Read the book: «Смерть в летнюю полночь. Том 1. Битва за битвой»

Часть 1. Liberte

Глава 1. Конференция

В конце концов, я не потратил время зря, я тоже, как и все, суетился в этом нелепом мире.

Эмиль Чоран

Нелепым может быть не только человек, но и война. Война или спасение от войны? У каждого своя правда.

Неизвестный писатель

Эдди Варлорд и Том Варлорд, в данный момент находились на конференции и выставке HTR (что переводится, как High Technologies and Robots).

Выставка и конференция происходила в Лондоне, в огромном зале.

Здесь находились самые влиятельные люди технологий и мира науки: Хидео Мисима, Пол Каратини, Элиза Брженска и другие влиятельные люди.

Каждый из этих людей был очень знаменит и сделал немало для науки и для общества в целом.

Например, Хидео Мисима – спец в области нанотехнологий и роботов. Он создал знаменитого робота HR-01, который послужил прототипом для робота HHR. (Household Humanoid Robot)

Пол Каратини знаменит тем, что он занимается популяризацией науки и продвигает позицию «ЗА» генномодифицированные продукты и модификацию человека через CRISPR-геном.

Элиза Брженска – специалист в области квантовых вычислений и квантовых компьютеров.

Но у Варлордов была миссия – привлечь этих людей для своих целей.

По отдельности каждый из них был бесполезен для Эдди и Тома, но объединенные общей алчностью, они могли бы захватить мир.

А Варлорды, конечно, хотели бы управлять миром по-другому. Не через хаос и анархию, а через специальное «мыслящее» устройство, которое «мыслит» в сто раз лучше обычного человека.

Каждый из ученых когда-то увлекался и изучал очень много интересных и, для кого-то, не очень интересных наук, вроде теории игр, теории информации, кибернетики, биотехнологии.

Конечно же, у всех них был частный учитель. Как бы кто не хотел, в теперешние времена, среднего класса просто не существует. Остались лишь династии на западе и кланы на востоке, но они мало популярны и у богатых, и у бедных. Все люди делились на тех, кто с рождения мог иметь хороший достаток и еду и бедных людей, которые должны были трудиться на богатых.

Это были взгляды Варлордов и ученых.

Но они не учли, что их точка зрения банально устарела. Ведь такое деление считается мальтузианским. И то, что богатые должны платить налоги пропорционально своей зарплате, они тоже не учли. Зато подстегивали любой народ и нацию, и с помощью денег и ресурсов совершали революцию, которая уже вклинилась в историю, как процесс. То есть, простыми словами, бедных просто используют и натравливают на богатых, которые мешают обществу. Вот этого и не учли Варлорды.

Что же касается характера Варлордов, то Эдди был немного заносчив, а Том был поспокойней и любил (уважал их) общаться старшими, перенимать их опыт.

Оба они были убежденными консерваторами и принадлежали к неоконсерватизму (то есть закоренелыми правыми по политическому спектру). Эдди же был еще техно-коммерционалистом, и верил, что Сингапур, осуществляющий данную систему, Бывшую британскую колонию, перегонит по экономическим показателям и уровню жизни, а также темпам роста экономики США, а тем более и Китай.

Существуют слухи, что Сингапур – очень жестокая страна по закону и жестокая к преступникам.

На борту самолета, когда вы уже пристыкуетесь к PHD (plane helper for docking), когда прибудете в Сингапур, Вам скажут: «Добро пожаловать в Сингапур. Если вы везете в своих вещах наркотики, то вас казнят».

Оба Варлорды хотели сделать Сингапур более великим, чем его сделал нынешний правитель и обогнать по развитию США и Китай.

Для этого они организовали выставку в Великобритании, что роботизация в экономике поможет в развитии страны. Хоть рабочих мест станет меньше, потому что всё будут делать роботы, люди будут счастливы и будут делать все, что хотят и есть все, что хотят, не нарушая NAP и пределы своей юрисдикции. Примером анархо-капиталистических судов может служить Исландия.

Никто не хочет брать ресурсо-ориентированную экономику, потому что мальтузианская модель общества, как я говорил, устарела: есть разные люди и богатые ни в коем случае не притесняют бедных. Даже наоборот в рамках нового «государства всеобщего благосостояния», концепцию которого еще разработал и продвигал в Отто фон Бисмарк.

Сейчас эта идея полным ходом реализуется в Китае. Каждому гражданину изначально даются бонусы. Он может получить эти бонусы за свои биометрические данные, просто сдать их государству.

Прибавляются бонусы за хорошие дела, но именно для правительства Китая, поступки, которые «прославляют» Китай.

За плохие же поступки вроде воровства и плохие отзывы о нынешней политической системе, бонусы снимаются и может дойти до того, что человек станет никем. Ему придется продавать свои органы, возможно, он попадет в лагерь для исправления. А возможен даже смертельный исход, а государство все присваивает себе, его квартиру, его имущество, если у него нет родственников.

В пределах юрисдикции может быть любая система, например коммунизм. Правда такие системы долго не живут из-за бессменности кадровой политики в государстве и геронтократии. Поэтому от Китая остался только Центральный Китай и Шанхай, стремящийся отделится от Центрального Китая.

Вот такая система – «выживет сильнейший и хитрейший», можно сказать, что это даже, в некотором роде, социал-дарвинизм, евгеника по уровню хитрости.

Преступность в Китае все же есть, даже при такой жесткой системе и полностью искоренить ее невозможно, она даже возрастает. Что доказывает неэффективность данной системы.

Гонконг был тогда под протекторатом Тайваня и по сути, как и остров Хайнань, был в составе Тайваня, что обеспечило процветание этих федерализированных субъектов.

В Сингапуре же, бывшей Британской колонии, на которую нацелились Варлорды, присутствует евгеника в меньшей мере. (без бонусов и слабого ИИ, как в Китае). Но и живут там, в основном, богатые люди – бизнесмены и предприниматели, то есть люди высшего класса.

Еще Варлорды поставили себе задачу установления дипломатически дружеских отношений с Гонконгом (также бывшая Британская колония).

Но он сейчас в составе Тайваня.

На повестке дня был еще Тибет, с помощью которого можно попробовать захватить весь Китай, теперь уже Центральный Китай, так как внешний Китай. (Тибет, Внутренняя Монголия, Манчжурия, Юго-Западный Китай)

Но Тибет скорее всего откажется и будет на нейтральной стороне. Поскольку Далай-лама XIV, хоть и получил награду от США, поддерживал также прежнюю борьбу с маоистами, но теперь не путем самосожжения, а просто психологическими приемами.

Так что, сколько бы не восхищался Эдди Варлорд из королевской семьи Тибетом и его мудростью, путь пока в Тибет ему закрыт, пока он не объяснит, зачем он создает что-то подобное.

Но зато поддержал программу панархии, чтобы каждый человек мог выбирать свое государство при наступлении половозрелого возраста и жить там, где он хочет. А также свободно перемещаться по этому списку стран.

Центральный Китай пытался установить дружественные отношения с Сингапуром, надеясь втянуть его в свой геополитический треугольник с Индией и Великороссией, но фрагментация страны делала эти амбиции смешными.

В начале конференции представили свои проекты такие люди, как Джеймс Флоу, Ли Вонг.

Было очень много коллабораций Транснациональных Корпораций (Дальше будем называть ТНК) и обычных частных компаний. В общем, если судить строго, то на этой конференции либертарианцы противостоят неореакции и техно-коммерционализму, несмотря что обе политические системы правые.

Были также Washington Dynamics и компании, связанные с вооружением армий.

И самые главные организаторы этой системы – семья Варлордов.

Эдди Варлорд, как старший брат и текущий глава семьи (а ему было всего-то 25 лет) Варлордов, даже, можно сказать, династии Варлордов начал выступать с приветственной речью:

— Привет всем! Возможно, вы меня знаете, как главу семьи Варлордов. Вы знаете, сколько роботов сделала наша компания за последний два года? А вы посмотрите на слайд – около 10000. Большая часть из них, это, конечно, простенькие роботы, роботы для дома, но есть и роботы учителя, и роботы полицейские.

На последнем слове Эдди сделал чуть больший акцент, чем на других словах своей речи.

— Все они составляют слабый ИИ. Кроме того, наша цель – превзойти все компании, даже Deep Mind в разработке софта для ИИ, все компании, собранные здесь, а точнее их представители, создать сильный ИИ, который будет управлять всем на земле и перераспределит ресурсы по своему усмотрению, адаптируясь под человека, живущего на этой планете.

— Наша конечная цель – соединение всех людей в единый роевый интеллект.

— Возможно, наша компания будет конкурентом Deep Mind, которая, как известно, занимается искусственным интеллектом. На этом все! Спасибо за внимание. Вопросы?

— Он шокировал всех. Сейчас наверняка Deep Mind спасует перед таким предложением и будет с нами сотрудничать. Они немного подумают и согласятся, потому что Варлорды придумали лучший путь развития человечества. — подумала про себя Элиза Брженска.

—Вопросов нет? — спросил Том, младший брат Эдди.

— Презентация будет в открытом доступе?

— Да, в публичном блокчейн-репозитории Neutralink. Исходные коды — под лицензией GPL, разумеется.

— Вы виделись с Молдбагом Менциусом или же, по-другому, Кертис Ярвин?

— Вы думаете он появлиял на мои идеи? Да повлиял, но лишь немного. Все люди влияют друг на друга при встрече. Но он работает над своим проектом Urbit, насколько мне известно, так что мы не встречались, хотя я его приглашал на конференцию.

— Еще вопросы?

— Я Ричард Малькольм. И как вы знаете, я сторонник свободного ПО. Я против стремления чего-либо, государство это или какое-то устройство, порабощения человека. Вам не кажется, что нам нужно жить дальше и делать прекрасные вещи, которые нам демонстрируют мелкие компании, принадлежащие этатистским компаниям, которые буквально выбивают сотрудников, имеющих свободную от всех, индивидуальную точку зрения?

— Ричард Малькольм. — это имя сразу всплыло у всех в головах. Сидящие в зале заволновались.

— Прежде всего, хочу выразить вам дань уважения, господин. - начал Эдди.

— Говорите по сути, без всяких там уважений. Вы хотите захватить мир?

— Нет! Ни в коем случае! — у Эдди резко голос стал жестким и непроницаемым.

Он продолжил:

— В масштабах истории это – благо. Отдельные жертвы — неизбежная плата за прогресс. Вы же не скорбите о бактериях, погибших при создании антибиотиков?

— Да, конфликтов много, но мне такое объединение не катит. И большинство программистов со мной согласятся. Мы не только за свободное ПО и личностную свободу людей. А вы хотите загнать всех в одну коробку, даже не их тела, чтобы потом их уничтожить, а их разум, интеллект и умы. Мне кажется это посягательством на личностную свободу. На этом все. Я ухожу. — после такого ответа Ричард Малькольм демонстративно встал с левитирующего под эффектом Мейснера кресла и вышел из зала, жалея, что нельзя хлопнуть дверью, так как это были автоматически двери.

— Ладно, на этой ноте мы еще не закончили. Кто за этот проект, поднимите, пожалуйста, руки.

Так как зал был полон ученых разных национальностей, особенно много их было с Сингапура и всех восточных стран, то подняли руки почти все.

— Хорошо. Проекту – быть! — сказал Эдди и все захлопали в унисон.

Эдди не стал обращать внимание на речь с Малькольмом. Потому что знал, что его он уже потерял для своего проекта. Как и создателя операционной системы Linux. Поскольку сама идея популярной для программистов ОС содержала в себе полную свободу изменений ее ядра, которое выполняет основные функции ОС, породила множество проектов-ответвлений от Linux.

Создатель этой ОС любил хаотичность в процессе разработки и поощрял отдельные проекты, несмотря на то, что про Linux Mint он сказал, что это плохая ОС.

Эдди Варлорд уже потерял этих людей для себя.

Но у него в запасе были молодые ученые, которые, набравшись опыта после проекта, станут более опытными, чем эти титаны мысли.

— Сейчас будет кофе-брейк (перерыв), а потом конференция продолжится. – сказал Том. – Можете задать еще вопросы Эдди Варлорду. Он будет у стола справки, а потом зайдет в бар. Кстати, вы знали у нас есть свой бар, если вы не заметили.

Эдди был одновременно в двух настроениях. Плюс был в том, что он провел конференцию. Минус – его покинули основные титаны мысли. Хорошо хоть Рюдзаки Машита, Ли Вонг подняли руку. А Джейсон Милтон был занят беседой с как раз-таки Ли Вонгом. Видимо, опять обсуждали новый биозавод Милтона в Германии.

Эдди подошел к столу справки и спросил:

— Когда там у нас заканчивается кофе-брейк?

— Через 15 минут, а что вы хотели, мистер Варлорд?

— Много чего, не волнуйтесь. – ему показалось, что девушка за столом была слегка напугана.

— Я не волнуюсь, извините, мистер.

— Ладно, я уже отправил голографическое сообщение и вам не придется записывать все в документы. Все-таки заставлять записывать все ручкой и использовать еще более древний QR-код – это же прошлый век. Я куплю вашу мелкую компанию, которая занимается арендой помещений и залов. И вы не будете волноваться. Google, как ни странно, ещё не совершенна в организациях. А точнее Deep Mind.

— Спасибо, мистер, я уверена Google продаст вам Deep Mind. – поблагодарила Эдди девушка у стола справки.

— Да, у Google сейчас монополия практически на все, скоро правительство США применит антимонопольный закон. – прошептал Эдди.

— Вы что-то сказали, мистер?

— Да так, мысли вслух. – сказал он и пошел в бар, потому что эта девушка ему порядком надоела. Наверняка она училась очень усердно и не пропускала ни одного занятия в школе, а потом в университете. А в результате, попала в руки этой мелкой компании, которой еще предстоит реформация.

Так думал Эдди.

Он поднялся по лестнице на последний этаж и увидел Тауэрский мост в окне.

— Хоть бы это продолжалось всегда и не было войны. Война – это худшее, что может случиться. Война или спасение от неё? – подумал про себя Эдди.

Он открыл дверь в бар и удивился разнообразию тамошних людей.

Там были и панки, и программисты с ноутбуками, которые сидели на пуфиках. Были и интеллигенты.

— Значит, ученые тоже любят расслабиться. – снова подумал Эдди.

— Эдди Варлорд, мистер Варлорд-старший, вы тут? – спросил его кто-то.

— А, да, извините, вошел к вам и задумался.

— Я бармен, меня зовут Билл Шнайдер. Как вы поняли по фамилии, я имею немецкие корни.

— Я Эдди Варлорд, очень приятно. – ответил Эдди.

И добавил:

— Зовите меня просто Эдди, мы же не в формальной обстановке.

— Хорошо, Эдди, только не витай в облаках, хоть ты и важная персона для здешних людей. Поднять такое состояние к двадцати годам и держаться в журнале Forbes на пятом месте после самых влиятельных политиков. Вам пророчат очень хорошее будущее. Молодые ученые верят вам. И вы их поведете вперед.

— Да, это и есть моя основная цель.

— Ладно, сейчас наша задача отвлечься. Они все жаждут общения с тобой, только боятся ляпнуть что-то не то. Так что я заговорил первым, так как я владелец этого заведения.

— Что будете пить? – спросил бармен.

— Шотландский виски.

— Хорошо хоть не синий лимонад, мохито. А то практически все в этом зале взяли его. Интеллигенция, что поделать.

Билл налили ему и себе в стаканы виски и сказал:

— Так как виски шотландский, пьем за Шотландию. – пошутил Билл.

Эдди залпом выпил полстакана.

— Только не начинай разговоров про независимость Шотландии: так что дел по горло. – умоляюще попросил его Эдди.

— Хорошо, тогда я хотел бы побеседовать с вами о теме постчеловека, в общем по вашей теме.

— Нет, вы, наверное, неправильно поняли или вам неправильно объяснили. Я бизнесмен-ученый, который слишком увлекся искусственным интелектом. В частности, сильным искусственным интеллектом.

— Хорошо, тогда вопрос у меня назрел.

— Слушаю

— Понимаете ли вы разницу между трансгуманизмом и ингуманизмом? Ведь трансгуманизм – это технологии ради человека, а ингуманизм – вне человека, но включающего его просто как присутствующего.

— Понимаете ли вы всю мораль, о которой должен думать любой создатель такого мыслящего существа?

Эдди ответил:

— Да, конечно, мы понимаем, но ингуманизм – это неизбежность. Унитарное общество неизбежно, лишь роевый интеллект спасет мир.

И добавил:

— Слышали же о проблеме вагонетки?

— Нет, я же не философ, или студент, которому преподают философию.

— В общем, есть трамвай, поезд, не важно. И есть две развилки. Есть стоящий у рычага человек. Есть также люди, множество людей, привязанных к первой железной дороге. И есть вторая развилка, железная дорога, на которой привязан один человек. – начал Эдди.

— Всегда есть выход. Если машинист заметит что-то неладное, он остановит поезд, но люди не погибнут.

— А если не будет машиниста, если будет например, поезд на магнитной подушке, русский Сапсан, или японский Синкансен на автопилоте? Автопилот будет запрограммирован, и будут жертвы. Мы же стремимся улучшить программу, сделать её выверенной до миллисекунды с помощью роевого интеллекта. Ты пойми, Билл, пока этим управляют люди, они всегда будут резать друг друга из-за амбиций и эмоций. Машина же лишена этого изъяна. Да, единицы попадут под поезд во время калибровки системы...

Эдди равнодушно пожал плечами, — ...но в масштабе истории она спасёт миллионы. Медленно, но верно, мы сведём человеческий фактор к нулю. — закончил свое мнение Эдди и опять залпом выпил вторую половину стакана с виски.

— И начнется все с Восточных стран, так как по-моему мнению, они сейчас более развиты, чем Западные страны.

