Read the book: «Сон ребенка. Решение всех проблем»

Name: Сон ребенка. Решение всех проблем
Author: Ричард Фербер
ISBN: 978-5-9614-4392-9

Ричард Фербер

Font::

Переводчик Наталья Кияченко

Редактор Наталья Нарциссова

Руководитель проекта И. Серёгина

Корректор М. Миловидова

Компьютерная верстка A. Фоминов

Дизайн обложки Ю. Буга

Иллюстрация на обложке Shutterstock

The original publisher is Fireside, a Division of Simon & Schuster, Inc.

Фербер Р.

Сон ребенка. Решение всех проблем / Ричард Фербер; Пер. с англ. – М.: Альпина нон-фикшн, 2016.

ISBN 978-5-9614-4392-9

Все права защищены. Произведение предназначено исключительно для частного использования. Никакая часть электронного экземпляра данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для публичного или коллективного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. За нарушение авторских прав законодательством предусмотрена выплата компенсации правообладателя в размере до 5 млн. рублей (ст. 49 ЗОАП), а также уголовная ответственность в виде лишения свободы на срок до 6 лет (ст. 146 УК РФ).

* * *

Моим сыновьям Матиасу и Тадеусу. Детьми они научили меня быть родителем. Став взрослыми, научили помнить, что значит быть ребенком.

Предисловие ко второму изданию

Первое издание этой книги вышло в свет в 1985 г., когда лечение нарушений сна у детей было новой областью медицины. За прошедшие годы изложенная мною тогда основная информация о природе сна и о проблемах со сном у детей нисколько не устарела, а методы решения этих проблем лишь подтвердили свою доступность и практичность. Их ценность подтверждается постоянно не только сотрудниками нашего бостонского Центра изучения нарушений сна, но и множеством других врачей – специалистов в самых разных областях – по всему миру. Я получил много отзывов родителей, которые внимательно прочитали первое издание и применили описанные в нем приемы. Они выражали благодарность за помощь в решении проблем со сном, тянувшихся долгие месяцы и даже годы.

Что же заставило меня через 20 лет пересмотреть и значительно расширить текст? На то есть три причины.

Во-первых, я стремился опровергнуть широко распространенное ошибочное понимание моих методов. Я всегда видел свою задачу в том, чтобы объяснить родителям, что такое сон и какие его нарушения могут возникать в детстве, помочь им найти причины проблем со сном у их детей и подобрать или составить подходящую программу коррекции, отвечающую их взглядам на воспитание ребенка. Я убежден: чем лучше вы понимаете проблемы своего ребенка со сном, тем милосерднее и эффективнее будете их решать. Например, ребенок каждую ночь плачет. Если вы не представляете, в чем причина, и не подберете верного решения, то не добьетесь удовлетворительного результата.

В первом издании я постарался доходчиво объяснить свою задачу, но убедился, что не всегда был понят верно. Многим показалось, что я предлагаю решать все проблемы единственным методом, независимо от характера нарушений сна, их причины, стиля воспитания и пожеланий родителей. Хуже того, сам метод, на который при этом ссылались (один из многих рекомендованных в книге), неверно понимался как вариант пресловутого «пусть поплачет, и все пройдет», против которого я боролся. Бросить ребенка плакать в кроватке, пока не уснет, сколько бы времени это ни заняло? Нет, это не мой метод! Наоборот, многие мои рекомендации направлены на то, чтобы избежать ненужного плача. Большая часть проблем, описанных в книге, может быть решена вообще без слез или, если ребенок уже плачет по ночам, путем быстрого избавления от слез. Даже в том единственном случае, когда, возможно, придется немного поплакать, – при необходимости избавиться от дурных привычек, – огорчения ребенка можно свести к минимуму.

В этом издании я постарался разъяснить, что нарушений сна множество, что внешне схожие проблемы могут вызываться разными причинами, а каждая в отдельности – комплексом причин. Чтобы правильно подобрать лечение, нужно учесть все факторы. Решение, идеальное для одной проблемы, может быть бессильно в случае другой, а если причина комплексная, разбираться придется со всеми ее составляющими (частичное решение – это вообще не решение). Иногда имеется несколько решений, из которых стоило бы выбрать наиболее подходящие данному ребенку с его индивидуальностью и нуждами, а также родителям – с учетом их устремлений. Я постарался предложить как можно больше вариантов, чтобы вы могли найти самый лучший и удобный именно для вас, живете ли вы в большом доме или в маленькой квартире, практикуете ли совместный или раздельный сон, воспитываете ли одного ребенка или нескольких. Кроме того, эти варианты учитывают и особенности вашего малыша – возбудимый он или спокойный, послушный или не очень, напористый или стеснительный.

Вторая причина, побудившая меня подготовить новое издание, – это стремление полнее раскрыть темы, прежде освещенные недостаточно. Вопросы родителей подсказали мне, какие разделы нужно расширить: совместный сон, дневной сон, проблемы сна у близнецов, смена часовых поясов. (В первом издании я пренебрег темой совместного сна, ограничившись поверхностным упоминанием распространенных в то время точек зрения на этот вопрос. А зря, судя по тому, как он важен для многих родителей.) Теперь эти темы получили внимание, которого заслуживают.

Наконец, третье: я добавил новые данные, накопившиеся за 20 лет практики, изучения вопроса и научных открытий. Теперь мы лучше, чем в 1985 г., представляем себе потребности детей в сне, знаем, как работают биологические часы и как они влияют на сон и бодрствование, лучше разбираемся в ночных страхах и сопутствующих проблемах, а также таких заболеваниях, как энурез, ночное апноэ и нарколепсия. Благодаря работе с тысячами семей я имею возможность предложить ряд новых методов решения различных широко распространенных нарушений сна.

Как пользоваться этой книгой

Нарушения сна достаточно сложны, и чтобы понимать и лечить их, нужно иметь хотя бы общее представление о том, как устроен сон. Я советую вам преодолеть соблазн сразу найти в оглавлении интересующую вас проблему – какой бы она ни была – и для начала прочесть четыре вводные главы, посвященные сну и его ритмам. Это три главы первой части и глава 9 «Распорядок дня и биоритмы» из третьей части. Из них вы получите базовые знания, необходимые для понимания остальных глав.

Вам будет проще понять любую проблему, если вы также прочитаете остальные главы. Хотя бы просмотрите их по диагонали, переходя к углубленному изучению, когда встретится актуальный для вас материал. У многих детей наблюдается сразу несколько нарушений, и многие проблемы взаимосвязаны. Например, самая распространенная причина бессонницы у маленьких детей – нежелательные ассоциации с засыпанием – целиком рассматривается в одной главе. Однако неизвестно, сумеете ли вы решить эту проблему, если не примете во внимание материал из глав, посвященных границам дозволенного, страхам, распорядку дня или частичному бодрствованию. Если у ребенка есть ночные страхи, важно сначала понять, как влияют на симптоматику его привычки и режим. Не всегда можно справиться и с отсутствием границ дозволенного, не учитывая тревожность ребенка или несвоевременное укладывание.

Перейду к конкретным рекомендациям.

Если ваш ребенок плохо спит (в том числе страдает лунатизмом, ночными страхами или бьется головой):

• не приступайте к диагностике и поиску лечения, не прочитав помимо вводных глав части II, III и IV или как минимум главы 4 и 5 (об ассоциациях с засыпанием и границах дозволенного), главы 10 и 11 (об ошибках в распорядке дня) и главы 13 и 14 (о частичном бодрствовании и кошмарах);

• при сохранении ночных кормлений читайте также главу 6;

• если ребенку ночью страшно, читайте также главу 7;

• если у ребенка колики или другое заболевание, читайте главу 8;

• если ребенок пока еще спит днем или уже не спит, но должен бы, читайте главу 12;

• если ребенок ночью раскачивается или бьется головой, читайте главу 16;

• при храпе у ребенка читайте главу 17.

Если ребенок отличается сонливостью в дневное время:

• поскольку сонливость чаще всего вызывается недосыпом или неправильным распорядком дня, начните с чтения тех же глав, что рекомендованы выше для лечения не желающего спать ребенка;

• кроме того, прочтите часть V.

Если ребенок мочится в постель:

• уделите особое внимание главе 15.

Если главной проблемой ребенка является храп:

• уделите особое внимание главе 17.

Предприняв попытку лечения на основе единственной прочитанной главы и убедившись в отсутствии улучшений, остановитесь и прочтите рекомендованные главы, прежде чем двинуться дальше.

О примерах из практики

Как и в первом издании, я часто обращаюсь к реальным историям моих пациентов. В это издание включено много новых примеров. Кроме того, я использовал часть примеров из первого издания, некоторые с небольшими изменениями, в частности, я изменил имена. Иногда я объединял несколько случаев в один, однако все описания основаны на историях реальных людей.

Ричард Фербер
Ньютон, Массачусетс, 2006 г.

Часть I
Как спит ваш ребенок

Глава 1
Как узнать, есть ли у ребенка проблемы со сном

Если ежевечернее укладывание и последующая ночь трудно даются и вашему ребенку, и вам самим, значит, у него есть проблемы со сном. Это может быть всего лишь нежелательный вариант нормы либо проявление эмоционального или физического «отклонения» – самого настоящего психологического расстройства или физиологического нарушения функции организма. В одних случаях наличие проблемы очевидно. В других ее проявления не слишком бросаются в глаза и могут остаться незамеченными.

У ребенка почти наверняка есть проблема со сном, если он регулярно жалуется, что не может уснуть, или многократно будит вас в течение ночи. Легче всего диагностируются типичные проблемы: частые трудности с засыпанием в положенное время, ночные пробуждения, после которых ребенок не может снова уснуть без помощи или вмешательства родителя, несвоевременные (слишком ранние или слишком поздние) пробуждения или отход ко сну, трудности с пробуждением в положенный час в будние дни, когда нужно собираться в детский сад или в школу, а также необычайная сонливость в течение дня. Кошмары, лунатизм и энурез также очевидны и не вызывают сомнений.

Но некоторые проблемы легко проглядеть. Родители не всегда понимают, что ребенок слишком мало спит по ночам, чтобы нормально чувствовать себя днем, или хуже учится лишь потому, что поздно ложится в выходные. На ваш (и учительский) взгляд, он то и дело засыпает на занятиях или в школьном автобусе из-за лени или незаинтересованности. На самом деле он не высыпается или его сон неполноценен. Возможно, имеет место болезненное состояние, например нарколепсия, из-за чего он не в состоянии бодрствовать целый день, как бы ни хотел и сколько бы ни спал. Таких детей считают ленивыми или раздражительными, не понимая, что их поведение является следствием недосыпания или расстройства сна. Если вы привыкли к громкому храпу ребенка, то едва ли отдаете себе отчет в том, что он может свидетельствовать о невозможности нормально дышать во сне. Разумеется, это мешает ребенку спать, вызывая постоянное переутомление и нервозность.

Важно помнить, что плохой сон влияет на настроение, поведение и обучаемость ребенка. Однако пытаться объяснять все дневные проблемы нарушениями сна тоже не стоит. Если вы не знаете, что такое здоровый сон, то не сумеете распознать отклонения от нормы, из-за которых ребенок плохо себя ведет или учится, либо начнете буквально все неприятности списывать на дурной сон, чего нет и в помине.

Одна из наименее очевидных проблем – это недосыпание. По одной только продолжительности суточного сна невозможно судить, высыпается ли конкретный ребенок. В таблице ниже приведены данные о потребности детей в дневном и ночном сне. Большинство малышей более-менее вписываются в эти данные с отклонениями в пределах часа. В течение первых месяцев жизни общая продолжительность суточного сна быстро снижается до 11–12 часов. Дальнейшее снижение идет значительно медленней. Дети на удивление «единодушны» в отношении общей продолжительности сна, хотя могут по-разному распределять часы своего отдыха. Если один девятимесячный малыш может спать девять часов ночью и два раза по полтора часа днем, то другой после 12-часового ночного сна в дневное время лишь ненадолго прикорнет.

Ребенок должен быстро засыпать, хорошо спать всю ночь, мгновенно (или хотя бы легко) просыпаться утром и отдыхать днем не больше, чем положено в его возрасте. Если все так и происходит и в дневное время малыш чувствует себя хорошо, то он, скорее всего, высыпается. Ребенка вечно не добудиться, а в выходные он спит лишние один-два часа? Значит, ему почти наверняка не хватает ночного отдыха. Дополнительные свидетельства этого – слишком длительный дневной сон (или сонливость), а также заметные сложности с поведением или сосредоточением, как правило, усиливающиеся во второй половине дня. Не будем, однако, забывать, что все дети разные.

Можно проследить за ребенком в течение дня, подмечая признаки сонливости или раздражительности, но у малышей симптомы недостатка сна бывают выражены очень слабо. Скажем, ваш двухлетний ребенок спит ночью только восемь часов, но днем выглядит довольным и активным. Так, может, он высыпается? Однако восьмичасовой сон – это в его возрасте слишком мало. Если удастся выяснить, почему он так мало спит, и внести необходимые изменения в его режим, то ночной сон у него, скорее всего, удлинится на час или два. Возможно, вы начнете замечать изменения к лучшему в его поведении и лишь тогда осознаете неочевидные признаки нездорового сна, что проявлялись прежде. Скорее всего, ребенок будет еще лучше чувствовать себя в активное время, станет чуточку меньше раздражаться, лучше сосредоточиваться во время игры, реже устраивать истерики и меньше препираться с вами.

Почти все подростки спят недостаточно. В будни они просыпаются с трудом, а в выходные, как правило, ложатся слишком поздно (самое меньшее на час, а зачастую и на два-три часа позже, чем в дни школьных занятий). Имея возможность спать сообразно потребности, большинство подростков проспят 9–10 часов, что, в общем, соответствует норме для этой возрастной группы.

Ночные пробуждения – еще одна проблема, когда «отклонение от нормы» неочевидно. Маленький ребенок (примерно от шести месяцев до трех лет) может получать достаточно ночного отдыха, даже если просыпается несколько раз за ночь, после чего его приходится снова укладывать. Родители просят: «Скажите, нормально ли это? Если нормально, я буду и дальше вставать ради ребенка, но если нет, с этим нужно что-то делать!» И я объясняю, что большинство здоровых доношенных малышей начинают спать всю ночь (в действительности самостоятельно засыпать после ночных пробуждений, являющихся нормой) к трех-четырехмесячному возрасту. К полугоду на это определенно способен каждый здоровый младенец.

Если ребенок к пяти-шести месяцам так и не научился спать до утра без вашей помощи или вновь начинает просыпаться посреди ночи после нескольких недель или месяцев нормального сна, значит, что-то нарушает его сон. Но он может спать лучше, а помеха почти наверняка устранима.

Общие сведения о сне

Вопросу о том, что такое сон, посвящена глава 2, но прежде чем обсуждать конкретные проблемы со сном и их решения, нужно познакомиться хотя бы с самыми основными фактами. Вам не нужны все тонкости научного понимания сна, достаточно общего представления о том, как он устроен, как у детей складывается нормальный режим сна и что может пойти не так. Тогда вам будет легче заметить неправильные привычки ребенка, едва они начнут формироваться, решить уже возникшую проблему и предупредить появление новых.

Информация о сне, собранная в главе 2, никоим образом не суха и не абстрактна. Однако вам, возможно, захочется поскорее перейти к следующим главам в поисках актуальных для вас тем: определенных нарушений детского сна и способов их устранения. В таком случае советую сначала пробежать следующую главу, а определившись с проблемой своего ребенка, вернуться к ней и перечитать внимательно. Эта информация может быть интересна большинству людей и особенно полезна родителям, желающим научить ребенка лучше спать всю ночь.

Глава 2
Что мы знаем о сне

О том, что происходит в мозге спящего человека, известно уже очень многое, хотя, конечно, далеко не все. Мы знаем, какие зоны мозга активизируются, а какие переходят в состояние покоя, как меняется клеточная активность и какие нейромедиаторы (химические вещества, передающие сигналы между нервными клетками) начинают или перестают вырабатываться. Многое известно и о так называемых биологических часах – маленькой группе клеток, управляющих циклом нашего сна и бодрствования продолжительностью около 24 часов. Биологические часы регулируют не только сон, но и суточные колебания функционирования практически всех физиологических систем человеческого организма. Эта группа клеток находится в древней области мозга (гипоталамусе), управляющей и множеством других важных автоматических функций – скажем, способностью чувствовать голод и жажду, температурным режимом и уровнем гормонов.

Однако мы все еще не до конца понимаем, почему нуждаемся в сне, что заставляет нас засыпать и зачем вообще нужен сон. Возможно, на эти вопросы не существует единственно верного ответа, поскольку многое зависит от уровня рассмотрения проблемы сна и бодрствования. На базовом уровне, с точки зрения нейрофизиологии, можно утверждать, что мы засыпаем (и просыпаемся) из-за изменений химической среды мозга и его клеточной и электрической активности. На более высоком уровне – сознания и поведения – потребность в сне объясняется тем, что в это время восстанавливается нормальное состояние тела, а возможно, и разума. Безусловно, в отсутствие сна мы не способны нормально функционировать в активное время суток: не выспавшись, мы испытываем сонливость, от которой ничто не спасает. Наконец, с точки зрения эволюции сон необходим, поскольку способствует выживанию человека. Можно утверждать – что и делают многие ученые, – что ночной сон избавил Homo sapiens от встреч с ночными хищниками, дал отдых телу, максимальную алертность в течение дня и возможность обрабатывать воспоминания. Если же подойти к проблеме с другой стороны и задуматься, почему сон прерывается и человек просыпается, то и тут возможен ответ с позиций физиологии (из-за химических и электрических изменений в мозге), высшей нервной деятельности, поведения или эволюции (нам нужно бодрствовать, чтобы питаться, продолжать свой род и воспитывать потомство).

До 1950-х гг. врачи и другие исследователи считали сон неким единообразным состоянием, противоположным бодрствованию. Однако теперь мы знаем, что сон бывает двух совершенно разных типов: быстрый, или парадоксальный, и медленный. В фазе медленного сна человек неподвижен, у него мерный сердечный ритм и дыхание. Пожалуй, именно это состояние мы и подразумеваем под словом «сон». Именно в этой фазе главным образом происходит восстановление организма. Во время медленного сна почти или совершенно не бывает сновидений, хотя некоторая мыслеподобная деятельность, возможно, сохраняется. В фазе быстрого сна наши физиологические системы гораздо более активны, и как раз в это время снятся сны. Всю ночь мы переходим от медленного сна к быстрому и обратно со спорадическими (обычно кратковременными) пробуждениями.

Медленный сон

После самых первых месяцев жизни медленный сон делится на четыре стадии. В ходе них происходит постепенный переход от дремоты ко все более глубокому сну, что можно зафиксировать в лаборатории по показаниям электроэнцефалограммы, движению глазных яблок и мышечному тонусу.

Засыпая, вы входите в первую стадию – состояние дремоты. Глазные яблоки медленно двигаются под закрытыми веками, хотя вы сами этого не осознаете. Осознание происходящего вокруг также слабеет. Вы наверняка переживали подобное на лекции или скучном собрании. Задремав, вы упускали какие-то реплики докладчика, но моментально приходили в себя, когда звучало ваше имя или голова склонялась так низко, что вы рисковали упасть со стула. Вы бы и не заметили, что спали, если бы не провал в восприятии. При выходе из дремотного состояния нередко вспоминаются особого рода мысли, которые принято называть «грезами наяву». Некоторые описывают визуальные или звуковые образы, скорее похожие на полноценные сновидения фазы быстрого сна, но более обрывистые, менее структурированные и не столь причудливые.

Если не мешать погружению из дремоты в более глубокий сон, можно почувствовать, как все тело внезапно дергается, отчего человек кратковременно пробуждается. Это «гипнагогическое» (то есть происходящее во время засыпания) подергивание – нормальное явление, хотя имеет место не всякий раз, как мы засыпаем.

Дремота представляет собой переходное состояние между бодрствованием и более глубокими стадиями медленного сна, однако наступление следующих стадий можно однозначно зафиксировать лишь при записи электрической активности нейронов головного мозга, или «мозговых волн». В начальный момент второй стадии на электроэнцефалограмме появляются короткие пики очень быстрых импульсов (так называемые «сонные веретена») и более медленные высокоамплитудные волны, или «К-комплексы» (см. рисунок приведенный далее). На этой стадии человека еще легко разбудить, и он может вообще не понять, что спал, – это зависит от того, сколько он находился во второй стадии сна, насколько глубоким был его сон на момент пробуждения и, конечно, от индивидуальных особенностей. Как и при пробуждении на первой стадии, на второй люди почти никогда не видят фантастических сновидений, но иногда упоминают о мыслеобразах или грезах наяву.

Погружаясь еще глубже в сон, вы переходите в третью и, наконец, в четвертую стадию (они схожи и могут рассматриваться в совокупности как глубокий сон человека). С энцефалограммы исчезают мелкие быстрые волны, характерные для пробуждения и поверхностного сна, и на смену им приходят высокие медленные дельта-волны. Дыхание и сердцебиение становятся очень размеренными, возможно обильное потоотделение, вас становится трудно разбудить. Теперь вы уже не подскочите из-за того, что кто-то вас окликнул, как на второй стадии. Скорее всего, вы станете мало восприимчивы к звукам.

Однако при достаточном стимуле вы проснетесь и на четвертой стадии медленного сна. Ясно, что даже в самом глубоком сне наш мозг способен обрабатывать поступающую извне информацию. Например, вас трудно добудиться, если настала ваша очередь подниматься кормить младенца, но вопли «Пожар, горим!» или крики боли ребенка быстро разбудят вас. Тем не менее, даже проснувшись по какой-либо неотложной причине, вы поначалу будете дезориентированы. Вы понимаете, что нужно действовать немедленно, но вам трудно «прочистить мозги» – начать ясно мыслить и осознанно действовать. Сложность перехода от четвертой стадии сна к активному бодрствованию играет огромную роль в ряде расстройств сна у детей. Мы поговорим об этом предметно в главе 13, посвященной ночным страхам, пробуждению со спутанным сознанием и сомнамбулизму.

Во время медленного сна мышцы тела более расслаблены, чем при бодрствовании. Человек может двигаться (в отличие от быстрого сна, о чем еще будет сказано), но лежит спокойно, поскольку мозг не посылает двигательных импульсов большей части мышц. Такие нарушения, как сомнамбулизм и мотание головой во сне, являются исключениями из этого правила.

Быстрый сон

После одного-двух циклов медленного сна человек входит в совершенно иное состояние быстрого сна. Дыхание и сердцебиение становятся неравномерными. Меняются рефлексы, функция почек и выработка гормонов. Ослабляется деятельность систем терморегуляции, поэтому отсутствуют потоотделение или дрожь. У мужчин в этой фазе сна наблюдается эрекция, у женщин – прилив крови к клитору и усиление вагинального кровообращения. Смысл этих процессов в области гениталий пока не понятен.

В стадии быстрого сна организм активен. Более интенсивное, чем во время медленного сна, потребление кислорода свидетельствует, что тело расходует больше энергии. Усиливается кровоснабжение головного мозга, мозговые волны снова мельчают и убыстряются, а энцефалограмма напоминает соединение рисунков, характерных для бодрствования и дремоты. Сейчас мозг «просыпается», но его активность в состоянии быстрого сна существенно отличается от активности во время бодрствования: он реагирует по большей части на сигналы, поступающие от тела, а не из окружающей среды, и причудливый характер сновидений не подвергается критическому анализу.

В этом состоянии мышечный тонус очень ослабевает, особенно в области головы и шеи, и тело максимально расслабляется. Большинство нервных импульсов блокируются в спинном мозге и не проходят к периферийным мышцам, что фактически парализует все тело: даже если головной мозг посылает приказы двигаться, мышцы их не получают. Активными остаются лишь мышцы, отвечающие за движения глазных яблок, дыхание и слух. Блокада не абсолютна, и особенно сильные сигналы все-таки пробиваются к мышцам, вызывая частые мелкие подергивания кистей рук, стоп, мышц лица. Таким образом, с точки зрения метаболизма и функции головного мозга быстрый сон – чрезвычайно активное состояние, но тело остается почти обездвиженным.

