Read the book: «Гипноз любви», page 4

Глава 7

Ну, по крайней мере, теперь было ясно, что он не притворяется. Лежит на кушетке, точно Спящая красавица, совершенно неподвижный и ничего не подозревающий о шуме и суете вокруг.

За все время, что я снимаю этот кабинет, пожарная сигнализация не срабатывала ни разу, и я не знала, как реагировать. Учебная тревога или все-таки пожар? В любом случае просто сидеть и ждать – не вариант.

Нужно завершить сеанс с Мейсоном, но на это нет времени. И бросить его здесь тоже нельзя – смерти в огне не заслуживают даже лживые предатели.

Я встала и принялась трясти его за плечи, не обращая внимания на то, какими большими они казались в моих руках.

– Мейсон, проснись. Мейсон!

По-прежнему никакой реакции. Никто из моих клиентов раньше не впадал в состояние сомнамбулизма, поэтому я не знала, как правильно поступить. Конечно, рано или поздно он и сам бы проснулся, вот только времени у нас не было.

Я потрясла сильнее. Может, хорошая пощечина его разбудит? Эта мысль меня немного порадовала. А потом я учуяла запах дыма, хотя трудно было сказать: то ли это связано с предполагаемым пожаром, то ли с моими мыслями о причале из воспоминания, в которое погрузился Мейсон.

– Мейсон! Нам нужно уходить! Кажется, тут пожар!

Стоило мне только сказать «пожар», как его глаза резко распахнулись. Он несколько раз моргнул, совершенно растерянный. Кто-нибудь другой вполне сумел бы выйти из гипноза без должного пробуждения, но если Мейсон был настолько внушаемым и погрузился так глубоко, дело могло быть худо.

Нужно правильно завершить сеанс. Но позже.

– Что происходит? – нетрезвым голосом спросил он.

– Идем. – Я продолжала дергать его за руку. – Вставай. Сработала пожарная сигнализация.

Меня понемногу охватывала паника. А вдруг действительно пожар, а я понятия не имею, где именно и насколько все серьезно? Нам нужно покинуть здание.

Мейсону удалось подняться, хотя он все еще нетвердо стоял на ногах. Он тяжело повис на мне, и мы побрели в сторону выхода. Воспользоваться стареньким скрипучим лифтом я не рискнула и теперь проклинала свой второй этаж – тащить Мейсона пришлось вниз по ступенькам. К счастью, на лестнице было тихо и безопасно, и я шаг за шагом помогла ему спуститься.

От прикосновений к нему кожа горела огнем: то ли от страха, что мы можем оказаться в западне адского пламени, то ли от радости, что он снова рядом. Я тихонько выругалась. Пахло от Мейсона и в самом деле просто изумительно.

Мы спустились на первый этаж и вышли на дорожку. Большинство других арендаторов уже были внизу, неподалеку послышался вой пожарных машин.

В ожидании развития событий на улице собрались не только соседи по офисам. Зеваки высыпали из ближайших домов. Одинокий полицейский, первым откликнувшийся на вызов, пытался отогнать толпу и освободить дорогу пожарным.

Я посмотрела наверх и не увидела никакого дыма, запаха тоже не чувствовалось. Может, тревога действительно была ложной?

Вивиан, дизайнер интерьеров с третьего этажа, сказала:

– Мо, это ты во всем виноват! А я тебе говорила, переносная плитка – это небезопасно.

– Но как же я без чая, Вивиан? – изрядно нервничая и заламывая руки, попытался оправдаться Мо, зоотерапевт, работавший на четвертом этаже.

– Так покупай его в кафе, как все остальные! – тут же парировала она.

Вивиан заметила нас с Мейсоном, и ее раздражение сменилось улыбкой. Она приехала в наш городок недавно, всего несколько месяцев назад. Когда Вивиан сняла офис в этом здании, я поздравила ее с новосельем тарелкой печенья, и с тех пор мы поддерживали дружеские отношения.

– Саванна! А это кто? – спросила она. – Новый клиент?

Ну и как я должна представить ей Мейсона? Сказать, что он просто заноза в заднице?

