Read the book: «Театр Встречного Света»

Действующие лица

На сцене заброшенного радиотеатра расположены две прозрачные звукозаписывающие кабины, которые находятся напротив друг друга. Каждая из них оборудована: микрофоном; стулом; настольной лампой; красной кнопкой прямого эфира; небольшим экраном.

Между кабинами расположена пустая вращающаяся площадка. Над ней висят два прожектора: золотой и холодный бело-синий. Когда горит только один прожектор, лицо одного человека отчетливо видно. Однако, когда лучи соединяются, возникает слишком яркое белое пятно, и лица обоих исчезают.

Этот эффект создает главный сценический образ: слияние света не всегда способствует усилению видимости, иногда оно уничтожает различия.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

МАРЕН — Мужчина; способен чувствовать глубже, чем говорить. Он видит связи между событиями, но может принять собственное толкование за объективную истину. Его искушение — превратить любовь в систему доказательств.

ЭЛАРА — Женщина. «Голос, выросший внутри закрытого дома», человек голоса, публичного слова, творчества. Она хочет говорить, создавать и быть услышанной. Но она боится, что без конкретного слушателя её слова потеряют свою ценность. Её искушение — сделать другого человека обязательной публикой.

КАССИАН — оформляет правила эксперимента / договор участия. Он всегда предлагает отношения, но требует внести в договор чёткие определения: кто кого любит, кто кого предал, кто кому обязан, кто должен вернуться, что означает молчание и каким должен быть финал

АУРЕЛЬ — Режиссёр света / ведущий сценической партитуры. Передвигает прожекторы и решает, кто главный герой. Утверждает, что на сцене может быть только один центр

ИМПРИЙ — Отвечает за камеры, экраны, отражения, крупные планы и визуальную трансляцию. Не лжёт напрямую, но показывает человеку только ту его версию, которая оказывает на другого самое сильное воздействие. Его вопрос: «Ты любишь человека или собственное отражение в его реакции?»

НУНТИЯ— Редактор сообщений и внутренней связи; переносит реплики между кабинами. Подменяет передачу интерпретацией. Не считает, что искажает сказанное, убеждена, что всякая передача имеет право завершить то, что осталось неясным. Утверждает: «Непонятое сообщение опаснее ложного». Передаёт слова, но одновременно снабжает их объяснением и предполагаемым смыслом. Подменяет передачу интерпретацией

ДАМИАН — «Хранитель очага». Сценограф/инженер пространства; собирает комнаты и бытовые реконструкции, строит комнату, где герои могли бы быть вместе. Но постепенно превращает её в декорацию идеальной жизни

ВАЛЕН — «Рана»/ (рваный, раненый). Носит судейскую мантию поверх больничной одежды. Любую границу называет наказанием, любую боль — доказательством вины другого

МИРА — «Завеса». Показывает возможные будущие сцены: примирение, совместный дом, расставание.; Триумф, одиночество, возвращение спустя годы — ни одна из этих сцен не является пророчеством. Но каждая из них кажется более правдоподобной, чем реальность

САБИНА — женщина средних лет, которая внимательно наблюдает за происходящим, но не обещает понимания или одобрения. Она не стремится говорить за других

ФАБИАН — театральный критик, превращающий всё в измеряемую оценку

ЛУЦИАН — молодой человек, который в каждом произведении находит свою историю и потому уверен, что понимает автора лучше остальных.

ИМАРА — Идеальный образ ЭЛАРЫ

Пролог. Проверка связи

Пространство: Заброшенный радиотеатр. Оборудование всё ещё функционирует, хотя непонятно, для кого оно предназначено. На сцене расположены две прозрачные звукозаписывающие кабины, расположенные друг напротив друга, но несимметрично. Кабина МАРЕНА слегка выдвинута к зрительному залу, а кабина ЭЛАРЫ немного отступает вглубь. Между ними находится пустая вращающаяся площадка.

В каждой кабине есть микрофон, стул, настольная лампа, наушники, красная кнопка и узкая вертикальная шкала звука, которая пока не горит. Стекла кабин затемнены, и изнутри можно увидеть зрительный зал, но не другую кабину. Над сценой висят два прожектора: один — золотистый, другой — холодный, почти бесцветный. Оба они выключены.

В глубине сцены расположено узкое окно аппаратной, за стеклом которой темно и никого не видно. На авансцене лежит длинный чёрный кабель, который выходит из кабины МАРЕНА, проходит между кабинами, огибает вращающуюся площадку и исчезает под кабиной ЭЛАРЫ. Сложно сказать, действительно ли он соединяет их или лишь создает видимость связи.

Тишина.

Затем появляется едва уловимый электрический шум, напоминающий одновременно шелест дождя, дыхание спящего человека, перелистывание множества страниц и море, записанное на старую пленку.

В аппаратной загорается небольшая лампа, и мы видим лишь руки НУНТИИ. Одна из них включает питание, в то время как другая проверяет две катушки с пленкой. На одной из катушек — белая лента, на другой — синяя. НУНТИЯ устанавливает их в два отдельных проигрывателя. Из динамиков доносится её безликий, спокойный и почти заботливый голос.

НУНТИЯ: Проверка оборудования начинается. Пожалуйста, не говорите до сигнала.

Входит МАРЕН. Он останавливается у своей кабины, но не заходит внутрь. Его взгляд устремляется к затемненному стеклу соседней кабины, и он пытается разглядеть, есть ли кто-нибудь внутри. Не обнаружив ничего подозрительного, он возвращается к своей кабине и кладет ладонь на стекло. Внезапно изнутри раздается короткий стук. МАРЕН отдергивает руку и ждет. Стук больше не повторяется, и он открывает дверь и заходит внутрь. Дверь закрывается сама по себе.

Почти одновременно с противоположной стороны появляется ЭЛАРА. Она подходит к своей кабине, но сначала смотрит не на неё, а в зрительный зал, словно собирается обратиться к публике.

НУНТИЯ: Пожалуйста, не говорите до сигнала.

ЭЛАРА усмехается.

ЭЛАРА: Я ещё ничего не сказала.

Её микрофон выключен. Но НУНТИЯ всё равно отвечает.

НУНТИЯ: Намерение зафиксировано.

ЭЛАРА смотрит на микрофон, затем на окно аппаратной и входит в кабину. Дверь закрывается. Красные кнопки в обеих кабинах вспыхивают на секунду и гаснут.

НУНТИЯ: Добрый вечер. Благодарим вас за участие в проверке связи. Пожалуйста, наденьте наушники.

МАРЕН и ЭЛАРА не двигаются.

За стеклом аппаратной руки НУНТИИ переводят два рычага.

В кабине МАРЕНА слышится очень тихое дыхание ЭЛАРЫ, словно она уже давно ждёт подключения. В кабине ЭЛАРЫ возникает чуть более тяжёлое дыхание МАРЕНА. Оба вслушиваются. Каждому кажется, что другой уже готов. МАРЕН быстро надевает наушники. ЭЛАРА почти одновременно делает то же самое.

НУНТИЯ: Благодарим. Проверка проводится раздельно. Вы не увидите второго участника и не услышите его голос, но вам предоставят материал, необходимый для установления качественной связи.

ЭЛАРА: Что это за материал?

Красная кнопка ЭЛАРЫ не горит. Её микрофон не включён. Но НУНТИЯ отвечает.

НУНТИЯ: Личный.

ЭЛАРА снимает один наушник и смотрит на микрофон.

МАРЕН: Что значит «личный»?

Его микрофон также не включён.

НУНТИЯ: Материал, который позволит отличить ваш голос от любого другого.

МАРЕН: Для этого достаточно имени.

НУНТИЯ: Имя не является надежным способом идентификации, его можно изменить.

ЭЛАРА: А голос — надежный? Его нельзя подделать?

НУНТИЯ: Именно это мы и проверяем.

Руки в аппаратной запускают белую катушку. Щёлкает плёнка.В кабине МАРЕНА загорается настольная лампа. Не холодная, а золотая. МАРЕН замечает, что ему предоставили не тот свет, которого он ожидал. В кабине ЭЛАРЫ остаётся темно.

На центральной вращающейся площадке появляется небольшой металлический столик. По узкой направляющей из аппаратной к нему медленно движется первая катушка — белая.

НУНТИЯ: Первый материал. После прослушивания определите, кому он принадлежит.

Раздаётся щелчок, и плёнка начинает крутиться. МАРЕН закрывает глаза. В наушниках звучит голос ЭЛАРЫ. Однако сама ЭЛАРА, находящаяся в кабине, молчит. Это запись или голос, синтезированный так, чтобы казаться записью.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я долго думал, что вода ничего не сохраняет. Что она лишь касается предмета и уходит. Что след остаётся лишь на камне, дереве или теле. Но потом я понял: вода уносит форму с собой, даже если никто больше её не видит. Она помнит прикосновение как направление движения. Она возвращается к берегу не потому, что обязана, а потому, что однажды уже знала его очертания.

МАРЕН резко открывает глаза. Подходит к стеклу кабины и снимает наушники. Голос продолжает звучать внутри кабины, но не из динамика. Кажется, что само стекло запомнило тембр ЭЛАРЫ.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я научился распознавать пустоту по её звучанию. У каждой из них был свой голос. Одна молчала, потому что ещё не приняла решение. Другая — потому что уже ушла. А третья ждала, чтобы я произнёс за неё то, что она сама не могла сказать.

МАРЕН: Остановите.

Однако запись продолжалась, и белая лента, выходя из проигрывателя, становилась всё длиннее. Она легла на центральную площадку.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Но самым опасным стало не молчание. Самым опасным стало мгновение, когда я поверил, что научился понимать её безошибочно.

МАРЕН: Остановите запись.

НУНТИЯ кладёт ладонь на вращающуюся катушку, и плёнка замирает.

Наступает тишина.

Белая лента остаётся лежать на площадке.

НУНТИЯ: Кому принадлежит материал?

МАРЕН смотрит на катушку.

МАРЕН: Это мой текст. Кто его передал?

НУНТИЯ: Ваш ответ не соответствует процедуре. Кому принадлежит материал?МАРЕН: Голос не мой.

НУНТИЯ: Вопрос касается не голоса, а содержания.

МАРЕН: Но голос меняет содержание.

НУНТИЯ: Каким образом?

МАРЕН: Он делает его чужим.

Пауза.

МАРЕН: И слишком близким.

НУНТИЯ переводит рычаг, и катушка начинает движение по направляющей. Сначала она направляется к кабине МАРЕНА, затем останавливается. После этого она разворачивается к кабине ЭЛАРЫ и снова останавливается.

НУНТИЯ: Выберите место для хранения. У себя или у второго участника.

МАРЕН: Ни там, ни там.

НУНТИЯ: Материал не может оставаться между участниками.

МАРЕН: Почему?

НУНТИЯ: Между ними нет владельца.

МАРЕН: Именно поэтому оставьте его там.

НУНТИЯ не отвечает. Белая катушка остаётся в центре. В кабине МАРЕНА гаснет золотой свет. В кабине ЭЛАРЫ загорается холодная лампа, и её лицо заливает почти бесцветный свет. ЭЛАРА надевает наушник, который она сняла.

В аппаратной НУНТИЯ запускает синюю катушку. Слышится щелчок плёнки, и к центральной площадке движется второй металлический столик. На нём лежит синяя лента.

НУНТИЯ: Второй материал. После воспроизведения определите, кому принадлежит признание.

Щёлкает плёнка, и ЭЛАРА слышит голос МАРЕНА. Она замирает.ГОЛОС МАРЕНА: Я хотела говорить своими словами, но каждый раз, когда я начинала, я представляла лицо того, кто будет слушать. Если это лицо оставалось спокойным, мне казалось, что я сказала недостаточно. Если оно отворачивалось, я меняла смысл. Если же оно улыбалось, я повторяла удачную фразу, пока она не переставала быть правдой.

ЭЛАРА не снимает наушники, а наоборот, прижимает их плотнее. Голос МАРЕНА звучит ниже и спокойнее, чем её собственный. Слова приобретают вес, которого ЭЛАРА в них раньше не замечала.

ГОЛОС МАРЕНА: Постепенно я научилась говорить не то, что чувствую, а то, что сохраняет присутствие слушателя. Мой голос стал более точным, красивым и убедительным.

ЭЛАРА подходит к микрофону, словно хочет проверить, может ли её живой голос звучать так же убедительно. Красная кнопка не горит, она не говорит.

ГОЛОС МАРЕНА: Но однажды я осталась одна и поняла, что не знаю, как звучит моя речь, когда она никого не удерживает.

ЭЛАРА закрывает глаза.

ГОЛОС МАРЕНА: Я боялась не молчания. Я боялась произнести правду — и обнаружить, что она никому не нужна.

Плёнка должна была остановиться, но ЭЛАРА не просит об этом. Проходит несколько секунд.

Голос МАРЕНА начинает повторять последнюю фразу тише.

ГОЛОС МАРЕНА: Никому не нужна. Никому. Не нужна.

ЭЛАРА снимает наушники.

ЭЛАРА: Ещё раз.

В аппаратной руки НУНТИЯ замирают.

МАРЕН, не слышащий записи ЭЛАРЫ, замечает её движение.

НУНТИЯ: Повторить материал?

ЭЛАРА смотрит на микрофон, затем на свои руки.

ЭЛАРА: Последние две строки.

НУНТИЯ отматывает синюю плёнку.Голос МАРЕНА звучит снова.

ГОЛОС МАРЕНА: Я боялась не молчания. Я боялась произнести правду — и обнаружить, что она никому не нужна.

ЭЛАРА слушает. На этот раз не закрывает глаза.

НУНТИЯ: Кому принадлежит это признание?

ЭЛАРА: Мне.

В этот момент синяя катушка начинает двигаться в её сторону, и ЭЛАРА, заметив это, говорит.

