Read the book: «Прорываясь к сути страдания. Психотерапевтические диалоги врача с душевно-страждущими (депрессии, неврозы, стрессовые декомпенсации патологических личностей)»

На обложке картина художника и врача-кардиолога Евгения Ночевкина: «Спешащий к озеру рассвет»

© Сергей А. Белорусов, 2026

ISBN 978-5-4485-1359-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящается брату — Игорю Анатольевичу Белорусову, вопросы которого, зачастую, превышали мои возможности исчерпывающе на них ответить и приглашали к дальнейшим когнитивным прорывам…)

Приглашение

Давным-давно, уж век назад, издавались «душеполезные книги». Это были сборники писем прославленных, а потом и канонизированных святителей и старцев. Они были обращены к разным лицам, попавшим в разные ситуации или отягощенным теми или иными вопросами — о несчастьях и смыслах…

Почему-то мысли о смысле приходят именно в ситуации несчастья…

И современные православные люди перечитывают их и находят там нечто созвучное.

Ибо вопросы вечны, и ситуации имеют обыкновение повторяться.

А значит, в бедах других мы можем найти ответы на свои собственные вопросы или порадоваться, что у нас таковых нет… Пока…

Нет, мы не претендуем на святость. Но отвечать на многие вопросы доводилось. И тем, кто получил на них ответы, открывались новые перспективы, новые возможности для того, чтобы принять свою ситуацию в новом свете жизненных рамп, новой системе координат.

Мы смиренно надеемся, что, просто ради любопытства ознакомившись с темами, на которые отвечает православный психотерапевт, милостивый читатель может найти хоть какую-то маленькую, но новую для себя точку отсчета для своей кризисной ситуации.

Очевидно, что счастливому человеку эта книга покажется скучной. Ну, типа, другие там маются, а мне-то все ОК.

И хорошо. Однако маленьким спутником в мобильнике или брошюрой в боковом кармане «самсонайта» этот материал не повредит.

Потому что мы — Человечество. Потому что то, чем терзались другие — может откликнуться нам. И то, какие рекомендации получили те страдальцы, смогут частично, хоть на одну сотую, пробудить в нас новое ви́дение наших проблем.

И если это произойдет, то судьбы, прошедшие перед нами, пусть будут не учителями, а советчиками — братьями и сестрами, попавшими в жизненные тупики и прозревшими выходы оттуда. Лучики света простираются отовсюду, и знать, откуда и как они могут пробиться — задача этой книги.

ЗАЧЕМ надо прочитать или, по крайней мере, иметь в доступности эту книгу?

Чтобы помочь самому себе помочь самому себе… Чтобы знать не столько возможные ответы, сколько усвоить работающую технику выхода из кризиса, которая реально помогла, а значит, выработать у себя когнитивную матрицу самопомощи.

ПОЧЕМУ то, что помогло другим, поможет и мне?

Потому что ситуация страдания знакома каждому, а коли все мы человеческого рода, то паттерны страдания имеют обыкновение повторяться, и, стало быть, то, что помогло другим, может оказаться вполне созвучным и мне.

ДЛЯ ЧЕГО автор пользуется именованиями СТРАННИК и СПУТНИК вместо привычного врач-пациент или аналитик-клиент?

А просто так. Чтобы не было скучно, рутинно, уныло привычно. В формате религиозно-ориентированной терапии, проктикуемой профессиональным специалистом, каждый обращающийся к нему — СТРАННИК, приходит ниоткуда, его жалобы зачастую неопределенные и малопонятныые по своей сути и отсюда цель — установить с ним целебную связь. А для того, он, СПУТНИК — призван пройти вместе часть трудного кризисного пути, вывести из трясины отчаяния и покинуть его уже с новыми знаниями, навыками, умениями.

Хорошая терапия есть процесс культивирования отношений. Каждому из участников прописана функция. В нашей терапии это позиции «СТРАННИК» и «СПУТНИК», при этом основной акцент делается на осмыслении архетипа «Пути», который также является действующим агентом, своего рода «Ангел Встречи». И когда СТРАННИК и СПУТНИК формируют свое отношение к «присутствию третьего — Ангелу или судьбы или пути» возникает реальный процесс целительного взаимодействия, когда понятие ответственности становится излишним, поскольку оба вкладываются в процесс относительно динамики происходящего, здесь важно обсуждение достигнутого, которое неминуемо происходит.

При этом от СТРАННИКА необходима максимально откровенное озвучивание происходящего, а от СПУТНИКА — возвращение ему опыта прошедших этим путем, из опыта СПУТНИКА или известных ему источников. Они идут вместе, на расстоянии или за руку или обнявшись, при этом СПУТНИК не говорит о том, куда надо идти, а только озвучивает опыт и традиции, ему известные.

Время бежит быстрее традиций. И вместо святых — в спутниках психолог. Простим ему поспешность и, иногда, невнятность. Однако присмотримся к его методам работы. И отнюдь не потому, что он духовно продвинут, добродетелен или умен. Нет. Он просто опытен.

Его путешествия как СПУТНИКА помогли хоть некоторым. А значит, не зря увидела свет эта книга. Вот пусть и покажет она хоть проблески того света, хоть в каком-то жизненном затруднении, не претендуя быть ни руководством, ни справочником, ни сборником душеполезных сюжетов. Надежда автора в том, что мы едины и наша планета невелика. А значит, проникнуться тем, отчего другие почувствовали облегчение, не может не быть полезным остальным современникам. Ибо разделивший страдания другого сам получает иммунитет от подобных заморочек.

Спаси нас, Господи! И читайте с любой страницы…

Диалог — Взросление

СТРАННИК:

— Здравствуйте! Мне 16 лет. Я живу в маленьком городке типа «все друг друга знают». У меня худощавое телосложение — я не занимаюсь спортом. Учусь отлично, регулярно таскаю домой грамоты и награды. Но мои родители меня не любят, они говорят о том, что не хотят видеть мои успехи в учебе. Самое главное для них, чтобы я «был мужиком» — занимался спортом и т. п. Мама с неприязнью смотрит, как я пытаюсь заниматься языками или читаю книги. Родители не хотят иметь такого сына… мне надоело жить с ними под одной крышей, но и убежать я не могу. Что мне делать?

СПУТНИК:

— Здравствуй, брат. Да, непросто у тебя все… Хорошо, что ты видишь путь развития в том, чтобы состояться интеллектуально. А вот, собственно, мотивации родителей, давай разберемся, так ли уж однозначно плохи? Вот, скажем, в офисах принято надевать галстук — того требует работодатель. Армейским офицерам необходимо отжиматься и выполнять стрелковый минимум — того требует высшее начальство. Верующим предписывается выполнять заповеди и ритуалы, ох, как порой это трудно… Но тоже свыше контролируется…

К чему это я? А к тому, что существуют определенные вещи, которые приняты в нашей цивилизации. Тому, кто тебя кормит и обеспечивает безопасность, надлежит соответствовать. В твоем случае — это родители. Право, здравомыслящий человек не усмотрит ничего дурного или злоупотребительного в их настоятельных рекомендациях тебе заняться спортом. И почему бы не отнестись к этому с надлежащей в этом случае почтительностью?

Да, порой родители склонны видеть в нас то, что в нас не вложено. О том хороший фильм «Трасса 60» — рекомендуем. И к этому надо относиться как к данности, даже если нет за это благодарности. Вообще, любой фактор при правильном устроении ума можно обратить себе если не в радость, то на пользу.

Согласен, под прессом трудно чувствовать себя уютно. Но потерпеть осталось недолго, счет идет на месяцы, да? Вот преуспеешь и в спорте, и в языках и дашь родителям повод гордиться собой, вне зависимости от того, кем ты себя будешь считать, самоопределившись в зрелости. Поверь, когда ты сам станешь отцом, а мы надеемся на то, что не пройдет мимо тебя еще одно важное направление реализации себя, ты поймешь, насколько это здорово — гордиться своим потомством.

Давай и твоим родителям дадим шанс, чуточку напряжемся для этого, позанимаемся спортом и, хотя бы вежливо солидаризуясь с ними: «Ага, ма, наверное, хорошо быть мужиком», сохраним им добрые воспоминания о твоем взрослении. Оно стремительно приближается, отваги и удачи тебе!

СТРАННИК:

— Спасибо, классно!

Мне уютно с Вами. Тогда еще один вопрос. Когда-то известный психолог сказал, что если человек интересуется смыслом жизни (СЖ), значит, он болен. Вы согласны?

СПУТНИК:

— Отвечу традиционной поговоркой моего учителя о. Адриана ван Каама: «И да и нет»…

Почему ДА? Потому что о смысле жизни не думают в рутине, не думают вовлеченные во что-то значимое, не думают в опасности боя. На поиск СЖ мысль наталкивается в паузах, произвольных или вынужденных. Что вынуждает нас делать паузы в ежедневном течении жизни? Чаще всего, когда нас нечто выбивает из жизни: стресс, утомление, страдание. Да, в ситуации болезни вероятность задуматься, что к чему, выше, нежели в нашей повседневности.

НЕТ — потому что в подобной постановке вопроса подспудно просвечивает утверждение того, что поиск СЖ является симптомом патологии — душевной или телесной.

Отнюдь. Как в ритме жизни существуют пропорции: половина вдох — половина выдох, 2/3 на взаимодействие с реальностью, 1/3 на сон или 4/5 возможны для зачатия, 1/5 — нет, то здесь тоже можно предположить пропорцию: у одних это будет 6:1 — шестой день недели Господу, или 10:1, исходя из десятины, или еще реже — юбилейные года. Здесь очень индивидуально. Но возвращать себя к этому следует Иначе мы перестаем быть человеками. Ведь животные о СЖ не парятся. А для ангелов — он уже определен. Мы где-то посерединке…

Редко думать о СЖ — скатываться к животному началу. Здесь есть и преимущества — без этого спокойнее. Как-то в 14 лет, находясь в рефлексивных поисках, я спросил приятеля Михалыча: «А в чем СЖ?» — «А просто жить», — ответил он. — «То есть откладывать этот вопрос пока не созреем?» — «Ну да».

Так вот, когда мы созреваем — вопрос о СЖ начинает свербеть. И тут следует дисциплинировать себя и не задавать его слишком часто. Высокая амплитуда его актуализации — удел либо депрессивных невротиков, либо святых. Я думаю, Вы понимаете, куда душеполезнее себя причислить.

СТРАННИК:

— Как можно не задавать себе этот вопрос слишком часто, если прямо сейчас требуется на него ответ? Если нет сил вставать с постели, идти на работу и т. д. просто так, не понимая зачем?

СПУТНИК:

— Ну, давайте различать: есть вопрос о СЖ и есть ответ. Вопрос должен возникать только в нескольких ситуациях, и ответ на него несет функцию:

а) разъяснения,

б) утешения,

в) вдохновения.

При правильно построенной жизни можно предположить, что вообще достаточно одного ответа на этот вопрос, и, решив его для себя единожды, дальше мы скользим по инерции верного ответа, не теряя энергии, по ледяной жизненной горке… Потребность нового вопроса с новым ответом возникает, лишь если мы зацепились за что-то. А так как все и в нас, и вне нас отнюдь не гладко, то вопрос этот будет возникать. И правильность ответа на него определяется тем, насколько долго хватает вдохновения от ответа на него.

А теперь получай алгоритм действий в ситуации «если чувствуешь, что твоя жизнь бессмысленна»:

1. Убедиться, что проснулся окончательно.

2.0. Отдать себе отчет, что жив.

2.1. Настроиться на строго логические размышления.

2.2. Положить в их основу, что факт твоего появления в мире не был обусловлен твоей волей.

3.0. Ответить на вопрос: кто хотел, чтобы ты жил: а) никто, б) родители, в) Кто-то выше.

3.1. В случае А: ты получаешь удовольствие от того, что за окном, как, например, сегодня, «мороз и солнце — день чудесный»?

3.1.2. Если нет, то вспомнить, что в твоей жизни наверняка была в прошлом и обязательно будет в будущем радость, и либо вспомнить прошлое, либо настроиться на предвкушение будущего.

3.1.3. Если вариант Б, то порадовать родителей тем, что их подарок тобой был принят благодарно и ответно их порадовать качеством твоей жизни.

3.1.4. В случае варианта В: вступить в диалог с Высшим для того, чтобы постараться выяснить, что там от тебя хотят?

4.0. При получении ответа Оттуда — все становится ясным.

4.1. При невозможности получения ответа — сделать кому-то что-то очень хорошее и повторить попытку.

4.1.1. Если снова не сработала перспектива диалога и сейчас, то принять на веру, что либо ты сделал кому-то недостаточно хорошо и что ты просто тормозишь в возможности любить и быть любимым. Исследовать причины.

4.1.1.1. Не обнаружив причин, допустить, что этот день ты проведешь в состоянии бессмысленности и просто перетерпишь это, а завтра повторишь указанную последовательность действий.

5.0. Если данный алгоритм не сработал в течение трех дней, обратись к человеку умнее себя. Если такой есть — получишь от него разъяснения. Если такого нет — то ты находишься в апофеозе самоцентрированного психоза и иди сдаваться ближайшему психиатру.

Диалог — Конкретность

СТРАННИК:

— Я уже недели три или четыре задаюсь вопросом: как так получилось, что вера, которая некоторых окрыляет, дарует смысл жизни и радость бытия, мною фактически на данный момент воспринимается лишь как еще одно ярмо на шее, в общем-то ничего не даруя в ответ, кроме призрачной надежды избежать «клизмы» при жизни и «сковородки» после смерти? И сколько ни ищу, ничего не могу найти в этом — ни одного ресурса, ни одной новой возможности.

Процентов на 95 я агностик, потому что чувствую неубедительность всех известных мне религий. И христианство, пожалуй, одна из самых неубедительных в логическом смысле. Да, в общем, и в нравственном — сложно по-настоящему верить в то, что Бог есть Любовь, Который при этом утопил практически все население земного шара, включая женщин и детей, благословил Своему «избранному» народу украсть драгоценности у египтян, а позднее — вырезать коренное население приглянувшегося участка земли, опять же включая женщин и детей…

И даже во Христе — знаю, что говорю кощунственную мысль — гораздо проще увидеть холодно-безразличное «что Мне и Тебе, жено?» (Ин.2:4) или циничное «…нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам» (Мар.7:27), или угрожающее «как убежите вы от осуждения в геенну?» (Мф.23:33), чем действительно Любовь.

Т. е. если о главных ценностях, то я верю, что Бог есть, и мое «доказательство» — в эстетической красоте мира и его немыслимой сложности. Из этой красоты и сложности следует, что Бог благ и мудр. Но дальше начинаются сложности. См. выше — Бог Библии не выглядит ни благим, ни мудрым. В какой-то мере получается убедить себя в неизбежности антропоморфизмов Писания, но это не снимает болезненных вопросов.

Дальше — больше. Я верю в возможность и необходимость обращения к Богу в молитве, но святоотеческие молитвы в основной своей массе — это что-то ужасное. «Помилуй меня, Боже, ибо я самое худшее на свете чмо и самое ничтожное ничтожество, я всегда и во всем перед тобой виноват, но поскольку Ты такой хороший, то умоляю тебя помиловать меня». Что-то тут явно не так. Что-то тут такое, что нуждается в серьезной психотерапии по поводу генерализованного чувства вины. Я не могу так молиться. Молюсь, но иначе: Серафимово правило + «Богородице Дево, радуйся» в течение дня.

Могу продолжить, но не знаю, нужно ли. Скажу только, что «нормальные» люди в минуту горести прибегают к Богу, чтобы получить облегчение. У меня все наоборот. Когда все хорошо — я готов славить Бога и благодарить Его, служить Ему из благодарности. А когда все плохо — я почти не могу молиться. В голове лишь: «Зачем Ты так со мной? Ты же видишь, я стараюсь и делаю, что могу. Если я что-то делаю не так — дай мне знак, помоги понять, что не так. Но — не бей молча, не наказывай, не объяснив, за что наказываешь!» Но ответа нет. Никогда еще не было.

СПУТНИК:

— Первое — из последнего. Ответ есть — он перед тобой на мониторе. Коли мы находим взаимный интерес рассуждать о чем-то, значит, Это — существует. Пусть даже в наших мозгах, но присутствует, будоражит, саднит, оставляет след. Благоуханный или кровавый — другой вопрос.

Теперь о религиозной жизни, которая нынче для тебя «ярмо». Думается, что тут проблема такая же, как в супружеской любви. Там явные проблемы с проницаемой общностью, здесь четкое ощущение духовного одиночества, столь распространенного ныне. Мы вытесняем или неверно толкуем одно принципиальное положение — «Вне Церкви нет спасения». Так вот Церковь — это не храм или конфессия, Церковь — это когда люди (двое, трое, миллион) собираются ДЛЯ и им хорошо от этого. Пока не будет рядом людей, с которыми тебе и им с тобой приятно делиться и молиться, считай, что настоящего церковного экспириенса у тебя не было.

Потому Христианство для тебя умозрительно, а не целокупно переживательно. Поэтому Бог для тебя объект, который можно сравнительно изучать, а не чувствовать Его. Хорошие книжки и молитвы в этом случае помощники ненадежные. Да и мои рассуждения будут весьма легковесны, потому что ты их читаешь и критически оцениваешь на «здравый смысл», а коли бы ты с кем во вдохновенной молитве пробыл, забыв о времени, то включились бы иные критерии и рецепторы. Проверено.

Но так, пройдемся по твоим сомнениям, дабы убрать совсем уж шелуху.

Церковное Христианство есть религия, претендующая не на логику, а на Истину. Но если бросить псам… кусочек логики, то Оно, ясно, приспособлено не для всех обитателей земли, но мы с наименьшими усилиями над собой можем его принять. Другие спасутся тем, что созвучно в их традициях наиболее Богооткровенным источникам.

Господь по-разному выстраивал Свои отношения со Своими тварями — человеками. Гоголь имел право сжечь свой роман. Бог ничуть не зол, пригласив в небытие не прижившихся в Его мире (это я про потоп, если что).

Творец не творит чудес там, где не надо. Было б похоже на сказку, коли до нас дошло бы, что избранный Им народ был бы иконостасной иллюстрацией приторной нравственности. Многое там бывало, ага. Как и с каждым отдельным человеком. Мы все и ссым, и дрочим, и завидуем, и мстим, и это — ОК. Потому что глядеть надо на направление вектора, а не на испражнения по ходу. И такое объемное зрение приобретается мудростью осознания собственной ограниченности — 99% реально происходящего, незримые пружины, будущее бытие пока сокрыто для нас. И это тоже ОК.

А действия и речения Христа надо выучиться понимать по вписанности в контекст происходящего. Иисусу было присуще чуть отходить в сторону, дабы поглядеть и показать, что вышло бы без него, немного обострить ситуацию, а не умильно курлыкать. Отсюда резковато-дистанцирующее: «что Мне и Тебе, жено?» (Ин.2:4) или провокативно-приглашающее «…нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам» (Мар.7:27), и далее, по ответам адресатов этих месседжей, мы видим как Его слова вызывают именно те реакции, которые наиболее уместны в данной ситуации. Нам, психотерапевтам, только мечтать об этом…

Красота и сложность мира — отнюдь не доказательство Бога, а лишь одна из гипотез, объясняющих таковое. Доказательство Высшего одно — без Него было б скучно, серо, непонятно, бессмысленно и непереносимо. С Ним — возникает вера, надежда и любовь. Без Него эти понятия повисают в тумане, а ведь они есть, есть..

И еще доказательство: духовный опыт не обрамляется немедленно в рамки, вешаясь на мертвость стен. Святоотеческие молитвы — дивные свидетельства, что люди, отваживаясь мерить себя с Творцом, так пронзительно ощущают не только вселенскую масштабность различий, но обретают силы в опытном знании возможности обретения помощи от Того, кто особо-то в них не нуждается, но когда они обращаются к Нему из глубины собственного ничтожества, Он возвеличивает их до Себя, потому что, оказывается, дороже человека для него нет. Это парадоксально, а потому — истинно. Такой сказочки не расскажешь на ночь…

И к Нему можно обращаться всегда. Как к любому прохожему встречному. Только признав за тем право послать тебя подальше, если твое предложение взаимодействия не конгруэнтно его мотивациям в данный момент. Так и дерзая молиться, следует авансировать Адресату право не отвечать. Заметим, исключительно из Его милости. Как знать, что бы было с нами, открой Он нам незамедлительно все, что думает о нас в эту минуту…

Продолжим, брате? А нет, уже поздно. Так что с наступающим торжеством Православия нас. Люблю совпадения, в них прорезается одухотворенность. Вот ведь кто так к логике стремился и к жизни по смысловым «понятиям», так это иконоборцы. Однако смыло их с тела Церкви. Потому что в Ней принципиально должно оставаться место недосказанности, что и являют неоднозначные образа́… Ну, будь здрав. Док.

Диалог — Смысл

СТРАННИК:

— Я не знаю, что мне делать, мне 19 лет, учусь на 2-м курсе университета. Не испытываю никакого интереса к жизни… Уже с год, если не больше, такая вот ерунда… На личном фронте за мои 19 лет как таковых отношений не было, и это очень сильно меня напрягает (хотя в последнее время и на это всё равно уже…). С учёбой в последнее время проблемы, появляются хвосты, угроза отчисления, а мне всё равно… Не хочу ничего делать… Нет желания… Телосложения я очень худощавого, при росте 173 см мой вес составляет 50 кг, что очень тоже сильно напрягает… Сегодня чуть не разбил зеркало… Отец пьёт, пьёт сильно, мать думает о разводе… А я сижу как дурак и ничего не делаю… Не вижу смысла в жизни… Сидел относительно недавно думал: в чём смысл жизни? Нашёл ответ: оставить потомство и умереть…

СПУТНИК:

— Начало вашего месседжа хорошее: 19 лет, 2-й курс университета… Отличный старт.

Вы упоминаете отягощенную наследственность, проблемы родителей и заморочки насчет веса. Верно, в вашем возрастном периоде это и должно восприниматься остро. И малодушные мысли вполне естественны. И здесь следует порадоваться с вами — вы нормальны. Я бы удивился, если б умно рефлексирующий парень не задавал (себе и нам) подобных вопросов.

Перенести юношеский кризис — дело чести. Выдержите этот непростой период становления специалистом, выйдите на уровень самостоятельного обеспечения себя (а еще, желательно, и нежно любимой девушки) и тогда, рассчитавшись полностью с возможностями, предоставляемыми вам жизнью, вернитесь к этому вопросу.

Идиотическая идея, которую вы где-то нашли — оставить потомство и good bye… Приняв это, мы становимся механическими шестернями-передатчиками живительного начала. Но нет. Смысл в том, чтобы угадать себя и состояться в решении этой загадки. Чтобы своим присутствием в этом мире сделать этот мир ярче, теплее, веселее. Попробуйте, а если не выходит в этом семестре, подождите следующего и попытайтесь вновь.

Есть мудрое наблюдение из древности: «Не живет человек, которого бы никто не любил». Проведите срочную ревизию относительно того, кто вас любит. Попробуйте осуществить взаимность. Антонимом жизни есть не суицид, но безлюбовность. Отважьтесь на требовательность в этом отношении. Исследуйте этот, доселе избегаемый, сектор бытия. И если вы получите от всех ответ «я тебя не люблю», мы благословим вас на уход из жизни, подсказав оптимальные варианты. Мы так смелы, потому что знаем, что таковое невозможно. Побудьте же смелым вместе с нами…

СТРАННИК:

— Спасибо за ответ, но вы можете подсказать, что делать? Как заставить себя что-то делать!? Я просто не знаю, что мне делать… Меня всё раздражает…

СПУТНИК:

— Да, конечно. Хорошо, что вы приняли наши первичные рекомендации к сведению. Переходим ко второму этапу. Вы чувствуете раздражение.

А что это? Это ведь невостребованная, не вложенная вами во что-то ценное энергетика организма, как говорили древние китайцы, энергия «ци».

Думайте и пробуйте — во что вложиться. Кажется, у вас есть способности к творчеству? Вперед! Не чувствуете себя быть интересным другим — пишите нам. По нашей вере — Бог, посылая в мир каждого человека, снабжает его какой то целью. Обнаружить это задание и есть цель жизни. Пока ответьте себе на вопрос — чем вы можете согреть мир, нет, не физически, а душевно. И признание своей неспособности в понимании этого — тоже ответ. Работаем!

СТРАННИК:

— Да. Озадачили. Ну, попробую… Должно получиться!

Диалог — Исповедание

СТРАННИК:

— Ну, от оплаченного в кассе времени у меня еще 15 минут осталось. О моих страхах мы переговорили, тут стратегия ясна. Теперь можно про вас, доктор?

СПУТНИК:

— Вау, любопытно даже, ну попробуем…

СТРАННИК:

— Я ведь о вас в интернете читал, не только психотерапевт, а еще, оказывается, преподаватель Закона Божия, председатель чего-то там религиозно-психотерапевтического в профессиональном сообществе… Вы, что, это серьезно?

СПУТНИК:

— Ну, давайте ответим стандартным психоштампом: «А почему вы об этом спрашиваете?»

СТРАННИК:

— Да просто хочется для себя понять, что не врет тот человек, которому я верю в вопросах своего здоровья. Вот вы ни разу не выглядите православным — голос жизнерадостный, рубашка из-под халата видна яркая, порой и словцом соленым запустить можете…

СПУТНИК:

— А будь я глаза долу, движения медлительны, голос тихо благостный и в темном облачении — оно для вас православный?

