Read the book: «Васавадьютта»

Font::

Published by Sri Aurobindo Ashram Publication Department Printed

at Sri Aurobindo Ashram Press, Pondicherry

Замечания редактора английского издания

Пьеса «Васавадьютта» была написана в Пондичерри в 1915 году. Самый ранний из сохранившихся черновиков датирован в конце следующим образом: «Скопировано 2 ноября 1915 года. Написано между 18 и 30 октября 1915 года. Завершено 30 октября. Пондичерри. Переработано в апреле 1916 года». В чистовой копии, использованной в качестве текста с 4-й сцены третьего акта до конца, подробно описана эта редакция: «Пересмотрено и переписано между 8 и 17 апреля 1916 года».

Впоследствии Шри Ауробиндо три или четыре раза переписывал пьесу, каждый раз останавливаясь на более раннем месте. Редакторы использовали последнюю версию данного отрывка, насколько это возможно, а затем вернулись к предыдущей версии.

Машинописный экземпляр «Васавадьютты» был подготовлен для Шри Ауробиндо где-то в конце 1930-х или начале 1940-х годов, и он внёс в него несколько разрозненных правок.

Когда было предложено опубликовать пьесу, он отказался, заявив, что она «слишком романтична».

Пьеса появилась в печати только в 1957 году, в ежегоднике «Шри Ауробиндо Мандир» и отдельной книгой.

Как утверждает Шри Ауробиндо в примечании автора, сюжет «Васавадьютты» он взял из «Катхасарицагары», санскритского цикла повестей XI века, написанного Сомадевой Бхаттой.

Шри Ауробиндо, ок. 1903 г.

Страница из рукописи «Васавадьютты»

Предисловие от автора перевода

На сайте integral-yoga.narod.ru есть англо-русская версия данного перевода.

Действующие лица

Вутса Удаян – царь Каусэмби.

Йогундараян – его министр, до недавнего времени регент Каусэмби.

Румунват – капитан его армии.

Алурка и Васунта – молодые люди возраста

Вутсы, его друзья и соратники.

Паренака – привратник царя.

Чунда Махасегн – царь Аванти.

Гопалака и Викурна – его сыновья.

Ребха – правитель города Удджайини, столицы Аванти.

Капитан – офицер Аванти.

Унгарика – царица Аванти.

Васавадьютта – принцесса, дочь Чунды Махасегна и Унгарики.

Умба – её служанка.

Манджулика – рабское имя Бундхумати, пленённой принцессы Сураштры, служащей Васавадьютте.

Женщина из Кирата.

Предисловие

Действие романа происходит спустя столетие после войны Махабхараты.

Столица была перенесена в Каусэмби. Империя временно распалась, и царства Индии находятся под общей властью трёх держав: Магадхи на востоке, которой правит Прадьотха, Аванти на западе, которой правит Чунда Махасегн, подчинивший также южных царей, и Каусэмби в центре, где Йогундараян стремится оружием и политикой удержать дом Парикшита против доминирующей власти Аванти.

С тех пор как молодой Вутса был облечён царской властью и появился у Чунды Махасегна, он, ранее непобедимый, недавно потерпел жестокие, но не решающие поражения.

На данный момент между двумя империями царит вооружённый мир.

Сюжет этой пьесы был взят из «Катхасарицагары» Сомадевы («Океан рек множества сказаний») и всегда был излюбленной темой индийской романтики и драмы.

Но некоторые обстоятельства, многие события и несколько имён были изменены или опущены, а вместо них введены другие. Вутса, название народа в сказании, в пьесе используется как личное имя царя Удаяна.

Акт I

Сцена 1

Комната во дворце в Удджайини.

Чунда Махасегн (сидит); Гопалака.

Махасегн

Я чувствую, что Вутса Удаян
Уводит от меня мою удачу.
И наши силы отступают
Из-за красивого мальчишки,
Мои расстраивая планы!

Гопалака

Я видел, как он действует в бою,
И прожил я достаточно,
Чтоб просто удивляться.
О, он гуляет по тропе войны
С такой же лёгкостью,
Как ночью при луне
Мелькают ноги молодой
Смеющейся девицы,
Скрывая мастерство
За безрассудной грацией
И ритмом быстрых танцев.