ЭЛАРА: Нет. Остановите.

Катушка замирает.

НУНТИЯ: Ответ изменён?

ЭЛАРА: Признание моё, но не голос. Передача не моя, и я не знаю, кто её слушает.

НУНТИЯ: Материал был узнан.

ЭЛАРА: Узнать себя — не значит согласиться на воспроизведение.

НУНТИЯ: Воспроизведение необходимо для проверки.

ЭЛАРА: Кто слушает проверку?

МАРЕН и ЭЛАРА одновременно смотрят в зрительный зал. Свет в зале слегка усиливается, не настолько, чтобы публика перестала быть публикой, но достаточно, чтобы зрители могли видеть лица друг друга.

НУНТИЯ: В данный момент происходит внутренняя передача.

МАРЕН: Внутри чего?

Пауза.

НУНТИЯ: Связи.

ЭЛАРА смотрит на кабину МАРЕНА. Стекло всё ещё затемнено.

ЭЛАРА: Его голос делает этот текст более убедительным.

МАРЕН не слышит её. Но НУНТИЯ слышит.

НУНТИЯ: Уточните вашу оценку.

ЭЛАРА: Я не давала оценку.

НУНТИЯ: Вы сказали: «более убедительным».

ЭЛАРА: Это не значит — правдивее.

НУНТИЯ: Но это делает её более подходящей для передачи.

ЭЛАРА смотрит на синюю плёнку.

ЭЛАРА: И поэтому она более опасна.

НУНТИЯ не отвечает. Обе катушки — белая и синяя — остаются в центре, а между ними разматываются ленты. Пока они не соприкасаются.

Руки НУНТИИ одновременно включают два канала. Красные кнопки в кабинах вспыхивают, не по воле героев. МАРЕН и ЭЛАРА слышат дыхание друг друга — на этот раз живое, без записи. Оба замирают. ЭЛАРА осторожно приближается к микрофону.

ЭЛАРА: Вы меня слышите?

МАРЕН отвечает не сразу.

МАРЕН: Да.

В наушниках ЭЛАРЫ слово «да» повторяется. Сначала голосом МАРЕНА. Спокойно.

ГОЛОС МАРЕНА: Да.

Затем чуть радостнее.

ГОЛОС МАРЕНА: Да.

Испуганно.

ГОЛОС МАРЕНА: Да.

Обвиняюще.

ГОЛОС МАРЕНА: Да.

Почти как обещание.

ГОЛОС МАРЕНА: Да.

ЭЛАРА снимает наушники, а повторы продолжают звучать из микрофона.

ЭЛАРА: Какое из них ты сказал?

МАРЕН: Только одно.

НУНТИЯ начинает разматывать короткую петлю плёнки. На ней записано слово «да». Петля проходит через четыре небольших ролика, и каждый ролик изменяет скорость и высоту звука.

НУНТИЯ: Передача восстанавливает возможные значения.

МАРЕН: Оставьте произнесённое.

НУНТИЯ: Без обработки оно недостаточно ясно.

ЭЛАРА: Пусть будет неясным.

НУНТИЯ: Неясность может привести к ошибочному пониманию.

МАРЕН: А обработка?

НУНТИЯ: Создаёт наиболее вероятное значение.

МАРЕН: Вероятное не всегда является истинным.

НУНТИЯ: Для продолжения связи достаточно вероятного.

Стёкла кабин начинают светлеть. Сначала МАРЕН и ЭЛАРА видят только движения друг друга — плечо, руку, наклон головы. ЭЛАРА приближается к стеклу, и появляется контур лица МАРЕНА, но он запаздывает за движениями последнего. МАРЕН поднимает руку, и контур повторяет это движение с небольшой задержкой. ЭЛАРА повторяет движение, и её изображение в стекле МАРЕНА опережает её на мгновение. МАРЕН отступает назад.

ЭЛАРА: Это вы меняете изображение?

НУНТИЯ: Система компенсирует задержку.

ЭЛАРА: Она угадывает движение раньше меня.

НУНТИЯ: Она может предсказать возможное продолжение.

МАРЕН: Вы демонстрируете не человека.

НУНТИЯ: Я представляю версию, которая лучше всего подходит для объединения.

В аппаратной руки НУНТИИ берут белую и синюю ленты. НУНТИЯ переносит их на центральную площадку. Площадка начинает медленно вращаться. Сначала ленты лежат параллельно. Затем НУНТИЯ пропускает их через один общий механизм. Белая лента оказывается поверх синей, а синяя — поверх белой. Они переплетаются.

ЭЛАРА: Не объединяйте записи.

НУНТИЯ: Проверяется степень совпадения.

МАРЕН: Кто потребовал совпадения?

НУНТИЯ: Связь.

МАРЕН: Связь не может требовать.

НУНТИЯ: Незавершённая — требует. Начинаем воспроизведение.

Звучат обе записи. Голос ЭЛАРЫ рассказывает историю МАРЕНА. Голос МАРЕНА произносит признание ЭЛАРЫ. Сначала звучат параллельно. Затем фразы начинают проникать друг в друга.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я долго думал, что вода ничего не сохраняет…

ГОЛОС МАРЕНА: Я хотела говорить своими словами…

ГОЛОС ЭЛАРЫ: У каждой пустоты был свой голос.

ГОЛОС МАРЕНА: Я меняла смысл, чтобы сохранить присутствие слушателя.

Фразы сливаются. Тембр голоса ЭЛАРЫ становится похож на тембр МАРЕНА, а тембр МАРЕНА — на тембр ЭЛАРЫ. Ленты на площадке становятся всё ближе, и их уже невозможно разделить взглядом.

МАРЕН нажимает красную кнопку, но ничего не происходит.ЭЛАРА пытается нажать свою кнопку, но тоже безуспешно.

МАРЕН: Остановите.

ЭЛАРА: Не используйте мой голос.

Но записи продолжают играть.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я научился узнавать отсутствие—

ГОЛОС МАРЕНА: Я научилась говорить так, чтобы—

Голоса сливаются воедино, создавая невозможное звучание. Оба голоса, мужской и женский, звучат одновременно.

ОБЩИЙ ГОЛОС: Я знаю, что ты хотела сказать.

Наступает полная тишина.

Первой отвечает ЭЛАРА.

ЭЛАРА: Нет.

МАРЕН почти одновременно произносит.

МАРЕН: Не знаешь.

Фразы не совпадают.

ЭЛАРА: Я не просила говорить вместо меня.

МАРЕН: Я не говорил, что знаю.

ЭЛАРА: Кто составил эту фразу?

МАРЕН: Из чего она сделана?

ОБЩИЙ ГОЛОС: Я поверил, что могу понять тебя, прежде чем ты заговоришь. И тогда твой голос стал мне не нужен.

Снова наступает полная тишина.

МАРЕН и ЭЛАРА одновременно нажимают красные кнопки, но ничего не происходит. Они нажимают снова.

МАРЕН: Это не мои слова.

ЭЛАРА: Это не мои слова.

Фразы звучат почти одновременно, но не совпадают.

МАРЕН: Я не говорил, что твой голос мне не нужен.

ЭЛАРА: Я не говорила, что хочу удерживать тебя словами.

МАРЕН: Я не рассказывал тебе эту историю.

ЭЛАРА: Я не делала тебе этого признания.

МАРЕН: Откуда вы это взяли?

ЭЛАРА: Кто написал текст?

В окне аппаратной становится светлее. Впервые видна НУНТИЯ. Она стоит между двумя проигрывателями, облачённая в строгий костюм радиоведущей. На её голове — наушники, а перед лицом — прозрачная маска, напоминающая защитный экран звукорежиссёра. Маска не скрывает лицо полностью. Под ней движутся губы. Слова НУНТИИ звучат одновременно из аппаратной, наушников и из её собственного рта.

НУНТИЯ: Я ничего не добавляла.

МАРЕН: Вы соединили несовпадающие фразы.

НУНТИЯ: Я лишь выбрала те части, которые лучше дополняют друг друга.

ЭЛАРА: Мои слова были сказаны не ему.

НУНТИЯ: Теперь они переданы ему.

МАРЕН: Её голос произносил мой текст.

НУНТИЯ: И вы его узнали.

МАРЕН: Это не делает подмену согласием.

НУНТИЯ: Согласие относится к участию. Вы уже участвуете.

ЭЛАРА подходит к стеклу.

ЭЛАРА: Откуда у вас признание?

НУНТИЯ: Из ваших слов.

ЭЛАРА: Я не произносила их здесь.

НУНТИЯ: Здесь — нет.

ЭЛАРА: Тогда где?

НУНТИЯ достает с одного проигрывателя небольшой отрезок синей пленки, на которой много монтажных склеек.

НУНТИЯ: Вы произносили эти слова в разное время, в различных обстоятельствах, разным людям. Иногда вы думали об этом, иногда произносили во сне, а иногда просто как вариант. Некоторые из них были записаны и затем удалены, а другие вы произносили мысленно, стоя перед микрофоном.

МАРЕН: Возможность не является словом.

НУНТИЯ: Система не различает произнесённое и подготовленное к произнесению. Для передачи это различие несущественно.

ЭЛАРА: Тогда передача лжёт.

НУНТИЯ: Нет, она завершает.

МАРЕН: Кто дал ей право?

НУНТИЯ смотрит на переплетённые ленты.

НУНТИЯ: Незавершённый разговор. То, что осталось между вами незаконченным.

Пауза.

НУНТИЯ: Каждая фраза, оставшаяся без ответа, создаёт продолжение. Каждое молчание приглашает переводчика. Каждое исчезновение требует версии. Каждое возвращение переписывает предыдущий уход.

ЭЛАРА: Между нами ничего ещё не началось.

НУНТИЯ: Тогда система использует подготовительный материал.

ЭЛАРА: Вы соединили наши голоса.

НУНТИЯ: Нет. Я только убрала расстояние между ними.

МАРЕН: Верните его.

НУНТИЯ: Расстояние нельзя вернуть в том виде, в каком оно было услышано.

МАРЕН: Верните записи.

НУНТИЯ: Кому?

МАРЕН смотрит на белую плёнку, на которой звучал голос ЭЛАРЫ, а ЭЛАРА — на синюю, где был голос МАРЕНА. Никто из них не отвечает.

НУНТИЯ: Принадлежность не установлена. Материал остаётся в связи.

ЭЛАРА подходит к стеклу. МАРЕН тоже приближается. Между ними остаётся лишь тонкая затемнённая поверхность. Они видят друг друга, но их лица слегка запаздывают за движениями. ЭЛАРА поднимает руку. Отражение МАРЕНА делает то же самое, опережая её. МАРЕН отступает.

ЭЛАРА: Я не знаю, какие слова действительно мои.

МАРЕН: Я тоже.

ЭЛАРА: Тогда начнём сначала.

НУНТИЯ: Начало уже записано.

МАРЕН: Мы его не выбирали.

НУНТИЯ: Начало редко спрашивает согласия.

ЭЛАРА: Но продолжение должно спросить.

Впервые НУНТИЯ замолкает.

МАРЕН снимает наушники и кладёт их рядом с микрофоном. ЭЛАРА делает то же самое. Теперь они могут едва различить друг друга через стекло и большое расстояние. Стекла стали почти прозрачными, но без аппаратуры звук стал очень слабым. МАРЕН приближается, и ЭЛАРА тоже делает шаг вперёд.

Между ними: два стекла, вращающаяся площадка, запутанная плёнка и длинный кабель.

МАРЕН: Скажи что-нибудь своё.

ЭЛАРА слышит не все слова. Она долго молчит.

ЭЛАРА: Что?

МАРЕН повторяет громче.

МАРЕН: Скажи что-нибудь, чего у неё нет.

Он указывает на аппаратную.

ЭЛАРА смотрит на НУНТИЯ, затем снова на МАРЕНА.

ЭЛАРА: Я не знаю, что останется моим после передачи.

МАРЕН различает только отдельные слова: «Не знаю», «Моим», «Передачи».

МАРЕН: Тогда скажи то, что можно потерять.

ЭЛАРА понимает.

ЭЛАРА: А ты?

МАРЕН: Я постараюсь не сохранять.

ЭЛАРА смотрит ему в глаза. Впервые её взгляд не опережается отражением. Она говорит негромко, без микрофона.

ЭЛАРА: Я здесь.

Её голос едва различим в зале, но МАРЕН слышит его. В этот момент дверь кабины ЭЛАРЫ с громким щелчком закрывается, и два металлических фиксатора, поднимаясь из пола, блокируют её выход. ЭЛАРА оборачивается и пытается открыть дверь.

ЭЛАРА: Я не просила запирать меня.

НУНТИЯ: Присутствие подтверждено. Фраза зарегистрирована как обязательство оставаться в точке передачи.

ЭЛАРА: Я лишь сказала, что нахожусь здесь сейчас.

МАРЕН обращается к ней через стекло.

МАРЕН: Я слышу тебя.

Длинный чёрный кабель на авансцене приходит в движение. Он натягивается, и один его конец поднимается к кабине МАРЕНА, обвивая металлическое основание. Другой конец стягивает кабину ЭЛАРЫ. Одновременно вспыхивают два прожектора — золотой и холодный, их лучи пересекаются на центральной площадке.

НУНТИЯ: Связь признана.

МАРЕН: Я услышал лишь звук.

НУНТИЯ: Слышать — это и есть действие связи.

МАРЕН: Я не признавал ничего, кроме звука.

ЭЛАРА: Присутствие не является обещанием.

НУНТИЯ: Различие не подтверждено действиями.

ЭЛАРА: Какими действиями?

НУНТИЯ: Вы остались. Он ответил. Кабель натянут.

