Read the book: «Девочка Мажоров»

Это история Нади из романа Стерва (заморожен – скоро выложу)

Глава 1.

На второй перемене мой телефон завибрировал. Я увидела на экране имя Леши – яркие буквы светились, вызывая улыбку. Его голос в трубке звучал бодро, с той особенной энергичностью, которая всегда заражала:

– Надь, привет! Поехали сегодня к Диме на дачу? – я услышала, как он улыбается, произнося это. – Ближе к вечеру. Меня сегодня в универе не будет, заеду за тобой часиков в пять. Ехать минут сорок, может, чуть больше.

В груди что-то приятно екнуло – Леша звонит, приглашает. Значит, не забыл.

Я снимаю квартиру. Нормальная такая квартира в спальном районе, но зато рядом с метро . До недавнего времени делила её с подругой, но та съехала к своему парню, оставив меня одну. Я как раз надеялась, что Леша может мне занять на месяц денег, чтобы перекрутится, найти кого-то. Ну или уже в крайнем случае искать что-то дальше и дешевле.

Мы встречались несколько раз. Помню наше первое свидание в кино – я видела, как его профиль освещался бликами экрана, ловила запах его парфюма с нотками морской свежести. Потом были посиделки в уютной кафешке, где мы говорили часами, и я слушала его низкий, немного хрипловатый смех. Но с нашей университетской группой Леша почти не общался. У него была совершенно другая компания.

У него были друзья другого уровня. Все называли их мажорами, хотя это слово уже приелось и звучало пошло. Но как еще назвать парней и девчонок, которые в двадцать лет ездят на Мерседесах люксовых моделей и Гелендвагенах? Мажоры. Привилегированные. ДРУГИЕ!

У Леши тоже была машина – Тойота. Не такая пафосная, зато удобная, с мягкими кожаными сиденьями, от которых исходило тепло. Он подвозил меня после того похода в кино, и мы целовались прямо в салоне. Я чувствовала вкус мяты на его губах, ощущала, как его пальцы нежно касаются моей щеки, слышала наше прерывистое дыхание в тишине. Я уже была готова пригласить его подняться, но вспомнила, что подруга дома, и подумала, что это плохая идея и все равно ничего не получится.

Он не настаивал. Просто отстранился, посмотрел мне в глаза – в его взгляде было что-то тёплое и понимающее – и произнес:

– Спокойной ночи, котёнок.

Я видела, как уголки его губ приподнялись в полуулыбке. Всё. Больше ничего не сказал. Я захлопнула дверцу машины и поднялась к себе, чувствуя разочарование тяжёлым комком в животе.

Я надеялась услышать его звонок на следующий день, представляла, как он снова позовёт меня куда-нибудь. Но телефон молчал. Вернее, он звонил – но только по учебе.

На занятиях мы виделись. Он всегда появлялся внезапно – я слышала быстрые шаги за спиной, чувствовала прикосновение губ к щеке, ощущала знакомый запах. Иногда задерживался чуть дольше обычного, и я чувствовала тепло его дыхания у своего уха. Но больше никуда не звал. Это ранило сильнее, чем я готова была себе признать.

Поэтому я так удивилась, когда он предложил поехать к Диме. Я знала этого парня – видела, как он подъезжал к универу на серебристом BMW, всегда в дорогих кроссовках и с той расслабленной уверенностью (а может развязностью?) в движениях, какая бывает у людей, не знающих проблем с деньгами. С нами он не учился, но Леша часто к нему заезжал. Мы пару раз болтали в столовке – я слышала его громкий голос, видела размашистые жесты, чувствовала себя немного не в своей тарелке от его прямоты. Да и прямо говоря от пошловатых шуточек.

– Почему к Диме? Почему на дачу? – спросила я, ощущая лёгкую тревогу.

– У его родителей офигенная дача, – голос Леши звучал воодушевлённо. – Бассейн есть, джакузи. Там ещё будет его девушка. Ты её не знаешь, но она классная. Посмотрим кино – у них мини-кинозал, представляешь? Потусуемся...

Я чувствовала, как внутри всё сжимается от сомнений. Что-то в этом предложении казалось неправильным.