(У маленьких детей способность блокирования двигательных импульсов недоразвита, и к их мышцам поступает больше сигналов, чем у детей постарше и у взрослых. Поэтому младенец в фазе быстрого сна подергивается, гримасничает, вертится, брыкается и даже издает звуки. К счастью, новорожденный не способен встать, пойти и во что-нибудь врезаться. Тормозящая система зреет вместе с младенцем, и к 6–12 месяцам – то есть к возрасту, когда малыш уже ползает или ходит, – большинство двигательных импульсов блокируется и ребенок благополучно остается в постели.)

Самый яркий признак быстрого сна – характерные периоды быстрых движений глазными яблоками. Во время этих вспышек активности сердечный ритм, артериальное давление, ритм дыхания и приток крови к головному мозгу возрастают и становятся неравномерными. Если разбудить вас во время такой вспышки, вы почти наверняка скажете, что видели сон, причем продолжительность описанного вами сна будет примерно соответствовать длительности пребывания в этом состоянии. Уже двухлетние дети пересказывают свои сны после пробуждения в эти моменты. Дети помладше просто не способны пересказать сон, и нельзя с уверенностью сказать, что им снится и снится ли вообще. Но все остальные признаки фазы быстрого сна наблюдаются у человека с самого первого дня, так что можно предположить, что сны видят даже новорожденные. Скорее всего, первые сновидения представляют собой простейшие перепевки дневного опыта (звуков, запахов, визуальных образов). По мере развития высших отделов головного мозга и членораздельной речи сны усложняются.

Раз у сновидца двигаются глазные яблоки, значит, он буквально «видит» сон? Мы не знаем этого наверняка, но считаем, что такое утверждение справедливо хотя бы отчасти. Во всяком случае, некоторые мышечные сокращения действительно соответствуют событиям сна. К счастью, лишь очень немногие приказы двигаться добираются до мышц, и вы можете лишь слегка время от времени шевелиться, вместо того чтобы встать и «разыгрывать» свой сон с риском для самого себя. Из этого следует вывод, что сомнамбулизм и ночные страхи не являются следствием снов или кошмаров: столь сложные движения тела в фазе быстрого сна попросту невозможны.

По мнению некоторых ученых, быстрый сон выполняет важные физиологические функции. Их исследования свидетельствуют, что сновидения позволяют нам перерабатывать полученный днем эмоциональный опыт и переводить краткосрочные воспоминания в долгосрочную память. Эти теории окончательно не подтверждены. Эмоциональное значение снов бесспорно, но какой смысл они в конечном счете имеют для сновидца – загадка. Быстрый сон, безусловно, служит определенной цели, раз все мы каждую ночь видим сны – даже если думаем, что нам ничего не снится, – а если лишать нас фазы быстрого сна несколько ночей подряд, мы компенсируем эту нехватку большей продолжительностью сновидений в следующую ночь. С другой стороны, у людей, почти не имеющих быстрого сна в течение долгого времени, – например из-за побочного действия лекарств – как будто не наблюдается никаких серьезных сбоев. (Полностью лишить человека быстрого сна невозможно, во всяком случае крайне сложно. Такого рода эксперименты ставились на животных. Абсолютное исключение фазы быстрого сна приводило к истощению и даже к смерти.)

Разбудить человека во время быстрого сна бывает как легко, так и сложно, в зависимости от значимости стимула и вовлеченности в сновидение. Будильник-радио, возможно, не сразу оторвет вас от по-настоящему увлекательного сна, и вы даже можете включить в сон звуки радиоприемника. Но важный стимул – скажем, срабатывание охранной сигнализации – тут же вас разбудит, и вы почти сразу обретете ясность сознания, в отличие от человека, разбуженного на четвертой стадии медленного сна.

Итак, в течение суток мы пребываем в трех разных состояниях. В состоянии бодрствования мы рационально мыслим, способны о себе позаботиться и обеспечить собственное выживание. Во время медленного сна наше тело отдыхает и восстанавливается, а мозг находится в состоянии покоя. Во время быстрого сна мозг активен, но иррационален и «отключен» от тела, и движения крупных мышц невозможны, даже если мозг посылает соответствующие сигналы.

Согласно одной теории, состояние быстрого сна сформировалось у человека в ходе эволюции в качестве промежуточного между медленным сном и бодрствованием, и на этом этапе мозг «пробуждается», прежде чем восстановить связь с телом. Животное в фазе медленного сна, практически неподвижное и беззвучное, не считая тихого мерного дыхания, не привлекает внимания хищников, но если оно внезапно проснется, то окажется физически активным на фоне спутанности сознания и дезориентации, следовательно, уязвимым. Если же сначала перейти в фазу быстрого сна, мозг восстанавливает алертность, но не может послать сигнал мышцам тела и таким образом спровоцировать какое-либо движение или звук, способные привлечь хищника. Будучи достаточно алертным, животное полностью просыпается, мышечный паралич снимается. Теперь можно адекватно реагировать на опасность. Эта способность, возможно, до сих пор важна для человека. Мы все легко просыпаемся после того, как видели сон, и в этот момент особенно восприимчивы к любому непорядку вокруг: к запаху сигаретного дыма, звуку шагов на лестнице или тихому сопению из соседней комнаты. Если все в норме, мы спокойно возвращаемся ко сну, а утром и не вспомним, что просыпались. Но маленькие дети зачастую не могут быстро заснуть после этих нормальных пробуждений, потому что им многое кажется «непорядком». Например, то, что они не на руках у родителя, а в одиночестве в кроватке. Типичная ситуация! Эта распространенная проблема подробно рассматривается в главе 4.

Формирование стадий сна у детей

Режим сна начинает формироваться у ребенка еще до рождения. Быстрый сон наблюдается у плода с шестого – седьмого месяца беременности, через месяц или чуть больше появляется и фаза медленного сна. Быстрый сон плода и новорожденного называют «активным», а медленный – «спокойным». К концу восьмого месяца обе фазы сна у плода уже хорошо сформированы.

Активный сон новорожденного легко распознать. Младенец подергивается и неравномерно дышит, сквозь тонкие веки хорошо заметны движения глазных яблок. Иногда можно увидеть мимолетную улыбку. Во время спокойного сна младенец глубоко дышит и лежит очень тихо, порой совершая быстрые сосательные движения и внезапно вздрагивая всем телом.

Спокойный сон новорожденного несколько отличается от медленного сна старших детей и взрослых. Так, он не дифференцирован: выделение различимых стадий происходит позднее. На энцефалограмме медленные амплитудные волны идут импульсами, а не равномерно. В первый месяц жизни мозговые волны медленного сна становятся непрерывными, а вздрагивания исчезают. К месячному возрасту на энцефалограмме спящего младенца начинают появляться «сонные веретена», и в течение следующих одного-двух месяцев уже можно наблюдать стадии менее и более глубокого медленного сна. «К-комплексы» (см. выше), характерные для зрелого медленного сна, фиксируются лишь в возрасте около полугода, хотя их предвестия проявляются несколько раньше.

В первую очередь формируется фаза быстрого сна. У недоношенных новорожденных она занимает 80 % времени, у доношенных – половину. Почему быстрый сон настолько значим в самом начале развития человека, не вполне ясно. Известно, однако, что для спокойного сна необходим определенный уровень зрелости головного мозга, так что меньшая выраженность этой фазы у новорожденных вполне объяснима. Во время быстрого сна высшие центры головного мозга получают стимулы от глубинных, более примитивных структур. Нервные импульсы проходят теми же путями, что и зрительные образы и звуки, а также, возможно, тактильные, обонятельные и вкусовые ощущения. Впоследствии эти стимулы, видимо, встраиваются мозгом в содержательную ткань сновидения. Мы ничего не знаем о «снах» младенцев, но предполагаем, что благодаря этому состоянию их мозг учится обрабатывать сигналы органов чувств – «видеть» и «слышать» – еще до рождения. Это важная информация для формирующихся высших отделов головного мозга.

Мы также знаем, что вынашиваемый плод во время медленного сна не совершает дыхательных движений. Не имея ни малейшего навыка самостоятельного дыхания, ребенок рождался бы с мышцами, совершенно не приспособленными к совершению этой жизненно необходимой работы. В фазе быстрого сна еще не родившийся ребенок совершает дыхательные движения, а возможно, упражняется и в других видах двигательной активности. Мышечные импульсы у плода блокируются не настолько полно, как у детей и взрослых, оставляя ему некоторые возможности отрабатывать реальные движения тела во время быстрого сна. К счастью для матери, некоторая блокада импульсов все-таки происходит, иначе малыш в ее животе никогда не вел бы себя спокойно!

Итак, быстрый сон наиболее важен в ходе внутриутробного развития и в начале жизни, утрачивая первостепенное значение по мере взросления ребенка. Если вскоре после рождения доношенный младенец проводит в этой фазе половину времени своего сна, то к трем годам доля быстрого сна снижается до трети, а в последующие детские и в подростковые годы – до характерных для взрослого 25 %.

Циклы сна у детей

Когда дети (и взрослые) спят, у них чередуются фазы быстрого и медленного сна. После того, как выделятся четыре стадии медленного сна, а у ребенка сформируется единый продолжительный период ночного сна, складывается циклическая схема чередования фаз, остающаяся практически неизменной в течение всей жизни. Важно в общих чертах познакомиться с этой схемой, чтобы понимать, как формируется нормальный цикл сна у ребенка и какие при этом могут возникнуть сбои.

За период с первых месяцев жизни до подросткового возраста продолжительность одного цикла увеличивается с 50 до 90 минут. Параллельно снижаются, пока не достигнут «взрослых» значений, совокупная продолжительность быстрого сна и его доля в цикле. В детские и подростковые годы по мере снижения общей потребности в сне сокращается и время, проводимое на четвертой стадии медленного сна, на которую, впрочем, все равно приходится около четверти всего времени, что ребенок спит.

Новорожденный входит в фазу быстрого сна сразу же после засыпания. Но примерно к трехмесячному возрасту он начинает сперва погружаться в медленный сон, и эта схема закрепляется навсегда. В отличие от взрослых, которые входят в глубокий сон постепенно, маленькие дети буквально пролетают дремоту и начальные, неглубокие стадии медленного сна и уже через несколько минут оказываются на его четвертой стадии (см. ниже). У малышей сон четвертой стадии чрезвычайно глубок, и разбудить их в это время почти нереально. Например, если вечером ребенок заснул в машине, его можно внести в дом, переодеть и уложить в постель, а он разве что слегка завозится. Если ваша кроха вечно просыпается при попытке переложить ее в колыбель после укачивания, просто дождитесь, прежде чем укладывать, наступления четвертой стадии сна. А если все же разбудить малыша на этой стадии, чтобы искупать, он будет полусонным, после купания тут же погрузится в глубокий сон и утром даже не вспомнит, что его поднимали. Это неполное пробуждение очень близко к тому состоянию, которое бывает при лунатизме и ночных страхах (см. главу 13).

Ребенок остается в четвертой стадии около одного-двух часов, после чего ненадолго просыпается. Частичное пробуждение может длиться от считаных секунд до нескольких минут. Рисунок мозговых волн резко меняется, превращаясь в мешанину из схем глубокого сна, поверхностного сна, дремоты и бодрствования. Обычно ребенок возится, трет лицо, совершает жевательные движения, переворачивается, может похныкать или произнести несколько бессвязных слов. Может ненадолго открыть глаза, глядя в пустоту, и даже сесть, но скоро снова ляжет и уснет. Иногда происходит полное пробуждение, но очень непродолжительное, после чего цикл сна продолжается.

Во время этих кратких пробуждений наблюдаются самые разные проявления. Вышеописанные не создают никаких проблем и совершенно нормальны. Но бывают и более активные, в том числе хождение во сне, ночные страхи и сражение с несуществующим противником. Все это случается на фоне частичного пробуждения после глубокого медленного сна, и у ребенка при этом неизменно наблюдаются признаки как сна, так и бодрствования. Мы подробно рассмотрим все эти реакции в последующих главах, пока же просто запомним, что они не спровоцированы сновидениями. Как было сказано, настоящие сновидения, в том числе и кошмарные, бывают только в фазе быстрого сна.

После краткого пробуждения на несколько минут наступает состояние, напоминающее дремоту или быстрый сон. В это время действительно может присниться короткий сон, особенно старшим детям и взрослым, но у малышей этого обычно не случается. Первое пребывание в фазе быстрого сна, когда бы оно ни происходило, как правило, оказывается довольно скоротечным – от пяти до десяти минут – и не слишком насыщенным. Движения глазных яблок не интенсивны, дыхание и сердечный ритм более-менее равномерны.

После этого эпизода быстрого сна или подобного состояния ребенок вторично оказывается в фазе глубокого медленного сна. Маленькие дети возвращаются к четвертой стадии довольно быстро, хотя и чуть медленнее, чем в первый раз. На сей раз глубокий сон длится от 30 минут до двух часов (что отчасти зависит от возраста ребенка). Пробуждение после него отмечает окончание периода медленного сна, характерного для первой трети ночи. Таким образом, дети проводят первые три-четыре часа ночного отдыха преимущественно в очень глубоком сне, когда разбудить их непросто. Многие родители знают об этом, поскольку последующий период менее глубокого сна ребенка с более частыми пробуждениями начинается как раз тогда, когда сами они ложатся спать.

За пробуждением, которым оканчиваются первые три или четыре часа глубокого сна, почти наверняка следует фаза быстрого сна продолжительностью от 5 до 20 минут. Этот период может прерываться несколькими краткими пробуждениями, всякий раз оканчивающимися быстрым засыпанием. (У младенцев быстрый сон особенно нестабилен и часто нарушается стремительными движениями и пробуждениями. Однако к полугодовалому возрасту ребенок обретает способность к блокировке двигательной активности, и быстрый сон становится более спокойным.)

Период быстрого сна кончается очередным кратким пробуждением. Ребенок возится, старается улечься, неосознанно проверяет, все ли в порядке вокруг, и снова засыпает. Это короткое бодрствование выполняет несколько задач. Менять положение тела необходимо для здоровья кожи, мышц и суставов, а инстинкт самосохранения требует удостовериться, что с момента отхода ко сну ничего дурного не случилось. Важно понимать, что подобные пробуждения происходят у всех детей и взрослых и совершенно нормальны. Многим родителям это кажется нарушением, особенно если ребенок затем не может сам вернуться ко сну из-за отсутствия привычных условий засыпания, например укачивания или поглаживания. Проблемы, вызванные ассоциациями с засыпанием, будут подробно рассмотрены в главе 4.

Средняя часть ночного отдыха после первого периода быстрого сна начинается еще одним периодом медленного сна с последующим коротким пробуждением и более продолжительным и выраженным быстрым сном. Эта часть ночи ребенка обычно длится около четырех часов, в продолжение которых сменяют друг друга все более длинные и активные периоды быстрого сна и относительно поверхностные – медленного. В эти часы неглубокого сна, в особенности во время переходов из одной фазы в другую, чаще всего и происходят пробуждения. В норме они непродолжительны, но при бессоннице именно в этот период проблема проявляется наиболее остро. Даже подросткам и взрослым легче проснуться среди ночи (скажем, чтобы принять ванну), чем утром по звонку будильника (см. главу 9). Некоторые дети, которых слишком надолго укладывают в постель для ночного сна, спят лишь в начале и в конце ночи, а промежуточный период поверхностного сна превращается у них в полное бодрствование (см. главу 11).

С приближением утра дети еще раз входят в самую глубокую, четвертую стадию медленного сна, а затем окончательно просыпаются. Так что последние один или два часа, как правило, спокойны, какой бы хлопотной ни выдалась ночь. Дети, переходящие к бодрствованию непосредственно из четвертой стадии сна, выглядят недовольными или каждое утро плачут. Приступ раздражительности обычно длится минут десять, и беспокоиться тут не о чем. Если же ребенок, прежде чем проснуться, еще раз входит в менее глубокую вторую стадию медленного сна или в быстрый сон, то поднимается в хорошем настроении. Стадия сна, на которой происходит пробуждение, является природной особенностью каждого ребенка, и изменить ее невозможно.

Для детей старшего возраста и взрослых очень глубокий сон в конце ночи не характерен. И не из-за утраты этой способности, а из-за того, что они редко имеют возможность спать достаточно долго. У взрослого, который спит около 11 часов, или подростка, заспавшегося в выходной день, тоже может наблюдаться типичный для малышей глубокий сон конца ночи. То, что ночь начинается с медленного сна, можно объяснить накопившейся за день потребностью в глубоком отдыхе, но зачем этот дополнительный период в конце? Как бы то ни было, повторное погружение в глубокий сон под утро – характерная черта нашего цикла сна, которым управляют биологические часы (см. главу 9).

Теперь вы примерно представляете, что происходит с вашим ребенком в разных стадиях сна в продолжение ночи. Этот обзор поможет вам понять, в каком состоянии находится ребенок в конкретный момент с учетом того, когда он лег спать и как ведет себя сейчас. Эти наблюдения пригодятся вам в поисках ответа на вопрос, какие у него имеются проблемы со сном и как с ними справиться.

Режим сна и бодрствования

Читая этот раздел, имейте в виду, что это лишь самая общая схема, имеющая всевозможные индивидуальные варианты.

Новорожденный спит примерно 16 часов в день, но не более нескольких часов подряд. Около семи периодов сна и бодрствования более-менее равномерно распределены на всем протяжении суток. Каждый такой период, длящийся от 20 минут до пяти-шести часов, начинается быстрым сном. Затем фазы быстрого и медленного сна сменяют друг друга несколько раз, в зависимости от общей продолжительности сна. Даже если младенец крепко спит несколько часов подряд, обычно случаются кратковременные пробуждения. В первые недели жизни определенного цикла может не наблюдаться вовсе – разной продолжительности периоды сна и бодрствования сменяют друг друга случайным образом и меняются день ото дня.

В возрасте около трех месяцев формируются три дневных сна: два основных – в середине утра и в середине дня – и, чаще всего, непродолжительный сон ранним вечером. (О дневных снах подробнее рассказывается далее, а также в главе 12.) В три-четыре месяца ваш малыш по-прежнему спит много, около 13 часов в день, но упорядоченно. В его сутках четыре-пять регулярных и предсказуемых периода сна, причем две трети совокупной продолжительности сна приходится на ночные часы. К этому возрасту ребенок не должен путать день с ночью. Сон большинства младенцев уже «установился» и длится большую часть ночи, по крайней мере от позднего ночного кормления до раннего утреннего.

К шести месяцам режим складывается почти у всех детей, а продолжительность непрерывного ночного сна продолжает увеличиваться. Переход к непрерывному ночному сну, разумеется, может происходить по-разному: одни малыши начинают просыпаться реже и этот процесс идет постепенно, а другие просто вдруг «забывают» о привычке есть среди ночи. У некоторых отказ от ночного кормления происходит с перебоями. В любом случае с какого-то момента между тремя и шестью месяцами ваш младенец должен начать спать с ночи до утра. Типичный полугодовалый ребенок спит в общей сложности 12–13 часов в сутки. В норме ночной сон длится в среднем девять часов с четвертью (но может достигать и 11 часов, если днем малыш спит мало) и лишь иногда прерывается короткими пробуждениями. Кроме того, остается два дневных сна продолжительностью в один-два часа каждый, в середине утра и в послеобеденное время. (Примерно в этом возрасте малыш обычно перестает нуждаться в вечернем сне.) Согласно типичному распорядку утренний сон начинается между 9.30 и 10.30, а послеобеденный – между 14.00 и 15.00.

Большинство годовалых детей спят почти 12 часов в сутки, из них 9–10 часов – ночью. В год или в течение нескольких следующих месяцев чаще всего происходит отказ от утреннего сна. Остается лишь один дневной сон, обычно после обеда, в 12.30 или 13.00, то есть в промежутке между первым и вторым дневным сном более раннего периода. Переход к одному тихому часу может дополняться сопутствующими изменениями. Поскольку ребенок теперь дольше бодрствует, он быстрее засыпает как днем, так и ночью. (Эта перемена особенно бросается в глаза, если раньше малыша было трудно уложить.) Кроме того, в связи с отказом от второго дневного сна удлиняется либо оставшийся дневной, либо ночной сон, а суммарная продолжительность суточного сна не меняется.

В двухлетнем возрасте ребенок по-прежнему спит около 9–10 часов ночью и от одного до двух часов после обеда, то есть в общей сложности 11,5 часа. Тихий час, скорее всего, сохранится, по меньшей мере до трех лет. Впрочем, некоторые дети перестают спать днем уже в два года, а другие спят и в пять. Это самый непредсказуемый момент изменения режима в первые пять лет жизни. Однако большинство детей отказываются от дневного сна между третьим и четвертым днем рождения. Те, кто долго (до 11 часов) спит ночью, скорее всего, просто не могут заснуть еще и днем. Если эта схема выработается у ребенка слишком рано, он не сможет полноценно бодрствовать весь день. Вновь сократив ночной сон до 9–10 часов, можно добиться восстановления дневного сна (см. главу 12). Некоторые дети продолжают отдыхать днем в особенно располагающих ко сну обстоятельствах (например, в автомобиле) или в детском саду (где обязательно есть тихий час), но дома или в выходные дни отказываются от этого.

С трех лет до подросткового возраста потребность в сне постепенно снижается, но значительно меньше и медленнее, чем принято было считать. У детей, вышедших из ясельного возраста, редко сохраняется дневной сон, а ночной мало-помалу также начинает сокращаться с 11 часов у дошкольника до 10 или около того в предподростковые годы. Возраст от 5 до 12 лет – самый активный: ребенок отлично спит ночью и остается максимально бодрым весь день. Стремление к послеобеденному сну почти исчезает (даже в странах традиционной сиесты), и если ребенок вдруг приляжет, это может означать, что он заболел. У детей, вынужденных спать днем большую часть недели, особенно в школе, может развиться нарколепсия (однако, как будет сказано в главе 18, даже дети, больные нарколепсией, в этом возрасте спят днем лишь изредка). Хроническая ночная бессонница может стать причиной дневного сна, но для школьников это нарушение нетипично. Самым же распространенным следствием недосыпа являются поведенческие проблемы в активное время суток.

В четырехлетний пубертатный период тело ребенка стремительно меняется, а потребность в сне остается почти прежней. Чтобы функционировать полноценно, детям 14–17 лет нужны как минимум девять часов сна. Однако столько спать удается немногим, особенно в будние дни.

Помните, у каждого ребенка и в каждой семье своя потребность в сне. Тем не менее, если ваш ребенок спит на один-два часа больше или меньше, чем положено в его возрасте (см. таблицу на рис. 1), есть основания полагать, что его режим необходимо скорректировать. Надеюсь, последующие главы помогут вам выявить проблемы ребенка, если они есть, и решить их.

Важность биоритмов

Чтобы разобраться в конкретных нарушениях детского сна, следует познакомиться с функционированием биологических систем, управляющих режимом сна и бодрствования. Суточными биоритмами называются биологические циклы, повторяющиеся примерно каждые 24 часа. У каждого человека таких ритмов много. Это режим сна и бодрствования, активности и отдыха, сигналов голода и насыщения, а также колебания температуры тела и уровня выработки гормонов. Чтобы человек прекрасно себя чувствовал в течение всего дня, эти циклы должны пребывать в гармонии. Наша способность засыпать и спать без помех прочно связана с их синхронностью. Обычно мы засыпаем, когда температура тела снижается до суточного минимума, и просыпаемся, когда она начинает расти. Если приходится просыпаться в период пониженной температуры, пробуждение дается очень трудно. Аналогично нам тяжело уснуть, если температура тела еще не начала снижаться или снизилась недостаточно.

