пока не умрут или не получат новый приказ от герцога.

— А вдруг Рубеж уже пал? — прошептала я.

Лиам развернулся ко мне всем телом и пронзил ледяным взглядом.

— Изредка мне казалось, что ты изменилась, но такие слова опровергают надежду. Любого другого я бы ударил за одно только предположение. Даже самый последний рядовой хоть зубами вцепится в границу, но и шага назад не сделает. Рубеж неприступен! Запомни это, вбей в свою пустую голову, замени этими двумя словами все свои молитвы богам. А если увидишь обратное — не верь своим глазам, потому что Рубеж неприступен! — От его непоколебимой веры мурашки по рукам побежали, и я действительно устыдилась приступа слабости. Лиам глянул поверх моей головы и почти тем же тоном позвал: — Проходите уже! Места лучше мы не найдем. Не знаю, как вам, но мне точно отдых не помешает.

Глава 4

Лиам снял пиджак и бросил у покатой стены.

— Размещайтесь, ваше высочество. Королевских покоев не обещаю, но что есть.

Иристина уже не возражала, принимая помощь. Ведь правда была озвучена: ей надо к этому привыкать и оберегать себя в первую очередь. Я небольшой струей пламени прогрела воздух, но не слишком сильно, чтобы не выжечь из замкнутого пространства весь кислород раньше времени. Вирней уселся рядом с низким лазом, однако пока снаружи не раздавалось даже шорохов — помогут боги, твари вообще нас за тушей белого червя не почуют. Руперт с Татьей замерли в центре, задрав головы к потолку. И, в ответ на мой недоуменный взгляд, женщина объяснила их действия:

— Там есть влага. С таким количеством магов мы точно сможем поднять одного и собрать. Уж как-нибудь очистим — хотя бы перекипятим. Благо фляги имеются.

Конденсат, ну конечно! Он ведь всегда возникает при перепаде температур, а в подземных пещерах это обычное дело.

— Все нужное с собой, — подтвердила я, снимая рюкзак и хлопая по нему в качестве доказательства. — Всегда готовые к очистке эфира, мы случайно оказались готовы и ко всем другим проблемам.

— Очистке чего?! — встрепенулась принцесса. — Подождите, вы научились делать ману пригодной для употребления? Но это же прямое воровство из королевской казны!

Руперт ухмыльнулся:

— Ну, строго говоря, теперь мы будем воровать не из вашей королевской казны, если это чем-то утешит.

Иристина шутку не оценила и удрученно опустила голову. А я, чтобы разбавить атмосферу, сменила тему:

— Когда сюда добирались, я присматривалась к шестиногам — только мне показалось, что их конечности выглядят достаточно аппетитными, чтобы нам не умереть с голоду хоть целый месяц?

— Фу-у, — Татья скривилась.

Черту в этом вопросе подвел Лиам:

— Фу не фу, но мы в любом случае не отравимся — магические каналы помогают справиться даже с простыми ядами. И, если честно, то я очень рассчитываю на то, что нам не придется сидеть здесь целый месяц. В принципе, как только стану архимагом, так сразу и пойдем.

— Куда пойдем? — полюбопытствовала я, присаживаясь в уже сформировавшийся круг.

Лиам посмотрел на Иристину, будто не зная, с чего начать. Зато принцесса подобрала слова:

— Маги уже давно пытаются проверить одну гипотезу — вы ведь были с нами на вратах, примерно понимаете.

— Ничего не понимаем! — честно озвучил Руперт общую точку зрения.

Она терпеливо объяснила:

— Врата — это лишь один выход из большого пространственного мешка, вы и сами его видели. Сами эти мешки мы создавать не умеем: то ли подобные искажения возникают спонтанно, то ли пока наша магическая наука до таких открытий не дошла. Зато мы научились ускорять прорывы — если уже есть вибрации, которые все равно рано или поздно приведут к тому же. Гипотетически из этого подпространства можно попасть в другое место. И есть все основания полагать, что некая вариация привычных врат существует в каждой шахте — потому-то она и становится шахтой. Для пробития нового выхода, в теории, необходима очень высокая концентрация силы. Но если и архимаг в связке с этим не справится, тогда… тогда мы действительно погибнем в этой тьме.