– Я не знаю... – начала было я.

– Надюш, не беспокойся, – его голос стал мягче, почти убаюкивающим. – Если тебе что-то не понравится, я сразу увезу тебя домой. Обещаю.

Я закрыла глаза, представляя картину: дача, компания, может быть, это шанс стать ближе к Леше. К тому же там будет девушка Димы – значит, не так страшно. Я видела этого Диму, нормальный парень вроде. Да, шуточки у него были пошловатые, но в целом он казался безобидным – наш ровесник, тоже студент.

Просто у него, как и у всех друзей Леши, родители были обеспеченными людьми. Очень обеспеченными. Я слышала истории: сын генерала, сын депутата, возможно, даже отпрыски олигархов. Не понимала, как Леша смог войти в этот круг, но видела, как легко он с ними общался – смеялся, шутил, хлопал по плечам. Никакой натянутости.

Но с Лешей вообще было легко. У него был характер, который притягивал: он никогда не злился, не повышал голос, всегда излучал позитив. Я чувствовала, как рядом с ним расслабляюсь, как исчезает напряжение. Может, у нас действительно что-то получится? Раз приглашает...

К тому же с Димой будет его девушка.

Дача находилась по Каширскому шоссе. Мы ехали минут сорок пять, и я смотрела в окно на пролетающие деревья, слушала музыку из колонок и чувствовала лёгкое волнение в животе. Леша вёл машину уверенно, одной рукой на руле, иногда бросал на меня быстрые взгляды и улыбался.

Когда мы подъехали, я увидела огромный дом. Двухэтажный, с панорамными окнами, но в основном из дерева.

– Ничего себе, – прошептала я.

Внутри было тоже впечатляющее. Первое, что я увидела – много дерева, но светлого, почти медового оттенка. Огромные окна пропускали вечерний свет, от которого всё пространство казалось наполненным золотистым сиянием. Кухня располагалась на небольшом возвышении, а ниже простиралась открытая гостиная с гигантским каменным камином. Я ощущала запах дорогой мебели и едва уловимый аромат сосны.

– О, а я вас тут жду-жду! – услышала я голос Димы.

Он стоял у барной стойки на кухне, держа в руке стакан с чем-то красным. Широкая улыбка растягивала его губы, но я заметила, что глаза улыбаются меньше. Дверь была открыта – мы просто зашли.

Я быстро огляделась. Никакой девушки.

Дима поднял стакан, и я увидела густую красную жидкость – похоже на томатный сок.

– Там совсем чуть-чуть, – сказал он, заметив мой взгляд, и подмигнул.

Я услышала в его голосе лёгкую хрипотцу – будто он уже не первый глоток делает. «Кровавая Мэри», сообразила я. С водкой.

– Привет, – выдавила я и тут же спросила, стараясь, чтобы голос звучал спокойно: – А где твоя девушка?

– Что? Девушка? – Дима словно удивился, и я увидела, как его брови поползли вверх.

Слишком театрально. Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.

– А, да! – он щёлкнул пальцами. – Лида приболела, в последний момент позвонила, сказала, что не приедет.

– Её зовут Лида? – переспросила я, хотя прекрасно расслышала.

Почему-то хотелось услышать ещё раз, чтобы убедиться, что она вообще существует.

– Ну да, Лида, – он двинулся ко мне, и я ощутила исходящий от него запах алкоголя и дорогого парфюма. – Надюш, ты не бойся, ну ничего страшного, потусуемся втроём. Что будешь пить?

Он махнул рукой в сторону бара, где выстроились бутылки – я видела разные марки вина, виски, коньяк.

– Я? – я стала всматриваться в названия, чувствуя, как напряжение нарастает.

Потом до меня дошло: пить с двумя парнями, когда никакой другой девушки нет? Плохая идея. Очень плохая. Если бы была моя обычная компания – подруги, с которыми мы можем болтать и хохотать до утра – тогда да. А так...

– Я не буду, спасибо, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо.

– Да ты что, не стесняйся! – Дима сделал шаг ближе, и я услышала, как настойчиво он произносит слова. – Ты не волнуйся, закуска у меня есть!