– Это Мейсон. Вроде как новый клиент.

Мейсон вдруг приобнял меня и, улыбаясь, сжал мое плечо. Я поспешила отойти. Если Вивиан и обратила внимание на мою неловкость, то ничего не сказала, только улыбнулась ему, как это делает любая женщина моложе сорока при виде Мейсона. Затем она попрощалась и отошла к полицейскому, чтобы хоть что-то разузнать.

– Ну как, проснулся? – спросила я Мейсона, пытаясь не выдать, как мне не хватает его теплого прикосновения.

– Да! – В его голосе чувствовалось явное воодушевление. – Почему мы на улице?

– Судя по всему, в здании пожар, сработала сигнализация. Пришлось прервать наш сеанс. По степени интенсивности гипнотическое состояние может быть от легкого до очень глубокого. Думаю, ты погрузился в очень глубокое.

Он игриво выгнул бровь.

– Не люблю полумеры. Что ты такое сделала? Я чувствую себя превосходно, у меня эйфория.

Странно, я ведь так и не успела ему сказать, что он проснется бодрым и отдохнувшим.

– И чего ты такой счастливый? Охотник принес на блюдечке сердце твоего врага?

Он ухмыльнулся, и уголки моих губ сами поползли вверх. Осознав это, я плотнее сжала губы.

– Просто удивлен, что ты не бросила меня в горящем здании, – поддразнил он.

– А я-то как удивлена.

Следующая фраза Мейсона меня по-настоящему шокировала.

– Поужинаешь со мной?

– Что? – переспросила я, решив, что мне послышалось.

Тогда он повторил, четко проговаривая каждое слово:

– Поужинаешь? Со мной.

– Ты спрашиваешь или утверждаешь?

– Спрашиваю.

К собственному ужасу, я уже готова была согласиться, но все-таки сдержалась.

– Э-э… Нет, спасибо.

Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы добавить «спасибо». Сьерра бы мной гордилась!

Вот только Мейсона мой отказ, похоже, вообще не останавливал.

– Ты ведь хотела сказать «да».

Его слова сбили меня с толку.

– Что? Вовсе нет.

Он посмотрел на крышу здания.

– Синклер, мы знакомы всю жизнь. Не пытайся обмануть – ни меня, ни себя. Думаю, нам нужно поговорить. За ужином. Давай я свожу тебя во «Флавио» и угощу энчиладой.

Мексиканская еда всегда была моей слабостью, о чем этому подлецу прекрасно известно.

– Зароем топор войны, – предложил он. – Вместо того, чтобы вонзать его мне в спину, чего, судя по твоему взгляду, тебе так хочется.

– Я никогда не наношу удар в спину, – ответила я. – И не собираюсь с тобой ужинать. Это было бы очень непрофессионально с моей стороны. Да ты вообще знаешь…

Я была настолько взвинчена, что чуть не выболтала про официальное предупреждение и про то, что свидание даже с временным клиентом могло навлечь на меня серьезные неприятности. Мейсон хочет написать статью. И я не обязана рассказывать ему о том, чем он сможет меня прижать.

«Лучше бы прижал к себе, да покрепче», – подумала взбунтовавшаяся часть меня, и я тяжело вздохнула. Сбрендившим гормонам слова вообще никто не давал!

Пожарная машина подъехала к входу в здание, и спасатели поспешили внутрь.

К нам подошла Хизер, в руках у нее была сумка с покупками.

– Боже мой, что произошло?

– Видимо, в здании пожар, и Синклер героически меня спасла, – ответил Мейсон.

– Я не…

Но Хизер все равно бросилась обниматься, хотя на самом деле я ничем этого не заслужила.

– Спасибо! Огромное спасибо!

Когда она меня наконец отпустила, Мейсон вдруг сказал:

– Мам, ты знаешь, я тут подумал и решил все-таки согласиться. Я выдвину свой лот для аукциона.

– Замечательно!

Он поймал мой взгляд, и в его глазах заплясали озорные искорки от радости, что я попалась. Это ведь я ответственная за аукцион, а значит, мне придется снова с ним встретиться, чтобы обо всем договориться.