— Не погибнем, — заверила я мягко. — Если ничего не получится, то я пойду к Кейвару — одна, чтобы не рисковать. Упаду ему в ноги и буду умолять сохранить всем вам жизни. Вернее, только одну, — я многозначительно посмотрела на принцессу.

На мой взгляд, нашим общим друзьям и даже Лиаму гнев нового короля не грозил. Он разозлится, конечно, но простит, если явимся с повинной. А вот недоверие к моим прогнозам ее высочества было обоснованно. И, к сожалению, даже наше спасение никак не решило бы проблему тленного мага на престоле — наоборот, только помогло бы ей расцвести.

Иристина, вероятно, отгоняла от себя самые печальные мысли, оттого и была сосредоточена на текущем вопросе:

— Лиам привел нас сюда не просто так. Раз мы не можем открыть врата — нам придется использовать какой-то аналог уже существующих врат. К сожалению, мы не имеем представления, где он находится и на какую глубину придется спускаться. Уровни обычно прорываются сами, когда хищников становится слишком много — это они постепенно двигаются ближе к поверхности. Нам же впервые в истории придется идти в противоположную сторону — туда, где еще ни один шахтер не бывал. Жаль, что мы занялись этой важной наукой от безысходности, но сама идея создания порталов уже давно обсуждается в самых высших кругах: мой отец годами финансировал эти исследования, и ректор академии — один из главных участников проекта. Он занимался с Лиамом лично, когда увидел его усердие и талант, но и мы старались помогать, чем могли. Летея огромна! Порталы подняли бы ее экономику на небывалые высоты… — и, вспомнив о происходящем над поверхностью земли, она вновь поникла.

Я шумно выдохнула. Даже по простому описанию выходило, что мы выбрали чрезвычайно сложный путь. Да было больше шансов пробиться на Рубеж по дорогам и лесам! Наверное, стоит настоять на этом варианте, пока еще не поздно.

Все еще раздавленный последними событиями Вирней впервые за долгое время подал голос — он думал в том же направлении, что и я, но озвучил и другую сторону возможных неприятностей:

— Ладно, допустим, что нам это удастся — мы не только пробьемся через мешанину чудовищ, которых еще никто не видел, но и попадем в этот ваш пространственный мешок. А дальше-то что? Монстры же сюда не из нашего мира попадают — теперь наша очередь наведаться в гости в их реальность?

Татья мечтательно проговорила:

— А это далеко не худший вариант. Мир без людей — одни только хищники разных размеров, сложно представить себе что-то приятнее. Поселимся там, положим начало новому человечеству и будем надеяться, что хоть оно получится лучше предыдущего.

— О-о! — оценил Руперт. — Я чур с Миной буду создавать новое человечество! Или они с Лиамом там наконец-то сойдутся, потеряв последние статусы? Ладно, я и на принцессу согласен, что ж поделать-то — переступлю через себя ради будущих поколений!

Иристина взглядом обозначила, как прямо сейчас так через него переступит, что мало не покажется. На удивление, столь пошлая шутка о дочери короля не встретила ярого протеста — в любой другой обстановке не сносить бы ему головы. Однако мы были измотаны и напуганы будущими испытаниями, характер приятеля в таких обстоятельствах не раздражал до желания даже рукой ему погрозить. Всего лишь характер и грязный язык — какие, право, мелочи в сравнении с тем, что он был и остается с нами.

И пояснения Лиама оптимизма не прибавляли:

— К сожалению, с пробитием двери действительно можно промахнуться и попасть вообще не туда, куда мы собираемся. Придется действовать путем проб и ошибок. Но, скорее всего, сами направления в этом туманном подпространстве остаются — если четко наметим траекторию, то мы можем переместиться ближе к Рубежу и появиться уже в другой шахте или же в формирующихся вратах. Разумеется, никаких гарантий. Она только одна — отсюда мы исчезнем, что уже можно считать небольшой победой.