Важно знать, что от природы все эти циклы у каждого из нас чуть длиннее 24 часов. Разница составляет лишь несколько минут. Но из-за искусственного освещения вечером после заката и искусственной темноты в спальне утром, когда солнце уже взошло, внутренние часы еще больше замедляются – как если бы были рассчитаны скорее на 25-часовой цикл. Каждый день утренний свет и ночная тьма обнуляют наши суточные часы. Однако по выходным и в отпуске, когда мы живем по более гибкому расписанию, многие переходят на 25-часовой ритм: позже ложатся и позже встают. А когда наступает пора возвращаться к учебе или работе, бывает очень трудно приспособиться к прежнему распорядку. Эта проблема называется отсроченным наступлением фазы сна и рассматривается в главе 10.

Жить по 24-часовому циклу совсем не сложно, если его придерживаться. Проблемы возникают из-за неупорядоченности или попыток идти вразрез с ритмами сна и бодрствования. Работающие посменно и подростки, в массе своей спящие разное количество часов в будни и в выходные, а также путешественники, пересекающие часовые пояса, сталкиваются с дискомфортом, трудностями с засыпанием и общим недомоганием – так называемым десинхронозом, или расстройством биоритмов.

То же самое происходит и с детьми, если их цикл сна был нарушен или сдвинут, или они просто живут неупорядоченно либо по неподходящему им распорядку. Такие дети плохо спят ночью, сонливы или капризны днем. Важно обратить на это внимание, поскольку проблемы, вызванные неправильным режимом, устраняются совершенно иначе, чем другие расстройства сна. Даже если неадекватный распорядок дня не является главной проблемой, он зачастую осложняет другие нарушения сна и должен быть учтен при подборе лечения.

Биологические ритмы, управляющие сном, влияние на них неподходящего режима дня, сопутствующие проблемы со сном и способы их решения подробно рассматриваются в главах 9–12. Пока же давайте запомним: нормальный суточный биоритм – необходимое условие здорового сна и полноценного бодрствования, а многие отклонения от нормы, связанные с суточными ритмами, достаточно просты в диагностике и лечении.

Глава 3
Научим ребенка правильно спать

Мы все формируем у своих детей определенные привычки относительно сна. Различия носят семейный, этнический и культурный характер. Малыш может спать спеленутым, в легкой ночной одежде или раздетым, в собственной комнате, в общей детской с братьями и сестрами или в одной комнате и даже в одной кровати с родителями. Детей укладывают на живот, на бок или на спину, в полной темноте, в полутьме или при ярком свете. В комнате может царить тишина или присутствовать какие-то звуки: постоянный шум работающего увлажнителя воздуха или кондиционера, регулярно доносящиеся звуки радио, телевизора или уличного движения, внезапный рев взлетающего самолета, голоса других детей. Один младенец засыпает у материнской груди, другой – с бутылочкой или соской-пустышкой, в кресле-качалке или в одиночестве в своей кроватке. Кто-то из детишек говорит близким «спокойной ночи» в гостиной, сам идет к себе в комнату и укладывается, а кто-то заснет, лишь когда ему расскажут сказку на ночь, помолятся вместе с ним, поиграют в спокойную игру или обсудят прошедший день. Некоторые дети всякий раз ложатся спать в разное время и без определенного ритуала, другие каждый вечер отходят ко сну строго определенным образом.

Вечерние ритуалы тоже бывают разными, но не все одинаково хороши для детей.

Зачем нужен ритуал отхода ко сну

Я считаю, что среди ритуалов отхода ко сну есть как более, так и менее удачные, однако любой ритуал должен отвечать нескольким непреложным требованиям. Если ваш ритуал подходит всем участникам – устраивает родителей и ребенка, помогает ему быстро уснуть и редко просыпаться среди ночи, обеспечивает малышу достаточный отдых, что проявляется в приемлемом поведении в течение всего дня, – значит, все в порядке.

Следует, однако, иметь в виду, что определенные приемы и подходы почти наверняка приучают ребенка к здоровому сну и избавляют от проблем по мере взросления. Например, если вы привыкли каждый вечер по 20–30 минут укачивать младенца (или поглаживать его по спинке и прочее), причем этот ритуал приходится повторять один-два раза среди ночи, чтобы снова его усыпить, значит, вы вмешиваетесь в естественный сон своего ребенка и мешаете ему привыкнуть самостоятельно засыпать на всю ночь. Пусть вам «несложно» вскакивать к малышу, вы сами будете только рады, если сможете просто укладывать его в положенный час и знать, что он спокойно проспит до утра. Независимо от того, затруднительно ли для вас прерывать собственный сон, вы должны понимать: ребенку нужно спать полноценно, без перерывов. Следует проанализировать все ритуалы и привычные схемы действий при подготовке ребенка ко сну и засыпании. Скажем, вы меняете младенцу подгузник и держите его на руках, пока он не уснет. Возможно, вы его укачиваете, а затем перекладываете в колыбель, люльку или кроватку. А может, ваш малыш еще бодрствует в момент перекладывания и засыпает не на руках. В общем, все эти схемы годятся для первых месяцев жизни, когда ребенок в любом случае не способен проспать всю ночь. Но около трех месяцев большинство доношенных младенцев уже могут спать бо́льшую часть ночи. Если ваша кроха по-прежнему пробуждается один или два раза за ночь или не отказалась от ночных кормлений к пяти-шести месяцам, следует хорошенько обдумать ее ночные привычки. Ребенку, которого всегда кормят или укачивают перед сном, трудно самостоятельно вернуться ко сну после естественных ночных пробуждений. Чтобы помочь ему спокойно спать всю ночь, возможно, придется что-то изменить в его привычках. Например, некоторых детей очень важно укладывать еще бодрствующими, чтобы они научились успокаиваться и засыпать без посторонней помощи вечером и после полуночных пробуждений (см. главу 4).

Ритуалы важны для ребенка в любом возрасте. Если сон вызывает приятные ассоциации, ребенок предвкушает его, вместо того чтобы скандалить и упираться. Разумеется, ритуал отхода ко сну меняется, и вы отдадите предпочтение тому, что подойдет вашей семье, но обязательно включите в него достаточно времени для ежевечернего общения. Соблюдайте ритуал как можно точнее. Ребенок должен знать, когда нужно переодеться в пижаму, почистить зубы и лечь. Пусть он знает, какие действия предшествуют отходу ко сну, сколько на них отводится времени и сколько сказок ему расскажут на ночь.

Отход ко сну, как правило, является моментом разлучения с родителями, что представляет трудность для многих детей, особенно маленьких. Когда малыша просто-напросто отсылают в постель одного, ему это кажется несправедливостью, а то и пугает. Вы же при этом упускаете, возможно, один из самых чудесных моментов дня. Поэтому выделите 10–30 минут на то, чтобы проводить время с ребенком перед сном. Последняя часть ритуала должна происходит в комнате, где он спит, чтобы малыш отправлялся туда с удовольствием. Иначе он будет понимать, что ему приходится покидать замечательное место, чтобы пойти спать, и собственная постель или спальня начнет ассоциироваться у него с окончанием общения с родителями и с разлучением с ними. Если ребенок засыпает один, то уходить должен не он, а родитель: ребенок же остается там, где только что наслаждался маминым или папиным обществом. Не тормошите малыша, не рассказывайте страшных сказок, не делайте ничего, что его взбудоражит, – для веселой возни довольно времени и днем. Вместе наслаждайтесь общением, спокойной игрой или чтением вслух.

Однако ребенок должен знать, что особое время вашего вечернего общения не может затягиваться и заканчивается в установленный момент, который вы согласовали. Полезно предупреждать, когда время почти вышло или вам осталось дочитать две-три страницы. Не поддавайтесь на уговоры прочесть еще сказочку: ребенок выучит правила, только если вы твердо следуете им. Если вы оба точно знаете, что будет дальше, то избежите споров и недовольства, возникающих в ситуации неопределенности (см. главу 5).

Полу четыре года. Его папа рано утром уходит на работу, и до ужина они с Полом не видятся. Папе нравится самому укладывать сынишку в постель, ведь иначе у них не было бы возможности пообщаться до выходных. Промежуток с семи до восьми вечера – особое время для них обоих.

В семь они вместе садятся на 25 минут поиграть в машинки или в конструктор лего, а при теплой погоде иногда выходят прогуляться. Папа сообщает Полу, что уже 19.25, и начинается ритуал отхода ко сну. Пол принимает душ, папа помогает ему надеть пижаму. Часто они читают хорошую детскую книжку, по главе за вечер. Им обоим нравится вечернее чтение, и Пол с удовольствием готовится ко сну, вместо того чтобы сопротивляться. Когда до конца главы остается пара страниц, отец предупреждает его об этом. Вот с чтением покончено, гасится верхний свет и включается ночник. Пол целует отца и желает ему спокойной ночи, обнимает плюшевую обезьянку и, когда отец выходит из комнаты, засыпает.

Став старше, ребенок тоже будет ценить время, проводимое с вами перед сном. Ему нужно ощущение теплоты и близости, вашего безраздельного внимания, и совместным просмотром телевизора этого не заменишь. Даже если телепрограмма не перевозбуждает и не пугает ребенка (а много ли таких в эфире?) и вы сидите рядышком, это плохая идея из-за отсутствия непосредственного общения. Лучше потратьте время на то, чтобы обсудить дела в школе, планы на выходные, футбольный матч, занятия танцами, внеклассные кружки или уроки музыки. Полезно поговорить обо всем, что волнует ребенка, чтобы тяжелые мысли не мешали ему заснуть. (Однако не забывайте о здравом смысле. Некоторые вещи лучше обсудить днем, чтобы не подбросить перед снов дровишек в костер его тревог.) Ритуал отхода ко сну подросшего ребенка можно менять. Сегодня вы прогуляетесь, завтра сходите за мороженым, послезавтра сыграете в настольную игру или в пинг-понг (если уверены, что он от этого не слишком разгуляется) или поможете ему с уроками.

Ребенку 11–12 лет при подготовке ко сну нередко требуется побыть одному. Возможно, он захочет почитать, послушать музыку или уделить время своему хобби, прежде чем выключит свет. Но не отказывайтесь от привычки заглядывать к нему, чтобы поболтать перед сном. По-прежнему важно, чтобы сну предшествовал заведенный ритуал, даже если теперь ребенок справляется с ним самостоятельно. Пусть он видит, что вы, как и прежде, рады провести с ним время, что с вами всегда можно обсудить проблемы и тревоги, а в конечном счете – что вы сохраняете руководство, не позволяя его подготовке ко сну затягиваться или так или иначе принимать нежелательный характер.

У 11-летней Эмили удачный ритуал отхода ко сну. После ужина она заканчивает делать уроки, занимается на пианино, иногда болтает с подругой по телефону. Затем они с мамой, воспитывающей ее в одиночку, проводят время вместе. Им нравится что-нибудь делать своими руками (скворечник или рамку для фотографии), а сейчас они трудятся над огромным пазлом. За работой легко общаться. Около девяти вечера Эмили готовится ко сну, ложится в постель и читает под музыку. Мама заходит к ней, чтобы обсудить планы на завтра, в 21.30 Эмили выключает свет и музыкальный центр и засыпает.

Конечно, не все вечера дома у Пола и Эмили проходят мирно и приятно, но исключения, как и серьезные нарушения режима, бывают нечасто. Если время отхода ко сну у вас в семье традиционно превращается в войну, спасением может стать разработка более приятного неизменного ритуала. Поначалу соблюдать его будет трудно, и ребенок может сопротивляться нововведениям. Но если вы будете настойчивы, то постепенно все полюбят этот процесс, и с препирательствами будет покончено. Бесспорно, этот результат стоит любых усилий.

«Спина для сна»: как уменьшить риск внезапной детской смерти

Глава, посвященная здоровым привычкам, связанным со сном, была бы неполной без обсуждения синдрома внезапной детской смерти (СВДС), поскольку между смертью внешне здоровых младенцев во сне и их позой, а также окружающей обстановкой существует связь. СВДС – основная причина смерти младенцев. Под этим термином понимается неожиданная гибель ребенка в возрасте до года, причины которой остаются неустановленными, несмотря на тщательное медицинское исследование. Предположительно, причиной смерти становится прекращение дыхательной деятельности (хотя почему это случается, непонятно) с последующей остановкой сердца. Девять случаев из десяти происходят в первые шесть месяцев жизни, а максимум приходится на период от двух до четырех месяцев. Единая причина до сих пор не установлена, но известно, что некоторые привычки и обстоятельства повышают риск «смерти в колыбели». Среди таких факторов – позднее начало ведения беременности или его отсутствие, недоношенность и низкий вес при рождении, курение матери во время беременности. К группам повышенного риска СВДС относятся некоторые этносы (например афроамериканцы и американские индейцы), а мальчики становятся жертвами этого синдрома чаще, чем девочки. Некоторые исследования позволяют предположить, что риск внезапной детской смерти несколько снижается благодаря грудному вскармливанию, но если влияние и прослеживается, то незначительное. Этот вывод подтверждают не все исследования – хотя ученые в целом сходятся на том, что грудное вскармливание полезно, но по иным причинам, – а наблюдающийся эффект, возможно, объясняется другими факторами, например тем, что среди кормящих матерей меньше курильщиц.

Зато оказалось, что сон на животе (лицом вниз) существенно повышает риск СВДС. Поэтому, если только педиатр не прописал вашему ребенку сон именно на животе, всегда укладывайте его на спину. Поза на боку также лучше, чем ничком, но на спине – предпочтительнее всего. Американская академия педиатрии рекомендует укладывать младенцев на спину (лицом вверх) с 1992 г., а с 1994 г. совместно с другими организациями проводит кампанию «Спина для сна» (Back to Sleep). За эти годы доля американских младенцев, спящих на животе, снизилась с более чем 70 % до 20 %, а количество внезапных смертей во сне сократилось более чем на 40 % – потрясающий результат, если учесть, насколько проста эта мера.

Сначала некоторые родители и педиатры высказывали опасения, что младенец, спящий на спине, может задохнуться, если у него начнется рвота, но эти страхи не подтвердились. Временное уплощение затылка возможно, особенно если ребенок всегда спит в одной и той же позе. Чтобы избежать этого, слегка наклоняйте головку малыша то в одну, то в другую сторону и поворачивайте ребенка или кроватку, чтобы дверь или источник света не были всегда в одном и том же направлении от него. В любом случае СВДС – несопоставимо более серьезная угроза, а уплощение не причиняет вреда и постепенно уходит само собой.

Положение младенца на спине важно только во время сна. В периоды бодрствования малышу необходимо часть времени проводить на животике и в вертикальном положении на руках у взрослых (особенно сейчас, когда дети слишком много лежат в автокреслах и креслах-качалках). Это помогает развить двигательные функции верхней части тела и избежать дальнейшего уплощения затылка.

В возрасте около пяти-шести месяцев большинство детей могут переворачиваться со спины на живот (переворот с живота на спину осваивается на несколько недель раньше). С этого момента уже нельзя гарантировать, что ребенок будет спать на спине, но и риск СВДС сам по себе снижается.

Опасность для новорожденного могут представлять некоторые детали обстановки. Рискованно оставлять его спать на поверхности, не предназначенной для младенческого сна, особенно на очень мягкой: на мягком стуле или диване, водяном матрасе, подушке, пуховом или ватном одеяле, овечьей шкуре. На рыхлых поверхностях или недостаточно туго натянутой простыне малыш рискует задохнуться. Ошибка в выборе спального места чревата защемлением – личико ребенка может застрять между матрасом и стеной или бортиком кровати либо между подушками. При совместном сне с родителем, имеющим лишний вес или неспособным к нормальному пробуждению из-за употребления наркотиков или алкоголя, младенец может не только застрять и задохнуться, но и быть придавленным, если спящий родитель навалится на него. Чем больше людей находится в одной кровати с ребенком, тем меньше остается места для него и тем выше опасность. Неподходящий матрас и постельные принадлежности, неудачное размещение кроватки вплотную к стенам и мебели, что часто бывает в родительской спальне, еще более повышают риск.

Курение в доме, особенно в одной комнате с ребенком, увеличивает вероятность внезапной детской смерти вдвое или втрое. Перегрева, еще одного фактора риска, можно избежать, если правильно одевать малыша перед сном, поддерживать в его комнате температуру, комфортную для легко одетого взрослого, и не использовать неподходящие постельные принадлежности. Если ребенок одет как положено, а температура комфортна, можно обойтись вовсе без одеяла. Слишком тепло укутанный малыш страдает от перегрева, что, возможно, объясняет возрастание числа случаев «смерти в колыбели» в холодное время года. (Еще одной причиной может быть сезонное обострение респираторных инфекций.)

Наконец, на основании немногочисленных исследований, сообщающих о снижении уровня СВДС среди младенцев, засыпающих с пустышкой, Американская академия педиатрии в руководстве от 2005 г.¹ рекомендует родителям рассмотреть возможность давать детям соску перед ночным и дневным сном. Вот как звучат эти рекомендации:

• В течение первого года жизни «желательно пользоваться пустышкой, укладывая младенца спать… Если младенец отказывается от пустышки, не следует принуждать его». (Рекомендаций использовать пустышку или воздержаться от ее использования во время бодрствования не дается.)

• Пустышку не следует «вновь давать младенцу, если он уже спит», поскольку исследования не обнаружили снижения позитивного эффекта от пустышки, выпавшей изо рта уснувшего ребенка.

• «Пустышку следует часто мыть и регулярно менять» и «не смазывать ее ничем сладким».

• «При грудном вскармливании необходимо отложить знакомство ребенка с пустышкой до достижения им месячного возраста, когда вскармливание будет полностью налажено».

Насколько ценны эти рекомендации, могут показать лишь дополнительные исследования (полный список самых свежих советов вы всегда найдете на сайте Академии www.aap.org). Особенно важен период от двух до шести месяцев, после которого риск внезапной детской смерти относительно мал, а вероятность развития инфекционных поражений среднего уха из-за использования пустышки повышается. Непонятно, как пустышка помогает защитить малыша от СВДС, если такая защита вообще имеет место. Возможно, она просто занимает рот ребенка, мешая ему заглатывать мягкие постельные принадлежности. Если же дело в более частых пробуждениях, характерных для малышей, которым дают соску, то большая безопасность сна приобретается ценой ухудшения его качества. Нарушения сна, вызванные привычкой к пустышке, описываются в главе 4.

Следует ли ребенку спать в вашей постели

Так называемый совместный сон – когда ребенок и родители спят в одной кровати – вызывает, пожалуй, самые ожесточенные дискуссии. Одни утверждают, что для ребенка это в любом случае наилучший вариант, другие считают его неприемлемым. И обе стороны утверждают, что выбор их противников угрожает психологическому и даже физическому здоровью малыша.

За более чем 25 лет работы с детьми, имеющими расстройство сна, и их семьями я пришел к выводу, что дети могут прекрасно спать в самых разных условиях. Если у ребенка здоровый сон, ничто не свидетельствует о преимуществе той или иной системы перед прочими. Дети не растут неуверенными в себе только лишь из-за того, что спят одни или в детской с братьями и сестрами, также как сам по себе сон с родителями нисколько не мешает им привыкать к независимости и формировать собственную индивидуальность. Все, что вы хотите делать, все, что вам удобно и нравится, правильно, если все идет хорошо. Я не вижу ни нужды, ни права навязывать родителям философию воспитания. И если не усматриваю в избранном ими пути прямой угрозы их чаду, то работаю в рамках их выбора. Конкретные приемы могут варьироваться, но бо́льшая часть проблем решается независимо от принципиального подхода. Не бывает и необратимых решений: родители вольны попробовать один принцип и, поняв, что их ожидания не оправдались, перейти к другому. Если избранный подход устраивает всех, значит, это правильный выбор. Если же кто-то недоволен или плохо спит, имеет смысл пересмотреть принципы.

Некоторые участники дискуссии придают большое значение тому факту, что в той или иной форме совместный сон изначально был свойственен человеку как виду и сохраняется в наиболее «примитивных» – социально и экономически традиционных – культурах. Действительно, любопытный факт – но мало что говорящий о том, как должен быть организован сон ребенка в современной культуре. Мы ведь не собираемся возвращаться к бытовым условиям наших давних предков (большая часть потомства которых не доживала и до первого дня рождения): переселяться с новорожденными из отапливаемых домов в пещеры, спать на земле, дощатом настиле или соломе вместо кроватей и обходиться без медицинской помощи, гигиены и большей части одежды. Очевидно, что не все в культуре древних людей может служить для нас образцом.

Более того, традиции многих культур, практикующих совместный сон, предписывают раздельный ночлег женщин с малолетними детьми и мужчин, а также мальчиков старшего возраста. У них отсутствует потребность в приватности: скажем, соитие обычно происходит не в уединении супружеской спальни, а у всех на виду. На современном Западе едва ли найдется много желающих перенимать эти обычаи.

Условия нашей жизни резко отличаются от тех, в которых жили первые люди. Это не значит, что мы всегда и во всем обязаны поступать наоборот. Однако действительно нужно учитывать различные факторы, в том числе обстоятельства нашего нынешнего существования. Применительно к детскому сну это означает, что вы вольны выбирать путь, наиболее подходящий вам и вашим взглядам на родительство.

Обычно дети быстро засыпают и спят крепко, куда их ни уложи. В отсутствие проблем подавляющее большинство детишек проспят 98–99 % времени от вечернего «спокойной ночи!» до полного пробуждения – то есть будут бодрствовать лишь ничтожную долю времени своего ночного отдыха, в совокупности минут пять-десять за ночь. И даже в эти минуты они пребывают в полудреме, едва сознавая что-либо, кроме потребности улечься поудобнее и вновь погрузиться в сон. Таким образом, большую часть ночи дети не понимают, где находятся и кто присутствует или отсутствует рядом.

А вот большую часть дня они осознанны и активны. Именно тогда им и нужна постоянная близость любящих и заботливых взрослых. Также им необходимо знать, что, пока они спят, родители где-то рядом и оберегают их, – тогда пробуждение не будет сопровождаться тревогой. Но заснув, они уже не понимают, где родители, поэтому многие мамы и папы подходят ночью к детям на их призывный плач, но ускользают сразу же, стоит тем снова провалиться в сон.

Большинство семей, с которыми я работал, практиковали раздельный сон. Многие из тех, кто спал вместе с ребенком, делали это вынужденно из-за нехватки денег или места либо потому, что это была для них самих единственная возможность поспать. Другие предпочитали «частично совместный» сон: в первые месяцы жизни ребенка ставили его колыбель или кроватку в своей комнате. Но я также имел удовольствие работать с семьями, которые обдуманно и осознанно выбрали совместный сон, и большинство из них были довольны этим решением.

Прежде чем сделать выбор, учтите следующее. Это должно быть только ваше решение, родительской пары или родителя-одиночки, и принимать его нужно, исходя из собственных убеждений, а не из-за давления со стороны ребенка или кого угодно еще. Удачный или неудачный опыт другой семьи в совместном или раздельном сне не должен влиять на вас. В конце концов, у вас разные дети и разные семьи. Наконец, и это очень важно, если вы остановитесь на совместном сне, то должны будете запланировать, когда и как станете от него отказываться. Очень уж многие семьи начинают с совместного сна с совсем маленьким ребенком, убежденные, что в какой-то момент он сам от него откажется, а годы спустя вдруг оказывается, что их пяти-, семи- или 12-летнее чадо все никак «не может» покинуть их постель. Родители несчастны, ребенок растерян, поскольку чувствует, что он «другой», да еще и не может ночевать в гостях или сам приглашать друзей на ночевку. В таких случаях большинство детей жаждут покинуть родительскую постель даже больше, чем сами родители мечтают от них избавиться.