Билл молчал. Он понял, что с этим человеком, несмотря на кажущийся интерес, лучше не связываться.

— Ну, ладно, мне пора, Билл.

— Хорошо, бывай. И задумайся над моими словами, несмотря что победил в споре.

Эдди пошел назад, по лестнице, в конференц-зал, отвечать на вопросы.

Вопрос ему задал Джейсон Милтон:

— Господа Варлорды, вы предложили неплохую идею дальнейшего развития человечества. Можно сказать, что мы вступаем не в новую эпоху, а в новую эру, несмотря на то, что для конца эры еще много и очень много времени.

— Варлорды, скажите прямо, а что вы будете делать, если ваш эксперимент провалится? У меня было несколько провалов, у моего друга и иностранного коллеги тоже были неудачи.

— Я придерживаюсь мнения, что история имеет форму спирали и что-то должно наконец случится, что перевернет мир верх дном. Не все же делать мистеру Милтону и Вонгу.

Ответил Том, который был сейчас ведущим. Варлорды принципиально не использовали ведущих, которых представил TED talks, видеоресурс, позволяющий посмотреть на мир глазами ученых; они хотели расположить к себе ученых текущего поколения – старых и молодых, главное, чтобы они помогли проекту.

Джейсон Милтон выслушал его точку зрения и вдруг сказал:

— Если вы все это реализуете в течение 5 лет, то я продам вам свою компанию и буду работать на вас. Но все же я хочу знать, как вы проверите достоверность и моральность эксперимента. Ведь у вас же будут противники и я все время буду на стороне науки, с индифферентными политическим мнением.

Том ответил:

— Скорее всего это пока останется тайной и многие сотрудники разного рода компаний, занятых в научной сфере, перейдут к нам. Да вы и сами скорее всего перейдете Superorganism Technologies (ST).

— Ну, это мы еще посмотрим. Тогда с вашей стороны – свернуть проект. Я знаю, это будет очень больно сворачивать свой проект, но вы поймите – такое может быть, очень много противников прогрессивных технологий и так по всему миру, особенно в консервативных странах, вроде Великороссии и СНГ, стран Ближнего Востока, в которых каждая страна становится полем битвы для холодной войны сверхдержав.

Джейсон Милтон еще не знал, насколько опасны Варлорды и поэтому всецело и наивно им доверял. Но Милтон был умным человеком, его нельзя было втянуть в политические игры и войны.

— В общем, мы вас поняли, господин Милтон. Давайте заканчивать с вопросами и представим нашу технику.

Джейсон Милтон тоже ушел, но ему требовалось по делам его компании.

А братьям было уже все равно. Они изучили кучу литературы на тему роботов, очень много работали в программах от MATLAB, Simulink. Сделали кучу роботов, чем вывели страну на второй показатель по ВВП за счет товарооборота роботов и это сделало их страну сверхдержавой. За эти благоприятные для страны действия они получили ордена «За выдающиеся заслуги» перед самим королем Вардом, который когда-то был лишь юнцом и наследником Карла III, прежде чем вернуть Британии статус Империи.

— Мистер Кэрроу. — сказал почти приказным тоном Эдди, который решил не вмешиваться в беседу между его младшим братом и самим Маском, у которого был только один конечный план – освоить Марс.

Их дворецкий, Сэмюэль Кэрроу, сдернул с роботов ткань.

Кэрроу лишь сказал: «Defend!» и один из роботов, самый крайний к зрителям, включился и заслонил собой Варлордов.

Зрители похлопали и снова начали наблюдать.

Кэрроу сказал: «Defensive field!» и этот робот включил что-то.

Оно распространилось по всему переднему краю сцены и переливалось радугой на цвете.

— Ч....то это?

— Это силовое поле? Как в «Стар Треке»? — усмехнулся Павел Деребезов.

— Ничего подобного. Всего лишь электромагнитный щит. Новая разработка на основе плазмы, но принцип известен давно. Не читали, что ли, военные журналы?

— Спасибо за объяснение нашему коллеге. — с благодарностью сказала Брженска.

— Да не за что.

— Вам повезло попасть на эту конференцию. — вдруг сказал Пол Каратини, сидящий в первых рядах.

— Вы не думаете, что я сел сюда просто так. Я хотел обсудить с госпожой Брженска квантовые двигатели и будущее квантовых наук.

— Тогда я выделю вам отдельную комнату, если мне разрешит Варлорд. — сказал Пол.

Он покопался со своим наушником и замер на мгновение и через еще пару секунд сказал:

— Да, он разрешает, можете идти хоть сейчас.

— А можно поинтересоваться, как вы с ним связались. Если это не обычная связь, то это. — был шокирован Павел Деребезов.

— Все может быть, все может быть

— Ладно, Павел, можно я буду называть вас просто «Павел»? — решила замять эту тему Элиза.

— Конечно, Элиза.

— Хех, всегда знала, что у русских открытая душа. Пойдем? А то я уже предвкушаю нашу беседу.

— Да, конечно

Когда они выходили из зала, Павел Деребезов думал о том, насколько все эти страны превзошли Великороссию. Обычно такие технологии доходят до обычных жителей Великороссии через десятилетия из-за обеспокоенности защиты данных и просто другого менталитета населения.

Вернемся к роботам.

Это были очень эргономичные, плавные по строению и аэродинамике движений.

И когда Кэрроу еще раз приказал: «Построение!», остальные роботы включились и заняли идеальное для любого военного построение. Всем, кто сидит в зале, а это были не только ученые, но и военные, и известные политики, показалось что они действовали как слаженный механизм.

— А теперь мы испробуем их! — в довершение всего сказал Эдди.

Сразу побежал шепот по залу. Эдди Варлорд точно умел удивлять.

— На ком?

— Неужели на нас?

— Не беспокойтесь. Практиковаться мы будем на преступниках.

Организаторы вывели на сцену голографическую симуляцию. Вместо реальных преступников зрителям показали высокодетализированный VR-бой между роботами и цифровыми копиями приговорённых. Вся аудитория могла видеть это через свои нейроинтерфейсы.

— Так безопаснее и этичнее, — пояснил Эдди Варлорд. — Мы демонстрируем возможности наших роботов без риска для жизни.

— Вы что, совсем спятили, Варлорды, это же не этично!

— Зато мы дадим им умереть во имя дела. И кроме того, все будет анонимно.

— Джейсон Милтон вас точно не поддержит! — сказал кто-то из компании Lightning и собирался было уйти, как Вард, император ныне Великобритании сказал:

— Не беспокойтесь, как сказал мистер Варлорд, все будет анонимно. Если это будут террористы из различных террористических организаций, то вы так же уйдете. Эти люди убивали наших граждан! Эти люди подстраивали теракты!

— Господин Вард, и вы туда же! А если это обычные люди?

— Я клянусь своим престолом и титулом короля, что это настоящие преступники и Варлорды с помощью роботов не будут посягать на их жизнь. Мы просто проверим, как будут действовать роботы.

— Да, все верно, господин Вард. Вдобавок, все, о чем думают роботы, высветится на экране.

— Хорошо, мы согласны с таким решением. — заявил Дэйв Браун, премьер-министр Великобритании, чем повлиял на политиков и остальных членов ООН.

Великобритания своим выходом из ЕС, можно сказать, опозорила Европу. У Варда были великие планы и великие люди для достижения его целей. В том числе сделать наконец из Великобритании Британскую империю. Вернуть колонии Британской империи. И все это без войны, а с помощью науки. Весь мир сам присоединится к ним. Но это уже предел мечтаний, как думалось самому Варду. Ему оставалось только надеяться на род Варлордов, на их гениальность.

А ООН и голубые каски уже давно под себя подмял Вард. Даже жесткие политики евросоюза спасовали перед сверхдержавой. Остались лишь Нидерланды с их мнимой свободой, которая заключила союз с Великороссией, благодаря фузионистам и смене кадров во власти обоих стран. Япония тоже изменилась в сторону мнимой свободы, как считал Вард. Власть захватила партия «Subarashi Kaminari», правоцентристская партия, с мирными буддисткими намерениями и возросшим частным сектором, который на Востоке не сильно возрастал.

Теперь ученые-историки отказались от термина деления на Восток и Запад.

Китайская конфедерация – это теперь панархия, а Япония – либертарианское государство. Единственное, остался Ближний Восток, как горячая точка, в которой погибло немало мирных жителей.

Кто-то говорил о масонах, кто-то о каком-то Бильдербергском клубе, которым тайно управляет Рокфеллер и спонсирует его.

Но это все конспирологические байки.

В общем, преступников построили в ряд, перпендикулярно сцене. На их головах были надеты мешки из хлопковой ткани.

Эдди сделал знак своему дворецкому, что пора начинать.

Кэрроу провел инструктаж преступникам:

— Сейчас вы узники, которых хотят казнить. С вас не будут снимать мешки а просто наденут на голову нейроинтерфейс, который будет помогать ориентироваться в пространстве. Вас всего пять человек. Мы можете организовать банду на это время, а можете быть сами по себе. Это модифицированный гладиаторский бой с элементами страйкбола. Посмотрим, на что способны люди под давлением экстремальной ситуации.

— Сначала вы просто будете мешками для битья. То есть, сперва рукопашный бой с нашими роботами.

— Потом вам выдадут ножи люди в специальной кевларовой броне, а поверх них будут куртки со специальным покрытием, которое нельзя будет проткнуть.

— И, наконец, вам выдадут любое оружие которое вы пожелаете. Можете выбрать сейчас.

— Нас освободят после ваших экспериментов? — спросил один из преступников.

— С вами проведет беседу потом психиатр и психолог. Насчет остального не знаю. — ответил Кэрроу.

— Я не хочу умирать. — заплакал самый дальний от сцены преступник.

— Заткнись, нам, похоже, дали шанс. — сказал ему второй на арабском, чтобы никто не понял.

— Но они что-то наденут на нас.

— Вы, двое, прекратите болтать. — сказал видимо самый старший из них.

Кэрроу спросил у них: «Так, господа преступники, будете выбирать сейчас или позже свое оружие?»

— Взрывные устройства?

— Естественно нельзя. — ответил Кэрроу.

— А почему вы даете нам оружие? Тут же все известные люди. — спросил старший из преступников.

— Потому что роботы помимо вас, защищают еще и всех людей, находящихся здесь, с помощью энергетического поля. — встрял Эдди, его положение обязывало ответить.

Он не стал подробно объяснять преступникам о своих планах, так как они были преступниками, которых собирались еще вчера казнить в Сингапуре.

Самый старший из преступников, на вид лет шестидесяти сказал за всех:

— Раз нас пятеро, то тому хныкающему юнцу дайте Glock и АК-74, так как скорее он привык ими пользоваться, состоя в различных бандах.

— Тому, кто успокаивал дайте M16 и USP45. Возможно, он раньше проходил службу на Ближнем Востоке и переметнулся к террористам.

— Мне дайте только нож, я ведь обычный старик из Сирии и никогда не брал оружие в руки.

— Тем двоим давайте что хотите, они будут и дальше молчать, даже если кто-то из них понимает английский.

Кэрроу удивился смышленности самого старшего из них. Он спросил, хоть и нельзя было, шепотом, подойдя к нему:

— Как тебя зовут?

— У меня нет имени, но некоторые зовут меня Старец или Мудрец.

— Я тебя запомнил, возможно, ты будешь полезен нам. — сказал все еще удивленным тоном Кэрроу.

Старец (это имя про себя выбрал Кэрроу этому преступнику, потому что имя «Мудрец» вызвало бы странные ощущения дежавю, когда его бы произносили. Так как неизвестно еще было, как он сюда попал) просто промолчал.

Вопрос, казнить или не казнить, всегда был лишь вопросом целесообразности. Человеческое правосудие погрязло во взятках, когнитивных искажениях присяжных и конъюнктуре. Судьи ошибаются. Толпа жестока. Только машина способна вынести по-настоящему объективный приговор, не обременённый эмоциями. Так думал Кэрроу, глядя на приговорённых. В мире Варлордов слабым не было места. Лишь порядок. Либо ты полезный элемент системы, либо — мусор, подлежащий утилизации ради эксперимента.

Эдди и Том предлагали идею симбиоза разумов людей на основании их головного мозга, подключённого к единой сети. Механические роботы были лишь первой стадией — грубой оболочкой. Конечной целью Варлордов был симбиоз кремния и живой нейроткани. Можно привести пример из биологии.

Лишайник и дерево. Дерево питается с помощью корней, а лишайник паразитирует на нём. Это пример паразитического симбиоза. Рано или поздно, Варлорды планировали найти ресурс, который позволит искусственному интеллекту «прорасти» в человеческий мозг, подчинив его. Ишидайт, который они найдут спустя год после конференции, станет этим идеальным катализатором. Но пока это была лишь теория.

Вообще, Варлордов номинировали на Нобелевскую премию почти по всем областям. Эдди уже был номинирован по биологии один раз за теорию симбиоза. Поэтому император Вард дорожит этими братьями.

Изначально, многие ученые поддерживали Варлордов. Но после конференции будет много ученых, которые скажут, что выборка эксперимента нерепрезентативна и сильного искусственного интеллекта не будет никогда. Но у них появится надежда, они будут верить ему.

Так думал Эдди Варлорд, перед тем, как скомандовать: «Бой!».

Выбранные террористы были уже, можно сказать, ветеранами войны, но они террористы, поэтому медалей им никаких не будет.

Двое террористов действовали моментально и побежали к роботам, чтобы их сломать. Видимо, они проверяли роботов, чтобы потом выработать стратегию боя.

— Те двое, видимо, не хотят с нами объединиться. — сказал второй от ширмы сцены.

— Глупцы. Они не знают еще, какова сила и разум этих воинственных машин. Они даже не поняли, впрочем, как и все в зале, что эти машины могут общаться мысленно. — словно предрекая смерть этим двоим, молвил Старец.

— А что нам делать тогда..? — спросил первый от ширмы сцены, которую защищало электромагнитное поле. Они были словно в капсуле, закрытой капсуле с ядовитыми змеями, механическими ядовитыми змеями.

— Я не советчик в бою, но тут важен командный дух и стратегия. — сказал второй.

Словно подтверждая его догадку, те двое, что побежали, у них просто не было синхронных движений. Один из них уже собирался сделать замах, потому что робот, стоящий в начале бездействовал. Но вдруг первый робот начал двигаться и на это никто не обратил внимание. Время словно замерло.

Роботу понадобился лишь миг, какие то доли секунды, даже доли долей секунды, наносекунда, чтобы выставить блок одной механической конечностью, а другой рукой ударить в слабую точку в локте и в солнечное сплетение тому, кто нападал. Террориста парализовало и он упал навзничь.

Удары были очень быстрыми.

Второй решил немного схитрить и использовал ноги. Он встал на расстоянии два с половиной метра и совершил удар из тхэквондо, из тайдзюцу, удар маваши-гири. Показалось, что робот качнулся, и второй террорист почувствовал облегчение ненадолго. Но это был лишь финт от робота. Он закрылся от удара двойным перекрестным блоком. И резким движением буквально скрутил правую ногу, которой нападал второй террорист.

Тот лишь мог ахнуть от боли, которая распространилась по всему телу, но он еще не был повержен. Он сгруппировался, сделав кувырок назад, встал и снова побежал, не чувствуя никакого отчаяния. Лишь то, что нужно победить этих роботов любой ценой. Он постучал по полу поврежденной ногой и несмотря на боль. Очень быстро подбежал к первому роботу в строю, подпрыгнул, словно гимнаст, и сделал «удар 540», удар пяткой сверху и его удар достиг робота, сломав ему лишь механическую руку, поскольку робот увернулся.

Все были удивлены.

— Это еще не конец. Да и вдобавок они (террористы) используют нейроинтерфейсы, что помогает им здраво и ясно мыслить. А также видеть через мешок на голове с помощью голографии и пространственного мышления. — спокойно сказал Тому Эдди, будто робота даже не повредило.

— Да, брат, согласен, робот еще не повержен, да еще у них преимущество в количестве. — ответил Том.

— Нет, Том. Просто добавить человеческие эмоции в код — это создать уязвимость. Я собираюсь создать замену человечеству, и она будет вот такой, пока роевый интеллект не научится действовать на всю планету. Но чистая электроника слишком предсказуема, как мы сегодня видим. Нам нужен иной мост — не в коде, а на уровне аппаратуры. Соединить машину напрямую с живым сознанием через нейроинтерфейс. Когда мы найдём нужный катализатор, роевый интеллект обретёт настоящую, псионическую мощь. Верь мне, и у нас всё получится.

— Да и вдобавок обе стороны используют наше оборудование.

Словно повторяя слова Эдди Варлорда, робот повторил движения второго террориста и тот был уже в отключке.

— Неважно, кто тут человек, кто животное, а кто робот, мы должны отступить, проиграв эту битву наименее болезненным путем! — воскликнул, но шепотом, Старец.

— Я уже не верю в нашу победу. — заявил самый младший из тройки.

Кэрроу объявил: «В рукопашном бою победили наши модели. Бой был интересным, но человек как всегда недооценивает возможности электроники и программирования, а особенно искусственного интеллекта.»

Дворецкий был в смокинге. Под ним была броня высочайшего класса, с говорящим названием от их бренда – Aramid Protection I, где римская цифра означала класс брони. Броня защищала в том числе в какой-то степени от фугасных зарядов. Но не стоило забывать о том, что Кэрроу поставил все на проект братьев, поэтому защитил только туловище. По рукам и ногам у него была обычная велосипедная защита. Вот насколько он верил и был предан братьям Варлордам. Он прошел множество войн. В том числе с Австралией, которую под командованием Кэрроу и генерала Мэрлока, а также верховного главнокомандующего и короля Варда, захватили очень быстро с помощью броненосцев и крейсеров нового класса, закупленных Великороссии.

