Read the book: «Развод (не) по плану»
Глава 1: «Ты помнишь мои вкусы?»
Василиса.
Вам новое сообщение от Босса:
«Ого, ты помнишь мои вкусы?»
Я стою над открытым ноутбуком Артема и едва соображаю.
Мало того, что сейчас 05:34 утра, на плите настойчиво кипит каша, а Миша норовит расплакаться из-за температуры, так еще и задачек мне не хватало.
Головоломательных.
Душераздирательных.
Конечно, я залезла в это сообщение. А кто бы не залез? Я слышала, что среди мужчин бытует мнение, будто женщины в декрете становятся глупыми, но уверяю, это всего лишь заблуждение.
Я точно не дура.
Какой, к черту, «Босс»? Артем — сам себе хозяин. Он предприниматель, у него свой продуктовый магазин. Никаких боссов и быть не может.
Да и кто так общается с начальством?
«Ты помнишь мои вкусы?»
Звучит до тошноты омерзительно и подозрительно, если держать в уме, что это написал именно начальник. А вот если это написал кто-то другой…
Или другая.
Я принимаю решение буквально за минуту, пока рука еще дрожит над клавиатурой. Неверными вспотевшими пальцами я кликаю на уведомление, и меня «затягивает» в секретный чат мессенджера.
Я о таких только слышала, но никогда не пользовалась сама. Мне не за чем.
Мне нечего скрывать.
А вот Артему есть, что, оказывается…
Я попадаю внутрь переписки. Всматриваюсь в этот чат до рези в глазах.
Имя «Босс».
Аватарки нет. Обычная белая буква «Б» на зеленом фоне.
А вот облачка сообщений висят и их много… Очень много. И все за вчерашний день. Я лезу в настройки и вижу, что у этого чата настроен таймер. Смс удалятся скоро.
Я ничего не слышу вокруг, словно кто-то включил на полную громкость белый шум. Кидаюсь за телефоном, подскакиваю к экрану и как полоумная начинаю фотографировать экран ноутбука, потому что скрины сделать невозможно. Это я точно знаю. И если попытаюсь, то однозначно спалюсь!
Как только последний снимок сделан, я моментально выхожу из чата, захлопываю крышку ноутбука и отхожу от него, как от чумного.
Сердце колотится только так. Я прижимаю телефон к груди и шагаю назад. Чуть не падаю, когда наталкиваюсь на стул. Хватаюсь за подоконник, и звуки реального мира врываются в меня словно по щелчку.
Миша хнычет в манеже, настойчиво гремит игрушками. Он хочет есть…
Есть… Еда…
Каша!
Она уже не бурлит, а возмущенно шипит и исходит едким дымом.
Подгорела!
— Черт! — кидаюсь к ней.
Резкими движениями вырубаю конфорку, стаскиваю кастрюльку с плиты и швыряю ее в раковину, открываю окно, впуская прохладу весеннего утра.
Я и сама вдыхаю этот освежающий уличный воздух, наполненный запахами наступающей весны. Распускающаяся свежая зелень, тающий снег, прелая земля и, конечно, тонкий аромат газа машин.
— Ма-ма! Ма-ма!
— Да, да, сейчас, — я прикрываю глаза ладонью, опираясь второй рукой о подоконник.
Изнутри дома меня обволакивает жар кухни, со стороны окна в лицо бьет прохладный ветерок, а внутри меня просто все клокочет от обиды и непонимания.
На автомате я достаю запасы пюре для Миши, которое делаю сама, а не покупаю. Грею еду, усаживаю Мишу в детский стул и даю поесть. И пока он ковыряется детской пластмассовой ложечкой в тарелке, радостно размазывая по себе пюре, я лезу в телефон.
Залезаю в галерею, где у меня нафоткана их переписка. Открываю одну фотографию, как раз где про «вкусы», и вчитываюсь уже внимательнее. У меня прямо голос Артема в голове звучит, словно кто-то озвучивает эту переписку.
— «Да, да, да! Все так, все так. Я же тоже бизнесмен. Дело прет только так, а дома прям даже отдохнуть не получается. Жена душит бытовухой, сын спать не дает»
И следом от него же:
— «Капец, я тоже скучаю по тем временам. Так давно не виделись»
— «Ну, так давай увидимся. Все обсудим. Хотели же»
— «Да, конечно. Привезу тебе вина и мармеладок))»
— «Ого, ты помнишь мои вкусы?»
— «Конечно. Их сложно забыть. Как и тебя…».
— «Слушай… А жена что? Ты же еще женат, верно? Ничего не поменялось?»
— «Лиса сейчас беременна, ей не до меня. Носится с ребенком, а на меня вообще не обращает внимания. Я только и делаю, что батрачу и ее содержу. По чесноку если, наши отношения давно остыли и дрожат, как холодец. Только на мне и держатся. Так что я буду рад просто пообщаться и все обсудить. Немного женского внимания никакому мужику не повредит».
Я понимаю, с кем он переписывался…
Едкие жгучие слезы застилают глаза. Чувствую, как подбородок начинает мелко дрожать, стискиваю зубы и сжимаю губы, чтобы не дай бог рыдания не вырвались из меня.
Я закрываю галерею, не в силах это больше читать, хотя там еще есть сообщения дальше.
Я смотрю на «ребенка, который не дает спать». На нашего любимого сына. Артем ведь в нем души не чает, как он может такое писать?!
Да еще кому?!
Бывшей!
И ведь ни слова правды! У нас замечательная семья, и я отдаю Артему очень много своего внимания. Конечно, у меня сын в приоритете. А как иначе, ему же всего два годика! Но и Артему я уделяю время. Уделяю!
Мне Артем ни словом не обмолвился, что его что-то не устраивает или что ему не хватает моей любви.
Или…
Или Артем врет мне, а в переписке говорит все так, как думает на самом деле?
Подозрения и сомнения прорастают во мне с такой скоростью, что я в момент замираю, пытаясь переосмыслить поведение мужа за последнее время…
Он ведь был так ласков, внимателен ко мне. Как и всегда. Такой добрый и нежный. Не было ничего подобного, что он описывает Карине — его бывшей. Он был идеальным мужем, и я была уверена в своей семье, как никто.
У нас же семья как из мечты! Я думала, что живу в сказке и что все эти истории об изменах — чистой воды кошмар, что происходит где-то там, за бортом нашей крепкой сплоченной семьи.
Я думала, что меня не коснется ничего подобного, что уж у нас-то точно все по-другому. Гордилась своей семьей!
Но…
Кажется, я реально дура…
Моя сказка может вот-вот разбиться о суровую реальность, превратившись в кошмар.
Я встряхиваюсь и моргаю, чтобы прийти в себя. Встаю, утираю слезы и уже куда осмысленнее заглядываю в телефон снова.
Я нахожу номер сестренки и набираю ее. Только она берет трубку, я вываливаю на нее оглушительную новость. Но все же шепотом.
Пусть я за двумя закрытыми дверьми… Все с заботой об Артеме! Чтоб его не разбудить! …Но мне все равно не хочется быть услышанной.
— Кажется, Артем мне изменяет, и я теперь даже не знаю, что делать и как поступить.
— Э… А… И тебе доброе утро, — Снежа по ту сторону очень красноречива.
— Да уж доброе… Я не знаю, что мне делать. Я ведь ношу второго ребенка и завишу от Артема!
Глава 2: Я не закончила.
— Кажется, Артем мне изменяет, и я теперь даже не знаю, что делать и как поступить.
— Э… А… И тебе доброе утро.
— Да уж доброе… Я не знаю, что мне делать. Я ведь ношу второго ребенка и завишу от Артема! Он же сам уговорил меня уйти с работы… Настаивал, прямо, когда папе обновленный прогноз пришел. Боже… Я как знала, что не надо было его слушать…
— Так, погоди, погоди, Вась. Давай это, не гони. Не тараторь. Давай сначала, а то я что-то не пойму…
Я делаю глубокий вдох и такой же глубокий выдох. И пока дышу, вытираю не очень довольную моську Миши слюнявчиком. Забираю у него ложку и принимаюсь машинально кормить сына.
Руки сами действуют, пока язык начинает пояснять с чувством, с толком, с расстановкой.
Я рассказываю ей все с самого начала.
Я вчера заподозрила, что Миша заболел, а ночью у него, как я и ожидала, поднялась температура. Артем на мои призывы сквозь сон только пробубнил «да, дорогая, сейчас встану» и, конечно, не встал.
Продолжил спать как убитый, а я скакала всю ночь.
Ему же нужно высыпаться, он работает. Он же не женщина, которая может спать урывками, потому что дома.
Да и бесполезно вообще что-то говорить. Артем уже высказывался на эту тему, мол, уровень работоспособности у мужчины и женщины совершенно разный!
Мол, если женщина поспит всего четыре часа, то по ощущениям она может вагон разгрузить, пусть и с недовольным лицом. А вот если мужчина поспит пять часов, то он чуть ли не свою идентичность теряет и не способен к осознанному труду.
И раз он основной добытчик, то и спать ему положено много.
Я отодвинула свое недовольство на задний план. И пока Артем отдыхал в постели, я, как обычно, жонглировала десятком дел: покормить, переодеть, померить температуру, поменять подгузник, кашу сварить, стирку закинуть, к врачу записаться…
— Я всего лишь хотела зайти на сайт нашей поликлиники и вызвать врача на дом, или хотя бы записаться на ближайшую дату. Потому что у Миши поднялась температура, — я все говорю и говорю, пока Снежа по ту сторону телефона тихо «гукает», давая понять, что она слушает. — Но я даже в браузер не успела зайти. Как только система загрузилась, в углу сразу же всплыли уведомления о сообщениях. Там в виджетах они всегда висят, пока их не удалишь вручную.
— А зачем ты в его ноут полезла-то?
— Да господи, ну, один у нас компьютер, Снежа! Один! Мой сломался, а денег сейчас на ремонт у нас нет. Не то что уж новый купить…
— Да, все-все, я просто уточнила…
— Боже… Ну и вот. А там это сообщение прокля́тое от Босса!
— И что там? — я слышу в ее голосе искреннее напряжение и интерес. И у меня как будто отлегает.