Когда один родитель настаивает на совместном сне, а другой протестует, любой выбор приведет к разочарованию и озлобленности. Если совместный сон не нравится обоим, но сохраняется, потому что ребенок этого «требует», значит, в долгосрочном плане выбор оказался ошибочным. Бывает, ребенок спит с одним из родителей, а другой родитель – отдельно, и оба взрослых чувствуют, что ребенок вынудил их разделиться, заменил одного родителя в качестве партнера другого. Решение, принятое под влиянием сострадания или отчаяния, чревато раздражением в адрес супруга и ребенка. А раздраженному и усталому родителю трудно ухаживать за малышом днем и принимать здравые решения ночью. Я видел немало родителей, которые говорили, что сохранят совместный сон с ребенком, если это единственный «выход», но не станут даже думать о том, чтобы рожать еще.

Специфика совместного сна

Преимущества и недостатки

У совместного сна с ребенком есть несколько потенциальных преимуществ:

1. Близость к ребенку с первой минуты его бодрствования. Детям это нравится, и многие родители также наслаждаются этим ощущением;

2. Моментальное избавление от любых тревог, связанных с ощущением оторванности ребенка от родителей в ночное время, а также иных страхов и проблем;

3. Возможность быстро, не вставая с постели, кормить ребенка и решать другие вопросы во время ночных пробуждений;

4. Возможность больше времени быть вместе с ребенком;

5. Возможность лучше выспаться как для ребенка, так и для родителей, если ребенок в принципе спит плохо.

У совместного сна есть и возможные негативные последствия:

1. Не исключено небольшое повышение риска СВДС;

2. Если ребенок спит беспокойно, то мешает родителям высыпаться;

3. В итоге родители могут начать спать в разных комнатах, проникнуться раздражением друг к другу и к ребенку;

4. Циклы сна взрослых и детей не совпадают;

5. Родители могут быть вынуждены ложиться спать очень рано, вместе с детьми, что оставляет слишком мало времени на их собственные вечерние дела и не позволяет воспользоваться услугами няни даже для редких вылазок из дома в вечернее время;

6. Определенные нарушения сна (а именно те, что проистекают из характера родительско-детских отношений) могут хуже поддаваться коррекции;

7. Родители имеют меньше возможностей для уединения.

О недостатках совместного сна, которые могут привести к проблемам, стоит поговорить подробнее.

Совместный сон с младенцем в постели, типичной для западных культур (мягкие матрасы, пышные подушки, рыхлые пледы и одеяла, так не похожие на циновки на земле, тонкие подголовники и покрывала), несколько повышает риск СВДС или того, что малыш задохнется (имеющиеся исследования не всегда проводят четкую границу между этими двумя причинами смерти). Риск возрастает, если родитель страдает ожирением или находится в состоянии алкогольного, наркотического либо медикаментозного опьянения.

Но существует также противоположная точка зрения, согласно которой совместный сон снижает опасность внезапной детской смерти, возможно, потому что дети (и родители) чаще просыпаются в течение ночи. Тем не менее научных подтверждений этому нет, по крайней мере в западных странах, где и проводилось большинство исследований. Однако эти исследования охватывают все случаи неожиданной смерти младенца по любой причине (не только из-за СВДС). Согласно полученным данным, риск повышают такие факторы, как большее число людей, делящих одну кровать, неподходящие для младенца матрасы и постельные принадлежности, наличие мест, где ребенок может застрять (щели между кроватью и стеной), а также алкоголизм и ожирение родителей. Таким образом, речь идет скорее об опасности задохнуться, чем о СВДС. Более того, уровень внезапной детской смерти в странах, где совместный сон является нормой, бывает как высоким, так и низким, и там, где он высок, зачастую имеются сопутствующие социально-экономические факторы, такие как курение и низкий уровень медицинской помощи во время беременности и после родов. Они оказывают больше влияния, чем совместный сон как таковой.

Так или иначе, выбрав совместный сон с ребенком, вы должны свести к минимуму все факторы риска. Самое главное – принять меры предосторожности, о которых шла речь в разделе о СВДС. Следите, чтобы ребенок спал на спине, не допускайте курения в доме, тем более в спальне. Чтобы дополнительно уменьшить опасность, отодвиньте кровать от стен и мебели, обзаведитесь жестким ровным матрасом, избавьтесь от пышных рыхлых постельных принадлежностей и покрывал, ограничьте число людей, спящих вместе с младенцем, одним или обоими родителями, и не принимайте алкоголь и другие наркотические вещества, мешающие проснуться. Самый безопасный вариант, удовлетворяющий всем требованиям и в то же время обеспечивающий постоянную близость к младенцу, предложен в уже упомянутом руководстве Американской академии педиатрии за 2005 г.: укладывайте малыша в отдельную кроватку, люльку или колыбель с твердым матрасом и подходящими постельными принадлежностями, стоящую в вашей спальне.

Если вы хотите продолжать совместный сон с ребенком после первых месяцев его жизни, учтите, что многие маленькие дети спят очень беспокойно. Во время естественных ночных пробуждений они брыкаются, перекатываются, хнычут и размахивают руками. Нередко такой малыш несколько раз за ночь меняет положение тела на 180 градусов. Сам он спит крепко, а вот родители не всегда. Другая возможная ситуация: родители жмутся по краям кровати, а ребенок лежит между ними, упираясь в одного ножками, а в другого головой. На протяжении большей части истории человечества такого ограничителя, как ширина кровати, попросту не существовало. В архаичных культурах и среди бедняков и сейчас принято спать на полу или на земле. Но и современные западные родители могут использовать футон (напольный матрас), чтобы предоставить беспокойному годовалому или двухлетнему ребенку достаточно места, не ущемляя себя. Некоторые сторонники совместного сна советуют использовать спальню исключительно для сна, застелив весь пол матрасом, а супружеские отношения перенести в другую комнату. Мера эффективная, но многие семьи считают ее неприемлемой.

Поскольку сон у ребенка беспокойный, некоторые родители по очереди спят в другой комнате, чтобы хотя бы один из них мог выспаться. Но это может не лучшим образом сказаться на их взаимоотношениях. Если и вы так поступаете, задумайтесь, почему. Вы и супруг хотите спать вместе? Если да, так и нужно делать. Или не хотите? Тогда, может, вы перекладываете на ребенка вину за свой раздельный сон, вместо того чтобы признать проблемы в своих отношениях и понять, насколько они серьезны?

Циклы сна ребенка и родителей никогда не совпадают полностью. Так и должно быть, ведь у взрослых они длиннее. Нормальные регулярные пробуждения каждого человека нарушают сон других, спящих с ним в одной кровати. Чем больше людей, тем больше помех. Обычно на родителях это сказывается больше, чем на ребенке, поскольку взрослые спят не так глубоко, а часто еще и с большим трудом засыпают повторно.

Если ребенок не просто спит в вашей кровати, но и может заснуть исключительно при вас, будьте готовы укладываться вместе с ним. В семь часов – значит в семь. Может, вам удастся улизнуть, когда он уснет, а может, и нет. В любом случае постоянно удирать от уснувшего ребенка – неудачное решение, о чем мы поговорим подробнее в главе 4. Вы не сможете оставить его с няней, пока он не будет крепко спать, а проснувшись до вашего возвращения, он не сумеет снова уснуть. (Наших живших в пещерах предков не одолевал соблазн сбегать вечером в кино.)

При совместном сне родителей и ребенка труднее устанавливать правила или менять привычные схемы поведения. Например, отучить девятимесячного малыша ежечасно прикладываться к груди всю ночь напролет или полуторагодовалого – накручивать ваши волосы на пальчики, хватать вас за лицо или засыпать, взгромоздившись на вас. Все нововведения даются легче, если вы не делите кровать с ребенком.

К тому же многие семьи не могут позволить себе еще одну спальню для секса. Дождаться, когда ребенок уснет, и заняться этим «по-тихому» – тоже не лучший выход. Если он проснется и увидит вас – это не катастрофа, но он может неправильно понять происходящее, а вы смутитесь.

Однако, если родители осознанно и дружно выбирают совместный сон, многие проблемы благополучно решаются. Ничего нельзя поделать разве что с беспокойным сном малыша, но и тут возможны варианты: он может спать в вашей спальне, но в собственной кроватке, в колыбели или на полу вместе с вами. Ребенка можно приучить засыпать самостоятельно в вашей кровати, где вы позднее к нему присоединитесь. И пресечь недопустимое поведение можно всегда, где бы вы ни спали. В последующих главах мы еще вернемся к этому вопросу.

Совместный сон: все когда-нибудь заканчивается

Рекомендации по поводу того, когда следует прекратить спать вместе с ребенком, весьма разнятся. Одни советуют сделать это к полугоду, прежде чем сепарационная тревога превратится в проблему. Другие призывают подождать, пока ребенку исполнится год. Кто-то приурочивает этот момент к завершению грудного вскармливания. Лишь немногие специалисты по уходу за детьми рекомендуют продолжать совместный сон с ребенком даже старше трех лет. Выбор опять-таки за вами, но, еще приступая к практике совместного сна, вы должны запланировать, когда и как будете прекращать ее. В большинстве случаев, если только жилищные и финансовые проблемы не диктуют иного, я, пожалуй, соглашусь, что уж к трем-то годам пора выселить малыша из родительской постели. С шестимесячным младенцем проделать это достаточно просто. Годовалый ребенок, до сих пор не имевший опыта сна в одиночку в своей кроватке, вряд ли согласится на это с легкостью, и, возможно, придется позволить ему и дальше спать в вашей кровати или на матрасе, уложенном на пол. Но в силу подвижности ребенка этого возраста придется устроить какие-то ограждения: скажем, установить детские ворота, хотя бы для его безопасности. Трехлетний ребенок умеет настаивать на своем, да еще и словами требовать продлить его пребывание в вашей постели, ведь с возрастом способность бороться со сном и отстаивать свои права только развивается. Наконец, если вместе с родителями продолжает спать дошкольник, ему грозят неловкие ситуации, поскольку все его сверстники спят в своих кроватях. Чем старше ребенок, тем сложнее изменить привычное для него место сна против его воли – принуждение дается все труднее.

Некоторые специалисты рекомендуют постепенный переход: сначала приучить ребенка спать в собственной кроватке в вашей спальне или даже в спальном мешке на полу у вашей кровати и лишь затем переселить его в отдельную комнату. Подход хорош, если все идет, как задумано, но если ребенок сопротивляется (скажем, выбирается из кроватки и упорно лезет к вам), следовать плану становится трудно. Даже если удастся убедить его спать отдельно, хотя и в вашей комнате, потом вас ждет очередная битва за выдворение из нее. Как я убедился, более надежен другой подход: в качестве первого шага временно перебраться в комнату ребенка вместе с ним, но настоять, чтобы он спал в отдельной кровати или на собственном матрасе. (Такое разделение легче проходит в его комнате. При необходимости можно воспользоваться воротами безопасности или дверью, как описано в главах 5 и 7.) Дайте ему привыкнуть спать в своей комнате и в собственной кровати, прежде чем предлагать остаться там в одиночестве. Добиться от ребенка, чтобы он спал отдельно, но в одной с вами комнате, несложно. Затем постепенно (в течение нескольких дней или недель в зависимости от потребностей и желаний малыша) можно начать уходить из его комнаты на время сна, сначала ненадолго, затем на все более продолжительное время, мало-помалу приучая ребенка оставаться и засыпать в одиночестве. Поначалу родителю нужно возвращаться и проводить остаток ночи в комнате ребенка. На следующем этапе можно оставлять его одного на всю ночь. Здесь используются те же приемы, что и при преодолении ночных страхов у тревожного ребенка, с трудом засыпающего в одиночестве, которые подробно описаны в главе 7. Детали зависят от возраста и характера малыша. Так, могут потребоваться постепенная нормализация психического состояния, переговоры, установление границ дозволенного и положительное подкрепление. Не требуйте от ребенка слишком многого: по доброй воле и в одночасье он не переберется в собственную постель, если до этого всю жизнь спал в вашей.

Проблемы сна у двойняшек и тройняшек

В наши дни рождение близнецов не редкость. Однояйцевые близнецы появляются на свет в среднем один раз на каждые 300 родов, разнояйцевые – примерно в три раза чаще (хотя эти показатели могут существенно различаться в зависимости от страны и этнической группы). Частота рождения разнояйцевых близнецов в последние годы возросла из-за таких методов борьбы с бесплодием, как экстракорпоральное оплодотворение.

Многие родители близнецов считают, что у них какие-то особые проблемы со сном – а значит, и решения должны быть особенными. На самом деле сон и его нарушения у близнецов не имеют никакой специфики, а возникающие в связи с этим ситуации ничем не отличаются от проблем любой другой семьи, тем более если там есть два и более детей с маленькой разницей в возрасте. Даже если близнецы весь день все делают вместе (а у малышей обычно так и бывает), каждому из них нужно научиться ложиться спать и засыпать самостоятельно.

Тем не менее определенные особенности все-таки существуют. Уход даже за одним новорожденным – дело непростое, а в случае близнецов трудности даже не удваиваются – они растут как снежный ком. Если у вас есть и другие дети, нагрузка увеличивается лавинообразно. Потребности младенцев совершенно одинакового возраста зачастую и удовлетворять приходится в одно и то же время: кормить, переодевать, приучать к горшку, готовить к школе. Даже при наличии помощников родитель постоянно занят. Работа находится в течение всего дня и в течение всей ночи тоже.

Близнецов почти всегда селят в одной комнате, даже если в доме есть другие помещения. В некоторых семьях новорожденных близняшек первое время укладывают в одну кроватку. В любом случае по умолчанию считается, что близнецы должны ложиться, вставать, отдыхать днем и есть по единому расписанию. От погодок, возраст которых почти совпадает, такого обычно не ждут. Большинство проблем со сном, которые родители считают специфическими для двойняшек, коренятся как раз в этом подходе.

Укладывая младенцев в одну колыбель, вы почти ничего не выигрываете, особенно после первых нескольких недель жизни. Помните: близнецы могут подолгу находиться вместе в течение дня, но большую часть времени они физически разъединены. Коляска у них чаще общая, но сиденье у каждого свое. Каждый имеет собственное автокресло, собственный высокий стульчик. Так почему бы и ночи им не проводить раздельно? Во время крепкого сна они и знать не знают, вместе лежат или нет, а в полусонном состоянии не задумываются об этом. Размещение в общей кроватке может даже навредить: малыши не научатся засыпать поодиночке и будут будить друг друга своими движениями.

Однояйцевые близнецы чаще всего имеют схожие потребности в отношении сна и могут привыкнуть к почти одинаковому расписанию. Однако ждать от них полного совпадения можно не больше, чем от одного ребенка, что он будет каждый день засыпать и просыпаться минута в минуту. У разнояйцевых близнецов расхождение режимов бывает поразительным. Какой родитель станет требовать от новорожденного точного соответствия расписанию, по которому жили его брат или сестра в том же возрасте? Но многие семьи фактически пытаются добиться от двойни именно этого.

У каждого ребенка, независимо от наличия или отсутствия близнеца, свои собственные возможности и потребности, и родителям нужно научиться понимать их и должным образом на них реагировать. Одному ребенку требуется больше сна. Другой раньше откажется от ночного кормления. Один, проснувшись среди ночи, тихонько играет сам по себе, другой сделает все возможное, чтобы разбудить брата или сестру (и всех остальных домочадцев).

В общем, двойняшки или тройняшки, спящие в отдельных колыбелях или кроватках в одной комнате, могут сталкиваться с теми же проблемами, что и разновозрастные братья и сестры, делящие детскую. И решать эти проблемы нужно аналогично. Например, одному близнецу требуется 10 часов сна, но брат, высыпающийся за 9 часов, ежедневно будит его раньше времени. Вы можете поступить так же, как действовали бы в отношении любых двоих детей. Ребенка, который спит меньше, можно укладывать на час позже (если они двойняшки, это еще не значит, что они обязаны ложиться спать в одно и то же время). Можно оставить им общий час отхода ко сну, но при условии, что вы готовы утром забирать из комнаты ребенка, проснувшегося первым, до того, как он разбудит спящего. Или же вы попробуете сократить дневной сон тому, кто меньше спит ночью (особенно если днем он спит подолгу), с расчетом на то, что его ночной сон удлинится и станет примерно таким, как у брата. Возможно, вам удастся выровнять продолжительность их ночного сна, но, скорее всего, за счет разной длительности дневного отдыха.

Если один близнец хорошо спит ночью, а другому постоянно требуется внимание, наилучшим выходом может стать их разделение, хотя бы временное. Тогда вы сможете сосредоточиться на нормализации сна беспокойного малыша (об этом пойдет речь в последующих главах), а другому ничто не будет мешать. Кого из близнецов отселять – беспокойного или крепко спящего? Это зависит от расположения спален, возможностей организации спального места и серьезности расстройства. Даже если сон нарушен у обоих близнецов, бывает проще решать их проблемы по отдельности, в разных комнатах, а когда сон наладится, подумать о том, как вернуть их в общую спальню. Разумеется, можно начать коррекцию, не переселяя никого из малышей, но будьте готовы разделить их, если дело пойдет туго. Порой двойняшкам достаточно увидеть друг друга, и они уже не угомонятся и не уснут. Тогда разные комнаты – самый простой путь к хорошему сну. Если заводится только один из близнецов, можно попробовать оставить их в общей комнате, но каждый вечер ждать, пока более возбудимый уснет, чтобы уложить второго ребенка. То же самое происходит, когда комнату делят, например, трехлетний ребенок и шестимесячный. Проще переставить колыбель в другую комнату или временно найти для старшего другое спальное место, пока все не утрясется. Когда дети возвращаются в общую комнату, разный режим у них чаще всего сохраняется.

Многим родителям кажется дикой сама мысль о том, что у близнецов может быть разный распорядок дня или разные спальни, хотя бы временно. Но пренебрегать индивидуальными потребностями каждого ребенка несправедливо. Нет никакой причины заставлять малыша, меньше нуждающегося в сне, залеживаться в постели только потому, что его брат еще спит. Если одному ребенку необходимо ложиться спать раньше, он быстро приучается засыпать один в комнате, как привык бы, если бы вам пришлось отселить другого из-за болезни.

Растить близнецов – нелегкий труд. Но потребности в сне одного из них не должны навязывать вам режим ухода за остальными.

Особая игрушка или любимое одеяльце

Многим детям в возрасте около года или немного старше нужно чье-то присутствие, чтобы заснуть. Лучше всего, если в этой роли выступает так называемый переходный объект – плюшевый мишка, кукла, другая игрушка, особенное одеяльце, – а не вы (даже если вы спите в одной кровати). Этот предмет поможет ребенку подготовиться к будущему разлучению с вами на время сна, подбодрит и успокоит, когда он один. Ребенок поймет: что-то в этом мире ему подвластно, ведь игрушка или одеяльце оказываются при нем по первому желанию, в отличие от вас. Игрушка не встанет и не уйдет, едва он заснет, любимое одеяльце обнаружится рядом в тот же миг, как он проснется. Даже если ребенок спит в вашей постели, наличие переходного объекта позволит вам самим решать, во сколько ложиться, а также оставлять малыша с няней.

Обычно ребенок выбирает переходный объект в раннем возрасте, в 12–18 месяцев, и еще долгие годы нуждается в нем или в других подобных предметах. Если у ребенка нет особой вещи, которую ему нравится всегда иметь под рукой, попробуйте предложить ему несколько предметов, которые на ваш взгляд годятся на эту роль. Однако выбор всегда за малышом – вы не заставите его прикипеть душой к игрушке просто потому, что вам она кажется походящей. Самое главное, чтобы вы сами не заменяли переходный объект. Если вы всегда позволяете ребенку использовать вас в качестве особой игрушки – ложитесь с ним рядом, кормите или укачиваете, разрешаете прижиматься к вам, гладить, перебирать ваши волосы по первому его требованию, особенно всякий раз, как ему хочется уснуть, – то ребенок никогда не выберет переходный объект. А зачем?

Если ребенок начал выделять какую-то мягкую игрушку или куклу, включите ее в ритуал отхода ко сну. Пусть он уложит ее спать, пусть она «послушает сказку» вместе с ним. Если он отдает предпочтение какому-то одеяльцу, оно всегда должно быть при нем, когда он ложится спать. Переходный объект обеспечивает психологический комфорт, и ребенку значительно легче уснуть самостоятельно.

Как организовать правильный режим

Как вы, должно быть, помните из главы 2, у новорожденных нет стабильных циклов сна и бодрствования. Устойчивый 24-часовой ритм жизни с самым длинным сном в ночное время формируется в первые 6–10 недель жизни. Из того, как спит ваш младенец в первые дни после рождения, нельзя делать никаких предположений. Хорошо ли он спит в роддоме или урывками, восхищаются ли медсестры, какой он у вас спокойный, или сетуют, что «в жизни не видели такого бессонного младенца», дома все будет совершенно иначе. И если по возвращении домой начнутся проблемы, не вините себя – дело вовсе не в вашей неопытности. И не принимайте близко к сердцу грозные прогнозы сестер – не дайте им превратиться в самореализующиеся пророчества.

Большинство новорожденных через две недели жизни выходят на типичный режим со множеством периодов сна разной продолжительности на протяжении как дня, так и ночи. Действительно, попадаются младенцы, с самого рождения спящие удивительно хорошо, – их даже приходится будить к некоторым кормлениям. Но это исключение из правила. Постарайтесь не огорчаться, если вашему малышу потребуется больше времени на освоение разумного и удобного распорядка.

Иные словно перепутали день с ночью: самый длинный период сна у них приходится на светлое время суток, а дольше всего они бодрствуют среди ночи. Это тоже пройдет. На самом деле поразительно, что такое крошечное существо уже способно к определенной последовательности (пусть и вывернутой с ног на голову), ведь у него почти не было времени, чтобы сформировать регулярный суточный ритм и тем более узнать, чем день отличается от ночи. В этой путанице нет ничего ненормального, и воспринимать ее надо как свидетельство того, что у ребенка уже выработан стабильный предсказуемый режим. Большинство детей сами его корректируют. Если же этого не случится, вы легко сможете сделать это (см. далее, а также в главах 11 и 12).

Почти все младенцы формируют упорядоченный 24-часовой цикл сна и бодрствования независимо от того, что для этого делают или не делают взрослые. Однако родители могут существенно помочь в этом. При этом нужно принимать в расчет распорядок ребенка, его привычки, сформированные ассоциации, потребности в питании и общении, избегая всего, что может помешать установлению нормальных ритмов.

Режим кормления – важная составляющая распорядка дня новорожденного. Ныне лишь немногие педиатры призывают родителей с самого первого дня держать детей на строгом четырехчасовом режиме. Обычно рекомендуется прислушиваться к сигналам ребенка. Потребность в пище у типичного новорожденного возникает с разными интервалами – от двух до шести часов. Только если ребенок родился недоношенным или больным, имеет трудности с кормлением или плохо набирает вес, необходимо придерживаться более жесткого распорядка.

При кормлении по требованию важно избежать следующих двух проблем. Во-первых, не всякий плач младенца означает, что он голоден, и вам потребуется некоторое время, чтобы научиться различать, какие звуки свидетельствуют о потребности в пище. Во-вторых, установите разумные ограничения. Очевидно, что новорожденного требуется кормить чаще двух раз в день, даже если последний раз вы слышали «голодный плач» 12 часов назад. Менее очевидно, что доношенному здоровому младенцу не нужна пища каждый час, каким бы голодным он ни казался и как бы ни хватал грудь или бутылочку. Ежечасное кормление изматывает родителей, а при грудном вскармливании еще и болезненно для матери. А ребенку это не нужно и только препятствует установлению более разумных режимов питания, бодрствования и сна.