Махасегн

Ох, если этот,
Предвещающий недоброе, его рассвет
Достигнет наших врат,
Моя счастливая звезда
Закончит свой полёт.
И всё же ночью снились мне
Великие, значительные сны.
Там Удджайини вместе с Каусэмби
Были для меня
Высокими, резными,
Разноцветными вратами,
Ганг, Годавари¹ и Нармада ²,
Подобно львам, покрыты были
Яркою священною росой,
А лунные мои жасмины
Расцветали в парке удовольствий.
И вся земля вокруг
Под заливающим всё солнцем
Спала в тени моих бровей.
Но это были только сны.

Гопалака

Но разве ты не так велик,
Чтоб сделать их реальными?

Махасегн

О сын мой,
Множество возвышенных сердец,
Как правило, должны сначала
Долго пробивать свой путь,
И большинству из них здесь, на земле,
Приходится погибнуть,
Пока мы сможем совершить
Великие дела;
И кто тогда нам скажет,
Что он тот самый,
Избранный богами человек?
Одна эпоха видит сны,
Которыми потом живёт другая.

Гопалака

Взгляни же на холмы,
Где поднимается бог Рудра³.
Своё ужасное копьё
Он направляет на восток.
Не твой ли дух —
Вот это вознесённое копьё?

Махасегн

Оно отвлечено небрежною рукою Вишну!

Гопалака

Не бойся тех препятствий,
Что щедро рассыпают боги
Перед нами.
Зачем могучим людям
Удерживать движения души?
Так протяни же руку, чтоб схватить,
И ногу – чтобы растоптать
Движением Титана.

Махасегн

Я вижу, ты паришь на высоте орла,
Но очи у тебя
Закрыты для возможных потрясений.

Гопалака

Так будешь ты просить врага
Закончить гордую свою борьбу?

Махасегн

Нет, этого не будет никогда.
И мальчик должен пасть.

Гопалака

Он молод, лучезарен,
Красив и очень смел.
Но пусть падёт.
Мы не потерпим пораженья.

Махасегн

Но множество богов стояло, улыбаясь,
При его рождении.
Пришла Лакшми,
Она дышала на него
Счастливым ходом дней.
И Вишну изливал
Лучистую небесную поддержку
И обещал ему далёкие пределы
В его земном пути.
Магическая Сарасвати
Ему вложила в руки
Свои прекрасные, как лотосы, умения.

Гопалака

Суровые и аскетические боги
Дают поддержку лучшим,
А не каким-то мелким божествам,
К которым только лишь снисходят.
Величие в нём не способно
Вырасти до человека.
И героическое время у него —
Лишь редкие, забытые полёты.
Есть птицы с ярким оперением,
Которым здесь не нужно
Подниматься высоко
И прилагать усилия,
Они летают низко над землёй.
Вино и танцы с песнями,
Что окрыляют дни
Его спокойной жизни,
Толпятся около беспечной,
Живущей в праздности души.
Она не может обрести
Достойного и благородного досуга,
Чтоб стать по-настоящему великой.

Махасегн

О да, как раз там и живёт надежда наша.
О сын мой, выследи же дух врага,
Как армии его, так и его богатства!
Пусть глаз твой
Обнаружит слабость у него,
Пусть нанесёт твоя рука
Ему удар.

Гопалака

А есть ли способ у тебя ударить?

Махасегн

Есть способ,
Но не столь он благороден,
Как ясные и громкие пути войны.

Гопалака

Берём его.
Пойдём же прямо к нашей цели.

Махасегн

Нужна твоя рука.

Гопалака

Она твоя – воспользуйся же ею.

Махасегн

Придумай же
Какое-нибудь действенное средство
И приведи его сюда.
Пусть станет пленником
В прекрасных кущах Удджайини.
И неужели не найдёт он там
Тюремщицу для сердца своего,
Чтоб ей отдать свои ключи
И чтобы та тюремщица
Носила их на краешке своих одежд?
И будет жить тогда он под замком
В темнице радости её
Как наш вассал.

