Деревья блистали листвой, а трава казалась настолько яркой на солнце, что её зелень слепила глаза. Город так пестрил всеми возможными цветами, что трудно было сосредоточиться. Или просто я отвык от такого буйства красок в своём мире и с непривычки отвлекаюсь на все, что имеет оттенок отличный от чёрного, серого, коричневого и кроваво-красного. Люди вокруг бегают и суетятся, в своей суете не осознавая, что чем быстрее они пытаются что-то сделать, тем больше времени на это потратят.
Гуляя по парку, я думал, как мне найти то, что я ищу. Я должен был почувствовать, но ничего не чувствовал. Должен был увидеть, но ничего не видел. В отчаянии я вышел из парка и заглянул в кафе на углу улицы. Индустриальный стиль помещения мне пришёлся по душе. Темные, кое-где обшарпанные кирпичные стены, серый бетонный потолок, на котором трубами создаются причудливые рисунки, пол из тёмного дерева, простые деревянные столешницы на железных ножках, такие же стулья. Над столиками дизайнерские светильники, которые можно включить по желанию каждого клиента. Такой интерьер успокаивал и приводил мысли в порядок. Выбрав самый дальний столик в тени, я заказал двойной эспрессо.
Я ещё раз оглядел помещение и посетителей, когда мой взгляд вдруг упал на девушку, сидящую за столиком у окошка, наискосок от меня. Она работала за ноутбуком. Судя по тому, как сдвинулись были её брови, она явно была чем-то недовольна. У неё была красивая фигура и она точно об этом знала. Узкие серые джинсы подчёркивали длину и изящность ног, а приталенная голубая блузка выделяла красивую грудь и тонкую талию. Темные, почти черные волосы чуть ниже плеч обрамляли чуть вытянутый овал лица. Чётко очерченные черты лица, высокие скулы, нежные губы, чуть больше, чем нужны для таких пропорций, маленький, изящный носик и большие глаза…
– Нашёл… – прошептал я себе под нос.
Девушка была так увлечена своей работой, что не обратила внимание на то, как пристально я её изучаю. Но это точно была она. Других таких не бывает. Её глаза – один – темно-карий, другой – сапфирово-синий, – говорили сами за себя. Они светились жизнью и силой. Я ловил каждое её движение. “Какая удача”, – подумал я, когда ещё раз удалось рассмотреть цвет глаз.
Девушка нахмурилась, глядя в монитор, откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Через пару секунд она начала судорожно вдыхать. Никто, кроме меня, не обратил внимание на то, как она тряслась. Распахнув глаза, девушка постепенно успокоилась. Она потянулась к ноутбуку, начала что-то печатать, и взгляд забегал по монитору. Я видел, как она была возбуждена, и понял, что ищет что-то важное. Понял, потому что знаю это чувство возбуждённого поиска того, что тебе жизненно необходимо. Она продолжала искать, а я продолжал наблюдать. На её лице все больше проступало выражение отчаянной одержимости. Вдруг она остановилась, выпила свой напиток, достала из сумочки ручку, записала что-то на салфетке и собралась кому-то позвонить. Мгновенно её лицо исказило паника.
Я ругал себя за то, что так неосторожен. Она почувствовала меня, ну, конечно. Я мог бы прямо сейчас сделать то, зачем приехал в этот город, но мне нужно было от неё кое-что ещё. Когда девушка ушла, я заказал себе ещё один эспрессо, на этот раз с собой, и стал ждать. Мысли роились в голове, голос дяди звучал приказом, голос сестры – молитвой. Прежде чем выполнить задуманное, я должен убедиться, что никто не помешает нам. Я пришел сюда за ней, побочных эффектов мне не нужно, как и привлекать лишнее внимание.