Зачем он это делает?

– Тогда не буду вам мешать, обсудите детали, – сказала Хизер. – Саванна, в обед я встречаюсь с твоей мамой. Передам от тебя привет!

С этими словами она ушла, а я не смогла сдержать вздох, полный ужаса. Кто знает, что там Хизер ей наговорит? Я как будто наблюдала за автомобильной аварией в замедленном действии, не в силах ее предотвратить.

Мейсон подошел ближе.

– Давай все обсудим за чипсами с сальсой.

Очень соблазнительно.

– Я же сказала «нет», – ответила я, скрестив руки на груди.

– Где-то я слышал, что говорить «да» намного приятнее.

Он что, решил посмеяться надо мной и моими словами?

– Издеваешься?

– Что ты имеешь в виду?

– Ты же просто повторяешь, что я сказала тебе на сеансе.

Он слегка нахмурился.

– Честно говоря, я мало что помню после того, как ты попросила меня замолчать и расслабиться.

А это уже серьезный повод для волнения. Настала моя очередь хмуриться. У меня никогда не было такого, чтобы клиент не мог вспомнить, что происходило во время сеанса, особенно если он только что закончился. Нужно поискать информацию на эту тему. Жаль, Камилла не на связи, мне бы здорово пригодился ее совет.

– Я не собираюсь с тобой ужинать, – сказала я. – Ни сейчас, ни когда-либо еще. Ни-ко-гда.

– Никогда – очень абстрактное понятие, Синклер.

К нам подошли другие арендаторы, а сквозь толпу пыталась пробиться Бриджит.

– Что происходит? – спросила она.

Я вкратце ей обо всем рассказала, вот только она все равно не слушала: была слишком занята тем, что строила глазки Мейсону.

А тому, похоже, нравилось ее внимание.

Бриджит подошла ближе и положила ладонь ему на грудь.

– Бедняжка. Испугался, наверное.

Не будь она моей близкой подругой, я бы тут же добавила ее в список злейших врагов.

– Еще как, – откликнулся он на ее флирт. – Меня теперь нужно утешать и успокаивать. Не хочешь сегодня вечером сходить куда-нибудь вместе и поговорить об этом?

Вот только разговаривая с ней… он неотрывно смотрел на меня.

Как будто бросал вызов.

Что за игру он ведет?

– С удовольствием! – воскликнула Бриджит, не скрывая ликования. – Куда пойдем?

– Я сначала думал о мексиканской кухне, но теперь хочется чего-нибудь более… необычного. Может, «Магазин-ресторан аллигаторов Мерфи»?

Я выпучила глаза от изумления.

– Это у них можно покормить и погладить рептилий? – спросила Бриджит.

Мейсон кивнул.

Ничего не понимаю. Он согласился участвовать в аукционе, позвал Бриджит на свидание после того, как сам же ей отказал, а теперь еще и с аллигаторами решил пообщаться?

Внутри у меня все похолодело. О нет, это я виновата! Я слишком хорошо сделала свою работу, и теперь он говорит «да» всему, даже собственным страхам.

– Ты правда хочешь потрогать этих мини-динозавров? – недоверчиво спросила я.

Он пожал одним плечом.

– Присоединяйся, если есть желание.

Бриджит чересчур энергично закивала.

– Точно! Давай, Саванна, будет весело! Пойдем все вместе.

Я не понимала, что происходит. Раз уж она хотела его завоевать, то зачем тащить с собой меня?

– Сегодня в семь? Встретимся на месте? – Эти вопросы, вероятно, предназначались Бриджит, но смотрел он по-прежнему на меня.

– Тогда до вечера! Давай добавлю тебе свой номер.

Он протянул ей телефон, и та ввела нужные цифры.

– Только напиши мне, – сказала Бриджит и погрозила пальчиком. – Ну все, пора возвращаться к работе.

Она одарила меня взглядом, который я не смогла расшифровать, и пошла назад, через дорогу, сверх меры покачивая бедрами.