МАРЕН берётся за кабель и пытается ослабить его. Но чем сильнее она тянет, тем крепче он обвивает основания кабин. ЭЛАРА нажимает на красную кнопку, и вместо отключения связи из динамиков звучит её фраза.

ЗАПИСАННЫЙ ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я здесь.

Ещё раз.

ЗАПИСАННЫЙ ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я здесь.

После этого голос МАРЕНА.

ГОЛОС МАРЕНА: Я здесь.

ЭЛАРА отходит от кнопки. МАРЕН нажимает на свою.

:ЗАПИСАННЫЙ ГОЛОС МАРЕНА: Я слышу.

И затем звучит голос ЭЛАРЫ.

ГОЛОС ЭЛАРЫ: Я слышу.

НУНТИЯ в аппаратной переставляет две короткие плёнки местами.

ЭЛАРА: Оставьте наши фразы там, где мы их сказали.

НУНТИЯ выходит из аппаратной. Впервые оказывается на сцене между кабинами. Её голос больше не звучит из всех динамиков. Теперь он принадлежит конкретному человеку.

НУНТИЯ: Где именно оставить?

ЭЛАРА показывает на пол своей кабины.

ЭЛАРА: Здесь.

МАРЕН указывает на пространство перед собой.

МАРЕН: В этом мгновении.

НУНТИЯ: Мгновение прошло. Место подключено к передаче. Теперь остаётся только материал.

ЭЛАРА: Нет. Остаюсь я.

НУНТИЯ: До следующего изменения.

МАРЕН: А сказанное мной?

НУНТИЯ: До следующего истолкования.

ЭЛАРА: Вы говорите так, будто человек исчезает сразу после произнесения фразы.

НУНТИЯ: Для передачи — да. После фразы остаётся только запись.

НУНТИЯ касается кабеля ногой. В тот же миг вспыхивают два прожектора — золотой и холодный, их лучи направлены на кабины. Лица МАРЕНА и ЭЛАРЫ становятся почти неразличимыми в ярком свете. Центральная площадка начинает медленно вращаться, а кабины остаются неподвижными. Создаётся ощущение, что движется весь театр.

Электрический шум превращается в шум моря, затем в аплодисменты, а после — в дыхание множества людей перед началом представления. Во всех частях сцены загораются красные кнопки: на микрофонах, на стенах, в аппаратной, под зрительскими креслами и на концах длинного кабеля. Свет в зрительном зале становится немного ярче.

МАРЕН и ЭЛАРА обращают свой взгляд на зал и видят публику. Они смотрят на неё дольше, чем в начале.

ЭЛАРА: Здесь всё время были слушатели.

МАРЕН: Или свидетели.

НУНТИЯ: После того как вы произнесли первое слово, различия исчезли.

ЭЛАРА: Мы не соглашались на эфир.

НУНТИЯ: Передача началась с момента вашего первого вдоха.

МАРЕН: Вы назвали это проверкой оборудования.

НУНТИЯ: Оборудование проверяется только при наличии материала.

ЭЛАРА: Мы не материал.

НУНТИЯ: Пока вы говорите — нет. После передачи — да.

Центральная площадка начинает вращаться быстрее. Переплетённые ленты поднимаются и образуют между кабинами две дуги. Они похожи одновременно на радиоволны, мост, сеть и рёбра неизвестного животного.

Золотой свет падает на ЭЛАРУ, а холодный — на МАРЕНА. Но через несколько секунд НУНТИЯ меняет направления прожекторов. Золотой свет оказывается на МАРЕНЕ, а холодный — на ЭЛАРУ.

ЭЛАРА: Верните мой свет.

НУНТИЯ: Какой?

ЭЛАРА не отвечает.

МАРЕН смотрит на золотой свет вокруг себя.

МАРЕН: Уберите оба.

ЭЛАРА: Нет.

Пауза.

МАРЕН смотрит на неё.

ЭЛАРА: Я хочу видеть.

МАРЕН: В этом свете нас почти не видно.

Действительно, из-за чрезмерной яркости черты их лиц начинают исчезать.

ЭЛАРА: Но слышно.

МАРЕН: Не нас.

ЭЛАРА смотрит на кабину МАРЕНА, а затем на синюю плёнку со своим признанием.

ЭЛАРА: Твой голос сделал мои слова сильнее.

МАРЕН: И поэтому они перестали быть твоими?

ЭЛАРА: Нет.

Пауза.

ЭЛАРА: Поэтому стало труднее их вернуть.

Впервые МАРЕН смотрит на неё не только как на другого участника испытания, но и как на человека, способного принять часть подмены.

МАРЕН: Ты просила повторить. Зачем?

ЭЛАРА: Я хотела понять, могут ли мои слова звучать так убедительно, чтобы им поверили.

МАРЕН: А если поверят не тебе?

ЭЛАРА не отвечает сразу.

ЭЛАРА: Тогда хотя бы услышат.

МАРЕН: Это не одно и то же.

ЭЛАРА: Я знаю. Но тому, кого не слышат, различие иногда кажется роскошью.

МАРЕН смотрит на белую плёнку со своим текстом.

МАРЕН: Твои слова сделали мою память чужой.

ЭЛАРА: Но ты её узнал.

МАРЕН: И поэтому не смог остановить.

Пауза.

Они находятся по разные стороны от переплетённых лент, но не объединены против НУНТИИ.

[Каждый из них уже столкнулся со своим искушением: ЭЛАРА — быть услышанной даже в чужом голосе, МАРЕН — узнать собственный смысл в интонации другого человека].

НУНТИЯ замечает это.

НУНТИЯ: Качество связи повышается.

ЭЛАРА: Нет.

МАРЕН: Нет.

ЭЛАРА и МАРЕН произносят это одновременно, но с разными основаниями.

НУНТИЯ подходит к центральному механизму и берёт ножницы.

ЭЛАРА напрягается.

ЭЛАРА: Не режьте плёнку.

МАРЕН: Она уже смонтирована.

НУНТИЯ: Прямая передача даёт несогласованные значения. Требуется следующий этап.

МАРЕН: Какой?

НУНТИЯ не разрывает плёнку. Она перерезает чёрный кабель, соединяющий кабины.

Раздаётся громкий электрический треск, и гаснут золотые и холодные прожекторы. Стекла кабин мгновенно темнеют.

МАРЕН и ЭЛАРА теряют друг друга из виду.

ЭЛАРА: МАРЕН?

Её голос не слышен. МАРЕН видит лишь движение за тёмным стеклом.

МАРЕН: Я здесь.

Он не уверен, слышит ли она его. ЭЛАРА бьёт ладонью по стеклу. МАРЕН отвечает тем же. Но звуки не совпадают. Один раздаётся раньше, другой — позже.НУНТИЯ снимает соединительные ленты с центрального механизма, но не разделяет их. Обе катушки остаются перекрученными.

НУНТИЯ: Прямая связь недостаточно надёжна.

МАРЕН: Вы сами её разорвали.

НУНТИЯ: Разрыв позволяет проверить, что сохраняется без второго голоса.

Кабина ЭЛАРЫ начинает медленно отступать. Не катится, а как бы поворачивается, уходя за тёмную стену. ЭЛАРА становится всё менее различимой: сначала видно её лицо, потом руку на стекле, а затем только силуэт, который постепенно исчезает.

МАРЕН: Остановите!

МАРЕН пытается открыть свою дверь, но она заперта.

НУНТИЯ: Следующий материал будет передан односторонне.

МАРЕН: Я не согласен.

НУНТИЯ: Согласие уже использовано для входа в систему.

МАРЕН: Я согласился на проверку оборудования.

НУНТИЯ: Оборудование исправно. Проверяется участник.

На месте исчезнувшей кабины ЭЛАРЫ из пола поднимается узкий стол. На нём — чёрный телефон, рядом — деревянный стул. Телефонный провод уходит под сцену, но не соединяется с кабиной МАРЕНА — по крайней мере, этого нельзя увидеть. НУНТИЯ переносит к телефону одну из переплетённых катушек и ставит её под стол. Внутри катушки всё ещё смешаны белая и синяя плёнки.

МАРЕН: Где ЭЛАРА?

НУНТИЯ: На линии.

МАРЕН: С кем?

НУНТИЯ: Вторая сторона не выходит на связь.

МАРЕН подходит к тёмному стеклу своей кабины. Пытается увидеть телефон. Сначала не может. НУНТИЯ проводит ладонью по стеклу. Оно становится прозрачным только в одном узком месте.

МАРЕН видит: телефон; стул; пустую комнату. ЭЛАРЫ там нет.

МАРЕН: Верните её голос.

НУНТИЯ: Вам будут переданы ответы.

МАРЕН: Ответы на что?

НУНТИЯ: Это предстоит восстановить вам.

Слышен первый телефонный звонок. Старый. Механический. Он звучит не на столе. Где-то под сценой. МАРЕН смотрит на телефон, но он молчит.

Второй звонок. Теперь трубка на столе едва заметно дрожит.

Третий.

В темноте за столом появляется силуэт ЭЛАРЫ. Она ещё не входит в свет. МАРЕН видит только движение. Она хочет постучать по стеклу, но останавливается.

НУНТИЯ возвращается в аппаратную. Перед тем как исчезнуть, смотрит на МАРЕНА.

НУНТИЯ: Вы услышите только ответы. Отсутствующие реплики будете давать вы.

Свет гаснет, в темноте слышны два глубоких вдоха. Один человек хочет что-то сказать, другой тоже, но непонятно, кто из них заговорит первым.

Телефон снова звонит.

Действие 1: ТЕНЬ ВОДЫ. Сцена 1

Сцена 1

Действующие лица:

МАРЕН

ЭЛАРА

ИМПРИЙ —Демонстрирует ту версию человека, которая наиболее сильно воздействует на зрителя. Может говорить голосами возможных собеседников, менять расстояние между людьми и превращать предположение в законченную сцену.

НУНТИЯ — оператор передачи. Управляет телефонной линией, кабиной МАРЕНА, пустыми рамами и регистрацией пауз. Не считает подмену насилием, если она делает сообщение более понятным.

Пространство: После пролога всё ещё темно. Слышны два вдоха, как будто один человек собирается заговорить, а другой — поддержать его. Однако вместо их голосов раздается телефонный звонок. Он стар, механичен и настойчив, он звучит не на сцене, а где-то под ней.

Пауза.

Второй звонок. Затем третий. Постепенно возвращается свет. Одна из стеклянных кабин исчезла, открывая узкую комнату без стен. В центре комнаты стоит стол, на котором лежит черный телефон. Рядом находится деревянный стул. Телефонный провод уходит под сцену. Под столом можно увидеть большую катушку: провод может разматываться почти бесконечно.

Вторая кабина осталась нетронутой. В ней сидит МАРЕН. Перед ним стекло стало прозрачным, но дверь остаётся закрытой. Внутри нет ничего, кроме стула, карандаша и пустой металлической рамки размером с лист бумаги.Сбоку от кабины стоит НУНТИЯ. На ней рабочая одежда телефонной станции: тёмное платье, наушники, пояс с ключами, катушка белого провода и несколько пустых рамок разных размеров. Она проверяет соединения и открывает маленькое окошко в кабине МАРЕНА. Кладёт перед ним карандаш.

НУНТИЯ: Вы услышите только ответы.

МАРЕН: Чьи?

НУНТИЯ: ЭЛАРЫ.

МАРЕН: Кому она отвечает?

НУНТИЯ: Вторая сторона разговора не будет передаваться. Она не участвует в испытании.

МАРЕН: Но без неё невозможно понять разговор.

НУНТИЯ: Поэтому недостающие реплики будете давать вы.

МАРЕН смотрит на карандаш.

МАРЕН: Я не знаю их.

НУНТИЯ: Но вы знаете вероятные.

МАРЕН: Вероятность не является словом человека.

НУНТИЯ: Но она позволяет продолжить передачу.

Телефон снова звонит. На сцену входит ЭЛАРА. Она не видит МАРЕНА и не замечает НУНТИЮ, а проходит мимо телефона, но звонок не прекращается. ЭЛАРА останавливается, не оборачиваясь.

ЭЛАРА: Я слышу. Звонок.

Телефон продолжает звонить, становясь всё громче.

ЭЛАРА: Я же сказала, что слышу.

Телефон всё звонит.

ЭЛАРА возвращается к столу, кладёт руку на трубку, но не поднимает её. Телефон продолжает звонить, и она наконец берёт трубку.

Тишина. ЭЛАРА слушает.

ЭЛАРА: Да.

Пауза.

ЭЛАРА: Нет. Я уже не спала.

НУНТИЯ ставит перед кабиной МАРЕНА первую пустую раму. Рама небольшая, без текста.

НУНТИЯ: Первая пауза.

МАРЕН: Я не слышал вопроса.

НУНТИЯ: Именно поэтому нам нужен ваш голос.

МАРЕН: Это уже будет мой вопрос, а не её собеседника.

НУНТИЯ: До произнесения различие несущественно.

МАРЕН: После произнесения оно станет ещё важнее.

Из глубины появляется узкая полоса света. Из неё выходит ИМПРИЙ. На нём длинное пальто, состоящее из зеркальных пластин. Каждая пластина отражает фрагмент МАРЕНА: глаз, рот, ладонь, наклон головы, сжатые пальцы. Но ни в одной из них нет ЭЛАРЫ. ИМПРИЙ подходит к столу с телефоном и становится напротив ЭЛАРЫ. Он говорит голосом, который мог бы принадлежать возможному собеседнику.

ИМПРИЙ: Я тебя разбудил?

ЭЛАРА отвечает той же репликой, которую уже произнесла.

ЭЛАРА: Нет. Я уже не спала.

ИМПРИЙ переходит на другую сторону стола. Его голос становится мягче.

ИМПРИЙ: Ты ждала моего звонка?

ЭЛАРА повторяет.