Официантка принесла кофе и улыбнулась так, будто сейчас растает сахарной ватой. Мне не сложно было улыбнуться ей в ответ, пусть думает, что симпатичная. Прежде, чем выйти из кафе, я подошёл к столику, за которым седела та девушка. Она оставила салфетку, на ней – номер телефона. Детектив Риггз. Интересно. Я забрал салфетку и вышел из кафе под проливной дождь. Тучи украли цвета природы, и сосредоточиться стало проще. Я направился к дому по той же дороге, что и сюда – через парк. Я мог бы проехаться на машине, но боялся упустить что-то важное, поэтому весь путь проделал пешком, внимательно вглядываясь в прохожих.
Стоило мне переступить порог нашего временного жилища, как сестра сразу накинулась с вопросами.
– Ну как? Ты нашёл кого-нибудь?
– И тебе привет, Элейн.
– Оставь формальности при себе, братец, – девушка состроила недовольную гримасу. – Рассказывай.
– Мне нечего тебе рассказать, – устало бросил я сестре.
– Ты полвечера шатался по городу и тебе нечего рассказать, серьёзно?
– Серьёзно. Я шатался весь вечер, как ты выражаешься, устал и хочу отдохнуть.
Сестра фыркнула.
– Мы оба знаем, что тебе это ни к чему. Ладно, дело твоё.
– Я думал, ты не хочешь, чтобы я его нашёл? – я картинно приподнял одну бровь.
– Не хочу, – Элейн вздохнула и начала переодеваться. – Но это вопрос времени.
Я улыбнулся.
– Куда собираешься?
– Гулять! – девушка подмигнула мне и вышла из дома.
Я сидел на диване, осознавая произошедшее. Никто из нас не знал, сколько ей лет и как она выглядит. Никто не знал даже, он это или она. Магия, оставленная предками, хорошо её скрывала. Но чем старше девушка становится – тем слабее эта защита. Я стал вспоминать последнюю встречу с дядей и размышлять причину, по какой, собственно, и оказался здесь.
– Виктор! – за сухим мужским голосом последовал стук в дверь. – Абигор зовёт Вас к себе.
– Иду.
Я почти сразу вышел из комнаты, но у двери уже никого не было. Наши прислужники не задерживаются на тот случай, если кто-то в семье вдруг окажется не в духе. Оглядев коридор, я свернул направо до большой винтовой лестницы, проходившей через все этажи замка. Каменная крепость казалась пустой обителью уныния, но, на самом деле, здесь кипела жизнь. Конечно, если это все ещё можно назвать жизнью.
Я поднимался по лестнице в смятении, размышляя о том, что дяде могло понадобиться от меня, когда столкнулся со своей двоюродной сестрой.
– Я слышала, отец зовёт тебя, – её лицо выражало такую серьёзность, что я невольно усмехнулся.
– От тебя ничего не скроется, сестричка, – я легонько потрепал её за щеку и продолжил подниматься наверх.
– Он сегодня не в настроении. Будь осторожен.
Я обернулся и кивнул сестре, внутри меня все сжалось. Если Абигор зовёт меня будучи не в настроении, значит точно что-то случилось. Возможно, он что-то увидел, что тоже не сулит ничего хорошего.
Башня Абигора находилась на самой вершине замка. Выше могли быть только звезды, если бы отсюда их было видно. Он всегда говорил, что с высоты ему лучше видится будущее. Не могу сказать, правда ли это, потому как Элейн не унаследовала дар и не видит вообще ничего. Я думаю, что дядя сидит в самой высокой башне, потому что привык быть во главе и выше всех. А ещё, потому что подниматься по узкой винтовой лестнице к нему – целое испытание, и из-за этого его никто не беспокоит. Разве что сестра, её комната находится немного ниже.
Когда я вошёл в покои дяди, он сидел в кресле, отдаленно напоминающим трон, спиной ко мне.
– Здравствуй, сын мой.
– Здравствуй, дядя.
На несколько секунд между нами повисла тишина. Я ждал, что он мне скажет, а он ждал, осмелюсь ли я спросить у него первым. В итоге я не выдержал.
– Мне передали, что Вы меня звали, дядя. Вы что-то увидели?