Вышедший из здания пожарный сообщил, что тревога была ложной, датчики сработали из-за поврежденной проводки, и кто-то уже вызвал электрика, чтобы ее починить. Скорее всего, завтра нас пустят обратно.

Замечательно, ничего не скажешь. Пришлось перенести все встречи, запланированные после обеда.

Жаль, у меня нет денег нанять помощника, с ним жизнь была бы намного проще.

Вместо того чтобы спокойно держать эти мысли у себя в голове, где им и место, я, судя по всему, пробормотала их вслух, потому что Мейсон сказал:

– Я могу быть твоим помощником.

– Нет, не можешь.

– Давай пообедаем вместе?

Да что с ним не так?

– С одной пообедать, с другой поужинать? Нет уж, спасибо. Не хочется быть запасным вариантом.

– Никакой ты не запасной.

Он произнес это с таким нажимом, что я была даже немного польщена – стояла и вертела в руках телефон, не зная, что ответить. Почему я так странно себя чувствую в его присутствии?

– И от обеда отказываешься? Что ж, тогда сначала в тренажерный зал, а потом – кормить аллигаторов. Спасибо за сеанс. До встречи, Синклер.

Он повернулся и ушел, а я опустилась на бордюр и попыталась взять себя в руки. Я села спиной к нему, чтобы не смотреть, как он уходит, но все равно не сдержалась и бросила взгляд через плечо.

И конечно же, я была бы не я, если бы именно в этот момент он не обернулся и не увидел, что я, как дура, на него уставилась. Он самодовольно ухмыльнулся и помахал мне, а я проклинала тот день, когда он появился на свет.

Как же он меня бесит.

Достала телефон – быстренько поискать информацию о гипнотическом сомнамбулизме. И чем больше я читала, тем сильнее росла моя тревога: из-за того что я не завершила сеанс, как следовало, Мейсон мог быть опасен для самого себя.

Хорошо бы ему позвонить, но я не знаю номер. А у кого спросить? Хизер и моя мама вложат в это больше смыслов, чем нужно. Бриджит может подумать, что я посягаю на ее кавалера, и просто мне ничего не сказать.

Придется заявиться к ним на свидание.

Глава 8

– Что-что ты сделала? – спросила Сьерра.

На вечер я выбрала один из любимых сарафанов и эспадрильи. Обычно я наряжалась для выходов, но не хотела, чтобы Мейсон подумал, будто я стараюсь ради него. Однако и надеть что попало я тоже не могла, поэтому пришлось пойти на уступку: сарафан был не очень новым.

– Я загипнотизировала Мейсона, и, кажется, с ним теперь что-то не так. Из-за пожарной сигнализации не удалось толком завершить сеанс и должным образом его разбудить. Нам пришлось покинуть здание.

– Значит, у вас вышла преждевременная эвакуация? – Она рассмеялась над собственной шуткой, а я лишь недовольно на нее зыркнула.

– Похоже, теперь он стал слишком внушаемым и будет соглашаться на любые предложения.

– А ты-то здесь при чем?

– При том, что это моя вина, – объяснила я, копаясь в шкатулке с драгоценностями в поисках пары золотых сережек. – Я временно сломала его защиту. Если лишить черепаху панциря, придется за ней ухаживать, иначе она станет слишком уязвимой.

Сестра закинула в рот очередную порцию чипсов.

– Я практически уверена, что без панциря она в любом случае погибнет.

– Да я не об этом!

– Может, и не об этом, но как теперь перестать думать о бедном животном? От этих мыслей мне грустно. Как и от количества чипсов в этой пачке. Пятнадцать штук? Серьезно? Да я столько съедаю, еще пока стою у буфета и раздумываю, хочу ли я вообще чипсов.

Тот факт, что моя сестра способна была шутить о еде, наполнял меня безудержным счастьем, как и то, что она могла есть, не задумываясь о калориях. Сейчас Сьерра жаловалась, что пачка маловата, но я еще не забыла те времена, когда она не позволяла себе никаких чипсов и тщательно подсчитывала каждую калорию, каждую крошечку, которую разрешала себе съесть.