Он развернулся и подошёл к холодильнику – огромному, с двумя дверцами, из нержавейки. Распахнул его, и я увидела полки, заставленные контейнерами, пакетами, тарелками. Света изнутри хлынул поток холодного воздуха.

– Леш, ну давай, вытаскивай, – бросил Дима через плечо.

Я посмотрела на Лешу. Тот кивнул и начал легко орудовать на чужой кухне. Двигался уверенно, явно зная, где что лежит. Слишком уверенно. Я почувствовала укол подозрения: как часто он здесь бывает?

– Может, что заказать? – спросил Дима, когда Леша уже выставил на стол достаточно еды.

– Да нет, тут много всего, – удивилась я, ощущая нарастающую неловкость. – Нас всего трое.

– Ну не знаю, суши там...

– У тебя и суши есть, – Леша уже доставал из холодильника запечатанный сет.

– О, точно! – Дима так искренне удивился, будто впервые видит собственный холодильник.

Я наблюдала за ними и чувствовала, как тревога медленно подтачивает изнутри.

– А чай есть? Зелёный? – спросила я.

– Чай? – Дима почесал затылок, и я услышала лёгкий смешок в его голосе.

Он повернулся к Леше:

– Лех, а чай у меня есть? Зелёный?

– Есть, я сам привозил, – спокойно ответил тот.

Значит, они и правда часто общаются. Леша здесь свой человек. Я ощутила странное чувство – что-то между ревностью и настороженностью.

Глава 2.

Леша заварил чай, и я услышала, как вода булькает в чайнике, почувствовала нежный аромат жасмина. Мы сели за стол – я выбрала место с краю, подальше от Димы. Разложили суши на тарелках. Я взяла палочки, но руки слегка дрожали.

– Ну что, кинишко посмотрим? – предложил Дима с набитым ртом. – У меня прям мини-кинозал, офигенный. Посмотришь.

– Ну давайте, – согласилась я, чувствуя, как голос звучит неуверенно.

Дима смотрел на меня. Я видела, как его взгляд скользит по моей фигуре – медленно, оценивающе. Слишком откровенно. Я ощутила, как кожа покрывается мурашками не от удовольствия, а от дискомфорта.

И он постоянно касался меня. Будто случайно, но слишком часто. То возьмёт за руку, помогая встать. То придержит за спину, проходя мимо. То положит ладонь на плечо. Я чувствовала эти прикосновения как ожоги – хотелось отстраниться, но не знала, как сделать это, не выглядя грубой.

Мы спустились в подвал – там действительно был оборудованный домашний кинотеатр. Я увидела огромный экран, занимавший всю стену, мягкий широкий диван на несколько человек, низкий столик. Сзади, на возвышении – ещё кресла, большие, с подлокотниками и подставками для напитков. Приглушённый свет, тёмные стены, поглощающие звук. Ощущение изолированности от внешнего мира.

Мы сели... И я обнаружила, что оказалась между ними. Леша справа, Дима слева. Я почувствовала себя зажатой, будто в ловушке. Сердце забилось чаще.

– Неудобно как-то, – пробормотала я.

– Да нормально, расслабься, – услышала я голос Димы рядом с ухом.

Я хотела встать, пересесть, но Леша уже включал фильм, а Дима возился с попкорном. Запах масла и соли наполнил помещение.

– Может, всё-таки поедем? – начала я, поворачиваясь к Леше.

– Надюш, ну что ты, – его голос был таким убаюкивающим, мягким. – Вот посмотрим, попкорн свежий, всё отлично. Расслабься.

Его рука легла мне на плечо, и я почувствовала тепло его ладони. Он смотрел на меня, и в его глазах было что-то успокаивающее. Я не помню, что именно он говорил дальше – слова обволакивали, как тёплое одеяло, и я кивнула, сама не понимая почему.

Фильм начался. Уже через десять минут я увидела первую эротическую сцену. Потом ещё одну. И ещё. Я услышала стоны актёров, увидела обнажённые тела на экране, почувствовала, как краска заливает щёки. Дискомфорт перерос в острое желание исчезнуть.