Абигор улыбнулся. Иногда я не понимал его. Он всегда ждёт, что я скажу что-то первым, а после злится, что я не выдержал и не дал ему самому начать. Но иногда случается так, как сегодня.
– И да, и нет, Виктор. Я всегда это знал, а сегодня почувствовал, что пришло время.
Его вкрадчивый, властный голос всегда заставлял меня слушать и подчиняться.
– Виктор, скажи мне, ты помнишь ту легенду о нечистокровном?
Я утвердительно кивнул.
– Отвечай, – потребовал дядя, не сводя с меня глаз.
– Помню, дядя.
Абигор снова улыбнулся и продолжил свою речь.
– Веками мы искали этих детей, поколение за поколением истребляли охотников, но так и не смогли подобраться близко ни к одному из них. Мы шли на охотников войной, и они, в свою очередь, отвечали нам тем же. Мы были слепы, глухи и глупы, – голос демона стал похож на рык. – Я чувствую его. Его сила просыпается.
Дядя на минуту замолчал.
– Я позвал тебя, потому что ты единственный, кому я могу доверить эту миссию. Я воспитывал тебя с малых лет, заменил тебе отца, а ты мне сына. Ты должен найти нечистокровного. И уничтожить, – его глаза сверкнули огнём.
Я кивнул в знак согласия. Отказаться значило прослыть слабым трусом, навлечь на себя гнев и разочарование Абигора. Дядя рассказал, что знает. У нас был только город, который он увидел в своём видении. Как выглядит сам нечистокровный – никто не знает. Его все ещё скрывала магия предков, но сила потихоньку начала выходить из-под контроля. Когда я вышел из покоев дяди, то в голове уже начал строиться план, по которому я смогу осуществить приказ.
Не успел я далеко отойти, как Элейн поймала меня за руку и потащила в свою комнату.
– Ты действительно хочешь, чтобы мы пошли в твою спальню? – попытался я пошутить.
– А я-то думала, что ты умный старший брат, – съязвила девушка.
Когда мы вошли в комнату, Элли, в манерах своего отца приказала мне сесть. Конечно, на самом деле, это был не приказ, но она не знает, как в действительности похожа на него, особенно когда её что-то беспокоит. Я покорно сел в кресло.
– Я подслушала ваш разговор, – призналась девушка.
– Ай-яй-яй, маленьким девочкам нельзя подслушивать взрослые разговоры, – пожурил я её.
– Виктор. Это же безумие. Он воспринимает старую легенду за реальность и просит тебя убить невинное существо!
– Не такое уж оно и невинное, если грозит разрушить весь наш мир.
– Ты этого не знаешь.
– А ты слишком человечна для того, кем являешься.
Девушка осеклась и села на диван напротив меня. Она хмурилась, а я подумал, что даже с таким выражением лица она очень красива. Как и все в семье Абигора, включая его самого до войны. Её волнистые рыжие волосы доходили до талии, ярко-зелёные глаза, каких не бывает у обычных людей, сверкали как два изумруда, а бледная кожа делала внешность такой яркой, что совсем не сочеталось с общей атмосферой здешнего места. В средние века человеческой эпохи её посчитали бы ведьмой и, к слову, правильно бы сделали. Элейн привязали бы к какому-нибудь столбу и сожгли на костре. Только вот огонь ей ни по чем – это её стихия.
– Ты боишься его.
– Что? – я отвлёкся от своих размышлений, недоумевая, что сестра имеет в виду.
– Моего отца. Ты выполнишь любой его приказ, потому что боишься его. Его гнева, его недовольства, того, что он может посчитать тебя недостойным.
– Я не боюсь его, – её слова меня задели. – Я обязан ему.
– Чем это?
– Своей жизнью, Элли! Он взял меня к себе, когда исчез мой отец. Он меня воспитал. Я обязан ему всем.
Элейн прикрыла глаза и глубоко вздохнула, показывая, что в корне со мной не согласна. Я её не виню, но ей не понять этого. Я смотрю на девочку, по человеческим меркам ей дали бы лет восемнадцать-девятнадцать, в то время как мне было бы уже двадцать шесть. Но Абигор воспитывал нас вместе.
