Read the book: «Романовск. История, которой не случилось»

Глава 1 Надежда

Всё происходящее – очень похоже на правду, но кто не мечтал хоть раз заглянуть в параллельную вселенную.

____

По распоряжению Цензурного Комитета, Редакция сим уведомляет, что, согласно постановлению о порядке распространения печатных изданий, публикуемый материал не рекомендуется к прочтению лицам, не достигшим двенадцатилетнего возраста. Для лиц в возрасте от 12 до 18 лет допускается ознакомление с оным исключительно в присутствии совершеннолетних. Лицам, достигшим 18-летнего возраста, чтение разрешается без ограничений.

____

Медведь аккуратно выбрался из-под раскидистого дерева, встал на задние лапы, потянулся и смешно потряс мордой. Никто вокруг не засмеялся, да и некому было – характер Медведя был таков, что любая лесная живность старательно обходила его. Еще бы – Медведь, Царь предгорий, великий Кесарь лесов, Великий Князь альпийских лугов и прочая, прочая, прочая… Если бы он был человеком, то к нему, как минимум бы обращались «Ваше Императорское Величество».

А Его Императорскому Величеству очень хотелось есть. Зима выдалась долгой и снежной, и потому накопленный за прошлый год жирок давно растаял, а сосать лапу – не пристало таким заниматься Царю Кавказского предгорья и далее по тексту. Оглянувшись по сторонам, Медведь отломил от дерева сухую ветку и стал ворошить её прошлогоднюю листву. Почему ему было так удобнее искать орехи и каштаны, Медведь не знал, но когда-то давно он проделал такой трюк и ему понравилось.

Разворошив спрессовавшиеся за зиму листья, он аккуратно поддел найденный орех на острый конец ветки и поднёс его ко рту. Что-то внутри него требовало сначала откусить небольшой кусочек, пережевать, проглотить и только потом доесть оставшееся, однако голод был сильнее непонятного кокетства – орех сразу исчез в пасти животного. Зверь прикрыл глаза от умиления и уже собирался продолжить свои поиски, как вдруг порыв ветра донес до него запах, от которого всё его нутро сжалось.

Только одно существо в этом мире могло вызывать у Хозяина леса такие чувства – пахло людьми, единственным возможными конкурентами его Лесного Высочества! Зверь зарычал, готовый к убийству, его лапы растопырились, выпуская огромные когти, мощные челюсти с клацаньем сжались – уничтожить, разорвать, выпустить, выпотрошить… Его буквально трясло от злобы и ненависти.

Как вдруг сквозь резкий запах человека неожиданно пробился иной аромат – тонкий, как лепесток горного цветка, но такой родной и знакомый, С ТИХИМИ НОТАМИ ЖАСМИНА И САНДАЛА.

У Медведя перехватило дыхание — это был аромат, от которого начинала кружиться голова, и очень хотелось ПОЛОЖИТЬ ГОЛОВУ К НЕЙ НА КОЛЕНИ, ЧТОБЫ ОНА ТЕБЯ ГЛАДИЛА И РАСЧЕСЫВАЛА СПУТАННЫЕ ВОЛОСЫ.

Желание было таким необычным и новым, что у Медведя не нашлось слов и образов, чтобы выразить его доступными понятиями. На минуту он застыл с палкой в руках, а затем двинулся в сторону, откуда прилетел непонятный аромат.

_____

— Владимир, ну, быстрее же! – молодая женщина в темно-синем костюме, так хорошо подходящем для прогулки по горам, легко спрыгнула с камня на вьющуюся по альпийскому лугу тропинку. Её прическа растрепалась от долгой ходьбы, мелкие кудряшки смешно шевелились на ветру. Шелковый платок на её груди выбился из-под жакета, обнажая стройную белую шею. Кожаные перчатки она давно сняла и спрятала во входящий в моду небольшой рюкзачок. – Владимир, — засмеялась она. – Буквально пару месяцев назад Вы обещали мне, что будете со мной и в горе, и в радости, а теперь безнадежно отстаёте!