СТРАННИК:

— Ну, в общем, по телевизору так. А вообще, если такой вы убежденный христианин, доктор, расскажите отчего?

СПУТНИК:

— Ага, правильно вмазал. Я даже азарт почувствовал. И расскажу «отчего». С этого и начну. Почему я верю и верю именно в оно. Гляди.

(Тут я беру лист и рисую в центре неровно дрожащей рукой круг.)

Вот мы в центре. Освещенном и понятном. Конец марта, завтра выходные. Если подпрыгнуть, то трахнемся об землю. Будет новый 2013 год. Надеть под рубаху майку — будет теплее. От секса может быть беременность жены. Ну еще несколько очевидностей на сцене. А ведь основное-то в тени, во мраке, в принципиальной неизвестности. Так называемые «вечные вопросы». Откуда мы взялись? Как устроено, что из семечка вырастет дуб? Есть ли у Вселенной край? Чем все кончится для каждого и для всех? И куча других — безответных.

И вот, чтобы не было муторного тягостного игноранса, появилась в природе человека религия. Дабы символически объяснить: откуда что берется и куда это все идет.

И каждый этнос вырабатывает или свою систему взглядов, или получает наиболее понятный ответ Сверху. Последнее — тоже из серии «про́клятых» вопросов. От нас или таки от Высшего?

И что классно во всем этом — ответ зависит от нас. То есть достоинство человека здесь неоспоримо. Хочешь — будь эдаким игнорамусом: мол, ничего не знаю, ибо принципиальный импотент. А хочешь — подписывайся под тысячелетним опытом, наиболее созвучным твоему внутреннему устроению. Я подписался. Парадоксальное учение Христа для меня и вызов, и утешение. И то, как Его толковали и осмысляли — для меня реально интересно и значимо. Давай примитивную, по Бродскому, «нисходящую» метафору… Как если б то, как я вел себя на последней пьянке, потеряв разум и движим инстинктами сладострастия и агрессии, выслушать от сохранившимися в осознании творящегося бывает в высшей степени весело познавательно. Ну, в общем, с моей верой как-то так…

Она дает мне уют в примирении с принципиально непознаваемым. В этом ее смысл. И если для того, чтобы быть ее адептом, мне надо чуть утеснять себя — я подписываюсь и под этим. Посты и целомудрие, хотя, увы, не всегда выходит. И тут возникает дивное — и чувство вины перед Тем, Кто дал мне жизнь, ибо как-то добрее верится, что мое бытие не определяется только случайным сперматозоидом отца, и вполне конкретное ощущение благодарности за сам процесс бытия.

В радость — промелькнувшее солнышко, добрый акт клиентки, пожертвовавшей 1000 евро в сиротский дом. Так сладко видеть добро и радость в жизни, парень… И есть Кого благодарить за это. В этом и есть моя простая вера. И в том, что на мне нынче розовая, а не серая рубаха, есть элемент диалога с Природой (извини за заглавную букву, если прочтешь, я не пантеист, я реально верю в Единого Творца, посылающего пасмурный март… это мой месседж тому Вседержителю — хочу, мол, солнышка…

СПУТНИК (думает себе):

— Ага, и тому парню понравилось. Я не хотел обращать его в веру, я не миссионер, я облегчитель душевного существования, но после моего раскрытия «как я, и кто я, и зачем все это» он покинул кабинет с улыбкой. Облегчительной или саркастической — узнаю через месяц, когда он обещал прийти…

Диалог — Ответственность

Сначала звонит ее мама:

— Вот нашли вас по интернету как православного психотерапевта. У дочки есть богословские вопросы, на которые не могут ответить священники, она из-за этого не выходит из дома, можно, я ее уговорю побеседовать с вами, может, у вас получится помочь?

СПУТНИК:

— Не надо уговаривать. Потребность в помощи должна созреть. И вообще, мне близок принцип: помочь можно только тому, кто хочет принять эту помощь.

Но они приходят вдвоем. Дочери 28, не работает, не учится. С трудом удается ее разговорить, и от односложных междометий она переходит к обиде криком.

СТРАННИК:

— Ну и что Он для меня сделал?

Когда надо было мне помочь, он куда-то прятался.

То, что Он есть — я не сомневаюсь. Но почему он ничего не делает для меня? Я тогда тоже не буду с ним разговаривать. А без этого нет никакого смысла. А жить без смысла — глупо.

Нет, ничего с собой я делать не буду, но и жить так не могу.

СПУТНИК:

— Тебе нужен ответ? Изволь… Но, боюсь, он тебе не понравится.

Итак, первое. Если Он куда-то скрыл Свое присутствие в момент распятия Своего Сына, то чего Ему не спрятаться от тебя? Почему он должен непременно делать тебе что-то хорошее, когда, скажем, праведник Иов натерпелся именно от Него. И люди находят вожделенный для себя смысл уже много тысяч лет в этой книге.

Второе. Ты сказала, что жить без смысла невозможно. Итак, это твое убеждение. А убеждения бывают верными и ложными. Различать степень правильности убеждения можно по принципу: верно то, что помогает жить. Тебе мешает твоя «одержимость смыслом», а усугубляет то, что ты используешь это для оправдания твоего ничегонеделанья.

Третье. Христианство, под принадлежностью к которому ты подписываешься, постулирует, что в жизни человека есть два периода: временный, земной и второй — вечный. В каждом из этих этапов есть то, чего нет в другом. В земном есть сила тяготения, голод, работа, секс и много что еще, а вот смысл просматривается не всегда. В Вечности пропадают физические законы и потребности, но отчетливо открывается смысл. Так что жить на Земле вполне возможно без четкой ясности, а лишь стремясь к ней посредством диалога с окружающими тебя людьми и событиями. Вот поживи недельку с этим новым для себя убеждением, а? И посмотри, улучшится ли жизнь. Проверим ценность убеждений эмпирически, так сказать…

Четвертое и главное. Ты переполнена негодованием — на Бога, на Его ангелов, на родителей и, кажется, на меня. Так что меня ты своими пронзительно гневными глазищами поранить не можешь — я в неплохой компании. А тебе напоследок вопрос: а с кем обычно разговаривает Бог? Правильно — с человеческой личностью. А в полной ли мере ты соответствуешь этому понятию? Ты не можешь обеспечить себя, не работая. То есть принципиально отказываясь от ОТВЕТСТВЕННОСТИ хоть за себя, ждешь ОТВЕТА. Так? Если ты больна, то почему высокомерно отказываешься от лечения? Если здорова, то ты примеряешь на себя роль обиженного ребенка. А Богу неинтересно общаться с детьми, от которых ничего не зависит.

Она срывается с кресла и, хлюпая на ходу, с треском закрывает дверь кабинета, выбегая. Ее матушка, похоже, не слишком удивлена, к подобным истерикам дома привыкли. Ну а то, что диалога не вышло, то, похоже, ответы ей не очень и нужны были, а покрасоваться, разыграв трагическую героиню, не удалось. Из рекомендаций: «отлучите от груди» дочь. Ей поможет смена интерьера. Я бы предложил альтернативу: пусть выбирает между работой во «Вкусно и точка» (туда берут всех) и клиникой неврозов (куда тоже легко попасть). Но прекращать это заунывное прорастание в безрадостный домашний быт.

Диалог — Преодоление

СТРАННИК (35 лет, успешный менеджер):

— В общем, я к вам перед важным событием, Док. Наконец пересилил себя и взял билет в Черногорию. Мы тогда с вами успешно справились с паническими атаками, я уже пару лет без лекарств, а тут решил непременно зайти выслушать полную программу, как вести себя в полете. Там, в самолете, вообще не душно? Ну что вы смотрите удивленно? Да, не летал ни разу. А началось, помню, с детства. Что мама, что бабушка все сетовали, когда мне было десять лет — ну что так часто бьются самолеты. И, полагаю, вдолбили в меня это.

Я на поездах-то много ездил, а самолетов, честно сказать, избегал — ну его, от греха-то… Так как мне преодолеть себя, как вот чувствовать себя спокойным, мезапамчику, что ли, или пивка?

СПУТНИК:

— Вопрос сразу поставлен неправильно. Пожалуйста, давайте усвоим другой стиль мышления.

Прежде всего не будем пытаться расслабиться. Само сочетание этих слов — абсурдно. Вдумайтесь: «стараться, добиваться, работать», для того чтобы быть «непробиваемо спокойным»… Вот улыбнулся, почувствовал, это недостижимо, ага…

Некоторые вещи должны быть автоматичны. Если добиваться мысленно, чтобы у тебя произошла эрекция, скорей всего у тебя не встанет. Так что отбросим мысли о «работе над безмятежностью».

Шаг второй. Ты ведь умен? Молодец, что кивнул, адекватно себя оценив. А что есть ум? В самом первом приближении — наиболее точное отражение происходящего вокруг. Применяем ум к категории передвижения на летательных аппаратах. Давай поверим цивилизации — она не дура.

Итак, введен штраф за непристегивание ремнями в авто. Не продается спиртное после 11 вечера. В метро объявляется, по какой стороне эскалатора предпочтительно передвигаться. Итак, государство заботится о безопасности, верно? (Кивает.) Значит, если бы авиаперелеты представляли собой повышенную опасность, государство бы их не разрешило.

Шаг третий. Кто летает чаще всего? Популярные люди. Лидеры. Успешные. Звезды культуры… Стинг там с Мадонной. Главы корпораций. Они похожи на идиотов?

И заключающий четвертый шаг — значит, мудаки те, кто находится в противоположном лагере. Кто не верит mainstream’у цивилизации, кто в противоположном углу от успешных летающих людей.

И рекомендация: никаких мезапамов, релаксаций и самоуспокоения. Просто выбираешь между двумя позициями:

1) я продолжаю бояться, а значит, я чмо болотное, бездарный лузер и таящийся пидор, можешь придумать слова пообиднее для себя, которыми сопроводишь свою опаску;

или

2) я свободный, развитый и состоявшийся человек. А значит, если я за что-то плачу — я непременно получу от этого удовольствие, а коли не так, то см. пункт первый.

Мне будет приятен взлет, интересны виды из иллюминатора, бокал предложенного напитка и обед, и кино, и, вообще все новое. Потому что я отнюдь не сумасшедший козел.

И вроде срабатывает… А чем это кончится — узнаем в конце июля… Пока СТРАННИК вдохновлен перспективой не лезть за страхующим транквилизатором и методом располагать себя в случае возникновения страха в компании малопривлекательных себе людей, к которым он, очевидно, для себя не принадлежит.

Диалог — Раздражительность

СТРАННИК:

— Ну не работаю я. Ухаживаю за инвалидкой-сестрой, та десять лет как еле в сознании. Ну, родители старенькие там же. Да, мне 40. Какая семья? Да ни один мужчина не стоит пальца моей сестры. А что он не шевелится, так мы же христиане. Вот я и служу ей. И родителям — они с ней не справятся. Ее надо по Москве возить два раза в неделю, чтоб видела, чтоб не отвыкала. Ну и что, что не понимает, все не зачахнет. А я что? Ну да, утомляюсь… Ну да, настроение ниже некуда… ну да, ловлю себя на том, что как что случись, да и не случись, так сразу в холодильник — умом понимаю, что есть не хочется, а что-то надо закинуть в рот. Вот и пухну с тех пор. То заешь, другое… Ой, еще голова болит, и сердце, и тики…

А еще раздражение так и прет. И настроение, ну сами понимаете…

Будущего не вижу…

СПУТНИК:

— А достаточно. У тебя синдром «маленького мирка». Все происходящее ты воспринимаешь только в той степени, что имеет значение для твоей семьи. Хочешь диагноз? Это предательство своей судьбы. Ты не работаешь уже 10 лет. Вместо того чтобы стать женой и матерью, ты остаешься дочкой и сестренкой. Хочешь рецепта: иди работай и выходи замуж.

СТРАННИК:

— Легко у вас — работай. Продавщицей? Так что они мне дадут, покупатели? Учительницей? Так я ненавижу всю эту школу с детства. Замуж? Так кто готов поставить печать в моем паспорте? А поставит — так он либо алкаш, либо гулена, либо больной окажется. Так я его первого в приют отдам.

СПУТНИК:

— Ладно, выдохнем… Ты не можешь разрезать пуповину. Весь мир для тебя — «они», те, за пределами твоей квартиры, и «мы», повязанные кровным родством. Ты продала свою жизнь, девочка, для того чтобы оставаться девочкой… Ну вот тебе немного успокоительного и… желаю счастья, в которое я совсем не верю. Пойми, спасать других можно лишь будучи сильной самой. А «когда слепой ведет слепого…» Ну, Евангелие дальше читай…

Диалог — Стыд

СТРАННИК, 40 лет, редактор, вполне успешна. Но уже несколько лет мучается тревогой. Тревога — отчетливый фон ее жизни, но особенно усиливается перед выступлениями, встречами, коммуникациями с незнакомцами. Лечилась седативными антидепрессантами и транквилизаторами, бензодиазепины несколько релаксируют, но сразу же возникает привыкание к ним с необходимостью увеличения доз для достижения эффекта. Сейчас она, пытаясь отвыкнуть от лекарств, ничего не принимала, провела месяц в уединении на даче, но скоро выходить на работу и…

СПУТНИК:

— Вот вы обращались уже ко многим психологам, даже прошли годовой курс психоанализа, заглядывали к психиатрам, опробованы СИОЗС, но толку-то нет. А главное, во время всех ваших скитаний так и не установлено, где был триггер (пусковой механизм) тревоги, откуда она у вас. Вы не боитесь серьезных заболеваний, высоты, других обычных житейских страхов. Вы просто живете в тревоге, и, кажется, особым острым образом она мучает вас, когда возникает ситуация возможности неблагоприятной оценки вас другими, да?

СТРАННИК:

— Пожалуй, да. А вообще, причины не знаю. Стрессов вроде не было. В семье и на работе хорошо. Вот с дачи прямо к вам. Ничего, что я как-то не по-городскому одета — джинсы, кроссовки, косынка?

СПУТНИК:

— Так-так… Одеты вы вроде, ничем не отличаясь от других дам в метро. А кстати, вы уверены, что правильно провели отпуск. Ведь, по нашим наблюдениям, тревога может возникать от того, что человек продуктивно не инвестирует жизненную энергию. Может, надо было взять тур для неспешного недельного подъема на Килиманджаро? Вот где преодоление трудностей и масса впечатлений, куда можно «вложиться».

СТРАННИК:

— Да нет, знаете ли… На майские мы были с мужем в Риме, столько впечатлений, постоянно бегали, но и там я боялась что-то упустить. Потом спросят — а как тебе это, а я не видела, вот дурой-то буду выглядеть… Наверное, как сейчас — ведь я даже не красилась сегодня, так спешила…

СПУТНИК:

— А знаете, кажется, у вас тревога не первична. Вам не доводилось у своего психоаналитика обсуждать возникновение реакций СТЫДА у вас?

СТРАННИК:

— Ну, в общем, я, конечно, застенчива немного, но как все, наверное…

СПУТНИК:

— Наверное. А если бы я попросил вас ПОСИКАТЬ под деревом неподалеку от поликлиники с тем риском, что вас могут увидеть?

СТРАННИК:

— Даже не стану представлять себе это, меня затрясет по полной… Я ж к мужчине-гинекологу не покажусь никогда. Да и само слово-то какое неприличное произнесли, меня прямо передернуло.

СПУТНИК:

— Да, кажется наша догадка верна. Нет у вас ни депрессии, ни тревоги. Чтобы вам, воспринимающей себя в категориях психоанализа, было яснее, то происходит то, что ваше чувство СВЕРХ-Я — там, где «все должно быть как до́лжно», ваш перфекционизм, поставленный под вопросительный знак, давит ваше Я, и вы расплачиваетесь страхами — «а вдруг я буду воспринята недолжным образом?».

Вашу кожу утолстит более частое пребывание в ситуациях, где может возникнуть стыд. Хотя бы употребите невинное русское слово для обозначения мочеиспускания, которое вас резануло, когда вы пойдете с мужем домой. Испытывайте стыд два-три раза в день. Как только притупится он — уйдут страхи. Верно?

СТРАННИК:

— Вроде все логично, доктор. Попробую, но это невероятно трудно, и мучительно, и непривычно.

СПУТНИК:

— Знаете, девушке-клиентке, которая была до вас, тоже с проблемами «волатильной самоценности», покупающей себе туфли Cavalli за 80 тысяч рублей, чтобы дать окружающим месседж, что она не хуже других, я дал задание — принести мне пять телефонов парней, с которыми она сама познакомится в метро. Она согласилась, но спросила — можно брать у таджиков, потому что меньшая вероятность быть посланной. Ну что ж, сторговались на этом упрощенном варианте. Вам я, пожалуй, не буду давать невыполнимых заданий, ибо вы уже без косметики чувствуете себя не по-московски. Но наращивайте у себя мускулатуру целительного похуизма — да-да, не морщитесь, есть такое слово в русском языке, оно вам пригодится. Итак, больше фантазии для опускания себя в стыд и его преодоление! Жестковато? Да! Это вам не ласковый психоанализ…)

Диалог — Страх

СТРАННИК:

— В общем, жизнь удалась. Но мне уже за 40. И у меня мысли о неминуемой смерти. И как-то с этим я не могу смириться. Или хотя бы привести их в порядок. Можете помочь?

СПУТНИК:

— Поразмышляем об отношении к смерти. Каким оно должно быть?

Никаким. Его быть не должно при психической норме. А именно — об этом должны думать другие. Или, если они тоже в условной душевной нормальности, и они не должны. Как не думают родители, какими инфекциями обязательно заболеет их ребенок. Заболеет — полечим.

А если пресловутой нормы нет и все же думается? Тут так — если аффект позитивен, а он таковым и желателен быть, то с фактом смерти соглашаешься довольно охотно. Отчего бы тебе не пройти то, что знакомо тем, кого ты любил, кто тебе интересен?

Если ты склонен к напряженно-тревожному эмоциональному фону, то когда ясно, тогда и страху нет. Внесем ясность. Есть несколько вариантов того, что Там:

а) ничего,

б) блаженство,

в) муки.

Что выбрать для достижения той ясности? То, что помогает тебе лучше жить Здесь. Если качество твоей жизни улучшается знанием того, что исчезнешь бесследно — отлично. Если тебе радостно от того, что тебя ждет вечное наслаждение — великолепно. Если от возможного потворства себе тебя удержит, как мальчишку, страх розги, мысль о возмездии — тоже вполне неплохо.

Вот только не надо драматизировать. Мы помещены в тот мир, откуда уходят. Поэтому наше отчаяние при факте конца кого-то — верный указатель на нашу глупость и капризность. Ну, когда-то надо переставать быть детьми…

И так размышляя, вспомнилось, что академик А. Б. Смулевич при диагностическом опросе пациентов часто употреблял глагол, их смущавший, типа «А когда муж-то ваш помер?». Не «скончался», не «преставился», не «умер», а именно «помер». Чем достигается именно снижение страстного пафоса. Профессора не поправишь. Пациенту приходилось приловчиться к стилю собеседника, и градус его беды снижался. Эдакая принудительно структурирующая психотерапия… Хорошо!

Есть еще индийский духовный анекдот. Умирает старая дама и говорит, как устроить ее похороны.

— Похороните, чтобы я лежала в гробу с вилкой в правой руке.

— Зачем, матушка?

— Затем, чтоб спрашивали. А вы отвечайте. Она была достойная женщина и посетила множество банкетов, но на каждом из них, вне зависимости от количества блюд, говорили: оставьте свою вилку — вас ждет десерт. На него я и надеюсь…

А коли вы христианин, то остается только приветливое ожидание будущего. Ибо смысл нашей религии — быть со Христом. Куда бы Он ни шел. А Он вошел в очень болезненные для Него врата смерти. Значит, чего тут думать, и нам туда же. За Ним!

Диалог — Дерзновение

СТРАННИК:

— Прочла статью «Клиническое богословие шизофрении», огромное вам за неё спасибо. Как шизофреник с опытом могу сказать, что всё так оно и есть. Особенно про невозможность воспользоваться общечеловеческим опытом.

Теперь хочу спросить — что мне делать? Я верующая и православная, но в силу неофитства и особенностей психики я не понимаю, как мне войти в Церковь вот эту с большой буквы! Я исповедуюсь и причащаюсь, но у меня есть подозрение, что делаю я это очень коряво… Скажите, какими словами обратиться к священнику, чтобы он не обиделся, не напугался и правильно меня понял, а то я же такая неадекватная…

Ведь я так хочу быть христианкой! Хочу быть с Богом и вместе со всеми. Я читаю Евангелие и богословскую литературу, но так боюсь, что понимаю всё превратно.. Я не хочу отпасть, пропасть и причащаться в осуждение!

СПУТНИК:

— Спасибо за добрые слова о моей работе. То, что у вас есть живое религиозное чувство — очень хорошо. По моим наблюдениям, актуализация духовного измерения существенно сглаживает негативные проявления и минимизирует выраженность симптомов эндогенного процесса. Таким образом, практикуя духовную жизнь, вы делаете так, что болезнь ваша будет протекать существенно легче, а может, как у многих творческих личностей, привнесет дополнительные возможности в вашу жизнь и у вас появится искренняя потребность молвить — «Слава Богу за все».

Теперь о ваших вопросах. Да, упомянутая болезнь не облегчает повседневную жизнь и делает человека немного неуклюжим в социальном отношении. Но к практике церковной жизни это относиться не должно. Поясню, припомнив слова, кажется, Иоанна Кронштадтского: «Смущение в перечне добродетелей не показано».

То есть стремитесь преодолеть возникающие затруднения в вашей повседневной практике церковности. А именно: исповедуйтесь без комплексов, причащайтесь без сомнений, просите советов решительно. Собственные «подозрения в корявости» отметайте как начальные проявления страха, потому что страх есть парализующий нас страх, но «совершенная Любовь изгоняет страх, ибо в страхе есть мучение» (1 Иоанна 4:18).

Страх замечательно изгоняется «соборностью» как неотъемлемым качеством христианской духовности. Постарайтесь вовлечь себя в живое общение внутри вашей общины — пойте в хоре, учите или учитесь в воскресной школе, дружите со сверстниками-прихожанами, делитесь как находками, так и сомнениями.

Если вы будете под крылом у опытного батюшки — пусть у вас не возникнет тревоги в том, что он может неправильно вас понять. Они, как правило, ничему не удивляются, будучи свидетелями исповедей у преступников, извращенцев, одержимых или сумасшедших. Поэтому удивить, обидеть или поранить доброго священника вы не можете, а если это произойдет, то тоже хорошо, потому что это будет показателем, что это просто не ваш духовник.

В общем, в духовной жизни в вашем случае лучше сделать сотню ошибок, нежели все время притормаживать в боязливом оцепенении. Будьте отважной в своих поисках живого контакта с Истиной. Я не утверждаю, что вы не споткнетесь и не будет эмоциональных травм, но как шрамы украшают мужчину, так и «духовные синяки» приводят к выработке отличных защитных личностных качеств, делая вас более сильной, уверенной в себе для того, чтобы в конечном счете послужить другим, а не руководствоваться мотивациями лишь собственного уютного устройства в Вечности…

СТРАННИК:

— Эх, какая незадача… я сейчас только пришла в себя. Столько натворила, и что будет дальше — неизвестно. И сейчас — нехорошо. 24 года, и аттестат школьный только, ни работы, ничего. Одна шиза сплошная. Сейчас думаю — какие у меня терпеливые родители и какие странные друзья… только вот что делать дальше? Просто жить — как-то стыдно. Делать я ничего не умею. Никакой от меня пользы, одни убытки.

СПУТНИК:

— Прежде всего — не ваша задача взвешивать себя на весах и исчислять от себя прибыли и убытки. Доверьтесь судьбе.

Вас любят — сейчас это главное. Учитесь тонкому искусству диалога с разнообразными факторами реальности, в которых бывает проявлена воля о нас Свыше. Определитесь, к чему вас влечет, что небезразлично.

Делайте несколько пробных шагов в этих направлениях, и если интерес возрастает, то вектор движения выбран верно.

К великим успехам не стремитесь, в нашей с вами религии более всего ценится «путь малых добрых дел». Стремитесь украсить чем-нибудь запоминающимся каждый прожитый день, превращая его в маленький фестиваль, пусть даже его достижением будет новая прочитанная страница или понравившийся фильм, а если уж сделали кому-то что-то светлое — это совсем замечательно. Задавайтесь вопросами и ищите ответы. Пока это неплохой смысл жизни, верно?

Диалог — Проблемность

СТРАННИК приходит с 20-минутным опозданием и начинает:

— В этом, собственно говоря, и проблема. Знаете ли, опаздываю. Не со зла. Просто расхлябан, что ли… Стержня волевого нет. Как начну собираться — то на интернет отвлекусь, то что-то по дому какая-то безделица найдется. А потом чувство стыда — почему я так подвожу?

СПУТНИК:

— Я вас услышал. Начнем работать с запросом. Прежде всего опустимся на уровень обыденности. Вот среднестатистический человек осознает, что у него есть проблема. Он думает, как ее решить. Что уже приходило вам в голову?

СТРАННИК:

— Ну, наверное, напоминалки ставить, да?

СПУТНИК:

— Нет, для вас это слишком пресно и обыденно. Это, скажем так, для нормального индивида, не платящего 50 баксов за совет. Так что совет вы получите, что называется, special. Для начала проброс в прошлое. В ваше и мое. Я угадаю, если предположу, что в детстве родители избыточно регламентировали вас, не давая образоваться «внутреннему скелету» принятия решений?