Я боялась, что она меня осудит за то, что я залезла в компьютер мужа… Все-таки некрасиво это.
— А там у них диалог в секретном чате полным ходом!
— Что, прям долго переписываются? Когда начали? Что обсуждают? Что он ей писал? — Снежа прямо заваливает меня вопросами.
— Я не знаю, если честно. Там переписка только вчерашняя. Я только ее и увидела. Да и она исчезнет буквально в обед уже. Там таймер стоит на удаление переписки.
— Он наверно думал, что сообщения удалятся и ты ничего не увидишь…А в телефоне что?
— Не знаю. Телефон Артем всегда при себе держит. И сейчас он тоже там, у него в спальне на зарядке стоит.
— Пойди и посмотри!
— Ну вот еще! А если проснется?!
— Блин, да, палевно… Слушай, да, ты права, лучше в телефон не лезь пока. Мало ли… Вдруг он заметит и ты еще и крайняя останешься. Слушай, а… В этой переписке что вообще есть-то? Голые фотки? Секс обсуждают?
— Н-нет, — я аж заикаюсь. — Ничего такого. Просто флирт… Ну, и кажется, они только вчера начали переписываться. Похоже на это было…
— Слушай, так, может, он еще не изменил тебе?
— В смысле?! Он с бывшей обсуждает меня и нашего сына, как он задолбался. Как мы его задолбали!
— Эм… ну, это же только слова. Может, он так выпендривается? Он же еще не переспал с ней?
— Снежа!
— Ну, что Снежа? Я просто пытаюсь зацепиться за что-нибудь хорошее… Не все так плохо ведь… Наверно. Слушай, ну, мне кажется, надо разводиться.
— А?
А тут я уже и впрямь выпадаю в осадок.
— Ты серьезно так думаешь?
— А ты что, нет? Ты же сама мне тут про измену сейчас говорила.
— А ты только что его защищала!
— Да не защищала! Согласна с тобой, он козел. Просто я не знаю, что тебе посоветовать. Раз он такой козел, то наверно лучше развестись.
— Да я не знаю, Снежа! Его слова, конечно, ужасны, но… Он ведь реально еще ничего толком не сделал. Я никогда в подобных ситуациях не была. Понятия не имею, как судить в таких случаях…
— Ну, я тоже… Может, ему чего-нибудь не хватает?
— Скалкой ему по башке не хватает! — шиплю рассерженной кошкой.
— Во! — я слышу, как она одобрительно усмехается в трубку. — Другое дело! Надавать ему хороших люлей и развод!
— Да что ты заладила с этим разводом…
— А как еще-то?! Я тебя не пойму! Сама говоришь: измена, измена, но разводиться - нет?
— Я не говорила «измена, измена». Снежа, какой развод? Я на пятом месяце беременности и безработная!
— И что ты предлагаешь? Простить, забыть? Типа еще не изменил же…
Я сглатываю, ощущая горечь желчи на корне языка.
Все это мне не нравится вот ни разу…
Не изменил еще?
Прощения ему отсыпать?
Да за такие слова о нашем сыне, браке и обо мне, мне хочется придушить его во сне подушкой.
Видите ли, наш брак «дрожит как холодец» и вообще только на нем и держится… А я тогда кто? Сбоку припеку? Нахлебница?
Черт…
Как знала, что идея увольняться и заниматься домом плохая…
Я вздрагиваю, когда слышу шаги и звук открытой двери спальни.
— Все, я пошла. Артем проснулся.
— Ладно, но ты подумай. Может, пока лучше промолчать? Слушай, да, не говори пока ему ни…
Дальше я не слушаю. Дверь кухни распахивается и в нее заходит сонный Артем в одних боксерах.
Я сбрасываю звонок и откладываю телефон, лихорадочно пытаясь сделать вид лица менее тревожным.
— Доброе всем утречко! — Артем довольный. Лицо румяное.
У меня сердце колотится где-то в горле, дыхание сбивается… Но я сдерживаюсь.
Да и может есть еще шанс все исправить. Надо успокоиться и на холодную голову начать разговор… С такими мыслями я уворачиваюсь от его легкого поцелуя в губы.
— Что такое? Сорян, пока без глубокого французского, я еще не умылся, — он залихватски мне подмигивает. — А что тут у нас покушать? У-у-у? Горелая каша? Мое любимое!
Я смотрю на его хорошее настроение.
Вот же сволочь… Как он так может? Неужели забыл уже, как переписывался с бывшей?
У меня совершенно не соотносится этот Артем, что передо мной сейчас, и тот Артем, что писал те ужасные слова в секретном чате. Как он так может? Какой Артем настоящий?
— Милая, что такое? — он все-таки улавливает мое настроение.
— Да знаешь… — я поджимаю губы, глядя на ноутбук. — Мишута все-таки заболел и…
— О, вот как? — Артем перебивает меня и оборачивается на сына, что вяло возится в манеже. — А по нему и не скажешь.
Артем наклоняется и ласково треплет сына по головке, волосы ему ерошит.
Ну вот как тут можно заподозрить, что он устал от сына? Как?! Нормально же ведет себя. Как всегда!
— Потому что я всю ночь с ним возилась и сбила температуру, — холодно обрубаю.
— А, ну, ты у меня крутышка, как всегда, — Артем как ни в чем не бывало кивает, чешет ребра и глазами рыскает по плите. — А что на завтрак будет?
Я едва сдерживаюсь, чтоб не сказать «сегодня у нас раздача бесплатных люлей, ты первый на очереди».
— Я не закончила, — Артём таки смотрит на меня куда внимательнее. — Я хотела вызвать врача на дом, — киваю на ноутбук, — как обычно, мы это делаем. Через сайт.
— Та-ак… И?
— И тебе стоило удалить ту переписку с Боссом, «дорогой», а не надеяться на то, что она сама исчезнет по таймеру.
____________________________
Ягодки мои сладкие, приветствую вас в моем новом романе)))
Надеюсь, вы проникнетесь историей Василисы и проживете с ней книгу до конца. А так же надеюсь, что мы вместе решим судьбу ее муженька.
Если книга вам нравится, поставьте пожалуйста звездочку, добавьте книгу в библиотеку и подпишитесь на меня, чтобы не пропустить свежих глав. Вам не сложно, мне приятно, а книге безумно полезно для продвижения.
Обняла, приподняла:*
Увидимся на страницах истории ❤️
*P.S. График прод - первую неделю каждый день, далее - через день. Все стабильненько. Если вдруг глава не вышла по классике в 6:00, значит какой-то сбой и в меня можно потыкать либо в комментах, либо в канале ТГ.
Глава 3. Новое смс.
— И тебе стоило удалить ту переписку с Боссом, «дорогой», а не надеяться на то, что она сама исчезнет по таймеру.
Слова срываются с моих губ неожиданно спокойно, но внутри всё грохочет, словно где-то глубоко в груди обваливается бетонная плита. Я сама поражаюсь этому контрасту: голос ровный, почти холодный — и сердце, которое колотится так, будто вот-вот вырвется наружу.
Я смотрю на Артёма пристально, не моргая, пытаясь уловить хотя бы тень честности на его лице. Не объяснение, не оправдание — просто правду. Хоть какую-то.
— Эм… — Артем растерянно смотрит на ноутбук, что стоит на кухонном столе, а потом его взгляд меняется на тот самый… На понимающий.
Этот взгляд я знаю слишком хорошо. Он всегда появляется, когда человек осознаёт: отпираться бессмысленно. Когда слова вот-вот будут сказаны — но не обязательно правдивые. Скорее те, которые выгоднее всего.
— Да-да.
В воздухе между нами зависает пауза. Плотная, вязкая. Такая, в которой тонут даже мысли.
— Ты все не так поняла.
Вот оно. Классика. Фраза, от которой внутри меня что-то окончательно трескается. Не сразу, нет — с протяжным, тягучим звуком, как ломается старая крыша под тяжестью снега.
Главное, чтоб это была не моя крыша.
— Серьезно? Что же я могла не так понять в словах «наш брак дрожит как холодец» или «жена душит бытовухой»?
Я слышу собственный голос будто со стороны. Он дрожит — совсем чуть-чуть, на грани слышимости. Но я всё равно злюсь на себя за эту дрожь. Я не хочу быть слабой. Не сейчас.
— Да это я шутил так!
— Шутил? — я вздергиваю брови, в шоке глядя на него. Ну и наглец! — Это ни разу не смешно! И какого черта вообще ты позволяешь так «шутить» в диалоге с бывшей?!
В этот момент я отчётливо понимаю: меня бесит не только сам факт переписки. Меня бесит лёгкость, с которой он обесценивает мои чувства. Словно это я слишком остро реагирую, словно проблема — во мне, а не в том, что он пишет другой женщине о том, как его «душит» семья.
Артем хмурит брови, взволнованно кусает губы, а потом тянет улыбку.
Эта улыбка всегда действовала на меня. Раньше. Она была моей слабостью, моим якорем, чем-то, что возвращало чувство безопасности. Сейчас же она кажется мне натянутой, как плохо приклеенная маска.
— Так, солнышко, давай, мы с тобой немного остынем. Я сейчас пойду в душ схожу, освежусь. И ты выдохнешь. А потом мы сядем и поговорим, ладно? Я отвечу на все вопросы! Правда!
Он говорит мягко, почти ласково. И именно это раздражает сильнее всего. Словно он уверен: стоит немного подождать — и всё рассосётся само собой. Как всегда.
Я смотрю на его открытое лицо, родную улыбку и щурюсь. Ничего не отвечаю. Только киваю на душ, мол, ну-ну, иди мойся.
Хотя бы потому что мысль «остыть» вполне адекватная.
Мне действительно нужно время. Пара минут тишины. Возможность собраться с мыслями, прежде чем сказать или сделать что-то, о чём потом пожалею. Если у нас ещё есть шанс всё это разрулить — я хочу дать ему этот шанс. Или, по крайней мере, убедиться, что его больше нет.
Если у нас еще есть вариант разрулить эту ситуацию, я готова пойти на это. Все-таки это и есть любовь, верно? Когда вы оба разруливаете проблему, а не сбега́ете от нее.