Гопалака

Мы принесём его в орлиное гнездо
Птенцу орла,
И ты отдашь его Васавадьютте
В качестве добычи!
О царь, твой путь хорош.
И как Гаруда,
Что на спящем молодом Питоне,
Несётся в небесах
Я подниму его, беспомощного пленника,
В небесные просторы наших высей.
Хоть это странно, ново и утонченно,
Но всё же – хорошо.
Считай – мы нанесли удар,
И враг твой схвачен и закован в цепи.

Махасегн

Я знаю быстроту твою,
Твой собранный прыжок.
Когда он будет здесь,
В нём чувства станут
Влюблёнными рабами от касания
Другой прекрасной вещи.
И вот уже он не герой,
А нежная душа,
Вся поглощённая игрой,
Роскошный и весёлый юноша,
С такими нежными глазами,
Которого все сладостные звуки
И красочные зрелища
Приводят к беззаботному экстазу.
Вино, цветы и музыка,
Заря улыбки юной девушки
Способны оплести его цепями
Из весенней нежности,
Что крепче непреклонного железа.
Две розовые губки
Закупорят силу в нём,
Два глаза станут звёздами тирана
И подчинят все действия его.

Гопалака

Одной лишь помощи я попрошу,
И только лишь одной:
Моё изгнание, о царь,
Прочь из твоих владений.

Махасегн

Дитя моё, мой Гопалака,
Тебя я изгоняю.
Не возвращайся, если не исполнишь
Мою жестокую, но царственную волю.

Сцена 2

Зал во дворце в Каусэмби.

Йогундараян, Румунват.

Йогундараян

Я вижу, как в нём дремлет сила,
Укрытая цветами.
Но всё же в нём величие
Замаскировано его годами.

Румунват

Я не советую питать
Таких больших надежд.

Йогундараян

Я знаю слишком хорошо
Скользящее проклятие,
Которое все эти
Плодородные и молодые почвы
Лелеют в их зелёной тьме.
Моя забота – наблюдать
И не пустить в них
Змея преисподней,
Который извивается,
Опасный, сладко-ядовитый,
Желающий любви,
Среди густой травы,
И с драгоценным камнем
На змеином капюшоне.
Его необходимо,
Пользуясь его короной,
Схватить, очаровать и превратить
В великого, заботливого бога.
Ищу невесту я
Для Вутсы Удаяна.

Румунват

Конечно, это мудро.
Но кого?

Йогундараян

Есть только лишь одна,
Которая настолько абсолютна
В собственном очаровании,
Что может удержать в нём чувства
От блужданья.
Она – дитя, прославленная
Как дарами, так и красотой,
Цветок, магической судьбой рождённый
На яростном стальном стволе.

Румунват

Васавадьютта,
Прекрасная принцесса из Аванти!
Однако же, ты зря надеешься соединить
Два эти противоположные
Друг другу божества.
Ты лучше слушай повнимательней
Подсказки от Природы,
Не извращай её простые цели.

Йогундараян

Должна Природа расцветать
В искусстве и науке,
Иначе – для чего мы, люди?
А человек, который
Отстранился от Природы,
Способен пробудиться к сложностям,
Что есть у Бога,
Взять неотёсанную простоту Природы
И собственным искусством
Сделать прежде невозможное —
Обыденными чудесами.

Румунват

Но дело сложное,
Да и какая польза
Нам будет от него?

Йогундараян

Оно даёт нам долгое
И солнечное время,
Чтоб расти.
И мы воздвигнем в ней
Надёжный нежный щит
От этого стального победителя на западе.
Когда отеческое сердце,
Приняв от нас надёжную защиту,
Сумеет обуздать
В опасном этом человеке
Имперский ум.
Когда же он уйдёт,
Мы унаследуем его величье,
Несмотря на смелых сыновей-титанов.

Румунват

Я думаю, ему придётся
Сильно ущемить свою гордыню,
Чтоб с этим согласиться.

Йогундараян

Ещё одно большое поражение —
И станет та принцесса нашей.

Румунват

Тогда пора трубить нам
В боевые раковины
И призывать на битву.

Йогундараян

Я выжидаю случая
Почувствовать, что боги благосклонны.

(Вутсе, который входит к ним.)

Сын мой, ты очень рано
Вернулся со своей прогулки.