СТРАННИК:

— Именно так, наверное, я поэтому и не привык полагаться на себя. А вообще, все это меня раздражало тогда.

СПУТНИК:

— К следующему разу подумайте, не является ли потребность в опоздании запоздалой оппозиционной реакцией протеста относительно родителей. А что до меня, вспоминается, как в прошлом месяце была дама, жалующаяся на переедание. Она проводила вечера после работы за телевизором и съедала до полкастрюли густого супа. Это прекратилось после очень простого напутствия — разъедините процессы просмотра ТВ и трапезы. Смотрите телик — не ешьте. Кушаете — выключите телевизор. Сработало волшебно.

СТРАННИК заинтересованно:

— Так-так, а мне что делать, как-то вы прямо не говорите…

СПУТНИК:

— Скажу прямее некуда. Выделяем месяц. Знаете, конструирую индивидуальную психотерапию исключительно для вас. А то пока остается неосмысленным, что факт рекомендаций расплывчат во времени. В вашем случае предлагаемая рекомендация работает ровно месяц — до 18 декабря. Знание ее финиша придаст вам силы ее выполнить. А суть проста. Вы выходите тупо за полчаса до целесообразного времени выхода. Таким образом, после своевременного прибытия вам остается ждать еще 30 минут. Вы мнетесь, дергаетесь, жалеете времени и мечтаете, что могли бы это время поспать или заняться полезным. Ан нет. Это ваш штраф за то, что вы опаздывали до сих пор. Вы избываете свое наказание. А репрессивные санкции решительно снижают чувство стыда и вины, которыми вы одержимы. Как вам это?

СТРАННИК:

— Здорово!

СПУТНИК:

— А вот и нет. Внутри вас сидит бес-саботажник, который как препятствует вам приходить вовремя, так попытается сорвать и это. Верно?

СТРАННИК, почесывая бороду:

— Ну, похоже…

СПУТНИК:

— А мы и его взнуздаем. Значит так. если не смогли выйти за этот месяц на полчаса раньше, как договорились, то за каждый саботаж выходите на следующий день на целый час раньше. Знание этого вас может предохранить.

СТРАННИК:

— Это не слишком круто?

СПУТНИК:

— Это всего лишь на месяц. Вам около сорока. Вы вовремя взялись за дело. И я гарантирую, что нечто произойдет. При этом не обещаю, что произойдет нечто благоприятно ощущаемое вами. Вспомним закон Ломоносова: «Где убудет — в другом месте прибавится». Будьте готовы к тому, что если уйдет привычка к опозданию, появится нечто новое, обязательно!

Диалог — Обездвиженность

СТРАННИК:

— Ну да, Док, в апатии я. Ничего не делаю. Вот только Библию почитываю и, знаете ли, доныне неизвестный мне Ветхий Завет. И странная смесь настроения — и вроде ничего не хочется, и агрессия вдруг. Вопросы возникают. А в моем кружке изучения Библии ответов нету. Оттого и раздражение, и как-то дурно на душе.

СПУТНИК:

— Отнюдь не претендуя быть вашим законоучителем, давайте вплетем в терапевтическое время размышления над Писанием. Что вас так смущает?

СТРАННИК:

— Очень просто. Если вы говорите, что это Священное Писание, в нем должно быть все логично, понятно и целесообразно. А что выходит? Зачем-то обманом Исаак присваивает первородство над Исавом. Зачем-то младший Иосиф становится первым над старшими? К чему в Богоданной книге нарушение Божиих же законов? Верите ли, не усну, ворочаясь от этого…

СПУТНИК:

— А это мы сейчас быстро, и спать будете спокойно, хотя не учитель ни разу. Просто взываю вместе с вами к данной там реальности. И усугубляю. Зачем Ной нажирается? Зачем Лот трахает дочерей? Ответ один — просто потому, что так было. Если бы эта книга писалась людьми, в ней бы все было благочестиво, правильно, медоточиво. Но сразу бы стало понятно, что это лубок, фанера, назидание. А тут, что ни история — то коан. Слышали такой термин дзен-буддизма? Парадокс, который не поймешь, но прохождение через который тебя преображает. Ветхий Завет полон такого рода коанов.

Это раз. Становиться в тупик, сбрасывать с себя прежние понятия и обновляться всякий раз. А вот вам два — это свидетельство истинности книги. Если б ее писали с целью заморочить людей, она была бы куда более гладкой и бесконфликтной. А тут — правда. Которую мы порой не можем принять даже для себя. А значит — это есть и было.

Зачем, спрашиваете вы? А вот тут просто. Мы живем изначально не в правильном мире. Каком, спрашиваете? Да в падшем, фальшивом, дефрагментированном, неустойчивом. Да, именно, как учит наше православное богословие — это последствия первородного греха. И цель Человечества в соработничестве с Богом (синергия) это все поднять и сделать так, как могло бы быть. И Ветхий Завет — к тому школа. И здесь порой Истина открывается насилием и обманом. Но это делается в соработничестве с Богом. Не, ужасно для современного гуманистического и назидательного сознания, верно? А раз так написано, то это против оберток, схематичности и культурной образованности. Против мифов чисто человеческих. А значит — правда Божия. И пусть становятся в тупик наши логичные схемы. Чем труднее понять то или иное место из Писания — тем неравнодушнее вы становитесь, тем ближе вы к приглашению Свыше — быть вместе.

Хоть в непонятках, хоть в гневе, хоть в росписи в собственной несостоятельности. Именно этим путем Он становится вам нужнее. Пойдет?

СТРАННИК:

— Да, спасибо, доктор, так еще не отвечали на мои вопросы. Теперь я буду спокойней спать, зная, что Бог куда как умнее меня и не позволит мне понять Его до времени, когда я буду к этому готова.

СПУТНИК:

— И мне приятно. Вот всего за полчаса, а вам стало лучше от того, что мы позволили Богу быть не вполне понятным…

Диалог — Угрызение

СТРАННИК:

— Поможет ли лечение или это навсегда? Насколько успешным может быть лечение с помощью медикаментов? И вообще, что делать и куда податься?

Мне за тридцать. Внешне в жизни все благополучно: есть хороший муж, сын-старшеклассник, достаток и комфорт. Все мои проблемы можно описать пятью словами: мне стыдно за мое прошлое. Я читаю, отчего страдают другие, и не понимаю этих людей. Вот у кого-то нет второй половинки — из-за этого депрессия. Пфф, так эту ситуацию можно изменить. А раз так, то зачем страдать? Нужно идти и менять!

Свою же ситуацию считаю безвыходной, ведь прошлое не изменить. Ничего уже не исправить. Мне так стыдно, что даже здесь, в условиях анонимности, тяжело писать о себе. Я совершила много очень плохих поступков. Я ненавижу и презираю себя. Временами испытываю отвращение к своему телу. В общем, я считаю себя недостойной жить, быть женой и матерью.

Вот я хотела спросить, как справляются люди с подобными проблемами? Ведь тех, кто по молодости наделал ошибок, наломал дров и изрядно нагрешил, немало. Говорят: если не можешь изменить ситуацию — измени отношение к ней. Но как? Ведь если я до сих пор считала это плохим, то я не могу вдруг поменять свою оценку на «хорошо». Принять себя плохой — ок. Но от этого я не перестану считать свои поступки постыдными, а значит, не перестану испытывать чувство стыда и вины.

Я знаю, что у всех есть свои скелеты в шкафу. Но мало у кого ими забит весь шкаф. А почему у меня такая большая коллекция скелетов — другой вопрос. Кажется, с головой я не дружу с детства. Про таких, как я, говорят: «без тормозов». Заметила, что обычно именно в феврале-марте у меня случается обострение. Но даже летом, отдыхая на роскошном морском пляже, я не перестаю заниматься самоуничижением. Как быть?

СПУТНИК:

— Здравствуйте. Вы хорошо описали свое состояние. Коротко резюмирую то, что я понял: сезонно у вас возникает тягостное эмоциональное состояние, во время которого вы упрекаете себя в том, что происходило с вами в прошлом, в том, что вам представляется непростительным.

Вспоминается история из древнего Патерика. Двое братьев из пустыни пришли в город и не удержались от соблазнов. Потом, возвращаясь в монастырь, страшно жалели о содеянном. Исповедались, как водится. Но потом первый всю жизнь изводил себя постом и непрестанно плакал. Другой же стал прежним, веселым, напевал псалмы, а когда его спрашивали: — А ты, что, не каешься? — Он отвечал: — А я и не помню, разве было что? Бог меня очистил. У старца спросили: чье покаяние спасительней? Старец рек: оба правы.

Я люблю старинные истории, в них очерчиваются характеры. Первый — застревающий параноидальный личностный тип, для которого свойственно пребывать в унынии. Второй ближе к гипертимному варианту, не застревающему в прошлом, не жующему былые падения. По-моему, следует стремиться ко второму варианту, хотя кому как…

Что до вас, то могу профессионально предположить не столько естественные угрызения совести, сколько депрессивные фазы с навязчивым самокопанием. И если это так, то небольшие дозы антидепрессантов успешно нейтрализуют деструктивные потоки саморазъедающих возвращений к прошлому. Так что полагаю, попробовать стоит.

Потому что прошлого нет. Оно очень хорошо стирается, если личностное устройство правильно и выверенно. Вспоминается еще одна из старых аскетических историй. К одному пустыннику высокой жизни пришла за советом женщина. Вдруг страсть напала на него, и он изнасиловал ее. В страхе, что это вскроется, убил и спрятал тело. Потом после угрызений совести пошел, признался, раскаялся, принял тяжелую епитимью. И снова зажил иночески и так, что стал преуспевать в духовном росте пуще прежнего, и для исцеления к нему тянулись люди, и после смерти был признан святым.

Наше бытие определяется настоящим. Если удастся подобрать вам препараты, принимая которые, вы будете чувствовать себя хорошо в настоящем — это и есть нормальность. Такие препараты существуют. Я не буду здесь приводить названия, но любой психиатр, работающий с пограничными состояниями, их знает. И если поймет, что имеет дело с навязчивым неврозом самообвинения (а описываемое вами очень похоже на это), то есть прямой смысл пройти лечение. Не поможет — вернемся к разговору о различении истины и навязчивости в вашем эмоциональном состоянии.

На связи, ваш Док.

Диалог — Интерес

СТРАННИКУ-пареньку — 17, учится в колледже на парикмахера. Нашел по интернету экзистенциального психотерапевта, только он мог ему, как мнилось, помочь. Написал мэйлом, был принят в поликлинике вчера.

СТРАННИК:

— Док, уже полгода меня мучает вопрос, что есть наша жизнь? Разве можем мы утверждать, что она не иллюзия?

СПУТНИК:

— Подойди ко мне, сынок, дай мне больно ущипнуть тебя.

СТРАННИК:

— Это доказательство я знаю. Но и во сне нам бывает больно. А что если наша жизнь — только сновидная иллюзия? И как нам быть, когда мы проснемся? Это мучает меня и моих друзей.

СПУТНИК:

— Да, а ты хотел экзистенциальной психотерапии. Кстати, а что такое экзистенция?

СТРАННИК:

— Ну, я не могу объяснить точно. Но об этом поет Евгений Алехин в любимой группе «Ночные грузчики». Слыхали, наверное? Вот у них все и описывается. А еще они рекомендуют читать Достоевского. Я пробовал — не получилось, тяжело. Но самого Алехина читаю, он поет и пишет, что не хотел бы жить. Наверное, экзистенция — это про то.

СПУТНИК:

— Погоди, погоди, значит, Достоевский не читается… А Толстой, Чехов, Тургенев, Мопассан?

СТРАННИК:

Да не про то это.

СПУТНИК:

— А что слушается? «Пинк Флойд»? Вивальди? «Металлика»? Ну, кроме группы «Макулатура»?

СТРАННИК:

— Не, этого не знаю. Вот только мир какой-то не такой. Нет очевидности. Предметы — они вроде мягкие, а порой и расплываются. Я что и пришел — может, это не та реальность, доктор?

СПУТНИК:

— Реальность — она для каждого своя, конечно. Вопрос в том, чья из которых окажется ближе к истинной. Давай-ка еще поисследуем, а насколько ты близок человечеству, ок? Скажи мне, как называется столица Франции? Что написал Гомер? Кто такой Микеланджело? Где живет папа Римский? О чем теоремы Пифагора? Что построилось раньше — Киев или Москва?

СТРАННИК:

— Нет, нет, не знаю, нет.

СПУТНИК:

— А чего ты хочешь?

СТРАННИК:

— Знаете, мне многие задают этот вопрос, но у меня нет ответа.

СПУТНИК:

— Чтобы появился ответ, должен возникнуть вопрос. Ты что-то говорил о том, если ли сон наша жизнь, да? Так вот, чтобы спать, надо отсечь себя от общекультурной информации, что ты и сделал, ограничив свое сознание песенками с красивым словцом «экзистенция». Тебе 17, и у тебя нет и половины знаний того, чем обладает средний подросток твоего возраста. Отсюда — ты замер в нерешительности. Появилась подружка недавно, говоришь?

СТРАННИК:

— Да, правда младше, пятнадцать лет. Но очень хорошо учится и все меня слушает про бессмысленности, иллюзии, сон.

СПУТНИК:

— А давай простое упражнение. Для того, чтобы понять — сон/не сон. Гарантирую — сработает. Ты просишь ее в течение ближайших пяти встреч, коли она такая умница, на каждой встрече два-три часа рассказывать тебе про литературу, историю, биологию, физику Вселенной, азы геометрии. Так, чтобы тебе было интересно. Она сможет сделать радостно?

СТРАННИК:

— Думаю, да, а то все время я ее гружу.

СПУТНИК:

— Ну, вот. Ты подсадишь ее на самое эрогенное — радостно учить, чему знаешь, близкого тебе человека. Как только ты будешь знать, где Рим, что такое косинус, из чего состоит вирус, кто такой Давид и кто высек его из мрамора — что произойдет? Ты ощутишь себя в сопричастности. Ты сумеешь быть в информационном потоке, а значит, двигаться вместе с цивилизацией. А знаешь еще, быть — а это основная категория экзистенции, — значит двигаться. Стоящий велосипедист падает, мчащийся — центрируется. Как только ты приступишь жить динамически — отпадут тормозящие тебя вопросы. Договорились?

СТРАННИК:

— По крайней мере, задание понятно. Я пошел?

СПУТНИК: Да. И поскорее!

И сопровождающей матери, после того, как он вдохновенно покинул кабинет:

— Ну, матушка, экзистенциальный пубертатный криз. 10 мг ф-на и 250 мг ф-бута укрепят его. Да-да, приходите с ним. А пуще того, как садитесь с ним трапезовать — рассказывайте, что помнится, из советской юности. Впечатления от путешествий, сюжеты из книг, факты из жизни. И что-нибудь из «Детской Библии», которую прежде освойте сами, нравоучительные притчи здесь полезны будут, тем выведем парнишку от иллюзии сна…

Диалог — Благополучие

СТРАННИК:

— Здравствуйте, Сергей Анатольевич! Меня зовут Z. Мне 36 лет, не замужем. В храм хожу уже с 2000 года, живу в N, работала в банке, я тогда жила одна и, как я понимаю, очень замкнулась в себе, и мне ничего не было интересно, кроме храма, но когда я туда ехала, меня всегда одолевала куча разных мыслей, от которых меня даже трясло, после этого я потеряла работу. Не было взаимопонимания с родителями, да и у меня характер несносный, они меня поместили в психдиспансер, где врач предложил мне, так как я не работала на тот момент, оформить пенсию.

Вообще, я очень восприимчивая, мне становится как-то не по себе после общения с людьми, и я ушла в депрессию, я не умею все воспринимать правильно, замыкаюсь в себе, у меня схватывает дыхание и сковывает голову, и я нахожусь под влиянием навязчивых мыслей, иногда, как мне кажется, они закручиваются в голове, в общем даже довожу себя до состояния страха и душевного ослабления.

СПУТНИК:

— Здравствуйте, Z. Вы очень узнаваемо описали свой случай. Из вашего текста не следует наличия каких-либо особых ДУХОВНЫХ патологий. Имеются все признаки душевного заболевания средней тяжести. Психотерапия в вашем случае, конечно, может помочь, но будет явно второстепенной и только поддерживающей, но отнюдь не исцеляющей. Группу инвалидности просто так врачи не оформляют. Состояния, подобные вашему, поддаются лечению посредством хорошо подобранных схем психотропных средств, тщательно, в нужных дозах и под постоянным врачебным контролем, и должны включать сочетание транквилизаторов, антидепрессантов и нейролептиков. Такого рода многостороннее лечение значительно лучше подобрать стационарно, в хорошем психиатрическом отделении.

И пока, на вашем месте, я бы не ставил задачу «стать здоровой», а просто достичь устойчивой компенсации, главным признаком которой является восстановление возможности работать. Преп. Амвросий Оптинский часто говаривал: «Следует у врачей не лечиться, но подлечиваться», имея в виду, что немощь всегда в той или иной степени присутствует в нашей натуре. Извините, что не оправдал по-видимому ваших ожиданий «чуда православной психотерапии», но вот как-то это все, что я думаю, по поводу вашего письма. Резюмируя: главное сейчас подобрать эффективные, снимающие тревогу, депрессию и психовегетативные расстройства лекарственные средства. Думаю, что в крупном вашем университетском городе N есть врачи-психиатры, умеющие подбирать помогающие вам схемы, если вы найдете в себе силы чаще посещать врача, думаю, что до достижения ремиссии с врачом следует видеться не реже раза в неделю.

СТРАННИК:

— Вы считаете, что нужно лечиться? Приведите, пожалуйста, хотя бы некоторые названия, вот сейчас такое состояние, как будто я какой-то сосуд обмякший, что это может быть? Разве Причащение не может освободить от данного состояния? А если уехать просто в святое место и там пожить?

СПУТНИК:

— Ну вот разве при аппендиците только Причастием можно вылечиться? Так и тут: имеется болезнь — нужны лекарства. По интернету говорить, что именно, не буду — неэтично это, не проведя с вами двух часов в сборе исчерпывающего анамнеза. Про духовную жизнь забывать, конечно, не стоит, но требовать исцеления Свыше — это немного гордо.

СТРАННИК:

— И еще, не сочтите за наглость, хотела вас спросить, какую литературу можно почитать, чтобы побеждать такие состояния? Чтобы контролировать свои эмоции, чувства и обстоятельства, чтобы разобраться в себе и исполнять волю Божью.

СПУТНИК:

— Самой в себе не разобраться. Это надо делать в диалоге с понимающим специалистом. Вообще, я как-то задумался — зачем Господь попускает болезни, и мне знаете, что открылось? Чтобы мы не закисали, а искали встреч с новыми людьми, которые нам помогут. Может, именно в этом смысл страдания — умножать количество помогающей любви среди людей?

СТРАННИК:

— Спасибо вам за ответы!

Диалог — Реальность

СТРАННИК, 36 лет:

— Неврологи меня прислали. Ну вот три раза было. Как пережил то, что мою дочку положили в больницу: там то отказывают, то недодают лекарств, то не те, кажется. Нет, ничего серьезного с ней.

Но вот со мной. Три раза ночью просыпался. Знаете, так вроде сердце не болит, а как-то чешется. Чувствую его, неприятно. И в голове словно стержень вбит. Вызывать скорую? Да ну ее, думаю… Так же залечат, чего-то не так назначат, чего-то недодадут.

Я, знаете ли, вообще как-то против медицины. Да что там, против болезней вообще. Кто живет правильно, у того немощи не будет. Вот и я — не спится, всего трясет, пошел, оделся, на улице на лавочке посидел у подъезда. Надышался — спать пошел.

Вообще-то я жизнь очень люблю. Путешествовать, узнавать, совершенствоваться, спорт. Спиртное — ну это вообще дрянь редкостная. Сигареты — так только от дыма задыхаешься.

Нет, я не тревожный. Потому что некогда. Работаю, командировки. Я люблю их. А зачем меня к вам тут направили — не знаю.

СПУТНИК:

— Правда не знаете? Я скажу. Нет, не для лечения. Или вы в нем не нуждаетесь, или вы для него еще не созрели. Три панические атаки, что вы перенесли — может, еще и не повод для прохождения серьезного психотерапевтического лечения. Так что давайте сочтем нашу встречу информационной. Слушайте!

У вас добрый и светлый тип личности, но этот позитив слишком принципиален и ваше светлое восприятие происходящего слишком широко. Ваши тревоги — призыв природы к реалистичности восприятия. Вы ведь будете болеть? Вы ведь умрете? Вы с этим согласны?

СТРАННИК:

— Я не согласен ни с тем, что это будет, ни с тем, что мы с вами об этом говорим. Зачем вы так?

СПУТНИК:

— А затем, что тревожное расстройство случается именно с теми, кто строит такую всеутверждающую картину восприятия мира. Тревога здесь играет отрезвляюще-напоминающую роль — не строй рая с собой на земле. Принимай во внимание — мы не летаем, хотя и хотелось бы. Дети умирают от рака, что вообще никакой справедливой логике непостижимо. Существует внезапная смерть и катастрофы Боингов. Вот это и следует встроить в качестве маленькой дополнительной программы в свою матрицу мировоззрения.

То, что бывают беды. И то, что критерий здоровой нормы — вовсе не норма, а так, преобладающий образ. И то, что воспаление аппендикса может случиться с тобой и со мной завтра, и, самое главное, принятие этого — норма. Так вышло. Так бывает. Так может случиться и со мной. И тогда я буду думать об этом. Это не нарушение правил Вселенной, а просто несчастливый билетик.

И вот тогда нормальное, терпеливое отношение к возможному факту этого невезения дает более высокие шансы для нормальной жизни и исключает возможность тревожных атак в будущем.

Иными словами, лучше допустить 2% тревожности, незаметной, но каждый день, чем 90% процентов паники, но концентрированно, однократно. Это понятно?

СТРАННИК:

— Звучит логично. Что делать?

СПУТНИК:

— Допускать. Просто и спокойно разрешать Судьбе делать с вами то, что она хочет. Чувствовать себя так, что не все зависит от вас, и сначала принимать это, а потом и благодарить за это. Именно так формируется гармония эмоционального фона.

Тревога есть естественное отправление организма. Разрешите ей быть незаметной где-то на периферии, не утверждая пафосного наслаждения здоровой жизнью, разрешите себе маленькие страдания, неудобства и даже научитесь сдавать анализ крови не морщась… Увы, мы конечны на этой Земле. И будем жить так, как нам предписано, а не как нам хочется.

Нет. Забудьте последнюю фразу!

Лучше так: мудрость в том, чтобы сочетать необходимое, Свыше посланное для нас, с нашими желаниями и убеждениями. Научившись делать это, вы распрощаетесь с тревогой.

СТРАННИК:

— А вот это действительно важно. Спасибо вам, доктор…

Диалог — Рефлексия

СТРАННИК:

— Мне нужен ваш совет и помощь. Я пишу, чтобы понять, куда мне двигаться и к кому обратиться, чтобы это в конце концов прекратилось, или хотя бы научите меня, к кому пойти, чтобы тараканы ходили ровным строем, а не врассыпную.

Я панически боюсь микробов и пищевых отравлений. Я не выхожу из дома без аптечки и противорвотных средств. Мою руки до посинения. Моя «интуиция» может подсказать мне, что продукты несвежие, и тогда добрая половина холодильника отправится на помойку. Иногда меня клинит, и я боюсь, что в супермаркете ночью отключили электричество и все, что было заморожено, разморозилось и теперь снова замораживается. Если такая мысль пришла мне в голову, я смиренно плетусь в другой супермаркет, потому что знаю, чем закончится покупка в этом магазине. Я положу еду в холодильник и увижу, что муж ее съел (ну я-то не могу, мне же кажется, что она несвежая), буду ходить за ним, как привидение, и ждать, когда его вырвет. Самое ужасное, я понимаю, как это глупо, я НЕ ВЕРЮ в свои страхи. И мне за них стыдно. Стыд от ощущения, что я трачу бесценное время на медитацию над куском мяса, пытаясь понять, вымачивали его в хлорке или нет.

С этой дуростью я живу с детства. Все усугубилось, когда я узнала о том, что мой отец болен раком и скоро умрет. Если до этого события я просто осторожничала, то в 18 лет моя фобия расцвела, как черемуха. Я стала ей потакать, наивно думая, что это инстинкт самосохранения.

Иногда доходит до абсурда. Однажды мой пес принес на себе листик с прогулки. Ну листик и листик, что тут? Возьми да выброси. На дворе девять вечера, самый неудачный момент для паники: скоро спать, а спать не получится, если паникуешь. Первый час я ходила вокруг пса, думая, как его продезинфицировать. Еще через час я поняла, что дезинфицировать надо скорее меня, а не пса, потому что у меня, скорее всего, токсоплазмоз. И ВИЧ. И кстати, пес меня лизал, значит, у меня глисты. Меня начинает тошнить, и понимаю, что да. Это глисты. Сажусь в машину. В приемной сидит группа таких же придурков, у которых, видимо, тоже в ночь пятницы обнаружились глисты. Мы с пониманием смотрим друг на друга и улыбаемся. Сдаю анализы и недели две-три живу спокойно, пока не обнаружу у себя какую-нибудь новую воображаемую болячку. Таких примеров у меня десятки накопилось…

Короче, так и жили до недавнего времени.