На глазах у меня навернулись слезы, и я тряхнула головой в попытке переключиться на другую тему.

– Эта черепаха без панциря собирается на свидание с Бриджит и аллигаторами.

Мои слова привлекли внимание Сьерры.

– Даже не знаю, кто страшнее.

– Вот именно.

– Ну и что? Он большой мальчик и в спасении не нуждается.

Это напомнило мне слова Мейсона на сеансе.

– Думаешь, мы все время пытаемся кого-то спасать?

– От аллигаторов?

– Да нет, вообще. Типа, у нас есть потребность спасать людей. Ну… ты же медсестра.

Она пожала плечами и отправила в рот еще чипсов.

– Я люблю свою работу. Ну есть у меня какой-то комплекс спасателя – и что с того? Люди в любом случае получают необходимую помощь.

И правда. Мейсон был в опасности, причем из-за меня – я чувствовала себя ответственной.

Я не могла рассказать Сьерре, что меня беспокоит больше всего, так как общение во время сеанса было строго конфиденциальным. О том, что бывшая использовала его и он не хотел, чтобы это повторялось снова.

Бриджит я обожала, но она-то наверняка возьмет его в оборот, а потом бросит за ненадобностью. Хотя, может, именно это ему и было нужно, и не стоит мешать человеку получать удовольствие.

К сожалению, я была не лишена совести, которая не позволяла мне стоять в стороне.

Нужно присмотреть за ним хотя бы в следующие 24 часа.

– Он что, навсегда теперь такой? Все время будет говорить «да»? – спросила Сьерра. – И ты будешь нянчиться с ним до конца своих дней?

Прямо моя личная версия ада.

– Некоторые буддийские монахи тратят всю жизнь на то, чтобы войти в состояние глубокого транса и не выходить из него, и даже им это не удается, поэтому можно не бояться, что Мейсон Бекет останется таким навсегда. Довольно скоро мы вновь увидим все того же мерзкого упыря. Но я думаю, если мои подозрения верны, следующие день-два мне придется за ним приглядывать.

Сестра задумчиво жевала чипсы и смотрела на меня так, будто не могла поверить моим словам.

– То есть ты возьмешь и припрешься к ним на свидание? Бриджит это не понравится.

– Они оба меня пригласили.

– Оба пригласили тебя? – искренне изумилась Сьерра. – Это… очень странно. Расскажи, как все было.

– Мейсон позвал меня с ним поужинать, и я, конечно же, не согласилась, затем пришла Бриджит, и он предложил ей, и оба сказали, чтобы я тоже приходила.

Я понимала, насколько дико это звучит, и взгляд Сьерры подтверждал мои опасения.

– Он пригласил тебя на ужин?

– Да, но я ему отказала.

После долгой паузы сестра спросила:

– Отказала, чтобы все равно сегодня с ним поужинать, да?

В этот момент я пыталась надеть цепочку с подвеской, но, услышав ее слова, замерла, а мои руки так и зависли над шеей. Она права.

Мейсон вынудил меня поужинать с ним даже после того, как я сказала «нет».

Вот ведь хитрый проныра.

– Как думаешь, почему он так настаивает на встрече? – спросила сестра, когда я не отреагировала на ее верные и совершенно очевидные наблюдения.

Я защелкнула застежку и поправила подвеску.

– Он говорил, что хочет все обсудить.

– Но почему именно сейчас?

– Хороший вопрос. Понятия не имею.

Того, что он сделал, не исправить словами.

– Мама говорила, что он, вероятно, переедет обратно в Плайя-Пласида. Может, хочет извиниться, чтобы совместное празднование Рождества семей Синклер и Бекет не было настолько неловким следующие сорок лет?

Мейсон может вернуться навсегда? Эта мысль оказалась крайне неожиданной и неприятной. Я-то надеялась, он здесь только временно и в не очень отдаленном будущем улетит обратно в Нью-Йорк.

– Мы не будем все следующие сорок лет отмечать Рождество с Мейсоном. Он кого-нибудь встретит, я кого-нибудь встречу, так что на совместных праздниках нам не придется сидеть рядом.