– Виктор, ты не должен во всем слушать моего отца. Прошу тебя, не убивай ни в чем неповинное дитя.
– Элли, я люблю тебя, но прошу, не лезь не в своё дело. Я выполню приказ дяди, и это не обсуждается, – я встал с кресла с намерением окончить этот разговор и уйти.
– Тогда я еду с тобой, – сестра решительно поднялась и сложила руки на груди. – И это тоже не обсуждается.
– Зачем? Чтобы мне помешать?
– Нет, чтобы тебя защитить.
Я не удержался от смеха.
– Что ты такое говоришь? От кого?
– Ну, если этот ребёнок и вправду так опасен, как говорит отец, – девушка слегка улыбнулась, – значит, кто-то должен тебе помочь.
– Абигор не позволит… – не успел я закончить, как сестра меня перебила.
– Меня не волнует, что он позволит, а что нет. Я его не боюсь.
Зная, что сестру не переспорить и не отговорить, я согласился. С условием, что она не станет мне мешать.
***
Уже несколько часов я лежал на диване и думал о девушке. Неужели это хрупкое создание могло обладать такой мощью, что способно было бы уничтожить весь мой род? В голове не укладывается.
Услышав с улицы звук подъезжающей машины, я встал с дивана и посмотрел в окно. То, что я увидел, заставило меня удивиться. К дому подъехала чёрная ауди с той самой девушкой за рулём. Она вышла из машины вместе с моей сестрой. О чем-то разговаривая, они дошли до дома, Элейн, попрощавшись, вошла внутрь, а девушка вернулась к машине. Я был потрясён, и это потрясение не скрылось от сестры.
– Ты что, призрака увидел? – усмехнулась Элли.
– Ну, можно сказать и так. Когда ты успела найти подружку? – поинтересовался я вроде как невзначай, кивнув в сторону подъездной дорожки.
– Я может и младше, Виктор, но не глупее. Мы оба знаем, кто она. И ты мне соврал, – сестра смотрела на меня серьёзным взглядом и её голос звучал как твёрдый камень. – Но ты не причинишь ей вреда.
– А я думал, ты помнишь, на каких условиях я согласился взять тебя с собой.
– Не сегодня, Виктор.
Элейн дала понять, что разговор окончен, пройдя в свою комнату, слегка задев меня плечом.
Деревья и здания пролетали мимо меня, и я решила успокоиться мыслью, что все самое худшее, что могло когда-нибудь со мной случиться – уже случилось. Сегодня. Дочка Кларка, мой брат, все остальные дети… Я впервые так близко и одновременно все ещё так далеко, чтобы выяснить, что происходит. Пошарив одной рукой в сумочке, я поняла, что оставила салфетку с номером телефона на столике в кафе.
– Черт!
Вцепившись руками в руль, стала размышлять. Номер телефона – не страшно, он все еще есть в памяти смартфона, как и на сайте. Дурацкая журналистская привычка записывать все на листочки и в блокнотики. Давно пора уже пользоваться телефоном для таких случаев. Хотя, это тоже не самый надёжный вариант.
Меня все ещё не покидало чувство, что за мной наблюдают, но я понимала, что здесь и сейчас наблюдать некому. Несколько раз проверив ехавшие позади меня машины, я в этом окончательно убедилась. Однако животный страх, свернувшийся колючим комочком у меня внутри, переубедить было тяжело.
“Итак, что я должна вынести из сегодняшнего сумасшедшего дня?”
– Мне приснился кошмар, у меня паранойя, возможно, я снова лезу не в своё дело. И ещё… я больше не стану звонить матери.
В следующую секунду адреналин ударил в кровь – прямо передо мной девушка переходила дорогу. Я попыталась резко затормозить, но было слишком поздно, и девушка отлетела на асфальт. Выбежав из машины, я стала осматривать её. К горлу подкатил ком, меня затошнило, и голова пошла кругом.