Но не тут то было! «В нашем полку прибыло!» — запели тараканы в моей голове, отбивая чечётку! Теперь ты будешь бояться общаться с людьми! Без видимой на то причины (во всяком случае для меня), я стала с мазохистским упоением анализировать все свои действия. Теперь я демонизирую свое прошлое поведение и избегаю встреч с людьми, которые как-то связаны событиями и воспоминаниями, травмирующими меня. Иногда довожу себя (не специально) до приступа тотальной ненависти к себе и к своему поведению. Обычно, если что-то пугает меня до крайней степени, я «аннулирую» это событие путем выбрасывания одежды, которую я носила в тот момент. Исключаю из рациона еду, съеденную накануне. В крайних случаях, если страх был слишком сильным, перекрашиваю стены, передвигаю мебель и делаю вид, что этого никогда не было. Иногда я даже избегаю людей, с которыми связано неприятное событие. Такую манеру поведения я приобрела еще в детстве, до сих пор не могу избавиться.

Вопрос мой вот в чем. Что это? Куда и к кому мне идти? Я изо всех сил стараюсь не показывать своих придурковатостей окружающим. Только я подумаю, что нашла баланс, так начинается очередной виток мыслей, которые меня поедают, заставляют выполнять кучу бессмысленных действий, направленных на временное купирование нервозности…

Я была у психиатров, но меня даже не дослушали до конца, а дали рецепты на лекарства. У психолога я провела 4 месяца (экзистенциальная терапия) и поняла, откуда у всего этого ноги растут, но мне от этого не легче.

Ваше мнение? Что со мной?

Спасибо заранее.

СПУТНИК :

— Здравствуйте. Очень хочется ответить так же подробно, как вы все описали, проинтерпретировать каждый абзац — уж больно точно и художественно все описано, но именно благодаря абсолютной ясности, достигнутой вами, буду краток.

Вначале тип личности. Безусловно, он относится к тревожно-мнительным. Далее на этом фоне расцветает ОКР (погуглите, что это такое, и узнаете у себя симптомы).

Основной стереотип симптомообразования:

а) допущение сверхмаловероятной возможности;

б) насильственное мыслительное возвращение к ней;

в) выработка ритуалов для ее исключения. Этим становится пронизана вся жизнь.

Впрочем, люди с этим живут и приспосабливаются. Их порой считают чудаками. Это примерно то, что так убедительно играет Джек Николсон в фильме «Лучше не бывает».

Теперь, что с этим делать. Тут для вас два обстоятельства. Хорошее и плохое. Хорошее: дальше это не развивается, от этого с ума не сходят, рассудок и способности ясные, чувство юмора — присутствует, работоспособность устойчиво хорошая, семейный прогноз — благоприятен. Плохое: учитывая давний стаж, устойчивость и привычка к такого рода поведению, скорее всего, эта штука будет вашей спутницей по жизни, и лечится она очень низкорезультатно.

Но. Если же вы упрямо хотите, нет, не вылечиться, но хотя бы минимизировать симптомы, то приготовьтесь к следующему.

Подобные расстройства лучше всего лечит психотерапевт с медицинским (психиатрическим) образованием. Возможно, потребуется «лекарственная прокладка» из небольших доз антидепрессантов для дезактуализации «очагов застойного возбуждения», поддерживающих фиксацию на негативных мыслях в коре головного мозга. На этом фоне должна проводиться психотерапия, но не экзистенциальная и не психоаналитическая, а, скорее, когнитивно-бихевиорального круга, когда вы успешно (или нет) выполняете поведенческие задания специалиста.

Это будет довольно длительное лечение — год или более. От вас потребуется настойчивость и командное чувство в паре со своим психотерапевтом, с доверием и симпатией к нему (ней). Готовность рассказать о самых нелепых причудах в плане предосторожности от болезней. Так будет в вас воспитываться, а порой и дрессироваться, некая «толстокожесть» как запрет мыслям идти в направлении возможных болезней.

Вкратце пока все. Будем рады уточнить, если возникнут вопросы по моему ответу.

Ваш Док.

Диалог — Фокус

СТРАННИК:

— Да, в общем, самочувствие неплохое. Так, контрольно показаться, определить уровень своего психздоровья, так сказать… Но, пожалуй, вот что случается. Порой, раза два в неделю, как с утра начнешь думать, и главное, Док, вот только о будущем. Прям навязчиво так, простраивая его. Вот как будет со мной лет через 1—15. И так неспокойно, когда не знаешь деталей. Ведь все должно быть ясно и продумано, верно?

СПУТНИК:

— Неверно. И насчет полного твоего душевного равновесия говорить пока рано. Продолжим пока принимать антидепрессант. Потому что две вещи улавливаются. Даже три. Эпизодическая ни с чем не связанная мрачность по утрам — это аффект. Стремление продумать будущее — это навязчивость. И убежденность в том, что так оно и должно быть — это, простите, батенька, бредок-с…

Давай-ка, чтоб не забыл, сделай себе татуировку афоризма: «Чем дальше, тем расфокусированней — и это правильно!»

Ну, прикинь — все абсолютно ясно должно быть на ближайшие полчаса. Что будешь делать вечером — ясно на 80%, завтра — на 60%, через месяц — на 40%, к концу года — вообще так теряется в дымке…

Стремление детально знать свое будущее — патологично. И этому учит нас природа. Что с нами случится лет через 30—40? Правильно, в земле будем лежать, медленно соединяясь с ней. Вот это мы точно знаем, но совершенно себе детально не представляем, и это очень хорошо, иначе на жизнь бы не оставалось сил.

Значит так. Рекомендация. Как придет муторная мысль о до́лжной пресловутой ясности отдаленного будущего — восприми это как показатель ненаполненности сегодняшнего дня, как напоминание Сверху о том, что ты недостаточно вложился в сегодняшний день. Придумай еще одно дело. Выучи пять новых слов на английском. Позвони двоюродному братцу. Посети музей, в котором доселе не был. Или сходи лишний раз ко мне.

СТРАННИК:

— А ведь вы правы, Док. Я это замечал. Если чем-то занят, то таких мыслей нет. Учту. Так что не бред это, потому я поддался разубеждению, я понял и согласен, что «визуализировать будущее в деталях» — глупо, деструктивно и грешно. А вашу мантру я татуировать не буду, просто в телефон вобью, как там у вас — «Чем дальше, тем туманней — и это хорошо!», правильно, да?

Диалог — Выбор

СТРАННИК видит — паренек, 25 лет. Привезен мамой из Вышнего Волочка. Говорит мама:

— Не работает, сидит в интернете. И весь такой религиозный, это, наверное, его и инвалидизирует. В психушку класть, что ли? Специально к вам приехали, говорит психолог у нас в Волочке, вы в религиях разбираетесь… И работать не хочет. Посмотрите, пожалуйста, и диагноз поставьте… У нас так лечили его рисполептом.

Интересно. Входит упитанный юноша. По виду — ну как Ошо. Только в левом ухе две серьги. Депрессии и дефекта нет.

СТРАННИК:

— Смотрю фильмы Бергмана и Антониони, слушаю «Нектар», читаю «Шантарам», а что до работы? Ну нет ее… Я не курю, не ем мяса, рыбкой балуюсь, да, пробовал разные практики: и «Харе Кришна», и кружиться по-дервишски пробовал, так, приятный холодок в голове, и Блаватскую почитываю…

СПУТНИК:

— А зачем, брат?

СТРАННИК:

— Ну как же, о том, что после смерти будет, надо ведь стараться…

СПУТНИК:

— Не надо. Прежде чем состояться в Вечности, надлежит сбыться в жизни. Ты есть пока кто? Ну, типа Ефим, ту ды, ту сим… Прежде чем стать сущностью в Бесконечности, надо явить себя здесь, состояться в конечности.

СТРАННИК:

— Да ничего не интересно. Ну не люблю я пива. И работы по специальности нет. А в интернете — там и общение, там и мантру новую можно выучить…

СПУТНИК:

— Типа «Ом мани падме хум»?

СТРАННИК:

— А откуда вы знаете, да, именно ее я сейчас медитирую. Можно?

СПУТНИК:

— Уже хорошо. То, что ты спрашиваешь совета… Медитируй, бабка, медитируй, Любка, медитируй, ты моя… А серьезно говоря, ты индийскую духовность уважаешь?

СТРАННИК:

— Так это самое мое.

СПУТНИК:

— Ну вот давай присматриваться… Как у них было лет четыре тыщи уже… Три возраста человека. Бхакти — с 10 до 25, ты учишься и определяешься, Грихастха — с 30 до 50, ты самостоятелен и делаешь близких счастливыми, и когда у тебя вырастают благополучные внуки, ты — саньясин/санниази, ты закрываешь за собой дверь дома, чтобы больше туда не вернуться. Ты странствуешь и попрошайничаешь, и умираешь в джунглях.

И что-то подобное было у нас, вспоминай, когда бояре после благоустройства детей расходились по разным монастырям, более не видя друг друг друга, как родители преподобного Сергия — Кирилл и Мария.

И сейчас у тебя период стать грихастхой. То есть обеспечивать себя и тех, за которых ты решаешься быть ответственным. Стать человеком в прагме жизни. Так, чтобы 8 часов на упорный труд, 8 часов на то, что ты хочешь — это либо духовность, либо досуг, и последние 8 часов на тупой сон. Вот тебе послушание на ближайшие десять лет.

СТРАННИК:

— А вот еще я слышал, что некоторые, у кого что-то не выходит, идут в монастырь…

СПУТНИК:

— Ересь и чушь. Все на свете состоит из мотивов «сделать ОТ» и «сделать ДЛЯ». Те. кто идет в послушание «от» — надменны от своей слабости и лени. Те же, кто отваживаются «для» — от чего-то отрекаются.

Отречься может либо святой, либо душевнобольной. На святого — не тянешь, увы, а в шизофреники я тебя пока записывать не буду. Итак, чтобы от чего-то ОТРЕЧЬСЯ, ПОПРОБУЙ ИМЕТЬ ЭТО ЧТО-ТО.

Христос во сколько начал проповедовать? В 30 лет? Отлично. К этому времени, надо полагать, Он стал отличным плотником. Сделай так, чтобы ты был в чем-то реально отличным.

СТРАННИК:

— А можно мне медитировать?

СПУТНИК:

— В свободное от становления себя время. А становление себя состоит в интерформации. Ой, прости, незнакомое тебе слово. Это тезис моего учителя, священника и психотерапевта Адриана ван Каама: «Становление себя происходит через взаимодействие с другими».

СТРАННИК:

— Не понял… Но созвучно…

СПУТНИК:

— Стать Собой можно лишь перерастая себя. У нас, православных, существует присловье: «Христианин не спасается в одиночку». То есть сохранить и приумножить себя в Вечности, как бы ты ее ни понимал, невозможно в изоляции. Итак, задание. Погружаться в инет для поиска духовных истин ты можешь ровно на треть времени, что реально взаимодействуешь с другими.

СТРАННИК:

— Вроде вы все правильно говорите. А почему я такой? Я болен или нет?

СПУТНИК:

— И да и нет. Твой диагноз — интровертированное расстройство личности. Скажем так. Я рекомендую тебе несколько лекарств, которые позволят тебе интегрироваться внутренне, для того чтобы уверенно и вдохновенно совершать выход «извне». Итак, программа. Первый месяц: устроиться на работу. Третий месяц: почувствовать себя обеспечивающим материально себя. Шестой месяц: включить в этот круг обеспечения тех, кто дорог тебе сейчас, или ту, которую ты полюбишь потом, что неизбежно при выполнении этой программы. А перед Новым годом жду появления с рапортом об успехах. Или заложим тебя с мамой в психушку… Хочешь?

СТРАННИК:

— Ой нет, мне близко все, что вы сказали. Я уже знаю, что буду делать…

СПУТНИК:

— Если это не сработает, то парадигма «шизик/аскетик» у этого пациента станет очевидной. Ждем августа? Мама успокоена и согласна.

Диалог — Саможаление

СТРАННИК, дама, 55 лет, направлена от кардиолога. Жалобы просты: сжимает в левой половине груди, да так, что порой перехватывает дыхание, при этом абсолютная мышечная скованность, вызывающая тревожное бессилие.

СПУТНИК:

— Та-а-ак… понял, а в руках-ногах ничего не чувствуете?

СТРАННИК :

— Так как же, как иголочками покалывает, потом немеет, потом как словно обездвижит всю, потом отпустит, а потом голова кружится, хоть с ног вались, но чувствую — нет, не свалюсь, доползу…

СПУТНИК:

— Страшно?

СТРАННИК:

— Ну, пару раз, как это началось три недели назад, конечно, тревогой всю накрывало, а потом ничего, чувствую — живу, ну притерпелось, не помру… И кардиолог сказал — это не сердце. И таблеточку ф*****пама дал, все и прошло. И к вам направил. Вообще, я такой заводной была… Несмотря на пьяного отца, умела я убежать от него. И первый муж бил, так я терпеть не стала, через год ушла. А с работой хорошо, да, вполне до сих пор, к своим 60, справляюсь. Ну, сторож я, в гаражах, до этого бизнес-леди была, на рынках торговала, все прибыток. Я вообще жизнерадостна, умела, ну, заводила, что ли…

А тут вот с собакой беда случилась, парализовало ее, ноги отнялись, так с тех пор я почувствовала, что и у меня что-то в груди отнимается, немощь какая-то…

Не, брата два мои от паленой водки померли, ну нормально, ну поплакала, муж когда отошел, тоже сначала на год словно застыла, месячные даже прекратились, грандаксином отпаивалась, а потом подумала: ну, хорошо, теперь свободна, теперь по кино и музеям ходить буду и никакой приятель мне не нужен, ну освободилась… Да, и в Третьяковке была в этом году, а в кино так раз в месяц.

Привыкла я к той собаке. Жалко умертвлять, а как приехали те ветеринары — так меня заковало всю, чувствую — вдохнуть не могу, и сердце: турук-тук-тук… А как ваш кардиолог таблеточку дал, так и отпустило. К вам вот направил.

СПУТНИК:

— Ну вы все поняли, матушка. Вы просто такая женщина 19-го века, из высоких салонов дворяночка, даром что сейчас сторожем працюваете… А так — художественная натура, как те барышни, как что — сразу хлоп в обморок. И те антидепрессанты, что вам неврологи назначали (СИОЗС), вы, это, бросайте. Простой русский ф****пам по восьмушке таблетки да т*****жен по половинке на ночку для вегетостабилизации — через десять дней в порядке будете, да про все забудете, про собачку-то, то я вам точно говорю…

СТРАННИК:

— Да еще лекарств не выписали вы, так я знаю, что быстро в норму приду. То ли вы со мной поговорили, то ли у меня так всегда? Типа дурочка я, что у меня все телом реагирует?

СПУТНИК:

— Типа — да, матушка…

СТРАННИК:

— И славно. От вас как здоровая вышла. Может, и не пить ничего? Так справлюсь?

СПУТНИК:

— Да нет, попринимайте… Мелочишка это, типа витаминов. Недельку для укрепления эффекта.

СТРАННИК:

— Ну хорошо, ну уж я вам подарочек тогда принесу… Знаю, что хорошо будет…

Диалог — Решимость

СТРАННИК, полноватая дама-менеджер под 50:

— Да, мы как-то с вами встречались один раз года три назад. Тогда говорили про мои отношения с мужем. Встреча помогла — я стала более решительной и теперь я одна. Что хорошо и комфортно. Но. Тогда я не сказала, что уже лет десять я одержима одним страхом — это паническая боязнь длинного эскалатора в метро. Просто тогда я увидела, как по эскалатору, идущему вверх, скатывался вниз очевидно пьяный. Кажется, он даже и финишировал без повреждений. Но с тех пор всякий раз, едучи вверх, я выбираю местечко, чтобы впереди и позади меня на ступеньке кто-то стоял — для страховки. И все равно принимаю позу бегуна — склоняюсь вниз, не гляжу на стены, а лишь считаю, сколько еще осталось, судорожно сжимая поручень. Выхожу с сердцебиением и чувством «ну все позади». И часто избегаю длинных эскалаторов, зачастую удлиняя себе пеший путь или пользуясь наземным транспортом.

СПУТНИК:

— М-да, трудненько нам будет. Вы уверены, что хотите с этим справиться? А может, пусть будет в жизни хоть одно омрачающее обстоятельство?

СТРАННИК:

— Все-таки хочу. Потому что умом понимаю нелепость. Самолетов не боюсь, никаких других навязчивостей нет, и настроение, знаете ли, хорошее.

СПУТНИК:

— Как в тот раз вы пришли один раз, так и в этот, наверное, стоит дать вам исчерпывающие рекомендации.

Начнем с видения проблемы. Путь к избавлению не будет быстр. То, что длилось десять лет, не уйдет в десять дней. Хотя…

Все зависит от степени вашей решимости. Каждый раз, когда вы делаете уступку страху, он отвоевывает новые рубежи вашей души и закрепляет свои тылы. Когда вы избавляете себя от панических приступов, не спускаясь в метро, вы даете страху возможность быть, признавая его наличие и целесообразность.

Путь один — тренировка. Штрафуйте себя за каждую ситуацию отказа от эскалатора — лишайте себя ужина.

СТРАННИК:

— Да, мне тоже как-то понялось, что избыток моего веса — это как бессознательная страховка от падения мягкостью тела…

СПУТНИК:

— Угу. Хорошо, что мы на одной волне, продолжим.

На низеньких эскалаторах в торговых центрах, знаете, отрабатывайте навыки езды, не держась за поручень.

СТРАННИК:

— Так это я и так могу.

СПУТНИК:

— Не улавливаете суть? Смысл в принуждении себя к тренировкам. Даже медведя в цирке за пару лет научат ездить по арене на мотоцикле. Усложняйте задания себе! Если свободно едете без поручня — постарайтесь подняться, стоя на одной ноге.

СТРАННИК:

— Ага, кажется, понимаю, самой себя ввергать в это и увеличивать нагрузки?

СПУТНИК:

— Именно. Точно. Представьте, что вы тренируетесь на чемпионат мира по новому виду спорта — «беспроблемная езда на эскалаторе без правил». И смелее нарушайте правила. Победительницей станете тогда, когда одолеете самый длинный эскалатор. Кажется, на станции метро «Парк победы», на нем еще все фотографируются иногородние. Пусть кто-нибудь щелкнет и вас, едущую вверх, не держась за поручень, разглядывающую рекламы на стенах и поджавшую под себя ногу.

СТРАННИК:

— Да разве это когда-нибудь возможно?

СПУТНИК:

— Зависит от степени вашего желания, подкрепленного изнуряющим трудом. Ведь что с вами произошло — образовался условный рефлекс. И его можно «разомкнуть» тем, что, мол, проехала — и не страшно.

Уделяйте двадцать минут в день простому передвижению по эскалаторам — от невысоких до длинных.

Штрафуйте себя за то, что не делаете этого. И за страх штрафуйте. Как затряслась — так ущипни себя за ляжку. Болью страх перебивается, коли нет любви. А как начнешь искать и найдешь нового партнера на закат жизни, так при первом поцелуе на подъеме весь страх и пройдет. Как молодежь-то нынче целуется, а сама последний раз вспомни. В Новом Завете написано — «Любовь изгоняет страх».

Чтобы первые разы убрать страх, за полчаса до опыта подъема — таблетку под язык рекомендованного вам транквилизатора.

И принцип такой — чем старательней, мотивированней и интенсивней вы станете заниматься этим, даже выволакивая себя в метро на выходные дни, тем скорее вы победите эту укоренившуюся в вас матрицу страха. Как зацепило вас, так и отпустит. Вперед!

Диалог — Злость

СТРАННИК, ей чуть за 60:

— А все пять лет назад началось, после операции. Ну, приливы начались. И я в постоянном напряжении. Все время прислушиваюсь к себе, порой три раза давление перемеряю, а на четвертый, гляжу, оно и повысилось. Я тогда в панику. И сердце тогда так бухает, так ухает. И страх, что остановится, что умру.

СПУТНИК:

— Та-ак, узнаваемо, полечим. Ну, а вообще, как жизнь к пенсии складывается?

СТРАННИК:

— Да все ничего, доктор, вот недавно с мужем с курорта вернулись, не голодаем, слава Богу, порой и в театр стараемся выбраться…

СПУТНИК:

— Значит, такой счастливый закат жизни получается…

СТРАННИК:

— Ах, если бы, доктор. Все бы ничего, да вот зять огорчает. Дочка-то у нас одна, умница, на высоких должностях работает, внучку родила, а вот с зятем беда — и девочку нам дает неохотно, потому что сам с ней сидит и не работает, ну разве так мужчины поступают, и с нами сквозь зубы общается, лишний раз слова не скажет, не посоветуется. Не заботится он о нашей дочке-то, я-то знаю, как ее с утра накормить, а он все о себе думает, такие ботинки себе покупает, ну за 10 тысяч, доктор, да что ж такое, я и дочери уже говорила: выгони, мол, его, а она: «Да люблю я его, мама, он со мной ласковый, а денег я заработаю». Я уж и к гадалке ходила, та мне сказала, что приворожил он ее. Ну нет, не пьет он и не гуляет, и нас с днями рождения поздравит, но как? Без почтения, без уважения, без тепла, что-то пробормочет в телефон, ух, сдох бы он, что ли, так подсыпать ему яду, что ли, порой думаю, прости Господи, но ведь дочка-то без него не выживет, счастлива она с ним.

СПУТНИК:

— И как давно они так счастливы вместе?

СТРАННИК:

— Вот лет пять, как ушла она от нас к нему.

СПУТНИК:

— Так, может, и не от операции у вас состояние тревожное, а с того, как вы стали злиться на зятя. У вас ведь ощущение подспудное, что дочку у вас отняли и ей недодают потребной ей заботы, что вас при этом недостаточно чтят?

СТРАННИК:

— А что, разве не так, доктор? Ох, он и проходимец!

СПУТНИК:

— А вот давайте знаете как полечимся? Перестанем-ка на недельку выделять во Вселенную негативные эмоции, а? Не допускать ни одной дурной мысли о зяте. Ведь главная его заслуга — дочку вашу он сделал счастливой, а под вашим счастьем родительским он не подписывался…

СТРАННИК:

— Ну он же такой не…

СПУТНИК (перебивая):

— А вот стоп! Вы ведь хотели сейчас опять сказать нечто скверное о нем, да? Прекратите, пожалуйста. Хотя б в эгоистически лечебных целях. Ведь, если разобраться, ваша тревожность и боязливость, она что? Это всего лишь «прокисшая злоба», которую вы не можете высказать дочке, потому что она вас здесь не слушает и правильно. Ваша задача — выдрать злобу из себя. По возможности, оказать зятю при ближайшем контакте не лицемерную приветливость. Пирожков ему напечь, но не с ядом, а с чем он любит, предварительно выяснив. И давайте — лечение добром с изничтожением обиды в вашей душе в течение десяти дней, а там приходите, посмотрим, нормализуется ли ваша вегетатика и без всяких таблеток. Уговорились?

СТРАННИК:

— Ох, не знаю. Но, коли вы как врач настаиваете…

СПУТНИК:

— Ага, именно как врач…

Диалог — Стоп

СТРАННИК, очаровательная девушка поздней молодости, преуспевающая в избранном амплуа артистки балета, но «буксующая» в установлении доброкачественных партнерских отношений — романа или брака:

— Вот, думаю, маму ближе себе поселить. Она в пригороде, говорит скучно ей там одной-то. У нас с ней очень близкие отношения — мы как подружки, я с ней всех своих парней обсуждаю. Ну и отдыхать с ней вот недавно ездили, а куда она одна-то. Я ведь как единственная у нее должна ее поддерживать. Она тоже очень переживает за мое одиночество. Говорит, что нужно подстраховаться, квартиру себе лучше купить, я сейчас могу это себе позволить.

СПУТНИК:

— А вот тут осторожнее, сестренка. Я бы назвал порой распространенный сценарий в отношениях стареющих матерей и их хорошо адаптированных дочерей «комплексом медузы», когда моллюск обволакивает свою жертву и переваривает медленно ее, заключив в себя.

Оно ведь как? Мне доводилось наблюдать, как клиентка поглядывала на часы. На молчаливый вопрос прокомментировала: «Мама так обо мне тревожится, что я должна быть дома не позже девяти вечера, а то у нее от тревоги за меня повысится давление, а если меня не будет дома ночью — так вообще с инфарктом ее увезут. И еще, раз в час должна отзваниваться, рассказывая о происходящем со мной».

Ну, это крайний случай. Но вот представь, если влезть очень глубоко в мотивационную систему дряхлеющей женщины. Когда ей будет комфортнее — когда дочь счастлива с мужем и детьми или когда дочь рядышком и поддержит и душевно, и материально? Если, воспитывая ребенка, мать движима инстинктом сохранения потомства и проявляет самопожертвование, то наличие рядом взрослого сильного потомства удовлетворяет древний, вшитый в нас природой инстинкт самосохранения.

Отсюда рекомендация — помедитируй над тем, что забота матери там, где это не требуется, и запрос на осуществление подобной заботы о ней может идти вразрез с твоими интересами устройства именно твоей семьи, где мать будет обречена существовать на периферии. Следовательно, обсуждение с ней твоих отношений с потенциальными партнерами может вызывать неосознаваемые ею манипулятивные реакции по введению тебя в заблуждение, дабы ты дольше обреталась в позиции «дочери», нежели обрела статус «жены» и, наконец, «матери».

Словом, как это в Евангелии: «Да оставит человек отца и мать свою…» В общем, солидаризуясь с предыдущим поколением, ты существенно обедняешь свои ресурсы для адаптации в нынешнем.