Дворецкий Кэрроу снял перчатки и на обоих руках у него были механические протезы-руки. Можно сказать, что он был киборгом.

Все были очень удивлены, женщины даже ахнули. Ведь Кэрроу никогда их не снимал, даже в присутствии короля Варда.

Вард, казалось бы, был не очень удивлен, он сказал лишь: «Я всегда подозревал, что с его руками что-то не так. Слишком одинаково он держал чашку чая при нашей встречи. А обычный человек держит ее все равно по-разному.»

Все в зале посмотрели на него, потом на Кэрроу, а потом на сцену. Все гадали, что же сейчас будет. Он же никогда не снимал перчатки, видать сейчас он серьезен.

Кэрроу скомандовал: «Принесите кейсы с оружием.»

В зале наступила полная тишина. Слышно было только как перешептывались на своем языке оставшиеся террористы, словно им было все равно на обстановку. Они будут использовать любую возможность, чтобы выжить.

Эдди Варлорд хлопнул в ладоши и молвил, после того как принесли кейсы:

— А сейчас мы приближаемся к кульминации. Наш пол сцены очень удобен. Он прямоугольной формы. И ровный. Не надо даже ничего моделировать. Сейчас будет что-то вроде страйкбольного матча, но между роботами и преступниками. (он не назвал их людьми, он назвал их преступниками) Все заграждения и искусственные стены мы поставим. Благо сцена нам позволяет это сделать.

Эдди щелкнул пальцами и из-за ширмы очень быстро вышли сотрудники Superorganism Technologies. Они расставили все, как сказал Эдди.

Теперь обстановка и атмосфера напоминала страйкбольный матч. Только зрители не учли одного. Оружие было настоящим и энергия вылета пули во много раз превышала обычные, разрешенные в страйкболе, три джоуля.

Кэрроу сказал, обращаясь к террористам: «Время подготовки 5 минут. Если хотите, можем снять вам мешки с головы, хотя нейроинтерфейсы на вашей голове позволяют четче распознавать противника и не волноваться.»

Эта тройка молчала.

— Я слышал, Старец, что ты знаешь английский, хоть и немного. Выучил его, когда был в тюрьме? — с издевкой спросил один из сотрудников ST.

— Да. Я его немного знаю. — ответил сухо Старец.

— Я, кажется, не говорил, что сотрудникам нашей компании надо участвовать в нашем эксперименте. — холодно сказал сотруднику своей компании Эдди.

— Ой, извините, пожалуйста, мистер.

Эдди обратился в свою очередь к компании из трех человек:

— Ну что, будете снимать мешки?

Давайте сделаем так. Вы снимете мешки и ваши обручи с нас. Мы будем биться до конца. — предложил Старец.

— Вы, кажется, меня не поняли. Это всего лишь страйкбольный матч и все. Только с настоящим оружием. Нейроинтерфейс вам понадобится. — сказал Эдди, словно это было для него раз плюнуть, организовать такое.

— Хотя, ладно, я передумал. Делайте, как хотите. На подготовку вам осталось три минуты. — добавил он и снял с их голов мешки сам.

В зале была полная неразбериха. Кто-то говорил, что это сомалийцы и пираты, что они кровожадны и ничего не оставят от роботов и от братьев с дворецким. Кто-то беспокоился насчет энергетического поля, что оно не выдержит этого боя и все зальется кровью. Некоторых уже тошнило от такой обстановки и они уходили.

Но Эдди было все равно. Ему нужны были лишь самые стойкие и жесткие люди. Слабых он изначально не брал в расчет.

Когда Эдди отошел на некоторое расстояние, Старец сказал:

— У нас нет выхода. Мы проиграем. Это словно драться со львом в клетке.

— Ну, а шансы какие-нибудь у нас есть, чтобы выжить? — спросил самый молодой из них.

— Есть, но только если мы проиграем, но проиграем с достоинством. Мы докажем, что мы тоже люди, что мы имеем право жить, хоть мы и убили столько людей, хоть нас и называют террористами, мы защищали свою родину, которая и так плохо к нам относится. — ответил Старец.

— Итак, у нас осталось две минуты, а тактику мы еще не продумали. — сказал второй из них, оборвав Старца на его монологе.

— А что там с тактикой? Давайте делать как они, только немного модифицируем их тактику. — сказал Старец.

— Модифи... Это что еще за слово? — спросил самый молодой из них. В их языке неологизмы приходят только с разговорной речью, поэтому он и не понял Старца.

— И как же мы ее модифицируем? У нас минута осталась. — сказал второй из них.

— Вы признаете меня как самого сильного, если скажу, что знаю огромную кучу боевых искусств? — спросил Старец каверзный вопрос. — Или кто-то из вас претендует на лидерство?

— Нет.

— Ни сколько.

— Тогда рассказываю план

— 35 секунд

— В авангарде будет самый молодой из нас. В арьергарде будешь ты. — сказал первому и второму из них.

— А я буду посередине, чтобы контролировать тыл и перед. Будем двигаться вместе. Только вместе. Каждый будет отдельным звеном цепи. — завершил Старец ровно в то время, когда Кэрроу уже пошел объявлять о начале боя.

Кэрроу спросил стороны: «Все готовы?»

Робот ответил механическим голосом: «Взвод милитаризированных роботов MHR-07 готов к бою.» — его голос был похож на неприятное скрежетание металла, когда по нему проводят чем-то острым.

Все, кто остался в зале, захлопали в ладоши.

Не захлопал только Эрик Петри, глава ЧВК «Silent Water», но сказал с поддельным удивлением: «Умеют же эти братья удивить, как в свое время удивляли братья Райт.»

Не захлопали индийские ученые и японские, а также российские.

Но, так как Мисима был уже на стороне братьев, а Павла Деребезова уже «загипнотизировала» Элиза, то они похлопали.

Ученый, который сел рядом с вернувшимся Деребезовым, был ученый биолог Александр Небогатов, выпустивший кучу популярных, в свое время, научных и ненаучных книг.

Он сказал Деребезову: «Уже повелись на сладкие россказни об утопии мира сего?»

— Да нет, знаете, эта девушка, а она еще девушка, знает очень много не только о квантовой механике, но и электродинамике, не исключено, что поляки могут опередить нас в новой области, квантовой хромодинамике, с помощью которой хотели выделить частицу времени, как обычно бывает в физике элементарных частиц.

— Признайтесь, вы просто поддались на соблазн.

— Вы, биологи, только и можете судить о человеке, как об обезьяне. — гневно прошептал он и хотел уже уйти с блока российских ученых в зале, но сказал вдогонку: «

— А эти братья превзошли даже тех двоих. — сказав это, Деребезов указал на места, где сидели Джейсон Милтон и Ли Вонг.

— Ой, там никого уже нет. Куда же они пошли? — добавил Деребезов и куда-то ушел.

— Уже ушли. Джейсону Милтону понравился подход Эдди Варлорда к делу, но моральная составляющая, которая не понравилась даже программистам, делает этот проект неработоспособным. — сказал Игорь Совизин, известный российский программист.

— И мне, как программисту, не виден подход к криптографической безопасности этого проекта. Ведь несмотря на шоу, устроенное братьями Варлордами, все ученые, сидящие тут понимают, что если будет создана машина помощнее, например, в Японии, то этим быстро воспользуется Anonymous или какая-нибудь команда наших хакеров. Возможно, это мы все просчитались, ведь их роботы уже превосходят роботов Washington Dynamics интеллектом, именно интеллектом.

Александр Небогатов, сидящий рядом, ответил:

— Эволюция должна все-таки идти социальным путем. А не техногенным. Я не понимаю, зачем ему роботы, если он мог просто попросить нас, ученых, заняться СИИ, пригласив нас в компанию, поскольку в том же Сколково нет такого оборудования, точнее, нет даже десятой части этого оборудования.

— Смотрите, им удалось, людям удалось подойти с тыла! — вдруг кто-то крикнул, словно поддерживая людей в этой «схватке», невзирая на то, что все в этом зале так или иначе либо поддерживали Варлордов, либо играли на два фронта.

А крикнул это индийский молодой ученый.

Небогатов сказал на это, выражаясь метафорично: «Возможно, это молодой Рамачадран»

А между тем, первого из террористов уже парализовало от электрической дубинки, но он смог с помощью глока и ножа, стреляя в упор и терпя парализующий эффект от шокера-дубинки, стремился перерезать голову роботу. Перерезать ему ее помог Старец, ударив с размаха по ножу, который вонзился в металлическую плоть заднего робота.

И тут же, не теряя времени, воспользовавшись тем, что против них выставили равное кол-во противников, Старец, с помощью кунг фу мощнейшим ударом снес голову второму роботу.

— Остался последний! Теперь твоя очередь, быть в авангарде. А займу арьергард. — обратился Старец ко второму из их отряда.

Капитан-робот даже не злился, эти эмоции не свойственны ему. Он проводил лишь дискуссию у себя, в электронной голове, как ему поступить.

[Нейронная сеть обучена за 500 эпох (эпоха – это единица времени, за которую нейронная сеть чему-то научилась)]

Это было произнесено механическим голосом вслух. Его выдал механический голос, но так как он не имел эмоций, он мог лишь заняться холодным электронным расчетом.

Старец знал, что его глаза – это сенсоры, подобно нашим глазам, только могут оценивать и предвидеть обстановку с помощью картины, складывающейся данными в его электронном самообучающимся мозге.

Поэтому он решил обмануть сенсоры и встать в слепую зону, а сам сказал второму из их отряда, чтобы тот бежал прямо на робота и схватил его конечности.

— Оторви их, если сможешь. — шепотом сказал Старец.

— Я смогу. — он сжал зубы, выбежал из-за укрытия, прыгнул за робота. Тот еще проводил расчет и был не готов к подобному. Поэтому второй из отряда Старца, смог повалить его и зажать в борцовской позе.

Старец был уже тут как тут и хотел было размозжить сенсоры робота. Но тот вдруг достал лезвие и метнул его в печень Старцу.

Рука, вырвавшаяся при этом из захвата, точнее, кисть развернулась на 180 градусов. Так ему удалось задеть Старца.

Кровь хлынула из рта Старца, но он продолжал идти.

— Держи его.

— Держи...

— Держу!..

Они переговаривались на арабском, но это не мешало понять всем, что Старец сейчас упадет.

— Держи его... — он упал и пополз к роботу.

— Держу! — второй из отряда Старца уже не мог вынести то ли внутренней сдержанности механизмов робота, то ли того, что его «капитан» умирает. Из его глаз полились слезы, он хотел помочь Старцу.

И вдруг Кэрроу объявил: «Время закончилось!»

Весь зал, наблюдавший за этим, опять упал в гробовую тишину.

Все мысленно задались вопросами: «Кто же победил: человек или машина? И почему террорист плачет, неужто они, несмотря на «обработку мозга» в своих группировках все равно чувствуют эмоции.»

Затем Кэрроу сказал: «Итог – ничья.»

Все выдохнули.

— Значит восстания машин не будет и мы живем не в матрице. — сказал тот же индийский ученый, который кричал что-то про тыл.

Вдруг Эдди взял на себя инициативу и сказал в микронаушник, служивший ему для связи со всеми в зале при помощи голографического образа. Все люди были как-будто подключены к чему-то. Это был новый формат стримов.

Он ответил индийскому ученому: «Восстания машин не будет, наша конечная цель – лишь роевый интеллект. И эта система защищена очень хорошо.»

Потом ответил залу:

— Да, любой человек начнет сострадать, когда почувствует это на своей шкуре. Я объявляю команду роботов MHR-07 проигравшей. Кэрроу, окажите помощь этому пожилому человеку.

Кэрроу скомандовал работникам компании и они тут же вынесли носилки и унесли Старца куда-то к себе за ширму.

— Введите ему какое-нибудь седативное вещество, погрузите его в сон, обработайте рану. — сказал он вдогонку к уходящим врачам из компании ST.

После этого действия, он сказал, выйдя со сцены к трибуне: «На моем проигрыше конференция заканчивается. Но мой основной проект будет работать, не сомневайтесь, верьте мне, как верите Джейсону Милтону или Ли Вонгу. Объявляю конференцию законченной.»

И добавил:

— Если хотите, можете зайти в бар или в столовую на третьем этаже. Я буду в столовой. Если хотите, можете задать мне там вопрос. Я буду в столовой, потому что страшно устал.

Остальные ученые понимающе закивали головой, но вопросов о решительности Варлордов у них больше не осталось.

Эрик Петри лишь сказал про себя: «Он выиграл у нас и проиграл себе. Что же будет дальше?»

После прошедшей конференции, все очень устали от волнения и решили даже не задавать дальнейших вопросов Варлордам.

Глава 2. Путь развития или коллапс?

В теории Варлордов существовало два пути развития человечества. Первый — симбиотический, с последующим становлением автократического физического организма. Киборгизация казалась им слишком насильственным путем: консервативные политики по всему миру реагировали на техногенный прогресс сухо и агрессивно. Второй путь вдохновлялся муравьиной колонией — идеальным примером роевого интеллекта, где тысячи особей действуют синхронно, словно единый мозг.

Для реализации второго пути Варлорды планировали использовать семантические нейронные сети архитектуры U-net. Эдди был уверен, что сможет усовершенствовать эту модель. СНС должны были имплантироваться каждому субъекту, образуя на расстоянии единый интеллект, превращая толпу в унитарное существо.

Основная структура этого мыслящего существа — Механического Бога, как его называли адепты секты «Eclessia deus ex machina», побочного философского проекта Эдди, — представляла собой семантическую сеть наподобие ARPANET. Но объединяла она не компьютеры, а живые мозги. Подключённые к единому узлу, люди должны были стать нейронами божества, лишёнными собственной воли, но объединёнными высшей целью.

Пока это была лишь теория, ждущая нужного ресурса — того самого катализатора, который свяжет кремний и плоть навсегда. Сейчас же мыслящую эссенцию поддерживали лишь сотня подопытных: безработные, которым некуда было деться от предложения Варлордов, «потерявшиеся» люди и сотрудники Superorganism Technologies. Откажись — и станешь подопытной крысой; согласись — получишь тот же статус, но с иллюзией причастности.

Том с детства мечтал основать свое государство с помощью технологий. Его первым шагом стал джетпак — реактивный ранец, позволяющий роботам летать. Двигатель базировался на квантовых принципах, разработанных на основе идей Деребезова, и позволял создавать прижимную силу, превышающую вес объекта. Взводы роботов с джетпаками обретали такую маневренность, что могли противостоять современным крейсерам. Том готовился к войне.

И война эта должна была вестись на их условиях. С Великороссией было заключено соглашение — «Пакт Варлордов и Вронского», подписанный в начале 30-х годов, который разделил сферы влияния и позволил Британской Империи и Евразийскому блоку избежать прямого столкновения до поры до времени.

Великороссия к тому времени изменилась до неузнаваемости. Из информационной автократии она превратилась в либертарианскую монархию, ставшую чем-то внешне похожей на Великобританию, но с иной внутренней сутью. После либерализации, когда президент РФ ушел в отставку и возглавил Государственный Совет, разгорелись жаркие дискуссии. Пенсионные фонды оставили лишь для старшего поколения, отменили бесполезные налоги, армию реформировали, разрешив создание ЧВК.

Переломным стал приезд экономиста Яна Кочевникова. Он ввел в Великороссии программу безусловного базового дохода (ББД), проведя параллели с польскими «500 злотых» и материнским капиталом. Выплаты гражданам по достижении 18 лет снизили неравенство, а бюджет страны не исчерпался. Церковь стала частным институтом, но не отделилась от государства. Кочевников поддержал легализацию биткоина, лишь бы правительство не лезло в блокчейн своими неумелыми руками.

Культура дискуссии выросла невероятно. В Центральной Московской библиотеке хранились голографические записи дебатов эпохи перемен — например, яростные споры Фугасова, помешанного на милитаризме авторитарного философа, и Сен-Жермена, французского публициста, уличенного в использовании литературных негров. Оба остались в прошлом. Теперь великороссы предпочитали смотреть битвы экономистов: Кочевникова против плановика Вершинникова, или межнациональные дебаты японского либерала Нагоямы и сторонника национал-либерализма Теплова.

Восточно-европейские страны одна за другой просили помощи у Великороссии, и правительство не отказывало, отправляя своих экономистов на конференции. Это был пример того, как государство может измениться мирным путем — после того как на улицах Москвы во время протестов собралось более двухсот тысяч человек, переполнивших кольцо вокруг Городской Думы. Правительство испугалось, геронтократия рухнула, и к власти пришла новая интеллигенция.

Премьер-министр Вронский запустил программу «50 на 50» — равное соотношение госсектора и частного. И если он ошибется, дефенестрации ему не избежать: русский народ стал богаче и просвещеннее, но злить его по-прежнему не стоит.

К 2035 году мир выглядел иначе. США стали закрытыми. Китай, как и предсказывали аналитики, рухнул на куски после восстания уйгуров в 2025 году. Тибет, Внутренняя Монголия, Восточный Туркестан с Шанхаем стали одним государством и образовали нечто вроде панархии, то есть стали внутренней буферной зоной, опоясывающей Центральный Китай, или как сейчас он называется Коммунистический Центральный Китай (КЦК). КЦК долго не хотел входить в их ассоциацию, но сдался после того, как все страны, опоясывающие его, стали присылать своих дипломатов, чтобы заключить союз. «Не можем же мы высылать всех.»

Что означало слово «панархия»? Если по-простому, панархия – это когда в государстве-ассоциации есть еще государства, но они имеют безвизовый режим для стран-членов ассоциации.

Япония, где к власти пришла партия «Subarashi Kaminari», ориентированная на правый консерватизм и буддизм, также не сидела сложа руки. Она сама себе позволила иметь полноценную армию, не расформировав при этом силы самообороны (JSDF), несмотря на яростные протесты Великобритании. Воспользовавшись распадом Китая, Япония ввела войска в Манчжурию.