Эта мысль цепляется за меня, как за спасательный круг. Я отчаянно хочу в неё верить. Хочу верить, что всё происходящее — недоразумение, глупость, ошибка. Что сейчас он выйдет из душа, сядет рядом и скажет что-то такое… настоящее.
И мне, конечно, понадобится время, чтобы его простить за те слова… Но для начала мне хочется выслушать то, что он скажет по этому поводу. Все будет зависеть от его слов.
Артем буквально улетает в душ.
Сбега́ет. Да уж, смелый мужчина…
Дверь в ванную закрывается, и я остаюсь одна — с шумом воды, который почему-то звучит слишком громко, и с мыслями, которые невозможно заглушить.
Врача на дом я все-таки вызываю. У меня на это уходит буквально минута. Не первый раз уже.
Пальцы действуют автоматически. Я даже не думаю — просто делаю. Как будто на автопилоте. Тело помнит, что нужно заботиться, что есть ответственность, которая не ждёт, пока я разберусь в семейных драмах.
Следом иду в спальню. Я решаю не слушать советов Снежки и все-таки рискую переступить личные границы Артема.
Каждый шаг даётся тяжело. Внутри поднимается липкое чувство вины — будто я делаю что-то грязное, недостойное. Как будто сама предаю то, что ещё совсем недавно считала фундаментом наших отношений.
Ощущаю я себя при этом предательницей, словно в дерьме измазалась. Потому что до этого у нас отношения строились на максимальном доверии…
Именно поэтому сейчас так больно. Если бы доверия не было — не было бы и этого ужаса внутри.
А сейчас мне нужно подстраховаться и выяснить, а не списывались ли они с Кариной до того секретного чата? В общем, мне нужно знать, будет ли Артем врать мне.
И… Бац!
— Не поняла… — шепчу растерянно, когда обычный пароль не срабатывает. Тот, что я знала.
Сердце делает странный кульбит и замирает где-то в горле.
Мы оба знаем пароли друг друга уже давно, просто не лазаем в телефоны друг друга. Не за чем было.
Или… было?
Я оборачиваюсь, прислушиваюсь.
Вроде тихо. Миша только курлыкает что-то там сам с собой, гремит пластиковым паровозиком и крышкой от сковородки. Хах, самые любимые его игрушки — это посуда.
Этот привычный, почти домашний шум сейчас кажется чем-то нереальным, как будто из другой жизни. Из той, где всё ещё было нормально.
— Что ж такое-то… — вбиваю снова пароль.
Не подходит!
Если сейчас третий раз введу неверно, он заблокируется на час!
Пальцы дрожат. Я ощущаю, как пот холодной волной прокатывается по спине.
И тут я чуть не роняю телефон, вздрагивая как сумасшедшая. А это всего лишь СМС приходит в ватсапе…
Я вцепляюсь в телефон ледяными пальцами, ощущая, как они пульсируют от страха. И всматриваюсь в экран. Смс от какого-то «ООО Снежок»
Уже одно это название неприятно режет глаз.
«Надо поговорить! Ну, ты и кобель, конечно! Я ожидала звонка от злой беременной женщины, котора…»
Дальше СМС не видно.
И я слышу сквозь шум в голове, как дверь в ванную открывается. Я вскакиваю, резко разворачиваясь. С той расторопностью, что позволяет мне мой животик.
Меня кидает в жар. Мне кажется, что Артем вот-вот войдет.
— Бляха, заторопился и забыл… Лиса, дай полотенце!
Я не дышу, не в силах ответить.
Ведь если я подам голос, то он поймет, что я в спальне! Там, где его телефон…
— Лиса?
Я резко сую телефон под подушку, оббега́ю кровать и хватаюсь за одеяло, начинаю застилать. Еле слышные шаги дают понять, что он реально выходит из душа.
— Лиса, ты чего не отвечаешь?
— Задумалась. Не выспалась, — отвечаю неохотно, бурчу, маскируя нервную дрожь за действиями. Щеки пульсируют от жара, что буквально бушует во мне. Меня корежит, будто под давлением океана. То и гляди — лопну! — Полотенце возьми в шкафу, раз уже вышел и намочил пол… А то там Миша у нас сейчас кухню разнесет.
Я быстренько застилаю постель и выхожу на кухню, где Миша со всей своей детской силы швыряет крышку в батарею. Артем остается в спальне.
Звон разносится по всей квартире, и я морщусь. Этот звук бьёт по нервам, как по оголённым проводам. Он идеально резонирует с моим внутренним раздраем.
Артем берет полотенце и возвращается в ванную. А я снова припадаю к ноутбуку, прислушиваясь, как шумит вода за дверью ванной.
Этот шум теперь кажется мне отсчётом. Каждая секунда — как удар метронома.
Я открываю ноут, но не вижу в Телеграме новых сообщений. Диалог с «Боссом» все еще висит…
Тут я вспоминаю, что СМС было из ватсапа. Кусая губы, запускаю Ватсап на ноуте.
И вуаля! Я вижу, что СМС от «ООО Снежок» уже прочитано. Артем забрал телефон в душ и прочитал СМС!
Эта мысль обжигает. Значит, он уже знает. Значит, он действует.
Тут же открываю диалог и быстро читаю, пока он не удалил.
Хотя…
Я быстро понимаю, что этот диалог он вряд ли удалит. Он давнишний и очень долгий. А последнее СМС выбивает у меня почву из-под ног почти буквально.
Я оседаю на стул.
Тело словно сдаётся первым. Ноги перестают держать.
«Надо поговорить! Ну, ты и кобель, конечно! Я ожидала звонка от злой беременной женщины, которая бы хаила меня, а в итоге злая беременная женщина звонит и жалуется на то, что ты флиртуешь с бывшей!
Я так понимаю, ты с ней не поговорил?!»
Каждое слово будто впивается в кожу. Каждая фраза — как пощёчина.
И тут я вижу, как появляется новое СМС. От Артема…
«В смысле?
Ты о чем вообще?
Какой флирт бывшей?
Ты в своем уме?
И да, не поговорил. Я же уже объяснял, что еще рано. Куда ты так торопишься?
Твой отец все равно еще жив. Не гони коней. Наберись терпения. Про бывшую я все тебе объясню. Василиса все не так поняла, навешала тебе лапши, и ты тоже не так поняла.
Мне сейчас неудобно говорить. Давай я на работу поеду и заскочу к тебе. Все обсудим»
Внутри меня что-то окончательно рушится. С громким, гулким треском.
«Да иди ты! Не хочу тебя слышать и видеть вообще! С бывшей поговори!»
«Успокойся. Не истери. Я заеду. Все. До связи»
Глава 4. «ООО «Снежок»
Я сначала ничего не понимаю.
Это даже не мысль — скорее ощущение. Пустота. Белый шум в голове. Как будто кто-то резко выкрутил громкость мира на ноль, и я на несколько секунд выпала из реальности.
А потом ка-ак понимаю…
До меня доходит.
Не сразу. Не резко. А медленно, мучительно, будто сознание сопротивляется очевидному, оттягивает момент, когда придётся признать правду.
«ООО Снежок».
Снежана.
Снежа…
Снежок…
Слова в голове выстраиваются в цепочку, как пазл, который наконец сложился — и от этого становится только хуже. Потому что картинка получается слишком ясная. И слишком отвратительная.
А ведь я даже не заподозрила ничего сразу. Потому что я уже видела как-то давненько пару раз и случайно СМСки от этого контакта. Там было что-то о поставках кисломолочной продукции.
Обычные, скучные сообщения. Холодные, деловые. Совсем не те, в которых скрывается измена.
Поэтому в дальнейшем я и не думала даже, что это что-то «особенное».
А оно вон как…
Я откидываюсь на спинку стула, машинально гремлю игрушкой Миши, развлекая его. Делаю это на автомате, не глядя, не думая. Руки живут своей жизнью, пока сознание медленно, но верно тонет.
А сама как будто растекаюсь…
Не плачу. Не кричу. Не бьюсь в истерике. Просто расплываюсь, словно меня выключили изнутри.
Я реально понимаю, что я дура. Полная и безоговорочная. Меня дурили… Черт знает сколько.
Это осознание не бьёт резко — оно капает, как вода на камень. Медленно. Беспощадно. С каждым «я не заметила», с каждым «я не подумала», с каждым «я доверяла».
Я прислушиваюсь к шуму воды и смотрю в экран. «ООО «Снежок»» больше не в сети. Я кручу переписку. У меня уходит некоторое время, чтобы найти начало. И ей… Почти два года.
Два года, чтоб вас!
Цифра оглушает. Два года — это не ошибка. Не минутная слабость. Не разовый поступок. Это выбор. Осознанный, ежедневный.
У меня внутри как будто что-то рвется. Даже слезы не идут. Просто шок…
Сижу и даже не дышу. Воздух застревает где-то внутри, легкие отказываются раскрываться. Грудная клетка будто сжата тисками, и я ловлю себя на том, что нужно вспомнить, как дышать.
Я не понимаю…
Как? За что? Почему?
Вопросы крутятся в голове, сталкиваются, накладываются друг на друга. И ни один из них не имеет ответа, который мог бы хоть немного облегчить боль.
И главный вопрос: что мне делать-то?!
Потому что еще пять минут назад этот вопрос был совершенно иного толку! Он был другой, хоть и похожий.
Пять минут назад вопрос «что мне делать» подразумевал, что мне делать, чтобы спасти брак от разрушения и вернуть былую страсть…
Я же для этого и начала с Артемом этот разговор!
Я хотела сохранить. Исправить. Починить. Я думала, что мы по одну сторону баррикад.
А теперь «что мне делать» неловким движением руки превращается в «что мне делать, чтобы выжить».
Слово «выжить» звучит в голове слишком громко. Слишком окончательно.
И как хорошо, что я вообще начала этот разговор. Потому что если бы я решила вдруг отложить этот вопрос и сделать вид, что я ничего не нашла, то…
Если б я не сказала Артему сейчас, что знаю о его переписке с бывшей, Снежа бы написала ему и сдала меня…
Тогда Артем бы знал, что я знаю. И он бы знал, что я ему солгала. Господи, какое же преимущество Снежа дала бы ему в руки!