Разумеется, вы хотите продемонстрировать малышу, что он явился в мир любви и заботы, поэтому откликаетесь на его плач и делаете все возможное, чтобы успокоить его. Но помочь ему выработать здоровый режим – тоже важная составляющая вашей заботы, а для этого нужно уметь иногда терпеть плач или находить другие способы утешить его, кроме кормления. Младенцы нередко успокаиваются, если немного поносить их на руках или покачать, причем время от времени прибегать к этим мерам полезно еще и потому, что так вы приучаете ребенка засыпать без ненужного кормления. (Если же эти приемы сами по себе становятся обременительными привычками, от них также легко избавиться, о чем будет рассказано в главе 4.)

Если ребенок привык прикладываться к груди каждый час, начинайте увеличивать промежутки между кормлениями понемногу, так, как вам кажется для него комфортным (скажем, на 15 минут в день), пока он не начнет есть каждые два часа, затем два с половиной или три. Он привыкнет к более удачному распорядку, ежечасные вопли прекратятся, и у ребенка начнет вырабатываться здоровый ритм сна и питания, который должен сложиться в первые три месяца жизни.

Можно также приступить к коррекции режима сна малыша. Например, если днем он спит шесть часов подряд, а большую часть ночи бодрствует и эта схема сохраняется по прошествии первых недель жизни, начинайте все раньше и раньше будить его от долгого дневного сна. Он научится воспринимать дневной сон как дополнительный, а основной, более продолжительный, переместится на ночные часы. Таким образом, продолжая откликаться на сигналы ребенка, вы сможете переформировать его режим сна и бодрствования.

В первые три месяца большинство новорожденных начинают сами реагировать на такие внешние приметы, как темнота, тишина и неподвижность ночью и свет, шум и активность днем. К трем-четырем месяцам они больше всего спят именно ночью, причем выделяется непрерывный сон продолжительностью от пяти до девяти часов. Они продолжают засыпать днем три-четыре раза примерно в одно и то же время, и самый продолжительный период дневного бодрствования также становится вполне предсказуемым. Теперь можно вместе с ребенком приступать к дальнейшему совершенствованию его распорядка, а затем зафиксировать этот режим и лишь вносить в него изменения по мере взросления. Это станет благом для вас обоих, ведь, приучив малыша к удобному расписанию, вы сможете лучше распоряжаться собственным временем и с большей охотой уделять внимание ребенку, когда он не спит.

Начав наблюдать, когда младенец просыпается, бодрствует, ест и спит, вы научитесь предвосхищать его нужды и будете знать, когда с ним играть, когда кормить и когда укладывать. Даже если малыш не плачет от голода в положенное время, он, возможно, готов подкрепиться и охотно приложится к груди. Также он может быть готов и поспать, прежде чем начнет капризничать и ныть. Ребенок не может есть, играть и спать с точностью часового механизма, но если вы представляете, какой режим у него складывается, то подведете его к кормлению или сну в разумное и ожидаемое время. Это, в свою очередь, поможет ему стабилизировать формирующийся суточный цикл.

Когда ребенку исполняется три месяца и у него уже есть достаточно предсказуемый ритм жизни, особую важность приобретает все более точное соблюдение распорядка дня. Не пожалейте сил на то, чтобы организовать его день грамотно, следуйте режиму как можно точнее, и ребенок будет привыкать к хорошему. Если же позволить ему есть, играть, купаться и заниматься всем прочим когда придется, то нерегулярный сон почти гарантирован. Из главы 2 вы знаете, что в отсутствие режима дня люди (и дети в том числе) перестраиваются на 25-часовой цикл. Так что, если вы не будете следить, чтобы ребенок ложился и вставал вовремя, скоро его жизненные ритмы поставят вас в тупик (хотя нисколько не удивят специалиста по расстройствам сна).

Я работал со многими семьями, столкнувшимися с этой проблемой. Типичная ситуация: ребенок живет по устойчивому циклу, но продолжительностью не 24 часа, а 25 или 26. И родители вынужденно следуют за ребенком, позволяя ему бодрствовать до все более позднего часа и вставая вместе с ним на час-два позже с каждым утром. С какого-то момента самый длинный сон ребенка оказывается днем. Это совершенно нормальные дети, просто их биологические часы не настроены на 24-часовой цикл с помощью стабильного распорядка дня и в первую очередь регулярного пребывания на свету в положенное время (см. главу 9). Соответственно, и их биоритмы «гуляют».

Одинаково важно помогать детям придерживаться устойчивого режима в младенчестве, в раннем детстве и в подростковом возрасте. Впрочем, любой человек независимо от возраста наиболее функционален, если живет по распорядку. Исследования с участием взрослых показали, что привычка ложиться и вставать когда придется сильно вредит настроению и самоощущению, а также мешает заснуть, когда нужно. Это относится и к маленьким детям. Поэтому не позволяйте двух-трехлетнему ребенку решать, когда ему ложиться, – многие родители дожидаются, когда малыш становится таким сонным, что уже не может дальше бодрствовать. Так его режим очень скоро станет нерегулярным и непредсказуемым. Сегодня он «отключится» ранним вечером, завтра – совсем поздно, то не уляжется спать днем, а то вдруг заснет утром, после обеда или ранним вечером. Если ситуация ухудшится, время кормления также начнет варьироваться. Завтрак может выпасть на любой момент с семи до десяти утра, обедать или полдничать ребенок соберется в самое неожиданное время или вовсе пропустит час кормления. У детей, живущих такой хаотической жизнью, часто развиваются очень серьезные нарушения сна. А затем настает черед проблем с поведением, пусть их начальные проявления не бросаются в глаза.

Наладьте разумный режим в первые три месяца жизни малыша и все детские годы будьте максимально последовательны. Не приходится ждать от ребенка, что он сам станет жить по распорядку. Вам придется создать для него распорядок и добиваться его соблюдения. Разумеется, нужна определенная гибкость. Некоторым детям требуется больше сна, есть дети, которые легче переносят небольшие отклонения от режима. Вы должны опытным путем установить, какое расписание лучше всего подходит вашему ребенку и насколько жестко его следует придерживаться.

Соблюдение режима дня особенно важно при лечении расстройств сна. Независимо от возраста (во всяком случае, после самых первых недель жизни) и причин нарушения регулярный обоснованный режим создает условия для излечения, а порой и сам является лекарством. Приступая к решению проблемы со сном, начните с составления четкого распорядка дня и неукоснительно соблюдайте его еще несколько недель после того, как ребенок начнет спать нормально. После этого можно чуть-чуть «ослабить вожжи», не рискуя вызвать рецидив. Изредка можно будет пропустить дневной сон ради особого случая или взять ребенка с собой вечером в гости, после чего он уснет в машине в непривычное время.

Даже если у младенца уже сформировался здоровый цикл сна и бодрствования, он может нарушиться. Проблемы возникают из-за прорезывания зубов, болезни, поездки, несчастья в семье. И если вы не вмешаетесь, непорядок затянется на долгие месяцы. Иногда приходится заново отлаживать режим ребенка, отучать его от дурных привычек, справляться с его тревожностью и решительнее настаивать на соблюдении границ дозволенного. Обо всем этом мы подробно поговорим далее.

Часть II
Неспящий ребенок

Глава 4
Ассоциации со сном: главная проблема

Многие младенцы и дети одного-двух лет не способны вечером успокоиться и уснуть без помощи родителей. Если это ваш случай, значит, вам приходится носить ребенка на руках, укачивать, поглаживать по спинке, разговаривать с ним, чтобы усыпить. Возможно, он просыпается много раз за ночь, плачет, зовет вас, а если вы спите в одной кровати, то хватается за вас, и все приходится начинать заново. Вы измотаны и растеряны, а может, и злы на ребенка за то, что он лишает вас сна. А отсюда недалеко и до чувства вины: ведь вы желаете своему ребенку только добра, и если для этого нужно не спать, это ваш долг! Возможно, вы слышали, что это нормальное поведение – просто такой этап, и все, что остается родителям, – перетерпеть, пока он не завершится. И все равно мучаетесь вопросом: «Правда ли это нормально, и надо просто ждать? Но сколько ждать?»

Истина такова: это действительно не какое-то отклонение, однако и терпеть его вы не должны. Определенно, не следует рассчитывать, что все само как-нибудь исправится. Почти всегда можно найти причины этих нарушений сна и благополучно устранить их. Если ваш ребенок не имеет нормального ночного сна к трем-четырем месяцам, когда у большинства доношенных младенцев уже налаживается режим, значит, пора подумать, откуда взялась эта проблема, а возможно, и начать решать ее. Если и в пяти-шестимесячном возрасте малыш постоянно просыпается среди ночи, вы не только можете, но и должны предпринять конкретные шаги к исправлению ситуации. Если вы самоустранитесь, сон ребенка мало-помалу нормализуется сам, но на это уйдут месяцы, а то и годы. Выясните, почему ребенок плохо спит, измените то, что нужно изменить, и все наладится значительно быстрее. Обычно на это уходит нескольких дней, максимум две недели.

Истоки проблемы, как правило, в нежелательных ассоциациях со сном. Каждый ребенок привыкает связывать с отходом ко сну определенные условия. Засыпать – значит находиться в конкретной комнате, лежать в конкретной колыбели или кровати, возможно с любимой игрушкой или одеяльцем. Периодически просыпаясь ночью (а это происходит со всеми детьми между циклами сна), большинство легко возвращаются ко сну, потому что условия, ассоциирующиеся с засыпанием, по-прежнему выполняются. Но если условия поменялись, ребенок не заснет, пока кто-то не поможет ему воспроизвести их.

Читая эту главу, помните, что не у всех детей развивается столь сильная зависимость от условий засыпания, чтобы это порождало проблемы. Скажем, вы всегда укачиваете ребенка, чтобы уложить, но дальше он всю ночь не нуждается в вашей помощи, чтобы продолжить сон после нормальных кратковременных пробуждений. Значит, проблемы нет и незачем переставать укачивать его вечерами. Если впоследствии у него все-таки разовьется навязчивая ассоциация между засыпанием и укачиванием, тогда вы ею и займетесь. (Далее в этой главе вы найдете раздел «Общие замечания», где рассказывается о том, какие варианты ассоциаций со сном формируются в зависимости от места и времени.) Если же отход ребенка ко сну и ночные бодрствования все более затягиваются и беспокоят вас, как в случаях, описанных в этой главе, нужно изменить ассоциации, чтобы проснувшийся среди ночи малыш не оказывался в непривычной ситуации.

Этот принцип остается неизменным независимо от того, спит ли ребенок в собственной кровати или в вашей. Правда, в случае совместного сна чуточку сложнее отказаться погладить его по спинке, когда он проснется, отложить или отменить ненужное кормление. Но общий принцип таков: засыпать ребенок должен в том месте и условиях, в которых проведет всю ночь.

Ассоциации с засыпанием: типичная проблема

Бетси доставляла родителям массу хлопот. Продолжительный ночной сон сформировался у нее еще в три месяца, но вскоре она стала постоянно просыпаться. Когда мы познакомились, ей было уже десять месяцев, но родители по-прежнему каждый вечер боролись за то, чтобы уложить ее спать, и каждую ночь она по многу раз просыпалась. Вечером она не могла уснуть, если мама или папа не укачивали ее и не гладили по спине минут по 20. Она как будто старается не уснуть, жаловались родители: вроде бы задремлет, но вдруг открывает глаза и оглядывается, а потом снова начинает дремать. Когда она, наконец, крепко засыпала, можно было через 15 минут попытаться переложить ее в кроватку, но стоило поспешить, и она обязательно просыпалась, ударялась в крик, и все приходилось начинать заново. Трудно было понять, достаточно ли крепко она спит. Иногда вместо укачивания удавалось обойтись поглаживанием по спинке, когда она лежала в кроватке, но, опять-таки, стоило остановиться раньше времени, она просыпалась и плакала.

Заснув так крепко, что ее можно было оставить или опустить в кроватку, не разбудив, она спала несколько часов. Но между полуночью и четырьмя часами утра обязательно просыпалась несколько раз, отчаянно рыдая. Сама она не успокаивалась, хотя ничего у нее не болело. Когда мама или папа начинали ее укачивать, она тут же затихала и засыпала. Как и при вечернем укладывании, нужно было дождаться глубокого сна, чтобы вернуть ее в кроватку, но ночью на это редко уходило больше пяти минут. С четырех до шести утра она спала спокойно, однако утром обычно просыпалась в слезах. У Бетси было два дневных сна, утренний и послеобеденный, и всякий раз ее приходилось укачивать до полного засыпания, точно так же как и вечером.

Родители Бетси перепробовали все, что смогли придумать. Несколько раз они оставляли ее плакать на 15–20 минут, но после ее все равно приходилось укачивать. Врач предложил им потерпеть плач столько времени, сколько потребуется, чтобы она успокоилась и уснула самостоятельно. Но Бетси не только не успокаивалась, но орала все громче. Через полтора часа родители почувствовали себя чудовищами и решили, что больше не выдержат. Они вошли в детскую, успокоили девочку и, как всегда, укачали ее. Наконец они попросили врача выписать лекарство. Тот назначил антигистаминный препарат, и Бетси принимала его неделю. В течение этой недели она засыпала чуть быстрее, но ночные пробуждения и дневные сны доставляли ровно столько же хлопот, сколько прежде.

Такая проблема, как у Бетси, чрезвычайно распространена и причиняет родителям немало страданий. Между тем стоит понять, в чем она заключается, и ее достаточно просто решить. Большинство родителей просто не понимают: «ненормальные» пробуждения среди ночи совершенно нормальны – дети часто просыпаются между циклами сна. Пытаясь справиться с этими «ненормальными» пробуждениями с помощью средств, помогающих малышам уснуть, родители сами нарушают естественный ход вещей, по меньшей мере усиливают нарушения.

Проблема Бетси заключалась в том, что она привыкла засыпать, когда ее держат на руках и укачивают или гладят по спинке. Во время нормальных ночных пробуждений она внезапно обнаруживала, что лежит в кроватке одна-одинешенька и ни одно из обычных условий засыпания не соблюдается. Она просто не могла сама уснуть – не умела! А когда родители сдавались и соглашались укачивать ее, хоть через 15 минут, хоть через полтора часа, они, сами того не зная, лишали ее возможности этому научиться.

У таких детей, как Бетси, нормальные периоды ночного бодрствования затягиваются из-за отсутствия условий, ассоциирующихся с засыпанием. С точки зрения ребенка, это какой-то непорядок. И вместо того чтобы снова погрузиться в сон, он еще больше просыпается и поднимает крик. Ночные пробуждения не проблема. Проблема заключается в том, что ребенок не может сам вернуться ко сну после них из-за специфических ассоциаций с засыпанием.

Почему так важны ассоциации со сном

Ассоциации со сном имеют значение как для взрослых, так и для детей. Самый простой способ разобраться, почему они могут оборачиваться проблемами, – это познакомиться с ассоциациями, имеющимися у всех нас. Мы, взрослые, даже не осознаем их, несмотря на всю их важность. Все мы привыкаем засыпать в определенных условиях: на той или иной стороне кровати, с мягкой или жесткой подушкой, под звуки радио или с книгой в руках. Некоторые легче переносят отклонения от привычного ритуала, но в той или иной мере он управляет всеми нами.

Как вам известно из главы 2, первые часы ночного отдыха мы проводим в глубоком сне без сновидений (в четвертой стадии медленного сна), а оставшуюся часть ночи – то в поверхностном медленном (второй стадии), то в быстром сне. (В отличие от детей, у взрослых почти не бывает возможности проспать столько, сколько нужно, чтобы вновь погрузиться в глубокий медленный сон перед пробуждением.) Время от времени мы ненадолго просыпаемся, особенно на стыках между фазами медленного и быстрого сна. В эти моменты мы меняем положение тела и наскоро обследуем обстановку, чтобы убедиться, что все в порядке. Как правило, мы переворачиваемся на другой бок, расправляем одеяло, поправляем подушку. Если все хорошо, мы моментально засыпаем и зачастую даже не помним, что просыпались. Но если что-то кажется неправильным – скажем, улавливается подозрительный шум или непривычный запах, – то мы выходим из полудремы, чтобы разобраться в этом. Необязательно это сигнал опасности. Достаточно любых отличий от ситуации, в которой мы засыпали. Если мы их заметили, то почувствуем непорядок и совершенно проснемся.

Возможно, вам случалось просыпаться настолько, чтобы заметить отсутствие подушки. Вряд ли вы сразу проваливались обратно в сон. Нет, ваше сознание еще больше прояснялось – ровно настолько, чтобы найти подушку на полу и вернуть ее под голову. Вот тогда вы снова засыпали. Но если сразу же она не обнаруживались, едва ли вам удавалось проигнорировать этот факт и провалиться в сон. Вы еще сильнее стряхивали дремоту, чтобы осмотреться и понять, куда же она делась. Если и это не помогало, наверняка включали свет, вставали и осматривали комнату. А также злились и ругались, выражая те же переживания, которые ребенок выплескивает в плаче.

Однако даже еженощно «убегающая» подушка едва ли нарушит ваш сон: чтобы поднять ее с пола, не нужно просыпаться окончательно или слишком надолго. Но представьте, что вы физически не способны вернуть подушку на место и вынуждены звать кого-то – скажем, сиделку, – чтобы она пришла в вашу комнату и нашла пропажу. Сиделка быстро усвоит, что, получив свою подушку, вы скоро опять уснете, но тем не менее ваши частые пробуждения среди ночи могут казаться ей чем-то ненормальным.

А теперь предположим, что вы узнаете: некто проскальзывает в вашу комнату, пока вы спите, и крадет подушку. Теперь, когда вам это известно, не так-то легко уснуть вечером: ведь стоит вам провалиться в сон, явится похититель. Почувствовав сонливость, вы спохватываетесь и заставляете себя проснуться. Как там подушка, на месте?

Наконец представьте, что таинственный злоумышленник не просто крадет у вас подушку. Он перетаскивает вас в другую комнату, даже не разбудив. Каждую ночь вы засыпаете в своей комнате, где все по вашему вкусу, но, проснувшись после первого цикла сна, обнаруживаете, что лежите, скажем, на полу в гостиной. Отнесетесь к этому философски? Нет, вы и пытаться не станете снова уснуть в таких условиях. Вы подниметесь и вернетесь в свою спальню. А дверь уже заперли изнутри! Остается одно: разбудить кого-то, кто откроет вам дверь. Тогда вы хотя бы сможете лечь обратно в свою постель, поправить подушку и одеяло – словом, восстановить условия, в которых всегда засыпаете. Успокоившись, вы возвращаетесь ко сну… Но часа через полтора опять просыпаетесь на полу в гостиной, и дверь вашей спальни снова заперта.

Если это повторяется несколько раз за ночь, крепкого сна вам не видать – как и тому, кто вынужден подниматься, чтобы отпереть вам дверь. Вскоре вы будете бороться с дремотой, чтобы узнать наконец, кто же вас все время перетаскивает. Иными словами, вам станет трудно заснуть даже в собственной постели. Вы ведь знаете, что вас оттуда похитят, едва вы отключитесь. И так каждую ночь!

Как вы, наверное, догадались, этот сценарий дает представление о том, что происходит со многими детьми раз за разом. Малыш засыпает в одном месте, например на руках у родителя в гостиной под звуки телевизора и при свете ночника. Проснувшись, обнаруживает себя совсем в другом месте и в других условиях, чаще всего одиноко лежащим в кроватке в темноте и тишине. Никто не держит на руках, никто не укачивает. Кто-то самоуправно его переложил! Самостоятельно восстановить условия, в которых заснул, он не может. Значит, надо кричать, звать того, кто придет и сделает это. Нужно, чтобы его вынули из кроватки, уложили в кресло-качалку, а то и перенесли обратно в гостиную, к звукам телевизора. Но стоит ему уснуть, таинственный некто опять его перекладывает. Неудивительно, что ребенок противится сну, хотя все тщетно: при каждом пробуждении оказывается, что условия изменились.

Неудачные ассоциации со сном

Вот в такой ситуации оказалась Бетси. Она довольно легко засыпала, когда ее укачивали, и если бы укачивание не прекращалось до утра, ее сон тоже был бы непрерывным (порой она, как положено, выныривала бы в полудрему, но тут же засыпала снова, вместо того чтобы плакать). Переложить Бетси в кроватку, не разбудив, пока она не погружалась в глубокий сон, потому и было трудно, что она приучилась постоянно следить за тем, чтобы ее не переложили. Только в глубоком сне она могла пребывать в спокойствии до первого случайного пробуждения – когда вдруг обнаруживала, что все «неправильно», выходила из себя и выражала свое недоумение и недовольство криками до тех пор, пока кто-то из родителей не приходил и не начинал ее укачивать, восстанавливая условия, которые ассоциировались у нее с засыпанием.

Последнее, что Бетси запоминала, прежде чем уснуть, – это как ее носили на руках и качали, а первое, что замечала, открывая глаза, – что теперь все иначе. Она не помнила, как ее перекладывали в кроватку – что она вообще лежала в кроватке, – и не помнила, что спала. В ее представлении она просто оказывалась в кроватке вместо родительских рук, а сами родители вдруг исчезали, и укачивание прекращалось. Она понимала это, даже не открывая глаз. Между тем Бетси надежно усвоила, что родители делают одно и то же каждый вечер, месяц за месяцем. Поэтому, едва начав пробуждаться, она заставляла себя проснуться окончательно, чтобы понять, что же стряслось. Неудивительно, что это выбивало ее из колеи!

То, что Бетси быстро засыпала на руках у родителей, свидетельствовало об отсутствии настоящих расстройств сна: нет такого врожденного отклонения, при котором ребенок легко засыпал бы на руках и не мог заснуть на матрасе. Бетси не могла успокоиться в своей кроватке только из-за того, что не знала, как это делается. Со сном у нее были совершенно иные ассоциации.

Большинство детей хорошо спят, только если не происходит ничего неожиданного, ничего не меняется во время их сна и им не приходится при каждом пробуждении ломать голову, где они очутились и куда подевались родители. Фактически это значит, что нельзя ускользать тайком. Привычка сбегать ночью от спящего ребенка не укрепляет его доверие к вам, а чтобы хорошо спать, нужно доверять миру.

Такие проблемы, как у Бетси, чаще всего возникают у младенцев и малышей в возрасте одного-двух лет, потому что, в отличие от детей постарше, они не властны над условиями, в которых засыпают, и нуждаются в помощи родителей. Но и со старшими детьми такое случается. Некоторых детей четырех, пяти и даже шести лет приходится переносить к ним в комнату, после того как они уснут в гостиной или в родительской кровати. У ребенка может развиться зависимость и от других условий: присутствие родителя, музыка или звук включенного телевизора. Когда ребенок просыпается, родителям нередко приходится возвращаться и сидеть у его кроватки, лежать рядом с ним и даже брать в собственную спальню, а иногда и включать свет или телевизор, чтобы он снова заснул.

У Уильяма были типичные трудности со сном. В три с половиной года он никак не мог угомониться перед сном и вел себя беспокойно всю ночь. За полгода до нашей встречи его перевели из колыбели в кровать и изменили ритуал отхода ко сну. Вместо того чтобы укачивать до полного засыпания, родители теперь ненадолго ложились рядом с ним. Обычно он довольно быстро засыпал, хотя мог проснуться, если родитель пытался уйти слишком рано. Когда сон мальчика становился глубоким, родителям удавалось тихонько встать и выскользнуть из его комнаты. Уильям спал часа три или четыре, затем просыпался и звал родителей. Иногда он жаловался, что ему страшно или что он видел чудовищ, хотя настоящих признаков страха не выказывал. Если родители не отзывались, он становился более настойчивым, иногда отправлялся к ним в комнату и отказывался возвращаться к себе. Родители Уильяма, обеспокоенные этими проявлениями, как им казалось, ночной тревожности, всегда отводили его в детскую, укладывали и ложились рядом, зная, что через пять-десять минут он заснет и им снова удастся сбежать. Обычно он просыпался еще раз или два за ночь, и весь ритуал повторялся. Но случалось, что один из родителей сам засыпал в кровати Уильяма, и тогда ребенок без проблем спал остаток ночи.