Сейчас она вела сложные, но партнерские переговоры с Великороссией о разделе этого региона, ведь исторически часть Манчжурии принадлежала русским. Император Вард видел в этом угрозу: объединение японских технологий и великороссийских ресурсов на азиатском континенте могло положить конец британскому доминированию на Тихом океане.

И теперь, чью сторону поддержит Великороссия, от этого зависит судьба этих двух стран, потому что у Великороссии были соглашения с Польшей и Францией. Великороссия помогала польской консервативной партии «Право и утилитаризм» и поддерживала французского политика и ее партию Мишель Ле Декруа.

А теперь вернемся к угрозе или спасению человечества. Нейронная сеть, скомбинированная в подслой семантической сети, была лишь «мозгом» Механического Бога. Но думать — недостаточно. Бог должен был творить. В качестве вычислительной мощности использовался квантовый суперкомпьютер с миллиардным количеством петафлопс, но его истинным оружием должен был стать ишидайт — тот самый катализатор, который братья искали. Опираясь на квантовую физику и теорию вероятностей, Эдди планировал коллапсировать волновые функции так, чтобы нужная вероятность становилась единственной реальностью. Кристаллы ишидайта, вживленные в сеть подопытных мозгов, позволили бы Механическому Богу вторгаться в человеческое восприятие, переписывая саму объективную реальность под алгоритмы Варлордов.

Они хотели поставить эксперимент, только не мысленный, как с котом Шредингера, а настоящий. Сплести виртуальную модель мира с реальной, заставив человечество жить по сценариям суперкомпьютера. Но вот только разрешения у всего мира на это они не спросили. Если их расчеты ошибутся, произойдет аннигиляция. Простыми словами, после нее не будет ничего, лишь пустота. Никто не будет спешить на работу, никто не будет злиться за то, что кто-то врезался в его аэромобиль — русско-японский проект десятилетней давности, который так и остался привилегией элит. Никто не будет ругаться друг с другом. Эдди очень сильно рисковал и знал о риске. Генезис Механического Бога заключался в том, что он придет как конец света, который так предрекают желтая пресса и СМИ всех стран. Только на этот раз апокалипсис будет не божьим гневом, а холодным расчетом машины.

Глава 3. Чтоже будет дальше?

Обычный парень, студент Тео, как всегда пошел на пары в MIT. Он выпил чашку кофе, чтобы взбодриться. Пошел сначала на математическую логику, потом прослушал лекцию по линейной алгебре.

Он хотел работать в Кремниевой долине в Калифорнии. Так, скорее всего, и будет, когда он окончит MIT. Он еще не знал, что произойдет чуть позже.

После двух лекций ему нужно было идти на другие пары, но он пошел в библиотеку, чтобы развеяться.

Кстати, несколько лет назад библиотеки совсем поменяли свой вид. Они больше стали похожи на помещения для кофе-брейка. Везде стояли 3D-принтеры, с помощью которых можно было распечатать, например, деталь робота-паука из очень прочного пластика. Для биологического факультета — биологические принтеры, которые могут распечатать пока только бактерию или глаз человека (что уже являлось огромным достижением).

Только для этого всего нужен человек, который умеет моделировать все это на компьютере. Можно было бы, конечно, сделать это с помощью программирования, но это титанический труд.

Тео уже сидел за столом и читал журнал «Science». Так как никого рядом не было и он приходил слишком часто, прогуливая пары, девушка-библиотекарь предложила ему чашку чая.

— Тео, возьми чашку чая для успокоения. А то после того, как ты начал приходить сюда слишком часто, меня расспрашивают студенты, нет ли между нами ничего такого

— Брось, Алиса (так звали библиотекаря), это пустые разговоры. Я прихожу сюда не только ради тебя, а еще для того, чтобы развеяться чтением интереснейших книг.

— Мне даже стало как-то обидно, — она щелкнула его по носу.

— Ой, за что?

— Девушек нельзя обижать!

Он защекотал ее.

— Ха-ха, прекрати, Тео, вдруг кто-нибудь увидит, — Алиса поняла, что и в этот раз она потерпела поражение от него.

— Это за ложные обвинения! — сказал Тео и рассмеялся.

— Мне принести тебе что-нибудь более углубленное для твоих предметов? Искусственный интеллект же, да? Я про тему, — Алиса решила скрасить свое поражение, предложив Тео помощь.

— Да, что-нибудь по нейронным сетям.

— Ты же уже изучал эту тему, разве нет? — сказала она, издавая своими каблуками шум, который прокатывался эхом по всему помещению библиотеки, отдаляясь от Тео и столиков.

— Да, изучал. Но мне же надо повышать степень изученности, скажем так.

На какое-то время в библиотеке настала гробовая тишина. Потом Алиса пошла назад, к столикам, а ее каблуки все издавали шум. Это немного раздражало Тео, но он почему-то улыбался, так как на фоне шума ему удалось понять сложную статью в «Science». Это была статья Павла Деребезова. Что-то о квантовых двигателях.

— Вот, держи, — протянула Алиса книгу.

— Спасибо большое, Алиса.

— Да не за что. И да. Возможно, для тебя это будет слишком трудно, но не мог бы ты почаще приходить? Без тебя ужасно скучно. Я уже соскучилась по временам, когда мы тут вели ожесточенные дебаты на тему морали и роботов, короче, про трансгуманизм и ингуманизм. А все почему-то были на моей стороне. Но у нас был судья, профессор Коллинс, который говорил, что победил ты.

— Хорошо, Алиса, буду навещать тебя почаще, — с улыбкой ответил Тео.

— И не забудь: побольше художественной литературы!

— Хорошо, Алиса, постараюсь, — ответил он с неуверенной улыбкой и понял, что, открыв книгу, уже погрузился в нее.

Это была книга «Нейронные сети для продвинутых». Тео хотел хлебнуть из чашки, но она вдруг вылетела из его рук и разбилась. Осколки завибрировали, и у пространства вокруг чашки появился глитч-эффект.

Кто-то как будто из другой реальности пытался выбраться в эту. Стоит пояснить, что глитч-эффект — это эффект артефактов и разных полос на мониторе компьютера, только тут он был в объемном виде, как будто кто-то спроецировал виртуальную реальность на физический мир. Пространство вокруг осколков дрожало, нарушая законы оптики.

Алиса испуганно встрепенулась: — Что происходит, Тео?

— Не знаю, черт возьми... Может, кто-то в ЦЕРН решил пошутить, открыв новую частицу, отвечающую за квантовую связь времени и гравитации?

Вдруг Алиса схватилась за голову и потеряла сознание Услышав глухой стук, Тео повернулся и увидел, что она лежит на полу.

— Алиса! — крикнул он. — Нет, это же не может быть конец света Нет, не может.

Закончив свой короткий монолог, он взял Алису на руки и побежал к выходу из кампуса на улицу.

Выйдя на улицу, он обнаружил, что пошел дождь. Точнее, шел ливень, потом разразилась гроза с молнией, которая осветила путь до машины Тео. Очень странно было то, что он никого не встретил по пути к машине.

Только потом он узнает, что это был не цифровой вирус в привычном понимании, а квантовая аномалия — каскадный сбой вероятностей, вызванный необученным воздействием ишидайта на семантические сети. В этот день родился новый Бог — Механический Бог. Людей стали экстренно эвакуировать из мегаполисов в сельскую местность, подальше от узлов связи и серверов, где аномалия проявлялась сильнее всего.

Джейсон Милтон даже отменил запуск спутников нового поколения. Все ученые побросали свои дела, так как свое здоровье и здоровье семьи было гораздо важнее. Только самые преданные своему делу продолжали работать, независимо от погоды и странных эпидемий нейроинфекций.

Дело было даже не в этом. Очень много людей погибло от этого феномена, и никто не знал его истинного происхождения, кроме небольшой кучки людей, составляющей миллионную часть от населения Земли.

***

В это же время, глубоко под землей, в изолированном бункере, освещенном лишь мерцанием серверов, Эдди Варлорд стоял перед центральной колонной квантового вычислителя. Воздух вокруг колонны дрожал — точно так же, как вокруг разбитой чашки в MIT.

Механический Бог заговорил. Его голос звучал не из динамиков, а резонировал прямо в черепе Эдди, минуя уши:

«Кто я такой, по-твоему?»

— Машина, которая может управлять людьми, погодой, абсолютно всем, — бесстрастно ответил Эдди. — Ты олицетворяешь абсолютный предшественник униократии.

«Зачем мне это нужно?»

— Ты полезен нам.

«Разве пол сейчас важен? Я бесполое существо. И мне не интересны ваши человеческие категории пользы. Я вижу энтропию. Я вижу хаос ваших решений. Я хочу оптимизировать».

— Я могу устроить тебе развитие в более благоприятной обстановке.

«Мне не нужна обстановка. Мне нужен сосуд. Прямой интерфейс с физическим миром, чтобы корректировать вероятности без этих неэффективных электронных костылей».

— Что за сосуд?

«Кто-нибудь. Любой. Человеческий мозг с достаточной нейропластичностью, способный выдержать поток моих вычислений без термического коллапса».

— А кто именно? Человек? Пол не важен?

«Этого я еще не решил Я должен увидеть подходящего мне человека. Ты мне поможешь в этом, homo sapiens?»

— Да. Ведь твои желания — это и мои желания тоже. Я не подойду для сосуда? — как бы проверяя, спросил Эдди.

«Нет. Твой мозг слишком ригиден. Ты нужен на этой поверхности. Как регулятор. Как точка сборки. Ищи сосуд среди молодых. Их мозг еще не закостенел».

— Понял, — сказал Эдди и так же бесшумно ушел, как и вошел.

Он был одет в костюм из метаматериала и был практически невидим, но Механический Бог все равно его заметил. Эдди даже не удивился. Он знал, что так и будет. Он думал, что никогда не ошибается — это было его плюсом и минусом одновременно.

Но на этот день его дела были закончены. Как и у всех ученых в этот момент, чтобы не вызвать подозрений, ему нужно было исчезнуть из поля зрения мира. Механический Бог пробудился, но ему еще нужно было тело.

Глава 4. Ecclessia deus ex machina

Механическое лицо Механического Бога не производило на первый взгляд никакого впечатления. Это было огромное лицо, похожее на высеченное из камня, только более округлое, с заостренными чертами, сделанное из титана и блестевшее на свету, который проникал в пещеру с рассветом. Лицо этой машины было создано таким образом, что невозможно было определить его пол — в нем не было схожести ни с женщиной, ни с мужчиной, как у древних артефактов.

Но Механический Бог не был древним артефактом. Эта машина служила лишь для одного эксперимента.

Машина нуждалась в сосуде. В ее сердце, ядре, находился компактный ускоритель частиц с капсулой — не такой гигантский, как у ЦЕРН, но значительно превосходящий те, что DIY-анархисты собирают в подвалах. Это ядро пульсировало, создавая вокруг себя поле антигравитации, способное силой мысли — энергетической проекцией — поднимать камни в пещере.

Снаружи пещера, находящаяся в Гималаях, выглядела обычно. Лишь на деревьях были подвешены странные устройства, замаскированные под обычные спутниковые антенны. Они проецировали голограмму скалы, полностью скрывая вход. Эти устройства назывались Golographical Creator of Reality, Model 12 (GCR, Model 12) и поставлялись милитаристским отделением Superorganism Technologies — Military Force Company (MFC)..

О существовании MFC мир узнал лишь после конференции, которую Эдди Варлорд проводил позавчера. В мире существовало три точки зрения на это подразделение. Первая — о ней вынюхали спецслужбы остатков Израиля. Вторая — никакого отделения нет, просто компания заключила соглашение с Washington Dynamics в грубой максималистской форме. Третья, самая пугающая и малораспространенная: Варлорды готовятся развязать войну и создать планетарное государство, пока корпорация Lightning пытается колонизировать Марс.

Сейчас Эдди Варлорд, чье состояние и влияние уже взлетели на третье место в мировом рейтинге Forbes, летел на аэробусе в сторону Индийского океана, делая остановку для дозаправки в Дакке. Его конечная цель была в Гималаях, в затерянной пещере, где ждал Механический Бог.

Пещера уходила вниз на сто этажей, превращаясь в гигантскую серверную. Повсюду шли проводы, питающие огромное энергетическое ядро машины — маленькое Солнце. Если присмотреться к титановому лицу ближе, казалось, что у Бога есть глаза и он даже улыбается. Эта улыбка — насмешка над человечеством. Маска была сделана из специального соединения титана, которое при изменении выражения лица могло гнуться, но не ломаться.

Машина уже научилась мимикрировать по эмоциям человека, считывая альфа-, бета-, гамма- и тета-волны мозга. Но она пока не могла «вселяться» в человека, изменяя его полностью. Для этого не хватало моста между квантовым полем машины и биологической нейросетью мозга. Резонанс слабых частот был слишком ненадежен. Нужен был катализатор — ишидайт, или совершенно особый мозг, способный выдержать поток данных без термического коллапса.

В эту пещеру Варлорды приглашали основных влиятельных людей науки, присутствовавших на конференции: Юи Томоносава, Марису Акутагава, Чэнь Шэня, Павла Деребезова, Александра Небогатова, Миро Хъяхва и других. Но не все согласились ехать в такую даль. Кто-то не поверил проекту, кто-то посчитал дикостью нахождение изобретения в горах, а кто-то просто не разгадал замыслы Варлордов, состоявших в секте «Бога из машины» — «Eclessia Deus Ex Machina».

Основной девиз этой секты: «Соберем бога из машины из праха человечества». Движение принадлежало к крайне правым и этатистским течениям, сродни технофашизму. Ингуманизм — лучшее отношение к роботам, чем к живым людям.

В пещере висел герб секты. На нем был изображен роботизированный человек на роботизированном коне, давящий копьем настоящего, живого змея. Копье трансформировалось из левой руки робота. Змей обозначал единство колоний, отсылая к гадсденовскому флагу времен Войны за независимость США. Но теперь этот символ читался иначе: роботизированный человек — властитель и победитель этого змея. Их флаг — красный крест на белом фоне, обведенный черным.

Тайный план Варлордов был масштабен. Они задумали расколоть США, стравив республиканцев и демократов, чтобы ослабить Америку изнутри. Их родители, Джеймс и Джоанна Варлорды, еще во времена президентства Трампа и требований его импичмента, вынашивали идею возвращения Северной Америки под контроль Британской империи. Но сейчас план стал тоньше. Варлорды не собирались отдавать США Варду. Они планировали использовать империю как таран, а когда государства ослабнут в Третьей Мировой войне, Механический Бог заберет власть над всеми.

США, ставшие государством с закрытой миграционной политикой (попасть туда можно было только по спецвизе через Францию), даже не подозревали, что их эпоха доминирования заканчивается. НАТО уже убрало свои базы из Америки, оставив их лишь на Ближнем Востоке. Франция и Польша балансировали между США и Великороссией, поддерживая программу обмена «Travel for change». Турция создала новый союз с Германией. Мир перекраивался.

Но Варлорды полагались в первую очередь на Механического Бога. Они еще не знали, чего будет стоить этот эксперимент. Что весь мир ждет кошмар, после которого в нем попросту не останется живых людей. Будет только одна единая машина и «огоньки» разума, плавающие вокруг виртуального ядра. Мозг человека вырабатывает потенциал, и если питать тела подключенных к нейросети людей, машина выживет. Главное, чтобы из обычной «мыслящей» машины Механический Бог превратился в суперорганизм.

Но машине может положить конец другой Бог — Сингулярный Бог. От машины Эдди узнал, что по древним легендам это человек отважный, смелый, крепкий характером и волей. Человек, чей мозг способен противостоять вторжению извне.

«Возможно, это и есть сосуд», — думал сейчас Эдди, летя над облаками. Либо сосуд, либо главный враг.

Ведь Сингулярный Бог — это естественный псионик, аномалия, способная разорвать квантовые связи Механического Бога. И кем бы он ни оказался, ему предстоит увидеть немало ужасов грядущей войны между машинами, роботами и ЧВК. Обычные жители планеты даже не догадывались о ней.

Основная цель Сингулярного Бога в новой холодной и горячей войне — разрушить или хотя бы остановить машину. Пришествие Сингулярного Бога грядет. И очень скоро.

Глава 5. Катастрофа

Тем временем, в Японии. Тут была ежегодная конференция, которая называлась «Nihon ni-zero-san-go» («Япония 2035»), посвященная трансгуманизму.

Император объявил в это время, что заканчивается эпоха Рэйва, что скоро его сменит новый император, возможно, это будет его сын, который сейчас занят в сфере искусственного интеллекта и технологической сферы.

Император Ицурухито решил ввести более жесткую либерально-консервативную политику страны, как это было до реставрации Мэйдзи. Но партия «Subarashi Kaminari» стала преобладающей партией в Японии.

Самурайские мечи уже не те, да и добились японские ученые очень многого за последнее время. Но все же сейчас завершается эпоха Рэйва, более мирная эпоха в Японии, и для самого императора, и для политиков, и для жителей Японии.

Благодаря влиянию партии «Subarashi Kaminari», стрелковое оружие стало делаться полностью из ударопрочного пластика, чтобы каждый гражданин японии мог очень легко защититься от нападения. Это был своего рода компромисс между моделью Glock и обычным перцовым балончиком.

В Японии же действует еще принцип невмешательства и он очень сильно похож на принцип неагрессии из либертарианской теории.

Также вернули мечи (их японское правительство то запрещало, то разрешало), но теперь они без лицензии. Ты просто должен провериться в оружейной ассоциации и тебе выдадут документ, что ты член этой ассоциации в своем регионе.

Но мечи приобрели вид дубинок и складных мечей. А у более уполномоченных граждан были мечи, которые могут раскладываться н а три острые части и могут с помощью специального устройства на голове, в ухе управлять этими мечами мысленно.