– Господи, это мой самый худший день, – прошептала я, доставая трясущимися руками телефон, чтобы вызвать скорую.
– Не согласна, это ведь не Вас сбила машина, – девушка приподнялась на локтях и присела рядом со мной. – Что Вы делаете?
– Вызываю вам скорую помощь, – шок от произошедшего сменился замешательством при виде пострадавшей в полном здравии.
– Не нужно, всего-то пара царапин, – ответила она, поднимаясь на ноги.
Ссадины действительно были, но мне показалось, что она ударилась сильнее и решила, все же, настоять на больнице.
– Как Вас зовут? – спросила девушка.
– Алексия. А Вас?
– Элейн, – она протянула руку. – Приятно познакомиться.
Я пожала руку в ответ и сказала, что приятней было было познакомиться не при таких обстоятельствах. Девушка улыбнулась, в её взгляде мелькнуло любопытство.
– Я всё-таки должна для Вас хоть что-нибудь сделать.
– Вы могли бы взять мне чашечку кофе и отвезти домой.
Меня все ещё мучал вопрос о целостности её костей или органов, но усталость и стресс дали о себе знать, и я сдалась. Откровенно говоря, я вздохнула с облегчением, хотя меня все ещё мучала совесть за то, что я была так неосторожна и, погрузившись в мысли, совсем отвлеклась от дороги. Элейн назвала мне адрес, и по пути мы заехали в местечко, где делают безумно вкусный фраппучино с собой. Ожидая наши напитки, мы немного разговорились.
– У Вас такой замученный вид, Алексия. Не выспались? Или день неудачный?
– И то, и другое, – призналась я и почувствовала острую необходимость с кем-то поговорить. – А Вы местная?
– Нет, совсем недавно приехала. Буквально вчера. Сегодня первый день вышла прогуляться и уже ввязалась в приключение, – улыбнулась девушка.
– Простите мою невнимательность. Я сильно задумалась и отвлеклась. Мне очень жаль, что так вышло.
Элейн заговорщически подмигнула.
– Зато мы познакомились!
Я выдавила из себя улыбку, а сама подумала: “Да уж. Жизнерадостности ей не занимать”.
Когда наши напитки были готовы, мы поехали дальше. Элейн рассказала, как ей понравился городской парк, фонтан и в целом атмосфера города. Она рассказывала это все, будто мы с ней были давным-давно знакомы, но жили в разных городах, и она приехала погостить ненадолго и встретиться. Мне стало ещё легче. Я рассказала о том, как проспала на работу, а также о неудавшейся встрече с матерью. Элейн слушала внимательно, не пропуская ни единого моего слова.
– А из-за чего ты проспала? – поинтересовалась девушка.
– Кошмар приснился. Представь себе, будто человек превращал других людей в ледяных мертвецов, похожих на мумии.
– Да уж, жуть какая.
– А потом ещё все эти дети… – я осеклась, не стоило, наверное, рассказывать новому человеку в городе, что здесь происходят исчезновения. С другой стороны, вдруг у неё есть ребёнок?
– Какие дети?
– Дело в том, что… В прошлом году исчез мой младший брат. Из-за этого мы с мамой и не ладим. Она обвиняет меня в том, что я не была с ним, когда это случилось. Что я выбрала жить своей жизнью, а не заботиться о Ките… – я немного помолчала. – Спустя четыре месяца начали пропадать другие дети. И все примерно одного возраста – от восьми до двенадцати лет. Я думаю, что все это как-то связано, но у меня нет никаких доказательств, да и близко подобраться не получится.
– Почему? – Элейн внимательно смотрела на меня.
– Я журналист. Полиция таких как мы не жалует.
– Но ведь один из пропавших – член твоей семьи!
– Да, и это ещё больше осложняет ситуацию, – я обречённо покачала головой.
Некоторое время мы ехали молча. Видимо, Элейн осмысливала услышанное. Думаю, она захочет уехать из города, как только я привезу её домой. Может быть, это верное решение. Может быть, мне тоже стоит уехать.