Диме кто-то позвонил. Я услышала вибрацию телефона, увидела, как он достал его, посмотрел на экран и вышел. Его голос доносился из гостиной – глухой, приглушённый.

Еще через некоторое время, я почувствовала руку Леши на своём плече – он обнял меня. А Дима положил ладонь мне на колено. Горячую, тяжёлую ладонь. Я ощутила, как всё внутри сжалось в тугой ледяной комок.

Я резко убрала его руку.

– Леш, я домой поеду, – сказала я, вскакивая.

Голос прозвучал громче, чем я хотела – почти срываясь на крик. Дима попытался схватить меня за запястье, и я почувствовала холодные пальцы на своей коже. Вырвалась, услышала, как сердце колотится в ушах, и быстро вышла из кинозала в гостиную.

– Надюш, ну подожди! – Леша выскочил следом.

Я услышала быстрые шаги за спиной, почувствовала, как он ловит меня за руку. Его пальцы сжали моё запястье – не больно, но крепко.

– Ты что, обиделась?

– Я не обиделась, – я смотрела ему в глаза, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Просто лучше я поеду.

– Ладно, давай тебе кофе сделаю, – его голос стал мягче, почти просящим. – У Димки такой тортик классный, попробуешь, хорошо?

Он держал меня за руку, и я видела в его глазах что-то умоляющее. Я почувствовала, как воля ослабевает.

Я хотела сесть за стол на кухне – там светло, открыто. Но Леша повёл меня к дивану в гостиной:

– Здесь удобнее, ну что ты в самом деле. Садись, расслабься.

Я села, ощущая мягкость дивана под собой, слыша, как Леша возится с кофемашиной на кухне. Дима устроился недалеко от меня, положив руку на спинку дивана. Я видела его периферийным зрением – он смотрел. Не посматривал, а откровенно, не отрываясь, пялился. Я чувствовала этот взгляд на своей коже, будто он прожигал одежду.

Напряжение росло. Я сжала руки в кулаки, ногти впились в ладони.

Вдруг я услышала звук подъезжающей машины. Рокот двигателя, хруст гравия под колёсами. Я резко подняла голову, почувствовав прилив надежды – может, кто-то ещё приехал? Девушка Димы?

Леша странно посмотрел на Диму – быстрый, скользящий взгляд, в котором я уловила что-то вроде вопроса.

Дима махнул рукой – небрежно, будто отгоняя муху. Что это значит?

Дверь распахнулась, и в дом вошли двое парней. Я увидела их лица и почувствовала, как желудок сжимается. Кажется, я их знала. Да, точно – Леша показывал фотки с их тусовок, рассказывал что-то. Один был сыном генерала – высокий, спортивный, с короткой стрижкой. Другой – сын депутата, в дорогой толстовке.

Но почему мне никто не сказал, что они приедут?

Я посмотрела на них внимательнее. Слишком блестящие глаза, расширенные зрачки, резкие, нервные движения. Я услышала их громкий смех – слишком громкий, неестественный. Они под кайфом. Точно под кайфом.

Я почувствовала, как холод разливается по телу.

– Это Гоша и Вадик, – представил их Дима, даже не поднимаясь с дивана.

Голос звучал расслабленно, будто он и ожидал их.

– Привет, – Леша поднял руку, но я увидела, что улыбка не коснулась его глаз. Он не рад. Или делает вид?

– О, правда симпатичная! – Гоша начал прямо с порога, и я услышала в его голосе что-то хищное.

Он смотрел на меня, облизывая губы.

Значит, они знали, что я здесь. Значит, это они звонили Диме, когда мы смотрели фильм. Меня обсуждали. Планировали.

Я почувствовала, как воздух в комнате стал слишком густым, тяжёлым, как будто его не хватает. Сердце забилось так сильно, что я услышала пульс в ушах. Руки стали ледяными.

Я посмотрела на Лешу. Он отвёл взгляд.

И тогда я поняла.

Я обернулась на Диму - поймала его взгляд, увидела, как он медленно поднял руку, изобразив жест «ну я же говорил». В его глазах мелькнуло что-то вроде предупреждения.

- А ты нам сразу двоим отсосешь? - голос Вадика прозвучал резко, слишком громко в тишине комнаты.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Слова будто ударили меня.