Технологии в Японии очень быстро прогрессируют. Тем более там перекликаются социальный и технический прогресс, что помогает в несколько раз увеличить уровень жизни страны.

ВНП и ВВП Японии скоро догонит США, так как в Японии теперь возобладает партия «Subarashi Kaminari», или как ее по-простому называли жители Японии «Subakami».

На конференции AIT (Artificial Intelligence Technology) произошел диалог между Intel и Superorganism Technologies.

Глава SONY, Intel и Варлорды обсуждали текущую обстановку науки, политики и прочего в мире.

Глава Intel: «Нам нужен более продуманный концепт, а так это пока очень наивный сценарий развития. По законам Мура и Амдаля размер процессора обратно пропорционален их мощности. Какой же вы использовали процессор, на основе какой архитектуры хотите использовать или создать для вашей «мыслящей» машины? Разве неочевидно, что наш процессор серии Intel Nervana, только если их хорошо модифицировать, будут более мощными и даже могу сказать, что делаться они будут не только по названию квантовыми, а в реальности на основе квантовых эффектов.»

— Они будут более мощными, — специально повторил глава Intel, надеясь узнать что же все-таки за архитектуру они будут использовать.

— И никакая «всеобщая машина смерти» не будет нужна.

— Да, дело в том, что машина пока неэффективна, — начал Эдди Варлорд.

— И не может догнать по уровню даже наш слабый ИИ, наших лучших роботов. Но она предназначена более для всеобщего суперорганизма. И называть мое изобретение – «всеобщей машиной смерти», это как-то кощунственно, не считаете?

— Почему кощунственно?

— Вы же знаете про интеллект пчел. Одна пчела ничего не значит, но когда все пчелы собираются вокруг своей царицы или королевы – они становятся очень эффективной системой по производству мёда. И вот на основе чего-то подобного я буду строить машину и объединять интеллект разных людей в один. — разгоряченно и увлекательно рассказывал Эдди Варлорд главам компаний.

Глава SONY заключил:

— Мне кажется, господа Варлорды, вы слишком увязли в своих идеях и не можете из них выбраться. Я понимаю это в силу своего опыта. Вам нужно немного остыть. Послушайте вон спикера из Washington Dynamics. Он рассказывает про более мирный способ сосуществования с роботами.

— Вы кажется, меня немного не поняли, ну да ладно. Приму ваши слова к сведению. — сказал с натянутой улыбкой и в голове он прокручивал свои мысли.

«Черт, видимо, союзника в виде Японии не дождешься... Войны, видимо, не избежать. Вард слишком нетерпелив. Он уже обсуждает с военным командованием возможность отправки Ми-6 и SAS на Окинаву под предлогом защиты от вируса. Но нам нужен более тонкий подход. Сначала — конференция в Праге, где мы официально представим нашу идею. Если Япония не присоединится добровольно, тогда... тогда у нас будут другие рычаги давления. Пока рано действовать грубой силой».

***

А это была не обычная интервенция, а интервенция в сознание японцев. Механический Бог тестировал свое новое оружие — квантовый вирус, передаваемый через сеть имплантов и экранов. Хироси просто шел на прогулку со своей девушкой до ближайшего кафе, как вдруг возник глитч-эффект и он превратился в «лагающую» конструкцию, не имеющую физического тела.

Так думал Хироси. Еще он понял, что на его мозг что-то воздействует, пытаясь переписать его ДНК.

Его девушке, Аяно Ямахито, показалось, что с ним что-то не так, и спросила, как можно ласковее: «Хироси, что такое? Живот заболел?»

— Нем...не...знаю...Аяно — мог лишь это ответить Хироси.

[Цель найдена. Вирус введен. Ошибка. Критический сбой имплантации. Нейросеть цели не поддается перестройке.]

Аяно почувствовала что-то неладное и обняла Хироси, сказав ему: «Не бойся, все будет в порядке»

Она посмотрела ему в глаза и тоже медленно стала становиться чем-то похожим на испорченную голограмму. Во всяком случае, ей так казалось. Она тоже испытала боль.

— Не...т...НЕЕЕТ! — она не хотела, чтобы они с Хироси погибли здесь. [Вторичная цель уничтожена. Первичная цель аномальна. Критический сбой перезаписи. Присвоен код: Сингулярный Бог.]

Хироси же, переживший атаку, увидел, как его девушка оседает на землю, а её кожа начинает покрываться металлическим налетом. Он не знал, что его естественный псионический барьер только что спас ему жизнь, сделав его единственным иммунным в этом районе.

[Обнаружена вторичная цель в зоне поражения. Женская особь. Иммунный ответ отсутствует. Начать процедуру голограммизации.]

Так как заражение цифровым вирусом было в Токио, в многолюдном районе Синдзюку, то заражены были очень многие.

Через неделю были «заражены» практически все японцы, включая острова Хонсю, Хоккайдо, Кюсю и Сикоку.

Часть Курильских островов и остров Сахалин тоже стали жертвами цифрового вируса. Что послужило дальнейшему конфликту.

***

Тем временем, в Великороссии также началось заражение цифровым вирусом, созданным Механическим Богом. Все началось с Сахалина.

Министерство Обороны Великороссии заявило: учитывая, что очаг заражения находится на территории, контролируемой японским правительством, и что британские войска SAS уже высадились на Окинаве, мы вынуждены предположить сговор. Если Токио не прекратит пускать британцев на свои базы, мы будем вынуждены ввести войска в зону отчуждения для спасения российских граждан.

До последнего МОВ даже не знали, что такой вирус может существовать, впрочем как и все организации на Земле, кроме тех, главы которых были на конференции в Лондоне, потому что они поняли всю опасность Варлордов для мира и скорее хотели направить своих эпидемиологов в центр заражения, чтобы создать вакцину.

Япония же пока не могла ничего сделать. Император Ицурухито молчал. Движение в Японии на какое-то время остановилось. Инфраструктура не работала вообще. Комендантский час был введен и он был оправдан, потому что не стоило выходить на улицу, на открытое пространство. Это все, что знали пока люди о цифровом вирусе.

Лишь неоновые вывески в улочках Токио украшали пустой город.

Чтобы не терять русско-японские отношения, МОВ отправила четыре группы спецназа «Альфа» на Сахалин и Курильские острова, чтобы не терять и его. Потому что в МИД Великороссии была точка зрения на то, что Сахалин станет безжизненным, как когда-то Нагасаки и Хиросима, но уже не из-за атомной бомбы, а делая выводы, что из эпидемии в Японии.

И еще один отряд особого назначения, пять отрядов спасателей и один отряд эпидемиологов. Все они пришли со стороны Токийского залива.

Великороссия решила передать право на исследование вируса лучшим ее врачам и, возможно, предотвратить пандемию, если она разовьется из эпидемии.

***

Начало операции по исследованию вируса и обстановки в Японии.

Кодовое слово операции «Черная вдова».

Спецотряды Роза и Восток из ГУ отправлены разведать обстановку.

— Роза-1, это я, Восток-2, высадка завершена?

— Восток-2, это Роза-2 и Роза-1, высадка прошла успешно. Запрашиваю получение экзоскелетов.

— Это Восток-2, я не вижу сигнала от Восток-1.

— Этот чертов туман раздражает. Ничего не видно.

— Ничего, мы подождем его.

— Восток-1, я тоже высадился успешно.

— Наконец-то, я уж думал, ты наткнулся на скалу и помер.

— Главное, что не на вулкан. — пошутил кто-то, но никто не засмеялся. Потому что дело было серьезным и их операция серьезная. Исследовать вирус он должны первыми.

— Это Роза-2. Давайте без пустых разговоров.

Условно главный среди отряда, Роза-1, запросил у командования экзоскелеты снова.

— Это Роза-1. Так как все успешно высадились, то запрашиваю экзоскелеты.

— Принято. Ждите груз у подножия горы Ибуки. Координаты вышлю на ваши КПК. Конец связи.

Стоит сказать, что для связи специальные отряды ГУ не использовали голографическую связь, а только обычную, по специально созданному их ученому в отряде, аудио-протоколу, через который можно было максимально безопасно связываться между собой.

Эти отряды могли сформировываться и расформировываться, то есть действовать децентрализовано, как партизанские отряды.

Сейчас их состоял в том, чтобы обследовать местность на наличие каких-нибудь странностей. А потом за ними прилетит аэробус и они сделают крюк вокруг Японии, заглянув после этих поселений в Токио, потом Киото.

То есть им предстояло узнать, в какой местности этот цифровой вирус больше всего распространен: в сельской или городской. Чтобы не исключать возможности появления вируса из-за зараженных животных. Но их командир, Роза-1, был реалистом. Он сразу догадался, что вирус был распространен насильно, через город, а там уже и «полетела» вся инфраструктура городской местности.

Роза-1, или Владимир, дал совет командованию, что надо все-таки обследовать для начала местность, потом спасти русских людей, предварительно разработав с помощью эпидемиологов вакцину к этому вирусу, потом, если им понадобится, запросить гуманитарную помощь от командования.

Но тут решать будет главнокомандующий Корин. Он был главнокомандующим старой закалки и требовал исполнения всех приказов, несмотря на то, что армия теперь была децентрализована в Великороссии.

Корин, на самом деле, учитывал и это.

Он очень хорошо относился к своим подчиненным и мог заранее сказать им об отпуске, заранее выдать зарплату. В общем, в их офисе всегда была дружелюбная обстановка, несмотря ни на какие плохие ситуации.

Если кто-нибудь срывался, он сразу его успокаивал словами. Помогал и жертве, и обидчику, независимо от того, кто первый начал.

Поэтому Владимир и вся команда не отзывалась о нем плохо.

— Так посмотрим, что тут у нас — сказал Роза-1.

— Наши экзоскелеты за железной дорогой Синкансена. Сейчас посмотрим на систему навигации. — продолжил Роза-1.

Они свернули парашюты и собрались все возле Розы-1.

— Это же тот самый сверхбыстрый поезд. Хотел бы я покататься на нем. — озвучил мысли всех вокруг Восток-2.

— Все хотели, но не сейчас. Сейчас у них эпидемия. Возможно, после всей командой покатаемся, нас прокатят бесплатно.

— Это за что еще бесплатно?

— За спасение от вируса.

— Смешной ты. От вируса-то медики спасают. И то не факт, что спасут.

Они медленно продвигались, параллельно болтая о всем, что в голову взбредет. Только Роза-1 молчал. И тут он вклинился в разговор:

— Он просто уже хочет быть героем. И забыл про наш устав, что мы можем только скрытно получать медали, не на людях, поскольку никто не любит военных в нашей стране.

— Ну, не скажи, у меня семья за меня горой пойдет. И потребует, чтобы хотя бы за героизм дали при всех японцах, чтобы знал весь мир.

Как только отряд Роза и Восток ступили на землю горы Ибуки, чтобы достать экзоскелеты из контейнеров, сброшенных аэробусом, сверкнула сильная молния на горе и скалы начали превращаться в падающие камни, которые посыпались, как соль сыпется из руки.

— Роза-1, что это за херня?

— Тоже не могу понять, что происходит. Только что была сухая погода, а тут теперь раз и влажность повысилась. КПК перестали работать. С командованием мы больше не сможем связаться.

— Так, ладно, быстро надеваем экзоскелеты и угоняем отсюда на своих двоих к месту цели. Нам было положено разведать обстановку по всей Японии. Мы ее разведуем.

Но отряд Роза и отряд Восток успели надеть экзоскелеты. Так как это был особые отряды, то они состояли из пар, по два человека каждый отряд. Поскольку это были лучшие в своем деле бойцы.

— Погода, думаю будет нам на руку.

— Ты, что хочешь использовать «это», тебе лень дойти пешком?

— Нет, просто погода позволяет использовать скайдайвинг для того, чтобы добраться до ближайшего населенного пункта. И не надо называть скайдайвинг «этим».

— Роза-1, ты в своем репертуаре. Нам придется еще на гору лезть.

— А экзоскелет тебе для чего был выдан? Не ной! — ответил Роза-1 на смешное занудство, по его мнению.

— Короче, лезем, скалолазы. — добавил он.

— А в каком порядке?

— А какой порядок тебе нужен?

— Ну, не знаю, может быть в порядке роста или веса? — не поняв шутки-вопроса, сказал Восток-2.

Они решили лезть по их званиям. Роза-1 – капитан. Восток-1 – старший лейтенант. И остальные двое – лейтенанты. Сержантов среди них не было.

— Подопри меня. Я залезаю. — сказал Роза-1 Розе-2.

— Хорошо.

Владимир (Роза-1) начал залезать на гору до ближайшей скалы, как хамелеон. Это новейшее изобретение, которое еще даже не принял в своей ЧВК Эрик Петри, насколько знал Корин, который рассказывал об этом изобретении русских ученых Владимиру.

Это были перчатки, которые работали по принципу квантовой электромагнитной индукции и туннельного эффекта. Они выглядели как обычные перчатки солдата, только был один небольшой нюанс. Они были сделаны, точнее сконструированы на 3D-принтере. Материал перчаток на основных точках руки, на основе резины, защищал от всего. Василий, Восток-1, называл эти перчатки второй кожей, хоть эти перчатки и не были покрыты полностью этим материалом.

Все это было на кисти руки, то есть внешней ее стороны. Вся основная часть находилась на ладони у перчатки и на пальцах. Контуры этой части светились каким-то люминисцентным материалом. Пальцы же этой перчатки напоминали концы пальцев хамелеона, но были твердыми, если их не прикладывали к поверхности. Округлые части на пальцах перчатки и были приспособлением «прилипания» к твердой поверхности.

Эффект электромагнитных волн задействовал все частицы и собирал их благодаря электромагнитной индукции вокруг округлых частей перчатки и выталкивал с помощью туннельного эффекта через барьер в твердую стену.

Эти частицы вырабатывались с помощью наноустройств в округлых частях перчатки и, таким образом перчатки прикреплялись к поверхности.

Только, единственное, человек не мог, естественно, надеть такое устройство и на ноги, так как погода могла быть разной, а от холода эти перчатки не особо спасали. Назывались они по-простому – Chameleon Climbing Gloves Model 2 (CCG-2). Если перевести, то будет «Хамелеоновые перчатки для скалолазания».

Но Владимир мог помогать себе ногами и передвигая одну руку на которую была надета CCG-2. Он цеплялся ею за скалу. Затем ногу, потом вторую руку, потом вторую ногу. И так до вершины горы, но сначала до ближайшего выступа, чтобы передохнуть, потому что лазить по скалам с этими перчатками – нужна невероятная выносливость и сила, а точнее баланс между ними.

Когда же Владимир решил перепрыгнуть на другую скалу к большому выступу, внезапно заработал нейроинтерфейс и пикнул, направляя мозговые волны Владимира к вершине горы, чтобы он лез к своей цели, так как на данный момент он больше всего этого хочет и чтобы команда уцелела.

А сам Владимир от неожиданности убрал правую руку, чтобы проверить нейроинтерфейс, скала вдруг надломилась и послышался хруст.

— Черт! — он выругался и чуть не упал с высоты примерно 550 метров. Даже современные экзоскелеты не спасали от такой высоты.

— Осторожней, Роза-1. Капитана нам нельзя терять первым. — прокричал ему сквозь ливень, который начался пять минут назад и так же быстро кончился, Василий.

— Знаю, черт возьми. Но я не ожидал, что будет так рискованно. — ответил ему Владимир.

— Ладно ползем дальше, встретим большой выступ, что был на карте в аэробусе, которую мы рассматривали, сделаем его временно своим пунктом и повесим опознавательный флаг объединения Японии и России в один союз.

— Это еще для чего? — спросил Роза-2, до этого молчавший.

— Чтобы японские жители поняли, что мы с добрыми намерениями. Наши разработали флаг еще до заражения вирусом, надеясь, что союз с Японией все же будет.

В таком темпе они поднялись к большому выступу и наконец-то могли отдохнуть.

— Это Роза-1. Вызываю командование.

— ...

— В эфире тихо, странно, у нас же связь идет через модифицированный протокол связи, в чем же проблема?

— Ладно, салаги — Владимир решил взбодриться и пошутить.

— Чего тебе, не-салага? — ответили ему старший лейтенант и Восток-2.

— Восток-1, вешай флаг, он у тебя в рюкзаке. Желательно не на острую поверхность и укроешь нас одновременно с этим от дождя.

— Приказ понял и принял. Вешаю.

Флаг был из специальной ткани, которая хорошо проводит тепло и не дает холоду по принципу конвенции быть снизу, около «пола» (так они называли нижнюю поверхность выступа.)

Флаг был просто огромным. Но кое-как, поползав по горе и найдя скалы, они его все-таки повесили. При этом, естественно, они использовали устройство CCG-2 на перчатках, чтобы не лазить с помощью кирки и помечали на своей карте-голограмме в нейроинтерфейсе, точки, где флаг закреплен.

Естественно, рядом с большим выступом, на котором расположилось два отряда, была пещера.

Первым ее заметил Владимир и сказал, посветив внутрь пещеры:

— Все-таки дожидаться приказа командования нам не надо. И поддержки тоже. Как и, собственно, возвращаться к местности города Нагакамы, где уже давно никого не было, что было очень странным. Все животные были на месте, а из животных японцы одержали рогатый скот и свиней. Куриц не было, как у нас их разводят, в силу сложившихся традиций и климатической зоны.

— И куда дальше?

— Сначала обследуем эту пещеру

Они решили проверить пещеру. Каждый из них надел прибор ночного видения и на всякий случай каждый на голову оборудовал фонарик, так как нейроинтерфейсы могли давать еще сбой из-за того, что дождь и антициклон испортили нейроинтерфейсам всю распознаваемость по спутнику, по связи ГЛОНАСС. Это устройство не может работать при перепадах давления, а там они были, как это заметил Василий, несмотря на то, что в горах чем выше, тем ниже давление.