— Ну да, — скривился Руперт. — А до этой самой гарантии обычному сопливому юнцу надо стать архимагом, провести нас чуть ли не в центр земли и отыскать то, в существовании чего он даже не уверен.

Грубо, преувеличенно, но не лишено смысла. И, чтобы не сойти с ума от невозможности объять все перспективы, мы просто занялись работой. Обустроились, насколько это было возможно, очистили и приняли эфир — даже Иристина отказываться не стала, сейчас нам всем нужно усиление. Поджарили над магическим огнем конечность шестиноги, решили провести жеребьевку, кто будет пробовать первым, отменили жеребьевку, потому что единогласно выбрали Руперта — он, к тому моменту уже сдавшийся, взял кусочек в рот и громко заохал, что нежнее и ароматнее ничего в жизни не вкушал. Его отзыв был столь фальшивым, что и сомнений не возникло — отвратительнее и представить нельзя. Но голод победил, и в какой-то момент жесткое несоленое мясо начало казаться вполне съедобным. А уж если у кого начинал болеть живот — так ничего страшного: сначала на прием к Татье, а потом просто полежать полчаса, пока внутренняя магия довершит доброе лекарское дело.

Мы изначально настраивались потерпеть всего сутки-другие, но заняло это куда больше времени. Нагрудные фонари отключили, при необходимости использовали только один — никто из шахтеров не измерял, на сколько хватает их зарядов, а подсвечивать себе обзор огнем в замкнутом пространстве бесконечно невозможно. На удивление, даже в кромешной темноте мы постепенно начали различать стены и друг друга, а приближение крупного монстра слышали задолго до того, как он явится. Нашли другую, более удобную пещеру, где конденсат стекал прямо по стене и собирался проще. Счет времени был давно потерян, а к Лиаму с разговорами никто не лез. Он окончательно замкнулся в себе — по большей части сидел или лежал с закрытыми глазами, иногда надолго уходил из пещеры, так же молча возвращался и вновь закрывал глаза. Почти не ел, выглядел уже не просто осунувшимся, а почти скелетом.

В итоге мы даже удивились, услышав его охрипший от долгого молчания голос:

— Остались еще ингредиенты для очистки?

— Разве что на одну дозу. Максимум, на две, — ответил Вирней, который вел строгий подсчет каждого предмета, который нашелся в наших вещах — любой из них может оказаться жизненно необходим.

— Сделайте мне два пузырька, — попросил Лиам.

— Нельзя, — возразила я уверенно. — Ты ведь сам нас учил, что необходимо делать долгие перерывы между приемами!

— Уверен, что я справлюсь, — ответил он тихо, и решимости в его тоне я не расслышала. — Я обязан справиться.

— Ни в коем случае! — поддержала меня Иристина. — Ты ведь понимаешь, на какой риск идешь? Мы великолепно устроились, можем хоть полгода здесь жить припеваючи!

— Припеваючи ей! — огрызнулся Руперт, но обратился к ней так, как положено — уже научился за эти дни: — Ваше высочество, мы еще не все пещеры на этом уровне загадили, то есть терпимо?

Татья ничью сторону принимать не стала, а рассудительный Вирней выразил мнение:

— Только Лиаму известно, справится он или нет. У него уже такой ранг, который нам и не снился, не лезьте к нему с советами. Говорит чистить ману — значит, нам надо чистить ману, а не языки разминать.

Лиам обвел нас усталым взглядом и попытался убедить сомневающихся:

— Вы можете ждать хоть полгода. Рубеж не может.

Я нервно припомнила:

— А как же твоя уверенность, что Рубеж неприступен?

Он слабо улыбнулся.