- Я? Что? - мой голос дрогнул. Я слышала собственное учащенное дыхание. Почему он так разговаривает? Почему Леша молчит?

Повернула голову к Леше - он стоял у стены, отводя взгляд. Я видела, как напряглись его плечи, но... ничего не сказал.

- Ну-ка, давай посмотрим на эту красоту, - услышала я слева от себя.

Резкое движение - Гоша вдруг оказался рядом на диване. Я почувствовала вибрацию от его веса, ощутила запах его одеколона вперемешку с чем-то химическим, странным.

Я начала подниматься, но почувствовала грубый толчок - его ладонь врезалась мне в плечо, вдавливая обратно в мягкую обивку.

- Ты что! - возмутилась я, чувствуя, как голос становится выше, тоньше.

- А я что? - его рука легла мне на грудь. Тяжелая, горячая. Я замерла от неожиданности. - О, отличный размерчик, - он произнес это с довольной ухмылкой, которую я увидела краем глаза.

- Гош, тормози, - донесся тихий голос Леши. Тихий, но такой бесполезный. Я слышала его слова, но не видела никаких действий.

Справа раздался глухой звук - это Вадик плюхнулся на диван с другой стороны. Диван просел. Я почувствовала себя в ловушке между двумя телами. Мое сердце колотилось так, что, казалось, они должны были его слышать.

Его рука скользнула между моих ног. Я резко сдвинула колени, но почувствовала, как он силой впихивает пальцы в узкое пространство.

- А губки у тебя там какие, а? Большие, маленькие?

Слова звучали грязно, мерзко. Я слышала их, но мозг будто отказывался обрабатывать смысл. Не успевала реагировать. Повернула голову к Леше, потом к Диме - оба смотрели, но молчали. Я видела их лица, но не видела защиты.

- О, слушай, а у меня же есть мечта детства практически! – заявил Гоша, прижимая меня к спинке дивана.

- Ну давай, что там за эротические фантазии тебя посещали в детстве? – спросил его Вадик, продолжая щупать меня между ног. Я чувствовала его руку с достаточно большими пальцами, которая буквально сжимала меня там.

- Бутылочку вот в такие красивые губки вставить, - чуть ли не мечтательно заявил Гоша. Я просто слышала и не могла поверить. Слова прорывались как сквозь пелену. Он правда … правда? Он что имеет в виду?

- В какие? – как-то тупо уставился на него Вадик, слегка ослабив свою хватку у меня между ног.

- А вот в те самые, - тут Гоша тоже положил руку мне между ног, так же втиснувшись и пытаясь раздвинуть их.

Глава 3.

Я пыталась встать, но они уже вдвоем держали меня.

- Гош, ты че? - теперь Дима уже попытался вступиться. На его лице появилось беспокойство, хотя до этого он просто наблюдал за происходящим.

- Да ты сам нас позвал, это ты че! – наехал на него Гоша.

- Я не звал, - пробурчал Дима.

- Звал, звал, так расписывал! – Вадик улыбался и схватил меня за шею, прижимая к дивану, потому что мои попытки встать и отпихнуть их становились все сильнее и настойчивее.

- Не трогай меня, - я попыталась отпихнуть его. Но их было двое, и они оба меня держали.

- Не, слушай, ну здесь неудобно, у Димки кровать зачетная, потащили ее туда, - предложил Гоша.

- Я не хочу, я не буду, я домой … Леша! – я попыталась встать, но этот Вадик, он был и высокий и крепкий, подхватил меня со спины под мышки, а Гоша за ноги.

Я стала пытаться его отпихнуть уже ногами и тогда он позвал Диму:

- Блять, да помоги ты, - Дима явно колебался, - долг прощу! – тут же добавил этот Гоша. Какой долг? Он ему что-то должен?

И тогда Дима присоединился и тоже схватил мои ноги уже в районе лодыжек, чтобы я не могла вырваться. А Гоша держал ближе к бедрам.

- Ох, пушинка, - обрадовался Гоша, что я не тяжелая.