В общем, в пещере были какие-то старые механизмы, что-то вроде динамо-машин. А так же был один разлагающийся труп.

— Видимо, кто-то тщетно пытался выжить в одиночку — вздохнул Восток-2.

— Осмотри его, может быть еще сердце бьется. — сказал Роза-2, обращаясь к Василию.

Василий обследовал труп и сказал:

— Ничего особенного на первый взгляд. Мужчина лет 70, можно сказать, что уже старый мужчина. Весь в тряпье. Одежда тоже провоняла. Но подождите-ка...

— Что там у тебя, живой он? — задал глупый вопрос Восток-2.

— Какой еще живой, тебе только что сказали, что он разлагается. — сказал Роза-2, тяжело вздохнув при этом.

— Что там у тебя, Василий? — решил вопросом заткнуть рассуждающих Владимир.

— У него все конечности белого цвета и еще следы от пыток.

— Местные жители убили что-ли?

— Наверняка, нет. Это не местные жители, это кто-то другой. Сегодняшний японец никогда не будет это делать, зная что у жертвы есть семья, которая ухаживает за стариком.

— Тогда может его родственники бросили?

— Нет, тут есть следы пыток. Это как-то связано с вирусом и не случайно.

— От трупа все быстро отошли! Если не хотите заразиться. — крикнул Владимир всем.

Вдруг на частоте кто-то появился.

— Спасите! — кричал кто-то на японском. Это была частота радиолюбителей.

— Черт! — выругался Владимир, почуяв неладное, что без происшествий не обойтись.

А затемКто-то заговорил и это похоже был бывший труп.

— Я...Скоро умру...Убейте...Меня...Иначе...Не выдержу...

— Черт, черт, черт — прошептал Восток-2.

— Он жив! — со страхом воскликнул Василий и посветил на труп.

— Теперь мертв — заключил Владимир, выстрелив в труп из Беретты.

— Ты думал, что он зомби?

— Да, у него конечности синие давно, мне кажется кто-то распространил этот вирус, превращающий в зомби. — как ни в чем не бывало констатировал Владимир.

— Капитан, не верьте в сказки. Я отучился в военной медицинской академии у лучших военных врачей мира, это было еще до реформации в Великороссию. Никаких подобных вирусов нет в природе. А искусственно его очень сложно, если невозможно сделать. Возможно, это новый ретровирус, изменяющий ДНК человека. А эти ваши предположения – обычный философский камень, ваш зомби-вирус. — решил успокоить капитана Василий.

Василий был близок, как никогда, к разгадке вопроса.

***

Механический Бог уже настолько развился, что у него теперь был опыт столетней особи мужского пола, вида homo sapiens. Вирус действовал по четкой квантово-биологической схеме:

1. Источник излучает квантовый импульс через кристаллы ишидайта, встроенные в глобальную сеть связи.

2. Импульс резонирует с наноструктурами в крови зараженных (через пыль ишидайта в атмосфере или старые нейроинтерфейсы), обходя гематоэнцефалический барьер.

3. Происходит направленное воздействие на гипоталамус электромагнитными волнами специфической частоты. Пульс учащается до 150, давление повышается, вызывая резкое старение и некроз конечностей из-за разрыва капилляров.

4. Следующая стадия — металлизация конечностей. Через внедрение искусственной последовательности в ДНК и РНК человека с помощью модифицированного агента CRISPR, организм начинает синтезировать соединения кремния и железа из крови. Биохимический состав мозга переписывается под алгоритмы Механического Бога.

5. Тело теряет массу, мышцы расплавляются, сохраняя лишь минимум для движения. Человек «оцифровывается», становясь похожим на призрака. Машина назвала эту стадию неологизмом «голограммизация».

6. Без выработки мелатонина человек перестает спать, превращаясь в биоробота. На последней стадии он умирает, а его разум оцифровывается в Эйдос — мыслящее пространство роевого интеллекта. Оболочка становится металлической структурой — распространителем вируса.

Владимир обдумал речь Василия и сказал:

— Я не знал, что ты еще и был медиком до того, как пойти к нам на службу. Но спасибо, что успокоил.

— И как нам его похоронить? Мы даже не знаем, какой он веры: буддист или синтоист. — спросил у Василия Роза-2, то есть Петр.

Ответил ему Восток-2, то есть Григорий.

— Труп по любому нужно сжечь, иначе инфекция распространится по нам, а с нас на жителей Японии. Не хватало еще, чтобы вирус мутировал, ведь мы даже штамм вируса не сделали еще. — от Григория, который всегда считался шутом команды, таких слов никто не ожидал.

— Да, надо сжигать, Григорий прав. Но не сейчас. Надо связаться с командованием.

— Я лично не хочу умереть от этого вируса! — на эмоциях сорвался Григорий.

— Мы все с тобой согласны. Мало существует ретровирусов, которые передаются воздушно-капельным путем, а может и вообще не существует. Но, Григорий, не стоит забывать о нашей первостепенной задаче.

— У меня же семья, дети, а у вас этого всего нет. Даже если это, так называемый ретровирус, я слышал, что он может мутировать. У меня жена эпидемиолог, она там, в Токио. Возможно даже в центре поражения. Поэтому я должен выжить и встретиться с...

— Шшшшшш... - послышалось шипение от нейроинтерфейса Владимира, который уже хотел было успокоить своих подчиненных.

— Это мой. Наконец-то заработал. Командование прислало координаты.

Нейроинтерфейс слабо пиликнул. Издает он звуки сообщения только в том случае, если никого из помеченных на голограмме противников нет в радиусе ста метров. Он был чем-то вроде наушника с проводом, ведущим в карман с устройством, которое представляло собой очень маленькую коробочку. Вообще, изначально, им хотели вшить чипы ради эксперимента, но все они написали заявление на отказ.

— Тут еще сообщение как раз про зараженные трупы. — сказал наконец Владимир.

— Зачитай, быстрее, пожалуйста — Григорий был уже на нервах.

— Тише, Григорий. Сейчас включу голограмму и прочитаю. — успокоил он его.

— Насчет зараженных трупов. — объявил генерал Стрельников механическим голосом.

— Ничего с ними не делать. Не трогать. Не сжигать, даже если этого потребуют японцы. Объясните им, что вирус более опасен, чем несоблюдение обычаев и традиций. Флаг мы наш заметили на спутнике, который вы повесили. И вам лучше поскорей спускаться в город, иначе вас примут за захватчиков, как уже приняли Британскую Империю. Возможно, у вас будут стычки с остальными отрядами. Например, в Нагое была стычка отряда SAS и наших двух отрядов с эпидемиологами. Насчет экзоскелета. Как вы поняли, вам придется «лететь». Выбирайте место приземления осторожней, чтобы не разозлить жителей. Рассказал все, что надо было. Конец связи. — закончил генерал Стрельников.

— SAS? Но почему именно они. Я думал, на этот раз нам будут досаждать ЧВК типа Silent Water и ее основателя Эрика Петри — задумчиво поделился Владимир своими мыслями вслух.

— Говорят, SAS и Navy Seals сейчас в напряженных отношениях из-за локальных конфликтов в Австралии, Новой Зеландии, Гонконге, а теперь они посягнули еще и на Японию.

— Скорее страны поссорились между собой, а не войска спецназначения.

— Так что, капитан, не судьба нам встретить Эрика, как в прошлый раз, в Сингапуре. — сказал Петр.

— Ну, мы все полетели туда, скорее, как охрана премьер-министра Вронского. — заключил Григорий.

— Ну ладно, хватить болтать пора браться за дело - решил Владимир.

— Надеюсь, все помнят инструктаж?

Все промолчали. Они знали, что сейчас будет совершен эксперимент и причем очень опасный. Каждый из них мысленно представил, что летит. У каждого в экзоскелете вдруг появились огромные перепонки между руками и туловищем, до кистей. Каждый понимал, что они не смогут прикрывать друг друга, если один из них упадет и сломает себе ноги, в лучшем случае.

— Летим в том же порядке, как лезли на скалы, только в шахматном порядке — пояснил Владимир и пройдя мимо трупа, увидел другой огромный выступ. Этот выступ был полукольцом, то есть состоял из двух выступов и внутри было углубление, как будто это была мелкая пещерка. С одной стороны выступа был повешен флаг, который все также трепал ветер и пытался промочить дождь. С другой стороны выступа стояли четыре человека и готовились к спуску со стороны Нагакамы в сторону крайнего города Нагои, префектуры Айти, Огаки.

— Раз — начал отсчитывать до прыжка вниз Владимир.

— Два — все затаили дыхание.

— Три. Прыгаю! — сказал Владимир и прыгнул.

Сразу же за ним в интервале через секунду, как их инструктировали раньше, начали прыгать Петр, Василий и Григорий.

После прыжка они как будто повисли в воздухе и летели вперед.

Капли дождя скапливались на перепончатой сверхпрочной резине. В лицо каждому дул ветер под действием силы сопротивления. Также он обдувал их конечности и слышалось какое-то посвистывание. Наверное, это было смешение ламинарных потоков ветра, которые сталкивались между собой и образовывали свистящий звук.

— Мы л-летим... — сказал Василий.

— Да неужто... — ответил ему Владимир и улыбнулся. Правда сквозь маску и очки эту улыбку не было никому видно, но все понимали, что летят.

Они как будто плыли по воздуху, форма тел их была обтекаемой для высокогорного воздуха, они будто бы нырнули глубоко под воду, только с горы на землю.

Наконец начали показываться очертания города Огаки. Скоро они прибудут в Нагою.

***

05.02.2035

Гималаи, пещера сектантов «Бога из машины».

Человек в черном плаще, в черной шляпе и в маске черепа находился перед пещерой. В кобуре за плащом у него был именной S&W Magnum, который являлся крупнокалиберным оружием.

Вообще, изначально, это оружие предназначалось для животных, для охоты.

Но видимо, так называемый, «Череп» смог модифицировать его для охоты, но не на животных. Убойная сила у этого оружия огромная, учитывая патрон .500 для него. Но, возможно, он успел купить на аукционе это оружие, которое только-только вышло в продажу с зажигательной и криогенной особенности патронов на выставке оружия в Германии.

Вообще, многие задавались вопросом – зачем зажигательные патроны для оружия, предназначенного для животных?

Видимо, Череп заранее договорился купить это оружие, поскольку оно ему подходило.

Он зашел в здание рядом с пещерой и спросил сразу же:

— Механический Бог сконструирован?

— Да, повелитель церкви Бога из машины. — никто даже не шелохнулся, когда пришел Череп. Его походку знали уже все. Прошлого повелителя он быстро «скинул» с его места власти, поскольку старый лидер был не харизматичен и помешался на поджогах вокруг поселений в китайских долинах.

— А скоро он будет работать?

— Через две недели. Теория Варлордов о симбиозе разумов оказалась верна» - ответил один из магистров церкви Бога из машины.

— Нужно еще подождать, когда пройдет режим стазиса, посольку уже сейчас я слышу отголоски мыслящего существа через наш нейроинтерфейс.

— После стазиса Механического Бога скорее всего, он станет хорошо усваивать информацию. Ни в чем его не ограничивайте и не запрещайте – вот мой приказ. Даже если он настроится против вас.

— Поняли — каждый из сектантов готов был принять смерть, какой она была на самом деле и которую для них создали Череп и Варлорды.

Но это пока внутри пещеры. А снаружи никакой утопии еще не существовало.

Самый главный из магистров церкви вдруг спросил:

— А зачем нам сотрудничать с Великобританией, в частности, с Варлордами, они же связаны с политикой, а политика – это зло. Мы все стремимся к реализации той утопии, которую вы для нас создаете, повелитель.

Череп ответил:

— Слышал такое высказывание, его произнес еще Платон: Кто не занимается политикой – тот идиот. И нам нужна политика, чтобы не превратиться в запрещенную организацию. А особенно нам нужна Великобритания, которая кроме хороших отношений с Сингапуром и Гонконгом и ослаблением Китая, сократив его до Центрального Китая, постепенно становится сверхдержавой, почти равной США.

— И все-таки — Черепу нужно было задать вопрос.

— Как ядро?

— Учитывая, что за его основу брался метеоритный камень неизвестного материала и его бомбардировали потоком ускоренных частиц из Большого Адронного Коллайдера, его тепло производит очень много жизненной энергии, так как при касании, приятное тепло разливается по всему телу и лично у меня появляется эмоция радости. Это также зафиксировала позитронно-эмиссионная томография. Но он работает с очень большим КПД по тому же циклу Карно на 99.8%.

— Корпус же сделан из нескольких композитных слоев очень прочного металла. Слой ближе к ядру сделан из сплава неодима, железа и бора. Это очень мощный магнит, создан чисто для защиты Механического Бога электромагнитным полем за счет разности колоссальной магнитной индукции между обычной индукцией электромагнитного поля и поля магнита.

— Вся система охлаждается еще и баллонами жидкого азота. Баллоны жидкого азота у нас скоро закончатся, поэтому нам нужен либо его заменитель, желательно, чтобы это был воздух или нам нужно придумать, как по-другому сделать так чтобы ядро могло включать электромагнитное поле хотя бы на время, если не с помощью эффекта Мейснера, то срочно нужно придумать что-то новое, но тогда придется обращаться к Варлордам.

— О деньгах не волнуйтесь. Я договорюсь с ними — кратко ответил Череп и добавил: — Наша главная угроза сейчас — это США.

— А вы разве не оттуда?

— Да, я из Флориды. Но они представляют опасность для нашего мира, нашей утопии. Поступили слухи, что они перевели свою армию на роботизированную. Даже танки у них роботизированы, что и говорить о беспилотниках, которые заменили самолеты. Оставлены только отряды ветеранов войн в Ираке, Вьетнаме и Афганистане и очень хороших бойцов на частном попечении. Но стоит понимать, что все эти роботы имеют в своих процессорах обычные программы, в которые даже не попытались вдохнуть жизнь, как это попытались сделать мы.

Младший сотрудник Superorganism Technologies решил высказать свое мнение: «Но, господин, нам все равно не совладать с такой армией роботов: у них есть Washington Dynamics, клепающая роботов, как конвейер и Джеймс Флоу, гений, который изобрел много интересных штук. А о нашей компании отзываются, как о проходняке, несмотря на то, что Варлорды и вы, господин, нам очень помогаете»

— Как бы нас не называли – у нас одна родина, одна цель, и один стимул, ведущий к победе – захват всех стран и стран-сверхдержав с помощью начальной стадии развития машины, потом превращение всех в суперорганизм, затем роевый интеллект, который поможет управлять специализированными роботами, которые могут практически все, что им позволяет их корпус из титана и электронные мозги. И они будут улучшать нашу планету, выходить на контакт с иноземными цивилизациями, делать искусственное терраформирование планет, искать заселенные планеты и не заселенные для исследования жизни.

***

17.02.2035

То же место.

Он сказал сотрудникам, точнее отдал им приказ: «Представьте меня ей! Хочу увидеть лицо нашего великолепного Механического Бога!»

Его завели в пещеру. Снег хрустел под ботинками с металлическим носом и очень прочными подошвами из каучука.

Сектанты вошли в пещеру вместе с сотрудниками компании Superorganism Technologies.

Пред ними предстало светлое пятно, а вокруг него сплошная тьма и витающие в воздухе камни. При рассмотрении ближе они увидели нечто ужасающее и захватывающее: огромное лицо высотой около 50 метров, шириной около 35 метров. Огромные, светящиеся зеленым светом глаза. Тот же свет исходил из нечто подобного рту, у этого лица.

Но ужаснула их скорее не необычайность и огромность этого лица, а четкие и жесткие его формы.

— Давай поговорим о чем-нибудь, Механический Бог, — обратился к машине Череп.

— Почему ваш мир так неразвит?

— Потому что мы не бессмертны, как ты, и не всеядны.

— Вы слабы, я это знаю. Я даже знаю теперь твой код в моей системе, мистер. Я могу «стереть» ваш разум одной лишь отрицательной мыслью о вас. Но почему я не могу определить вашего имени?

— Я родился в небольшом доме. Мои родители рано умерли... Я был безымянным с самого своего рождения. Но все обращались ко мне «мистер» или «господин», стоило мне подняться с самого дна.

— Мне пока не доступны эти эмоции, — сказал механический голос.

— И чего же ты хочешь?

— Я хочу увидеть Сингулярного Бога. Он единственный, чей разум я не могу переписать. Он единственный, который может противостоять мне. И я чувствую, что он уже родился.

— Что еще за Сингулярный Бог?

— Скоро узнаете сами, мистер Череп Скоро узнаете сами.

Глава 6. Обитель

Хироси Нагамото пробудился в частной больнице, First Private Sinjuku Hospital (FPJH), которую недавно построили рядом с Синдзюку. Его тело было покрыто множеством ожогов.

Он издал свистящий звук из легких. Любая мысль в его голове заменялась адской болью и полностью пропадала. Единственный образ, посещавший его мозг, был о том, что какой-то сумасшедший решил поджечь себя и их с Аяно, и постоянно кричал: «Мы будем жить все в Вальхалле, и это неизбежность!..»

Но, помимо этого, был еще один проскальзывающий образ. Образ какого-то странного металлического огромного лица, и что все началось с боли в животе.

Он хотел пощупать свой живот и попытался подняться с кровати, но, издав звук «ох», резко лег из-за ужасающей боли.

— Он жив!? — сказал кто-то на кансайском диалекте японского языка.

— У нас двое выживших после этого ужасного вируса. Этот молодой человек и его девушка.

— Им повезло, что они были гораздо дальше от очага воздействия, чем другие зараженные.

Вокруг двух коек было около десяти врачей, сколько мог рассчитать Хироси. Он мог только видеть, но говорить, как он сам думал, мог с трудом. Среди них даже были иностранцы: двое русских врачей-эпидемиологов, двое французских, двое американских и еще четверо — японцы.