— Надежда, — Владимир пыхтел где-то внизу. – Вы прямо как…

— Как кто? – Надя картинно уперла руки в бока, глядя на мужа сверху вниз. – Неужели я напоминаю Вам ту самую козу, которая чуть не забодала нас в Романовске?

— Ну, что ты? – раскрасневшийся молодой человек взобрался на поляну, с трудом опираясь на альпийские палки. – Исключительно, горная серна, горная… И когда я говорил, что «в гОре», я имел ввиду совсем не эту горУ.

— Каламбурите, ну-ну! Раньше за тобой я такого не замечала, — Надя уселась на камень, вытянув ноги. – Только посмотри, какая красота вокруг. Я думаю, что для нашего дела выше подниматься не стоит, мы здесь совершенно одни, и солнце скоро начнёт садиться, станет темно.

— Согласен! – по внешнему виду запыхавшегося от подъема молодого человека было понятно, что ещё несколько десятков метров вверх могут пойти ему не на пользу. Он аккуратно уселся рядом с женой на камень и сделал несколько глотков из бутылки с водой. – Здесь очень красиво!

Прямо перед ними расстилались уходящие вдаль горы Русского Кавказа. Вдали по зеленым полям бежали тени облаков, пики Аибги и Чёрной Пирамиды были покрыты нерастаявшими снегами, но уже уверенно шумела где-то внизу неугомонная Бешенка.

— Надя, — муж серьезно посмотрел на жену. – Вы точно хотите это сделать? – Владимир, когда волновался, всегда переходил на официальный тон. – Если Вы сейчас откажитесь от своей затеи, я Вас пойму. Мы просто выпьем немного кофе с горьким шоколадом, и спустимся вниз.

Надежда игриво посмотрела на своего мужа, в её глазах плясали «бесенята», из-за которых они и стали супругами:

— Муж мой, «и в горе, и в радости», и в любой шалости! Мы с тобой сюда поднимались три часа для чего – чтобы кофеёчку испить? Тебе в Романовске кофеен не хватает? Доставай уже свой чудо-аппарат.

— Как скажешь, Любимая, как скажешь! – Владимир снял с плеч дорожный рюкзак и извлек из него штатив и последнюю модель фотоаппарата Leica. – Надеюсь, что кроме нас с тобой эти снимки больше никто не увидит, — проворчал он тихонько себе под нос, устанавливая камеру на штатив и возясь с дальномером. – На этом камне?

— Ну, конечно, с него так хорошо видны вершины! – Надя поднялась чуть выше и решительно сняла жакет.

_____

Застыв у самой кромке леса, Медведь никак не мог понять, что делают эти безумные люди. Самка забралась на белый камень, поворачивалась то одной, то другой стороной своего худого ПРЕКРАСНОГО ТЕЛА к самцу, который делал какие-то пасы с коричневой хромированной коробочкой. С каждой минутой на ней оставалось всё меньше и меньше тех непонятных тряпок, которые люди так любят натягивать поверх своих безволосых тел. От происходящего тянуло какой-то загадочностью и мистичностью. Как заколдованный смотрел он на слегка смущенную самку, позирующую на фоне горных вершин и заходящего солнца.

И аромат – тот самый чудесный аромат шел от неё. Медведь вдыхал его, широко раскрывая свои огромные ноздри. В какой-то момент, когда на раскрасневшейся самке из одежды остался только МАЛЕНЬКИЙ БЛЕСТЯЩИЙ КУЛОН ИЗ АГАТА В ВИДЕ СЕРДЕЧКА, КАК ЗНАК ВЕЧНОЙ НАШЕЙ ЛЮБВИ, Зверь почувствовал, как в нём что-то перевернулось. Самка была абсолютно нагой, но для него нагота не была чем-то постыдным, сколько себя помнил Медведь он всегда ходил так.

Но нагота именно этой самки! Перед суетящимся самцом… и БЛЕСТЯЩИЙ КУЛОН… и ЭТИ ЗАВИТКИ… и ЭТОТ СМЕХ…

Никакой тайны, никакой красоты, никакой загадочности. Наваждение словно исчезло. ОНА стояла перед незнакомым ему мужчиной абсолютно голой…

ОНА ПРЕДАЛА ЕГО!