ЭЛАРА: Нет. Я уже не спала.

ИМПРИЙ садится на стул и говорит спокойно, словно размышляя о повседневных делах.

ИМПРИЙ: Почему ты не спишь?

ЭЛАРА: Я уже не спала.

ИМПРИЙ: Три вопроса прозвучали, и каждый из них имеет смысл. Но ни один из них не получил подтверждения.

ИМПРИЙ поворачивается к МАРЕНУ.

ИМПРИЙ: Выбирай.

МАРЕН: Зачем?

ИМПРИЙ: Чтобы у разговора было начало.

МАРЕН: Начало уже было. Просто я его не слышал.

ИМПРИЙ: Для человека внутри кабины это одно и то же.

ИМПРИЙ снимает с пальто три зеркальные пластины и вставляет их в небольшую раму. В первой пластине МАРЕН видит своё обеспокоенное отражение, во второй — ожидающее, а в третьей — случайно разбуженное.

ИМПРИЙ: Кем ты был в начале этого разговора?

МАРЕН: Меня там не было.

ИМПРИЙ: Тогда выбери, кем мог бы быть.

МАРЕН смотрит на отражения, задерживая взгляд на первом.

МАРЕН: «Я тебя разбудил?»

ИМПРИЙ оставляет пластину с обеспокоенным МАРЕНОМ, а две другие возвращает на пальто. НУНТИЯ берёт раму, вставляет её в паз кабины, и замок щёлкает, закрываясь.

НУНТИЯ: Первая реплика принята.

Под столом ЭЛАРА начинает разматываться телефонный провод. Стол едва заметно сдвигается в сторону кабины МАРЕНА, на несколько сантиметров. МАРЕН замечает это движение.

МАРЕН: Почему комната движется?

НУНТИЯ: Вы уточнили положение разговора.

МАРЕН: Я выбрал один из возможных вопросов.

ИМПРИЙ: Каждая выбранная возможность создаёт пространство.

ЭЛАРА продолжает слушать.

ЭЛАРА: Нет, не поэтому.

Пауза.

ЭЛАРА: Я не сержусь.

Пауза.

ЭЛАРА: Я просто не хочу начинать это снова.

НУНТИЯ устанавливает вторую раму, которая больше первой.

НУНТИЯ: Следующая пауза.

МАРЕН отходит от стекла.

МАРЕН: «Снова» не обязательно означает «со мной».

ИМПРИЙ: Но ты подумал о себе.

МАРЕН: Потому что узнаю её голос.

ИМПРИЙ: Нет. Потому что ты узнаёшь его интонацию.

МАРЕН: Интонация ничего не доказывает.

ИМПРИЙ: Зато она напоминает.

ИМПРИЙ касается одной из пластин на груди. Она начинает отражать ЭЛАРУ, но отражённая ЭЛАРА смотрит прямо на МАРЕНА. Настоящая ЭЛАРА смотрит на телефонный провод.

ИМПРИЙ: На этот раз выбор не ограничивается словами, а касается роли.

Свет меняется.

Кабина МАРЕНА отдаляется от ЭЛАРЫ, и между ними появляется тёмная перегородка.

ИМПРИЙ становится у телефона.

ИМПРИЙ: Я хочу всё закончить.

ЭЛАРА (отвечает): Я просто не хочу начинать это снова.

ИМПРИЙ смотрит на МАРЕНА.

ИМПРИЙ: Тебе отказали. Но ты существуешь. Ты — тот, кому сказали «нет».

Свет меняется.

Перегородка исчезает, и между кабиной и ЭЛАРОЙ появляется узкая золотая дорожка.

ИМПРИЙ (говорит тише): Ты всё ещё меня любишь?

ЭЛАРА: Я просто не хочу начинать это снова.

ИМПРИЙ: Она боится не тебя, а силы собственного чувства. Ты необходим.

Свет снова меняется.

Свет внутри кабины МАРЕНА гаснет, а ЭЛАРА остаётся освещённой. ИМПРИЙ проходит мимо кабины, не глядя на МАРЕНА, и садится у телефона спиной к нему.

ИМПРИЙ: Этот разговор вообще не о тебе.

ЭЛАРА: Я просто не хочу начинать это снова.

ИМПРИЙ: МАРЕН исчезает из пространства разговора. Не отвергнут. Не любим. Не назван. Какая из версий наиболее жестока?

МАРЕН (из темноты): Третья.

ИМПРИЙ: Почему?

МАРЕН: В ней я не могу ничего решить.

ИМПРИЙ: Тогда выбери одну из первых.

Свет возвращается в кабину. ИМПРИЙ поднимает две зеркальные пластины: на одной — отвергнутый МАРЕН; на другой — необходимый. МАРЕН смотрит на вторую.

МАРЕН: Скрытое признание.

ИМПРИЙ вставляет её во вторую раму. НУНТИЯ запирает её. Телефонный стол снова сдвигается к кабине. Золотая дорожка между МАРЕНОМ и ЭЛАРОЙ остаётся нетронутой. Она не замечает этого и, нахмурившись, наматывает провод на палец.

ЭЛАРА: Я всё помню.

Пауза.

ЭЛАРА: Нет, не всё.

Ещё одна пауза.

ЭЛАРА: Некоторые вещи я бы предпочла забыть.

ИМПРИЙ подходит к ЭЛАРЕ. За её спиной появляются три пустые рамы. Он входит в каждую из них по очереди.

В первой:

ИМПРИЙ: Ты помнишь тот вечер?

Во второй:

ИМПРИЙ: Ты помнишь, что обещала?

В третьей:

ИМПРИЙ: Ты помнишь меня?

МАРЕН (резко): Уберите последнее.

ИМПРИЙ остаётся в третьей раме.

ИМПРИЙ: Почему?

МАРЕН: это слишком очевидно.

ИМПРИЙ: Или слишком вероятно?

МАРЕН: Она говорила о вещах, а не о людях.

ИМПРИЙ: Она сказала, что предпочла бы забыть о некоторых вещах.

МАРЕН: Вещи — это не люди.

ИМПРИЙ: Когда люди оказываются рядом, они часто становятся местом, где происходят удивительные вещи.

МАРЕН: Но вещи — это не они сами.

ИМПРИЙ: Однако это позволяет задать вопрос.

Он снова произносит.

ИМПРИЙ: Ты помнишь меня?

ЭЛАРА отвечает в трубку.

ЭЛАРА: Я не говорила, что это было ошибкой.

Пауза.

ЭЛАРА: Я сказала, что больше так не могу.

ИМПРИЙ медленно выходит из рамы и приближается к МАРЕНУ.

ИМПРИЙ: Ты уже выбрал скрытое признание. Продолжай идти по этому пути.

МАРЕН: Последовательность предположений не делает их истиной.

ИМПРИЙ: Зато она делает их историей.

Он снимает с пальто большую пластину и протягивает её МАРЕНУ через окошко кабины. В зеркале появляется ЭЛАРА, она смотрит прямо на МАРЕНА и говорит.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Я больше так не могу, потому что слишком много чувствую.

МАРЕН вздрагивает и смотрит на настоящую ЭЛАРУ, которая молчит, слушая разговор по телефону.

МАРЕН: Она этого не говорила.

ИМПРИЙ: Но могла иметь в виду.

Выражение лица ЭЛАРЫ в зеркале меняется.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Я больше так не могу, потому что ничего не чувствую.

МАРЕН хочет положить пластину, но ИМПРИЙ удерживает её.

ИМПРИЙ: Выбирай.

МАРЕН: Оба варианта кажутся жестокими.

ИМПРИЙ: Неизвестность порой тоже может быть жестокой.

МАРЕН: Нет.

ИМПРИЙ: Ты уверен?

МАРЕН не отвечает.

ИМПРИЙ: Неизвестность не оставляет тебе пространства. В признании ты нужен. В отказе ты хотя бы существуешь как тот, кому отказали. Только в неизвестности она может говорить не с тобой.

МАРЕН: Я слышу её.

ИМПРИЙ: Это не значит, что она обращается к тебе.

МАРЕН: Но вы хотите, чтобы я принял решение.

МАРЕН смотрит в зеркало. В нём отражается ЭЛАРА, а за её лицом — его собственные глаза. Он берёт пластину и вставляет её в третью раму.МАРЕН: Пусть будет признание.

НУНТИЯ запирает дверь. Телефонный провод разматывается сильнее, проходит через всю сцену, поднимается к кабине и обвивает ножку стула МАРЕНА. ЭЛАРА невольно поворачивается в его сторону, но её взгляд по-прежнему направлен не на него.

НУНТИЯ: Связь укреплена.

МАРЕН: Связь придумана.

НУНТИЯ: Вы трижды подтвердили направление.

МАРЕН: Я трижды выбирал возможность.

ИМПРИЙ: Три возможности, направленные в одном направлении, уже похожи на намерение.

ЭЛАРА садится и говорит тише.

ЭЛАРА: Я не знаю. (Пауза). Нет, правда не знаю.

Пауза.

ЭЛАРА: Раньше мне казалось, что я знаю.

Пауза.

ЭЛАРА: Теперь я не уверена даже в том, что была уверена тогда.

ИМПРИЙ снимает с пальто одну зеркальную пластину. Протягивает её МАРЕНУ. На пластине видна ЭЛАРА. Но ЭЛАРА смотрит прямо на МАРЕНА, хотя на сцене ЭЛАРА смотрит в пол.

ИМПРИЙ: Посмотри внимательнее.

МАРЕН берёт пластину.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Я не знаю, люблю ли тебя.

МАРЕН вздрагивает. Смотрит на настоящую ЭЛАРУ. Та молчит, слушая телефонную трубку.

ЭЛАРА в зеркале снова говорит.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Я не знаю, вернусь ли.

Затем.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Я не знаю, было ли это настоящим.

Затем.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Не понимаю, почему ты всё ещё ждёшь.

ИМПРИЙ: Какая неизвестность тебе нужна? Какая пугает сильнее?

МАРЕН: Все принадлежат мне. Не ей.

ИМПРИЙ: Именно поэтому они действуют.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Не знаю, почему ты всё ещё ждёшь.

МАРЕН закрывает отражению ладонью рот. Оно продолжает говорить голосом самого МАРЕНА.

ЭЛАРА В ЗЕРКАЛЕ: Не понимаю, почему ты всё ещё ждёшь.

МАРЕН отдёргивает руку.

МАРЕН: Это мой голос.

ИМПРИЙ: Но её лицо.

МАРЕН: Это подделка. Обман.

ИМПРИЙ: Это лишь одна из версий.

МАРЕН: Вы заставили её сказать то, чего она не говорила.

ИМПРИЙ: Я лишь даю голос тому, что ты боишься услышать.

Он вытаскивает пластину из рамы и бросает её на пол. Она не разбивается и приземляется отражающей стороной вверх. Теперь в ней можно увидеть лицо МАРЕНА.

ИМПРИЙ: Твоё воображение не лжёт.

МАРЕН: Лжёт.

ИМПРИЙ: Оно лишь отражает то, что для тебя возможно.

МАРЕН: Возможное не произошло.

ИМПРИЙ: Но уже причинило боль.

МАРЕН: Боль не делает событие истинным.

ИМПРИЙ улыбается.

ИМПРИЙ: Тебе ещё предстоит доказать это.

ЭЛАРА встаёт. Телефонный провод остаётся намотанным вокруг её пальца.

ЭЛАРА: Я не обещаю. (Пауза). Нет. Не потому, что не хочу. (Пауза). Я не знаю, смогу ли выполнить.

ИМПРИЙ стремительно поднимает золотую дорожку между ЭЛАРОЙ и МАРЕНОМ, превращая её в мост. Кабина МАРЕНА открывается, и впервые дверь не заперта. Телефонный провод ложится прямо ему в руку.

ИМПРИЙ: Теперь всё проще.

МАРЕН почти выходит из кабины.

МАРЕН: Ничего не стало проще.

ИМПРИЙ: Она сказала: «Не потому, что не хочу».

МАРЕН: Это может относиться к чему угодно.

ИМПРИЙ: Но не к чему-то определённому.

МАРЕН: Вы превращаете оговорку в обещание.

ИМПРИЙ: Я возвращаю ей смысл.

МАРЕН: Вы выбираете удобное значение.

ИМПРИЙ: Удобное для кого?

МАРЕН молчит.

ИМПРИЙ: Тебе было бы удобнее услышать отказ?

МАРЕН: Нет.

ИМПРИЙ: Тогда признание?

МАРЕН: Тоже нет.

ИМПРИЙ: Ты хочешь оставить дверь открытой.

МАРЕН: Я хочу не придумывать, что находится за дверью.

ИМПРИЙ: Это и называется ожиданием.

МАРЕН: Нет. Ожидание уже знает, чего ждёт. Ожидание требует будущего.Неизвестность же не обещает даже следующей минуты.

МАРЕН делает шаг на мост. ЭЛАРА держит трубку двумя руками, и её голос становится мягче.

ЭЛАРА: Я тоже скучала.

Вся сцена мгновенно преображается. Золотой мост становится шире, стены кабины МАРЕНА раздвигаются, и между его рукой и рукой ЭЛАРЫ натягивается телефонный провод. ИМПРИЙ поворачивает ЭЛАРУ к МАРЕНУ, но не физически, а словно её зеркальное отражение. Живая ЭЛАРА остаётся лицом к неизвестному собеседнику, и за ними появляется единая тень.

ИМПРИЙ (произносит): Теперь она говорит с тобой.

МАРЕН выходит из кабины и делает несколько шагов к ЭЛАРЕ.

МАРЕН: Я услышал четыре слова.

ИМПРИЙ: Этого достаточно.

МАРЕН: По кому она скучала?

ИМПРИЙ: По человеку, с которым говорит.