- Ребят, прекратите, отпустите ее, - Леша как-то шел в отдалении за ними, тащившими меня в спальню, которая была на самом деле на первом этаже, но как-то в стороне – я заметила только дверь, когда была в гостиной и не знала, куда она ведет, подумала – может кабинет.

- А ты вообще на хер молчи, - заткнул его Гоша и Леша замолчал! Просто замолчал и ничего не делал. Никак не собирался мне помогать.

Мне было так обидно … Он же обещал, что отвезет меня домой! Он знал? Он знал, что они приедут?

Я пыталась вырваться, но они втроем держали, у меня ничего не получалось. Я не верила, что это вообще происходит. Ну Леша … Я думала … Что у нас хорошие отношения … Я правда думала, что может я нравлюсь ему.

Я испугалась. Леша говорил про этого Гошу, что он без башни совсем. И наркотой балуется. И глаза у них были … Они точно были под кайфом.

Дима им помогал, а Леша не собирался мешать. Ну почему я сразу не ушла, когда стало понятно, что никакой девушки не будет? Ну почему? Может пока эти двое не приехали, Леша бы меня отвез.

- Я не хочу, я не буду, - пыталась я как-то остановить их, но меня не слушали.

- Что не будешь, сразу у двоих? – как будто бы шутил Гоша, - так мы втроем одновременно, - так хочешь?

У меня даже в глазах все поплыло. Что он говорит? Как втроем? Почему Леша ничего не делает!

- Не ну давайте, расчехляйте ее, а я пока бутылку подготовлю, - Гоша говорил на полном серьезе. Он … Он … вставит в меня бутылку? Нет, я не дам, я не дамся.

- Блять, да ты ебнулся что ли? – тут отреагировал Вадик, - ты же ее порвешь, а мы ебаться приехали.

- Да ничего ей не будет, ну блять хочу посмотреть, вот всегда хотел, пара фоток и все, - стал уже убеждать их Гоша.

- Ну хорошо, только горлышко, слышал? – решил дать указание ему его друг Вадик.

- Не надо, не надо, - мне становилось все страшнее, он с ума сошел, они под кайфом, что он со мной может сделать …

Но Дима меня на кровати держал со спины, а Вадик стягивал с меня брюки.

Дима прижал мою шею рукой, чтобы я не могла сопротивляться, потому что схватилась за нее, чтобы он меня не придушил. Механически просто, мне было неудобно и конечно чуть больно, но он не давил сильно.

- Осторожнее, - Леша стоял в дверях спальни и смотрел, как мне все-таки показалось, с испугом.

- Надюш, лежи спокойно, - посоветовал мне Дима. Как спокойно? Что они будут делать?

А Гоша вышел за бутылкой? Нет … Нет … Этого не может быть.

Вадик успешно стянул мои брюки и трусики, потому что я отвлеклась на то, что Дима держал меня за шею, пытаясь отцепить его руку.

- О, еб ты, чувствуется рука профессионала, - вошел Гоша с пустой бутылкой, говоря это Вадику, который уже откидывал предметы нижнего моего туалет в сторону на ковер.

- Не волнуйся, я ее продезинфицировал ее же содержимым, - оповестил он меня буквально широко улыбаясь и стал устанавливать свой телефон напротив кровати! Он будет это снимать?!

- Не надо, не надо пожалуйста, - мне было дико страшно. Они вообще что-то соображают или нет? Ну Дима же этот … Ну да … он же и во время кино еще что-то пил. Он пьяный? На вид не очень. Хотя от него однозначно исходил запах алкоголя.

- Дима пусти, - стала обращаться я к нему, он все-таки хозяин дома, и он не под наркотой. Ну так мне показалось по крайней мере.

- Надюш, лежи спокойно и все будет хорошо, не дергайся и все, он сейчас успокоится, - стал уверять он меня в безопасности сего предприятия? Он тоже с ума сошел?

Тут Вадим перешел к моей футболке, начав ее стягивать, но получалось для этого Дима должен был отпустить мою шею. Я понадеялась, что я сейчас смогу вывернуться, но опять я не рассчитала свои силы.

- Осторожнее, не порви, а то, как она домой поедет, - неожиданно для меня выдал этот Гоша. Он беспокоится, как я домой поеду? В разорванной майке?