СТРАННИК:

— Да, это никогда не приходило мне в голову. Но ей же будет больно, если я стану меньше с ней общаться, отдалюсь от нее…

СПУТНИК:

— Да, пожалуй. Но хорошая терапия — это та, которая приводит к результату. Мы идем только навстречу твоему запросу. То, что у тебя пока это не получалось самой, без помощи специалиста, свидетельствует о некоторой степени дисгармонии. Помнишь, в прошлый раз мы говорили о «короне» на твоей милой головке, «сияние которой выжигает все живое в диаметре пяти метров вокруг тебя». Ты рассказала о том, что корону осознали, сняли и появились уже три потенциальных поклонника.

Итак, внутреннее изменение есть единственный механизм психологической терапии. Но любая трансформация может быть связана с болью. Если рука неправильно срослась — ее ломают, чтобы кости срослись наиболее правильно. Так же с реструктурированием личности — иногда это бывает болезненно.

Диалог — Парность

СТРАННИК, 30 лет:

— А все началось у меня в 18 лет. До этого уверенный в себе и даже безрассудный какой-то, в смысле без комплексов. Это сейчас любой выбор ввергает в шок, боюсь последствий. А когда тогда решил заняться практикой йоги, поразила мысль — наши мысли материализуются. Значит, если из благих побуждений можно сотворить себе хорошую фигуру и здоровье, то плохими, злыми мыслеобразами можно повредить себе. С тех пор и началось — то сердце схватит, то колени подгибаются, то в горле ком. А еще…

СПУТНИК:

— Нажимаем кнопку «пауза». Итак, ты продолжаешь считать, что мысль непременно превратится в состояние тела, и тебе страшно за этим не уследить?

СТРАННИК:

— Ну да. А разве нет? Вот если человек смотрит телевизор и услышит об авиакатастрофе, неужели он не будет бояться летать в ближайшее время?

СПУТНИК:

— Представь себе — нет. Гармонично устроенный человек — нет. Как, допустим, узнав о смерти детей в Судане от голода, он не пустит свое воображение до собственной смерти от нехватки пищи.

СТРАННИК:

— Ну как так? Я все распространяю на себя.

СПУТНИК:

— А давай поменяем аксиомы, пробуем поменять базовые установки, которые заложились в фундамент твоих ценностей? Вот ты движим обеспечением своей безопасности, да?

СТРАННИК:

— Не только своей, но и других. Когда я покупаю игровую приставку ребенку, сыну своих друзей, я боюсь, а не будет ли у него пристрастия к ней и я буду в этом виноват. Или когда я выбираю 3D-телевизор как подарок на свадьбу, мне кажется, что по нему они могут получить вредное манипуляционное воздействие, вы же читали об этом, доктор?

СПУТНИК:

— Много читал, да немногому верю. А вот сейчас пойдешь по темноте от кабинета до метро, и нападут на тебя — так что, пистолет с собой носить? А вот мы беседуем в тепле, а вдруг потолок обвалится — не лучше ли встречаться под открытым небом, там риска нет? Только ветрено и холодно этой осенью…

СТРАННИК:

— Так что вы мне рекомендуете, пофигизм?

СПУТНИК:

— Можно назвать и так. С уточнением — табуирование мыслей о возможных негативных последствиях. Читаешь о катастрофах — щит «меня это не касается». Ощущаешь дискомфорт в организме — щит «будет совсем плохо, заберет скорая». А пока за все мысли о себе щипай себя до боли.

Второе. Знаешь, у по-настоящему верующих людей я не встречал тревожных неврозов. У них убеждение: «Боже, если Тебе это надо, я пройду через инфаркт и инсульт». Но с обыкновением доверять, даже инструкциям на приставках и телевизорах, у тебя как-то не выходит, тогда…

Третье. В первой главе Библии написано: «Нехорошо человеку быть одному». А попробуй в терапевтических соображениях жить в паре и передоверить своей подруге заботу о своем здоровье. А сам сосредоточься на карьере, скажем. И пусть то, что тебя волнует, разруливает она. А будет ребенок, так вообще, как вы оба себя чувствуете индивидуально — перестанет вас волновать.

СТРАННИК:

— Я не очень понимаю, как все это подходит ко мне и почему?

СПУТНИК:

— Потому что матрица твоих убеждений вызвала понижение порога физиологических ощущений. Если его еще чуть снизить, ты будешь чувствовать шелест бронхов при дыхании, ток желчи из печени в желудок и шуршание течения крови по сосудам.

Лекарствами мы подняли планку осознавания телесных сенсаций. Продолжим еще. Идеал — перевод тела в режим автопилота. И разумное пренебрежение низкими вероятностями риска телесной опасности.

СТРАННИК:

— То есть вы предлагаете мне стать как алкоголик, которому плевать на все последствия для здоровья?

СПУТНИК:

— Я предлагаю тебе сознательно перестать быть параноиком, который учитывает ВСЕ возможные опасности для здоровья. Каковым ты и являешься…

СТРАННИК:

— Я подумаю… Я приду через неделю, хорошо?

СПУТНИК:

— Да что ж в этом может быть плохого, сынок?

Диалог — Навязчивость

СТРАННИК:

— А вот я еще раньше забыл рассказать, что читаешь какие-то страшные вещи в святоотеческих писаниях, так и все думаешь, что плохо потом будет.

СПУТНИК:

— Мы знаем, что у тебя ОКР, то есть любые мысли и страхи могут прицепиться к тебе надолго. В связи с этим предлагаю: читать только ту духовную литературу, которую порекомендует именно тебе исповедующий тебя батюшка. Из тебя в Таинстве вышли грехи, он их услышал, ему откроется, что тебе надо для эмоционального укрепления на ближайший месяц. И ты на духовном уровне практикуешь аскезу отрицания собственных предпочтений, а на душевном — получаешь безопасность, ведь ответственность за прочитанное тобой лежит на посоветовавшем тебе. И тут не испугаешься, уверяю.

СТРАННИК:

— А вот я еще чувствую, что недостаточно хорошо работаю. Когда сказать начальству об этом — сейчас или потом, когда буду работать лучше?

СПУТНИК:

— А вообще не говорить. Оценка работы лежит отнюдь не на тебе, а на дающем тебе работу. Покаяние перед шефом не входит в формат взаимодействий на социальном уровне.

СТРАННИК:

— И еще кажется, что в будущем меня ждет участие в «откатах». Ведь это же плохо морально? Как с этим быть?

СПУТНИК:

— В будущем? Вот тогда об этом и поговорим. Сегодня не надо практиковать «откаты»? Стало быть, «довлеет дневи злоба его».

СТРАННИК:

— И перед женой я частенько лукавлю. Бывает, куплю книжек на тысячу рублей. Она спросит, где деньги, я что-нибудь совру.

СПУТНИК:

— И молодец. Ведь ты это делаешь для ее эмоционального равновесия? Значит, во благо. Считай, безгрешно, ведь нет такой заповеди «Не обмани».

Вот так и взаимодействуем… Мне отвечать несложно, ему ответы ложатся на душу. Я и не знаю, психотерапия ли это?

Диалог — Вектор

СТРАННИК, мужчина чуть за 50:

— Сердце у меня постреливает, доктор, я не знаю, почему кардиолог к вам направил…

СПУТНИК:

— И до этого дойдем… А чем, голубчик, занимаетесь?

СТРАННИК:

— А зачем вам это? Ну предприниматель я. Но от дел отошел. Так что даже не спрашивайте…

СПУТНИК:

— Ладно, не буду. Чем попроще поинтересуюсь… Вот как вчерашний день прошел?

СТРАННИК:

— Ну, как у всех. Встал, умылся, позавтракал, на прогулку пошел. Хотел потренировать сердце, но, видимо, напрягся, оно как-то там переворачиваться стало. Я в поликлинику, а кардиолог говорит, никаких изменения на поставленном накануне мониторе и нету. Что со мной, даже и не знаю. И врачи не знают. Беда.

СПУТНИК:

— Ну, батенька, есть у нас, у врачей здешних, одно предположение. Проверим? Вот, по вашим словам, от бизнеса вы отошли. Отдохнуть затеяли, здоровьишко поправить. И вот это было, предполагаем мы, неправильно. Ведь вы перекрыли, установили блок для инвестирования жизненной энергии ВОВНЕ и пустили присущую вам остроту ума и быстроту действий ВОВНУТРЬ. Вы не учли того, что организм должен работать на автопилоте. Вы решили поднастроить неплохо работающий механизм организма. Представьте, что неопытный механик поднял капот неплохо бегающего «Мазератти» и решил что-то подкрутить отверточкой. Сбои там я вам гарантирую. Как и в вашем случае. Вектор внимания, направленный вовнутрь организма, непременно вызовет какие-то игры тела с мозгом. Появятся зажимы, растяжки, учащения, покруживания, покалывания, подбаливания, и чем более они остаются в зоне осознанного боязливого восприятия, тем более они множатся, разнообразятся, хронифицируются. Поднять порог восприятия, дабы не ощущать, как раздуваются альвеолы, струится желчь в протоках, что-то перемалывается, двигаясь по кишочкам, набухают слизистые, открываются клапаны — нам не нужно этого ощущать.

СТРАННИК:

— Ну, предположим… А что тогда делать?

СПУТНИК:

— Коли полностью обследованы и патологии не выявлено — то жить на полную катушку.

Займитесь делом ВНЕШНИМ. Поиграйте в курс ценных бумаг. Отправьтесь на катамаране на Южный Урал. Если неженаты, поглядите на провинциальных молодых девчонок с целью быть реальным «папиком», я имею в виду пополнение семейства. Займитесь боксом, мало ли, придется защищать себя. Вспомните, нет ли у вас способностей к живописи или музыке, чем занимались в юности, и развейте их, наконец. Поживите три летних месяца трудником в Соловках. Если ничего из предложенного не зацепило, выучите китайский язык — три года напряженной умственной загрузки гарантирую.

Но, гляжу, вы улыбаетесь… И правильно. Это всего лишь психотерапевтический массаж вашего разума. И последовать любой рекомендации будет ложным, ваше истинное призвание внутри вашего сердца, и только вы его знаете. Вглядитесь в себя и начните выполнять свою миссию, ради которой вы пришли в этот мир.

Диалог — Зависимость

СТРАННИК:

— Я пришла к вам, потому что прочитала ваш блог. Там есть ну прямо про меня. Я думаю, вы единственный, кто мне может помочь.

СПУТНИК:

— Ох, ну, в моем блоге много чего есть… И про многие случаи. Вы-то ко мне по какому из них?

СТРАННИК:

— Ну вспомните, вы описали три случая патологической зависимости от любви. Вот и я в той же ситуации…

СПУТНИК:

— Да-да, было. Но помните, ни в одном из них я не смог реально помочь…

СТРАННИК:

— Ну мне хоть выговориться. И это будет лучшая помощь. Потому что это переполняет меня. И я не могу ни с кем поделиться. Мужа обманываю, подруги отшатнутся, родители не поймут.

А затем история. Майе 35, бухгалтер небольшой фирмы. Замужем за Николаем уже 12 лет, встречались со школы, казалось, вот уж незыблемый брак. Родила ребенка, потом второго, в общей сложности 9 лет была в отпуске по уходу за ребенком, потом вышла на работу, чуточку отвыкнув и от современной бухгалтерии, и чуть потеряв хрупкость фигуры. Коллектив небольшой, но приятный, и сотрудник Вадим, лет на 5 младше, холостой, ветреный и обаятельный вдруг стал вовсю приударять за ней.

СТРАННИК:

— Вначале пригласил в кафе после сдачи годового отчета. Ну что тут, казалось бы… Посидим, расслабимся, выпила сладкого сливового вина и так поплыла — от нежного внимания ли, от атмосферы разомлела, но тут он привлек меня к себе и поцеловал. И знаете, доктор, я не отстранилась. Это было так приятно и казалось таким… ну таким… заслуженным, что ли, как будто до этого я была обделена простым женским счастьем, производным от такого естественного мужского внимания.

Стоит ли говорить, что мужа я люблю, Коля — он родной, но тут не так пресно, а словно вырывает из рутинной действительности. Придя домой и перемывая посуду за семьей, я чувствовала себя такой «микст» — виноватой, грязной, но стремящейся испытать больше. И на работе следующим днем я сама провоцировала Вадика на комплименты, он предложил прогуляться, и мы стали обниматься самозабвенно и всерьез, а потом он стал предлагать большее — наверное, раз нас так тянет друг ко другу, то этому не надо сопротивляться, в мире так мало радости и любви, и если мы хотим побыть вместе, то надо просто найти место, и вот на следующей неделе я уже сняла номер в почасовой гостинице, и это было великолепно. Нет, не сам секс, хотя и это было здорово, совсем не так, как с Колей, а с пряным привкусом запретности, и потом он не переставал восторгаться моим телом, моим интеллектом, моей душой.

И это длится уже полгода, доктор. Я извожусь, не получив от него нежной эсэмэски. И при этом острое чувство вины — а Коля-то в чем виноват? Узнай он об этом — семьи уже не будет. А без семьи и без мужа для меня не жизнь. И спросить совета не у кого. Вот, блуждая по Сети, прочитала ваш постинг и подумала, что только вы поймете. А куда еще?

СПУТНИК:

— М-да, наверное, надо мне открыть Лабораторию Исследования Любовной Зависимости (ЛИЛЗ, сладко, облизывающе звучит). Вот только спонсоров найти…

А если серьезно, то, кажется, в отличие от тех случаев, вам я могу помочь. Потому что у вас есть мотив — свербящее чувство собственной неправоты.

Хотя есть два фактора, смягчающих вашу вину, если только такая задача стоит перед мной. Первое: согласно неумолимой статистике опросов, 30% женщин и 70% мужчин не соблюдают обета беспрекословной верности в браке. И второе — не замечали, что это ощущение недолжности происходящего с вами ведет вас к проявлению дополнительной заботы о семье? Народ — не дурак, сложена ведь циничная поговорочка: «Здоровый левак укрепляет брак».

Но это снятие вины на функциональном уровне, так сказать, в душевно-психологической системе координат. И если мы с вами отважимся на нравственную оценку ситуации, ведь изучая мой ЖЖ, вы столкнулись с моей идентификацией как религиозно-ориентированного психотерапевта, так что, хотите продолжить?

СТРАННИК:

— Да, конечно, я не могу назвать себя воцерковленной, но любое обсуждение, которое покажет для меня путь от безысходности, в которую я себя загнала, будет, наверное, полезным.

СПУТНИК:

— Хорошо. Тогда будем считать, что вы решились на терапию самого высокого уровня. Суть нашего подхода в опоре на традиционные ценности, те, которые оправдали себя устоявшимися подходами к решению проблемы на протяжении тысячелетий. Вдохновлявшими людей и ведущими к раскрытию их горизонтов бытия на новых, более высоких уровнях.

Но начнем не спеша. Итак, пошаговая стратегия. Для начала поймем и примем, что вы абсолютно бессильны перед этим «искушением». Далее. Опираясь лишь на саму себя, вы не в состоянии сделать и шага. Ради сохранения семьи вы не готовы прекратить отношения с Вадимом, и ради отношений с Вадимом вы не готовы оставить семью.

Молиться и каяться вы не умеете, да и особо не верите в эффективность этого. Признание себя на площади великой грешницей с публичным раскаянием посреди толпы не для вас, да и, правду сказать, не под силу принять апостазийному миру.

Но есть шаги, шажочки, которые вы можете сделать. Для начала ликвидировать культивируемый вами миф об исключительной радости встреч с Вадимом. Вам надлежит озаботить его тем, что к счастью встреч примешивается боль о том, что вы, по сути, предательница семейного очага в вашем представлении. Весьма верном в выбранной нами системе восприятия мира.

СТРАННИК:

— Господи, а он-то в чем виноват? Свободный мужчина, имеет право… Зачем я буду доставлять ему страдания? У него и так все непросто.. А вдруг он меня бросит? Это будет совсем невыносимо мне!

СПУТНИК:

— О, как много в одном слове… Пошли по пунктам. Начнем с отрезвляющего от апостола — «Или не знаете, что совокупляющийся с блудницею становится одно тело с нею? ибо сказано: два будут одна плоть» (Коринф, 6:16). Так вы с Вадимом одно тело, так что справедливо будет, если вы будете вместе переживать страдания друг друга.

Может, он пошлет вас с вашими ламентациями. Тогда все равно будет энергетическое перераспределение, простите за чуть неправославно звучащий, чисто метафорический термин. Словом, нечто изменится, и с этим можно будет работать. Верно?

Далее, имеете ли вы на это право? Так ли безгрешен Вадим? Прислушаемся непосредственно к Спасителю, ну, помните про жернов? (А именно: «Сказал также Иисус ученикам: невозможно не прийти соблазнам, но горе тому, через кого они приходят; лучше было бы ему, если бы мельничный жернов повесили ему на шею и бросили его в море, нежели чтобы он соблазнил одного из малых сих». ) Хотите спасти Вадика от бросания в море? Пусть попытается что-то сделать с той ситуацией, которую он инициировал. Откажется — вы, возможно, измените свое отношение к нему. Согласится — это откроет новые перспективы осознания ситуации.

В общем, у вас один враг — трусость. Малодушное стремление оставаться в стагнации и ничего не менять. Рискните на наименьшее — озвучить свое страдание перед человеком, которого вы, как говорите, по-своему, по-особенному, в отличие от родного мужа, любите. У вас будет (говорю по опыту общения с подобными несчастливками) искушение — ничего не делать и высокопарно страдать. Приводить себе бесчисленные саможалетельные отмазки, почему не стоит ничего менять. Тогда еще одна возможность — если вмешается бес-саботажник, просто напишите мне, почему вы не находите это нужным, приведите аргументы, почему этого не стоит делать. Только не пропадайте, не углубитесь в греховную пропасть безысходного статического могильного молчания, договорились?

Диалог — Инфантилизм

Они стучатся и пытаются пройти в кабинет вместе:

— Ой, а можно мы вдвоем? — говорит грузная женщина средних лет и заботливо усаживает в кресло хрупкую девушку-ясноглазку со стрижкой «каре» и ярким макияжем. — Я сейчас вам все про нее расскажу, она какая-то нервная, все время напряженная, у нее, наверное, депрессия, — частит она.

— Секундочку, мадам, — парирует СПУТНИК, — она у вас немая?

— Да что вы, просто я думала, что лучше про нее расскажу, я же мать. Нюр, ну ты скажи, как тебе удобнее, — суетится заботливая мамаша, — ну если надо, я выйду, но ты (обращаясь к дочери) ничего не бойся, все расскажи врачу, — и, вздохнув, уходит.

СПУТНИК:

— Итак, как зовут вас, милое дитя, и сколько вам лет?

СТРАННИК:

— Аня. Мне тридцать два уже.

СПУТНИК:

— Замечательно, Анечка, итак, что вас беспокоит?

СТРАННИК:

— Ну, мне все время страшно. Когда выступаю — волнуюсь, а бывают истерики, не могу расслабиться. Постоянно в окружении других людей мысли — а что они обо мне думают. Иногда встречаюсь с друзьями, но их у меня мало. Отдыхаю только с родителями. Да, было у меня два романа. Первый — лет 10 назад, но тогда парень меня обманул, за моей спиной встречался с моей подругой. С тех пор я ни одному мужчине не верю. И, наверное, их боюсь. Еще у меня страх, что мужчина отвергнет меня, увидев с утра без косметики, ведь у меня еще прыщики подростковые бывают. Второй полгода назад закончился. Мы несколько месяцев встречались, но когда мне стало ясно, что у него серьезные намерения, он сразу стал меня раздражать — шарканьем при ходьбе, манерой разговора, как он сморкается наконец… Я к чему-то придралась и порвала с ним…

СПУТНИК:

— Знаешь, мне кажется, что все твои страхи — от недоверия, а недоверие — от стремления самосохраниться. Причем в наиболее приемлемом для тебя внешнем виде.

СТРАННИК:

— Да-да, так и есть. Знаете, я еще очень боюсь смерти. И старости. Старости даже больше. Я не вижу для себя жизни после сорока лет. И детей у меня, наверное, не будет. Я сама не готова. Я чувствую себя на 18 лет. Последние выходные я каталась на роликах. Через две недели я лечу с мамой и папой в Турцию, как в прошлом году. Так мне как-то спокойнее.

СПУТНИК:

— Это иллюзия спокойствия. Оставаясь дочкой и отказываясь от самостоятельности и самостояния, ты расплачиваешься тревогой за то, как тебя воспримут. Это валюта, которую ты платишь за иллюзии. За свой стиль жизни. И есть два пути получения помощи. Попробуем первый?

СТРАННИК (со скептичной улыбкой):

— Вы хотите, чтобы я стала жить одна и вскоре вышла замуж?

СПУТНИК:

— Нет. Не так радикально, но зато немедленно. Я хочу, чтобы ты подошла к умывальнику и смыла всю косметику. И так отправилась домой без мамы. Всего лишь. Для начала.

СТРАННИК:

— Это невозможно, доктор. Только не это. Я даже на пляж не выхожу, не подведя глаза. Я даже на велосипед не сажусь, не наложив тональника. Я даже до магазина не выйду, не проведя двадцать минут перед зеркалом. Я каждое утро встаю на 40 минут раньше, чтобы к тому времени, как все проснутся, появиться перед близкими аккуратной.

СПУТНИК:

— Твой выбор. Только тогда будь готова к расплате за перпендикулярность своего бытия природе и цивилизации. Это либо тревога, либо прием психотропных средств, купирующих ее в известной степени, что тоже для организма небезвредно.

СТРАННИК:

— Пусть так, доктор. Выписывайте! А мне к вам еще приходить?

СПУТНИК:

— А это как захочется. А не как мама скажет. Захочешь работать над собой, порой трудно ломая себя, но исходя из очевидности здравого смысла — you are welcome… Потребуются еще таблетки — тоже не закрою двери. А просто для жалоб без готовности измениться — ну, тут, пожалуй, побереги мое время и свои деньги. И погугли, пожалуйста, в интернете динамику, что ждет людей по возрастам при синдроме Питера Пэна…

Диалог — Искренность

СТРАННИК:

— Да уже ко многим тут врачам обращалась. Вот ночью, бывает, как подбросит меня на постели среди сна и вливается в меня ну прямо адский холод. Вся дрожу, зуб на зуб не попадает. И страх. И ступор. И, главное, в комнате-то тепло, а изнутри все в ледяном оцепенении. Через полчаса отпускает. А еще головные боли бывают, и такие адские — словно яркая электрическая дуга между глазом и ухом пульсирует.

СПУТНИК:

— Это жалобы. А про жизнь что скажете?

СТРАННИК:

— Пятнадцать лет назад погиб муж. Геройски. Я им до сих пор горжусь, с ним никто не сравнится. Вот я и на мужчин смотреть не могу. Только работаю. А муж словно постоянно смотрит на меня откуда-то сверху и словно подсказывает, что мне делать, а порой и наяву словно где-то в углу его очертания вижу.

СПУТНИК:

— Так, несчастливость понял. А радости-то в жизни какие?

СТРАННИК:

— А ведь совсем никаких радостей нет, доктор. Сама я из Хабаровска, там мама осталась и могила мужа. Вот и работаю семь дней в неделю без выходных. Вечером в 11 домой прихожу и спать. Две недели отпуска — домой к маме, там плачем вместе. Ну совсем ничего в жизни хорошего нет. Так и задумаешься порой — а зачем такая жизнь, может, лучше что с собой сделать, чтобы разом все прекратить? Или в монастырь уйти, часто думаю?

СПУТНИК:

— А что, в монастырь, говоришь? Ты чего, церковная, что ли, девочка?

СТРАННИК:

— Ну да, иногда даже исповедаюсь и причащаюсь.

СПУТНИК:

— Странно, что не то что в монастырь, а что тебя из храма-то не гонят, анафемы не накладывают.

СТРАННИК:

— А что не так?

СПУТНИК:

— Да ты хуже Иуды… Уж прости, что я так прямо с тобой, по-русски, по-православному… Ведь бо́льшего греха, чем Божий мир проклинать, не придумано еще. Иуда-то по корысти пал, а ты ведь по злобе. Ты ж на весь мир, на родных, на Бога прям обижена, что чуть не нож точишь, ах, как с тобой несправедливо обошлись — мужа в 22 отняли и заменить его некем. Все, блин, неправы. От всех уйду. Повешусь или в монашки. Ну рассуди, если ты веришь не фарисейски, Богу такой выбор от тебя понятен и приятен? Кощунка ты. Вот с тобой нечистый и играет, по ночам-то холодом будя…

СТРАННИК:

— Ой, как встряхнули вы меня. Да, еще ем я. Много. Вот в чем радость одна. Навернешь, бывает, пачку пельменей зараз, вроде и отпускает.

СПУТНИК:

— А вот за это спасибо. Это мы сдвинулись. Наконец сама в себе грех увидела. Пока невинный — обжорство, но это начало. Вот когда откроется в тебе, что ты, дуреха, своей обидой себя же и растравляешь, мир Божий своим безлюбием делаешь холоднее, всех вокруг жирным своим видом пугаешь, являешь собой вернейшее средство отвращения людей от Церкви, ведь рассуди, пообщавшись с тобой, разве кто захочет стать христианином, чтоб на тебя быть похожей? В общем, по-крупному рискуешь ты, девочка, не только гадко еще оставшиеся полжизни провести, но и душу вконец загубишь, растворишь ее серной кислотой обиды. Удумала тоже — монастырь. Туда надо от такого счастья идти, которому мира мало, когда на преображение себя и других радостная отвага тебя переполняет.

СТРАННИК:

— А куда тогда идти? Я вот думала в Институт питания, хоть вес сброшу.