Я вздрагиваю от этой мысли. Холодок пробегает по спине. Осознание того, как тонка была грань между «я узнала» и «меня переиграли», пугает до дрожи.
И ведь последнее, что она мне сказала: не говори ему ничего. Тогда почему она так настаивала на разводе?!
Может, потому и настаивала, что сама с ним спит и хочет за него замуж? Но тогда к чему ее «совет» не говорить ничего?
Что за бред?
Она противоречит сама себе… Ничего не понимаю.
А ведь она еще посоветовала не лезть в телефон… И что было бы, если б я реально ее послушала?
От этой мысли мне становится дурно.
Хорошо, что у меня своя голова на плечах, и я редко слушаю чужие советы.
Только это все равно не облегчает мне задачу.
Я ведь сейчас реально живу только за счет Артема и его дохода. Я ведь реально верила, что могу на него положиться. Он же сам меня в этом убедил!
Я вспоминаю, как он говорил это уверенно, спокойно, с тем самым тоном, который внушает доверие. Как будто он — моя стена. Мой тыл.
Два года назад мы узнали, что у моего папы рак толстой кишки третьей стадии. И если бы не Артем — я бы точно не вывезла. Тем более что я тогда уже ходила беременная Мишей.
Эти воспоминания накатывают волной. Больница. Запах антисептика. Белые стены. Слова врача, после которых мир будто сужается до одной точки.
Артем буквально носил меня на руках, холил и лелеял. Он помогал мне и моему папе пройти через все это.
Я не могла бросить папу. Я продолжаю ухаживать за ним до последнего. Если бы не Снежа и Артем, мне и папе пришлось бы намного хуже. Пока я лежала на сохранении, Снежа ухаживала за отцом. А Артем за мной, изредка мотаясь и к папе тоже.
И когда я родила, я уже должна была ухаживать не только за папой, но и за Мишей. Хоть разорвись в такой ситуации, но благодаря Снеже и Артему, я справилась.
Мы справились!
Реально, как семья. Мы и есть семья!
Так я думала…
Эта мысль сейчас режет особенно больно.
Я понимаю, что примерно тогда «все» и началось… Пару лет назад, когда Артем и Снежа ухаживали за папой. И это продолжалось всю мою беременность, роды и по сей день продолжается…
Каждый их «я заеду», каждый «не переживай», каждый совместный ужин теперь выглядит иначе. Словно я смотрю на старую фотографию и вдруг замечаю на ней чужое лицо.
А пять месяцев назад мы узнали, что лечение папе не помогает. Врач сказал, что папе остались «месяцы, а не годы»…
Эти слова до сих пор звенят у меня в ушах.
И когда отец получил обновленный прогноз, Артем настоял, чтобы я уволилась с работы. Он чуть ли не умолял меня!
Но я все равно отказывалась. Было непросто. Где-то помогала Снежа, где-то папа по мере своих сил, которых и так было немного. Но я все равно продолжала работать.
Потому что у нас ипотека же!
Да и как я могла бросить работу? Артему же нужно было помогать… Да и лекарства папины недешевые. И содержание ребенка тоже! На все нужны были деньги.
И я не могла себе позволить бросить работу. Не могла, как будто меня что-то удерживало.
Интуиция? Страх? Или банальное желание сохранить хоть какую-то опору?
Но Артем все же меня уговорил, когда мы узнали, что я снова беременна… А папа вообще слег. Окончательно.
Ему становилось все хуже и хуже… Я не хотела, чтобы он проводил свои последние дни в одиночестве.
Поэтому я согласилась через «не хочу» и уволилась.
Благо, что мой бывший начальник дал понять, что как только я буду готова, мне достаточно просто позвонить, мол, для меня всегда дверь открыта. Он оказался душевным человеком и вошел в положение моей семьи.
А Артем меня уверил, что я могу не волноваться.
И еще сказал, что мое увольнение поможет нам сэкономить кучу денег на детском саду, а я смогу уделять время и Мише, и папе.
Да и Снежа помогала тоже...
Боже… Снежа!
Ну как так-то?!
Мы же с ней не разлей вода были… Притом что мы не полностью родные сестры, а единокровные. Как раз по папе. Он у меня единственный родитель.
Мама умерла, когда мне было пятнадцать, а с мамой Снежи он развелся, но остался в теплых отношениях.
Так что мы познакомились как раз тогда, когда моя мама умерла. Снежа стала мне опорой, хоть ее мама меня «терпела издалека».
Я так ценила дружбу со Снежей. Ведь она дружила со мной вопреки недовольству матери…
Поэтому я поверить не могу, что она так поступила со мной!
Я листаю переписку, читаю, фотографирую.
Каждый скрин — как гвоздь. Каждый смайлик — как плевок.
Два года мои самые близкие люди врали мне в лицо…
Как же так…
В голове крутится «я бы заметила», «я бы узнала»…
Но вот, я листаю этот диалог и ничего не понимаю. Не было никаких звоночков.
Артем был внимателен ко мне и к Мише.
Он всегда таким и был. Добрый, нежный, заботливый.
Не было никаких поздних рабочих ночей или командировок.
Да и какие командировки? У него магазин свой!
А между ними со Снежей вообще не было ничего, что можно было растолковать как-то двусмысленно. Ни затяжных прикосновений, ни даже взглядов.
Они вели себя так же, как в день, когда я их познакомила.
И как же это отвратительно теперь выглядит в моей памяти, когда Снежа его называла «братишка».
Боже...
Она же спит с ним!
Я вижу это в диалоге. В их флирте… В их фотографиях…
Тех самых голых фотографиях, о которых Снежа меня спрашивала и уточняла насчет переписки Артема с бывшей…
Так он, получается, еще и Снеже изменяет с бывшей!
Господи, вдвойне скотина…
Я понимаю, что я должна сделать. Здесь только один выход.
Развод.
Слово звучит тяжело. Но неожиданно — ясно.
Но…
Я не могу просто взять и сказать: «Я хочу развестись».
Потому что если я начну действовать в лоб, то могу все потерять и оказаться в большой яме.
У меня сын. У меня беременность. Нет работы. Папа лежит и уже не в состоянии мне помочь…
Это все нужно учитывать и действовать с холодной головой.
Но… Прежде, чем я затею развод, я хочу отомстить.
Хотя бы маленькую месть, но сделать…
Не из злобы. Из необходимости. Из желания защитить себя и своих близких.
Я успокоюсь и все подготовлю, чтобы у Артема не осталось и шанса.
Мне плевать, зачем они это сделали. Они сделали и все.
Я всегда была хорошей женой и сестрой. Решала все проблемы, никогда не ныла, всегда поддерживала.
А мне воткнули нож в спину.
После такого я вычеркну их обоих из своей жизни навсегда, будто никогда и не существовали.
Потому что они не только предали меня…
Артем предал нашего сына, а Снежа предала отца…
Они говорили о нем так, будто он уже умер!
И я должна раскрыть глаза папе на его любимую дочь.
Это будет непросто. Но я, черт возьми, это сделаю.
Я знаю, что я выдержу.
У меня просто нет выбора.
Если не ради себя, то ради Миши, папы и своего будущего ребенка.
Я фоткаю все, сворачиваю ватсап, закрываю ноут и откладываю в сторону.
Делаю завтрак, как будто ничего и не видела.
Точнее, я делаю вид, будто я знаю только о переписке с бывшей, раз уж эта информация все равно всплыла.
Но вот об их связи со Снежей я даже не заикнусь.
Я оставлю этот козырь в своем рукаве.
До нужного мне момента я буду хорошей женой… Понимающей женой. Всепрощающей. Доброй и заботливой.
А как момент настанет…
Что ж.
Они сами напросились.
____________________________
Ягодки мои, несу вам первую рекоментацию на книгу из нашего литмоба "Неправильный развод"
Марта Левина "Развод в 45. Ход Королевы"
https://litnet.com/shrt/6wZR
Глава 5. Главная цель.
Артем выходит из душа, одевается и только тогда приходит ко мне на кухню, где я варю вторую порцию каши. Для себя.
Артем подходит ко мне близко-близко, кладет руку на поясницу и склоняется к моему виску, целует.
Я поворачиваю голову, как в каком-нибудь фильме ужасов — медленно, с тяжелым взглядом.
Он всерьез думает, что это сработает?
Артем мягко мне улыбается. Он думает, что я злюсь из-за переписки с бывшей, поэтому он так спокоен и улыбается — думает, что моя злость под его контролем.
Он непривычно оделся в приталенную рубашечку и брюки. Он либо пытается выглядеть солиднее для меня, чтоб я видела, что могу потерять. Либо он такой «красивый» потому что потом поедет к Снеже «все обсудить».
Он пытается казаться круче, чем он есть на самом деле, подчеркивая свою талию широким ремнем. Хотя ее у него давно нет. Когда-то давно, когда мы еще начали только встречаться, Артем занимался спортом в университете и не то чтобы был качком. Все же полюбила я его не за «банки». Но он был подтянутым.
А сейчас… Обычное мягкое пузико, которое он маскирует с помощью одежды.
— Лисичка моя, я понимаю, почему ты злишься… И ты полностью в своем праве.
— Серьезно? — я не удерживаюсь от толики сарказма. Злая ухмылка все равно наползает на мое лицо.
— Да… Прости. Я… Я не должен был этого делать. Просто вчера, ты же помнишь, какой я был злой. На работе все достали и я…
— Ну так и говорил бы, что тебя достали на твоей работе, а не дома. Я здесь при чем? Но нет, ты сказал, что именно я тебя достала. И что Миша тебе спать не дает. Какое вообще право ты имеешь так говорить о своей семье какой-то левой женщине? — я все равно завожусь с пол-оборота, потому что во мне все кипит! И было бы странно, если бы я быстро ему все простила тут же… Пусть думает, что я злюсь из-за бывшей…
Полуправда всегда выигрышнее лжи.
— Лисичка, но она не левая женщина, она…
— Она твоя бывшая!
— Да, она моя бывшая. Часть моей жизни, так же как и ты, и Миша…
— Ага, и ты скучаешь по этой части. Видимо, даже больше, чем по нам, — указываю ложкой на себя и Мишу.
— Ну, не передергивай.