Когда мы почти доехали до дома, Элейн прервала тишину одной единственной фразой, которая привела меня в замешательство не меньше, чем то, что она чудом отделалась царапинами и парой синяков.
– Я помогу тебе, Лекси.
Я остановила машину и в изумлении повернулась к девушке.
– На твоём месте, если бы я услышала такую историю от первого знакомого в городе – собрала бы вещи и уехала.
– Ну, я не из пугливых, – Элейн мило улыбнулась. – Кроме того, как ты и сказала, ты моя первая знакомая в этом городе, и я хочу тебе помочь.
Мы поехали дальше.
– Что-нибудь придумаю. Поищу информацию. Кстати, мы приехали, вон тот дом, справа.
Мы свернули на подъездную дорожку. Элейн вышла из машины так легко, что сложно было представить, будто бы около часа назад её сбила машина. Я вышла следом, чтобы проводить её до дверей. В окне дома, за шторой, виднелся силуэт мужчины, он наблюдал за нами. Впервые я ощутила, как меня это раздражает. Но, наверное, это её муж.
– Спасибо, что подвезла, Лекси. Я была рада с тобой познакомиться, пусть и при таких странных обстоятельствах, – девушка снова расплылась в улыбке. Невероятно!
– Я должна была хоть что-то для тебя сделать, раз ты отказалась ехать в больницу.
Я уже собралась уходить, когда Элейн взяла меня за руку.
– Лекси, я говорила серьёзно. Я помогу тебе. Ты знаешь, где я живу, приезжай.
– Хорошо, – я немного растерялась, а потом поискав по карманам джинс, нашла свою визитку и протянула девушке. – Звони, если что-то понадобится, я всегда на связи.
– До встречи! – ещё одна милая улыбка, как у неё это получается?
– До встречи, Элейн.
Девушка вошла в дом, а я вернулась в машину. Странным образом все, что произошло сегодня за день, скрасилось этой удивительной встречей. Может, мне действительно надо было кому-то высказаться. Или завести новое знакомство? Или и то, и другое? В любом случае, чувствовала я себя гораздо лучше, чем час назад. Я надавила на педаль газа и поехала домой.
Я иду по длинному каменному коридору, такому холодному, что пар вырывается изо рта. В коридоре темно, и единственные источники света здесь – изредка попадающиеся факелы. Я будто бы оказалась в средневековом замке, позабытым на долгие годы всеми обитателями, кроме хозяина. Впереди развилка: направо и налево. “Что же ты выберешь, Лекс?” – звучит в голове мой собственный голос. Я долго смотрю на две арки, разделяющие коридор, и отчётливо понимаю, что от выбора зависит моя собственная жизнь. Я медленно подхожу к каждой из них, провожу рукой по камням на стенах и, все-таки, решаю идти налево. Оттуда идёт еле уловимый тёплый воздух. Может, там выход?
Медленно переступая по выложенному камнями полу, я начинаю ощущать все больше тепла. Вдалеке виднеется свет. Неужели и правда выход? Но нет. Подойдя ближе, я вижу лишь множество зажжённых факелов на стенах и очередной длинный каменный коридор. По крайней мере, так казалось сначала. Чем дальше я продвигалась, тем больше стены коридора расширялись, образуя глубокие ниши. Меня сковал страх, когда взгляд упал на то, что пряталось в этих нишах. По обе стороны строгим длинным рядом стояли огромные клетки. В клетках сидели люди. Только людьми они больше не были. Это были те же безжизненные тела, с синеватым оттенком кожи, холодные и уже ничего не ощущавшие. Некоторые из них сидели или лежали неподвижно в причудливых позах: будто кукловод закинул свои игрушки на полку, и они расположились там как попало, изгибая руки и ноги. Другие не были неподвижными. Они следовали за мной, тянули руки, скалили зубы и утробно рычали. Как дикие звери, желающие вырваться из клетки за своей добычей. Они лазили по прутьям, изгибались, пытаясь достать меня. Казалось, что они корчатся от боли.