– Ты? Встретишь?

Я повернулась и посмотрела сестре в глаза.

– А что?

– Просто я ни разу не замечала, чтобы ты переживала по поводу какого-нибудь парня так, как из-за Мейсона.

Смысл ее слов был предельно ясен, но я не собиралась пускаться в дальнейшие рассуждения на эту тему и вместо этого просто разозлилась.

– Поверить не могу! Думаешь, мне нравится Мейсон? Знаешь, что он мне сегодня заявил?

– И что же?

– Что гипнотерапия – это секта, а я – самозванка.

– Ну ты же показала ему, как сильно он ошибается, правда?

Я задумалась.

– Вроде того. И я великолепно справилась со своей задачей! Ты бы видела, как он начал говорить «да» направо и налево после того, как я его «понарошку» загипнотизировала и убедила, что это хорошая идея. Да – аукциону! Да – Бриджит! Да – кормлению аллигаторов!

– Надо было у него денег попросить, – пошутила сестра. – Про секту он, конечно, зря – не очень хорошо с его стороны, – но он же не первый, кто тебе такое сказал, и обычно ты так не расстраиваешься. А значит, здесь есть что-то еще. Что же?

Когда кто-то знает тебя настолько хорошо – это одновременно и благословение, и проклятье. Потому что скрывать свои мысли становится чрезвычайно сложно.

– Еще он сказал… – Я пыталась сообразить, что еще из услышанного за пределами сеанса могу ей сообщить. – Он сказал, что я прекрасно выгляжу.

Жаловаться на комплимент было так глупо, что мне тут же захотелось сквозь землю провалиться. Ничего плохого в его словах, разумеется, не было, но они все равно меня беспокоили.

Сарказм Сьерры только подтвердил бессмысленность моего недовольства:

– Каков нахал! Хочешь, я его поколочу?

Всего контекста она не знала, поэтому не поняла бы, почему его слова меня так разозлили. И я не могла рассказать, что он еще наговорил и чем выбил почву у меня из-под ног. Например, о том, что он меня любил. Последние несколько часов эта мысль не давала мне покоя, и я пыталась найти ей хоть какое-то логическое объяснение.

Мейсон не сказал, что любит девушку, сидевшую рядом с ним на причале, он сказал, что любил ее. Да и любовь бывает разной, не только романтической. Он мог любить меня как подругу. Или платонически – «ты мне как сестра».

Я сначала подумала, что он имеет в виду романтику, однако я просто смотрела на его слова сквозь призму своих прошлых чувств и эмоций, пытаясь объяснить происходящее. Нельзя было делать скоропалительные выводы и уж точно нельзя рассказывать об этом Сьерре, потому что сеанс конфиденциален.

Только когда Сьерра заговорила, я поняла, что все это время стояла на одном месте, прокручивая в голове эти мысли.

– Узнала хоть что-нибудь интересное?

– О чем ты?

– Ты не спросила, зачем он распустил тот слух?

– Нет.

– А зря.

И действительно, почему я не торопилась спрашивать Мейсона про ту сплетню? Еще много лет назад я решила, что он совершил непростительный поступок, а потому не хотела, чтобы он каялся и извинялся, облегчая совесть. Но это еще не все.

Когда-то у него было столько власти надо мной и моим сердцем, что я приходила в ужас от одной мысли, что он обретет ее снова. А если у него есть рациональное объяснение? Сложно представить, но вдруг? Сегодня я убедилась, как легко могу поддаться былым чувствам – таким знакомым и волнительным, – когда он рядом.

Я не могла позволить этому случиться. Однажды он уже вырвал мне сердце, и я не дам ему снова сломать меня. Не собираюсь наступать на эти грабли дважды, второго раза я просто не вынесу.

Однако сестре я так ничего и не сказала, а вместо этого открыла шкаф и достала с верхней полки корзину – где-то в ней должна быть сумочка, подходящая к сарафану.

– Чтобы он снова наврал? А смысл? Хватит с меня обманщиков. Пусть давит на жалость кому-нибудь другому, а меня оставит в покое.