— Я не передергиваю, а указываю на прямой факт. Ты переписывался с бывшей в секретном чате и жаловался ей на нас!
— Да господи, это вообще ничего не значит!
— Да? Тогда какого черта ты с ней хотел встретиться?!
— Да это она предложила!
— А ты не послал ее после первого же сообщения. Хотя должен был!
— Должен? Да с чего бы? Во-первых, я никому ничего не должен, — Артем всплескивает руками, отходит. Злится. Это еще и он злится?! — А во-вторых, я же говорю, она не последний человек в моей жизни. Но это не значит, что я хочу к ней вернуться…
— Ну, еще бы ты хотел…
— Да не хочу я к ней вернуться! Ну, подумаешь немного попереписывался. А секретный чат специально сделал. Потому что подумал, что ты можешь увидеть, не так подумаешь и точно закатишь истерику. И вот! Истерика налицо!
Мое лицо вытягивается помимо воли. Я думала, меня уже этот разговор никак не заденет на фоне той правды, что он спит со Снежей…
Но… Это что вообще такое? Отлично он вывернул!
Я давлю в себе желание закричать и спокойно спрашиваю:
— То есть ты хочешь сказать, я виновата в том, что ты затеял переписку с бывшей и флиртовал с ней, при этом жалуясь на меня и своего сына? То есть я виновата в такой своей реакции на твой флирт с бывшей?
— Нет, ну в таком свете… Умеешь ты извратить невинный факт… Я же не изменял тебе!
Меня аж дергает, словно кто-то невидимый толкает в грудь. Я даже ответить не в состоянии.
Я-то знаю, что он совершенно точно изменяет.
Когда он научился так мастерски лгать?
Я отворачиваюсь. Не могу ему сейчас даже ответить ничем. Меня просто накрывает какая-то волна злости и ощущения несправедливости. Она выедает меня как кислота — стремительно.
Пальцы дрожат, поэтому я сильнее стискиваю ложку и столешницу.
А ведь если бы я не залезла в телефон, у него реально были бы все шансы меня успокоить. И из-за чувства любви и привязанности, из-за ощущения опасности остаться одной да еще и с беременностью…
Я бы точно не стала разрушать наш брак. Я бы это проглотила ради Миши и будущего ребенка.
А Артем говорит так, будто все это пустяк. Облапошить для него свою жену, женщину, что его любит и носит под сердцем его второго ребенка — ерундовое дело.
— Послушай, Лисенок, посмотри на меня, — Артем разворачивает меня к себе и заставляет посмотреть в глаза, поднимая мое лицо за подбородок.
— Что?
— Прости меня, Вась. Я не прав. Слабость проявил, признаю́. Да бывшая моя всегда была той еще змеей. Мы же и расстались только из-за нее! Ну как… она меня бросила… — Артем пытается перевести все в шутку, каламбурит, словно он на театральной площадке, а не на кухне дома перед женой извиняется. — Видишь, она прям как чувствует! Написала в тот момент, когда я был уязвим. Ну я и сорвался. Я на самом деле так не думаю! Ну неужели ты поверила в эти слова? Да вы же с Мишей для меня самые родные человечки на свете! Я ж тебя люблю, ну! — он все еще держит меня за плечи.
А я стою, держу в руке большую деревянную ложку, измазанную кашей, и думаю о том, что злая беременная женщина должна была позвонить «ООО Снежок». Потому что Артем должен был «со мной поговорить» и, видимо, бросить.
Снежа этого ждала.
Но увы и ах…
Он этого не сделал и сейчас стоит и просит у меня прощения. Почему?
По какой причине?
Ведь сейчас как никогда лучший момент для того, чтобы сказать «милая, давай разведемся, я тебя разлюбил», или «прости, милая, согрешил, давай начнем сначала», или «я полюбил другую», но вовсе ни слова, что произнес Артем.
«Я ж тебя люблю, ну» — как будто то, что я в этом сомневаюсь, полнейшая глупость.
Так почему он не уйдет от меня?
Реально любит?
Сомневаюсь. Когда любят, не произносят подобных слов своим бывшим. Когда реально любят, не поносят своих детей. Когда реально любят, не обманывают годами…
— Милая, ну не молчи! Смотри, — Артем отпускает меня, кидается к ноутбуку, — вот! Я удаляю! Это больше не станет причиной наших размолвок. Этот диалог для меня ничего не значит! — Артем поворачивает ко мне ноут экраном и показывает, как щелкает на кнопки. Показывает, как удаляет диалог с «Боссом». — Это была моя большая ошибка. И я больше никогда так не поступлю!
Как интересно он подтер следы своего маленького «преступления». Прямо у меня на глазах. Не придерешься.
Так, Василиса… Сейчас главное — не ошибиться самой.
Помни — твоя главная цель отомстить и остаться в плюсе.
— Не думай, что я прощу тебя по щелчку пальцев, — выдаю хмуро, а Артем сияет. Он же этого и добивался. И надо пользоваться моментом. — Только это всего лишь секретный чат. Он удалился бы так и так. Открой при мне телефон и покажи, что у тебя нет ни с «боссом», ни с Кариной, ни с кем-то другим никаких других чатов в других приложениях.
Глава 6. Пароль.
— Ну, Лисенок… — морщится Артем. — Я же…
— Доверие нарушено, Артем. И восстанавливаться оно будет долго. Не без твоего содействия.
Он тяжело вздыхает. Я вижу, что он не хочет, но он все равно тянет улыбку.
— Конечно, Вась. Мне больше нечего скрывать. Сейчас принесу телефон, — я тяну улыбку и иду за ним, и раздражение прорезается в Артеме. — Боже, Василиса! Ну, ты что, настолько мне не доверяешь теперь?
Я не отвечаю. Бью его своим молчанием. И он психует:
— Ладно! Боже… Я и не подозревал, что ты настолько въедливая…
Ага. А я не подозревала, что ты такой лживый кусок… кое-чего вонючего.
Он берет телефон со стола и разблокирует. При мне. Я наблюдаю.
Цифры: двадцать ноль восемь двадцать три.
А раньше была дата рождения Миши. Что за пароль такой?
Надо запомнить.
Проговариваю про себя несколько раз, не совсем всматриваясь в экран. Я то знаю, что там у него нет больше диалога с Кариной. И диалог с «ООО «Снежок»» он спокойно проматывает, не боясь, что я замечу.
Да и что ему нервничать? Название контакта максимально рабочее, я его уже видела, он об этом знает. Да и последнее его сообщение, которое видно «Все. До связи».
Ну, кто здесь заподозрит?
Правильно. Никто.
Особенно в атмосфере тотального доверия. И без каких-либо намеков. Вот я и не заподозрила раньше. И раз он так смело сейчас при мне все это делает, значит, он умеет держать лицо… Он умеет врать.
Он прямо сейчас это делает…
Получается, я совсем не знаю своего мужа.
— Видишь? Нет больше никаких диалогов. И не было. Я просто ошибся один раз, — говорит Артем, уже не улыбаясь. Как будто ему уже надоело поддерживать эту маску балагура. Видимо, тяжело ее держать, когда я не начинаю играть в эту же игру под названием «ничего страшного».
Но я не собираюсь в нее играть. Я буду играть в другую, в свою.
Я поднимаю взгляд и едва тяну уголки губ. Дергаю ими, давая ему понять, что я удовлетворена и готова пойти на примирение. Я даю ему понять, что ему удалось меня обыграть и притупить мои чувства.
И… он тоже улыбается в ответ. Напряженно, но тянет улыбку.
Так и стоим несколько секунд, а потом он тянется обниматься. Кто бы знал, что мне сто́ит принять его объятия, которые теперь меня душат.
— Прости, родная… — он бубнит мне в шею, гладит по спине. — Я чуть не потерял тебя.
Я чую, как кислая слюна собирается во рту от его слов. Меня буквально тошнит от его лжи. Может, мне одной кажется, но воздух между нами словно пропитался гнилью…
— Тебе нехорошо? Боже, Вася, тебе не стоит больше так волноваться. Ну, подумаешь, бывшая написала…
Я кидаю на него красноречивый взгляд. Интересное у нас общение. Сплошной монолог. А мне и не хочется с ним говорить. Кажется, что если я сейчас открою рот, то я не удержусь и выскажу ему все.
Но мне нужно сдержаться…
Нужно. Просто жизненно необходимо вытерпеть эту боль от предательства. Хотя очень хочется выцепить ногтями в его лицо, закричать, что все знаю, потребовать немедленно развода и алиментов…
Но… этого мало. Я понимаю, что когда я остыну, мне этого будет мало.
— Токсикоз, — все-таки выдавливаю из себя. — Я сейчас… Присмотри за Мишей.
Я иду в ванну, закрываюсь и открываю кран. Шум воды заполняет пространство, заглушая противный писк в ушах. Горячий пар поднимается, обволакивает меня, гладит по коже, успокаивая бегающие туда-сюда противные мурашки.
Я достаю телефон из кармана домашних брюк и залезаю в «ВК». В друзьях у Артема я нахожу Карину.
Красивая… Такой немного острой, хитрой красотой какой-то. Глаза у нее раскосые, волосы темной волной по спине вьются… Брови, ресницы сделаны, губы однозначно накаченные, и кожа такая, что сразу становится ясно - ходит к косметологу и вкладывает в это немалые деньги.
Грудь… Не знаю, настоящая ли, но большая.
Я открываю профиль Снежи…
Знаю, что так лучше не делать. Что лучше не сравнивать себя ни с кем, но остановиться не могу. Мне надо понять, что не так. Чем зацепили Артема они? И чем оттолкнула я?
Я обычно не обращала внимания, но Снежа же тоже делает ресницы. И в губы она себе уколы ставила. Немного, но есть чуть-чуть филеров. Сейчас это все очень аккуратно делают, особенно если мастер хороший. И если не перебарщивать, то очень красиво смотрится.
У Снежи как раз они очень мягкие, аккуратные, бантиком… И ресницы она делает, и брови…
Я выключаю телефон.
Зеркало запотевает, я больше не могу видеть себя в отражении. Я упрямо стираю конденсат и всматриваюсь в свое отражение. Самое простое лицо.