— Ничего не изменилось. Но я хочу видеть лично неприступность Рубежа. Вирней, Руперт, принесите эфир, втроем сделаем.

— Я не допущу! — рыкнула я, вскакивая на ноги. — Мне на тебя плевать, Лиам Северт, но если ты умрешь, то и нам крышка. Мы следовали твоему плану, из-за него оказались здесь, и теперь ты обязан довести свою задумку до конца! Обещаю, я изобью любого, кто посмеет ему помогать! — И для достоверности даже вынула кнут, обозначая твердую решимость.

— Это говорит связка, а не здравый смысл, — напомнил Лиам. — Ты не можешь смириться с угрозой моей жизни, я это чувство вдоль и поперек изучил. Но я выживу, потому что обязан. А ты пока отвлекись чем-нибудь… О, а ты уже рассказала ее высочеству про свой тлен? Это интересная история, в которой ты не родственница Скорпам, а все равно умудрилась заразиться.

— Что-о-о? — поддерживающая меня принцесса тотчас забыла о происходящем и буквально бросилась на меня.

Вот это он нас обеих отвлек так отвлек. Я пыталась уклоняться и не навредить ее высочеству, она впала в ярость и не сразу расслышала мои визги, что тлен уменьшается — еще один побочный эффект магической связки. И что если Лиам будет брать по капле, то его каналы легко выведут заразу, а мои рано или поздно станут чистыми. Истошные крики привлекли тварей даже со второго уровня — на третьем их почти не осталось. Поэтому в какой-то момент нам пришлось объединиться, потому что Лиам даже не пошевелился — продолжил медитировать. Конечно, за это время друзья уже очистили ману и принесли целых две дозы.

И, разумеется, ничем хорошим это не закончилось. Лиам закинул в рот сразу оба пузырька, несколько минут молчал, а потом просто потерял сознание. Я могла держать себя в руках, пока все его тело не начало биться в конвульсиях — и это перепугало до чертиков даже сторонников рискованных экспериментов. И не только потому, что я орала на всю шахту, что убью каждого причастного, если Лиам не выкарабкается.

Татья усиленно вспоминала все известные ей заклинания облегчения состояния больных, но после нескольких безуспешных попыток расплакалась от бессилия. Женщина этого не показала, конечно, но каждый заметил, как она старается незаметно вытереть рукавом глаза, а затем снова приступает к уже точно безуспешному делу. Я же хватала Лиама за руки, обнимала, прижималась, пытаясь подключиться через связь к его каналам и забрать хотя бы часть страданий, но и это ни к чему не приводило — разве что судороги остановились, но и то могло быть следствием исчерпания последних резервов тела.

Измотанная чрезвычайным волнением, я так и задремала на нем в полном ощущении, что обнимаю мертвеца. Однако отстраниться права не имела — а вдруг его каналы почувствуют мою близость, и это даст им хоть каплю силы? Остальные ребята отползли к стене и хранили гнетущее молчание… Боги, даже Руперт не ляпнул что-нибудь неуместное, а это о многом говорило.

Изменение состояние Лиама по понятной причине я ощутила первой — его пальцы, которые я продолжала сжимать, как будто слабо дернулись. Я резко приподнялась, а парень, не открывая глаз, слабым голосом напомнил:

— Я же просил тебя ко мне не прикасаться. Но стоило мне ненадолго потерять бдительность — и гляньте, как набросилась.

— Идиот, — констатировала я, с трудом сдерживая слезы облегчения и отодвигаясь от него.

Кажется, вообще никто не уснул, раз тотчас оказались поблизости. Вирней уже помогал Лиаму сесть, а Татья прощупывала его пульс. Я же просто дышала: вдох-выдох, вдох-выдох. Жив — да и ладно, остальное в сравнении уже кажется несущественным.

— И что, ты все-таки взял наивысший ранг? — мягко поинтересовалась Иристина. — Если не ошибаюсь, то в твоем возрасте никто не сумел — или в архивах такие записи не зафиксированы.