Тут меня совсем накрыло. А если они на самом деле меня потом вообще убьют? Нет. Нет. Он только что сказал «как она домой поедет».

Нет, Леша не такой.

- Так, ноги ее держи, - скомандовал он Вадику и сел между моих ног с этой бутылкой.

Я в ужасе смотрела на него, меня просто парализовало от страха. А если он не остановится и порвет мне все там? Мне стало дико от мысли, что он правда сейчас это сделает.

- Смотри, тихо, - он остановился и смотрел на меня, - лежи тихо и все будет красиво. В такие губки вставлять – красота же, - уверял меня он в чем? Что это нормально?

Я просто потеряла дар речи и действительно замерла. Я страшно боялась, что он меня порвет.

И он … он … стал вставлять. Медленно. Холодное. Гладкое. Какой ужас …

- Ну, что чувствуешь? – стал спрашивать он меня, - может еще и кончишь так?

И тут я увидела, что Леша наконец опомнился и кинулся к ним:

- Да ты что делаешь? Уйди от нее! – он стал пытаться его оттащить, Гоша стал его отпихивать и … и … он упал на меня! Упал …

Хрустнуло … Что это? Это бутылка раскололась?!

- Блять, да ты зачем меня трогаешь? Пиздец … сука … оно там осталось! – я увидела, что Гоша испугался. И все испугались.

- Блять, лежи, не дергайся, слышишь, не дергайся! – заорал Гоша.

Я стала дышать, пытаясь понять, что я чувствую, но я толком не понимала, что я чувствую. Я ничего не могла понять, я не чувствовала никакой острой боли.

- Надюш, не шевелись, слышишь? – Дима перехватил меня опять под мышками и чуть потянул на себя медленно.

- Не … не … не трогай, - мне было страшно, слезы катились ручьем, но я боялась двигаться.

- Блять, Вадька, держи ее, я сейчас таблетки принесу, - стал быстро говорить Гоша.

- Нет … нет, - плакала я.

- Да лежи, не дергайся, - опять прикрикнул он на меня.

- Не трогайте ее, - запаниковал тоже Леша, но боялся подойти.

- Ну так и вытаскивай без наркоза, идиот, - кинул ему Гоша, быстро выходя из спальни.

- Надо скорую вызвать, - стал говорить мой однокурсник.

- Ага, Леш, и метам уж тоже звони, - поддел его Вадик, - дебил что ли совсем?

Гоша вернулся почти сразу и тут же сел рядом и стал пихать мне что-то в рот. Таблетки. ЛСД?

- Я не буду, отпустите, - тихо плакала я.

- Да глотай, будем считать, что это обезболивающее, - он схватил меня рукой и нажал так, что я не могла не открыть рот и тут же мне залил бутылкой с водой.

Так как он это делал вдвоем с Димой, пока Вадик так и держал мои ноги, то я не смогла не проглотить.

- Димон, попробуй вытащить, - повелительным тоном сказал ему Гоша. Он отпустил меня и осторожно облокотив на подушки, переместился вниз, пытаясь просунуть два пальца.

- Не надо. Не надо! – я боялась, что стекло уйдет дальше и все … Все разрежет. А если попадет в матку?

- Блять, она выскользнула, - в испуге сказал Дима.

- Не трогайте ее! – закричал уже Леша.

- Ну сам тогда вытаскивай! – обернулся на него Дима.

Тут я почувствовала, что один из краев касается моей верхней стенки.

- Мне больно, не надо! – стала через слезы просить я.

- Так, надо еще немного, - и тут Гоша опять запихнул мне таким же образом еще таблеток, - лежи неподвижно, - выдал он мне на его взгляд самые ценные указания.

- Ну иди сюда, раз умный такой, - позвал его Вадик.

- Надя, Наденька, я попробую, слышишь, я аккуратно, только не двигайся, - стал пытаться успокоить меня Леша, но я видела и слышала, что его трясет.

Какой кошмар. Я голая. Среди четырех парней. А внутри горлышко бутылки. И Леша на все это смотрит. Зачем я согласилась поехать на дачу?