Не красавица, но и не дурнушка. Всегда была самой обычной. Только отношение Артема дарило мне уверенность в том, что я особенная. И я старалась для него быть той самой особенной.
Ходила иногда к косметологу поделать масочки. К парикмахеру стрижку сделать и уход. Пусть нечасто, но я за собой следила всегда! Я постаралась вернуться в форму после родов. Конечно, я уже не стала той же тоненькой стройняшкой, что была. Небольшой животик и бока появились. Да и целлюлит никуда не уходил…
Но это же норма!
И Артем всегда говорил, что я для него самая красивая. Я таковой себя и ощущала… притом что у меня от недосыпа синяки под глазами, волосы сегодня немного грязные и морщинки на лбу. Тонкие, но есть. Потому что мимика у меня живая!
Я хотела себе уколоть немного ботокса. Мне однажды дерматолог намекнула, что, мол, пора уже… «Чтобы заломы дальше не увеличивались, сделайте». Но Артем что мне сказал?
«Фу, не надо! Не люблю искусственное! Ты и так прекрасна в своей естественности»
И так на все: ресницы — фу. Губы — фу. Брови — фу.
Так, может, я сама для него фу? В своей естественности…
Ну, если он спит и флиртует с «деланными» девушками, а со мной такой всей обычной а-ля натурель не хочет? У нас ведь и секса-то нет по сути уже месяца три.
Хотя я не была против. Артем же говорил: «Не надо! Ребенку навредим!». Тогда я думала, что он обо мне заботится. Мол, боже мой, как мило.
А сейчас… А сейчас понимаю, что ему тупо не надо было. У него на стороне все схвачено, а я обойдусь.
— Вась, ты там норм? Я погнал на работу. Выходи, а то Миша тут один…
Я прикрываю глаза.
Вот это забота…
Выключаю воду, выхожу. Артем клюет меня в щеку и улетает в прихожую обуваться. Я же подхожу к плите.
Каши нет. Кастрюлька пустая.
— Ты что, съел всю кашу?
— Ну, да! — кричит мне из прихожей.
— Это была моя.
— Так у тебя же токсикоз! Все, я улетел! До вечера!
Дверь хлопает, и я остаюсь один на один со своими чувствами, голодом и сыном. Ну, хоть сын сытый…
Сердце колотится как бешеное, а я просто стою, вертикально вибрирую в пространстве, не в силах что-то начать делать. Миша в манеже требует внимания, посуда в раковине ждет, пока ее помоют.
Вместо этого я достаю телефон, смотрю на время. Девятый час. У меня примерно двенадцать часов, чтобы успокоиться и продумать свои действия до мельчайших деталей.
Главное на данный момент — я добыла пароль. А остальное — дело времени. Я умею ждать. И я подожду тебя, дорогой…
_____________
Ягодки мои, приветствую!
Не забывайте ставить книге лайк, если она вам понравилась.
Если не понравилась, все равно ставьте, а свое честное мнение, почему не понравилась, смело высказывайте в комментах. Только попрошу без жестких спойлеров.
Обняла, приподняла:*
Глава 7: Другая Василиса.
Василиса
Я бы могла сказать, что предстоящий развод — это самый сильный «шторм» в моей жизни. Но нет. Я не могу так сказать, потому что самое сложное я уже пережила — смерть мамы в пятнадцать лет, столкновение с тяжелой болезнью папы.
Развод на фоне этого кажется сущей неурядицей.
Вообще, все на фоне смерти близких кажется ерундой. Но все равно, несмотря на все эти тяжелые события, мне больно.
То, что я пережила в прошлом и переживаю сейчас болезнь папы, не умаляет боли от предательства любимого человека… Я все равно живой человек и все еще чувствую.
И то, что я чувствую, сложно описать словами. Это сможет понять лишь тот, кто уже однажды испытал предательство близких.
И, черт возьми, я это переживу. Я не имею права раскисать и тонуть в жалости к себе.
Сегодняшнее утро я провела необычно. Я составляла план.
После того как Мишутка проснулся, а список был составлен, я позвонила папе, чтобы предупредить, что я завтра приеду в гости. А на сегодня у меня запланирована крайне важная операция.
Операция под названием «влезть в шкуру бывшей».
Плюс, я дождалась врача. Она осмотрела сына, послушала, выписала лекарства, сказав, что это всего лишь обычная простуда. Ничего нового она мне не сказала, но перестраховаться было нелишним. Здоровье моих детей это не тот вопрос, который я пущу на самотек.
После того как проводила врача, я уселась вместе с Мишей искать способы по осуществлению своей маленькой мести. У меня были кое-какие наметки, как ему отомстить так, чтобы самой себя не раскрыть.
И в течение дня мой план полностью укрепился.
Вечером я уложила Мишу раньше, так как он был квелый и уставший, много капризничал, но это нормально для его состояния. А потом, как «добропорядочная» жена, я заказала доставку готовой еды из ближайшей кафешки и сделала вид, что сама это приготовила.
Так что, когда Артем возвращается с работы, я готова.
Я подкручиваю свои «настройки» лица на «все еще немного расстроена, но уже отошла» и продолжаю сидеть на кухне с документами.
Дверь хлопает, я слышу шуршание одежды, стук подошв снятых ботинок. Артем проходит сначала в спальню, переодевается в домашнее, а потом уже приходит ко мне.
— Привет, Лисенок, — он встает у окна, смотрит куда-то с видом хозяина плантации. — Ну, как ты?
— Все нормально.
— А что у нас пожрать есть? Голодный как волк…
Я поднимаю все-таки на него глаза и даже дарю ему скупую улыбку. Кто бы знал, чего мне стоит ему улыбнуться.
Внутри корежит только так.
— Ну не зря же ты Волков, — холодно улыбаюсь. — Котлеты и пюре. В холодильнике.
— Чет я задолбался сегодня. Разогреешь? — закидывает он привычную удочку. — А я пока пойду Мишу гляну…
— Нет, — отрезаю. В полной тишине Артем замирает от моего тона и медленно разворачивается с удивлением в глазах. — Миша спит. Ты его можешь разбудить, а мне его сон стоил полутора часов укачивания. А еду… — я кидаю взгляд на плиту, — …разогрей сам. Я занята.
Артем вскидывает брови, явно не ожидав от меня таких слов и вообще такой реакции.
Конечно.
Я же все время была идеальной женой. Артем устает на работе и не в силах сам себе положить еду? Замарался на работе? Устал и не может встать ночью к сыну?
Все в порядке. Василисушка все сделает. Как в сказке. Все появляется по волшебству, а Артем встает с утра и все готово!
Василиска накормит, обстирает. Сама встанет к сыну. Ведь это ее работа — быть матерью и женой. Она это должна делать, а не Артем. У Артема своя главная задача — содержать семью. Только работа и ничего больше.
Ну…
Разве что только одна небольшая интрижка на стороне… Так, ничего особенного. Малюсенькая такая интрижечка.
Такая малюсенькая, что аж незаметная. И поэтому он легко на нее находит время целых два года. И, конечно, откуда тут взяться силам на семью?
Я все понимаю…
— Это чем это ты таким занята? — я слышу, как его тон незаметно меняется: накручивается. — Я целый день работал, как вол, а ты…
— Читаю условия размещения папы в хосписе. Нужно выбрать лучший.
Я обрубаю его на старте и это срабатывает. Артем моргает и моментально «остывает», так и не успев должным образом завестись. Уж не знаю, что именно он хотел сказать после «а ты», но я лишила его такой возможности.
Он буквально сам себя заставляет сменить тон. Я это слышу.
И ведь я даже не соврала ему. Я действительно смотрю три варианта условий пребывания в разных хосписах.
— Твой отец звонил?
— Да, мы сегодня созванивались. Обсуждали как раз вопрос его скорого переезда в хоспис. Снежа сказала, что больше не может за ним следить. У нее работа. А я не смогу его поднять, если вдруг он снова упадет в обморок. Ему нужен профессиональный уход… К сожалению. Завтра поеду к нему, — заканчиваю сдержанно.
Я чувствую себя ужасно. Словно прикрываюсь отцом. Хоть это и не так, но все равно меня не покидает это чувство.
Просто я знаю, что Артем не станет развивать ссору после того, как я упомянула отца. Он ведь так долго создавал свою роль идеального, понимающего и поддерживающего мужа, что вряд ли станет сейчас продолжать гнуть свою линию.
А мне только это и нужно.
Оставить теплую отстраненность между нами, на фоне утреннего происшествия, но при этом иметь причину не обслуживать Артема. Потому что я не могу этого делать.
Больше нет…
Извините меня, но кормить мужа, который мне изменяет?
Это выше моих сил. Пусть сам себя кормит. Или пусть его кормит Снежа. Она ведь мне так больше и не позвонила. И не написала.
Мне вот интересно, о чем они договорились за моей спиной?
Очень интересно…
— Оу, — наконец, выдает Артем и все-таки идет к холодильнику. — Конечно, хорошо, езжай. Это дело очень важное…
— Ага. Мне нужны будут деньги.
— На хоспис?
— Да.
— А разве из пенсии отца…
— Она ушла на коммуналку, еду, лекарства и обезболивающие.
— Ладно. Понял… Эм… Понимаешь, сегодня поставщики одни неожиданно нагрянули. У них там сменилось руководство, и они поменяли систему работы, поэтому эм… Они приехали, и я им отдал свои свободные средства, — я разворачиваюсь и внимательно смотрю Артему в глаза. Он как ни в чем не бывало продолжает. — В общем, у меня сейчас нет денег. Ну, как… на житуху нам с тобой всегда есть. Как обычно, — он усмехается. — Но скоро обязательно продадим товар, и деньги будут.
Я прищуриваюсь. Артем отворачивается к содержимому холодильника. На губах играет уверенная улыбка. Он по-простому чешет шею, раздумывая, что взять в холодильнике. Вроде как все в порядке.
Только я вижу, что думает он о другом. В холодильнике не так много, что можно взять. Собственно, самые большие предметы в холодильнике — это сковородка с котлетами и кастрюля с пюре.
Так что мыслями он далеко не в холодильнике.
Другой вопрос — где?
Артем продолжает стоять, и холодильник начинает пищать.