Вутса

Взошла заря,
А я ищу Алурку и Васунту с арфой,
С напевными стихами
И лирическим подъёмом,
Пока не наступила
Золотая тишина полудня.
Взгляни на этот удивительный цветок,
Что я сорвал у нашего ручья!
В нём каждый лепесток
Похож на странную, неведомую мысль.

Йогундараян

А как идут заботы Государства,
Царь Каусэмби?

Вутса

Но разве же они не для тебя,
О мудрый мой отец?
Не укоряй меня.
Смотри, ведь это же твоя вина
В том, что ты и велик, и мудр.
И если ты умеешь управлять
Так хорошо, и без меня,
То почему я должен делать
Всё то же самое гораздо хуже?

Йогундараян

А если я уйду когда-нибудь из жизни?

Вутса

Я запрещаю твой уход.

Йогундараян

Но, Вутса, ты ведь
Царь над Каусэмби,
А не над Временем и смертью.

Вутса

Тогда пускай тебя оставят боги,
Услышав, как сильна
Моя настойчивая просьба,
Чтоб ты был старым опытным
Министром для моих сынов.
Они должны услышать это.
Какая польза от богов,
Когда они не утверждают
Желаний справедливых наших?

Йогундараян

Ну что ж, играй и дальше, как желаешь.
Ты – царское дитя,
И несмотря на то,
Что юная в тебе Природа
Так долго отдыхает
В праздности, безделье,
Я доверяю ей,
Её безмолвному и мудрому уму,
Который видит то,
Что наши мысли, облечённые в слова,
Не могут постигать,
Не понимая жизни.
Я знаю, у Природы
Есть свой тайный зов
И что она божественно организует всё
И формирует новые свои могущества
За ширмою игры и сна.

Вутса

Могу ли я тогда пойти к Алурке
Послушать, как играет он на арфе?

Йогундараян

Да, Удаян,
Пусть воля тренируется твоя
На малом,
Потом, в больших вещах,
Она сумеет стать борцом
С опасным на земле.

Вутса

Да, воля у меня
Направлена на наслаждение.
А государство, эти все интриги —
Ведь в них нет ничего прекрасного.
Хотя сама война – прекрасна:
Блестящие ряды
Закованных в броню людей
И сталь, которая поёт от поцелуев
Противоположной стали.
И тучи стрел, которые летят
Подобно белой стае птиц войны
Домой.
Когда мы вновь сразимся?

Йогундараян

Когда сражение назреет.
А что насчёт женитьбы?
Ведь разве это не желанное событие?

Вутса

О нет, пока что нет!
По крайней мере,
Я так думаю, что нет.
Отец, скажу тебе я странные слова:
При мысли об объятьях женщины
Я просто содрогаюсь,
И знаю – это от восторга,
Но всё же я не смею для себя
Сорвать вот это удовольствие.
Возможно, что желание моё так сладко,
Что рядом с ним
Обычная, простая радость
Мне может показаться грубой, жалкой
И испортить всё.
Отец мой, так ли это?

Йогундараян

Возможно, так. Но всё же —
Значит, ты желаешь женщин?

Вутса

Моё желанье – к каждой женщине
И ни к одной конкретно.

Йогундараян

Однажды, может быть,
Ты вступишь сам в борьбу за брак
И силой вырвешь из её
Усердно охраняемого бастиона
Прекраснейшее чудо,
Что находится в Аванти, —
Васавадьютту.

Вутса

Я слышал это имя,
Которое наполнено
Волною сладости!
Однажды, может, даже я увижу
Её чудесный лик,
Услышу голос,
Что сильней небесных арф.
О, неужели боги шепчут это?
Пока что мне достаточно и снов.

Йогундараян

Подумаем над этим.

Паренака (входя)

Приветствую,
О ваше мудрое Величество!
Высоколобый странник у ворот
Желает получить аудиенцию.
Он одинок и утомлён дорогой,
Но, кажется, он сын
Какого-то могучего, влиятельного принца.

Вутса

Введите с почестями.
Люблю таких гостей.

Йогундараян

Сначала следует узнать,
Что это за душа
Явилась из другой страны,
Да и зачем он к нам пришёл.

Вутса

Мы можем всё узнать
Из уст его.

