Read the book: «Куда? Рассказ»

Рассказ «КУДА?»

«В навигаторе пишут «Вы прибыли». Но вокруг нет ничего. Только лес и тишина.»

Мы ехали втроём. Я, Настя и Кирилл. Возвращались из города в посёлок после выходных — я вёл машину, Настя сидела рядом, Кирилл сзади. Дождь то начинался, то затихал. Дорога была мокрой, чёрной, блестящей. Фары выхватывали только асфальт и редкие стволы сосен по бокам. Навигатор работал исправно — показывал маршрут: впереди поворот, потом мост, потом прямой участок.

Я ненавижу эту трассу. Километров двадцать — ни одного фонаря. Ни одной заправки. Ни одной живой души. Только старые бетонные столбы с оборванными проводами — остатки какой-то давно умершей линии электропередачи. Они стоят по обочинам, как памятники. Как надгробия.

Настя положила ладонь мне на бедро.

— Ты напряжён, — сказала она тихо.

— Нормально. Просто устал.

— Хочешь, я поведу?

— Нет. Я сам.

Она сжала моё бедро чуть сильнее. Я накрыл её ладонь своей. Мы ехали молча. Кирилл спал сзади. И в этой тишине — в этом дожде, в этом холоде — я впервые за долгое время почувствовал, что всё хорошо. Что она рядом. Что мы едем домой. Что ничего плохого не случится. Я ошибался.

На обочине, в свете фар, я увидел человека. Мужчина. Лет сорока. В тёмной куртке, с рюкзаком. Стоял у столба и поднимал руку.

Я сбросил скорость.

— Не останавливайся, — сказал Кирилл. Он не спал.

— Почему?

— Не нравится он мне.

— Кирилл, ночь на дворе.

— И что?

Я посмотрел в зеркало. Мужчина стоял и смотрел на нас. Не махал, не кричал. Просто стоял. И улыбался.

Настя сжала мою руку.

— Саш.

— Что?

— Не надо.

Я посмотрел на неё. Она смотрела на мужчину. И в её глазах был страх. Настоящий. Не тот, что бывает, когда страшно в кино. А тот, что бывает, когда тело знает что-то, чего не знает голова.

— Он просто человек, — сказал я. — Подвезём.

— Пожалуйста, — прошептала она.

Но я уже притормозил. Опустил стекло. Мужчина подошёл — медленно, не торопясь, будто у него было время. Он был бледный. Не как человек, который замёрз. А как-то по-другому. Как будто из него выкачали всю кровь.