Мерзкий звук, предупреждающий о том, что дверцу нужно закрыть.
Пик.
Действительно ли Артем раздумывает, как бы побыстрее реализовать товар, чтобы достать денег на хоспис для папы?
Пик.
Или же, он думает еще о чем-то?
Пик.
Что-то мне подсказывает, что это именно второй вариант.
— Неужели все свободные деньги в одного поставщика вложил?
Раньше я никогда не ставила под сомнения его рабочие дела. Но сейчас я сомневаюсь буквально в каждом его слове. Если он врал в одном, то он может врать абсолютно в чем угодно. Во всем.
Пик.
— Ага. Да. Лисенок, что мы о работе? Давай не о ней. Я и так весь день в ней был. Расскажи лучше, как твой день прошел? Что делала?
Пик.
Я смотрю на него снизу вверх.
Что я делала?
О, милый, не поверишь… Занималась многими очень интересными вещами.
Пик.
Раньше он тоже так делал. И я считала, что это так мило с его стороны, что он не хочет нагружать меня финансовыми проблемами, и что хочет знать, как прошел мой день. И еще я считала, что действительно нужно разгружать его, отвлекать от рабочей суеты.
А сейчас…
Пи-ик.
Все поменялось.
Теперь этот невинный, по сути своей, вопрос лишь укрепляет во мне уверенность обмана. Артем так отвлекает меня от важных вещей.
Первое — от денег.
Второе — от чего-то важного, что произошло днем, куда эти деньги ушли.
Потому что я точно знаю, что у него были деньги еще вчера. Чуть больше ста тысяч «свободных» денег. Их бы с лихвой хватило на хоспис для папы.
Пик.
Так что же случилось сегодня днем?
Пик.
Пик.
Пик.
Этот чертов писк буквально нагнетает давление в моей голове и… во мне что-то окончательно ломается, а потом собирается во что-то другое.
Другую Василису. Сборка 2.0.
Я встаю. Привычным движением тяну губы в улыбке и кладу руку на плечо Артему. Я даже сама от себя удивляюсь, с какой непринужденностью я начинаю играть свою роль.
— Давай я все-таки тебе разогрею. Бумажки подождут. Садись. Ты наверно устал, дорогой. Сейчас поешь и пойдешь отдыхать. А я посижу с бумажками.
Артем с облегчением уходит от холодильника, забывая свой вопрос «как прошел твой день».
Я грею еду, ставлю тарелку перед мужем, наблюдаю, как он ест. Потом провожаю его в спальню, укрываю и хладнокровно ухожу, прикрыв тихо дверь.
Я сижу в кухне и жду. Через час я встаю и иду в спальню. Обхожу кровать и встаю рядом с Артемом.
Я осторожно склоняюсь над ним, замирая, когда Артем тихо всхрапывает. Телефон уже привычно стоит на зарядке и лежит под его подушкой.
Задерживаю дыхание, берусь за провод и медленно тяну телефон за провод…
Глава 8: «Привет. Ну что, все в силе?)»
Я тяну телефон за шнур, ощущая, как во мне все бурлит от напряжения. Каждый нерв словно натянули над раскаленной лавой и пустили по ним ток. Но я должна оставаться хладнокровной.
Я смотрю в безмятежное лицо Артема, а сама тихо вытаскиваю телефон. И тут он «застревает», так как Артем лежит на подушке и невольно давит на телефон. А шнур с тихим щелчком отсоединяется.
Моя напряженная рука по инерции дергается в сторону и задевает тумбу.
Меня словно кипятком обдает!
Я замираю, тут же кидаю взгляд на глаза Артема.
В идеальной тишине он переворачивается на спину и замирает.
Я беззвучно ругаюсь и выдыхаю.
Пронесло!
Лезу рукой под подушку и достаю телефон. Тихо выпрямляюсь и так же тихо, как и пришла, ухожу.
Я закрываю за собой дверь в спальню и на кухню тоже. Сажусь на стул у окна и на минуту перестаю шевелиться. Просто дышу.
Мне и так не просто на пятом месяце беременности. Тяжесть в желудке, ноги тяжелые, словно водой кто накачал… Хотя видимых отеков нет, а все равно тяжко. Вторая беременность дается мне сложнее, чем первая…
А сейчас, после такого стресса у меня сердцебиение участилось наверно раз в тридцать! Бьется, как сердечко маленькой пташки, с невообразимой скоростью. И мне приходится дать себе «перекур» в несколько минут. Чисто, чтобы дыхание перевести.
Первый пункт плана дался мне непросто…
Но все-таки я выдыхаю, беру себя в руки и приступаю ко второму пункту.
— Двадцать, ноль восемь, двадцать три, — бормочу как заветную мантру и… — Да! — яростно шепчу и с улыбкой выдыхаю.
Да! Получилось!
Сначала я залезаю в ватсап.
Листать не приходится вообще. Диалог с «ООО Снежок» самый первый. Ха!
Я открываю и углубляюсь в чтение. И хоть я знаю, что Артем обычно спит как убитый, его даже плач Миши не будит, а сейчас все равно сердце трепещет в груди от страха быть пойманной. Но я действую дальше.
После последнего сообщения Артема «Все. До связи» они целый день не переписывались.
А потом снова идут СМС от Артема.
«Снежа, блин, открой дверь или возьми трубку.
Снежа, не будь упрямой.
Ты же должна была уже отойти.
Нам надо поговорить»
И на этом сообщении, видимо, Снежа решает все-таки проявить себя:
«С бывшей поговори. А лучше с нынешней. Тебе с ними куда лучше, чем со мной, раз ты не разводишься с Васей и флиртуешь с Кариной!»
«Боже, Снежа, ну давай ты еще мне мозги поделай…
Мне хватило сегодня от Васи нервотрепки! Вы женщины такие странные! Как придумаете себе черт знает что на ровном месте».
«Так значит на ровном месте Вася выдумала весь твой диалог с бывшей? Ей как будто больше заняться нечем, кроме как выдумывать всякую фигню и ЗВОНИТЬ мне.».
«НЕТ. Открой дверь и я все объясню»
«Не ори на меня! Да не могу я открыть дверь! Папа еще не спит!»
«Ну так дай ему снотворное, как обычно. Боже, мне что учить тебя?»
«Все равно нет. Видеть тебя не хочу. Твои обещания ничего не стоят».
«Вот как? Совсем ничего не стоят?»
«А я думал, ты сама оценишь мое обещание подарить тебе айфон…»
«Врешь»
«Открой дверь и сама увидишь. Ну, либо я поехал в магазин и сдам его обратно».
«Любой каприз за ваш отлиз, сударь. Вы провинились»
«Естественно, сударыня)»
«Подожди пятнадцать минут. Папа уснет, и я впущу тебя»
«Надеюсь, не только в дверь»
Я вижу дурацкий смайлик с многозначительной улыбочкой и откладываю телефон, словно только что вытащила его из туалета, в котором не смыли.
— Буэ, — кривляюсь сама с собой, пытаясь как-то это пережить.
Что называется: «что я только что прочла» и «мои глаза»…
Последнее СМС в семь двадцать две… То есть не так давно мой муж побывал в гостях у Снежи. И я даже не хочу задумываться о том, где еще у Снежи он побывал…
Фу!
Значит, Снеже он подарил айфон в качестве извинений и… зализал свою вину.
Предположительно.
Фу… даже думать об этом не хочу.
А мне он подарил… ммм… Слова.
А. И еще кашу мою съел.
А что? Жена же все стерпит. И никуда не денется. С дополнительным-то грузом в полтора ребенка!
Вот сволочи!
Боже мой, Снежа усыпляла его снотворным специально, чтобы помилова́ться с Артемом! Сколько раз они проворачивали этот трюк?!
Я выдыхаю возмущенно воздух через нос и закрываю ватсап. Захожу в Телеграм. Листаю, проверяю.
Нет, диалога с Кариной действительно нет. Либо он удалил. Либо снова был секретный чат…
Это я уже узнать не могу, но ладно — разберусь по ходу.
Я захожу в контакты и с пониманием улыбаюсь. Диалог-то он удалил в секретном чате, а контакт «Босс» как был, так и остался!
Нет, ну, каков все-таки наглец…
И ладно! Мне же лучше.
Жму «править» контакт и вношу вместо ее номера… свой. Рискованно? Да. Очень.
Но, во-первых, Артем не помнит мой номер наизусть, а во-вторых, вряд ли он полезет проверять и сравнивать что-то в карточке контакта. Это не очень стабильно и самый слабый момент в моем плане, но я все равно иду на этот риск.
Вбиваю номер, жму «сохранить» и лезу уже в свой телефон. Кусая губы, сначала захожу в свою галерею и нахожу тот самый диалог, который он удалил при мне.
Ищу место, на чем они закончили.
Так, так, так, вот он нужный скрин, Артем жалуется ей на меня…
«Лиса сейчас беременна, ей не до меня». Бла, бла, бла… «отношения давно остыли и дрожат, как холодец»…
«Я буду рад просто пообщаться. Немного женского внимания никакому мужику не повредит».
Листаю следующую фотку и вчитываюсь дальше в ее ответ:
«Оу, вон как… Слушай, ну… Давай тогда на днях спишемся, ок? А то у меня сейчас работа и куча дел».
«Да, без проблем. У меня тоже куча работы. Ты мне маякни, как будешь свободна».
«Ага».
Хм… Я, конечно, далека от бизнесвумен и уже давно ни с кем толком не флиртовала, но что-то мне кажется, что конец их диалога уже не такой романтичный.
Карина как будто бы резко слилась. Или мне показалось?
Хм… в любом случае мне нужно перестраховаться и заблокировать ее номер в Телеграме, чтобы, даже если она вдруг снова решит написать Артему, она не смогла этого сделать.
Снова лезу в телефон Артема, копирую себе ее телефон на всякий случай (мало ли), блокирую ее номер у мужа и захожу в свой аккаунт Телеграм.
Так…
Теперь я могу с чистой совестью писать собственному мужу от лица его бывшей! Мне нужно выстроить диалог так, чтобы он ничего не заподозрил и повелся.