Мне стало страшно идти вперёд, но обернуться было ещё страшнее. По спине бежал холод, в животе свернулся в мячик колючий ёж и лёгкие сдавливало от ужаса. Я старалась не смотреть на тех, кто сидел в клетках, но, когда все же любопытство взяло верх, я поняла одну немаловажную вещь – все они были слепы. Они тянули свои костлявые длинные руки не сознавая, куда именно их нужно тянуть. Они только чувствовали меня, но не видели.
Наконец, коридор закончился, оставив монстров позади, и перед глазами предстала огромных размеров гостиная, уставленная старой, даже древней, однако хорошо сохранившейся мебелью. На серых каменных стенах висят гобелены высотой в два средних человеческих роста. На одном из них изображён мужчина во главе войска озлобленных и уродливых лиц, на другом запечатлена битва. Посреди комнаты – узкая, но длинная винтовая лестница. Я начала подниматься. Шаг за шагом мне представлялось все убранство места, куда я попала. Оно было поразительно похоже на средневековый замок. Даже мебель была именно из той эпохи. Большие стрельчатые окна, сплошь витражные стекла, не пропускающие внутрь солнечный свет из-за обилия грязи и пыли. Витиеватые перила винтовой лестницы, тоже покрытые пылью, одновременно приводили в восторг и пугали. Вообще так можно сказать обо всем замке, как минимум изнутри он был невероятно красив, но пугал своей серостью и тем, какие тайны он скрывает.
Подниматься по узкой винтовой лестнице практически до самых небес было тяжело. И почему в те времена ещё не придумали лифт? Преодолев все площадки, я, наконец, оказалась в верхней башне. Вся она была одной комнатой, и комнатой явно кого-то важного. Большая кровать из красного дерева с бархатным балдахином, письменный стол цвета слоновой кости и кресло, напоминавшее трон. Больше здесь ничего не было, да и казалось – ничего не нужно. Я подошла к большим стрельчатым окнам, стекла которых, в отличие от всех остальных, что я успела увидеть, не были витражами. За окном меня ждал ужас. Повсюду пустыня из золы и пепла. Ни одного дерева, ни одного живого существа, даже птиц не видно. Солнце заволокло тучами, и я поняла, почему везде так темно. Дело не в вековой пыли, а в том, что света здесь нет вообще. Я стояла и не могла поверить. Смотрела и надеялась, что глаза меня обманывают. Неужели это мой мир, моя земля, мой дом?
Позади послышались шаги, и я резко обернулась. У входа стоял высокий человек в чёрной мантии с капюшоном, скрывавшим большую часть лица. Вот он медленно приподнимает его, и мне открываются ледяные, голубые, жестокие глаза. Он осматривает помещение, принюхивается. Мужчина делает шаг, ещё один, продолжая вертеть головой и искать что-то глазами. Он уже на середине комнаты, но смотрит куда-то вправо от меня. Тут я понимаю, что он меня не видит. Страх продолжает сжимать моё сердце, но становится немного легче. Если он не может меня увидеть – не может и навредить, ведь так? Словно в ответ на мой немой вопрос, он внезапно начинает говорить:
– Пусть я тебя не вижу, но я чувствую твоё присутствие, – его голос режет как ледяной кинжал. – Тень не долго будет долго скрывать тебя, она подчиняется нам. Скоро, совсем скоро я тебя найду.
Человек делает ещё несколько шагов и теперь направляется прямо ко мне, но чуть под углом уходит вправо. От него исходит могильный холод. Я не знаю, что делать, поэтому отчаянно уговариваю себя, что это все это мне только кажется. Я крепко зажмуриваюсь.
Одно мгновение. Я открываю глаза. Постель смята, одеяло перекручено, подушки разбросаны так, что одна валяется на полу. Сидя в постели, я пытаюсь успокоить учащённое сердцебиение и свои мысли. “Это просто сон, очередной кошмар”, – шепчу сама себе.
The free excerpt has ended.