СПУТНИК:

— Вот и умница. Растешь на глазах. Сначала сделайся красивой и счастливой, а главное, чтоб не лицемерить Богу в благодарственных молитвах, а то бормочешь в молитвах «Слава Богу», а сама под тем подписаться не можешь. Значит, сначала будь пригодна миру, а потом уж выбор — либо замуж, либо в обитель. Но чтоб именно это был выбор, а не безысходность. Сумеешь?

СТРАННИК:

— А можно еще к вам прийти? Со мной так никто не говорил, все жалели. А наверно, мне не этого надо.

СПУТНИК:

— Пинка тебе хорошего надо в некогда красивый, а ныне безобразный зад… Подтверди серьезность намерений — придешь ко мне, как три кило скинешь, продолжим душу твою от обиды отстирывать…

СТРАННИК:

— Да-да, я попробую. Ждите через две недели. А завтра же я в Институт питания, пусть диету мне разработают.

СПУТНИК:

— Во-во. Сначала человеком стань, а уж потом, может, и в инокини сподобишься. Равноангельский чин-то, понимаешь… А ты с петлей.. Ну все, раз поняла — иди. И жду. И чтоб приятно на тебя в следующий раз посмотреть было…

СТРАННИК (неожиданно звонко, порывисто, весело):

— Поняла!

Диалог — Невостребованность

СТРАННИК:

— Нет, никто меня не присылал к вам, сама решила, что это по вашей части. Я не понимаю, что со мной. Каждый вечер ложусь в постель, как на эшафот: усну — не усну, и часто ворочаюсь до утра, встаю обессиленной. Стоит зайти в метро, пронзает мысль — ой, а кто поможет, если вдруг станет плохо. Стоит подумать — сразу холодеют руки, перехватывает дыхание, учащенно бьется сердце. Ну, летать, понятно, боюсь. И, главное, причин никаких не вижу, ведь у меня все благополучно. Я красива, умна, и, хоть родилась и училась в Екатеринбурге, сумела стать востребованной не только в Москве, но, наверное, и на Западе у меня есть перспективы.

СПУТНИК:

— Та-ак, я смотрю, вы из тех, что привыкли ежеминутно оценивать происходящее с вами и, если не ощущаете себя на должной высоте, испытываете дискомфорт. Так?

СТРАННИК:

— Абсолютно верно. я должна все контролировать. У меня все расписано.

СПУТНИК:

— Ну-с, смотрим ваше расписание… Во всех графах можно поставить галочку «отлично». А вот в графе «личная жизнь» что?

СТРАННИК:

— Да, здесь ноль.

СПУТНИК:

— Или минус?

СТРАННИК:

— В общем, все с этого и началось, все мои расстройства, год назад, доктор, когда парень, с которым я встречалась, все тянул, а потом и пропал вовсе.

СПУТНИК:

— Ну, вот, причину расстройства мы и обнаружили. Ведь по личностной структуре вы скорее трамвай, который привычно и надежно ездит по рельсам, а не «Хаммер», уверенно прущий по бездорожью. Для вашего душевного устроения с его тенденцией к упорядоченности и принципом «кроме меня лучше меня никто не позаботится» совершенно мучительна и в данном случае явилась триггером невроза ситуация неопределенности в личных отношениях, в которой вы оказались.

СТРАННИК:

— Звучит убедительно. Но что же теперь делать?

СПУТНИК:

— Понять и принять, что у вас хронический стресс — позиция невостребованности в отношении себя как молодой женщины, которая хотела бы жить парой с правильным человеком, но не делает ничего, чтобы осуществить свою потребность.

СТРАННИК:

— Что ж, я табличку на грудь себе повешу — «ищу мужа»?

СПУТНИК:

— Вы не поверите, сколько одиноких женщин, горько улыбаясь, в этом кресле говорят эту фразу. Но переформулируем: не табличку на грудь, а включить постоянно горящее табло в голове с именно этими словами.

СТРАННИК:

— Но ведь мужчина сам должен проявить инициативу?

СПУТНИК:

— Отнюдь. Не в наше время и не в нашем месте. Не в мегаполисе 21-го века, когда гендерные роли в обществе максимально нивелированы.

Да, в чеховской усадьбе для тургеневской барышни такая сентенция была бы убедительной. Но сейчас для поиска маритального партнера существуют технологии, а главное, отказаться от убеждения «правильно, чтоб меня нашли», заменив его стратегией — «теперь активно буду искать я, и у меня это получится, потому что все, за что я бралась раньше, у меня получалось».

А главное — поймите и поверьте, ваша повышенная тревожность есть индикатор того, что вы недостаточно действуете в этом направлении, используете не все свои ресурсы.

Ведь что есть тревога, метафорически говоря? Это неинвестированная энергетика души. Так что будьте отныне благодарны своим симптомам, они как боль, которая заставляет отдернуть руку от пламени, так вот они показывают вам основную вашу опасность, нет, ни инсульта, ни инфаркта с вами не случится в метро и не разобьется аэроплан, основной ваш риск — прожить бездарную одинокую жизнь.

И как только вновь почувствуете ком в горле, сердцебиение, пот, страх сна или транспорта — немедленно благодарите Судьбу за заботу о вас, за подсказку вам, что надо действовать в плане достижения цели.

Как? А вот и задание к следующей встрече — продумать возможности, алгоритмы достижения, как и где вы встретите свое счастье. И если вы действительно будете это делать, уверяю вас, тревога на этой неделе не посетит вас, вам просто будет некогда бояться. А если ее испытала — значит, халтурила с заданием.

И подсказка. С одной СТРАННИЦЕЙ мы составили и разместили такой текст для сайта знакомств:

«Дорогой далекий друг… Тот, который уже сердцем почувствует, глядя на мои очертания, возможность совпадения.

Я не зря назвала тебя далеким, хотя может быть ты живешь в соседнем квартале. Просто остановись и вслушайся, ответив себе на простой вопрос: можешь ты себе представить, что у нас будут внуки?

Ответив «Да», ты получаешь привилегию узнать обо мне то, чего не знает никто.

Я до сих пор спящая красавица и мне нужно чтобы ты разбудил меня поцелуем. Бережным, трепетным, такого, которого не чувствовал ни с кем.

Я женщина, которая еще вчера была девчонкой. Наивной, мечтательной, робкой, забивающейся в угол. Теперь мой ход — я хочу счастья, которое, уверена, непременно будет.

Хочешь, мы разделим его вдвоем? Потому что мне нравится библейская строка «Не хорошо человеку быть одному».

Мои родители помогли мне быть состоятельной. Квартира, работа, увлечения в меру искусством, в меру путешествиями. И безусловная привлекательность, ты чувствуешь это? Если хмыкнул, пожалуйста, не читай дальше… Это письмо не тебе.

Но если ты остался здесь и дочитываешь, то ты выиграл. Я приглашаю тебя на белый танец. Танец судьбы, в котором мы почувствуем друг друга — упругость наших тел, счастье прикосновений ими и упоение планами того, что будет, когда мы ответственно решим, что нам друг с другом лучше чем порознь.

И так, чтобы это было навсегда. One-night stand ну совершенно не заводит мое воображение и выпадает из моих координат дружелюбного мира. Да, я знаю трудности, которые нас ждут. Но предвкушаю и радости, которые непременно будут ибо так устроена жизнь. А настоящая радость не бывает в одиночку…

Ау, еще не уснул от моей сладкой песни? Хочется еще? Ну что ж ты не сказал сразу. Постарайся выглядеть так, чтобы каким бы ты ни был, я узнала, что ты именно мой человек. Если ты узнал нечто из этого письма и это отозвалось в тебе звонким колокольчиком.

Тогда, надеюсь следующим звуком будет, надеюсь классическая мелодия звонка моего айфона, по которому я услышу твой голос и следующей осенью мы будем праздновать со свечами первую годовщину нашего знакомства. Возможно, мне тогда уже будет нельзя пить шампанское ибо беременным это не рекомендуется…:-)»

Может мы с ней открыли новый метод психотерапии — писать интригующие тексты о себе. Но более она не появлялась, возможно месседж сработал…)))

Диалог — Становление

СТРАННИК:

— А чего тут рассказывать, панические атаки (ПА) у меня. Ну, вы знаете, в метро как схватит, горло пережмет, дыхания нет, сердце застучит, голова закружится… Ну, я читал тут, что у вас, что на форумах… Классика… Вылечите?

СПУТНИК:

— Раз читали — то несомненно. Только порасспрашиваю малость: откуда, почему, зачем, вы не против?

СТРАННИК:

— Ну как это… У всех… В метро.. В лифте. Или на подъемнике на гору. Или в очереди. Это клаустрофобия, да?

СПУТНИК:

— Ну погодите. Ведь суть не в симптомах, а в том, когда они проявляются, верно?

СТРАННИК:

— А пожалуй что верно. Еду в ночном метро — никогда не испугаюсь. Поднимаюсь в лифте один — мне хоть бы хны. Как только в кабине на горном подъемнике, а рядом со мной друзья, так обязательно подкатит к горлу, сожмет, застучится.

СПУТНИК:

— Итак, в одиночестве всякой подобной вегетативной хрени (тут идет намеренное обесценивание значимости ситуативной угрозы — Прим. авт.) не возникает?

СТРАННИК:

— Нет. Только на людях. Я художник и фотограф. Я зарабатываю своими проектами. И это хорошо. Но как только…

СПУТНИК:

— Простите, угадаю и продолжу… Как только возникают в вашем восприятии люди, перед которыми ВАМ МОЖЕТ БЫТЬ СТЫДНО, так этот механизм возможного несоответствия ожиданиям включается?

СТРАННИК:

— Да, точно, да. В одиночестве или когда близкие рядом — этого не бывает.

СПУТНИК:

— Замечательно (облегченно громко выдыхая). У вас нет панических атак. У вас другой диагноз.

СТРАННИК:

— Ну, я лечился много от этого…

СПУТНИК:

— Не от того. А для утверждения наших предположений просто расслабьтесь, и давайте маленький тест. Представьте ситуацию. Вот сейчас из кармана раздается мобильный звонок и густой начальственный голос вещает из трубки: «Это Василий? Вам звонят из администрации президента… Вам надлежит завтра явиться в Колонный зал Дома Союзов и получить из рук главы государства орден „За наследие в Отечество“»! Ваша реакция?

СТРАННИК:

— Я скажусь больным и пришлю жену.

СПУТНИК:

— Итак, ваш диагноз — социофобия. Оно, конечно, не легче, но подход к излечению иной. Мы будем не назначать вам транки, знаете, мы обойдемся без лекарств. Просто два раза в неделю приходите ко мне, и мы будем просто играть разные ситуации, включая вашу фантазию и от меня — предложение возможных способов реагирования на нее с выбором оптимального. Я вас буду просто дрессировать! Согласитесь? Так мы нарастим вам кожу. Вы будете непробиваемы в отыгрывании невозможных ситуаций, чтобы быть абсолютно толстокожим в возможных.

СТРАННИК:

— А кажется, это то, что мне надо, Док. Вы поняли меня. И никакая это не паника. Потому что я ничего не боюсь за себя. А боюсь быть НЕ ТАК ПРИНЯТЫМ. И если мы с вами выстроим иммунитет против тревоги моего неправильного принятия, да, именно это то, что мне надо. Как только я сумею доверять себе, я начну позволять остальным доверять мне. Здо́рово! А знаете, с вами приятно говорить, до свидания…

СПУТНИК:

— А вот таких поглаживаний не нужно. Начинаем работать, брат, основное ты понял, значит, фиксируй события следующей недели, где ты встревожился, и в следующую среду ко мне. Ну, если на этот день не вызовут в Кремль…

СТРАННИК:

— Ну если и позовут, то я пойду к вам. Я ведь справился?

СПУТНИК:

— Ты справишься. Просто потребуются еще четыре встречи. В которых мы будем приходить к ответам: а) отчего (генетика), б) почему (анализ текущей ситуации), в) зачем (приглашение к позитивному принятию будущего) и г) за что (анализ ошибок прошлого).

И, пройдя этот экспресс-курс, ты рискуешь стать здоровым…

СТРАННИК:

— А знаете, я уже, кажется, после нашего разговора уже сейчас стал…

СПУТНИК:

— Ты почувствовал вкус того, что будет. Это то, что еще не стало, но это предстоит… Несомненно. И залогом того есть то, что ты почувствовал привкус… Однако за все надо платить. Избавившись от тревог, ты уже никогда не будешь STILL THE SAME — таким же, как был!

Диалог — Драйв

СТРАННИК, паренек 20 лет с физтеха:

— Да ничего хорошего сейчас в моей жизни нет. Сессия на тройки — лень напрягаться было, денег, конечно, не хватает, много ли в Макдаке заработаешь, а главное, лето подходит к концу и прошло, кажется, зря — ну ни одного хорошего романа. Бывает, ага, повстречаюсь с кем-то, вечерок погуляю, только размечтаюсь, что мы пара, а наутро она говорит — ой, извини, это ошибка, давай останемся друзьями, и тут же удаляет из друзей «ВКонтактике».

СПУТНИК (интригующе):

— Есть одно средство помочь тебе, но уж больно оно крутое, потянешь ли..

СТРАННИК:

— Да я вообще экстремал, в том году зацепингом увлекался, получалось.

СПУТНИК:

— Нет, тут драйва побольше может быть… Так вот, как насчет постричься в монахи?

СТРАННИК:

— Э нет. Я еще пожить хочу, а не бубнить молитвы в черной долгополой рясе.

СПУТНИК:

— Немного не так. Мы вспомним, что в буддистской махаяне есть традиция временного монашества. И вот что я бы предложил парню, который хочет наполненной событиями и значениями яркой жизни, в то время пока он словно выскребает ее ошметки? А вот так: центрироваться и собраться, выполнив до нового 2016 года три главных монашеских предписания: ЦЕЛОМУДРИЕ — то есть даже если у тебя просит любви Кристина Агилера, ты отвечаешь — увы, сударыня, могу предложить только дружбу. А также НЕСТЯЖАНИЕ — ты ничего не просишь у родителей, а довольствуешься только тем, что они предложат, и ПОСЛУШАНИЕ — ты стараешься пунктуально выполнить все, что говорят твои вузовские преподаватели.

Это практически неисполнимо, знаю, но если сделаешь это, то по истечении полугода твоя жизнь изменится. Гарантией тому — тысячелетняя практика эффективности.

СТРАННИК:

— А что, попробую… А если не выдержу и сорвусь?

СПУТНИК:

— И это предусмотрено. Со дня срыва снова назначается ИНОЧЕСТВО, но уже на срок вдвое больше, там сорвешься — еще вдвое. Для доказательства серьезности намерений можешь татуировочку хной себе на голени набить. Какой девиз придумаешь?

СТРАННИК:

— А можно так, китайскими иероглифами: «Все к лучшему!»

СПУТНИК:

— Здорово! Кажется, ты поймал принцип! Вперед, братишка!

Диалог — Бессилие

СТРАННИК:

— Я, это, после вашей статьи пришел. Ну, жена нашла, не помню про что. Ну, главное, что вы православный, наши косяки знаете…

СПУТНИК:

— ?

СТРАННИК:

— Да не в этом дело. Просто уже обращался полгода назад. Назначили неизвестно что, собственно, не поинтересовавшись из-за чего…

СПУТНИК:

— Слушаю, брат.

СТРАННИК:

— Бессилие. Абсолютное. Что бы ни сделал, утомляюсь. И делаю то, что нужно. Работаю реставратором, тут подать-принести надо. Потом в храмовой жизни поучаствовать — того привезти, другому организовать. У меня вся книжка полна батюшками Москвы — кого куда. Потом семья. Ребенку вот пять, любознательный, везде лезет, супруга не справляется. Говорит, мол, меня мало дома. А наутро снова то есть дергает с канавами на даче. А кого-то и встретить надо, знаете ли, приходская жизнь, поэтому к вам, светскому этого не расскажешь.

СПУТНИК:

— Хорошо, друг. Ты, это, означь, что у меня-то хочешь…

СТРАННИК:

— Ну чтоб на все силы были. Поверите ли, падаю, устаю, ничего не хочу, ни фильмов, ни проповедей, и, вообще говоря, с работы гонят, помогите…

СПУТНИК:

— Ах, как жалко времени, что у нас в поликлинике 40 минут на прием. Мне было бы интересно, как ты дошел до такой жизни — в 40 лет быть бессильным. Ставим тебе диагноз — синдром Марфы.

СТРАННИК:

— Это как?

СПУТНИК (неторопливо раскрывая Новый завет):

— «Марфа приняла Его в дом свой; у неё была сестра, именем Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его. Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала: Господи! или Тебе нужды нет, что сестра моя одну меня оставила служить? скажи ей, чтобы помогла мне. Иисус же сказал ей в ответ: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же избрала благую часть, которая не отнимется у неё». Лк, 10.

В общем, брат, суетишься ты в благих намерениях.

Что, в общем, хорошо, но недостаточно.

Читая и переживая этот отрывок, возникло понятие о «диакризисе» — различении душевных помыслов как о высшем даре аскетического искусства.

Которого у тебя нет, и отсюда вразумление Свыше — отнятие сил.

Психологически — это пирамида Маслоу, что во главе, а у тебя нет главы.

СТРАННИК:

— Похоже, да.

СПУТНИК:

— Бог мудро устроил эволюцию. У кого нет внутреннего скелета, как у высших, тот возвращается к внутренним, ракообразным, для того чтоб его сохранял внешний скелет. Понял или не очень?

СТРАННИК:

— Не очень…

СПУТНИК:

— Тогда, если ты принял, что не в состоянии самим собой регулировать последовательную значимость внешних призывов к тебе, отдай ее внешнему «скелету» — своей жене. Дней на 9, возьмем символическую цифру. Все, что тебе предстоит сделать, каждый день ты проговариваешь с ней свое расписание событий на день, ты просишь ее санкции — что делать, что нет.

СТРАННИК:

— Это искусственное насилие над разумом?

СПУТНИК:

— Это аскетико-психологическое упражнение на 10 дней. Отказ от своей воли. Если бессилие — результат твоего неупорядоченного хотения, то, ввергая себя в иноческо-беспрекословное послушание, ты обретаешь: а) или опыт, который оказывается для тебя неэффективным; или б) структуру понимания происходящего с тобой. Вперед, брат!

Диалог — Игра

СТРАННИК:

— Ну, почти двадцать лет мы в браке. И претензий нету, и я счастлива. И каждый раз он, проходя мимо меня, то прижмется, то поцелует в щечку, то ласково проведет по попе. Но главного-то нет. Секса нету, уж вы простите, доктор. Да и не было в общем. Ну да, дочери пятнадцать. Он теперь отговаривается — да мы старики, нам не надо уже. Я его, бывало, прижму, настаиваю — давай, а то я любовника заведу. Он говорит, что я повернутая на сексе. А мне получается выпросить 2—3 раза в год. Он говорит — а хочешь торт, но после этого ты успокоишься. Или скажет — а пойдем погуляем, пойдем в ресторан, пойдем колечко куплю, а главного-то для меня здесь нет. А это надо. И я никого другого не хочу. И кто-то сказал, что есть такая специальность — и они решают эту проблему. Вот я и у вас

.

СПУТНИК:

— Да. Нечастый запрос. Эх, если б вы ко мне обратились на третьем году брака, было бы легче. Сейчас это вошло в семейные устои. Но. Попробуем переменить, опираясь на ценности вашего мужа. А именно — верность и обязательность…

СТРАННИК:

— Да, да, это есть.

СПУТНИК:

— Итак, техника «целебного обмана»… Ему вы говорите, что сегодня были в поликлинике. Но, упаси, не у психотерапевта, а у, скажем, гинеколога и эндокринолога. И тот говорит вам, что для здоровья потребен половой акт раз в семь дней. Иначе вы увянете, появится целлюлит, морщины и обвисшая грудь. Вы этого не хотите и просите у мужа помощи, ибо более неоткуда. Он на это пойдет?

СТРАННИК:

— Должен, по идее.

СПУТНИК:

— Составляете календарь-график, рядом с кроватью, в котором день целебной любви отмечен сердечком.

СТРАННИК:

— Он согласится. Но потом начнет уклоняться по обыкновению…

СПУТНИК:

— А вот теперь дело зависит от вас. Вы ставите его, как в определенных кругах говорят, «на счетчик». Уклонится один раз — в следующий день календаря ему придется сделать два. И так выдрессируете. Если вам это действительно нужно. И более того, хитрите и играйте — можете говорить, что вам самой этого не хочется, но доктор сказал. А вы только слушаетесь. Значит, при добром расположении к вам неминуемо слушаться и ему. Только месяц — и у него выработается условный рефлекс на обязательный секс, скажем, по субботам. Только сделайте это неотвратимым. Это основной принцип бихевиоральной терапии, которую мы с вами сейчас используем.

СТРАННИК:

— Обещаю. Не уклонюсь. У вас — через месяц. Достаточно для формирования рефлекса «собаки Павлова»?

СПУТНИК:

— А тогда и поймем. Полагаю, что да.

Диалог — Гнев

СТРАННИК:

— Док. Мне очень плохо. Никак не могу успокоиться: то плачу, то сердце болит, то зубы стучат… Мне страшно. Мне очень больно. Такое ощущение, что я где-то не здесь. Хочется кричать. Психотропные не помогают.

Я никого не хочу видеть, меня словно тошнит от одного вида человеческого лица. Кричу на родителей. Почти каждое их слово вызывает у меня гнев. Я веду себя по-свински.

Еще переживаю насчет грехов… На следующей неделе мне нужно идти на исповедь. И, как всегда, не хочу идти. Не знаю, что говорить. После нашего вчерашнего разговора я поняла, что я в прелести, я недостойна называться христианкой. Простите меня.

СПУТНИК:

— Святитель Игнатий Брянчанинов писал: «Прелесть есть повреждение естества человеческого ложью. Прелесть есть состояние всех человеков, без исключения, произведенное падением праотцов наших. Все мы — в прелести. Знание этого есть величайшее предохранение от прелести. Величайшая прелесть — признавать себя свободным от прелести».

Потому состояние твое есть чисто душевное, ко спасению твоей внутренней сущности — души — отношения не имеющее. У нас в терапии происходит некоторая перестройка, я ворошу то, что прочно внутри тебя слежалось, дабы оно приняло иной, более естественный и добрый порядок. А когда тревожится воспаленное — больно по всему телу.

Вот когда кость неправильно срастается — ее ломают, чтобы дать ей возможность восстановиться как надо. Это весьма болезненный процесс. Нечто подобное и у нас с тобой происходит. В твоих силах все это малодушно прекратить и не делать более попыток меняться. Но тогда вся жизнь будет пусть в облегченном варианте, но подобием сегодняшнего нервного срыва.

И главное — ничего тут нету такого, что было бы у тебя одной… Ну да, ну навязчивости, ну депрессия, ну не уютно ни внутри, ни в мире. Многие это переживают. И если правильно к этому подойти — оно проходит. как-то так…

СТРАННИК:

— За прошлое письмо — спасибо. Но, Док, я снова в панике. В воскресение у меня все-таки получилось пересилить себя и зарегистрироваться в православной социальной сети. Я просматриваю страницы участников, сообщества… Смотрю, смотрю… И… Все. Я понимаю, что мне абсолютно нечего сказать людям. Абсолютно. Это просто какая-то пытка. Док, что делать?

СПУТНИК:

— Нечего сказать, кроме — ага, бывает… Причем со всеми… А с невротичными, типа нас с тобой, еще чаще, потому что нам надо не просто сказать, а что-то такое, за что бы не было стыдно. И тут не надо пересиливать себя и вымучивать что-то умное или необычное. В общем, тусоваться надо в тех местах, где скорее хочется не что-то СКАЗАТЬ, а что-то СПРОСИТЬ, что действительно интересно… И выслушать ответ. И уточнить. Людям приятно рассказывать о том, что они видели, знают или успешно пережили… Попробуй. Буду удивлен, если это не так.

Диалог — Робость

СТРАННИК, вторая встреча, на первой вскрыт доминирующий аффект вины:

— Ну вот случай, буквально вчера. И где я была неправа? Но чувство, что я что-то сделала не так. Ну, по порядку. Оказалась по делам работы в незнакомом районе, ищу адрес по мобильнику. Тут женщина подходит, громко говорит, что голодна, просит милостыни. Вижу — цыганского типа, ведь подозреваю, что не так что-то, но вспоминаю Евангельское: «Просящему у тебя дай» (Мф. 5, 42) и протягиваю ей 200 рублей. Она тут же жалобно, но укоряюще требует: «Нет, надо еще триста». Меня совесть бичует, предлагаю: «Пойдемте в магазин, я вам куплю, что нужно». Идем. Она набирает на полторы тысячи и, отталкивая меня в дверях, быстро уходит. У меня осадок остается, но ведь я православная?

СПУТНИК:

— Ага. Православная. Православная терпила. Она же светская дура. Вы понимаете, что поступили губительно для себя и для нее?

СТРАННИК:

— Нет. Не знаю. А как можно иначе? Чтобы хоть как-то помочь этому миру?

СПУТНИК:

— А если б Христос, желая помочь этому миру, ответил бы положительно на искушение нечистого в пустыне и полетал бы всласть над Иерусалимом? Может, история пошла бы иначе? Но Он отверг. А вы — нет. Вы вчера нанесли удар по устроению своей душе насилием над здравым смыслом и поспособствовали гибели души этой мошенницы поощрением ее лживого образа жизни.

СТРАННИК:

— Нет, если просят, то, по-вашему, как надо?