Йогундараян

Надеюсь, но, однако же, нечасто
Мы слышим правду
Во дворцах царей.
О, эта правда!
Как редко же она
Своим пылающим и ярким жезлом
Приходит к людям на уста,
Что вовсе не желают с ней встречаться
И в то же время вожделеют,
Надеются на правду и боятся.
Одни лишь боги обладают ею.
И даже наши сокровеннейшие мысли
Искажены, чтоб избежать её,
И от её легчайшего касания
Стремятся уползти в свои темницы,
Так часто ненавидя эту правду,
Как слишком яркую для них,
Как солнце, от которого болят глаза.
И если обитает правда здесь,
То в душах, что живут
Поодаль от дворцов.

Вутса

Не все же люди созданы из праха.

Йогундараян

Однако же не стоит
В любом черве
Искать сынов небес.
Внимательно вглядись,
И ты увидишь – мир на страже.
Вся жизнь здесь ходит
В бронированных доспехах,
Закрытая от всех.
И ты, мой Вутса,
Защищай себя
И сердце береги своё.

Паренака приводит Гопалаку.

Гопалака

И кто из вас – великий Удаян,
Царь Каусэмби?

Вутса

Он здесь.
Что хочешь ты от Вутсы?
Говори.

Йогундараян

Ты, Румунват, вглядись внимательнее
В это юное лицо.

Гопалака

Приветствую тебя,
О царское величество,
Царь Каусэмби,
Рождённый так достойно,
Хотя пока что в молодом,
Но всё же, замечательном сосуде!
Приветствую!

Вутса

О, несомненно, ты великий человек
Здесь, в этих землях,
И ты пришёл ко мне
Пожить как гость, товарищ, друг,
Возможно, даже больше.

Гопалака

О царь,
Но я сражался против войск твоих.

Вутса

Тем лучше!
Уверен, ты сражался хорошо.
Пришёл ты с миром
Или же желаешь битвы?

Гопалака

О царь, пришёл я с миром
И как твой проситель.

Вутса

Проси. Я жажду дать.

Гопалака

Узнай сначала моё имя.

Вутса

Но я уже узнал
Твои глаза, твоё лицо.

Гопалака

Я – Гопалака, сын Аванти,
Когда-то самый твой опасный враг
На свете.

Вутса

Могучее же имя произносишь, принц,
Не подходящее для просьб.
Однако, говори и получи.

Гопалака

Ты хорошо меня расслышал?
Я сын Аванти, твоего врага.

Вутса

И потому —
Добро пожаловать
Поближе к сердцу Вутсы.
Враги!
Они – товарищи по играм
В битвах и сраженьях,
И потому должны быть дороги нам,
Как и друзья,
Что разделяют с нами время
Близости и страсти.
Так почему они должны держаться
Там, где-то вдалеке от нас?
Ты благороднейший из них,
Один из самых храбрых.
И я играл с тобою, принц,
В великую игру.

Гопалака

Так это же был ты тогда!

Йогундараян

Но всё-таки – что ищет сын
Враждебного для Каусэмби Махасегна?
И почему проситель
Вдруг приходит
К главному врагу?

Гопалака

Мне стоит знать такого человека.
Он твой великий
И известный мудростью министр?
Прекрасно.
Я ищу убежища.

Йогундараян

И это произносит сын Аванти?

Гопалака

Да, потому прошу, что сын его.
Отец мой отвергает полностью меня,
И никакое место,
Что когда-то я считал своим,
Теперь и не потерпит
Даже моего следа.
Поэтому пришёл к тебе я.
О Вутса Удаян, о царь,
Даруй мне хижину,
Пещеру на твоей земле,
Пусть самое ничтожное убежище
Для бедной головы моей.
Но если сердце у тебя
Способно пребывать во страхе,
Как это делают натуры
В нашем веке,
И если прячется в тебе
Змей подозрения,
То через мрачные ограничения
Пошли мне сломанную жизнь.

Йогундараян

О Вутса, берегись.
Его слова пытаются сокрыть
Какой-то явно хитрый план.

Вутса

О принц, чего ты пожелал,
И сверх того,
Без всякого вопроса
Уже принадлежит тебе.
Теперь – открой причину гнева
Твоего великого отца,
Но только если этого
Ты сам захочешь.