Руперт тоже ожил и привычно заголосил:

— Так мы же на чистой мане прогрессировали! А он ее жрал как не в себя — даже у Мины, бывало, чуть ли не изо рта отбирал. Не надо заносить его случай в архив, это же мошенничество!

— Да когда уже у тебя язык отсохнет? — вздохнула Татья. — Вспомни, что Лиам не только для себя из кожи вон лез — он на свои плечи всех нас взвалил. Не только нас, он Рубеж целиком готов на руках нести — и ведь поднимет любой груз, сученыш упертый. А ты хоть бы каплю благодарности из себя выдавил, припадочный, за то, что он ради тебя же взял ранг, который взять было невозможно!

Взгляд Лиама наконец-то стал осмысленным, он разомкнул губы и произнес:

— Не взял, — услышал, что это прозвучало неразборчивым хрипом и повторил чуть громче: — Я не взял десятый ранг. Не получилось, все же нужно больше времени и сил. Придется идти так и надеяться, что этого хватит.

Иристина резко вдохнула и прошептала:

— Ты ведь уже проверял — не хватит, вся надежда была на могущество архимага…

Татья грязно и длинно выругалась, хотя весь смысл уместился бы в короткой фразе: «Тогда ради чего ты чуть не сдох?!». Руперт в ужасе завращал выпученными глазами, Вирней покачал головой.

А я никак не отреагировала. Жив — да и ладно. Все еще возможно, пока он жив. Нельзя сдаваться или унывать, пока он жив. Да любая плохая новость не может оказаться хуже, чем то, что я думала всего несколько минут назад. И именно я уверенно заключила:

— Как только Лиам сможет идти, мы начнем пробиваться вниз. Этот ваш пространственный мешок еще нужно найти, он существует лишь в гипотезе! И я почти уверена, что там нам будет жарко. Нагрузка может быть такой, что мы все успеем стать архимагами, если выживем.

Иристина неуверенно кивнула, но Руперту не понравилось:

— Утешила, называется. Аж захотелось до старости тут сидеть.

Ну, раз он вернулся к привычному ворчанию — это знак, что все в пределах нормы.

***

Оказалось, что я не преувеличила. Следующие дни превратились для нас в бесконечный ад и кровавую кашу. Четвертый уровень пробился легко — хватило удара Лиама и нашей связки. Вероятно, были и уже сформированные дыры или тоннели, однако мы не тратили силы на поиски, спускаясь все ниже и ниже. И всякий раз на нас неслась лавина из монстров, в том числе зрячих — это те, которые при прорыве нового уровня спешат выбраться на поверхность. Шестиноги, хирны и домарины уже давно казались милыми домашними питомцами в сравнении с разнообразием новых видов. Даже нескольких белых червей мы миновали, не останавливаясь для схватки. А ведь это поразительно — кажется, в учебниках не описана и половина существующих хищников, поскольку большинство из них никогда не поднимаются на уровни, где идет добыча эфира.

Больше всего неудобств нам доставляли насекомоподобные тварюшки, которые были гораздо мельче хирн и способны подбираться практически незаметно. Никого до смерти они загрызть не успели, но уже все открытые части наших тел покрылись болезненными и гноящимися укусами, а промыть раны от яда было нечем. Выручали нас только высокие магические ранги, к тому же почти каждый успел взять еще по одному — немыслимая нагрузка не оставляла шансов на отдых. Исключением стала только я, лишь недавно пережившая переход на четвертый, и, к нашему общему сожалению, Лиам. Однако даже накопленные навыки не помогали справиться с утомлением — мы буквально не имели возможности даже подремать. И определенно рано или поздно упали бы замертво всего лишь от отсутствия сна, если бы не Лиам, пользующийся нашей связкой: после упорной работы он все же научился расширять купол своей непроницаемой защиты на короткое время. Разумеется, нам приходилось буквально вжиматься друг в друга, но сейчас и такой отдых казался вершиной комфорта.