Так-так-так…
Хватаю телефон и печатаю, закусив язык от усердия:
«Привет. Ну, что, все в силе?)»
Осталось дождаться его ответа…
__________________________________________________
Ягодки мои, доброе утро!)
Приглашаю вас в свежеиспеченную новинку Панна Мэры - "После развода. Новое счастье в 40".
Ее история участвует в том же литмобе "Неправильный развод"
Первая глава: https://litnet.com/shrt/J26_
16+
Глава 9: "Так почему ты все еще с ней?"
«Привет. Ну, что, все в силе?)»
«Доброе утро, красотка. Конечно!»
Читаю, вглядываясь воспаленными от недосыпа глазами. В них как будто песок насыпали. Но я все равно стоически вглядываюсь в экран заблокированного телефона.
Мне пришло уведомление буквально минуту назад. Я даже вздрогнула, когда мой телефон неожиданно завибрировал в кармане пижамных штанов.
Сонная, я смахиваю сообщение с экрана, чтобы, не дай бог, Артем не увидел случайно уведомление. Ну а вдруг? Мало ли. Перестраховываюсь!
Ночью я долго не могла уснуть, слушая, как Артем рядом сопит. Телефон я вернула на место под подушкой так же, как и взяла его оттуда. Но я слишком переволновалась, чтобы быстро уснуть.
Да к тому же Миша проснулся в три часа ночи от кашля и пришлось его укладывать обратно. А с утра он проснулся раньше обычного, и мне вновь не удалось нормально поспать…
Артему же… хоть бы что! Спал как убитый. А с утра проснулся бодренький, свеженький, довольный. И сразу в душ, как обычно.
И оп, вы посмотрите, мне прилетает СМС:
«Доброе утро, красотка. Конечно!»
Я хмыкаю… «Конечно!»
Конечно…
Конечно?
Конечно!
Вот гад!
Только вчера клялся, что никогда больше! Ни за что!
Ох, он же чуть не потерял меня…
Тьфу! И растереть.
А кстати…
Смотрю в чашку кофе, что налила себе. С молоком. Кофе как будто манит меня…
Склоняюсь, шевелю губами, языком, собирая побольше слюны, и аккуратненько так плюю прямо в чашку. Тут как раз и дверь в ванну открывается. Артем выходит, вытирая голову на ходу.
— Ух, как пахнет вкусно! Что на завтрак? Каша? Обожаю… М, что за красотка стоит тут, соблазняет меня, а? Как насчет глубокого французского? Я уже умылся, — Артем подходит ко мне, словно вальяжный кот, обожравшийся сметаны. Распаренные щеки лоснятся, глаза блестят, как во время пьянки.
— Лучше прими крепкого арабского, — всучиваю ему свою кружку кофе с молоком, и с… маленьким секретным ингредиентом. — Тебе же проснуться надо для работы. Держи, для тебя специально сделала, — улыбаюсь. — С пенкой. Как ты любишь.
Он берет и делает щедрый такой глоток.
— М-м-м, сладкий. И ты тоже! — он все же чмокает меня в щеку и отворачивается.
И слава богу, потому что меня внутренне передергивает, но я все же улыбаюсь. И сейчас уже вполне искренне и довольно.
По классическому сценарию я провожаю мужа на работу. Ну, или куда он там сегодня реально поедет…
Артем уезжает, я остаюсь с Мишей и с предвкушением беру телефон. Открываю сообщения в Телеграме.
— «Привет. Ну, что, все в силе?)»
— «Доброе утро, красотка. Конечно!»
— «Отлично. Мне, как девушке, тоже не повредит чуточку мужского внимания. А то эта работа хоть и приносит большие бабки, но еще она приносит одиночество. Ты не представляешь, сколько альфонсов крутится вокруг меня», — и дурацкий смайлик с хитрой многозначительной улыбочкой. Карина их ставила, и Артем тоже любитель.
Такое должно прокатить. Она ведь какая-то бизнесвумен…
«Слушай, разве у тебя нет никого нормального вокруг? Не поверю, что у такой, как ты нет достойного мужика».
Ой. А что это мы интересуемся? Что это мы спохватились?
Задумываюсь… Вроде бы исходя из той переписки, что у них была, я могу сделать вывод, что у нее никого нет.
Да и в целом, без разницы. Мы играем в свою игру.
Отвечаю:
— «Нет. Был один. Ты его вроде даже знаешь. Учились вместе. Но… как-то не получилось ничего»
— «Это потому что он тебе вообще не подходит. Его, скорее всего, интересовали только твои деньги, как и остальных».
— «Откуда ты знаешь? Я же не сказала, кто это был».
— «Знаю. Потому что сам много зарабатываю. Я тебя понимаю. Для тебя нужен особенный мужик».
— «Это какой? Неужели ты знаешь, кто мне подходит?»
— «Знаю. Нормальный мужик, который бы смог позаботиться о тебе и зарабатывал бы столько же или даже больше».
— «Знаешь таких?»
— «А вот сейчас обидно было.».
Ха. Точку поставил. Тоже мне, обидели мальчика.
Три раза «ха» на счет «много зарабатываю». Бизнесмен чертов. Последние сто тысяч потратил на любовницу. И как потратил? Телефон купил! Дешевые понты.
Ну… точнее, дорогие. Эти понты очень дорогие. Они дорогого стоили как в прямом, так и в переносном смысле.
Я спрашиваю его «В смысле?», но он не отвечает мне довольно долго… А потом все-таки Его Величество соизволило мне ответить.
— «В прямом. Обидно, что ты мне сама написала, хотя я уже не надеялся на продолжение разговора, но не считаешь меня нормальным мужиком».
— «Ну…»
Я кусаю губы… куда-то немного не туда вырулил разговор. Надо возвращать ему веру в «меня». Ну, то есть в Карину…
Я давлю в себе улыбку, поглаживая Мишу по голове.
— «Что «ну»?»
— «Ну, я же понимаю, что ты женат и у нас ничего не может быть. Чисто пообщаться же встречаемся»
Хм… Я как будто бы даю Артему сейчас нехилый такой шанс на реабилитацию. Что ответит?
Я вижу три мигающих точки… он печатает.
И мне тут же прилетает СМС.
— «Воу…!
Прям удивила. А чего бы ты хотела?»
— «Какая разница?»
И быстро добавляю дальше:
— «Я все равно этого не получу. Я профукала свое счастье»
Я фыркаю, когда отправлю это. Если он реально на это поведется…
— «Я могу стать для тебя этим счастьем»
Я смотрю на экран, и улыбка расползается по лицу сама собой, а следом из меня вырывается и смех.
Я могу стать для тебя этим счастьем?
Я откладываю телефон и прикрываюсь подушкой, чтобы не напугать Мишу своим диким ржачем.
Господи, боже мой! Он реально хотел склеить Карину этим?!
Я вновь беру телефон и пишу ответ. Потому что моя «Карина», конечно же, только этого и ждет.
— «Как? Ты же женат!
Ты любишь свою жену?»
«Как думаешь, я отвечал бы тебе, будь это так?»
Улыбка пропадает с моего лица.
А вот это уже не смешно. Одно дело догадываться, и другое дело получать лукавый, изворотливый, но ответ.
Он меня не любит…
Я уже думала, что все — сердце остыло, я обратилась в железную леди, и меня уже ничем не проймешь… Однако выясняется, что это не так.
Его слова ранят меня. Задевают за живое.
Не должны любимые такого делать… Не должны…
Но.
Мне же проще. Артем сам лишает себя шансов на хороший исход. Господи, да о чем я? Даже на просто «удовлетворительный».
— «Боже…
Я не думала, что все зайдет так далеко, когда писала тебе. Я думала, что ты пошлешь меня…
Но я так больше не могу»
— «Что именно?»
— «Столько лет уже прошло, а я все не могу забыть тебя»
— «Правда??? Ты сейчас не врешь?»
Да, конечно, вру, хороший мой! Нужен ты Карине, как собаке пятая нога. Она тебя слила и больше тебе не написала. И надеюсь, не напишет. Но это мы уже и не узнаем. Я кусаю губы, обдумывая следующие слова.
— «Правда. Я часто вспоминала нас. И то, как бросила тебя… Я совершила большую ошибку!»
— «О боже мой, Карина!»
И следом добавляет:
— «Я тоже думал о тебе!»
Вот гад… он еще и продолжает. Чем дальше он пишет, тем сильнее бьет меня в самое сердце. Словно каждое сообщение — это гвоздь в гроб наших отношений.
— «Я жену свою вообще уже не воспринимаю… Она не следит за собой, после родов расплылась. Пилит мне мозг».
Я не отвечаю. Читаю.
— «Ей от меня только деньги и нужны! Поэтому я тебя очень понимаю… Она тебе и в подметки не годится»
Я прикрываю глаза. Беру паузу в пару секунд, а потом набираю еще один вопрос, который для меня тоже очень важен. Хотя я сомневаюсь, что он ответит честно. Он ведь «ей» откровенно вешает лапшу…
Сначала я просто хотела сделать ему свою маленькую месть, сказав от лица бывшей, какой он никчемный и жалкий предатель. И еще что-нибудь добавить, мол, как ты можешь так вести себя при жене, что, мол, «Карине» противно и все такое…
И еще думала сказать ему, мол, Карина там что-нибудь пробила по базе какой-нибудь, неважно какой… Главное, что я ему от лица Карины сказала бы, что никакой он не бизнесмен крутой, а просто торгаш на рынке!
Поэтому у нас и денег нет, что все уходит в «бизнес» и ипотеку. И на жизнь остается не так уж много. Что и говорить, если мы даже новый компьютер позволить себе не можем.
Чтобы он почувствовал себя гадко, как и я. Это знатно ударило бы по его самолюбию.
Но теперь придумаю что-нибудь покруче, чтобы у него поджилки затряслись основательно.
Но прежде я отправляю ему вопрос, который меня гложет:
— «Так почему ты все еще с ней?»
_____________________________
Ягодки мои, приветствую вас) если история вам нравится, не стесняйтесь комментировать, не жалейте звездочек и подписывайтесь, чтобы не пропустить новые главы. Вам не сложно, мне приятно, а для продвижения книги очень полезно. Спасибо!
The free sample has ended.