Красный туман всколыхнулся в голове Хозяина Леса, он застонал, и от этого звука неожиданно вокруг стало очень тихо. Каждая мышца его огромного тела напряглась, а когти с силой вонзились в землю.

ОНА! ПРЕДАЛА! ЕГО!

Зверь вышел из леса и неспеша, как выходит на охоту хищник, уже выбравший свою жертву, направился к НЕЙ, не отрывал взгляда от НЕЁ. В этом взгляде не было ни ненависти, ни безумия – только ледяная решимость НАКАЗАТЬ ПРЕДАТЕЛЬНИЦУ.

____

Испуганно прикрыв руками грудь, Надежда смотрела, как к ним медленно идет Большой Медведь. Вся весёлость, вся беспечность, вся игривость – всё куда-то унесло холодным ледяным ветром. Остался животный страх, сковавший неожиданно замерзшее тело.

Владимир заметил перемены в лице жены, оглянулся, и увидев надвигающегося зверя, смешно икнул, постаравшись спрятаться за штатив камеры. Его рот раскрылся в немом крике, глаза вытаращились от ужаса, желудок предательски заурчал.

Зверь, не обращая внимание на дрожащего мужчину, шел к НЕЙ. Надежда видела, как ступают лапы, как не распрямляется примятая трава, как его глаза, не моргая, смотрят прямо на неё.

ЕГО ГЛАЗА! Но… Этого не может быть!

НО ЭТО ЕГО ГЛАЗА!

Она схватила неожиданно ставший горячим кулон, опустила взгляд вниз – увидела свои обнаженные ноги, стоящие на холодном камне, поспешно сброшенную одежду, покрывшуюся пупырышками кожу…

И снова посмотрела на надвигающегося Зверя.

ЭТО ЕГО ГЛАЗА! И в них нет животной злобы, нет кровавого безумства – только боль предательства и желание мести. Что-то внутри неё оборвалось, неужели?

Неожиданно Владимир с силой ударил Медведя кофром. Зверь вздрогнул, поднялся во весь свой рост и занес над Владимиром лапу для удара:

— Стой! – неожиданно для самой себя крикнула девушка, — не надо! Остановись!

Надя легко спрыгнула с камня и, не чувствуя боли от впивающихся мелких камней, босая подошла к застывшему зверю. Медведь напрягся, но она бесстрашно протянула к нему свою ладонь и коснулась его щеки. Зверь вздрогнул, кулон завибрировал на её груди в такт сердцу, и эта вибрация передалась стоящему перед ней животному:

— Стой! – совершенно не стесняясь своей наготы, повторила она уже тише. – Не надо, он же ни в чем не виноват.

Зверь смотрел на НАДЕЖДУ, на её такой знакомый силуэт, на любимые изгибы. ПРЕДАЛА, ПРЕДАЛА, ПРЕДАЛА стучало в его висках.

— Олег, — девушка сняла кулон с груди. – Олег, ведь это же ты? Верно?

Зверь замер, его поднятая для замаха лапа повисла в воздухе.

— Ты совсем не изменился за эти пятнадцать лет, — прошептала она. – Даже так же хмуришься, когда злишься.

Девушка, уже совершенно не опасаясь, мягко опустила занесенную лапу. Зверь издал короткий, похожий на скулёж звук, опустил голову, позволив ей коснуться его лба, а потом прижался к её ладони всей своей широкой мордой. И в этом жесте было столько боли и нежности, сколько не выдержало бы ни одно живое существо. Его глаза наполнились ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ТОСКОЙ.

— Олег, — шептала Надя, гладя его косматую голову. – Прости меня, я тоже очень-очень скучаю по тебе. Олег, пойми, прошло уже столько лет. Я не знала, что ты всё это время был здесь, был рядом – когда люди умирают, мы думаем, что они ушли навсегда.