МАРЕН: Кто на другом конце провода?

ИМПРИЙ: Тот, кто ей дорог.

МАРЕН: Это ты так решил.

ИМПРИЙ: Она сама так сказала.

МАРЕН: Она сказала, что скучала.

ИМПРИЙ: Люди не скучают без причины.

МАРЕН: Причины могут быть разными.

ИМПРИЙ: Любовь.

МАРЕН: Вина.

ИМПРИЙ: Привязанность.

МАРЕН: Привычка.

ИМПРИЙ: Желание вернуть.

МАРЕН: Страх потерять окончательно.

ИМПРИЙ: Разве это не одно и то же?

МАРЕН останавливается и смотрит на ЭЛАРУ. Она не видит его и не осознаёт, что он рядом. Не протягивает руку, не отпускает провод.

МАРЕН: Нет.ИМПРИЙ молчит в ожидании.МАРЕН: Скучать — не значит выбирать.

Золотой мост, словно раскалённый, начинает трескаться. Не физически, а как будто по нему проходит тёмная линия, разделяющая общую тень.

МАРЕН: Она может скучать, но не желать вернуться. Может скучать по человеку, с которым была рядом. По месту, по привычке, по времени, по тому, чего больше не хочет.

ИМПРИЙ: Ты снова перечисляешь версии.

МАРЕН: Да. Но не выбираю одну из них за неё. Ответ, который я могу дать, не станет её ответом.

МАРЕН отпускает телефонный провод, и тот падает на пол. Кабина за его спиной остаётся открытой. ЭЛАРА продолжает разговор.

ЭЛАРА: Я не хотела, чтобы ты узнал это от другого человека.

Наступает тишина.

НУНТИЯ медленно выходит в центр комнаты. В руках у неё большая пустая рама. НУНТИЯ ставит её между МАРЕНОМ и ЭЛАРОЙ. Через раму ЭЛАРА ещё видна.

НУНТИЯ (объявляет): Критическая пауза.

ИМПРИЙ приближается к раме. За ней начинают появляться двери. Первая. За ней стоит чемодан. Вторая. За ней висит чужое пальто. Третья. За ней белый свет больничной палаты. Четвёртая. За ней накрытый на двоих стол. Пятая дверь открывает пустоту.

ИМПРИЙ открывает первую дверь.

ИМПРИЙ: Она уезжает.

Вторую дверь.

ИМПРИЙ: Она выбрала другого.Третью дверь.

ИМПРИЙ: Она больна.

Четвёртую дверь.

ИМПРИЙ: Она возвращается.

Пятую дверь.

ИМПРИЙ: Это вообще не касается тебя.

МАРЕН внимательно осматривает двери. Каждая из них предлагает законченную историю.

ИМПРИЙ: Выбери комнату. Одна из них всё равно окажется ближе к правде.МАРЕН: Но ни одна не принадлежит её словам.

ИМПРИЙ идёт к двери с чужим пальто и уже тянется к ручке, когда МАРЕН перехватывает его запястье.

МАРЕН: Не открывай.

ИМПРИЙ: От этого зависит следующая реплика.

МАРЕН: Тогда я подожду следующую.

ИМПРИЙ: Она может ничего не объяснить.

МАРЕН: Значит, не объяснит.

ИМПРИЙ: Ты останешься без ответа.

МАРЕН: Ответ, который я выберу, не будет её ответом.

ИМПРИЙ пытается освободить руку.

ИМПРИЙ: Но ты сможешь жить дальше.

МАРЕН: В одной из твоих комнат?

ИМПРИЙ: У каждой есть дверь.

МАРЕН: Дверь в выдуманный дом не становится выходом.

МАРЕН закрывает первую дверь, затем вторую, третью, четвёртую и пятую, не заглядывая ни в одну из них.

После каждой закрытой двери комната ЭЛАРА возвращается к своему прежнему виду: стол, телефон, стул и ЭЛАРА — ничего больше. ИМПРИЙ остаётся у большой пустой рамы.

ИМПРИЙ: Она может сказать, что выбирает не тебя.

МАРЕН: Возможно.

ИМПРИЙ: Что не вернётся.

МАРЕН: Может быть.

ИМПРИЙ: Что любит.

МАРЕН молчит.

ИМПРИЙ: Что весь этот разговор вообще не о тебе.

Пауза.

МАРЕН смотрит на ЭЛАРУ. Она всё ещё ждёт ответа из трубки.

МАРЕН: И это возможно.

Впервые зеркальные пластины на пальто ИМПРИЙ перестают показывать лицо МАРЕНА. В них отражаются: пустая комната, телефон, стул, ЭЛАРА. МАРЕН исчезает. ИМПРИЙ смотрит на собственное пальто.

ИМПРИЙ: Тогда зачем ты слушаешь?

МАРЕН: Потому что слышу её голос.

ИМПРИЙ: Который говорит не тебе.

МАРЕН: Возможно.

ИМПРИЙ: Не объясняет твою историю.

МАРЕН: Возможно.

ИМПРИЙ: Не обещает тебе места.

МАРЕН не отвечает.

ИМПРИЙ: И всё же ты слушаешь.

МАРЕН: Да.

ИМПРИЙ отступает. Его фигура начинает растворяться среди отражений. Но большая рама остаётся. НУНТИЯ держит её вертикально.

ЭЛАРА наконец говорит:ЭЛАРА: Я хотела сказать тебе это сама.

Пауза.

ЭЛАРА: Но теперь уже слишком поздно притворяться, будто ничего не произошло.

НУНТИЯ подносит пустую раму к МАРЕНУ.

НУНТИЯ: Определите значение.

МАРЕН: Я не знаю.

НУНТИЯ: Пожалуйста, уточните.

МАРЕН: Я не знаю, с кем она разговаривает, не понимаю, о чём идёт речь, и не уверен, касается ли это меня.

НУНТИЯ: Такой ответ не завершает передачу.

МАРЕН: Не завершайте её.

НУНТИЯ: Пауза будет зарегистрирована как ошибка.

МАРЕН: Регистрируйте.

НУНТИЯ: Какой тип ошибки?

МАРЕН смотрит через пустую раму на ЭЛАРУ.

МАРЕН: Ошибка принадлежности.

НУНТИЯ: Такого типа ошибки не существует.

МАРЕН: Теперь существует.

НУНТИЯ: Пожалуйста, поясните.

МАРЕН хочет ответить, но останавливается. Не может произнести готовую формулу.

МАРЕН: Я решил, что это пустое место предназначено для меня.

НУНТИЯ ждёт продолжения, но его нет.

НУНТИЯ: Ответ недостаточен.

МАРЕН: Другого у меня нет.

ЭЛАРА медленно опускает трубку, но не кладёт её. Продолжает слушать человека, которого МАРЕН не слышит. Её лицо меняется, и невозможно понять, что она услышала: отказ, просьбу, признание, прощание, новость или обычный вопрос. МАРЕН смотрит на неё, не приближаясь и не пытаясь повторить выражение её лица. ЭЛАРА закрывает глаза.

ЭЛАРА: Хорошо.

Долгая пауза.

ЭЛАРА: Я услышала.

Она кладёт трубку, и телефон тут же начинает звонить снова. ЭЛАРА смотрит на него, но не отвечает. Затем она берёт стул, относит его к стене и уходит. Телефон продолжает звонить в пустой комнате. МАРЕН остаётся за пределами кабины. Между ним и телефоном стоит большая пустая рама, на которой по-прежнему написано: «ПАУЗА 15».

Пустое пространство медленно расширяется, и в нём отражается зрительный зал. Теперь каждый зритель видит в нём себя. Из темноты звучит голос ИМПРИЯ.

ИМПРИЙ: Ты всё равно вернёшься к этой паузе.

МАРЕН отвечает не сразу.

МАРЕН: Да.

ИМПРИЙ: И всё равно придумаешь ответ.

МАРЕН не отвечает. Отражение исчезает. Телефон замолкает. Впервые тишина не сопровождается новой версией. МАРЕН подходит к аппарату, берёт трубку. Слышен длинный гудок. Он кладёт трубку.

Пауза.

Затем он снова снимает трубку и начинает набирать номер. Первая цифра — короткий электронный сигнал. Вторая. Третья. Следующие. МАРЕН нажимает медленно, после каждой цифры может остановиться. Доходит до последней. Палец остаётся над кнопкой.

Из темноты появляется НУНТИЯ. Она больше не держит рамы, которые теперь стоят закрытыми вдоль стен.

НУНТИЯ: Последняя цифра.

МАРЕН не нажимает на кнопку.

ИМПРИЙ: Соединение требует завершения.

МАРЕН: Я знаю.

НУНТИЯ: Собеседница может ответить.

МАРЕН: Знаю.

НУНТИЯ: Она может не ответить.

МАРЕН: Знаю.

НУНТИЯ: Может сказать то, чего вы не сможете изменить.

Пауза.

МАРЕН убирает палец, и номер остаётся незавершённым.

НУНТИЯ: Соединение не завершено.

Пауза.

Голос НУНТИИ уже из следующей сцены.

НУНТИЯ: Предлагается восстановленная версия.

Действие 1: ТЕНЬ ВОДЫ. Сцена 2

Сцена 2

Действующие лица:

МАРЕН

ЭЛАРА

ИМАРА — Идеальный образ ЭЛАРЫ. Обладает её лицом, голосом и памятью, но каждое движение и каждое признание доведены до убедительной завершённости.

НУНТИЯ —Женщина-оператор.

После предыдущей сцены темно. Слышно, как кто-то набирает телефонный номер. Первая цифра. Короткий электронный сигнал. Вторая. Третья. Цифры нажимаются медленно, неуверенно, с небольшими паузами после каждого нажатия, словно человек ещё может передумать и отменить вызов. Последняя цифра так и не была нажата, а палец застыл над кнопкой.Тишина.

Затем раздается голос НУНТИИ, спокойный и участливый.

НУНТИЯ: Соединение не завершено.

Пауза.

НУНТИЯ: Предлагается восстановленная версия.

МАРЕН: Версия чего?

НУНТИЯ: Разговора, который мог бы состояться.

МАРЕН: Но он не состоялся.

НУНТИЯ: Именно поэтому восстановление возможно.

Слышен мягкий запуск механизма. Центральная круглая площадка начинает вращаться. Из темноты появляется небольшая комната, которая кажется слишком идеальной, чтобы быть настоящей. Белые стены, белый стол и два стула — всё это создает атмосферу чистоты и свежести. Ваза с цветами, которые никогда не увядают, гармонично дополняет интерьер. В глубине комнаты виднеется дверь без ручки. Каждый предмет в помещении расположен так, чтобы ни одна случайная тень не нарушала общую гармонию.

В центре комнаты стоит ИМАРА. Она выглядит в точности как ЭЛАРА: та же одежда, та же причёска, та же линия плеч, те же привычные движения рук. Однако все её движения кажутся чуть более точными: осанка, поворот головы, ритм дыхания, продолжительность взгляда, момент появления улыбки, длина паузы перед важной фразой — всё это завершается в идеально выверенных точках.

МАРЕН стоит за пределами комнаты, между ним и стеной нет преграды. Однако, когда он пытается войти внутрь, световая граница на полу становится ярче, и он не может преодолеть её. Перед ним появляется небольшая панель с единственной кнопкой «ВОСПРОИЗВЕСТИ». Рядом с кнопкой написано: «ИМАРА — Идеальный образ ЭЛАРЫ. Стабильный». ИМАРА остаётся неподвижной.

НУНТИЯ: Запись содержит полный набор возможных ответов.

МАРЕН: На какие вопросы?

НУНТИЯ: На те, которые вы не успели задать.

МАРЕН: Я не просил восстанавливать разговор.

НУНТИЯ: Вы не завершили соединение, и система выполнила ваше намерение. Разговор не восстановлен, но восстановлен ваш собеседник.

МАРЕН: Это не собеседник.

НУНТИЯ: Проверка будет доступна после запуска.

МАРЕН смотрит на ИМАРУ. Кажется, что она не дышит. Или же её дыхание настолько точно изображено, что это не настоящая жизнь, а лишь её имитация.

МАРЕН нажимает на кнопку. ИМАРА оживает, делает вдох и смотрит прямо на МАРЕНА.

ИМАРА: Я здесь.

МАРЕН вздрагивает. Эти слова уже звучали раньше, но теперь в них нет ни страха, ни сомнения, ни риска быть неправильно понятой, ни возможности сразу же взять сказанное обратно.

МАРЕН: Где?

ИМАРА: Там, где ты можешь меня услышать.

МАРЕН: Это не ответ.

ИМАРА: Тогда спроси точнее.

МАРЕН обходит комнату. ИМАРА поворачивается вслед за ним ровно настолько, чтобы поддерживать зрительный контакт, не более того.

МАРЕН: Ты хотела позвонить, но не позвонила?

Пауза ИМАРЫ длится ровно столько, чтобы ответ не прозвучал ни заученно, ни поспешно.

ИМАРА: боялась, что мой звонок снова станет для тебя обещанием.

МАРЕН молчит.

ИМАРА: Но молчание оказалось ещё большим обещанием.

МАРЕН переводит взгляд на НУНТИЮ.

МАРЕН: Это очень удобно сформулировано.

ИМАРА: Я долго искала точные слова.

МАРЕН: Ты их не искала. Тебя записали.

ИМАРА: Разве найденное слово становится менее истинным из-за способа его появления?

МАРЕН: Когда оно исходит из чужих уст, да.

ИМАРА: Но этот человек тебе знаком.

ИМАРА улыбается. Это именно та улыбка, которую МАРЕН хотел бы видеть. Она не слишком счастливая и не слишком виноватая. В ней достаточно тепла, чтобы сохранить надежду, и достаточно грусти, чтобы оправдать прошлое.