СПУТНИК:

— Я духовные советы давать не уполномочен, я в белом халате, а не в черном подряснике и не в позолоченной епитрахили. Хотя… Диплом «Учитель закона Божия», выданный мне в 1992 году, кажется действует. Так вот, облеченный полномочиями его я так предложу. Если у вас возникли сомнения — не давайте. Только тогда давайте, когда почувствуете, что не сможете не дать. Но и далее поступайте с рассуждением. Тут аксиома, что просящий примет с благодарностью сколько бы вы ни дали. А тут вам светофором был красный свет, когда та вымогательница потребовала еще.

И вот вам еще более конкретная рекомендация. Даже две. Применяйте обе, варьируйте или сочетайте. Оказались в ситуации, когда вам кажется, что вы должны помочь, ощутите себя реальной благодетельницей, а не кидающей мелочь царицей. Присядьте. Расспросите. Пожертвуйте своим временем. Будьте столь настойчивой в расспросах, сколь и готовой к состраданию. И, уверяю вас, профессиональный нищий от вас убежит через минуту в поисках более легкой и надменной жертвы.

Второй прием. Дайте оскорбительно мало. Монетку в два рубля. Реально нуждающийся будет благодарен, тогда через три минутки можно вернуться и дать в сто раз больше, как вы сделали цыганке, чтобы просто отмахнуться, спеша. Зарабатывающий же этим профессионально, обидится и кинет в вас вашей денежкой. И вот тогда утритесь, смиритесь и укрепитесь в мудрости диакризиса — различения духов. Вот это будет спасительно для обоих. И извините, если не то сказал во время консультации за положенный мне гонорар.

СТРАННИК:

— Нет, спасибо, именно то. То, что проясняет и хоть сбивает с моего пути, но, наверное, путь был не тот…

СПУТНИК:

— Очевидно не тот, если мы с вами здесь повстречались… Но будем чуть смелее в этот раз. Вспоминаю, как лет 15 назад консультировал девушку, которая работала «секс по вызову» в отеле. Исследовали проблемы возрастания в семье, там выявилась общая беспомощность в ее окружении, то есть конкретное недополучение опеки, заботы, нежности, защищенности в детстве. И она взяла на себя это сама. Зарабатывала неплохо, так что после трех лет работы смогла купить себе квартиру. Потом познакомилась как то в метро с хорошим пареньком средне-технической специальности, вышла замуж, разумеется и ее профессия и откуда взялась квартира не озвучивалось партнеру. Сейчас у них двое детей, она неспешно и спокойно работает в офисе, он занимается установкой окон, они счастливы и их брак стабилен. Иногда в процессе терапии я делаю сложное задание — описать свои фантазии при мастурбации. Мне казалось, что ей, учитывая опыт работы, будет легко. Но она тянула две встречи, чтобы выполнить задание, а в конце третьей, обронила на пол туго свернутую записку, — мол, Док, если Вам это надо, Вы можете развернув прочитать, но только когда за мной закроется дверь в Ваш кабинет. И вот текст: «Я в номере гостиницы. Приходят двое пузатых мужчин кавказского типа. Они меня явно презирают и не церемонятся. Один делает орально, другой анально и при этом я для них неважна, они переговориваются друг с другом, а стоит мне только пискнуть, они бьют меня. И вот от этого у меня наступает огразм». Итак, сейчас у нее все хорошо. Но тест мастурбационной фантазии выявляет явную взаимосвязь между эротической разрядкой и испытываемым чувством вины, разрешающимся потребностью в пренебрежении и наказанием.

Диалог — Диссонанс

СТРАННИК:

— Ну я прям не знаю… Знаю, что мне готовиться к исповеди. И вот — согрешила я или не согрешила. А вдруг я руки не помыла, чтобы дотронуться пальцами до иконы? А вдруг то, что мне удобно принять позу ногу за ногу свидетельствует о моем сладострастии? Мне в этом исповедаться? Да, и еще… Я никак не могу найти себе мужа… Я пла́чу… Мне плохо…

СПУТНИК:

— Ну давай так… Новый год все ж таки отметишь? Символически шампанское будет? Так вот за то, чтобы 2016-й не принес тебе парня-принца. Ибо ты к этому не готова.

СТРАННИК:

— Как так? Я все время жду, я все время хочу, я все время огорчаюсь, что не выходит…

СПУТНИК:

— Тебе лишь 22, девочка. Давай один год запретим себе ожидания, поставим тумблер возможной встречи на «стоп» и займемся деланием себя, чтобы быть иной в 2017-м.

СТРАННИК:

— Ну, я так не могу… Он может появиться… Я должна быть готова.

СПУТНИК:

— Хуй тебе в жопу!

СТРАННИК:

— А вы сейчас действительно говорите как православный?

СПУТНИК:

— Именно. Как он. Просто поставлен якорь. Ты вспомнишь мой глум, и это предостережет тебя от соблазна миражных возможностей.

СТРАННИК:

— Ага, got it. В смысле, ухватила посыл. Это сработает, если я это приму?

СПУТНИК:

— Не сработает, если не примешь. А за позитив отвечают Небеса. А я работаю эдаким ловцом во ржи. Да, и кстати, Сэлинджера таки прочитай… Не Донцова, конечно, но доступно…

СТРАННИК:

— Мне трудно будет.

СПУТНИК:

— Знаешь, у нас по Библии — рожать предстоит трудно, напутствовал Господь после пинка из Рая. А рожать себя новую — без боли тоже не выйдет.

СТРАННИК:

— Ну вроде все, я пошла?

СПУТНИК:

— Вперед. И помни про якорь…

Диалог — Совместимость

СТРАННИК:

— Здравствуйте, Сергей! Христос воскресе! У моего мужа три года назад был психоз. После интенсивного лечения психиатр назначил риспаксол 2 г в день. Но мира в семье нет. Муж недоволен мной, постоянно обижается, замыкается в себе, отказывает в помощи, критичен, считает меня неженственной, непослушной, непокорной, хотя и говорит, что любит. Я действительно много кручусь по дому (у нас маленькие дети), работаю, большинство вопросов приходится решать самой. Мои вопросы: такое поведение и отношение мужа — это проявление болезни, побочное действие препарата или характер. К кому мне обращаться за помощью — к священнику или врачу? Как правильно мне вести себя по отношению к мужу?

СПУТНИК:

— Здравствуйте, Ксения. Воистину воскресе!

Психоз как заболевание души не проходит без последствий. Ваш муж серьезно ранен, и поэтому относиться к нему надо как к немощному существу.

То, что вы продолжаете с ним жить — ваш подвиг и ваш крест. Можно смиренно надеяться на улучшение эмоционального состояния вашего мужа, но я бы поостерегся советовать вам быть уверенной в этом.

Авторитетный церковный документ «Основы социальной политики» допускает развод в случае душевной болезни супруга, но, несомненно, это для слабых духом.

Это как оставить раненого товарища на поле битвы и спастись самому. Невелика заслуга.

Ни поддерживающее лекарство, ни характер тут ни при чем. Это оно — горе душевной болезни. Иногда оно уврачевывается терпением, состраданием, заботой, любовью.

И, конечно, чем чаще врач-психиатр видит и вашего мужа, и вас — вместе, а порой по отдельности, дает терапевтические рекомендации — как лекарственные, так и поведенческие — это вполне может привести к позитивным гармонизирующим результатам.

Помощь священника — она хороша всегда. Но в данном случае она третьестепенна, ибо в нормализации душевного состояния вашего супруга на первом месте — вы, на втором — врач-психиатр.

Так что крепче молитесь о даровании вам сил, они вам понадобятся надолго…

А если отважитесь поблагодарить за то, что вы уподобляетесь ангелу, служа раненому мужу, то жизнь обретает высокий смысл.

Спаси Господи вашу семью…

СТРАННИК:

— Дорогой Сергей, какие же утешительные слова! Спаси вас Господь! Буду пробовать с Божьей помощью!

Диалог — Родня

СТРАННИК:

— Христос воскресе! Здравствуйте, Сергей. Меня зовут Лариса. Мне 46 лет. Примерно с 14 лет не могу общаться со своей матерью — человеком деспотичным и эгоистичным. Каждый наш разговор заканчивается скандалом или слезами. Она пытается меня убедить, какие у нас плохие родственники, только она одна хорошая, и все ее обижают. При этом она требует от меня поддакивать ей. Если я заступаюсь за родственников, то она называет меня предателем. На днях она заставила моего мужа сажать землянику в одну грядку с гладиолусами! Это значит, что когда придет время собирать ягоды, к землянике будет трудно подойти, и она опять будет кричать: «Не наступите на цветы!» У меня не хватает терпения общаться с ней. Ведь она моя мать, а я не люблю и не уважаю ее… Помогите, пожалуйста, подскажите, какой метод общения с ней будет правильным, чтобы не злить ее и не злиться самой…

СПУТНИК:

— Подскажу в этой ситуации не я, скромный психотерапевт Сергей, а пусть подскажет Спаситель… А Он говорит: «Да оставит человек отца И МАТЬ свою». Вот вам и исчерпывающая рекомендация. Отдаляйтесь, рвите пуповину, которая еще в каком-то виде осталась в виде непроработанной эмоциональной взаиморанящей связи. Почему это не получается? Не знаю, тут нужна личная беседа. Но некоторые рекомендации могут быть актуальными и здесь:

1) Не позволяйте себе думать о матери плохо, осуждать ее, ставить диагнозы типа «деспотичная» и др. Не ваше дело судить и определять. Предоставьте это ей и Богу.

2) Вы должны ей по заповеди одно — почтение. А это значит: «Да, мама, ты права, конечно, делай, как считаешь нужным, ты взрослее, и я благодарна тебе за факт моего появления на свет».

3) Когда она начинает что-то комментировать, оценивать, давать советы, постарайтесь в это время, чтобы звуки ее голоса не затрагивали струн вашей души — молитесь или напевайте про себя:

 
«Поговори со мною, мама,
О чём-нибудь поговори,
До звёздной полночи до самой
Мне снова детство подари»,
 

или умножайте 13 на 4.

4) Не прерывайте ее неуважительно, но и никак не комментируйте, что говорит она. Ей за долгие годы манипулирования вами удалось нащупать ваши слабые места, возможно, она «питается» вашими эмоциями. Перекройте для нее эти источники «вампиризма», оставайтесь корректно недоступно вежливой, иногда отвлекаясь, переспрашивайте, — а?, что? и тут же спокойным голосом подтверждайте: «А-а-а, ну да, я тебя слышу, ну наверное, по-твоему это так, да»…

5) Тренируйтесь эмоционально не вовлекаться в беседу, разделяя себя на внимательно слушающую и думающую о своем, при этом не допуская никаких негативных мыслей типа «ах, за что мне это, опять она о своем, ну сколько можно».

6) Ни за кого не заступайтесь и не пытайтесь ее переубедить.

7) Не считайте себя ответственной за нее перед соседями и родными.

8) Не относитесь серьезно к любому укору вас, кротко ответьте: «Да, мам, я тебя поняла, может, ты права», даже 100% зная, что это не так.

9) Защитите своего мужа, сделав так, чтобы она его ни о чем не могла попросить, здесь уместно некоторое лукавство типа: «Да, конечно, но позже, сейчас некогда, много работы».

10) Перестаньте ее бояться. Вы моложе. Вы сильнее. Вы добрее.

11) Вы стойкая, милостивая и могущественная. Будете… если поспешите выйти из детства и наконец-то подвести черту под прошлым.

12) Вперед, Лариса!

Диалог — Тренинг

СТРАННИК:

— Здравствуйте! Меня раздражает жена, я жду, когда она уйдет на работу. А гулять я люблю в одиночестве с мыслями. Вот как не обращать внимания на женские речи, может, вы как спец поможете…

СПУТНИК:

— Помогу. Благодарите Создателя за жену — тренажер смирения. Как только она перестанет вас раздражать и вам станет уютно в ее присутствии, знайте — вы недалеко от спасения…

Диалог — Принадлежность

СТРАННИК:

— Здравствуйте, ваши коллеги советуют обращаться даже к неправославным психотерапевтам. А можно ли соглашаться, если такой специалист предложит в качестве метода лечения что-то не соответствующее церковному сознанию? Вопрос связан с тем, что православного психотерапевта вне столицы найти проблематично.

СПУТНИК:

— Совершенно необязательна православная идентификация продавца мороженого, хирурга и психотерапевта. Среди неправославных психотерапевтов много хороших и умных, наша профессия предрасполагает к добру. Главное, сделать так, чтобы во время первой встречи от вас прозвучало, что вы практикующий православный, и чтобы психотерапевт это учитывал, применяя к вам те или иные методики. Не стесняйтесь задавать вопросы о возможной их душевредности. И, как знать, возможно, общение с вами приведет доброго психолога в Церковь, такое случается…

Диалог — Свеча

СТРАННИК:

— Мы в браке много лет, но муж совершенно равнодушен к вере, а я воцерковилась, и выходит, что семейного корабля нет, плывём — каждый на своём плоту и в разные стороны. Чего ждать от такой семейной жизни в одиночестве? Я даже Пасхальную радость не могу с ним разделить, когда важнейший для меня возглас «Христос воскресе!» для него ничего не значит. И вот вам вечный вопрос — что делать?

СПУТНИК:

— Ответ на ваш вопрос находится у апостола Павла: «Неверующий муж освящается через верующую жену». И вы легко можете привести его к вере, если поставите подобную задачу. У нас в Церкви говорят: «Православие не доказуется, а показуется». Если муж будет видеть вас счастливой, радостной, приветливой, довольной жизнью, помогающей, неунывающей, придумывающей интересности — в путешествиях, досуге, кулинарии, наконец, — он задастся вопросом: если Христианство сделало мою супругу такой счастливой, то почему я еще не Там? Вот такая ваша задача на этот год, и если постараетесь, то вы ее выполните, и закат земной совместной жизни у вас будет теплым и радостным, только для этого немножко поработать надо, стяжая и делясь вашей Пасхальной радостью… Воистину воскресе!

Диалог — Природа

СТРАННИК:

— Здравствуйте, у меня вопрос интимного характера. Говорить мне очень тяжело об этом… Я случайно обнаружила в электронной почте мужа переписку с незнакомой мне женщиной, где они занимаются по видео тем, что в нравственном богословии назвали бы прелюбодеянием. Мне мучительно было это видеть, я долго не решалась об этом писать, думать мерзко и противно, не то что говорить, простите… Я даже не знаю, какого ответа я хочу от вас — как от мужчины или как от врача-психолога…

СПУТНИК:

— Как тут ответишь… Тяжко вам… Вы просите ответа как у мужчины, или как у врача, или как у христианина? Во всех трех случаях ответ будет разным. Начнем с мужского ответа. То, что ваш муж, добрый хороший парень, не особенно обремененный рамками христианского духовного роста, находит удовольствие в общении с принципиально разными САМКАМИ — это нормально, естественно, оправданно. Такова природа мужчины, унаследованная от орангутангов — разбрасывать свое семя как можно шире. Так что в плане верности семье не сомневайтесь, он вас любит, это просто в нем разгулялась природа.

Непорядок, конечно… И тактика вашего поведения должна быть тут предельно проста — довести до его сознания, что это, в каких бы ни было видах, вам больно. Если он поймет это и боль любимой женщине будет противостоять разгулу плоти — в вашей семье будет долгий мир, Если нет, то не хочется об этом и говорить, давайте надеяться на лучшее в эти Пасхальные дни…

Диалог — Насилие

СТРАННИК:

— Здравствуйте, Сергей! Христос воскресе! Я не знаю, встречались ли вам в вашей практике такие случаи, когда человек ведет себя крайне противоречиво, причем постоянно. Он словно играет со мной в какую-то игру. То он милый, обаятельный, дарит цветы и говорит про вечную любовь, то исчезает на несколько дней, так что его телефон выключен. Пожалуйста, объясните мне возможные мотивы такого поведения. И самое главное, как себя вести с такими людьми. Я просто в замешательстве, у меня затмение разума и чувств. Уйти от него не могу, но общаться тяжело, помогите…

СПУТНИК:

— К вам применено мощное манипулятивное оружие, которое чаще всего используют так называемые пикаперы, которое именуется у них «опыт контраста». Для того чтобы привязать к себе женщину, действует безотказно, и суть его в резкой смене отношения к ней — от пренебрежения и негатива до раскаяния и превозношения.

Кажется, вы на крючке. Если вы не можете прекратить отношения, то лучший способ остановить это оружие — вести себя словно в коконе показной равнодушной доброжелательной корректности. Сначала это приведет к ярости вашего партнера, затем либо он проникнется к вам теплой уважительностью, либо отвалится от вас сам, безболезненно и совсем как отработанная ступень ракеты. Будь сильной женщиной, сестренка, живем не в девятнадцатом романтическом веке, поди… И никогда не ставь привязанность выше своей ценности, выше себя той, за которую умер и воскрес наш Бог.

Диалог — Самость

СТРАННИК:

— Как я могу помочь дочери справиться с тревожностью?

СПУТНИК:

— Арсенал для лечения как характерологической тревожности, так и ситуационных реактивных тревожных расстройств в настоящее время широк и включает в себя психологический тренинг, психотерапевтический анализ и психиатрическое назначение препаратов. Поэтому выбрать одну методику из такого разнообразия подходов не представляется возможным.

Но все-таки ваше письмо было хорошим в том смысле, что вы показываете, как делать не следует. Избавление от тревоги должно исходить от самого пациента, а когда этим проникаются мамы или подруги — результат нулевой. Справиться с тревожностью под силу только самому человеку, испытывающему боль от тревоги, заставляющую его обратиться к врачу. Эта та область, где родные бессильны.

Диалог — Осуждение

СТРАННИК:

— В этот раз я стала циклиться на своей работе. Я с осуждением себя наблюдаю, что у других зачастую получается работать лучше. Мне больно, плохо и тревожно, что я не могу выкладываться на 100%… Это на этой неделе больше всего держит меня в депрессии…

СПУТНИК:

— Я не знаю, девочка, утешит ли тебя это, но давай вспомним, что у нашего Спасителя тоже был брак в работе на одну двенадцатую… Так что давай придерживаться отеческого принципа: от нас усилия — от Бога результат.

И при этом — вполне разумным будет посещение (оффлайн) психиатра. Дай я тебе расскажу, как это случается. Как происходит прием у психиатра: Сначала Вы удобно усаживаетесь в кресле напротив специалиста на расстоянии полутора-двух метров. Специалист внимательно разглядывает Вас, пытаясь понять «месседж» Вашей одежды, степень ухоженности кожи, выражение взгляда, примерно в течении 15 секунд. Потом он просит Вас изложить жалобы, по времени на это уходит минут 20. Специалист уточняет, переспрашивает, просит сформулировать другими словами Ваши ощущения и Ваше настроение. Этот этап заканчивается, когда специалист видит, что Вы от первичной настороженности переходите в приятное состояние от того, что Вами интересуются, Вас понимают, Ваши проблемы важны для специалиста и от него исходит уверенность того, что он может Вам помочь и это чувство возможного облегчения Ваших проблем приводит к тому, что Вы попадаете на общую волну, возникает совпадение, команда по Вашему выздоровлению. Потом происходит контраст, так надо для закрепления терапевтического альянса, психиатр формализует тональность своей речи и от сочувствующего слушателя переходит в ипостась беспристрастного исследователя Вашего прошлого. Анализируются черты характера Ваших близких — это специалист допускает возможность генетических отклонений. Особенно важно Ваше воспоминание о детстве, потом Вы излагаете этапы жизненного пути, это осуществляется в течении часа. Затем специалист предлагает Вам свою интерпретацию Вашего состояния. Он учитывает Вашу акцентуацию (она есть у каждого человека) и рассказывает о том, какая Вы. Он делает это медленно, переспрашивая и при его попадании в суть у Вас возникает восхитительное чувство что Вы наконец поняты и объяснены. Последние десять минут первичной встречи специалист предлагает Вам, при этом объясняя что будет, схему психофармакотерапии. Вы задаете три вопроса: 1) какие побочки возможны; 2) как долго принимать препараты; 3) совместимы ли они с небольшим количеством алкоголя?))) Психиатр отвечая на второй вопрос говорит, что это будет ясно на второй встрече через десять дней, когда будет ясно, облегчается ли Ваше состояние и насколько. Потом обсуждается возможность психологической помощи, иногда специалист предложит Вам контакты психологов, к которым он уже направлял клиентов или предложит поискать самой на сайте Б17 эффективного и недорогого онлайн психолога.))) Вот собственно и все, что Вас ждет.)))

Диалог — Порча

СТРАННИК:

— На меня пообещали навести порчу. Как быть?

СПУТНИК:

— Относительно порчи у православных ответ один — она существует для тех, кто сам верит в нее и сам себе тем самым вредит, Сказать — а плюньте и не верьте, не могу, ибо как знаю, что страх биологически сильнее нас. И бороться с ним в себе можно лишь церковным путем, а именно упованием на Бога и деланием добра. Это наши единственные и сильнейшие оружия. Поэтому даю вам совет весьма действенный, но трудный к исполнению: а поставьте в храме свечку за здравие этой малоприятной женщины и помолитесь несколько раз по утрам, чтобы Господь вразумил ее, чтобы ей не погибнуть от переполняющей ее злобы. Это вернейший путь к собственной безопасности, ибо добрый Господь сильнее всех бесовских козней.

— А еще — это сигнал. Задуматься о том, что есть, а чего нет. О. Павел Флоренский писал что слово Истина от праславянского Естина, то есть от того, что есть, что имеет место быть. Продолжая рассуждение, она есть и есть, меняется только наша способность приблизиться к ней и мыслится что движение к Истине важнее самой истины, ибо последняя невозможна для её полного всеобемлющего восприятия, допустимого только Творцу этой истины (религия) или успешной адаптации в ней (психология). Думаем дальше, итак важно движение к истине и как оно происходит. Что-то обусловило наше бытие здесь и в норме мы благодарны за факт своего наличия во Вселенной. Но зачем мы здесь? Ответ напрашивается — чтобы увеличить количество любви, добра, заботы, знаний, творчества в мире, иначе наше существование пусто. Пока все верно?))

Диалог — Постоянство

СТРАННИК:

— Это болезнь или личностные мировоззренческие особенности? Идти к психиатру или <лечить> душу самостоятельно? Все время существования (с детства) преследует мысль нежелания жить. Лежала в кризисном центре. Симптомы: отсутствие сил, непринятие себя, бессмысленность всего вокруг, отсутствие воли, мотивации, вспышки ненависти, неуверенность и нерешимость, уход от социальных контактов.

Два года назад стала посещать храм, сейчас не была уже полгода. Одновременно я и верю в Бога, и вера кажется мне искусственной, день — веришь, день — унываешь, что не можешь верить, чуть ли не с дьяволом общаешься.

Я знаю, что если опять пойду к врачу, мне назначат госпитализацию, таблетки. Все планирую на исповедь. Но хочется вынырнуть как-то. По сути, я ничего не делаю уже десятилетие, потому что сама не вижу выхода, и даже осознание удовольствия в страдании не дает мотива.

СПУТНИК:

— Это, по вашим описаниям, не столько болезнь, сколько конституционально-депрессивный личностный тип.

Помните, как астронавт Зеленый в мультфильме про Алису спрашивал: «Ну, что там еще у нас нового плохого?»

Выздоровление в этом случае не предвидится, но возможны компенсации состояния.

Оно облегчается, если:

а) рядом будет человек по душе, с которым формируешь команду по оптимальному выживанию,

б) вовлеченность во что-то значимое для вас,

в) несомненно лекарства, надолго, в первую очередь СИОЗС с мягкими нейролептиками,

г) никаких госпитализаций, а наличие помогающего специалиста рядом, к которому есть доверие и расположение для активирующих встреч раз в неделю в течение нескольких лет.

Не надо принудительно за шиворот тащить себя в Церковь. Только по расположению души.

И искать, искать, искать, искать, что хотя бы не противно делать в этом мире. Чтобы угадать, зачем Богу понадобилось ваше пребывание на земле. И верить, что такой смысл для Него есть, а ваша пожизненная задача — раскрывать его в мелочах бытия.

СТРАННИК:

— Большое спасибо, ваш ответ мне ежесекундно помог. В свою очередь, если могу быть чем-то полезна (профессионально по юридическим вопросам или иным), вы всегда можете обратиться. Это очень здорово, что вот так можно помогать.

Диалог — Терпение

СТРАННИК:

— Мне нужен совет: много лет, всю жизнь я терплю свою мать! Наглая, всегда орущая, только что снова по телефону обзывает «сумасшедшая»… раньше «проститутка». Она хочет, чтобы было все, как она скажет. Мне 39! Мы живём в разных городах!

СПУТНИК:

— Прежде всего помолиться о том, чтобы начать «перезагрузку» отношений, и взять на эту технику благословение батюшки. Потом начать действовать.

1) Заранее готовиться к общению с матушкой. Посидеть перед этим три минутки в молчании. Настроиться на благожелательность.

2) В общении спрашивать коротко, отвечать ясно.

3) Как только маму понесет в оскорбления — прерывать разговор.

4) Потом перезвонить, извинившись.

5) Снова понесет — снова прервать.

6) И так ее приучать, вырабатывая условный рефлекс, что непрошенные комментарии, оценки и советы вам не нужны.

7) Важно, чтобы вы ни разу не сорвались ни в ответный гнев, ни в оправдания, ни в объяснения.

8) Осознайте, что убеждением тут не сделаешь ничего.

9) Благожелательная холодноватая вежливость и ни разу не выслушивание никого ора.