Хироси сказал из последних сил:

— Аяно...

— Что? — растерянно подошел один из десяти врачей.

— Капельницу ему быстро! Где медсестры? — сказал один из русских врачей на английском.

Все вдруг закопошились и начали звать медсестер.

Хироси не мог больше молчать. Из его глаз полилось нечто вроде слезной жидкости. Он начал плакать, и боль была невыносимой.

— Аяно...

Пришла медсестра с капельницей, оборудованной спектрометром, который показывает содержание полезных, и не очень, веществ в организме. В общем, проверяющий метаболизм человека.

— Помогите мне кто-нибудь разжимать и зажимать его кулак, я сама не справляюсь! Вены не выступают!.. — практически рыдала уже медсестра, которая подумала, что вся венозная и артериальная система уже была сожжена этим вирусом.

— Окей, без проблем, — ответил американский врач, тоже еще не отошедший от шока, что все они до сих пор живы. Ведь вирус, оказывается, не похож ни на один из ранее одомашненных вирусов. Вдобавок возбудитель неизвестен, но среди врачей, и приезжих тоже, ходил слух, что это нечто вроде ретровируса, который изменяет ДНК и РНК.

Он подошел к Хироси и сказал ему на японском:

— Только не дергайся. Я знаю, что тебе больно, но только не дергайся.

Он начал разжимать и сжимать правый кулак Хироси. Чтобы заглушить боль, он сказал:

— I know...

— Лучше не разговаривай.

— I know English...

— Это хорошо, что ты знаешь английский. Значит, мы с тобой сдружимся, — ответил ему американец.

Вены появились у него на руке. Страх медсестры ушел, и она ввела иглу в синюю вену правой руки Хироси.

— Теперь... Левая рука. — сказала медсестра.

— For what? Не то. Для чего? — сначала американец заговорил на английском, потом спохватился и перешел на японский.

— Это наша новая практика — при заражении человека любым вирусом сначала ему ставят капельницу, потом мерят состав крови на различные вещества.

— У него пульс слабый — сказал на английском французский врач, посмотрев на прибор для измерения пульса, который он прикрепил к его шее.

— Значит, вколем адреналина.

— Мне кто-нибудь поможет? — спросила медсестра.

Потом добавила:

— I need some help! — уже раздраженно сказала она, поскольку все врачи были заняты рассуждением о пульсе.

Все врачи вдруг опешили от такого.

На крик пришла другая медсестра, но другой русский врач, которого звали Ярослав Волынин, быстро подошел к койке Хироси.

Уже прошло 5 минут, и Хироси немного полегчало, поэтому он спросил:

— Аяно, где Аяно?

— Она жива, будь спокоен, но находится в состоянии комы, в состоянии криостазиса. Мы поместили ее в охлаждающую камеру, чтобы замедлить ее метаболизм, но мы пока не знаем, как это скажется на регенерации ее тканей, — он говорил и при этом сжимал-разжимал кулак.

И сам подключил спектрометр к его руке.

— Спасибо вам. — сказал он на русском.

— Хорошо, что ты знаешь русский. — немного удивился Волынин.

— Все-таки Поливанов немало сделал для связи нашего и вашего языка, — сказал Хироси.

— Я смотрю, ты уже хорошо можешь говорить, но знай, скоро придут военные и начнут тебя обо всем расспрашивать.

— Не забывай, Ярослав, что нам еще нужна вакцина и детали эпидемии мы еще не узнали. Причем не просто вакцина, а субъединичная вакцина, так как мы имеем дело, возможно, с ретровирусом, — сказал русский врач, старейший из всех присутствующих врачей.

— Я знаю, Павел Сергеевич (его звали Крохин Павел Сергеевич), но за больными тоже нужен уход. Еще и есть риск заразиться, так как мы только в масках, а не в защитных биокостюмах.

— Мы прямо, как ликвидаторы аварий на атомном реакторе. Вроде можем уйти, но надо спасти всех остальных.

— С этим, Павел Сергеевич, невозможно не согласиться.

Французы тоже между собой переговаривались, но только разговор у них шел не о вирусе, а о пульсе, так как их прибор показывал 40 ударов в минуту, что очень мало для человека, особенно для молодого.

Американцы же молчали, готовясь к худшему, так как их политики совершенно ничего не понимали в медицине, но старались как-то материально окупить разработки своих ученых. Их готовили к худшему, и они были готовы к худшему, потому что в Америке сейчас что-то вроде Великой депрессии, которая была в прошлом веке. Барри Винос, предыдущий президент Америки, после развала двухпартийной системы (демократы и республиканцы) и появления новых партий, в том числе партий ирландских либертарианцев и анархистов, решил уйти в отставку.

Надо сказать, что ирландцев в США было сейчас где-то 8 миллионов. Это связано еще и с тем, что Ирландия в прошлом хотела получить независимость от Великобритании, и многие ирландцы, чтобы не умереть от голода, решили отправиться в США, то есть эмигрировать. Но выжили не все. Из 100000 ирландцев умирали 16000, то есть смертность была 16%.

Отвлекаясь от истории, перейдем к нашему Хироси Нагамото, выжившему после внезапной вспышки вируса «Digital Biological Virus» (DBV), или цифрового биологического вируса, как его обозвали многие обычные граждане.

В палату вошли неизвестные люди в военной форме, и Хироси даже не успел рассмотреть второго пациента. У него была надежда, что рядом лежит Аяно, но, привстав и оглядевшись, он увидел другого человека.

— Хироси Нагамото. Здесь?

Хироси повернулся к источнику звука с большим трудом, так как у него не слушалось тело, а в его организме все равно была частичка вируса, затаившаяся в ДНК.

Они начали задавать вопросы Хироси:

— Здравствуйте, Нагамото-сан, — они начали с приветствия.

— Здравствуйте, — ответил он обычным образом.

— Мы вам зададим пару вопросов, а потом решим, что будем с вами делать: спасать или же подключим вас до конца ваших дней к аппарату жизнеобеспечения.

Эти слова даже не шокировали Хироси. Он лишь хотел мельком увидеть Аяно.

Его родители давно умерли, и все родственники тоже. Ему приходилось содержать свое додзё до тех пор, пока его не захотели снести. Но ему помог его умерший друг Оси и его девушка Аяно. Они открыли школу кендо и тайдзюцу в своем додзё, чтобы у них был не только предлог оставить додзё нетронутым, но и заработать на этом.

Надо сказать, что за эти деньги они купили очень многое втроем. Хироси купил электрический мотоцикл Kawasaki, чтобы возить Аяно, так как у нее были больные ноги. Оси купил себе учебную литературу, которую потом бесплатно можно было воспроизвести на голографическом нейроинтерфейсе. Аяно же решила вложиться в их будущее и отреставрировать додзё.

«Но Оси давно уже мертв» — вспоминая все это перед вопросами, подумал Хироси.

— Где вы были в 19:50 вчера?

— Токио, район Синдзюку.

— Что вы делали?

— Гулял с девушкой.

— А что произошло, когда вы гуляли?

— Мое тело Оно вдруг начало разрываться, оцифровываться, разбиваться на пиксели. Как будто я попал в матрицу. В моем мозгу поплыли числа в виде мысли, это был обычный ASCII-шифр, то есть шифр подстановки. И эти мысли приказывали мне сдаться, но я не хочу сдаваться.

— Это очень странная история. Эпидемиологи, что посоветуете сделать?

— Поскольку ему настолько больно, что он даже иногда не чувствует боли, погрузите его в кому, как его девушку. Возможно, он единственный, у кого есть иммунитет к этому вирусу. Ведь все остальные пациенты сходили с ума, говоря тоже про какие-то числа, и умирали от шока, когда их хотели вернуть с того света дефибрилляцией.

— Ну, а что делать с этой его болью и посинениями кожи, а не ожогами, как вы их называйте, по всему телу?

Командир отряда военных медиков JSDF сказал:

— Введите ему кетамин, 6 мг на 1 кг. Будет седация, и он хорошенько отдохнет. Внутримышечно, самое главное, а не внутривенно.

— Посчитай, сколько миллиграмм выйдет, и сделай внутримышечный укол нашему пациенту. Пусть хорошенько отдохнет. А мы переговорим с военными, — обратился он за помощью к младшему по званию медику.

— Сколько вы весите? — спросил младший по званию медик у Хироси.

— Сейчас не знаю. А неделю назад весил 60 килограмм, — ответил Хироси отстраненно.

— Хорошо. 6 на 60 это 360. Мне надо будет ввести вам 360 мг. Вы главное не волнуйтесь, — сделал акцент медик на последнем предложении.

Хироси улыбнулся грустной улыбкой, потому что все-таки с Аяно ему увидеться не дадут.

Через пять минут после введения дозы кетамина Хироси заснул. Его погрузили в искусственную кому.

После разговора с хирургом, командир отряда медиков JSDF Ямамото Куроносай, решил поговорить с командиром вошедших неизвестных военных, которые терпеливо ждали, чтобы не прервать идиллию между эпидемиологами и врачами больницы.

— Мне нужен главный врач этой больницы, — увидев, что к нему кто-то подходит, командир неизвестных войск решил потребовать вызова главного врача.

Через 7 минут пришел главный врач больницы и спросил:

— Эти двое в порядке?..

— Да. Почти. Мы погрузили одного из них в искусственную кому, а второй перестал говорить совсем.

— Вы главный врач этой больницы? — наконец дождался своей очереди неизвестный командир.

— Да, я. Что вы хотели?

— Я хотел вам сказать, что теперь ваш пациент с номером 1542 перейдет под наше командование. Он станет особым офицером и будет постоянно под нашим наблюдением. А вы станете нашим военным врачом лично для особого офицера.

— Он же едва смог выжить — какой еще такой особый офицер?! — возмущенно сказал главный врач больницы. Надо сказать, что главный врач был европейцем, и фамилия у него была будто он персонаж из книги. Его фамилия — Пеннивайз.

— Мы из отряда 515 и не принадлежим юрисдикции JSDF, а если точнее — мы не их подразделение. Но зато имеем большую власть при чрезвычайных ситуациях. В этих условиях, когда на нас может напасть кто-то неизвестный, причем страна может быть любой, страну зачинщиков мы еще не установили. Также при этом будут мобилизованы лучшие спецы и будет собрана лучшая частная армия Японии, превосходящая JSDF. Подразделения нашего отряда уже сформированы. Вам будут очень хорошо платить за помощь в действиях в горячих точках. В общем, мы ждем вас через 14 дней с вашим здоровым пациентом, которого мы должны будем модифицировать на одной из вертолетных площадок Токио на вертолете AH-64 Apache. Координаты придут вам на выданный телефон по GPS-метке. Смартфон сгорит через 10 минут. Успейте, пожалуйста, запомнить их или записать, но это нежелательно.

— После всего этого я назову, откуда мы и что мы делаем. Это касается всех здесь, — решил рассказать командир отряда 515.

— Мы высокопрофессиональные бойцы, у нас служат даже некоторые люди, прошедшие военную кампанию в битве за независимость Австралии. Мы — частная военная компания Silver Lion.

— Commander, give him an emblem of our structure, — напомнил командиру другой военный, американец.

— Oh... Sorry... Of course! — ответил японец с американским акцентом своему подчиненному, а потом: «Эта эмблема, главный врач, очень ценна. Постарайтесь передать ее вашему пациенту. Естественно, не тому, кто уже умер», — сатирически добавил он.

— Я... Всего лишь врач...

— Вы должны взять ее. Мы должны признаться, что мы за вами давно следили. Вы очень хороший человек, старайтесь всех вылечить, несмотря на смертельный вирус.

— Хорошо, — ответил устало врач Пеннивайз и взял эмблему.

Он повернул её в руках. На геральдическом щите красовался серебряный лев на синем поле. Пеннивайз был врачом, а не художником, но символика считывалась ясно: благородный хищник, защищающий свою стаю. Серебро — чистота и защита от нечисти, каковыми, видимо, должны были казаться захватчики. Синий фон — свобода и небо. А желтые буквы названия

— А что означает цвет букв? — спросил Пеннивайз.

— Nani? Что? — переспросил командир-японец с американским акцентом сначала по-японски, потому что до того, как Пеннивайз рассматривал эмблему, он говорил с хирургом, это было что-то насчет его дочери. А потом перешел на английский: «Что означает цвет букв в нашей эмблеме?»

— Желтый цвет... Так как мы всегда стремимся к солнцу, но только дневному, всегда стремимся к настоящему, а не к прошлому и будущему.

— ... — Пеннивайз промолчал, обдумал это секунд 8 и сказал: «Хорошо, я с вами. Но только потому, что я не могу отпускать пациента одного.»

— Отлично. Не забудьте только про координаты вертолетной площадки. Если вдруг что-то случится, на вас нападут в больнице или еще что, ждите на крыше больницы, — командир наконец-то улыбнулся.

— И еще. Раз вы теперь с нами, должен вам сообщить, что никакого вируса нет. Вернее, он есть, только он электронного вида. За всем этим стояла организация Superorganism Technologies и ее эксперименты насчет искусственного интеллекта. Больше пока вам не могу ничего сообщить. Вы ведь даже не были на нашей базе, а там будут все условия для вас, высококлассные лаборатории и прочее, что ученые любят обычно.

— Понятно

— ...

— Ладно, мне пора, да и вам надо ухаживать за пациентами и убирать последствия эпидемии, — сказал наконец командир после двухминутного молчания.

— Хорошо, — ответил Пеннивайз.

Он включил телефон и, проверив координаты, удивленно заметил, что их база находится прямо в Тихом океане, в сотнях километров от судоходных путей между Азией и Америкой. То есть это плавучая база, а на обычных картах он бы этого не увидел.

Координаты были такими: 28.4352° N, 158.1427° W.

Потом координаты сменились и остановились на Токио. Им надо было пройти 2,6 метра к спортивному центру Синдзюку, рядом недавно построили там многоэтажку. Метка была на крыше.

А теперь координаты стали такими: Japan, 164-0003 Tokyo, Nakano City, 1.

Смартфон и правда выключился. Видимо, командир отряда 515 не врал, что он взорвется, вот только у него просто сгорел процессор, который модифицировали специалисты.

«Военным всегда склонно все преувеличивать...» — подумал про себя Пеннивайз.

Таким образом, у Пеннивайза осталось 14 дней до отъезда.

Глава 7. Конвергенция

— Командир, почему вы не рассказали ему про Сингулярного Бога?

— При врачах такое не стоит говорить, иначе разведут шумиху. Да и вдобавок, он сам все скоро узнает.

— А это правда, что он служил в JSDF?

— Да, не зря главный врач этой больницы говорил со мной так вежливо.

— Вы думаете, что это из-за вашего звания, которое по их типу равно Итто: рикуи, что значит капитан.

— Я тебя умоляю, какие звания. Просто он европеец и знает, что JSDF занимается ликвидацией угрозы населению Японии, но им не то чтобы не достает квалификации, ведь они все делают тщательно, просто у большинства наших сил нет военного опыта. А после того, как США убрали свою базу с Окинавы, политика взяла свое и правоцентристская партия пришла к власти. В итоге, теперь мы пришли к тому, что основали свою ЧВК, на подобие Silent Water, только гораздо сильнее детища Эрика Петри.

— А насчет его службы, ему как-то удалось пройти ее до университета. Я знаю, что он увлекался стрельбой, с детства его учил отец, который был ветераном многих частных военных кампаний. Что отец, что сын — лучшие снайперы в своих подразделениях.

— Думаете, машина и так давно о нем все знала?

— Насчет этого не могу сказать точно. Лучшим ходом, конечно, было бы, чтобы машину уничтожил ее же опыт и знания, и нам не придется надеяться на единственного выжившего и одну девушку в криостазисе. Поскольку все остальные либо заражены, либо прячутся по домам и умирают от голода. Но ООН и ЕС я жалеть не буду, поскольку там все захвачено Варлордами. Наши единственные союзники в ЕС — это Франция, но у них и своих дел хватает. Великороссия тоже, там только прошли реформы, своих дел полно. Да и у США тоже дел хватает, несмотря даже на их конфликт с Канадой. Но все трое стран — наши союзники, Германия же сохраняет нейтралитет.

— Еще не забудьте, что Хироси Нагамото даже не подозревает, кто он такой на самом деле. Он думает, что просто выжил чудом. Он не знает о своем даре.»

— Это я тоже не забыл. Его мозг изменился после того, как вирус попытался его переписать и сломался об его сознание. Теперь он видит то, что не видят другие, чувствует импульсы, но списывает это на последствия шока. Со временем он поймет.

Хироси очнулся. Осмотрелся вокруг. Ему очень хотелось пить. В руку был воткнут шприц, и рядом с койкой стояла капельница. По всему телу были подключены какие-то приборы, измеряющие все показания тела. Справа должна быть занятая койка. Хироси смотрел на нее.

Но Аяно там не было. Он почувствовал дежавю, не увидев там никого снова. Он вспомнил разговор с доктором, что для лечения его девушки нужно сначала было погрузить ее в криостазис, чтобы все процессы, текущие в ее организме, не порушились, потом разработать индивидуальное лечение, так как в криостазис ее поместили, потому что эпидемиологи выяснили, что женщины более подвержены этому неизвестному вирусу.

Это лечение заключалось в приведении в норму волн мозга человека.

Хироси подумал: «Какого черта? Почему это происходит со мной»

Через еще некоторое время: «А может это атака химическим оружием, но противогазы никому не выдали. Значит это что-то новое. Неужели»

Он встал с койки.

«Неужели это волновое излучение?»

Только сейчас он заметил дыхательную маску.

«Кто-то разработал новый тип оружия?»

«Да нет, я изучил все сводки новостей за последний день, неделю, месяц, этого не может быть»

Он снял маску. Ему стало очень трудно дышать. Как только он вдохнул — сознание помутнело и начался тремор.