Гопалака

Из-за того, что отданный его приказ
Я не исполнил,
Он изгнал меня.

Йогундараян

Скажи яснее.

Гопалака

Не спрашивай меня.
Мне стыдно.
И сын не должен
Раскрывать вину отца.
Ведь даже если нас отцы тиранят,
Они останутся для нас
Дороже всех и почитаемы,
Они ведь те,
Кто подарил нам здесь рождение.
О Вутса, знай одно —
Против тебя направлена была
Одна из тайных стрел моих.

Вутса

Храни в секрете свой приказ отца.
И если выпустит он стрелы,
А ты окажешься его стрелой,
То я приму тебя
В свою трепещущую грудь.
Прошу тебя принять всё то,
О чём ты попросил.
Ты ищешь здесь убежища —
Найдёшь ты дом у нас.
Бежишь ты от отца —
Тебя здесь ожидает брат,
Чтоб заключить в свои объятия.

Йогундараян

Ты слишком откровенен,
Слишком благороден!

Вутса

Так подойди же ближе.
Сын Махасегна,
Так хочешь стать ты
Братом Вутсы Удаяна
И другом для него?
Ты бросишь эту милость мне
В ответ на скромный дар,
Который дал тебе я?
Я разве многого прошу?

Гопалака

Тебе быть братом —
Тайное моё желанье сердца.
И, окрыляемый надеждой этой,
Я пришёл к тебе.

Вутса

Соединим же наши руки.
О Гопалака, вот моя игра,
Вот ложе, вот мой стол,
Вот мой серьёзный труд
И вот мои ничтожные часы.
Отныне раздели и правь.
Всё, что моё, – твоё.

Гопалака

Твоя душа —
Одна из самых благородных на земле.

Вутса

Не хмурься, мой отец.
Я повинуюсь сердцу,
Которое во мне взыграло,
Когда увидел я его лицо.
О, будь уверен,
Сердце у меня мудрей ума.
Мой Гопалака,
Любовь, которая как часовой внутри
Всегда воображает странные опасности
Для своего объекта,
Так и министр мой ожидает от тебя
Какого-либо хитрого вреда.
Ты не уверишь ли его в своей любви
И не простишь ему его сомнения?

Гопалака

Он проницателен и мудр,
Твой государственный министр.
Я докажу тебе сейчас
Что он, конечно, прав.
Я поклянусь и этим докажу,
О благородный человек,
Что нет дороже дружбы —
Чем воля у меня ему служить
И заставлять его гордиться
Собственной любовью.
Достаточно ли этого?

Вутса

Отец мой, ты услышал?
Я думаю, что принцы
Не клянутся лживой клятвой.

Йогундараян

Да, для меня довольно.

Вутса

Тогда иди же, Гопалака,
И в мой дворец,
И в сердце у меня.

Он уходит во дворец вместе с Гопалакой.

Йогундараян

О жизнь царей,
Что осаждается со всех сторон!
Что это за ловушка?
Что за чары?
В глазах у юноши Аванти
Блестела ложь.

Румунват

Но он отдал себя своим врагам.
И он поклялся.
И он же – сын царя.

Йогундараян

О да, сын своего отца.
Но бледная царица Унгарика
Родилась от другого, от чужого
И бесчеловечного отца,
И победитель вытащил её
Из тусклой тени.

Румунват

Здесь я не вижу средства.
Я думаю, что Вутса наш
Попал в ловушку
Под действием внезапных чар.

Йогундараян

Я собираюсь проследить
За ним, за каждым шагом.
Держи пока что наготове луки,
Что где бы эти двое б ни гуляли,
То мы не промахнёмся мимо цели.

Румунват

Но Вутса поступил
Довольно благородно.

Йогундараян

О да, такое благородство раньше,
В божественные времена,
Подобно было мудрости,
Однако ныне времена паденья
И всё теперь иначе.
Сегодня сладость добродетели —
Мать пораженья,
А более жестокие и низменные души —
Наследники земли.

1.Годавари – вторая по величине священная река в Индии, впадает в Аравийское море.

2.Нармада – пятая по величине священная река в Индии, впадает в Аравийское море.

3.Рудра – одна из форм Бога Шивы.

The free sample has ended.