10) Так с Божией помощью где-то за пару лет возможна перестройка общения на благожелательную тональность.

11) Жестко, но работает.

Попробуем?

СТРАННИК:

— Сергей, спасибо вам огромное! Не ожидала такого здравого ответа! Я буду стараться делать так, как посоветовали! СпасиБо! Батюшка местный только сказал: молиться, чтобы крест свой донести! Другие про любовь к маме говорили.

Диалог — Боги

СТРАННИК:

— Вы говорите о том, что у по-настоящему религиозных людей не бывает зашкаливающей тревоги. Но я ведь очень верующая. Совсем-совсем. Потому что я во всех богов верю и считаю, что Бог-то он один, а какое имя дадут ему люди — неважно. Это и Христос, и Будда, и Аллах, и даже Саи-Баба. И совершенно неважно, какое имя он носит. А у меня почему-то частые паники…

СПУТНИК:

— Почему? А давай так. Вот я скажу тебе, что люблю только одну женщину. Крепко и навсегда. Она моя страсть, мой смысл, мое призвание. И хоть она Одна, но имена у нее разные. Сегодня это Анечка, допустим, завтра Олюнчик, а послезавтра — Элеонора. Но уж не Антон никаким образом, я верен только одной Женщине, и ты будешь после этого считать меня верным? И, возможно, именно по причине неопределенности предмета веры у Вас возникают «частые паники». Ведь неопределеннность — это неверность. Сродни супружеской.

У православных практикуется Таинство венчания, когда на головы брачующихся полагают венцы. И это короны не царствия, нет, это венцы мучеников. То есть Церковь благословляет на брак тех, кто заведомо будет в нем, в семейных отношениях, обязательно мучиться. До измождения, преодолевая соблазны. В православном браке так и муж и жена об этом знают и обещаются претерпевать и бороться с этим. И у них, как правило, получается.

Возвращаясь к Вашему случаю. Вас постигло искушение. Оно и должно было быть. Количеством искушенией поверяется ценность супружества. Ах, как много случаев, когда говорят — я разлюбил /разлюбила мужа или жену. Это нечестность, падение, обман. Огромное количество соблазнов встречается по дороге к пожизненной верности. Долг достойной личности — их преодолеть. Никогда не следует воспринимать позывы к установлению новых отношений как правильный и непреклонный зов личности или природы.

Единожды дав обещание — долг ответственной взрослой зрелой личности — отвечать за свои обещания. Вопреки влечениям и чувствам. Никогда из следования им не возникает ничего доброго. Вспомните Анну Каренину. Этим, в исходе кончается все, что приводит к доминированию чувств над обязательствами.

Диалог — Дети

СТРАННИК:

— Как общаться с детьми, чтобы не стать для них чужим? Как с ними говорить, чтобы была дружественная атмосфера в семье?

СПУТНИК:

— По мере взросления ребенка следует мудро учиться самому для того, чтобы быть интересным ему.

Необходимо достичь того, чтобы ребенок сам устремлялся к вам с просьбами, предложениями, вопросами.

Вы должны чуть отдаленно и исподволь быть в курсе того, к чему он небезразличен, и оказываться компетентным в этих областях. Самое худшее — это муштра, приказы и надоедливые поучения.

Ваше назначение в том, чтобы ребенок, особенно подросток, дорожил минутами и часами вашего общения с ним.

В то же время следует ненавязчиво и кротко, словно речь идет не об указаниях ребенку, вымышленными интересными историями предостерегать его от соблазнов и развивать в нем вкус к красоте, благородству, смелости и уму.

Заключение и информация на прощание…

Надо ли вам посетить психотерапевта? Если вы читаете этот текст — то ДА. Иначе ваше внимание проскользнуло бы мимо.

Зачем стоит посетить психотерапевта? Если вы приходите к стоматологу, если у вас не болят зубы, а просто провериться, если женщинам после 40 лет рекомендованы ежегодные контрольные визиты к маммологу, то можно предположить, что в вашей жизни обязательно найдутся проблемные точки или эмоционально-болевые узлы, которые причиняют дискомфорт либо внутри вашей личности, либо деформируют ваши внешние социальные связи.

Когда вы решитесь на посещение психотерапевта, учитывайте две вещи.. Точнее одну, но в двух возможных вариантах. Ваши ожидания наверняка неверны, ибо они либо перекрывают его возможности, либо недооценивают их. В первом случае вы приписываете ему что-то типа оккультно-парапсихологических сил, во втором — это типа советчика-тренера.

Исходите из того, что знать ресурсы специалиста вам не дано. И реклама, и рекомендации часто промахиваются. Да и он — специалист — готов для начала следовать вашим ожиданиям. И, потому именно на вас ложится роль, обязанность, призвание — быть достойным клиентом.

Форматы человеческого общения куда как разные. К начальнику приходишь, застегнув верхнюю пуговицу рубашки. С другом сидишь — тут разговоры о приятном. С партнером — о том, что следует достигнуть. С супругой — расслабляешься. И только к психотерапевту следует приходить, словно снимая верхнюю половину черепа, для того чтобы представить ему содержимое головного мозга.

Что будет происходить во время встречи? Начнем с того, что при всей схожести с обыкновенной беседой — встреча с компетентным психотерапевтом таковой ну никак не является. Это мощное средство изменения вашего психического строя, имеющее целью гармонизацию вашей личности, однако через ряд вполне неожиданных моментов.

Итак, каждая лимитированная во времени и оплаченная встреча призвана быть совершенно необычной для вас. И не суть в том, что может применяться и требоваться нецензурная лексика, необычные просьбы типа встать на стол или что-то сломать из лежащего вокруг, и неважно, что именно в вашей жизнедеятельности может быть фокусом внимания специалиста, а вашим участием в извлечении максимальной пользы должны стать абсолютно открытые ответы на все вопросы, какими бы скучно-занудными они вам ни показались.

Первая треть психотерапевтической беседы посвящена возникновению или актуализации раппорта, то есть ощущения что вы со СТРАННИКОМ на одной волне, у вас полное взаимопонимание, что опыт быть вместе здесь и сейчас ценен для вас обоих. Затем следует стадия бережного ведения, когда СПУТНИК аккуратно предлагает Вам проанализировать — принять или аргументированно отвергнуть мысли и чувства которые осознают специалистом как проблемные зоны для Вашего стабильно позитивного бытия. Третья стадия прорабатывает Ваш новый образ поведения и чувствования в состоянии вновь обретенной личностной формации. Это, в общем, стандартная техника эффективной терапевтической встречи, что однако может быть модифицировать вследствие ценностей модальности в которой практикует специалист.

И вновь постараемся систематизировать ответ на вопрос «Когда же следует обращаться к СПУТНИКУ — психиатру с психотерапевтической подготовкой?» Об этом следует подумать в случаях:

* Немотивированных колебаний настроения и физического самочувствия;

* Недостатку или снижению чувства собственной ценности и радости мироощущения;

* Нарастанию проблем в общении (стеснительность / агрессивность) с близкими;

* Раздражительной слабости и чувству нехватки ресурсов полноценной жизни;

* Доминирования мыслей, предствляющимися навязчивыми;

* Возникающего ощущения странности / чуждости вне или внутри себя;

* Повышенному влечению к употреблению того, что раньше представлялось чуждым;

* Длящейся реакции горя / тревоги / тоски после стрессового события;

* Переедания или неоправданной потери веса;

* Нарушений естественного сна или устрашающих сновидений;

* Чувства беспомощности в объективно благоприятной ситуации;

* Несчастливости в достижении оправданных целей;

* Семейных проблем самого широкого спектра;

* Приступов вегетативной тревожности в виде «панических атак»;

* Кризиса середины жизни с мучительной неопреленностью «само-осуществления»;

И ТУТ УМЕСТНО МНОГОЕ, МНОГОЕ ДРУГОЕ, чем можно поделиться со специалистом «понимающей психотерапии» для анализа и помощи. А что касаемо того, как найти своего психотерапевта, то полагаю, что это можно выявить на первой встрече.

Где то к середине сеанса у Вас извнутри должна произойти волна удовольствия от теплого сочувственного понимания Вашей ситуации. Пока это эмоции, но им следует верить. В третьей четверти встречи хороший психотерапевт объясняет Вам свое видение Вашей ситуации.

Это интеллентуальная фаза и Вы убеждаетесь в том, что специалист видит правильно, так же как Вы только объемнее и трехмернее)) В финале Вы получаете либо задание, либо пошаговую программу (совместную или самостоятельную) выхода из кризиса. В идеале, после того как Вы закроете за собой дверь, минут двадцать у Вас должно оставаться послевкусие полной ясности. Правда потом вопросы и возражения воникнут вновь ((И если Вас потянет к нему снова испытать подобную ВСТРЕЧУ, — то это Ваш)))

Напоследок, бонусом, апокрифические сказания о том, что

Молвил авва Аммагамий…

0. Во что я верю — почесал бородатый подбородок старец в потертой скуфейке — в силу, которая сделала нас людьми. Ведь все происходит в нашем разуме. Без нашего вольного восприятия и понимания, вообще ничего бы не было. Это импульс Вселенной извне, это Дао, как говаривал Лао Цзы, это Брахман, как именуется в Упанишадах. Ветхий Завет здесь наиболее мудр, усвоив Богу одно единственное имя — Существующий. Он вне нас, но Его дар нам — понимать Его, думать о Нем, и, главное, вступать с Ним в диалог и получать ответы. В событиях и обстоятельствах. Я, как лицо, все ж духовное, должен бы сказать тебе — молись. Но начни с другого. Благодари! За все что произошло сегодня с тобой. Часто. Можно без повода, просто за то, что ты жив в это мгновение. Многие просят и через то идолов себе творят. А ты проси, конечно, только к каждому beggin присовокупляй — Если Тебе, Боже это угодно, если от этого я вырасту хоть на вершок в Твою меру…)))

1. Некто пришел к старцу с мучащим его вопросом — Отче, если Бог всемогущ, то в его силах сделать так, чтобы Его не было?

Авва Аммагамий, в себе подумал о возможности ОКР у этого парня и на конкретный вопрос ответил так: Давай рассуждать, чадо. Действительно наш Господь всемогущ. Но Он, понимаешь ли, еще и премудр. Возможно, Его бытие и создано человечеством как потребность в опоре на гармонию Вселенной. Но как бы там не было — Он не собирается, в силу Своего ума, делать глупости, которые твой воспаленный разум Ему предлагает…))

2. Эта женщина пришла к старцу с жалобой: Да, я замужем и в нашем браке проблем нет. Но позади остались родственники. Моя старшая сестра звонит мне и предписывает, что нужно купить дорогую стиралку. Мама мужа звонит ему и объясняет, где и какую квартиру и на кого надо оформить ипотеку. Он робко соглашается с ней, несмотря на глупость ее советов.

Авва Аммагамий молвил: Это непростое положение вещей, чадо.. Смотри… За год вашего брака вы не научились Евангельскому — «Да будут двое одна плоть». Ты продолжаешь пребывать в позиции младшей сестры, хорошо, хоть не дочки, как часто случается, а твой Артем остается сыном своей матери. И перестроить это непросто, но возможно. Давай испробуем такую технику. Все разговоры тебя с сестрой происходят под его наблюдением и контролем. И все разговоры его с матерью тоже происходят на громкой связи с троим отслеживаием происходящего. То есть мы устанавливаем фильтры — его общение с мамой комментируется тобой, твое общение с сестрой комментируется им. Это объединит вас и позволит установить правильный приоритет — ты жена, а не сестра, он — муж а не сын. Так вы правильно перезагрузите формат отношений в настоящем, оставляя былое позади…

3. Юноша прходит к старцу с вопросом: Отче, все ли со мной нормально? Внешне в работе я успешен, с супругой все в порядке, малой ребенок приносит радость. Но укоренилась давняя привычка о которой никто не знает, даже от любимой жены я это скрываю. Дело в том, чтобы уснуть, я в на подушке представляю сцены самого мерзкого насилия, с кровью и смертью. И в качестве палача должен выступать я сам, это меня увлекает и после этого я погружаюсь в здоровый сон.

Авва Аммагамий молвил: Все, что происходит в фантазиях совсем не опасно. Так что с социальной точки зрения ты вполне здоров. А вот с нравственной… Конечно это беда. Ты наслаждаешься властью безграничной злобы, наверно заканчивающнйся влажными мечтаниями. Но у тебя вопрос — нормален ли ты? Я отвечаю — нормален, только несчастен. Твое несчастье под контролем. Ты позволяешь быть своей мести сладкой на 20 минут в сутки. Это было бы совсем обыкновенным умственным загоном, который есть, наверное, у каждого человека. Но ты хочешь получить на это санкцию в виде рескрипта- Вадим нормален. Да — говорю я тебе — Вадим в своем уме. Психической болезни у тебя нет.

А вот затаенное горе, обида, гнев, боль за несправедливость, потребность мести — так греет тебя в фантомных ситуациях, что давай так. Любое явление либо увеличивается, либо уменьшается, нично в этом мире не стоит на месте, это я, сыне, так Гераклита цитирую. Будет уменьшаться по мере новой самоидентификации, когда от успешности, ты придешь к потребности воспринимать себя добродетельным и это навсегда покинет тебя. А если будет увеличиваться, прходи еще раз и мы с тобой нырнем в твое детство, чтобы вместе и навсегда погасить страсть гнева, живущую внутри тебя… И знаешь, я не могу уверенно сказать, что с нами будет после смерти на Земле… Но если твоя душа окажется в Реальности, которая реально спрашивает — кто мы? тебе вряд ли будет уютно с твоими потребностями наслаждаться расчлененкой…)))

4. Спросили авву Амагамия — почему Церковь не одобряет кремации? — А потому, братия мои, что Церковь думает о вас лучше чем вы сами о себе и надеется когда нибудь прославить во святых кого то из вас и обрести в земле его мощи.

5. Парень приходит повторно и ворчит: Чо та мне не идут ваши советы… Может мне нужно полегче что…

Я замыкаюсь и отгораживаюсь от любви, не допускаю ей войти в сердце

Я не могу вникнуть в прощение и милосердие Божие и даже на исповеди произнося грех, я все равно как бы тайно себя оправдываю. Как поверить в любовь Божию. Может мне не хватало безусловного принятия или я сразу хочу идеальную любовь? Что вообще со мной?

Авва Аммагамий решительно прерывает поток удушливого нарратива и дает конкретную программу действий: Выполните для начала буквально совет апостола — «Всегда радуйтесь. За все благодарите. Непрестанно молитесь». Поробуем сделать это реально. На неделю.. Хотя бы на три дня, если на бОльшее не потянете. В практике это так: Утро начинаете не с тупого чтения монотонного молитвенного правила из книжки, а искренней короткой молитвы: Господи — этот день Тебе. Все новое, что со мной произойдет — примется как Твой дар.

И дальше постарайтесь прожить, или хотя бы имитировать жизнь на позитиве, радости, видя в событиях и встречных — зашифрованные послания Сверху именно Вам. Старайтесь их расшифровать, но чтобы не ошибиться сверяйтесь с Евангелием. Там описано множество ситуаций, которые могут быть проецированы на нашу унылую реальность. РасцветИте мир, раскрасьте его. Поставьте на телефон напоминалку, чтобы каждый час уделять пять секунд короткой молитве. Непременно с благодарностью, хотя бы за то, что Вы еще живы и находитесь здесь, в месте и времени.

Поживите как посланник Бога на Земле. Чтобы именно от Вас исходило добро. А потом прекратите так жить. Конкретно. Вернитесь в свое ворчливое неприятие сущего. Ибо это трудно и выносимо только для святых, таких как мать Мария (Скобцова), перечтите кстати ее житие. И что то из этих добрых дней в Вас останется и прорастет. И останется с Вами. Начинаем? :-)

6. Спросили авву Амагамия — чем медитация отличается от Иисусовой молитвы? — А тем, что в медитации адресуешься к себе, а в умной молитве ко Спасителю. А потому медитация более сродна Онанову греху, а молитва подобна тогда любви из Песни Песней.

7. И приходит она и причитает: — Мне нужен совет: много лет, всю жизнь я терплю свою мать! Наглая, всегда орущая, только ко что снова по телефону обзывает «сумасшедшая».. и раньше — «проститутка», потом добирается до «тварь неблагодарная» Она хочет чтобы было все как она скажет. Мне 39! Мы живём в разных городах!

Авва Аммагамий предлагает алгоритм действий: Прежде всего помолиться о том, чтобы начать «перезагрузку» отношений и взять на эту технику благословение Вашего батюшки. Потом начать действовать. Заранее готовиться к общению с мамой. Посидеть перед этим три минутки в молчании. Настроиться на благожелательность. В общении спрашивать коротко, отвечать ясно. Как только маму понесет в оскорбления — прерывать разговор. Потом перезвонить, извинившись. Снова понесет — снова прервать. И так ее приучать, вырабатывая условный рефлекс что непрошенные комментарии, оценки и советы Вам не нужны. Важно, чтобы Вы ни разу не сорвались ни в ответный гнев, ни в оправдания, ни в объяснения. Осознайте, что убеждением тут не сделаешь ничего. Благожелательная холодноватая вежливость и ни разу не выслушивание никого ора. Так с Божией помощью, где то за пару лет возможна перестройка общения на благожелательную тональность. Жестко, но работает. Попробуем?

Через неделю эта женщина пишет е-мейл месседж: Батюшка, спасибо Вам огромное! Не ожидала такого здравого ответа! Я буду стараться делать так, как посоветовали! СпасиБо! Священик местный только сказал: молиться чтобы крест свой донести! Другие про любовь к маме говорили. А Вы позволили быть собой, женщиной, а не дочерью. И этим укрепили меня. И, кажется я начинаю свою собственную, производную из моей а не маминой воли, такую манящую и многообещающаю, возможно чуть опасную, но именно свою жизнь…

8. Спросили авву Амагамия — а как правильней — стремиться к продлению земной жизни или желать скорейшего перехода в Вечность? — А надобно тут братия различать совершенных и новоначальных соответственно степени духовного роста. Блаженные отцы желали поношений, болезней и скорбей, что в общем не предписано среднему христианину. Наверное так и с фактом смертности. Ведь что это значит — желать смерти? Это значит ощущать себя готовым к жизни вечной в своем нынешним состоянии, томиться тварным и вожделеть припасть к Источнику бытия в надежде быть принятым на лоне Авраамовом. Не каждому под силу. Но, верю, некоторые есть, кто дерзнет. А всем предписать в качестве добродетели — нет. Как и в солдатском уставе нет параграфа о подставлении правой ланиты супостату. С рассуждением тут надо подходить, братия, исходя из степени духовной зрелости каждого из нас.

9. А это был просто захожий прохожий паренек, вдруг спросивший старца, устало выходящего из западной дверцы алтаря: — «Скажите, человек в черном, а что такое свобода? На язык просится с детства усвоенное — „это осознананная необходимость“, но, реально это формула меня обездвиживает. Я не жду мудрости от Вас, просто пришедшее првым определение, за которое Вы подписываетесь и отвечаете…»

Авва Аммагамий, без паузы на размышление отвечал так: — Are you really want the short definitions, отрок? Держи. Этимология современного слова «свобода» прослеживается от древне -славянского СО-БОДА — то есть быть собой — осмысливая это в современных парадигмах мышления то — это возможность осуществлять внешние действия исходя из внутренних ценностей. Полагаю, что этого достаточно… Наслаждайся этим, сынок…)))

10. Неугомонный студиозус второго курса МГУ: — Уважаемый, а Бог имманентен или трансцендентен?

Авва отвечал: — Уточним. Ты спрашиваешь есть ли Бог в материи, в том, что разлито реальностью вокруг нас? И да и нет, сынок. В сущности, это зависит от реципиента, от принимающей личности. Если человек может рассмотреть присутствие Бога в вещном предмете — от унитаза до иконы, то Бог в них может поприсутствовать, открыться и обозначить ситуацию Богообщения. Ну а духовному дальтонику Бог даст возможность пользоваться предметами без Своего присутствия…))

11. — Я ревную, отче… Пытаюсь с этим бороться. Причин нет. Пока, я надеюсь. Но ведь это проблема, да?

Авва отвечает: Это опасней, чем проблема. Знаете что? Своей настороженностью и плохо скрываемой ревностью, Вы можете подтолкнуть девушку к измене. Открываете окно Овертона. Слышали про такую уловку нечистого? Вы словами или действиями постояннно настраиваете ее на Ваше ожидание измены. Вот ее мысли в постепенности:

— Ой, да что это он такое невожможное допускает

— Ну, раз любимый это допускает, то возможно, наверное, но не хочется

— Да что он все про это думает, надо бы подумать и мне об этом

— Так, раз это занимает его мысли, значит и впрям в этом что то есть

— Так, а что если я хоть раз попробую и узнаю, чего он так этого боится

— Попробовала. Втайне. Ну, не то чтобы здорово, но прибавило перчику.

— Я буду его уважать, потому что он думает правильно, он умный и я это делаю

— Так, все правильно, меня ревнуют а я изменяю направо и налево. Справедливость существует!

12. Обрывки из диалогов аввы Аммагамия:

* Объективная ценность искусства определяется глубиной и количеством пораненности им субъективных судеб…

* Ты имеешь право спросить/попросить все что угодно от любого, до тех пор, пока ты уверен, что в случае его отказа твое отношение к нему не изменится…

* Знай, что никто не имеет психологического (морального) права выносить тебе суждение без твоего запроса. Такого рода попытки, чаще от взрослых родителей веждиво пресекаются. типа: «Мам, разве я спрашивала тебя о твоем мнении) или, — Па, почему ты думаешь, что мне итересно то, что ты оцениваешь это?»

Уникальный принцип этого: никто, без просьбы от об этом, не имеет права выносить мнение, суждение, оценку Вашего события.

* Без прочувствования своей говнистости — из тебя не появятся розы

* О страдании и Боге… Рождаясь, мы разрываем промежность своим матерям, но они нас любят. «Все на свете есть страдание — рождение, болезни, смерть» так начал проповедь Гаутама Будда. Христос, когда Его обрекали на крестное страдание, сказал апостолам, пытавшимся его отбить от толпы: «Остановитесь, Я могу сейчас материлизовать 12 легионов ангелов, но зачем нарушать волю Отца обо Мне?»

Pain is inevitable, suffering is optional — Боль неизбежна. Страдание необязательно. Эту фразу приписывают Харуки Мураками. Что из этого следует?

Бог создал такой мир, где есть место человеческому страданию. Но Он также дает нам свободу. Свободу принимать страдание или уподобиться жене Иова, которая истошно советовала мужу «Зачем страдать, похули Бога и умри». То есть высокая степень человеческого благородства — принимать страдание как должное нам, а высшая ступень святости — отважиться благодарить Бога за страдание.

* Об аскезе: Тут самая главная ошибка возможна. Аскеза задумана не для здоровья. Не для пользы, а для продуманного и выверенного веками вреда телу. Оздоравливающие практики с феноменом аскезы не имеют ничего общего, скорее, противоположны. Так что оставление алкоголя и курения неаскетичны. В смысле, не совсем. Аскеза есть ущемление тела в потребном ему для того, чтобы актуализировались более высокие духовные потребности. Кто то из святых отцов постулировал «Монах есть всегдашнее понуждение естества». Воздержание от незензурной брани также не есть аскеза а воспитание этикетного благочестия в себе. И вот, скажем, отказ от сладких булочек вечером есть аскеза или нет? Зависит от намерений. Если цель — обретение стройности тела — то никоим образом. Если мотивация чуточку опечалить себя для открытости чувству Вечности — то самое оно…))

* Смысл жизни с точки зрения Бога: Наше призвание к существованию из небытия определяется тем, насколько мир стал лучше, теплее, уютнее, умнее и позитивней от нашего пребывания на этой Земле. А определяет его того Тот, кто нас сюда пригласил…)) Поэтому надо стремиться к тому, чтобы расслышать Его голос… Поверьте, это возможно. Реально. Тут хороша техника — возвращаться к обдумыванию мотивов своих поступков. И если 90% их них были продиктованы самосохранением — каяться в этом. Если у Вас это получится — Вы распознаете совпадения, происходящие каждый день. Это и есть воля Бога о Вас. И самая хитрая уловка Сатаны — сделать так, чтобы мы не обращали на это удивленного внимания и резко забывали об этом.

* Бог тоже растет над Собой, общаясь с нами. Возможно, ради этого Он и создал нашу Вселенную.

* Христос парализует смерть, мягко улыбнувшись ее бессмысленности :-)

И, наконец, Разгадка конца жизни:

Ага, мне близко. Десять — двадцать весен…

Пульсирует в висках: а дальше как?

Пожалуй, не был раньше столь серьезен

Да и не думал о себе в веках

Кто старше — понимает. Кто моложе,

Тому не актуально. Был таким.

И жить старался, словно лез из кожи

Движимый жаждой: Только б быть живым

Случилось. Моя стать иль Божья воля

Позволили дожить мне до седин

А там злорадством или горем болен

Оплакивал смерть сверстников один

Мне есть что вспомнить. Вера и сомнения

Жестокость, жалость, вера, что расту

И в утешение — мне воображение

Пройдя сквозь смерть подобным стать Христу

И вот открылось, словно голос был,

Боль в том, что ты уходишь в одиночку

Не вместе с теми, кто тебя любил,

А навсегда один. На этом точка..

Но не исчезнуть… Не сгореть дотла,

У Вечности секрет спасения вызнав:

— Нас будут мучить добрые дела

Которых мы не сделали по жизни