Read the book: «Лебединая песня»

Лебединая песня

Утро ворвалось в мою комнату вместе с истошным криком чаек и солёным бризом, который, словно нахальный мальчишка, пробирался сквозь неплотно прикрытую форточку. Я открыл глаза ровно в 4:47 — внутренний хронометр, выработанный годами службы, сработал безотказно, даже несмотря на вчерашнюю задержку, когда мы допоздна разбирали проклятый полётный план. Наше общежитие-гостиница, уютно примостившееся в тени огромных платанов, больше походило на средневековый замок какого-нибудь итальянского графа, чем на казённое учреждение. Двухэтажное кирпичное здание с плоской крышей утопало в буйной зелени южных фруктовых деревьев — инжир, хурма, гранат и бесконечные виноградные лозы, оплетающие стены, словно зелёные змеи, пытающиеся задушить казённую архитектуру.

Коридор гудел, как потревоженный улей. Молодые пилоты и техники, только что выпущенные из училищ, топали сапогами, перекрикивались, смеялись, кто-то ругался, потеряв планшетку. Жизнь в общежитии напоминала муравейник, который внезапно перевернули палкой — все суетились, бегали, тащили снаряжение. Я, повинуясь многолетней привычке, за пять минут привёл себя в порядок: ледяная вода, пара резких движений бритвой, и вот я уже натягиваю лётный комбинезон, который пахнет керосином и, как ни странно, почему-то ванилью. Наверное, это от стирального порошка, которым наша прачка, тётя Зина, не жалея, пересыпает всё подряд.

Тёплое Чёрное море дышало рядом, в каких-то паре сотен метров, и у нас, по традиции, снова были гости — соседи из соседнего гарнизона. Их программа называлась «морская», и она представляла собой настоящий вызов для любого пилота. В отличие от сухих степных полётов, где ориентиры — это бесконечные поля и одинокие столбы ЛЭП, здесь приходилось иметь дело с бескрайней водной гладью, которая, чёрт возьми, не прощает ни единой ошибки. Море, как капризная женщина, сегодня ласково улыбается, а завтра уже готово сожрать тебя за малейшую небрежность.