Read the book: «Ссыльные»

Глава 1
Настоящий Слим Шэйди

В музыке Джимми Кроллик разбирался. Нормально так в ней шарил. Хаял Моби¹, не успели его толком полюбить. Однажды в ДАРТе² услыхал, как два пацана разговаривают про «Лефтфилд»³, – так с полным правом нагнулся к ним и сообщил: все это ахинея. И при этом понимал, что совершенно прав. Джимми знал: последний альбом «Рэйдиохед»⁴ такая дрянь, что его даже круто хвалить, однако сам не хвалил. Ну уж хренушки. Это выше моды. Хип-хоп, джангл-кантри, биг-бит, свинг – все это Джимми любил и ненавидел. Но ему уже стукнуло тридцать шесть, у него трое короедов, и жене, которая на шестом месяце, медведь на ухо наступил.

Джимми стоял у дверей в ванную и слушал, как она голосит под душем:

– ПРОЩЕНО, А НЕ ЗАБЫТО. ПРОЩЕНО, А НЕ ЗАБЫТО. ПРОЩЕНО, А НЕ…⁵

Он не выдержал:

– Ты это поешь, потому что в голову пришло или потому что нравится?

– Закрой за собой дверь, Слим, – ответила Ифа. – ПРОЩЕНО А НЕ ЗАБЫТО. ПРОЩЕНО…

В доме семьсот тридцать пластинок, и Джимми известно, где они все обитают. Большинство покупал он сам. Двенадцать подарили, а одна уже была в доме, когда они въехали. «Братья по оружию» «Дайр Стрэйтс»⁶ – валялась прямо на полу, где Джимми бы ее, блядь, и оставил. А Ифа подобрала.

– Ой, мне она так нравится.

Так и поселилась. Джимми знал, где – вроде как заныкана между блюзом и кислотным джазом. Его подмывало тайком вынести ее из дома и потерять, но он любил Ифу, и жена при нем ни разу эту пластинку не искала. Женаты они были девять лет, и за все время Ифа принесла в дом ровно шесть пластинок – это не считая «Баллад про убийство» Ника Кейва⁷, которые он подарил ей на годовщину.

Но считая саундтрек к «Титанику»⁸.

Джимми отказался ставить его в раздел «Звуковые дорожки к фильмам».

– Почему?

– Я назначу ей собственный раздел. – Полное говно.

Она рассмеялась:

– Вот дурилка.

И они трахнулись прямо на кухонном столе под Селин Дион⁹, мчавшую по просторам Атлантики.

И вот Джимми закрыл дверь ванной…

– НЕ ЗАБЫ… ТО…

… и спустился в гостиную. Встал перед теликом.

– Вам кому-нибудь нравятся «Коррз»?

– Ага!

– Еще чего.

– Кака.

Он зашел на кухню и включил радио. «Легкое ФМ».

– Да еб твою…

Джимми терзал настройку, пока не нашел «Ручные звуки». Так-то лучше. «Лэмбчоп». «Да здравствует народ»¹⁰. Великолепная музыка, и о ней никто не слыхал. Джимми закрыл кухонную дверь и добавил громкости. За «Лэмбчопом» поставили Сен-Жермена: «Я ХОЧУ, ЧТОБ ВЫ СОБРАЛИСЬ ВМЕСТЕ»¹¹. И Джимми растянулся на кухонном столе.

Сколько месяцев он уже не бывал на концертах. Месяцев. Раньше-то ходил все время. Раньше он ихустраивал. Рулил бандами – некоторые были просто великими. «Повинности»¹², например. («Ирландской группы лучше так никогда и не записали» – «д’сайд». «Гавно» – «Нортсайдские новости».) Или «Наглики». («Секс и гитары» – «В Дублине». «Гавно» – «Нортсайдские новости».) Клевое время, когда суток не хватало, а сон был тратой времени.

Теперь же у него дети и спать совсем невозможно. Он вечно просыпается в новой постели. Однажды даже провел ночь в колыбельке – Махалия, младшенькая, отказалась в ней спать¹³.

– Это немоя удобная постелька. Вот моя удобная постелька, – орала она, показывая на его, блядь, удобную постельку.

Уже перевалило за полночь. Джимми слушал пластинку Маршалла Мэзерза¹⁴. Тут еще одна беда. Джимми по большей части нравилось такое, куда лепят наклейки о родительском контроле, поэтому приходилось дожидаться, когда уснут дети.

Джимми на цыпочках вошел в спальню.

– ПРОЩЕНО, А НЕ ЗАБЫ… ТО…

Она его ждала. Девять лет женаты, а до сих пор трахаются. Джимми подлез к ее спине и подумал, что́ она заметит раньше – брюхо или стояк. У него копятся фунты – и он не знает отчего. Никогда не ест, вроде, а пинту пропускал сто лет назад… недель, месяцев. Блядь.

– Как там настоящий Слим Шэйди? – спросила Ифа.

– Неплохо, коза, – ответил Джимми. – Зашибись.

– А чего вздыхаем? Ты как вообще?

– Я зашибись. Просто…

– Уй, – сказала она. – Пинается.

Она взяла Джимми за руку и возложила себе на живот. Он дождался следующего ребенкина пинка. И вдруг как-то сразу обессилел. Скоро припрутся дети, навалятся грудой сверху. Джимми старался не засыпать. Тыц, еб твою, тыц. Он исчез, потом снова проснулся. Тычется? Ткнулся? Не спать, не спать.

– Думаю собрать группу, – сказал Джимми.

– Ох господи, – вздохнула Ифа.