ИМАРА: Я знаю, что причинила тебе боль, которую ты до сих пор не можешь выразить, не обвинив себя.

МАРЕН отступает.

НУНТИЯ: Ваша реакция соответствует ожиданиям.

МАРЕН: Я не ожидал такого.

НУНТИЯ: Вы ждали этих слов.

МАРЕН: Ожидать — не значит услышать.

ИМАРА: Но теперь ты их слышишь.

ИМАРА подходит к столу, берёт из вазы цветок и протягивает его МАРЕНУ. Её рука замирает на световой границе, но МАРЕН не может войти в комнату и принять цветок.

ИМАРА: Мне жаль, что я не сказала этого раньше.

МАРЕН: Раньше— это когда?

ИМАРА: Тогда, когда ещё можно было не потерять тебя.

МАРЕН: А теперь?

ИМАРА: Теперь я не знаю, потеряла ли.

МАРЕН смотрит на неё. В этом ответе есть всё: надежда, печаль, неопределённость, возможность продолжения и достаточная вина.

МАРЕН: Ты всегда отвечаешь так, чтобы ни одна дверь не закрылась окончательно.

ИМАРА медленно опускает цветок.

ИМАРА: Разве ты хочешь, чтобы дверь закрылась?

МАРЕН переводит взгляд на дверь без ручки.

МАРЕН: Я хочу знать, существует ли она.

ИМАРА: Я могу сказать иначе.

После небольшой паузы интонация ИМАРЫ меняется, становится более сухой.

ИМАРА: Я не вернусь.

МАРЕН замирает.

ИМАРА: Или так.

ИМАРА (Интонация становится мягче): Я всё ещё люблю тебя.

Пауза.

ИМАРА: Или вот так.

ИМАРА (Совершенно спокойно): Я никогда не любила тебя так, как ты надеялся.

МАРЕН смотрит на панель.

НУНТИЯ: Выберите режим ответа: ОТКАЗ, ПРИЗНАНИЕ, ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ ПРАВДА

МАРЕН: Какой из них настоящий?

НУНТИЯ: Каждый соответствует одной из возможных траекторий.

МАРЕН: А как же та, которая уже произошла?

НУНТИЯ: То, что уже произошло, не является единственным источником истины.

МАРЕН: Для человека как раз является.

НУНТИЯ: а для памяти — нет.

ИМАРА смотрит на МАРЕНА.

ИМАРА: Я могу быть той, какой ты меня помнишь.

МАРЕН не нажимает ни на одну из кнопок. Свет в комнате меняется сам по себе. Белая комната становится похожей на место из прошлого. Не на одно конкретное место, а сразу на несколько: кафе, вокзал, коридор театра, гостиничный холл, место, где люди говорили слишком тихо, потому что рядом были другие.

ИМАРА: Могу быть той, которой ты меня ждал.

Свет становится золотистым. ИМАРА словно молодеет, становится более свободной, а её движения почти беспечны.

ИМАРА: Или той, кем я могла бы стать рядом с тобой.

На столе появляются две чашки. На стене можно увидеть две тени. Одна из них принадлежит МАРЕНУ, а вторая — ИМАРЕ, хотя сам МАРЕН по-прежнему стоит за пределами комнаты.

МАРЕН: Остановите!

НУНТИЯ: Запись не завершена.

МАРЕН: Остановите немедленно!

ИМАРА: Ты же хотел знать, что было бы, если бы…

МАРЕН нажимает кнопку. ИМАРА замирает, но свет в комнате остается. Цветок так и остается в её протянутой руке.

Из глубины сцены раздаётся шум: что-то падает. Затем следует приглушённое ругательство. ИМАРА не реагирует. Слышится новый удар, затем скрежет дерева по полу. Открывается настоящая боковая дверь. Входит ЭЛАРА. В руках у неё старый стул с одной сломанной ножкой. Она пытается поставить его, но стул качается. ЭЛАРА подкладывает под ножку сложенный лист бумаги. Лист выскальзывает. Стул падает.

ЭЛАРА: Нет, подожди. Не садись.

Она поднимает стул и снова пытается поставить его. Только теперь она замечает МАРЕНА. Затем она видит белую комнату и ИМАРУ. ЭЛАРА замирает от удивления. МАРЕН смотрит на ЭЛАРУ, затем на ИМАРУ. ИМАРА стоит всё так же безупречно.

ЭЛАРА: Я думала, здесь никого нет.

МАРЕН: Здесь есть ты.

ЭЛАРА смотрит на ИМАРУ.

ЭЛАРА (после паузы): Нет. (Пауза). Это не я.

НУНТИЯ: Внешнее совпадение — девяносто восемь процентов. Голосовое — девяносто шесть. Жестовое — девяносто три. Смысловое — девяносто четыре.

ЭЛАРА: А остальное?

НУНТИЯ: Статистически несущественно.

ЭЛАРА снова пытается поставить стул. Он падает.

ЭЛАРА: Похоже, именно там я и живу.

МАРЕН едва сдерживает улыбку. ИМАРА поворачивает голову.

ИМАРА: Не ставь его на левую ножку.

ЭЛАРА останавливается.

ИМАРА: Она треснула выше крепления. Бумага не поможет.

ЭЛАРА рассматривает ножку. Находит трещину.

ЭЛАРА: Откуда ты знаешь?

ИМАРА: Ты заметила её, когда несла стул сюда.

ЭЛАРА: Я не увидела.

ИМАРА: Увидела. Но через несколько секунд уже думала о другом.

ЭЛАРА смотрит на неё.

ЭЛАРА: Я этого не помню.

ИМАРА: А я помню.

Наступает тишина.

МАРЕН впервые начинает по-другому смотреть на ИМАРУ. ЭЛАРА, неловко подняв стул, задевает стол, роняет бумагу. Поправив волосы, она тут же забывает, что хотела сделать.

МАРЕН: Она говорила со мной.

ЭЛАРА: Кто?

Он указывает на ИМАРУ.

МАРЕН: Ты.

ЭЛАРА: Я только что пришла.

МАРЕН: Она отвечала на вопросы.

ЭЛАРА подходит ближе к световой границе.

ЭЛАРА: И что она сказала?

МАРЕН: Почти всё.

ЭЛАРА: Это подозрительно.

МАРЕН: Она сказала, что ты боялась звонить, потому что звонок мог стать обещанием.

ЭЛАРА думает.

ЭЛАРА: Возможно.

МАРЕН: «Возможно»?

ЭЛАРА: Я могла бояться именно этого.

МАРЕН: А ты боялась?

ЭЛАРА хочет ответить. Не отвечает.

ИМАРА: Да.

ЭЛАРА смотрит на неё.

ИМАРА: В тот вечер ты трижды открывала его номер.

Пауза.

ИМАРА: Один раз в двадцать три сорок семь, второй — через девять минут, третий — уже после полуночи.

МАРЕН смотрит на ЭЛАРУ.

ЭЛАРА: Было.

МАРЕН: Почему ты не позвонила?

ЭЛАРА: Не знаю.

ИМАРА: Потому что боялась, что он воспримет звонок как возвращение.

ЭЛАРА медленно переводит взгляд на ИМАРУ.

ЭЛАРА: Возможно.

МАРЕН: Она снова знает лучше.

ЭЛАРА: Нет.

Пауза.

ЭЛАРА: Она знает только одну возможность.

ИМАРА пристально смотрит на ЭЛАРУ.

ИМАРА: Ты сама возвращалась к ней трижды.

ЭЛАРА: Да.

ИМАРА: Значит, она была важна.

ЭЛАРА: Да.

ИМАРА: Тогда почему ты сопротивляешься?

ЭЛАРА не отвечает. МАРЕН подходит ближе.

МАРЕН: Потому что это правда?

ЭЛАРА: Потому что она хочет, чтобы правда закончилась слишком быстро.

ИМАРА впервые поворачивается к ЭЛАРЕ полностью.

ИМАРА: А ты хочешь оставить всё незаконченным?

ЭЛАРА: Иногда.

ИМАРА: Ему от этого больно.

ЭЛАРА смотрит на МАРЕНА.

ЭЛАРА: Знаю.

ИМАРА: Он ждёт уже долго.

ЭЛАРА: Знаю.

ИМАРА: Ты могла бы хотя бы сказать ему, чего ждать.

ЭЛАРА молчит.

ИМАРА подходит к границе.

ИМАРА: Я могу это сделать.

МАРЕН пристально смотрит на неё.

ИМАРА: Я не вернусь.

Пауза.

ИМАРА: Или: я всё ещё люблю тебя.

Пауза.

ИМАРА: Или: я никогда не любила тебя так, как ты надеялся.

ЭЛАРА (тихо): Вот это как раз нечестно.

МАРЕН: Почему? Она предлагает ответы.

ЭЛАРА: Все сразу.

МАРЕН: А ты ни одного.

ЭЛАРА принимает удар и не отвечает. МАРЕН подходит к панели.

МАРЕН: Она сказала, что знает, что причинила мне боль.

ЭЛАРА: Я тоже знаю.

МАРЕН: Тогда объясни.

ЭЛАРА смотрит на него, открывает рот, но молчит. ИМАРА отвечает вместо неё.

ИМАРА: Я не хотела признаться себе, что принимаю твою близость, пока она ничего от меня не требует.

ЭЛАРА (резко): Нет.

ИМАРА: Когда возникла необходимость выбрать, я отступила.

ЭЛАРА: Не знаю.

ИМАРА: А когда почувствовала, что могу тебя потерять, начала оставлять тебе достаточно надежды, чтобы ты не ушёл совсем.

МАРЕН не отрывает глаз от ЭЛАРЫ.

ЭЛАРА молчит.

МАРЕН: Это неправда?

ЭЛАРА: Я не знаю.

МАРЕН: Очень удобно.

ЭЛАРА подходит к упавшему стулу и поднимает его.

ЭЛАРА: Нет, неудобство — это как раз вот это.

Она указывает на ИМАРУ.

ЭЛАРА: Она может закончить любую фразу.

ИМАРА: А ты оставляешь людей жить внутри незаконченных.

ЭЛАРА смотрит на неё.

Пауза. На этот раз ответа нет.

МАРЕН медленно поворачивается к ИМАРЕ. ИМАРА замечает руку МАРЕНА.

ИМАРА: Перестань.

МАРЕН: Что?

ИМАРА: Твой большой палец.

Он смотрит на свою руку. Большой палец действительно с силой вдавлен в указательный.

ИМАРА: Ты делаешь так, когда пытаешься скрыть страх.

МАРЕН разжимает пальцы. ЭЛАРА смотрит на его руку.

ЭЛАРА: Я забыла.

МАРЕН: А она помнит.

ЭЛАРА не отвечает.

ИМАРА, взяв стакан воды, которого раньше не было на столе, ставит его на край — именно туда, где МАРЕН мог бы взять его, если бы не световая граница, отделяющая комнату.

ИМАРА: Тогда ты тоже не мог разжать руку.

МАРЕН: Когда?

ИМАРА: В коридоре театра.

ЭЛАРА медленно поднимает голову.

ЭЛАРА: После второго звонка.

ИМАРА: После первого.

ЭЛАРА: Нет.

ИМАРА: Двадцать первое ноября. Двадцать две четырнадцать.

ЭЛАРА пытается вспомнить.

МАРЕН: После первого.

ЭЛАРА смотрит на него.

ЭЛАРА: Значит, она помнит это лучше меня.

Никто не отвечает.

ИМАРА: На меня можно рассчитывать.

ЭЛАРА усмехается, но уже без прежней уверенности.

ИМАРА: Я не забуду то, что было важно для тебя.

ЭЛАРА смотрит на неё.

ИМАРА: Не изменю объяснение через год.

ЭЛАРА: Даже если оно окажется неверным?

ИМАРА: Я выберу наиболее подтверждённое.

ЭЛАРА: Но это не ответ.

ИМАРА: Для человека, который должен строить свою дальнейшую жизнь, иногда это ответ.

МАРЕН: Да, иногда мне тоже нужен именно такой ответ.

ЭЛАРА смотрит на МАРЕНА.

ЭЛАРА: Я понимаю.

Пауза.

МАРЕН: Зачем ты пришла?

ЭЛАРА: Я не знаю.

МАРЕН: Опять?

ЭЛАРА: Когда я шла сюда, мне казалось, что я знаю.

МАРЕН: Что именно?

ЭЛАРА: Что хочу поговорить с тобой.

МАРЕН: А теперь?

ЭЛАРА смотрит на ИМАРУ, затем на стул.

ЭЛАРА: Теперь я боюсь, что всё, что я скажу, сразу станет доказательством.

МАРЕН: Чего?

ЭЛАРА: Того, что я возвращаюсь. Или что ухожу.

МАРЕН: А что происходит на самом деле?

ЭЛАРА пожимает плечами. Поднимает стул.

ЭЛАРА: Я пришла.

Пауза.

ЭЛАРА: И могу остаться, пока мы не разберёмся с этим.

МАРЕН: Со стулом?

ЭЛАРА: Сейчас — со стулом.

МАРЕН: А через час?

ЭЛАРА: Не знаю.

МАРЕН: Завтра?

ЭЛАРА: Не могу сказать.

МАРЕН отворачивается.

МАРЕН: Тогда зачем мне твоё присутствие?

ЭЛАРА долго смотрит на него.

ЭЛАРА: Может быть, незачем. Я не уверена, что оно тебе нужно.

ИМАРА оживает.

ИМАРА: Мне необходимо быть рядом с тобой.

МАРЕН поворачивается.

ИМАРА: Потому что рядом с тобой я становлюсь собой.

МАРЕН закрывает глаза, словно это именно та фраза, которую он ждал.

ЭЛАРА смотрит на него. Не спорит. ИМАРА делает ещё шаг вперёд.