Проблемой Уильяма, как и в случае Бетси, были не нормальные ночные пробуждения, а ненормальные ассоциации: он не мог заснуть, если рядом не лежал кто-то из родителей. И для них это была проблема, поскольку они хотели спать отдельно, в собственной кровати.

Не все проблемные ассоциации со сном формируются из-за действий родителей. Шестнадцатимесячная Алекса спала вместе с мамой и папой. И их все устраивало, если бы не один момент. Алекса засыпала в восемь вечера, но только если рядом лежала мама (просто лежала, не совершая никаких действий). Обычно маме удавалось уйти, когда Алекса засыпала, но приходилось бежать обратно, если малышка просыпалась до того, как родители ложились спать. Благодаря совместному сну ночные пробуждения Алексы не сопровождались именно этой проблемой. Но была другая: девочке понравилось засыпать поперек постели, уложив голову маме на грудь и упираясь ножками в папин бок. Для матери это создавало неудобства, и ночью она то и дело просыпалась. При попытке сдвинуть Алексу или переложить ее головой к отцу та начинала плакать. Отцу тоже было неудобно так спать, к тому же раздражала невозможность оказаться рядом с женой, и нередко дело заканчивалось тем, что он уходил спать в другую комнату.

Но в общем родителям нравился совместный сон, и им не хотелось отселять Алексу в детскую. К счастью, исправить нежелательные привычки Алексы можно было и без этого. Достаточно было научить ее засыпать в нормальном положении, а не поперек кровати, головой на подушке, а не на маме, и без обязательного присутствия хоть мамы, хоть папы.

Двухлетний Сэм был, казалось, неспособен ни нормально заснуть, ни спать. Его родители пошли по пути наименьшего сопротивления и разрешили ему засыпать на диване, где все смотрели телевизор. Когда они завели такой порядок, война с укладыванием как будто закончилась. Заснувшего Сэма благополучно переносили в кроватку. Но через несколько часов он просыпался, кричал и указывал в сторону гостиной. Если родители ложились рядом или брали его в свою постель, он продолжал бодрствовать и требовательно повторял: «Телек, телек!» Он не выглядел испуганным и вел себя крайне настырно. Чаще всего родители сдавались, несли его обратно в гостиную, клали на диван и включали видео. Его совершенно не волновало, остаются они рядом или нет. Скоро он уже снова спал на диване, где его и оставляли до утра.

Очевидно, что у Сэма сформировались нездоровые ассоциации с засыпанием, пусть и не связанные с особой потребностью в родительской близости. Более того, ему нужен был свет и звук работающего телевизора, чтобы уснуть, однако постоянное освещение и частая смена аудиоряда в телепрограммах перевозбуждали его и заставляли бодрствовать. Он бы очень выиграл, научившись ассоциировать сон с темнотой и тишиной.

Даже у детей, всегда засыпающих в условиях, не перегружающих нервную систему, – чаще всего в одиночестве, в собственной кровати, в темной и тихой комнате – могут возникнуть ассоциации, мешающие уснуть. Например, восьмимесячный Джейкоб привык засыпать с соской-пустышкой. Он задремывал, начинал погружаться в сон и переставал сосать. Но едва сосательные движения прекращались, как он просыпался – совсем как Бетси, если родители раньше времени переставали ее укачивать, – и опять начинал сосать пустышку. Обычно действо повторялось до тех пор, пока он не засыпал настолько крепко, чтобы не заметить, что забыл о соске. Но если соска вываливалась изо рта прежде наступления глубокого сна, Джейкоб полностью просыпался и рыдал до тех пор, пока кто-то из родителей не возвращал пропажу. И независимо от того, быстро он заснул вечером или нет, ребенок все равно пробуждался три-четыре раза за ночь, обнаруживал, что соски нет, и кричал, пока ее ему не давали.

(По правде говоря, родители Джейкоба натренировались подлетать к нему и втыкать в рот соску при малейшем признаке пробуждения, поскольку иначе он нередко впадал в такое отчаяние, что какое-то время не мог заснуть даже с пустышкой. Как-то раз по совету друзей они попытались использовать прием, который я называю «россыпью»: разбросали десять пустышек по кроватке в расчете на то, что Джейкоб случайно нащупает какую-то из них, начав пробуждаться. Изобретательно, но бесполезно! К тому моменту, как Джейкоб просыпался настолько, чтобы найти и взять одну из сосок, возможность быстро заснуть и перейти к следующему циклу сна уже бывала упущена.)

У Кейтлин дела обстояли почти так же, как у Джейкоба. В 18 месяцев она все еще засыпала вечером, лишь прикладываясь к бутылочке. И тоже многократно просыпалась каждую ночь, но всегда засыпала снова, получив очередную бутылочку. Поскольку родители могли просто подсунуть ей бутылочку и уйти, проблема порождалась не привычкой девочки к постоянному присутствию родителей или к их рукам. То, что ей не требовались родительские руки во время кормления, означало, что нежелательная ассоциация ограничивалась бутылочкой. Причем всякий раз малышка съедала от 30 до 60 г смеси, а значит, повторное засыпание среди ночи было связано у нее исключительно с соской бутылочки, а не с пищей. Было очевидно, что она не переедает (об этой проблеме речь пойдет в главе 6).

Оба ребенка, и Джейкоб и Кейтлин, хотя и засыпали сами в своих кроватках, сохраняли зависимость от условий, которые не могли самостоятельно восстановить (в отличие от ребенка, которому достаточно, скажем, сосать собственный пальчик). Кто-то другой должен был проснуться, подойти и подать пустышку или бутылочку.

Решение проблемы: метод затягивающегося ожидания

Назначение этого метода – помочь ребенку усвоить другой, более подходящий комплекс ассоциаций с засыпанием, чтобы, проснувшись среди ночи, он убедился, что находится в тех же условиях, в которых уснул вечером, – условиях, уже ставших для него привычными. Но прежде нужно понять его нынешние, нежелательные ассоциации, от которых ему нужно отучиться. С засыпанием может ассоциироваться все что угодно. Кормление, сосание любого предмета, укачивание, поглаживание по спине – это типичные варианты. Кто-то привыкает к похлопываниям, к тому, что с ними расхаживают, взяв на руки, ездят вокруг дома на машине (или даже просто сажают в автокресло). Список продолжают колыбельные, видео, музыка, вентилятор или звуки белого шума. Даже элементарные объятия с пожеланиями спокойной ночи могут обернуться проблемой, если до утра их приходится повторять неоднократно. К счастью, большинство детей довольно быстро отвыкают от старых привычек и усваивают новые, хорошие.

Если ваш ребенок, как Бетси, еще лежит в колыбели, отучение от нежелательных ассоциаций не требует особых усилий и быстро приносит результаты. Однако решение можно найти для любых проблем со сном. Методы коррекции, в том числе и варианты для детей старшего возраста, описываются далее.

Помогая ребенку усвоить новые ассоциации, оставайтесь чуткими, терпеливыми и последовательными вплоть до полного его привыкания. Помните, что вы посягаете на привычный порядок, а значит, не всегда делаете то, чего хочет ребенок. При каждом вашем отказе возможны протесты и слезы, но их можно свести к минимуму. Зато сон малыша станет несравненно лучше буквально через несколько дней, максимум через неделю.

Давайте вернемся к примеру с подушкой. Если вам придется постоянно спать без нее (скажем, по рекомендации врача), поначалу вы будете страдать. Лежать неудобно, вы без конца ворочаетесь, пытаясь устроиться. Возможно, злитесь на врача, пусть и понимаете важность его предписания. Наконец вы засыпаете, но ночные пробуждения неизбежны, а уснуть после них трудно. Единственный способ научиться засыпать без подушки – просто делать это, раз за разом, ночь за ночью. Если вы продолжите засыпать с подушкой, а кто-то будет вытаскивать ее из-под вашей головы, когда вы крепко спите, вы так и не привыкнете к новому порядку. Проявите настойчивость в овладении новым навыком – и с каждым разом будете засыпать чуть легче, пока, наконец, этот способ не станет нормальным и привычным. С этого момента и ночные пробуждения перестанут быть проблемой. Так же обстоит дело с детьми, которых я лечу.

Программа, которую я предложил Бетси и ее семье, обычно дает хорошие результаты. Сначала мы вместе нашли проблемные ассоциации, от которых Бетси нужно было отучить, – то, что родители укачивали ее вечером и ночью. Затем продумали, какие ассоциации должны прийти им на смену. По мнению родителей, Бетси должна была научиться засыпать в одиночестве в собственной кроватке. Таким образом, отход ко сну должен был происходить в тех же условиях, с которыми Бетси сталкивалась, проснувшись среди ночи.

Для простоты объяснений я исхожу из того, что ребенок спит в отдельной колыбели или кровати в собственной комнате. Далее будет сказано и о том, как адаптировать этот метод к случаям совместного сна или размещения ребенка в собственной кровати, но в вашей спальне.

1. Назначьте время отхода ко сну не ранее момента, когда ребенок обычно засыпает, даже если это позже, чем положено по распорядку. Укладывание на полчаса-час позже обычного в первые несколько дней помогает ребенку быстрее заснуть и ускоряет процесс обучения. В то же время не позволяйте ему залеживаться утром и спать дольше обычного днем.

2. Положите бодрствующего ребенка в колыбель или кроватку там, где он должен проводить ночь. Пусть заснет в тех же условиях, в которых окажется при нормальных ночных пробуждениях (собственная колыбель или кроватка, никто не носит на руках и не укачивает). Дайте ему возможность засыпать в тех же условиях всякий раз, когда он будет просыпаться среди ночи.

3. Если он плачет и зовет вас перед сном или среди ночи, заглядывайте к нему ненадолго, предварительно выжидая все более долгое время. В таблице приводятся рекомендованные периоды ожидания в минутах. (Большинству семей моих пациентов они подходят. Если, на ваш взгляд, это слишком долго, начните с пауз, которые можете выдержать, – допустим, одна, три и пять минут в первый день. Любая система принесет результаты, лишь бы периоды ожидания увеличивались и вы следовали этому методу до тех пор, пока ребенок не привыкнет засыпать в нужных условиях.)

4. Когда достигнут предельный интервал ожидания на данную ночь, придерживайтесь его при всех дальнейших подходах к ребенку (не увеличивайте!), пока, наконец, он не заснет во время вашего отсутствия.

5. На третий или четвертый день ребенок, скорее всего, будет очень хорошо спать. При необходимости продолжайте переучивать его, пользуясь рекомендациями из таблицы вплоть до седьмого дня. Если к этому моменту ситуация улучшилась, но проблема сохраняется, продолжайте ежедневно прибавлять несколько минут. Но если дела не идут на лад и даже ухудшаются, имеет смысл попробовать другой метод (см. раздел «Как быть, если ничего не помогает» далее в этой главе).

6. Всякий раз, подходя к ребенку, проводите рядом с ним не больше одной-двух минут. Помните, ваша задача – ободрить его (и себя), а не осушить его слезы и никоим образом не помочь ему уснуть. Ведь он как раз и учится засыпать самостоятельно! (При вашем появлении он начнет успокаиваться, но почти наверняка разойдется пуще прежнего, когда вы выйдете.) Можно дать ему другое одеяльце или куклу взамен упавших, но если он намеренно выбрасывает вещи из кроватки, не поднимайте их, пока не зайдете к нему в следующий раз.

7. Если ребенок проснулся среди ночи, начните подходить к нему после наименьшего периода ожидания на сегодня и далее действуйте по программе вплоть до максимального интервала.

8. Следуйте программе после каждого пробуждения ребенка вплоть до утреннего (обычно от 5.00 до 6.00), после которого малыш вряд ли уснет, даже если обычно не встает так рано. Если он проснулся в этот период времени или позже или бодрствует в эти часы после еще более раннего пробуждения, поднимайте его и начинайте утренние дела. Не позволяйте ребенку снова прикорнуть в другой комнате – весь его ночной сон должен происходить в одном и том же помещении. Ребенка, который в обычное время подъема еще спит, нужно разбудить, даже если часть ночи он бодрствовал.

9. Если ребенок должен спать у себя, но не желает там оставаться, вставьте в дверной проем его комнаты ворота безопасности (фактически превратив всю комнату в колыбель) и подходите к ним через увеличивающиеся интервалы, как описано. Возможно, пару ночей он заснет на полу, но это не беда. Если одних ворот недостаточно, попробуйте установить вторые или временно запирать дверь, как описано в главе 5, где говорится о проблемах с установлением границ дозволенного.

10. Если ребенок спит в колыбельке, стоящей в вашей комнате, кладите его в нее в час отхода ко сну и либо недолго разговаривайте с ним через указанные в программе интервалы, оставаясь в собственной кровати, либо выходите из комнаты и возвращайтесь проведать его через те же промежутки, как если бы оставляли его в собственной спальне. (Приучив его засыпать в ваше отсутствие, вы получите больше свободы в вечернее время. Той же цели можно добиться, оставаясь в комнате, но так, чтобы он об этом не знал, – например, если из его колыбели вас не видно или в комнате очень темно, а вы ведете себя тихо.) При его ночных пробуждениях поступайте аналогично.

11. В отношении ребенка, спящего в своей кровати в вашей спальне, можно пользоваться тем же методом при условии, что он не встает с постели и не пытается последовать за вами в другую комнату или забраться к вам в кровать. В этих случаях вам потребуется установить в дверном проеме ворота (см. главу 5). Выходите из комнаты на все более долгие интервалы, закрывая их за собой, пока он не привыкнет оставаться в своей постели.

12. Если ребенок спит в вашей кровати, можно лежать молча и откликаться на его призывы лишь через положенные интервалы. Если это не помогает, вам придется перебраться с постели в кресло в той же комнате и оттуда подходить к нему, а то и вовсе выйти в другую комнату. В этом случае вам также могут пригодиться детские ворота.

13. Во время каждого дневного сна следуйте тому же расписанию, однако, если ребенок не уснул через полчаса или просыпается и зовет вас или отчаянно рыдает, поспав самую малость, поднимайте его. Возможно, чуть позже он сам заснет в другой комнате – неплохо для начала, поскольку он сделал это без вашего участия и без ассоциаций, с которыми вы боретесь. Не допускайте, однако, чтобы общая продолжительность его дневного сна увеличивалась. Он не должен добирать днем сон, которого ему не хватило ночью. Следите также, чтобы он не слишком заспался (вставать надо не позднее 16.00), поскольку это помешает уснуть вечером.

14. Неукоснительно выполняйте программу и ежедневно записывайте, как спал ребенок (см. таблицу «Дневник наблюдения за сном ребенка»), чтобы знать, как идут дела.

15. Дополнительные советы по формированию правильных привычек у ребенка, спящего в вашей комнате, вы найдете далее (раздел «Совместный сон и сопутствующие обстоятельства») и в главе 5 («Как установить границы дозволенного, если ребенок спит в вашей комнате»).

Я применил очень эффективный метод «затягивающегося ожидания», который сейчас подробно опишу. Разобраться в нем вам поможет врезка «Как научить ребенка засыпать в подходящих условиях: метод затягивающегося ожидания».

Когда родители Бетси поняли ее проблему, можно было начинать лечение. Каждый вечер во время укладывания и каждую ночь после кратковременных пробуждений мама и папа девочки должны были дать ей возможность уснуть самостоятельно, когда их нет в ее комнате. Нужно было оставлять ее плакать все дольше, прежде чем ненадолго войти к ней, но обязательно выходить, пока она еще бодрствует. И так несколько раз, пока она, наконец, не уснет. Каждый вечер следовало начинать со все более длительного ожидания, чем накануне.

Я спросил родителей Бетси, сколько они смогут терпеть ее плач, прежде чем вмешаются. Они предположили, что на 15 минут их хватит, однако мы решили начать с трех. По моим наблюдениям, трех-пяти минут для начала достаточно, но, если вам кажется, что это слишком, начинайте хоть с одной.

Мы договорились, что в первый вечер родители подготовят Бетси ко сну на полчаса позже обычного, немного поиграют во что-нибудь спокойное и пообщаются с ней, затем уложат в колыбель и не станут ни укачивать, ни гладить по спине. После они выйдут из комнаты и через три минуты, если она будет сильно плакать, вернутся, чтобы показать ей, что они по-прежнему рядом и заботятся о ней (а также и самим убедиться, что Бетси жива-здорова, разве что расстроена). Они пробудут в ее комнате одну-две минуты, ни в коем случае не беря ее на руки и не качая колыбель, ведь их задача не в том, чтобы помочь ей уснуть. Самое главное, чтобы Бетси заснула сама в своей постели, когда мамы и папы нет в комнате. Родители обещали, что немного поговорят с ней и снова укроют ее, если понадобится, но после опять выйдут, даже если она будет плакать и с их уходом разрыдается еще сильнее.

Если Бетси будет плакать еще пять минут, родители вновь подойдут и точно так же ободрят ее. Но в следующий раз придут после 10 минут плача. Для первой ночи 10 минут – предел: после этого им следует подходить к Бетси через каждые 10 минут, пока она не утихнет и не уснет, наконец, в их отсутствие. В любом случае, если она перестанет плакать или вместо рыданий станет тихо хныкать, им не следует возвращаться. Последнее, что им нужно, – отвлекать Бетси, когда она начинает понимать, как засыпать самой.

Ночью, если бы Бетси, проснувшись, опять подняла крик, родителям нужно было все повторить в той же последовательности: отложить отклик сначала на три минуты, затем на пять и так далее вплоть до 10. Эта рекомендация должна была выполняться на протяжении всей ночи, пока до обычного утреннего пробуждения Бетси не остался бы час. Обычно она просыпалась в семь утра, следовательно, если бы в 6.00 она уже бодрствовала, родителям следовало поднять ее (все равно она едва ли заснула бы снова, что ни делай). А если бы девочка в семь утра еще спала, ее нужно было разбудить, независимо от того, сколько времени она провела ночью без сна.

Во время каждого дневного сна родители Бетси должны были следовать той же схеме. Однако через полчаса непрерывного крика или засыпания с последующим пробуждением дневной сон объявлялся законченным. Она могла впоследствии уснуть на полу или в манеже. Ничего страшного, ведь она заснула сама, без укачивания. Поскольку ей предстояло каждый день оказываться в колыбели, постепенно она стала бы засыпать в ней и днем, привыкнув ассоциировать именно эти условия с засыпанием.

Второй день программы начинался уже с пятиминутного ожидания, а максимальная задержка составляла 12 минут. В каждую последующую ночь периоды ожидания предполагалось постепенно увеличивать в соответствии с рекомендациями, приведенными во врезке «Как научить ребенка засыпать в подходящих условиях: метод затягивающегося ожидания».

Я предупредил родителей Бетси, что первые одна-две ночи могут быть трудными – хотя несколько часов детского крика все-таки редкость, – но на третью или четвертую все нормализуется. Также мы условились, что через несколько дней, если не будет заметного улучшения, или в любой момент, если им покажется, что Бетси плачет больше, чем они способны или готовы терпеть, мы опробуем еще более щадящий поэтапный метод (о котором пойдет речь в следующем разделе).

Родители приготовились к худшему, но все оказалось далеко не так страшно. В первую ночь и правда пришлось попотеть, но Бетси все-таки уснула во время третьего десятиминутного ожидания с плачем. Она просыпалась трижды за ночь, но всякий раз засыпала быстрее, чем до этого. Во второй вечер Бетси уснула после всего лишь одного прихода родителей, а после ночных пробуждений засыпала сама настолько быстро, что заходить к ней не пришлось. На третью ночь Бетси уснула самостоятельно еще до первого посещения и столь же легко возвращалась ко сну после кратких ночных бодрствований. К концу первой недели вообще было трудно заметить, что она просыпается ночью. Весь последующий месяц она спала прекрасно. Столь же быстро наладился и дневной сон. Трудности возникли в первые два дня – в самый первый раз она вообще не заснула, – но уже на третий день все пошло как по маслу (см. ниже).

Реакция Бетси типична. По словам родителей, чем проще ей становилось заснуть без посторонней помощи, тем меньше она хныкала во время ночных пробуждений, после чего также засыпала сама. Через неделю она совсем перестала плакать среди ночи. Разумеется, просыпаться она не перестала – все люди просыпаются по ночам, – но возвращалась ко сну так быстро и беспроблемно, что заметить эти пробуждения можно было бы, только внимательно наблюдая за ней с вечера до утра.

Для Джейкоба и Кейтлин, которые не могли заснуть без пустышки или бутылочки, заменявшей пустышку, мы выбрали тот же метод. Родители подходили к ним после все более продолжительного периода ожидания, причем Кейтлин не давали бутылочку, а Джейкобу не возвращали соску. В обоих случаях я рекомендовал родителям не находиться рядом с детьми, пытающимися освоить засыпание без соски или бутылочки, поскольку присутствие мамы и папы сформировало бы другую ненужную ассоциацию, от которой тоже пришлось бы избавляться. Как большинству детей, уже умеющих засыпать в одиночестве в собственной кровати, Джейкобу и Кейтлин потребовалось лишь несколько уроков, чтобы отказаться от пустышки или ее заменителя.

Этот метод позволяет родителям проведывать плачущего ребенка, а не бросать его одного на всю ночь. Они и сами могут убедиться, что, кроме огорчения, ничего страшного он не испытывает. И для ребенка, и для вас самих лучше, если вы действуете постепенно, вместо того чтобы сунуть ребенка в колыбель, закрыть за собой дверь и не возвращаться до утра, как бы он ни орал. Скорее всего, рано или поздно сработает и это, если вы ни разу не дадите слабины, но этот метод, мягко говоря, не идеален. Это совершенно ненужные страдания как для ребенка, так и для родителей, которым приходится постоянно бороться с искушением сдаться. Если ваш ребенок, как Бетси, всегда засыпал у вас на руках и вы всегда подходили к нему сразу же, едва он проснется, то разом перейти к противоположному означает удариться из одной крайности в другую. Столь резкая перемена ошеломит ребенка. Он-то привычно рассчитывает, что вы поспешите к нему по первому зову. Что он должен думать, если вы так и не появитесь? Где вы? Вернетесь ли когда-нибудь?

Бывает, я слышу от родителей: «Если вы хотите предложить нам оставить ребенка плакать, пока он не уснет, забудьте. Мы уже пробовали, и ничего не вышло». Чаще всего оказывается, что они пробовали как раз такой «внезапный» подход. Если и вы пытались его применить, то, скорее всего, поняли – вполне предсказуемо, – что просто не в состоянии каждую ночь по часу и больше слушать, как в другой комнате надрывается ваш ребенок, к которому нельзя даже подойти. Иной малыш до года еще может уснуть в таких условиях, покричав какое-то время, а вот ребенок старшего возраста почти наверняка будет заходиться криком часами, непрерывно или с маленькими передышками, и одну ночь, и другую. Чем дольше он кричит, тем выше вероятность, что вы сломаетесь и пойдете утешать его, подкрепляя ту самую привычку, от которой хотели отучить. Вам легче сохранить решимость – а ребенку просто легче, – если вы периодически проведываете его. Вспомните, что я сказал родителям Бетси: едва вам покажется, что и это слишком для вас или для ребенка, перейдем к другому методу (см. далее).

Возможно, вы неверно понимаете, чем в принципе продиктован «внезапный» подход. Порой родителям внушают, что они «портят ребенка», не давая ему накричаться. То есть предполагается, что сам по себе плач способствует лучшему сну. Это неправда: ребенок станет спать лучше, лишь научившись засыпать без вашего вмешательства, а для этого нужна практика. Плач не помогает ребенку выработать нужные ассоциации со сном. Уже поэтому, не говоря о сострадании, нужно стремиться свести плач к минимуму. Когда родители рассказывают, что пытались помочь ребенку, «дав ему поплакать несколько ночей подряд», фактически они делали именно это и только это – давали ему плакать. Но не заснуть самостоятельно. Ему давали плакать несколько минут или больше часа – вечером, ночью или и вечером и ночью, – но в итоге дело всегда кончалось тем, что они подходили к нему и выполняли все его требования, чтобы помочь ему заснуть. И учили ребенка лишь одному: кричи сильнее, и желание исполнится. Но ребенку нужно практиковаться не в крике, а в засыпании в новых условиях. Если в результате вы все равно укачиваете малыша, лучше сразу взяться за укачивание, пропустив этап крика.