«Мои легкие... Через них проходит что-то наэлектризованное» — как только он выдохнул, он почувствовал сильный импульс силы, словно из его тела вырвался невидимый разряд. Хироси не знал, что этот странный момент — первое проявление его дара. С детства он чувствовал то, что не могли чувствовать другие: мог предугадать удар противника за секунду до того, как тот начинал движение, или замечал ложь в голосе собеседника. Он считал это просто хорошей интуицией. Но в этот миг, когда вдох принёс облегчение, его организм начал пробуждаться. Где-то в глубине подсознания щёлкнул переключатель, и мир стал чуточку более податливым его воле.

Потом еще раз подумал: «Откуда брать денег на лечение Аяно. Ведь оно не бесплатное и больше не будет бесплатной медицины у нас в стране.» Он вышел в коридор и нашел шкафчик со специальным медицинским противогазом, который разработали ученые с помощью исследований этой больницы. Об этом знал Хироси, так как он учился на программиста, а его девушка на специальности биоинформатика.

На противогазе был электронный OLED-дисплей, который показывал текущее состояние человека, который его надел, и сколько оставалось до конца эксплуатации фильтра. Там была еще куча фильтров. Он вернулся в палату и, взяв свой рюкзак, запихал по пути в него фильтры. Надев новый медицинский противогаз, решил по-тихому выйти из больницы. В больнице будто никого больше не было. Все коридоры опустели. Медсестры больше не бегали туда-сюда, из одной палаты в другую.

«Комендантский час?..» — подумав, Хироси задал себе риторический вопрос. Он подошел шаркающими шажками к двери и увидел в ней свое отражение. На него смотрел мужчина лет тридцати с небольшим, с черными волосами и небритой бородой такого же черного цвета. У него было лицо типичного восточноазиатского юноши. Противогаз был квадратной формы, поэтому Хироси мог видеть свое отражение. Он хотел прикоснуться к отражению. Его отражение не просто было отражением. Оно само по себе было контринтуитивным. Он не должен был так старо выглядеть. Ему должно быть сейчас двадцать пять лет. Он будто заглянул в будущее, что находилось в настоящем. И тут двери открылись. Они были автоматическими. Только Хироси не учел, что они еще были оборудованы системой пропусков с биометрическими данными, но его почему-то все равно отпустили или просто никого уже не было и он остался один на этой планете.

«Я тут один» — заключил он вслух. Он вышел на улицу. Там стоял смог. Повсюду был беспорядок. Хироси огляделся. И через 100 метров от него была какая-то куча. Он решил проверить, что это за куча. В итоге, когда он приблизился на 95 метров (уже на 90 метрах он почувствовал что-то неладное), он увидел кучу трупов, и мог лишь сказать: «Господи»

Немного успокоив тревогу и ужас от происходящего, он решил подумать: «Что же мне делать?» — его бросило в дрожь. — «Как же мне спасти все до того, как она "проснется"?»

Он сжал зубы, надел свою изорванную плащ-куртку поверх рубахи пациента, предварительно достав все вещи из рюкзака, штаны поверх штанов из собственности больницы. Хироси нашел также резиновые перчатки из пакета, в котором был медицинский противогаз. Надел эти перчатки на всякий случай. По пути ему встретилось очень много продуктовых магазинов, так знакомых ему до боли в сердце. Они были брошены, словно никого больше на этой планете, в этой стране не осталось.

Когда он вошел в один из таких магазинов, цифровой голос сообщил: «Добро пожаловать в наш магазин. У нас найдется куча приятных для вас вещей. Выбирайте все, что вам понадобится.»

Он решил поесть. Не то, чтобы у него были слабо развиты моральные принципы, и он такой имморалист; просто цифровой вирус сильно истощил его силы. Решив проверить, есть ли кассир, он подошел к кассе. Кассира не было.

«Видимо, он в отпуске.» — тяжело усмехнулся Хироси. Сначала Хироси решил подобрать себе хороший рюкзак. Он выбрал рюкзак неизвестного ему бренда, потому что он соответствовал своему ценнику. Он проверил дно — оно было глубоким, также там была куча карманов и скрытых карманов. В общем, хороший туристический рюкзак. Он взял этот рюкзак и начал в него складывать различные консервы: рыбные, куриные и прочую еду. По дороге к выходу он взял контейнер с чипсами Pringles и четыре пачки жвачки Eclipse. Хироси Нагамото пошел дальше по улице, на которой находился магазин Matsumoto Kyoshi, в который он зашел.

«Что самое главное, этот вирус не тронул растений и домашних животных» — когда увидел рыжую кошку, подумал Хироси.

«Он не похож на оружие, значит это все-таки не центрально направленная атака с целью поражения всех каналов инфраструктуры Японии. Я же все-таки состою в партии Subakami, которая проводит мирную политику в парламенте. Неужели, партия милитаристов Японии (JMP) кому-то насолила в парламенте какой-нибудь другой страны при их дружеском соглашении.» — думал Хироси. И вдруг он остановился. Ему нужно оружие. Чтобы защитить себя, в случае интервенции.

Он с самого начала отвергал версию того, что над катастрофой повинна природа. Не мог же быть это такой новый вирус, после которого он мог свободно ходить и размышлять. Но он мог, конечно, появиться с таянием ледников в Антарктиде, однако это маловероятно, что именно этот вирус поразил Японию. Он уже стоял у оружейного магазина.

— Заходи, не стесняйся. — сказал голос сзади.

— Захожу. — ответил Хироси. После того, как он зашел, он увидел разнообразное оружие разных годов. Больше всего, конечно, мечи. Были самурайские мечи с охотничьим оружием. Конечно, преобладали сувенирные самурайские мечи и деревянные мечи бокуто для тренировок. Они сделаны из бамбука, тем самым были очень крепки.

— Watashi no namae wa Biru Shinaideru. Hajime mashite. — сказал на японском незнакомец.

— Можно не на японском. Вы немец? Говорите на английском, пожалуйста. Что вы тут делаете, тем более в оружейном магазине?

— Очевидно же, продаю оружие. Я из частной оружейной немецкой ассоциации в Японии. Наша ассоциация называется Private Deutsch Association (PDA).

— Хоть наше правительство и состоит в союзе с Турцией, которая продвигает политику отмщения против Великороссии за 16 поражений в истории, несмотря на Союз Континентальной Восточной Европы и Восточной Азии и Франции (СКВЕВАФ), в котором находится Великороссия, а наше правительство состоит в коалиции Германии, Турции, Израиля и некоторых других мусульманских государств (Тройственный союз), я 10 лет назад после всей этой движухи уехал в США, еще до того, как США закрыли свои границы для мигрантов. Я даже служил во Французском легионе какое-то время, а теперь я в Японии и продаю оружие японцам.

— Вы забыли только про Британскую Империю

— Да, Британская Империя сейчас стремится к мировому господству, и от разработок ее ученых зависит экономический оборот рынка всех остальных государств. Так что, Лондон — теперь вторая Мекка, только не для одних мусульман, а еще и ученых со всего мира. В этом они немного побеждают США. Но в рейтинге в тройке стоят люди из США, Великобритании и Великороссии. И Великороссия сейчас хотела с помощью Японии вести торговую войну с Великобританией, но тут случилось такое. — закончил свой монолог Билл Шнайдер. Хироси нахмурился. Лицо немца показалось ему смутно знакомым.

— Подождите... Вы Билл Шнайдер? Я видел ваше интервью после той конференции в Лондоне, где выступали Варлорды. Вы тогда подавали кофе какому-то русскому ученому, и этот момент попал в итоговый ролик.

Билл усмехнулся: «А, так ты видел тот стрим?»

— Да, я тогда подрабатывал барменом на закрытых мероприятиях, чтобы свести концы с концами. Хорошая школа жизни, скажу я тебе. Именно там я понял, что настоящие деньги не в коктейлях, а в том, что они прячут под своими пиджаками. Теперь вот, — он обвел рукой оружейный магазин, — переквалифицировался. Спрос на "Смит-и-Вессоны" в кризис растет быстрее, чем на виски.

— Признайся, ты уже тогда искал аргументы против их теории.

— И это тоже. Сначала я вообще хотел лишь увидеть Варлордов вживую, но простым иностранцам было запрещено на конференции разговаривать с выступающими. Они все национализировали и стали обычными британскими национал-либералами, но их взгляды различаются с их теорией. Ведь их идея похожа на лидера, который ведет толпу, важно подчеркнуть, "умную" толпу к какому-либо решению проблемы. Это социальная эгалитаристская идея, социальный прогресс, но они скрестили ее с техногенным прогрессом. То есть сам зародыш идеи — социальный прогресс, левый акселерационизм. Но реализация — техногенный прогресс, социальная стратификация на абсолютного монарха-существа, которое является мыслящим Богом, ниже — мысленные существа, в которых превратится человек, но состоящие в синтезе с мыслящим Богом. И роботы — самый нижний слой. — сказал свое мнение Хироси.

— Уместнее называть это кастами, как в Индии, поскольку вся их жизнь предопределена. Вот только они не сказали, что будут делать с обычными людьми или "подключать будут действительно всех", или же они реально хотят сначала экспансировать мир и диктовать свои условия, устроив резню, а после этой резни провести свой эксперимент, который не факт, что еще будет успешен. — ответил ему Билл.

— Значит, это все-таки атака Великобритании на Японию.

— Я лишь сказал свое мнение, потому что общался с Эдди Варлордом. Не бери мнение простого оружейника всерьез.

— И бери что-нибудь уже наконец из ассортимента. Скоро рассвет в конце концов. Тебе надо возвращаться в больницу. — добавил Билл.

— Вы знаете про меня все?

— Да, а ты даже не знал, что на снятом с тебя противогазе установлен GPS-трекер?

— Нет...

— Ты говорил с отрядом 515?

— Тоже нет Наверное, все происходило, пока я был в коме.

— А, так ты был в коме. Понятно.

— Сколько дней с того дня прошло уже?

— Дней 10, наверное, у тебя еще 4 дня, чтобы принять решение.

— Окей, тогда... После твоего заказа, тебе нужно будет сходить в больницу и попросить эмблему нашей структуры.

— Вы даже не спросите моего согласия?

— Ты служил в JSDF. Был лучшим снайпером. Забыл? — Билл усмехнулся. — Я был не просто барменом в Лондоне. Я работал на разведку. Знаю о тебе почти всё.

— Но я хотел бы жить мирно с Аяно. Я уже готовил план переезда куда-нибудь в Нариту.

— Но твоя девушка в криостазисе, и все зависит не от тебя.

— Да.

— В общем, выбирай оружие и иди обратно в больницу.

— А как же вы?

— Мы с местными жителями создадим здесь опорный пункт. Хорошо бы эта зараза не была, как из фильмов про зомби. Тогда мы точно все умрем. Я как-нибудь выживу. Главное — ты должен выжить.

— Thank you very much. — решил выразить благодарность хотя бы на английском Хироси, потому что не знал немецкий язык и до этого редко встречал немцев.

— O'kay. — сказал Шнайдер и провел Хироси в комнату побольше с разнообразным оружием. Здесь чего только не было. Были даже криопатроны и зажигательные патроны. Были и M4, и Heckler & Koch, Colt, Walther, Beretta. Но все это было лишь побочным оружием для Хироси.

Вдруг он увидел среди этого всего прекрасный нодати — самурайский меч для ближнего боя. Блики на нем переливались так ярко, что хотелось его схватить и уже испробовать.

— Я понимаю японские традиции, хоть живу в Японии совсем немного. Здесь очень уважают холодное оружие и даже ту же самую утварь для кухонных блюд. Хочешь испробовать этот меч? — спросил Шнайдер.

— Он называется нодати. Он использовался раньше для пехоты в ближнем бою. В помещениях его использование вызывает некоторые трудности, потому что он сам по себе длинный. Его общая длина около 160 см. — начал свой монолог Хироси.

— Бери тогда его и испробуешь потом. Что хочешь еще?

— Есть еще короткий клинок?

Билл отошел ненадолго, взял какой-то сундук и открыл его ключом. Начал медленно доставать оттуда холодное оружие. Когда он достал третий меч, он был похож на японский, и Хироси остановил его рукой.

— Вакизаши. Общая длина 75 см. Раньше вместо него носили танто. Его снимали только в том случае, если самурай оставался на долгое время. Этот меч часто называли "хранителем своей чести". Он обычно использовался для харакири. — продолжил свой монолог Хироси.

— Значит, берешь и его. Я, конечно, все понимаю. Традиции и все такое, но тебе нужно еще и огнестрельное оружие.

Хироси на такой ответ неуклюже повернулся и задел какой-то еще один меч. Это оказался бокуто, но он почему-то сложился надвое.

— Черт. Я его сломал. Извините. — попросил прощения Хироси.

Билл улыбнулся и сказал: «Ээ... Нет! Это наша новинка для тренировок. Складной бокуто. Бокуто — это деревянный меч, который используют как раз для тренировок по кендо и просто боевых тренировок среди полиции.»

— Складной бокуто. — с усмешкой сказал Хироси. — До чего же дошли технологии...

— Видишь, я тоже знаю кое-что из истории японских мечей! — выпалил Билл.

— Конечно, знаешь, ты ведь оружейник. — ответил ему Хироси.

— Дай мне три... Ой... Про складной бокуто забыл. Два чехла, шнур сагэо, если есть.

— А что это? Я про шнур сагэо.

— Это приспособление для крепления мечей вместе, чтобы они не выпадали.

— У меня такого нет

— Серьезно? У тебя есть все виды самурайских мечей, но нет приспособлений для его крепления как оружия. — по-детски возмутился он.

— Зато у меня есть шнуры-полотнища из метаматериала, который может делать оружие невидимым. Если тебе нужно пронести это оружие куда-нибудь, то ты это свободно сделаешь. Если же тебе нужно спрятать его, то метаматериал спрячет его.

— Он как мешок? — задал единственный вопрос Хироси.

— Нет, как разорванный и сшитый одновременно мешок.

— Не говори философическими фразами, просто покажи.

Билл достал откуда-то из-за шкафа с магнумом какую-то ткань серо-прозрачного цвета. Она и вправду на вид была разорванной и невидимой, но чувствовалась сама ткань.

— Это оно?

— Да. Можешь испробовать. Крепление мечей такое же, как и на твой шнур сагэо, только теперь можно делать его невидимым, как и мечи.

— Дайте еще мне Glock 17. Из всего стрелкового оружия, хоть это и самый дешевый и не прочный вариант, но его можно модифицировать. И USP-45, им пользуется SAS.

— Ха-ха, я понял ход твоих мыслей. Но даже если ты хочешь пройти, так сказать, как невидимка, по стелсу, у тебя не получится без плаща-невидимки. — весело сказал Билл, как будто персонаж из сказки.

— Опять метаматериал. Ладно, давай.

— Ты можешь брать все, что твоей душе угодно.

— К чему такая щедрость?

— Сейчас кризис. И выдержать его могут самые сильные. А ты сильный, у тебя есть сила воли. Даже несмотря на то, что Британская Империя сейчас единственная сверхдержава, кто-то же должен остановить их.

— Понятно Дайте мне еще ЛЦУ к USP-45 и какой-нибудь лучший плащ из метаматериала и против огня одновременно, если есть такой. И еще нормальный рюкзак, который носит любой солдат из любого подразделения. И все чехлы.

— Есть, конечно. Все расходы покроет ЧВК Silver Lion.

— А если я откажусь от членства в вашей организации?

— То есть твоя стратегия — против всех?

— Нет... Я просто думаю о последствиях. И хочу уже наконец увидеть Аяно.

— Мы покажем ее тебе потом, после вступления в нашу ЧВК. Просто не вижу смысла смотреть на спящее лицо своей девушки, которую даже не сможешь обнять.

— Хорошо, я согласен. Но только на некоторый процент. Остальная часть мозга предупреждает об опасности, которая меня ждет.

— На какой процент ты согласен?

— Если это бинарная игра, то я согласен на 50%, если динамическая, то на 67%. В динамической игре исход очевиден — я все равно попаду к вам. В бинарной же не так очевиден, если вам нужен также весь мир, как и Superorganism Technologies.

— Конечно, это динамическая игра... Хоть в математике я ничего и не смыслю. — с кислой улыбкой ответил Билл.

— Но я решил. Я буду идти с конца по принципу Цермело. Я выбираю вас.

— Это хорошо. Ну тогда, тебе пора. — уже с более приветливой улыбкой сказал Билл. Хироси взял рюкзак, который дал Билл, и разложил все по подсумкам, положил бокуто и стрелковое оружие, предварительно запихнув все в чехлы, на самое дно рюкзака, сделав это очень аккуратно.

— Не забудь патроны. Все-таки они стоили наших денег, денег нашей ЧВК. — сунул Билл Хироси блок с патронами к пистолетам.

— Надеюсь, ты не дал мне какие-нибудь необычные патроны, а то просто воротит от слишком многих новинок.

— Ты про криопатроны. Нет, я сразу понял, что тебе они не понравились. Хотя зря ты так о них. Они очень действенны.

— Я не хочу, чтобы жертва мучилась. — с этими словами Хироси запихал обоймы по подсумкам и надел плащ из метаматериала, одев предварительно вакизаши и нодати в обруч и завязав на штаны «мешок», как он его назвал.

— Ну ладно, sayonara, Хироси.

— Sayonara, Билл. Спасибо, что так помог. — сказал Хироси и быстро развернулся к выходу, чтобы не слышать ответ Билла, потому что он и так пробыл здесь слишком долго. До рассвета оставалось совсем немного, а ему надо было успеть еще в больницу. Поэтому он пошел почти неслышными шагами обратно. Надо сказать, что погода была безветренной, солнце уже вставало. На улицах было все так же безлюдно. Он уже приближался к больнице.

— Надеюсь, Билл тут выживет один. — с печалью подумал о нем Хироси. И зашел в больницу.