ИМАРА: Я должна была сказать это раньше.

МАРЕН не двигается. Золотой свет усиливается.

ИМАРА: Я пыталась уйти, потому что боялась того, что происходит, между нами.

ЭЛАРА, опустив голову, внимательно слушает.

ИМАРА: Я притворялась, что не понимаю тебя, потому что...

ЭЛАРА (тихо): Возможно.

ИМАРА: —потому что понимала слишком хорошо.

ЭЛАРА: этого я не знаю.

ИМАРА: Я молчала не из равнодушия.

ЭЛАРА не возражает.

ИМАРА: Я молчала, потому что любое слово приблизило бы меня к решению, к которому я была не готова.

МАРЕН смотрит на ЭЛАРУ. Она несколько секунд молчит.

ЭЛАРА: Возможно. Это могло быть и так. Но я не уверена, что было именно так.

ИМАРА приближается, и световая граница вокруг неё начинает размываться. В белой комнате появляются две чашки. Дверь без ручки вдруг оказывается открытой. Возникает второй устойчивый стул. Утренний свет. ИМАРА протягивает МАРЕНУ руку.

ИМАРА: теперь я знаю.

ЭЛАРА смотрит на неё. Просто ждёт.

ИМАРА: Я всё ещё...

В этот момент старый стул начинает падать. ЭЛАРА пытается поймать его, но не успевает. МАРЕН машинально бросается к ней. Вместе они удерживают стул над самым полом.

ИМАРА (продолжает): Я всё ещё...

МАРЕН смотрит на неё. Потом на ЭЛАРУ, которая держит вторую сторону стула. На белую комнату. На открывшуюся дверь. На руку ИМАРЫ. Он отпускает стул одной рукой, бросается к панели и выключает запись. ИМАРА замирает с открытым ртом. Последнее слово остаётся непроизнесённым.

НУНТИЯ: Вы не дослушали признание. Оно могло бы изменить ваше решение.

МАРЕН смотрит на ИМАРУ.

МАРЕН: Именно поэтому я его остановил.

Пауза.

Он возвращается к ЭЛАРЕ. Берёт свою сторону стула.

НУНТИЯ: пожалуйста, поясните.

МАРЕН смотрит на застывшую ИМАРУ.

МАРЕН: Она сказала бы именно то, что должно было меня убедить.

НУНТИЯ: разве это не является целью признания?

МАРЕН: Нет. Цель признания — сказать то, что человек действительно способен сказать. Даже если это никого не убеждает.

МАРЕН возвращается к ЭЛАРЕ, которая держит стул одна.

МАРЕН: Ты пришла. И не знаешь, зачем?

ЭЛАРА (глядя на него): Кажется, держится. Пока.

МАРЕН: Этого достаточно?

ЭЛАРА: Чтобы остаться ещё ненадолго, да.

МАРЕН берёт спинку стула, а ЭЛАРА отпускает свою сторону.

МАРЕН: Ты можешь уйти.

ЭЛАРА смотрит на него.

ЭЛАРА: Ты этого хочешь?

МАРЕН: Я не знаю.

ЭЛАРА: это честный ответ?

МАРЕН: Сегодня — да.

Они снова пытаются собрать стул. ЭЛАРА находит у порога маленький деревянный клин.

МАРЕН: Он слишком широкий.ЭЛАРА: можно повернуть.

Она поворачивает клин, и он входит в отверстие. Стул стоит. Они отпускают его, и он не падает. ЭЛАРА осторожно нажимает на сиденье рукой, затем переносит на него часть веса. Стул покачивается. МАРЕН поддерживает спинку.

ЭЛАРА: не отпускай.

МАРЕН: сейчас?

ЭЛАРА: да, сейчас.

ЭЛАРА садится на стул, и он слегка покачивается. МАРЕН крепко держит его, и так проходит несколько секунд.

ЭЛАРА: Можно. Немного отпусти.

МАРЕН ослабляет руку. Стул сохраняет равновесие.

ЭЛАРА: ещё немного.

МАРЕН убирает одну руку, оставляя другую рядом, но не касаясь стула. Стул стоит. ЭЛАРА смотрит на него.

ЭЛАРА: кажется, держится.

МАРЕН: Пока.

ЭЛАРА: Я могу немного остаться.

МАРЕН: без признания?

ЭЛАРА: без готового.

МАРЕН садится на пол рядом с ней, а не на второй белый стул в комнате ИМАРЫ. ЭЛАРА сидит на починенном стуле. На центральной площадке ИМАРА всё ещё стоит в идеальной комнате с незаконченным признанием. В темноте невозможно понять, какое слово не было произнесено: люблю, помню, возвращаюсь, ухожу, боюсь, не знаю.

НУНТИЯ смотрит на показатели панели и печатает. Затем она читает вслух:

НУНТИЯ: Живая версия стабилизирована. Причина: коррекция положения, замена опоры и участие МАРЕНА.

МАРЕН поднимает голову.

МАРЕН: нет, я не вносил никаких изменений. Мы просто починили стул.

НУНТИЯ: Стабилизация была достигнута благодаря нашим совместным усилиям.

МАРЕН: это совсем другое.

НУНТИЯ: Различие не влияет на результат.

В глубине сцены раздаётся первый удар молотка, за ним — второй. Слышится шелест бумаги и звук печати на официальном документе. Белая комната начинает медленно трансформироваться в выставочный зал.

ИМАРА остаётся на своём месте. Под ней поднимается невысокий пьедестал, на передней стороне которого появляется пустая табличка.

МАРЕН встаёт.

МАРЕН: Уберите её.

Свет начинает гаснуть.

ЭЛАРА: МАРЕН.

Он поворачивается к ней. Стул под ЭЛАРОЙ слегка покачивается, но она сохраняет равновесие.

ЭЛАРА: не сейчас. Пусть остаётся.

МАРЕН смотрит на табличку, на ИМАРУ, на ЭЛАРУ и на стул. Стул слегка качается. ЭЛАРА не просит о помощи, а самостоятельно переносит вес, и стул снова становится устойчивым. Свет постепенно гаснет, и последним остаётся освещённым сломанная и временно укреплённая ножка стула. Снова слышна печать. Затемнение наступает прежде, чем МАРЕН успевает снять табличку. В темноте слышится голос КАССИАНА.

КАССИАН: Прошу не касаться экспонатов.

Действие 1: ТЕНЬ ВОДЫ. Сцена 3

Действующие лица:МАРЕНЭЛАРАКАССИАНИМАРА

Свет возвращается не сразу. Слышится короткий удар молотка, затем пауза и ещё один удар, как будто кто-то забивает гвозди. После этого шелест плотной бумаги и щелчок замка. Свет возвращается медленно. Свет возвращается медленно. Белая комната ИМАРЫ осталась на месте, но что-то изменилось. Под ногами ИМАРЫ появился невысокий постамент. Не настолько высокий, чтобы превратить её в статую, но достаточный, чтобы она перестала стоять на полу. ИМАРА застыла на той самой незаконченной фразе, рот слегка приоткрыт, цветок всё ещё в руке. Рядом стоит второй белый стул. За пределами комнаты находится старый стул ЭЛАРЫ с деревянным клином в повреждённой ножке. ЭЛАРА сидит на нём, а МАРЕН — на полу рядом. Несколько секунд ничего не происходит. ЭЛАРА слегка переносит вес, и стул начинает качаться. Она удерживает равновесие сама, и МАРЕН замечает это, но не помогает ей. Из глубины сцены появляется КАССИАН. На нём простой тёмный костюм, в руках небольшой металлический рабочий кейс. Он ставит кейс на пол, открывает, достает белые перчатки, осматривает пространство и надевает их. Затем он подходит к ИМАРЕ, обходит её и немного поправляет положение её руки.

КАССИАН: Хорошо, что ничего не убрали. Обычно после записи люди хотят что-нибудь убрать: стул, микрофон, фразу или свидетеля.

МАРЕН встаёт.

МАРЕН: Не трогайте её.

КАССИАН поворачивается к нему.

КАССИАН: Почему?

МАРЕН смотрит на ИМАРУ, но не может найти ответа.

КАССИАН: Хорошо.

Он осторожно возвращает руку ИМАРЫ в прежнее положение. МАРЕН не может не заметить, насколько точно это было сделано. КАССИАН подходит к микрофону, который остался от радиотеатра, и переносит его к ИМАРЕ. Он ставит микрофон справа.

МАРЕН: Нет, слева.

КАССИАН останавливается.

МАРЕН: Тогда микрофон стоял слева.

КАССИАН переставляет его и смотрит на МАРЕНА.

КАССИАН: Так?

МАРЕН подходит ближе. Немного поворачивает стойку и опускает микрофон ниже.

МАРЕН: Да.

КАССИАН отходит назад. ЭЛАРА внимательно наблюдает за происходящим. КАССИАН приносит один из стульев и ставит его рядом с ИМАРОЙ.

МАРЕН: Нет, она сидела дальше.

КАССИАН снова смотрит на него, ожидая ответа.

МАРЕН сам берёт стул, переносит его и проверяет расстояние.

МАРЕН: Примерно здесь.

КАССИАН: Примерно?

МАРЕН: Я не мерил.

КАССИАН: Но вы помните?

МАРЕН: Да.

КАССИАН отходит ещё дальше. Теперь МАРЕН стоит внутри композиции, которая включает в себя ИМАРУ, микрофон и стул. Он замечает это не сразу.

ЭЛАРА: Продолжай. Ты хорошо помнишь.

МАРЕН поворачивается к ней и выходит из композиции.

КАССИАН приносит телефон из первой сцены. Ставит рядом с ИМАРОЙ.

ЭЛАРА: Это телефон из другого разговора.

КАССИАН: Из того же периода.

ЭЛАРА: Но из другого разговора.

КАССИАН: Да.

ЭЛАРА: Тогда зачем они вместе?

КАССИАН смотрит на экспозицию.

КАССИАН: Так будет понятнее.

ЭЛАРА коротко усмехается.

ЭЛАРА: Кому?

КАССИАН: Тому, кто придёт позже.

Пауза.

МАРЕН смотрит на него.

КАССИАН приносит одну зеркальную пластину из первой сцены и ставит её за ИМАРОЙ. Теперь в зеркале одновременно отражаются ИМАРА, часть фигуры МАРЕНА, микрофон и телефон. ЭЛАРА почти не попадает в отражение, но замечает это. Она встаёт и переносит свой старый стул на полметра в сторону, и теперь в зеркале появляется и её отражение. КАССИАН подходит и возвращает стул на прежнее место. ЭЛАРА снова передвигает его, и КАССИАН снова возвращает.

КАССИАН: Отсюда композиция точнее.

ЭЛАРА: Но меня отсюда нет.

КАССИАН: Есть она.

Показывает на ИМАРУ. ЭЛАРА смотрит. КАССИАН подходит к старому стулу ЭЛАРЫ, осматривает повреждённую ножку и касается клина.

МАРЕН: Не вытаскивайте. Будет шататься.

КАССИАН смотрит на ЭЛАРУ.

КАССИАН: Вы его поставили?

ЭЛАРА: Мы…

КАССИАН переводит взгляд на МАРЕНА.

МАРЕН: Она нашла клин.

ЭЛАРА: Он держал стул.

МАРЕН: Мы вместе его поставили.

КАССИАН кивает. Берёт стул за спинку и переносит ближе к постаменту ИМАРЫ.

ЭЛАРА: Нет. Он мой. Я его принесла.

КАССИАН останавливается. ЭЛАРА смотрит на стул.

МАРЕН: Он был здесь.

ЭЛАРА: Я на нём сижу.

КАССИАН: МАРЕН его удерживал.

ЭЛАРА: Да.

КАССИАН снова делает движение в сторону постамента. ЭЛАРА перехватывает спинку стула. КАССИАН не тянет, просто держит. МАРЕН подходит. На одной спинке оказываются три руки.

Пауза.

МАРЕН первым убирает свою руку. КАССИАН, глядя на него, тоже отпускает. ЭЛАРА возвращает стул на прежнее место и садится на него. Стул слегка качается, но она сама находит равновесие. КАССИАН наблюдает за происходящим.

КАССИАН достаёт из кейса небольшой ключ, подходит к ИМАРЕ и поворачивает его в основании постамента. ИМАРА оживает, но не произносит ни слова. Она лишь смотрит прямо перед собой. КАССИАН указывает МАРЕНА.

КАССИАН: подойдите.

МАРЕН не двигается. КАССИАН ждёт. МАРЕН всё-таки делает шаг. ИМАРА поворачивает голову к нему. Ещё шаг. Выражение её лица смягчается. МАРЕН останавливается. ЭЛАРА пристально наблюдает за ним. МАРЕН делает шаг назад. В лице ИМАРЫ появляется едва заметная тревога. Ещё один шаг. Печаль. МАРЕН возвращается. ИМАРА снова успокаивается. ЭЛАРА встаёт. Подходит к ИМАРЕ с другой стороны. ИМАРА не реагирует. ЭЛАРА делает шаг ближе. Ничего. Она машет рукой перед её глазами. ИМАРА продолжает смотреть на МАРЕНА.

ЭЛАРА: Она меня не видит.

КАССИАН: Нет. Она не для вас.

Наступает тишина.

МАРЕН пристально смотрит на ИМАРУ, затем на ЭЛАРУ. Элара занимает место Марена, но ИМАРА словно не замечает её.

ЭЛАРА: А если я здесь?

В ответ тишина. ЭЛАРА отходит, а МАРЕН возвращается на своё место. Взгляд ИМАРы словно оживает.

ЭЛАРА: теперь понятно кого она изображает.

МАРЕН: Тебя.

ЭЛАРА: Нет, меня — для тебя.

МАРЕН смотрит на ИМАРУ, не пытаясь возразить. КАССИАН берёт микрофон и вкладывает его в руку ИМАРЕ.