Принцип постепенности позволяет достичь желанной цели гораздо более милосердным способом. Ваш ребенок должен усвоить новые правила, которых сначала не понимает. Ему важно знать, что вы его не бросили, а научиться новому можно исключительно через опыт. Если вы вдруг начнете оставлять его одного на всю ночь, он все равно сообразит, что рано или поздно вы приходите, что вы помните о нем, но урок окажется слишком суровым без всякой на то нужды. Помедлив совсем немного, прежде чем откликнуться на его призыв, вы значительно облегчите для него испытание неопределенностью. Уже после пары-тройки пробуждений он поймет, что вы никуда не делись и готовы ему помочь. Он может злиться, что вы его больше не укачиваете, но вы хотя бы возвращаетесь, и ваше кажущееся исчезновение его не пугает. Поскольку вы будете все больше отсрочивать отклик, он усвоит и то, что ждать приходится все дольше. И в какой-то момент окажется, что лучше просто вернуться ко сну, чем кричать 15–20 минут, зная, что приза в виде укачивания, ношения на руках или кормления не последует. В то же время он научится засыпать в одиночестве в собственной кроватке и чувствовать себя там комфортно.

Один большой шаг или много маленьких шажков

Привычки, связанные с засыпанием, можно менять все разом (как было сделано с Бетси, Джейкобом и Кейтлин) или мало-помалу. Если ассоциаций несколько – допустим, поглаживание по спине и сосание пустышки, – их можно разорвать одновременно или одну за другой. Даже одну привычку, например укачивание, можно разбить на составные части и избавляться от каждой из них по отдельности. Сначала убрать укачивающие движения, затем пребывание на руках, наконец, само присутствие родителя в комнате. Ночные кормления также могут быть изжиты постепенно вместо внезапной полной отмены (см. главу 6).

Большинство родителей предпочитают менять ассоциации детей со сном одним махом. Но вы вольны сделать это в два этапа или даже больше, если считаете, что так будет лучше или проще для вас либо для ребенка. Только помните, что на каждом этапе вам придется начинать процесс обучения заново. Сколько на это уйдет времени, зависит от количества шагов. Казалось бы, ребенку легче осваивать новые привычки понемногу, вместо того чтобы делать один большой шаг, однако это справедливо лишь в отдельных случаях.

Дети учатся очень быстро. Ребенок, привыкший засыпать строго определенным образом, станет засыпать совершенно по-другому после нескольких ночей практики. (Это родителям, подрастерявшим способность к обучаемости, понадобится месяц или даже больше, чтобы усвоить новые привычки.) Такая адаптивность детей имеет и минусы, и плюсы: проблемы со сном возникают за считаные дни, но зато и решить их можно за считаные дни. Допустим, ваш девятимесячный ребенок много месяцев прекрасно спал один. Стоит ему подхватить отит, из-за которого вам приходится провести рядом с ним несколько ночей, и вот он уже не может уснуть без ваших объятий. (Думаю, именно из-за подобных событий у многих детей с полугода до года множатся проблемы с ночным сном.) С другой стороны, даже если вы укачивали ребенка того же возраста все девять месяцев его жизни, он научится засыпать без укачивания за те же несколько дней.

Благодаря удивительной обучаемости детей зачастую не важно, сколько изменений им предстоит освоить, и лучше сделать все разом. Но бывают ситуации, когда разумнее решать проблему поэтапно. Например, если ребенок проявляет чрезвычайную сепарационную тревогу или никогда прежде не спал один в комнате, можно сначала проработать что-то одно (скажем, зависимость от пустышки или укачивания, переселение в другую кровать или комнату), а проблему разлучения с родителями оставить на потом. (Методы работы с тревожными детьми рассматриваются в главе 7.) Однако если ваше присутствие в комнате ребенка его не ободряет (например, он только больше злится, что вы здесь, но отказываетесь взять его на руки), то избавить его от дурных привычек будет проще, если с самого начала оставить его одного. Не знаете, какой метод выбрать – одного шага или поэтапный? Начинайте с любого, а если результаты не вдохновляют, переходите на другой.

Аналогично, увеличивая промежутки между ночными кормлениями с тем, чтобы сократить их количество или вовсе отменить (см. главу 6), многие родители поначалу сразу откликаются на каждый призыв ребенка и делают все, что может его успокоить (кроме кормления). После недели-двух, когда с ночными кормлениями покончено, они переходят ко второму шагу и меняют другие ассоциации.

Чрезвычайно плавный и постепенный переход к новому может быть предпочтителен в отношении детей с особыми потребностями, причем родителям это необходимо в той же мере, что и ребенку. Очень трудно не откликнуться на плач слепого или больного онкологией малыша. Дети с тяжелыми неврологическими расстройствами в принципе способны овладеть новыми навыками исключительно мало-помалу, подолгу задерживаясь на каждом этапе обучения. В некоторых случаях внести все желаемые изменения вообще не представляется возможным.

Ассоциации с грудью, бутылочкой или соской-пустышкой

Необязательно отлучать ребенка от груди, чтобы разрушить ассоциацию засыпания с кормлением. Можно оставить и ночное кормление, тем более что большинство мам дольше всего сохраняют именно его. Просто перестаньте прикладывать ребенка к груди по ночам, чтобы успокоить (см. главу 6). Применяя этот подход, кормите ребенка ночью, как обычно, а завершив кормление, сразу кладите в колыбель. Для этого незачем ждать глубокого сна. Наоборот, лучше, чтобы он знал, что его переложили, и, проснувшись, не удивлялся. Если он еще бодрствует или просыпается во время перемещения в свою постель, откликайтесь на его плач через все более долгие интервалы, пока он не уснет. Раз ребенка уже накормили, не следует снова прикладывать его к груди или совать бутылочку.

Предположим, вы заметили, что ребенку трудно отказаться от ночного кормления именно потому, что он по привычке засыпает вечером с грудью или бутылочкой. Значит, нужно отделить последнее дневное кормление от вечернего укладывания. Перенесите кормление на более раннее время. Если он все равно начинает засыпать, прервите кормление, разбудите ребенка – он должен достаточно осознавать происходящее, чтобы заметить, как его перекладывают в кроватку, – и уложите, пусть засыпает там. Возможно, то же самое придется делать и перед каждым дневным сном. Многие родители предпочитают поступить так, не дожидаясь, пока эта мера станет насущной необходимостью, поскольку укладывание сильно облегчается, а кормящая мать перестает быть единственным человеком, способным уложить малыша.

Если ребенок ночью потребляет много жидкости, его сну могут мешать не ассоциации, а иные причины (чувство голода, изменение биоритмов, усиленное мочеиспускание, см. главу 6). Резко прекратив кормить его по ночам, вы сильно осложните и его жизнь, и свою собственную. Лучше постепенно сокращать число и частоту кормлений. (Решение проблем, вызванных избыточными кормлениями, также описано в главе 6.)

Как только ребенок, пользующийся пустышкой исключительно во время засыпания, научится засыпать без нее, больше она ему вообще не понадобится. Но если соска торчит у него изо рта целыми днями, это осложняет переход ко сну без соски. В таких случаях я советую сначала снизить дневную зависимость ребенка от пустышки. Выделите определенные периоды времени утром и вечером, когда ему не дают соску, и постепенно, день за днем, увеличивайте их. В эти периоды уделяйте ему больше внимания и развлекайте, чтобы ему проще было перенести отсутствие пустышки. Он наверняка будет протестовать, пока не научится хорошо себя чувствовать без соски в течение дня. То же самое начнется, и когда вы станете отучать его спать с пустышкой. После этого этапа он будет сосать пустышку только во время сна и отдыха. Тогда можно совсем от нее избавиться и приступить к программе постепенного переформирования ассоциаций, которую мы применили в случае Джейкоба. Ребенок уже умеет существовать без соски, и ему осталось лишь научиться засыпать без нее.

Отучить ребенка от соски в ночное время легче, чем принято считать, особенно в возрасте 4–12 месяцев. Собственно, и в более позднем возрасте не труднее, просто, чем старше ребенок, тем тяжелее это кажется, поскольку он явственнее выражает свое недовольство и дольше может бодрствовать. Нет никакого смысла отучать ребенка сосать соску по ночам постепенно. Если вы станете ограничивать ее использование определенным числом минут, ребенок лишь расстроится и запутается, так что толку все равно не будет. Вот он, случай, когда нужно действовать «внезапно». Но даже если ребенок всю ночь остается с соской, сосет он ее не больше 10–20 минут в общей сложности, в короткие промежутки отхода ко сну. Зачастую ему достаточно раз-другой заснуть без соски, чтобы раз и навсегда научиться засыпать без нее. Если в момент укладывания он очень хочет спать, это еще проще, так что полезно в первые два вечера обучения уложить его позже обычного. Засыпание без пустышки станет для него нормой через один-два дня.

В рекомендациях Американской академии педиатрии за 2005 г. высказывается мнение, что засыпание с пустышкой во рту снижает риск развития СВДС – якобы сосание нарушает сон, и ребенок чаще просыпается. Я уже высказывался на этот счет в главе 3. Впрочем, если строго соблюдать эту рекомендацию и не возвращать ребенку оброненную пустышку, чтобы помочь ему заснуть повторно после ночных пробуждений, то не исключено, что он научится засыпать и с соской, и без (особенно если не злоупотреблять соской в дневное время). Если ребенку все еще трудно заснуть без пустышки в пять-шесть месяцев – когда риск внезапной смерти во сне становится крайне низким, – можно без опаски лишить его пустышки и в момент засыпания, даже если за рекомендацией Академии действительно что-то стоит.

Совместный сон и сопутствующие обстоятельства

Сторонники совместного сна полагают, что достаточно укладывать ребенка спать в родительскую постель, чтобы избежать описываемых в этой главе сложностей. И в отношении некоторых проблем это справедливо. Ребенок не страдает от сепарационной тревоги, особенно если вы готовы находиться в спальне, когда малыш ложится спать. Если он нуждается именно в том, чтобы быть с вами рядом, то, оказавшись в вашей постели, будет счастлив и спокойно заснет. Но негодные или нежелательные привычки и ассоциации могут формироваться вне зависимости от того, где спит ребенок. То, что он находится в вашей постели, вовсе не мешает ему претендовать еще и на массаж спины, повторное прикладывание к груди или внеочередную бутылочку с молочной смесью. Возможно, он ждет, что ему будут возвращать оброненную соску или качать при каждом пробуждении. Если пара поглаживаний за ночь – это все, что ему нужно, вас это не обременит, но длительные убаюкивания при отходе ко сну и еще несколько раз в ночные часы свидетельствуют о проблеме. И если вам приходится пересаживаться в кресло-качалку с ребенком на руках и подолгу укачивать его после каждого пробуждения, то с тем же успехом он мог бы спать в другой комнате, разве что вам пришлось бы пройти несколько лишних метров. Наконец, ситуация усугубляется, когда ребенок использует родителя в качестве средства успокоения вместо служащего именно этой цели переходного объекта (см. главу 3). Грудной малыш при этом пользуется материнской грудью в качестве соски-пустышки всякий раз, стоит ему слегка проснуться, а это может быть десять или больше раз за ночь. Другой, подобно Алексе, пожелает засыпать в таком положении и позе, которые ему особенно нравятся, но неудобны вам: взгромоздившись на вас, распихав родителей или трогая ваше лицо, пока он сосет грудь.

Ситуация, когда ребенок спит в колыбели в комнате родителей, мало чем отличается от его сна в отдельной комнате. Одной только уверенности, что родителей можно увидеть, стоит приоткрыть глаза, хватает для быстрого засыпания не всем малышам. Для некоторых это соблазн, которому трудно противиться, и тогда вернуться ко сну без вашего вмешательства им даже сложнее. (Аналогично ребенок легче переносит замену матери на няню, когда матери не видно и не слышно, а не тогда, когда ее голос доносится из соседней комнаты.) Забрав его в свою постель в такие моменты, вы быстрее всего сами вернетесь ко сну, и если вас это устраивает, прекрасно. Но если не устраивает, значит, нужно что-то менять.

Проблемы неподходящих ассоциаций со сном решаются, даже если ребенок спит в вашей комнате или постели. При его отдельном размещении в собственной кроватке действуйте точно так же, как если бы кроватка стояла в другом помещении. Укладывайте его вечером спать, уходите из комнаты и возвращайтесь ненадолго проведать его через все более долгие периоды ожидания. Он привыкнет засыпать один в комнате без укачивания или поглаживания, и ваш вечер освободится. При его ночных пробуждениях попробуйте затаиться в постели, отвечая ему через увеличивающиеся интервалы, как было описано. (Можете делать то же самое и при вечернем укладывании, если не тяготитесь необходимостью всегда находиться в комнате, где он засыпает.) Но если ваше присутствие слишком его активизирует, придется выходить и навещать его из другой комнаты. Как только приучите его засыпать без вашего вмешательства, сможете оставаться в своей спальне. Некоторые родители предпочитают несколько ночей провести в другой комнате, пока ребенок не освоит новый порядок. Можно также устроить «комнату в комнате»: поставьте раздвижную перегородку, повесьте потолочную занавеску. Ребенок не будет видеть, что вы лежите в постели, и отклики на его призывы можно будет ограничить, не покидая ее. Обращенную к его кроватке сторону перегородки можно украсить по его вкусу.

Если ребенок спит в вашей постели или вы лежите рядом с ним в его кровати, пока он не заснет, с нежелательными привычками все равно можно расстаться (см. далее и в главах 5 и 6). При размещении ребенка в родительской кровати все упрощает взаимодействие и сотрудничество родителей, хотя и родитель-одиночка прекрасно может справиться с этой задачей. Совершенно ни к чему разрешать малышу использовать ваше тело вместо переходного объекта, причиняя вам неудобство, как и незачем укачивать его, гладить или носить на руках посреди ночи. Вы должны взять и отказаться выполнять эти требования, и пусть засыпает, как положено. Если он превратил в переходный объект лишь одного из родителей, поменяйтесь с партнером местами или пересядьте в кресло, пока малыш не заснет. Достаточно большой ребенок может вцепиться в вас или выбраться из постели следом за вами. Тогда придется уйти из спальни и временно закрыть дверь или поставить детские ворота. (Можете даже спать в другой комнате от нескольких дней до недели, пока проблема не решится. Второй родитель в такой ситуации остается в спальне.) Возвращайтесь после увеличивающихся периодов ожидания и всякий раз ложитесь в постель и оставайтесь там, пока ребенок не начнет предъявлять недопустимые требования. Начал? Снова уйдите и выждите дольше. Фактически вы ставите ребенка перед выбором «будет по-моему или никак», где «по-моему» – это условия, которые вы считаете наилучшими для его – и вашего – сна. Для ребенка это простой выбор.

Родители Алексы именно так решили проблему ее позы во время сна, мешавшей спать им самим. Мать вставала с постели и уходила, как только Алекса начинала карабкаться на нее, и всякий раз отсутствовала все дольше, а девочка и отец оставались в кровати. Едва Алекса пыталась улечься поперек, оттеснив родителей друг от друга, родители перекладывали ее на одеяло на полу – также на все более продолжительное время. Теперь ее предпочтения не сулили ей ничего приятного, и скоро обе привычки исчезли.

Бывает, что ребенок не спит в родительской постели, однако привык, что родитель приходит к нему в комнату перед сном и при каждом ночном пробуждении и лежит рядом, пока он не заснет. Эту ассоциацию также можно разрушить. Достаточно большому ребенку попробуйте объяснить, что больше не можете так поступать. Предложите ему подходящий и приятный ритуал отхода ко сну (см. главу 3). Прочитав сказку, сыграв в спокойную игру или пообщавшись, обнимите малыша и выйдите из его комнаты, оставив дверь открытой. Одни дети начинают кричать или плакать, другие встают с постели. Если ребенок ограничивается криком, пользуйтесь обычным методом: постепенно увеличивайте интервал между вашими возвращениями. По прошествии положенного времени можете войти в детскую, но не ложитесь рядом с ребенком и внимательно следите за тем, чтобы в тот момент, когда он заснет, вас в его комнате не было.

Нежелание ребенка оставаться у себя после вашего ухода заставляет использовать какую-нибудь преграду, скажем ворота безопасности или закрытую дверь, как описано ранее и в главе 5. Достаточно большому ребенку, трех – трех с половиной лет, можно предложить систему вознаграждения, чтобы ускорить усвоение нового. Если повезет, вы обойдетесь вообще без преграды, а в остальных случаях можно сочетать награды за хорошее поведение с перекрыванием выхода и установлением границ дозволенного. Сделайте табель хорошего сна (см. главы 5 и 7): пусть зарабатывает звездочки или наклейки, а иногда и маленький подарок за то, что уснул, не покидая постели. Такой табель поощряет ребенка стараться уснуть в ваше отсутствие, и ему приятно сознавать, что он вместе с вами трудится над решением проблемы. Когда новизна системы вознаграждения уйдет, он, возможно, попытается вновь выдвигать требования при укладывании. В таком случае особенно важно не идти на попятную. Малыш уже знает, как засыпать самостоятельно, и теперь ваше дело не научить его новому, а лишь добиться соблюдения правил. Стойте на своем, при необходимости перекройте выход детскими воротами, и хорошие привычки быстро вернутся.

И трехлетний Уильям, не желавший засыпать, пока рядом не приляжет кто-то из родителей, и двухлетний Сэм, отключавшийся на диване перед телевизором, уже были способны самостоятельно выбраться из своей кровати. Поэтому метод затягивающегося ожидания пришлось дополнить применением преграды. Родители Уильяма установили заграждение, чтобы он оставался в безопасности в своей комнате. В первые дни малыш яростно протестовал. Родители почти не спали и даже засомневались в действенности метода, но не отступились, и с середины первой недели сон Уильяма значительно улучшился. К концу недели он уже только ворчал, когда родители выходили из комнаты, а скоро начал спать всю ночь напролет.

Сэму не нужны были родители, чтобы заснуть (только телевизор). Но ему тоже пора было научиться засыпать одному в собственной спальне, как и Уильяму. Поэтому и лечение было аналогичным. Но к несчастью для Сэма, его ассоциации с засыпанием не включали даже пребывания в собственной комнате. У него не было ничего, похожего на ритуал отхода ко сну, а когда он просыпался среди ночи, то для того, чтобы воссоздать условия, в которых привык засыпать, он должен был вернуться в гостиную и играть перед включенным телевизором.

Родители составили для него приятный ритуал подготовки ко сну, завершавшийся 15-минутным чтением вслух, что очень нравилось Сэму. Но сначала он все равно возмущался, что ему велят оставаться в своей комнате, и пытался выйти, так что и его родителям пришлось установить детские ворота. Как и Уильям, Сэм первые дни яростно боролся за возврат к прежним порядкам, но к началу второй недели тоже стал спать нормально.

Сначала последовательная, поступательная программа обучения новым правилам встречает сопротивление ребенка, но в результате дает прекрасные результаты в самых разных ситуациях. Если ваш ребенок сталкивается примерно с такими же проблемами, что и дети, о которых рассказывалось в этой главе, воспользуйтесь методом затягивающегося ожидания. Как правило, быстрее всего он помогает младенцам. Но в целом его прекрасно воспринимают дети любого возраста (если они старше трех месяцев) при условии, что родители не пойдут на попятную.

Как быть, если ничего не помогает

Метод затягивающегося ожидания предназначен для решения лишь одной проблемы со сном: когда у ребенка в связи с тем, что вы делаете или разрешаете делать ему, сформировалась нежелательная ассоциация с засыпанием. Если это единственная проблема, то от новой жизни вас отделяют всего лишь несколько трудных ночей. Дело значительно улучшится уже на третью-четвертую ночь, в течение недели точно. Не улучшилось? Нужно выяснять почему.

Итак, прошла неделя, а подвижек нет – или стало только хуже, ребенок кричит дольше и отчаяннее. Тогда прекратите выполнять эту программу. Остановитесь и проанализируйте ситуацию. Прежде чем решать, что делать дальше, нужно рассмотреть ряд вариантов: вы ошиблись в диагнозе; диагноз верный, но то, что вы лечите, является лишь частью комплексной проблемы; вы совершаете какие-то ошибки в лечении.

Методические ошибки

Возможно, вы сами тормозите прогресс тем, что делаете или не делаете. Некоторым родителям не дается строгое и последовательное выполнение программы. Вот типичные ошибки: ребенка оставляют засыпать одного вечером, но укачивают ночью; вечером родители остаются с ребенком вплоть до засыпания, но требуют, чтобы он засыпал в одиночестве после ночных пробуждений; ребенку дают заснуть самостоятельно вечером и в начале ночи, однако берут его в родительскую постель, когда он проснется под утро. Часто встречается непоследовательная реакция на его упрашивания и крики – сегодня одна, завтра другая, или изменение реакции из опасения, что он разбудит других детей. В полных семьях бывает также, что каждый родитель видит и выполняет программу по-своему. Если повторять эти ошибки, дело не сдвинется с мертвой точки.

К примеру, вы выждали положенное время, прежде чем войти в комнату ребенка, но, навестив его, не вышли, как было запланировано, а сидели с ним, пока он не уснул. Так вы ничего не добьетесь: помните, смысл не в ожидании, а в том, чтобы он заснул по-новому. Начав с коротких отлучек, необходимо увеличивать их продолжительность, иначе ребенок привыкнет, что вы многократно заходите к нему, прежде чем он заснет. Время ожидания для того и затягивается, чтобы в какой-то момент он пробыл в одиночестве достаточно долго и, похныкав и повозившись, угомонился сам, прежде чем вам придется снова прийти. Лучшее, что вы можете сделать ночью для своего ребенка, – дать ему ясное и однозначное представление о том, чего ожидать. Ваша непоследовательность лишь ухудшит дело.

Аналогично, если вы не добьетесь от ребенка выполнения четких и обязательных правил, то не добьетесь ничего (см. главу 5). Скажем, вы требуете, чтобы ребенок начал засыпать самостоятельно, но по-прежнему снова и снова отводите его в детскую после побегов из постели. (Ему понравится эта игра!) А может, вы не в состоянии настоять на том, чтобы он оставался у себя до самого утра, потому что он тихонько проскальзывает в вашу спальню, не разбудив вас? Или вы запретили ему смотреть телевизор перед сном, и теперь он смотрит его глубокой ночью: либо телевизор есть у него в комнате, либо он пробирается в кабинет. Устанавливая новый порядок, успеха можно добиться, лишь заставив ребенка постоянно соблюдать все правила.

Сложности, связанные с распорядком дня

Программа не даст результата, если не учитывает распорядок дня вашего ребенка и его биоритмы (см. главы 9–12). Метод затягивающегося ожидания предполагает, что ребенок хочет спать и в принципе может уснуть в то время, когда вы его применяете. Бодрого ребенка не заставит спать никакая программа, как бы строго и последовательно вы ее ни выполняли. Если ребенок привык ложиться в 21.00, а вы назначили отход ко сну на 19.00, значит, он сможет ныть и скандалить целых два часа, прежде чем почувствует сонливость. Поэтому я советую в начале переучивания укладывать ребенка не раньше, а даже позже, чем обычно. Если вы сомневаетесь насчет времени, помните, что поначалу лучше чуточку опоздать, чем поспешить, пытаясь уложить в постель бодрого ребенка. Через несколько дней вы без проблем передвинете время отхода ко сну на немного более ранний час.