Сестра сидела на кровати и, разглядывая покрывало, водила пальцем по цветочному узору. Я вдруг подумала о том, что руки у нее, должно быть, жирные от чипсов, и тут поняла, что она явно не просто так избегает смотреть мне в глаза. От этой мысли стало не по себе.

– Ну что? – спросила я.

– Мне кажется, ты не хочешь, чтобы он оставил тебя в покое.

Это заявление было столь же нелепым, как и мое, когда я сказала, что меня разозлил комплимент.

– О чем ты? Очень даже хочу.

– Ну не знаю. – Ее взгляд был все так же прикован к цветам на покрывале. – Стоило ему появиться, и ты уже не умолкая говоришь только о нем.

– И что? Мне тяжело видеть его и находиться рядом с ним. Я прорабатываю свою травму.

– Ну ладно, как скажешь. Но ты, похоже, немного ревнуешь из-за свидания с Бриджит.

Из всех сумасшедших заявлений моей сестры эта фраза установила рекорд безумия.

– Я не ревную. Я ему отказала, и он просто заменил меня другой.

Черт возьми, это действительно похоже на ревность.

– Раз уж мы с тобой близнецы, логичной заменой, наверное, была бы я, – сказала Сьерра, глянув в мою сторону.

Мое сердце застыло, а потом начало медленно и гулко стучать в груди. Так вот почему сестра себя так ведет? Она влюблена в Мейсона? Может, она всегда хотела быть с ним, а я стояла у нее на пути?

– Он тебе нравится? – сдавленно спросила я.

– Ой, ну не надо на меня так смотреть. Конечно, нет! Мейсон всегда был мне как брат, и я вовсе не хочу с ним встречаться. Формально я все еще с Джозефом.

После этих слов я расслабилась – хотя даже не заметила, когда мое тело успело так напрячься.

– Ты же вроде хотела с ним порвать?

– Все еще хочу, просто как-то было не до того.

– Тогда не отправляй ему милые сообщения, будто вы пара.

– Да, конечно, – она кивнула. – А что, если я уже?

– Сьерра! – простонала я. – Мне что, сейчас же поехать к нему и покончить с отношениями за тебя? Ты ведь заслуживаешь лучшего.

– Знаю, знаю. Я порву с ним. Скоро.

Сказав это, она встала, рассыпая крошки от чипсов по всему полу. А значит, придется пропылесосить, пока ко мне не явилась целая армия муравьев.

Раньше я бы ей высказала за эти крошки, но не сейчас. Сейчас я была рада уже тому, что она ест, да еще с таким удовольствием.

Я подошла и обняла сестру. Она что-то проворчала, сопротивляясь, но потом обняла меня в ответ.

– Я очень тебя люблю, – сказала я, пытаясь сдержать слезы.

Моя любовь к ней была такой сильной, что щемило в груди. У меня лучшая в мире сестра, и я так горжусь ее успехами! В отношении Мейсона она, может, и ошибается, зато во всем остальном просто невероятная. Какое счастье, что она у меня есть.

– Ну ты и неженка, – сказала сестра, выпуская меня из объятий, и направилась к выходу. – Удачно испортить чужое свидание.

– Меня пригласили, – напомнила я.

Она замерла в дверях и обернулась.

– Постарайся не судить предвзято, хорошо? Временами все не так, как кажется.

Сьерра – не любительница таинственных фраз, и я собиралась было уточнить, что она имела в виду, но та уже ушла.

Возможно, и к лучшему. Если она на его стороне, ничего не хочу об этом знать. Я глянула в зеркало, и та девчонка внутри меня, которую я все никак не могла утихомирить, задумалась, понравлюсь ли я Мейсону.

«Не ради него наряжалась», – напомнила я ей и кивнула, довольная увиденным. Отчасти мне просто нравилось выглядеть хорошо, но главное – если уж я решила броситься в пасть чудовища, мне нужно было чувствовать себя уверенно.

Откладывать дальше нельзя.

Пора испортить кое-кому свидание.