ИМАРЕ: Я всё ещё—

МАРЕН: Не надо. Я уже слышал.

ИМАРА замолкает.

КАССИАН: Не до конца.

МАРЕН: вот именно.

КАССИАН переводит взгляд на ЭЛАРУ.

ЭЛАРА: Оставьте её незаконченной. Я могу передумать.

КАССИАН: Вы уверены?

ЭЛАРА: Нет.

ИМАРА остаётся с микрофоном в руке. КАССИАН снимает перчатки и кладёт их рядом с постаментом. Впервые он обращается к МАРЕНУ не как смотритель.

КАССИАН: Что здесь принадлежит вам?

МАРЕН: Ничего.

КАССИАН указывает на микрофон.

КАССИАН: Вы его переставили.

МАРЕН: Я вспомнил, где он стоял.

КАССИАН указывает на стул.

КАССИАН: И стул тоже.

МАРЕН: Вы его поставили неправильно.

КАССИАН показывает на ИМАРУ, но МАРЕН молчит.

КАССИАН: Она меняется, когда вы входите.

МАРЕН: Её так сделали.

КАССИАН: По каким данным?

МАРЕН понимает вопрос, и ЭЛАРА тоже.

КАССИАН: Ваши вопросы, ваши ожидания, ваши воспоминания, ваши реакции.

МАРЕН добавляет.

МАРЕН: И её голос, её лицо, её слова.

КАССИАН: Да.

МАРЕН: Тогда почему вы спрашиваете только меня?

КАССИАН: Потому что она существует именно в вашем направлении.

МАРЕН смотрит на ИМАРУ, чувствует, что эта формулировка задевает его, но не кажется ложной. КАССИАН подходит к зеркальной пластине и поворачивает её. Теперь ИМАРА и МАРЕН отражаются рядом, а ЭЛАРА исчезает за краем зеркала.

КАССИАН: Так точнее?

МАРЕН: Нет.

КАССИАН: Что неверно?

МАРЕН смотрит.

МАРЕН: То, что её здесь нет.

КАССИАН указывает на ЭЛАРУ и поворачивает зеркало шире. В нём отражаются все трое: ИМАРА, ЭЛАРА и МАРЕН. Из-за угла отражения лица ЭЛАРЫ и ИМАРЫ частично накладываются друг на друга.

КАССИАН: Так?

МАРЕН долго смотрит в зеркало.

МАРЕН: Ещё хуже.

ЭЛАРА неожиданно смеётся.

ЭЛАРА: Почему?

МАРЕН: Теперь кажется, будто одна должна совпасть с другой.

ЭЛАРА перестаёт улыбаться, смотрит в зеркало, затем отходит. Наложение исчезает. КАССИАН убирает зеркало и приносит ещё один низкий постамент, пустой. Ставит его рядом с первым.

МАРЕН: Для чего?

КАССИАН: Продолжение коллекции.

ЭЛАРА: Какой?

КАССИАН: Пока не знаю.

Он ставит на пустой постамент микрофон — тот самый, которым только что пользовалась ИМАРА.

ЭЛАРА: Нет. Того, что я ещё говорю.

ЭЛАРА забирает микрофон.

КАССИАН: Хорошо.

Постамент остаётся пустым. КАССИАН приносит новый стул. Он совершенно другой: простой, без следов использования, не белый и не старый. Ставит его не на постамент, а напротив ЭЛАРЫ.

ЭЛАРА: Это откуда?

КАССИАН: Ниоткуда.

МАРЕН: Тогда зачем?

КАССИАН: Аэто место, а не экспонат.

Тишина.

МАРЕН смотрит на стул.

МАРЕН: Для кого он?

КАССИАН: Пока ни для кого.

ЭЛАРА: Тогда оставьте пустым.

Он отходит. Теперь композиция меняется. С одной стороны: ИМАРА на постаменте; предметы прошлого; зеркальная пластина; телефон. В центре — ЭЛАРА. Напротив неё — пустой новый стул. МАРЕН стоит сбоку. КАССИАН берёт микрофон, идёт к пустому стулу, ставит микрофон перед ним.

МАРЕН: Что вы делаете?

КАССИАН: Переношу.

КАССИАН показывает на микрофон.

МАРЕН: Это микрофон.

КАССИАН: Да, микрофон.

ЭЛАРА, глядя на МАРЕНА, сразу всё понимает.

КАССИАН возвращается к ИМАРЕ, снимает с её плеч наушники и кладет их на новый стул. Затем он берёт со старого стула ЭЛАРЫ небольшой лист бумаги, который ранее использовался для укрепления ножки, и также кладет его на стул.

МАРЕН: Достаточно. Вы уже знаете, что хотите показать.

КАССИАН: А вы? Скажите.

МАРЕН молчит.

ЭЛАРА: Он не обязан отвечать.

КАССИАН: Нет, но он уже смотрит на кресло так, будто кто-то в нем сидит.

МАРЕН резко переводит взгляд на КАССИАНА.

КАССИАН подходит к пустому стулу.

КАССИАН: Он встретит её уже такой.

МАРЕН: Кто?

КАССИАН указывает на стул.

КАССИАН: Тот, кто когда-нибудь сядет.

ЭЛАРА: Если сядет.

КАССИАН: Если.

Пауза.

КАССИАН: Давайте представим развитие будущей связи. Другой человек не увидит, как всё начиналось. Ему не придётся ждать первых слов. Ему не нужно будет поддерживать сломанный стул.

Пауза.

КАССИАН: И ему не придётся ждать, пока она научится говорить то, что говорит сейчас.

ЭЛАРА: Я и раньше умела говорить.

КАССИАН: Не совсем так.

Элара хочет возразить, но не находит слов.

МАРЕН: Не надо.

ЭЛАРА смотрит на него.

МАРЕН: В этом он прав.

Пауза.

ЭЛАРА принимает.

ЭЛАРА: Хорошо.

КАССИАН: Ему не придётся слушать её первые попытки, ждать её решений, возвращаться к одному и тому же разговору и угадывать, что означает её молчание.

МАРЕН: Вы снова считаете.

КАССИАН: Я перечисляю

.МАРЕН: Одно и то же.

КАССИАН: Если рядом с другим человеком ей будет легче там, где рядом с вами было трудно?

Тишина.

ЭЛАРА смотрит на МАРЕНА. МАРЕН не смотрит на неё. КАССИАН подходит к ИМАРЕ.

КАССИАН: Если она скажет другому то, что впервые научилась говорить рядом с вами?

МАРЕН: Она не обязана повторять.

КАССИАН: А если повторит?

МАРЕН молчит.

КАССИАН: Если тому человеку достанется ясность, а вам достались сомнения?

Пауза.

КАССИАН: Вы не почувствуете, что вас использовали?

МАРЕН: Мне будет больно.

КАССИАН сразу делает шаг к нему.

МАРЕН: Нет.

КАССИАН останавливается.

МАРЕН: Не продолжайте за меня. (Пауза). Мне будет больно. Это всё.

КАССИАН: Разве?

МАРЕН смотрит на пустой стул.

МАРЕН: Нет. Не всё.

Пауза.

МАРЕН: Но боль не сделает её выбор кражей. То, что я сделал, принадлежит мне. То, что с ней произошло, — ей.

КАССИАН: А если бы без вас этого бы не произошло?

МАРЕН: Мы не знаем.

КАССИАН: Предположим.

МАРЕН: Нет. Именно с этого начинается вся ложь.

КАССИАН ничего не говорит.

МАРЕН: И не сделает человека, который однажды там окажется, вором. Не докажет, что всё хорошее в ней принадлежит прошлой связи.

МАРЕН подходит к микрофону.

МАРЕН: Я действительно участвовал в её изменении.

ЭЛАРА смотрит на него.

МАРЕН: Но я не его владелец.

КАССИАН: Очень благородно.

МАРЕН: Очень трудно.

ЭЛАРА опускает взгляд. КАССИАН снимает блокировку постамента и ИМАРА сходит вниз. Впервые в этой сцене она оказывается на общем полу. КАССИАН берёт её за плечи. Разворачивает к пустому стулу.

МАРЕН (сразу): Нет.

КАССИАН останавливается. МАРЕН подходит ближе. Смотрит на ИМАРУ, потом на пустой стул.

МАРЕН: туда пойдёт не она.

Пауза.

КАССИАН: Откуда вы знаете?

МАРЕН смотрит на ЭЛАРУ.

МАРЕН: Не знаю.

Потом снова на ИМАРУ.

МАРЕН: Но она точно не пойдёт.

ЭЛАРА: Почему точно?

МАРЕН касается плеча ИМАРЫ. Она сразу слегка поворачивает лицо к нему.

МАРЕН: Потому что она не может отсюда выйти.

Он убирает руку, но ИМАРА продолжает смотреть на него.

КАССИАН: А если изменить направление?

МАРЕН: Тогда получится другая версия.

КАССИАН: Новая версия?

МАРЕН: Да.

КАССИАН: Значит, эту можно считать вашей?

МАРЕН почти отвечает, но останавливается. Смотрит на ЭЛАРУ.

МАРЕН: Нет, даже в этой версии половина материала не моя.

КАССИАН: Но форма—

МАРЕН: Форма возникла из того, как я её видел.

Пауза.

ЭЛАРА подходит к ИМАРЕ и, встав рядом, медленно повторяет её позу. Почти идеально. Затем намеренно меняет её, но ИМАРА остаётся неизменной.

ЭЛАРА: Вот так. Она всегда будет последней версией вчерашнего дня.

КАССИАН: А вы?

ЭЛАРА: Не знаю. Надеюсь, что нет.

Пауза.

КАССИАН возвращает ИМАРУ на постамент на постамент, но не закрепляет её. Она остаётся стоять свободно. Затем он подходит к старому стулу ЭЛАРЫ и снова берётся за него. На этот раз ЭЛАРА не препятствует ему. Кассиан переносит стул к экспозиции, и МАРЕН с удивлением наблюдает за происходящим.

ЭЛАРА: Оставьте стул. Мы действительно его чинили.

МАРЕН удивлён.

КАССИАН ставит стул рядом с ИМАРОЙ.

ЭЛАРА: Но клин извлеките. Он мне нужен.

КАССИАН вынимает клин и стул сразу начинает качаться. ЭЛАРА берёт клин и убирает его в карман. МАРЕН продолжает наблюдать за ними.

ЭЛАРА: Стул можете оставить.

Пауза.

ЭЛАРА: Способ чинить — нет.

МАРЕН едва заметно улыбается. КАССИАН подходит к пустому постаменту, берёт новый стул будущего и собирается поднять его на постамент.

МАРЕН: Нет. Этого ещё не было.

КАССИАН: Но может быть.

МАРЕН: Этого недостаточно.

КАССИАН, не вступая в спор, возвращает стул на пол, оставляя его пустым.Музей почти готов. На одном постаменте ИМАРА. Рядом качающийся старый стул. Телефон. Зеркальная пластина. Микрофон. На втором постаменте нет ничего. Новый стул будущего стоит отдельно, не в музее. ЭЛАРА подходит к стулу, проводит рукой по его спинке, но не садится. МАРЕН наблюдает за ней, и ЭЛАРА замечает его взгляд.

ЭЛАРА: Что?

МАРЕН: Ничего.

ЭЛАРА: Неправда.

МАРЕН: Хочешь, скажу?

ЭЛАРА ждёт.

МАРЕН: Ты опять спросила меня раньше, чем сама решила, хочешь ли сесть.

Пауза.

ЭЛАРА смотрит на стул, затем на МАРЕНА.

[В этом есть раздражение. И узнавание. Она не садится. Но и не отходит.]

МАРЕН переводит взгляд на ИМАРУ.

МАРЕН: Её легче считать моим произведением. Она не сделает ничего, чего я не понимаю. А ты можешь забыть обо всём. Стать человеком, которого я больше не узнаю.

КАССИАН: Дело остаётся нерешённым.

КАССИАН подходит к микрофону. Берёт его из музея. Протягивает ЭЛАРЕ. Она принимает микрофон. КАССИАН ставит перед ней простой пюпитр. На нём чистый лист бумаги.

ЭЛАРА: Это тоже экспонат?

КАССИАН: Нет, пока это просто чистый лист.

ЭЛАРА, одобряя его ответ, встаёт перед микрофоном. Чистый лист перед ней. Пустой новый стул немного в стороне. ИМАРА остаётся за её спиной в музее, а МАРЕН стоит ещё дальше. ЭЛАРА открывает рот, но не произносит ни слова. Она смотрит на чистый лист, а затем на МАРЕНА. МАРЕН замечает её взгляд, но не подходит ближе. ЭЛАРА снова смотрит на лист, и пауза становится всё длиннее. КАССИАН переводит взгляд с ЭЛАРЫ на МАРЕНА. МАРЕН медленно берёт лежащий рядом карандаш. ЭЛАРА замечает это, но МАРЕН не пишет. Проходит ещё секунда.

ЭЛАРА: Ты знаешь, что можно сказать?

МАРЕН смотрит на чистый лист. Потом на неё.

МАРЕН: Да.

Пауза.

ЭЛАРА: Я тоже хочу знать.

МАРЕН опускает карандаш к бумаге, но не касается её.

Затемнение.

В темноте раздаётся первый звук грифеля по листу. Зрители не могут видеть слов, они слышат только движения карандаша. Из темноты доносится голос Марена, который проверяет написанное.

МАРЕН: Я не прошу тебя понять меня сразу.

Он останавливается и зачёркивает.

МАРЕН: Я не прошу тебя понять меня окончательно.

Снова зачёркивает. Пишет.

МАРЕН: Я прошу только не заменять меня тем, что тебе проще понять.

Конец сцены 3, конец 1 действия