Если ребенок обычно бодрствует среди ночи час или два и прекрасно себя чувствует, пока вы рядом и забавляете его, возможно, вы попросту держите его в постели дольше, чем он способен проспать. Вот ему и приходится заполнять лишние один или два часа, чтобы устать и суметь снова уснуть. Из главы 11 вы узнаете, что в этом случае нужно сократить время его пребывания в постели и лишь потом приступать к формированию новых ассоциаций.

Иногда ребенок теряет сон во время обучения новым правилам, потому что слишком заводится из-за ночного плача. Не давайте ему заспаться утром или дольше спать в тихий час. Если он компенсирует недостаток ночного сна утренним или дневным, вы достигнете лишь одного: пробуждение и безудержный рев следующей ночью гарантированы. Недоспит сегодня – ничего страшного, это даже сыграет вам на руку завтра.

Если вы не знаете точно, во сколько ваш ребенок может заснуть – скажем, из-за того что у него нет стабильного распорядка и каждый день он засыпает и просыпается по-разному, – потрудитесь составить подходящее именно ему, осмысленное расписание. Нужно нащупать распорядок, при котором он быстро засыпает вечером (хотя бы с вашей помощью) и так же быстро проваливается в сон после ночных пробуждений (опять-таки, даже если для этого ему нужны вы). Лишь тогда можно будет приступить к программе изменений.

Тревожность

Новые правила могут пугать ребенка. Малышу, у которого наблюдаются признаки сепарационной тревоги днем, не под силу выдержать отсутствие матери ночью. Оставляя его одного на все более долгие периоды, вы этого не исправите. Наоборот, рискуете ухудшить его состояние. Если так и вышло, попробуйте пошаговый метод (см. ранее в этой главе, а также главу 7). Сначала проработайте все остальные нежелательные ассоциации со сном, а проблему разлучения с родителем оставьте на потом. Возможно, вам придется всю ночь спать в одной с ним комнате, но это не мешает настоять на том, чтобы он спал в собственной кровати или на отдельном матрасе, отказаться укачивать его и отобрать у него соску. Если он продолжает цепляться за вас или забираться в вашу постель, можно даже уходить из комнаты на все более долгое время с одной лишь разницей: вернувшись, вы соглашаетесь остаться до тех пор, пока он ведет себя так, как надо.

Ложное пробуждение или привычное?

Ночью вам показалось, что ребенок проснулся. Но так ли это? Обратите внимание, как он ведет себя, когда вы подходите к нему. Отвечает осознанно, быстро успокаивается и дает понять, что ему нужно? Или отталкивает вас, размахивает руками и брыкается? Дети, у которых наблюдаются пробуждение со спутанным сознанием или ночные страхи, не обретают достаточно ясного восприятия реальности, чтобы хотя бы осознать ваше присутствие, не говоря о том, чтобы формировать новые ассоциации. О том, как диагностировать и лечить состояния частичного пробуждения, рассказывается в главе 13.

Сложности, вызванные проблемами медицинского характера

Частые, в том числе еженощные пробуждения детей, почти никогда не вызываются физической болью. Но иногда приходится рассматривать и эту возможность. Понять, больно ли проснувшемуся ребенку или просто грустно, обычно нетрудно. Если ребенка разбудила боль, ему станет немного лучше у вас на руках, но боль от этого не пройдет. Вскоре вы снова заметите у него признаки боли, и вряд ли он скоро уснет. Возможно, ему периодически больно и днем. Если же ребенок прекрасно себя чувствует только от того, что вы взяли его на руки, дали ему соску или позволили поиграть, если он отлично спит, как только вы пустили его в свою постель, можно быть уверенным: это не боль. Болезненные ощущения и другие медицинские проблемы рассматриваются в главе 8.

Общие соображения

Когда вы ищете причины нарушения сна у ребенка и пытаетесь устранить их, полезно иметь в виду следующие соображения общего характера.

1. Изменения, необходимые для решения проблемы нежелательных ассоциаций со сном, необходимы не только вам, но и – что гораздо важнее – ребенку. Самое лучшее для него – это уметь быстро засыпать и знать, что мир вокруг не переменится, едва он закроет глаза.

2. В идеале условия, ассоциирующиеся с засыпанием, не должны возбуждать нервную систему ребенка – как, например, включенный телевизор – и не должны предполагать непрерывной деятельности наподобие сосания пустышки или кормления из бутылочки. Лучше всего, если ребенок привыкнет засыпать в собственной кроватке или колыбели в комнате, где почти совсем темно и тихо (никаких кассет с колыбельными, компакт-дисков, телевизора и генераторов шума). По прошествии первых месяцев жизни засыпание ребенка не должно зависеть от укачивания, родительских рук и ласк, пустышки, бутылочки или маминой груди. (Ночные кормления как таковые – норма и в последующие месяцы, если только ребенок не нуждается в них исключительно для того, чтобы засыпать среди ночи.)

3. Проснувшись ночью, ребенок должен находиться там же, где и засыпал, в обществе тех же людей (или в их отсутствии): ему нужна уверенность, что после того, как он заснет, ничего непредвиденного не случится. Чтобы вновь погрузиться в сон, не нужны никакие действия. Ребенку не нужно осматриваться, звать родителей, сосать пустышку, есть, смотреть телевизор, слушать, упрашивать, требовать. Все, что нужно, – это улечься поудобнее и тут же перейти к следующему циклу сна.

4. Если ребенок просыпается ночью в слезах, но тут же успокаивается и засыпает, как только вы восстанавливаете условия, в которых он заснул вечером, – скажем, укачиваете его, – можно быть уверенным: он попросту привык ассоциировать с отходом ко сну неподходящие условия. Его способность засыпать нарушена не от природы. Физиологические системы, управляющие сном ребенка, никоим образом не мешают ему заснуть без укачивания. Если бы эти системы не функционировали, как положено, ребенок спал бы плохо при любых условиях. Значит, неврологическое заболевание, несбалансированный рацион, пищевая аллергия или физическое недомогание тут совершенно ни при чем.

5. Не спешите начинать. Многие родители спрашивают, в каком возрасте нужно пользоваться методом затягивающегося ожидания. Трудно дать однозначный ответ, но общие соображения имеются. Большинство детей начинают спать всю ночь без посторонней помощи в возрасте около трех-четырех месяцев. (Обратите внимание, все цифры даются для доношенных детей, у недоношенных сроки сдвигаются.) Новорожденный не может проспать всю ночь, так что и не пытайтесь добиться этого. Сон новорожденного (особенно быстрый) разбивается многочисленными пробуждениями. В эти периоды, а также при переходе из одной фазы в другую он особенно хрупок, и ваш младенец в эти моменты не справится без вашей заботы и помощи. В любом случае целая ночь – это слишком большой интервал между кормлениями.

В возрасте около трех месяцев происходит важный рывок в развитии ребенка. Отныне его самый продолжительный сон приходится на ночь, а цикл сна становится несколько более зрелым (см. главу 2). В этот период сон многих малышей значительно улучшается. Поэтому имеет смысл повременить с крупными изменениями до трех-четырех месяцев, разве только проблемы очень уж серьезны. Если к этому времени все, что от вас требуется, – это раз-другой за ночь подойти и успокоить ребенка, возможно, вы сами предпочтете подождать несколько недель в ожидании дальнейшего развития событий. Действительно, во многих случаях нормальные схемы сна продолжают совершенствоваться сами по себе.

Однако даже двухмесячный младенец не должен просыпаться чаще двух-трех раз за ночь. Если ваш ребенок просыпается чаще и всегда возвращается ко сну, как только вы им займетесь, проверьте, не улучшится ли ситуация, если иногда откликаться на его плач не сразу. (Помните, что методы, описанные в этой главе, предназначены для исправления привычек, а не других проблем со сном.) Если через несколько дней сон ребенка не улучшится, исходите из того, что дело не в воспитании, просто время еще не пришло, и выждите несколько недель, прежде чем предпринять вторую попытку. (Из главы 6 вы узнаете, что незачем кормить здорового двухмесячного младенца каждый час с вечера до утра, и сейчас самое время начать увеличивать промежутки между кормлениями, однако совсем их отменять еще слишком рано.)

Если указанная проблема сохраняется и в три-четыре месяца, пора всерьез взяться за ее решение. К пятимесячному возрасту перемены оправданны, даже если проблемы сна у ребенка не слишком остры.

6. Ассоциации ребенка со сном в одно время суток (скажем, вечером в момент укладывания) не обязательно проявляются в другое время (ночью или в тихий час). Если вы укачиваете ребенка или поглаживаете его по спине, это не обязательно ошибка и не гарантия возникновения проблемы. Ребенок быстро засыпает, не обращает внимания на перекладывание в колыбель или кроватку, спит ночью без приключений (то есть сам быстро возвращается ко сну после нормальных пробуждений)? Значит, проблемы нет. Например, вы пять минут качаете ребенка при вечернем укладывании или минут десять его кормите, пока он не уснет, а затем благополучно перекладываете в колыбель или на отдельный матрас, где он спит всю ночь, успокаиваясь без вашей помощи. Надобность в изменении ритуала возникает лишь вместе с проблемой, скажем, если ритуал отхода ко сну затягивается, как у Бетси, или ребенок начинает полностью просыпаться почти каждую ночь, всякий раз требуя вашего внимания.

Приведу другой пример. Предположим, ребенок сам засыпает вечером и днем, но во время ночных пробуждений его приходится укачивать. Или он прекрасно спит в тихий час в детском саду, хотя там условия сна совершенно не похожи на те, к которым он привык дома. Это означает, что он усвоил разный набор ассоциаций с разными условиями отхода ко сну в зависимости от времени или места. Это не более и не менее нормально, чем потребность в одних и тех же условиях при каждом засыпании.

7. Если ребенок днем засыпает самостоятельно, а ночью нуждается в вас, вы моментально его переучите. Он уже знает, как засыпать без посторонней помощи. Ему осталось всего лишь научиться ассоциировать это поведение не только с дневным, но и с ночным сном.

8. В разное время ночи ребенку может требоваться разная степень вашего участия. Бывает, что ребенок, часто просыпающийся ночью, спит несколько часов перед первым пробуждением и после последнего. Например, у него крепкий сон с 19.00 до 22.00 и с 4.00 до 7.00, но между десятью вечера и четырьмя утра он беспокоен и спит урывками. Это просто особенность его нормального цикла сна. Как объяснялось в главе 2, дети проводят первые часы ночного отдыха в фазе глубокого сна и зачастую возвращаются в нее под утро. В промежутке, находясь в фазе быстрого сна, они значительно более склонны пробуждаться.

9. Если вы привыкли подходить к ребенку ночью, чтобы помочь уснуть, вам наверняка говорили, что вы его «портите». Неправда! Мы портим детей, когда идем на поводу у их требований независимо от того, хорошо это для них или не очень. Скорее всего, вы успокаиваете малыша среди ночи потому, что чувствуете, что так ему лучше, а не из-за неспособности сказать «нет» или недисциплинированности.

Однако бегать к нему ночь напролет не лучший вариант. Так вы лишь закрепляете привычку, а не откликаетесь на реальную потребность ребенка. Днем родителям проще отличить детские «хотелки» от настоящих потребностей и отказаться выполнять неуместные требования, даже если чадо плачет. Но когда ребенок просыпается и рыдает ночью, а успокаивается, лишь оказавшись на руках или приложившись к груди, нетрудно сделать ошибочный вывод, что он голоден или ему больно. А отсюда недалеко и до подозрения, нет ли у него врожденных аномалий, из-за которых он не способен вернуться ко сну без укачивания. Вы слышали, что двухмесячных крох с коликами приходится носить на руках, чтобы успокоить. Может, так же нужно поступать и с ребенком шести месяцев, полутора или трех лет, когда он не спит и плачет? Истинная проблема не в баловстве, а в том, что вы почти ничего не знаете о сне и ассоциациях с засыпанием и не можете отличить каприз ребенка от насущной необходимости. Стоит понять, что на самом деле ему нужно научиться засыпать по-новому, хочет он того или нет, и скоро вы убедитесь, что его потребности удовлетворены.

10. Формирование новых ассоциаций со сном не причинит ребенку никакого вреда. Каждый родитель хочет, чтобы ребенок чувствовал себя защищенным и любимым. Узнав, что малышу придется немного поплакать, многие переживают, не нанесет ли это ему психологической травмы. Опасения понятны, но по своему долгому опыту могу сказать: волноваться не о чем. Если малыш поплачет, обучаясь новым навыкам, которые улучшат его сон, это не причинит ни малейшего ущерба его психике. Скорее всего, тяжелее придется вам, а не ребенку. Даже самые нервные родители, с которыми мне довелось работать, впоследствии признавались, что их опасения оказались напрасными, а нормализация сна ребенка стала большим облегчением и для него, и для них.

Малыш не способен понять, в чем его благо, и плачет, не получив желаемого. Именно вы, родители, принимаете решение, что ему можно получить или сделать и чего нельзя. Вы стремитесь дать ему самое лучшее, а это означает, в числе прочего, и здоровый сон. Если бы ему захотелось поиграть с острым ножом, вы бы ему этого не позволили, невзирая ни на какие слезы, причем не чувствовали бы вины и не волновались, как это отразится на его психике. Дурные привычки, связанные со сном, тоже опасны для ребенка, и исправить их – ваша обязанность. Это проявление родительской заботы, а не эгоизма.

Разумеется, у ребенка, в принципе не получающего достаточно любви и внимания, действительно могут начаться психологические проблемы. Но если вы окружаете своего кроху любовью, теплом и заботой, то несколько лишних слез в течение недели – каким бы несчастным или возмущенным он при этом ни казался – пройдут без малейших последствий. Бывает, день-другой малыш липнет к родителям как банный лист. Но и тогда, увидев, как стремительно выправилось его поведение и сон, родители убеждаются, что поступили правильно. Что касается психологических последствий, климат в вашем доме только улучшится, когда ребенок начнет нормально спать по ночам. Он будет лучше себя чувствовать и меньше раздражаться в течение дня. Если ночью его не подстерегают внезапные перемены и сюрпризы, он станет уверенней и спокойней. Да и вы начнете больше отдыхать и меньше злиться, а значит, с еще большим удовольствием уделять время ребенку, и ваши взаимоотношения станут еще лучше.

11. Выполнять программу нужно методично и последовательно, поэтому дождитесь подходящего момента. Не приступайте к изменениям в период, когда не можете себе позволить не высыпаться, скажем, перед важной встречей, собеседованием с работодателем или когда у вас гостят знакомые. Возможно, вы решите подождать до вечера пятницы, чтобы иметь возможность отоспаться в выходные.

12. В большинстве случаев, если вы начали применять метод затягивающегося ожидания, нужно идти до конца (по крайней мере, не торопитесь опускать руки). Заранее проверяйте, сколько нужно ждать до следующего подхода к ребенку, и следите за временем. Глубокой ночью и десять минут покажутся часом. Иногда лучше не подходить к плачущему ребенку, даже если время ожидания истекло. Если он начинает успокаиваться, ваше появление и последующий уход лишь помешают ему, и все станет только хуже. Чувствуете, что проще еще немного подождать, – тогда помедлите и посмотрите, будет ли малыш и дальше успокаиваться самостоятельно. Помните: если ребенок, наоборот, расстроится сильнее, вы всегда сможете подойти к нему.

13. В полных семьях родителям следует по возможности делить обязанности, чтобы одному и тому же взрослому не приходилось взаимодействовать с ребенком при каждом укладывании и пробуждении в период обучения. В моменты отхода ко сну ребенок должен чувствовать себя комфортно с каждым из родителей, так что желательно участие их обоих. Незачем соблюдать строгую очередность. Придерживайтесь графика, удобного для обоих. Скажем, один родитель легче встает к ребенку в начале ночи, а второй в конце. Из-за работы один родитель, возможно, предпочтет взять на себя укладывания в выходные дни, а другой в будни. Если до сих пор все обязанности лежали на одном родителе, второму будет легче сломать нежелательные ассоциации.

Вот ребенок проснулся и заплакал, и кто-то из родителей подошел к нему. Лучше, чтобы в этот заход он и продолжал проведывать ребенка, пока тот не заснет, иначе малышу покажется, что именно он силой своих легких определяет, кто из родителей появится. По той же причине не поддавайтесь на требования: «Пусть мамочка придет» или «Я к папе хочу». Договаривайтесь, кто из вас отвечает за укладывание ребенка сегодня, а кто завтра, и следуйте своему решению. Вы вернее покажете ребенку свою любовь, оставшись с ним, чем сдавшись на его требования прислать другого родителя. Когда он поймет, что вы твердо решили сами заботиться о нем в это время, то станет предвкушать его (если это часть обычного ритуала подготовки ко сну) и проникнется спокойствием и уверенностью. Это относится и к вашим подходам к нему во время ночных пробуждений.

14. Изредка ребенок так надрывается во время увеличивающихся периодов ожидания, что у него начинается рвота. В этом случае подходите к нему сразу же, даже если время еще не вышло. Умойте и переоденьте, но предельно быстро и как бы между делом, и сразу же уходите. Если за приступ рвоты вы вознаградите его излишним вниманием, он усвоит, какой это действенный способ добиться своего. Случайная рвота не навредит вашему малышу, так что не терзайтесь угрызениями совести. Как и слезы, это скоро пройдет.

15. Если у вас есть еще дети, особенно маленькие, вас может беспокоить, не разбудит ли их крик брата или сестры во время переучивания. Особенно волноваться по этому поводу не стоит. Если кто-то из детей проснется, уделите ему внимание по необходимости, но опасение кого-то разбудить не должно мешать вам следовать программе. Не забывайте: даже если пару-тройку ночей дети поспят не слишком спокойно, все быстро придет в норму. Скорее всего, они просто проспят весь процесс. Если братья и сестры спят в одной комнате и кто-то жалуется на шум или вы сами видите, что это ему сильно мешает, разрешите этому ребенку несколько ночей провести в другой комнате. Обычно ребенок с нарушениями сна хочет, чтобы брата или сестру вернули, что становится еще одним стимулом пойти навстречу вашим требованиям. Если малыш, которого вы переучиваете, спит в колыбели, можно, наоборот, на время перенести в другое помещение колыбель.

16. То, что выполнение программы будет сопровождаться криками и плачем, не означает, что этот метод годится исключительно для отшельников. Возможно, вы столкнетесь с жалобами соседей и недовольством домовладельца. Объясните, чем вы занимаетесь, и заверьте, что беспокойство продлится всего лишь несколько ночей. Начните программу в выходной день, если это для них предпочтительнее. Они упорно не желают идти вам навстречу? Может быть, стоит дождаться, когда они уедут на несколько дней. Или же вам лучше действовать очень аккуратно, шаг за шагом, когда в начале вы остаетесь в одной комнате с ребенком, чтобы свести плач к минимуму.

17. Во время переучивания ребенка лучше не прибегать к услугам няни. Однако если одну-две ночи это неизбежно, пусть она уложит ребенка любым самым простым способом. Несправедливо заставлять помощника (особенно бабушку или дедушку) выполнять за вас программу, а тот факт, что ваш заместитель уложил малыша спать по-другому, никак не пересекается с тем, чего он ждет от вас. Все поправимо. Просто не забудьте на следующий день продолжить выполнение программы. Когда новый ритуал будет закреплен, можно попросить и няню следовать ему.

Няня, которая проводит с ребенком большую часть дневного времени, хорошо его знает и может принять участие в применении метода в тихий час. Нередко няня или воспитательница в детском саду укладывает вашего ребенка спать совершенно не так, как это делаете вы. Не беда, было бы гораздо хуже, если бы и днем, и ночью его укладывали вы сами, но по-разному. Если привлечь к делу няню невозможно или нежелательно (скажем, она слишком молода), вам придется применять метод только ночью. Не страшно, он все равно принесет плоды.

18. Научившись засыпать самостоятельно благодаря правильным ассоциациям, ребенок в дальнейшем будет спать хорошо, хотя возможны временные рецидивы. При ночевках у друзей или родственников вам, возможно, придется спать в одной комнате и вы предпочтете как можно быстрее отреагировать на плач, чтобы он не перебудил хозяев. Ребенок может заболеть, страдать от боли, и вы, конечно, будете сидеть рядом с ним всю ночь или возьмете его к себе в постель. Не исключено, что по возвращении домой или после выздоровления он попытается спать в этих «новых» условиях. Стоит пойти на уступку, и временное станет постоянным, а сон стойко нарушится. Это распространенная проблема, особенно во втором полугодии жизни. Отойти от правил во время путешествия или болезни допустимо и разумно. Но если следствием станут новые ассоциации, нарушающие сон ребенка после того, как поездка или болезнь закончилась, от вас требуется одно: на несколько дней вспомнить метод затягивающегося ожидания, описанный в этой главе, чтобы восстановить порядок.

Вернуться к нормальному положению дел нетрудно, поэтому не бойтесь прийти на помощь ребенку в случае плохого самочувствия, усталости или поездки. Очень важно показать ему, что вы рядом, когда он в вас по-настоящему нуждается. Уверенность в том, что вы готовы поддержать его, поможет ему обойтись без вашей помощи в обычной ситуации. Тем не менее лучше свести временные изменения к минимуму. Если вам пришлось провести в его комнате лишнее время, это вовсе не значит, что вы должны проторчать там всю ночь. Он может захотеть пить, но одно дело – дать ему воды и совсем другое – возвращать ночные кормления. Делайте лишь то, что необходимо, чтобы в будущем его почти ни от чего не пришлось отучать.

Глава 5
Устанавливаем границы дозволенного

«Хочу попить». «Еще сказочку!» «Поцелуй меня еще раз!» Вроде бы не запредельные требования. Но если им нет конца, проститесь с планами на вечер и спокойным сном. Малыш, требующий то одно, то другое, прекрасно мог бы заснуть, если бы остался в своей постели и помолчал немного. Эта проблема порождается вседозволенностью. Скоро вы поймете, что по своему характеру, причинам и способам решения она во многом перекликается со следствиями нежелательных ассоциаций, нездорового режима кормления и распорядка дня, а также тревожности, о которых идет речь в соответствующих главах. У ребенка могут наблюдаться проявления некоторых или всех этих проблем. Сложности, возникающие в результате вседозволенности, больше характерны для детей одного-двух лет и старше, а не для младенцев, и сильнее всего проявляются не во время сна, а в период, предшествующий засыпанию.

Зачастую проблема возникает внезапно, как только малыш осваивает умение выбираться из кроватки или его переселяют в кровать взрослого типа. До сих пор высокие бортики надежно охраняли авторитет родителей: чтобы добиться своего, ребенок мог плакать и звать взрослых, и только. Но вот препятствие исчезло, а взрослые по привычке ждут, что ребенок будет оставаться в кровати всю ночь по собственной воле. Однако для ребенка двух-четырех лет и даже старше возможность обрести свободу слишком соблазнительна. Ему так хочется что-то сделать или быть с кем-то рядом. Он слышит разговоры и смех из другой комнаты, или, наоборот, в доме царит полная тишина, и непонятно, куда все делись. Желание принять участие в общей жизни за пределами его комнаты может пересилить любые резоны. Он начинает с просьб, пытаясь заманить вас к себе с тем, что ему будто бы нужно. Если вы не реагируете, он вполне может последовать за вами или найти другой способ заставить вас вернуться – скажем, подняв шум, чтобы разбудить маленького брата или новорожденную сестру. Иногда достаточно угрозы, что проснется младший ребенок, чтобы бунтарь получил желаемое.

1."The Changing Concept of Sudden Infant Death Syndrome: Diagnostic Coding Shifts, Controversies Regarding the Sleeping Environment, and New Variables to Consider in Reducing Risk" («Эволюция представлений о синдроме внезапной детской смерти: изменения кодирования диагностических сообщений, полемика вокруг организации сна ребенка и новые факторы снижения риска»), Pediatrics 116, November 2005: 1245–1255.

The free sample has ended.