Read the book: «Любимая для властных»

Глава 1. Тоня

— Засыпай без моего глубокого массажа, Вишенка, — хрипловатым, чувственным голосом говорит мой жених. — Снова замена сегодня, еду в участок и ночью дежурство.

И я, словно по волшебству, из душного автобуса переношусь в нашу спальню, в его горячие объятия.

Боже, он умеет со мной это делать.

Подчинять одной лишь фразой.

— Назар! — цыкаю, краснея, и торопливо делаю громкость динамика на минимум.

— Я тебя люблю, — доносится из трубки.

— И я тебя, — шепчу.

Раздается звук мигалки. С автобусом сравнивается черная тонированная машина, в секунду обгоняет и несется вперед.

— И кто это, интересно? — бурчу себе под нос.

— Кандидат в мэры, — отвечает подруга. — Из столицы прибыл. Это он собирается частные дома под снос пустить. Говорят, молодой и красивый.

— Хм, красавчик значит... — задумываюсь.

— Снова бывшего вспомнила? Каштанова?

При звуках этой фамилии щеки вспыхивают огнем. Бывший — двоюродный брат моего жениха.

— Галя!

— До сих пор спокойно не можешь реагировать? — с печалью спрашивает. — Да, все узнать хотела. Куда вы с Климом и Назаром тогда исчезли на моей свадьбе? Рафаэля отправили вас искать, но и тот с концами пропал. А потом меня в свадебном платье прямо с торжества увезли в роддом… как-то не до того было. Надеюсь, не поубивали там дуэлянты друг друга?

Ту теплую летнюю ночь из памяти не вычеркнуть и не переписать.

Когда я извивалась и скользила на подкладке пиджака Клима между крепкими мужскими телами на забитом досками колодце.

Предложили определиться, а я так и не смогла сказать внятно, что меня заклинило на них всех.

И признание Назара, который вернулся из армии, свалилось как снег на голову.

Они решили доказать, кто лучше.

Но я растерялась и запуталась, отдавшись желаниям.

— Развела по домам двух Отелло, — вру, натянуто улыбаясь.

Когда мы с подругой приезжаем на работу, поворачиваюсь и всматриваюсь в здание напротив. Администрация. Та самая крутая тачка стоит, блестит полированными боками.

— Ты иди, Галя, я догоню, — смотрю по сторонам, чтобы дорогу перебежать.

— Ты чего удумала, Тонь? — дергает она меня за локоть.

Под протяжные сигналы проезжающих машин пересекаю проезжую часть. Уверенным шагом приближаюсь к авто. Там котенок под днищем.

— Маленький, я сейчас.

Роюсь в сумочке в поисках еды. Подкармливаю бездомных животных, поэтому всегда на всякий случай есть пакетик корма. Где же он? Приходится вытряхнуть сумочку.

— Эй, девушка, что вы делаете возле машины?

Поднимаю голову. Увлеклась и не заметила амбала на крыльце.

— Ничего.

Быстро складываю все обратно в сумочку. Ой, помада укатилась. Эх, не дотянусь. Подхватываю на руки котенка.

— Стоять!

Даю деру.

Резкий скрежет колес всего в сантиметре от меня...

Глава 2. Тоня

Ну вот, едва под машину не попала! Котенок вцепляется в меня коготками.

— Ошалела, под колеса бросаться? Чуть знаменитого музыканта не угробила, — рычит водитель в открытое окно.

На заднем сиденье парень. Повязку для сна задрал и глаза протирает.

— Что происходит? Плавно не учили останавливаться?

— Девица сама под колеса бросилась! Решила хайпануть на звезде, — оправдывается водитель перед пассажиром.

Мало нам столичного красавчика-мэра, так тут еще какой-то популярный певец приехал!

Я бегу дальше, а сердце бешено колотится. Только оказавшись на другой стороне улицы, замечаю, что амбал, осмотрев машину и не увидев повреждений, заканчивает преследование.

Котенка оставляю на траве, выдавив корм. Я на работу иду. С ним нельзя.

— Тоня, шустрее! Опаздываешь, — пропускает меня охрана на фабрику.

Несусь по лестнице вверх, перепрыгивая через три ступеньки. И в приемной налетаю на Геннадия. Он начальник нашего цеха и бывший муж подруги.

— А вот и прогульщица, — тянет Гена.

— Геннадий Аркадьевич, я в объяснительной все укажу…

— Конечно, укажешь. Только комиссия по оптимизации производства работает сегодня последний день. Уволят вас, и не жалко. Надоело выгораживать.

— Я помогала Гале с детьми, поэтому задержалась.

— Скоро не нужна ей будет твоя помощь. Я детей у нее заберу, — ухмыляется гаденько. — Без них она хоть мужика себе найдет, а с прицепом — кто позарится?

Сколько же в нем желчи?!

— Приведи себя в человеческий вид, Вишнева. Захвати Галю, и через десять минут на ковер. Новый директор решит вашу судьбу.

Окидывает меня презрительным взглядом и уходит к себе.

***

Возле двери кабинета генерального дрожит Галя.

— Из нас двоих — меня сократят. Ведь у тебя вышка, — утирает слезы. — Куда мне с маленькими детьми податься?

Сжав ледяную ладошку подруги, шагаю в кабинет.

Импозантный молодой мужчина в дорогом костюме изучает наши дела. Приезжий.

— Корней Денисович, — представляется вполне доброжелательно. — Итак, Галина…

Галя шумно втягивает носом воздух и... теряет сознание. Чуть не грохнулась, еле успела подхватить!

— Галочка, — хлопаю по щекам, придерживая ее за плечи.

— Дайте мне, — подбегает Корней, берет ее на руки и кладет на диван. — Откройте окна!

Подскакиваю и поворачиваю ручки на рамах.

Остальные присутствующие не шевелятся, и Гена истуканом сидит.

Подхватываю графин с водой. Новый директор уже звонит в скорую, держа Галю за запястье.

— Слабый пульс. Обморок. Ждем.

Я прям начинаю уважать этого франта, а все остальные за столом отсиживаются.

Брызгаю водой на лицо подруги. Она с закрытыми глазами хватает Корнея за рукав пиджака.

— Не уходи, — шепчет.

Думает, это Гена. Бредит. А мужчина смотрит на нее загадочно. Ручка ее маленькая бледная вцепилась, а он не отталкивает.

— Все будет хорошо, — накрывает широкой ладонью ее кулачок и убирает пальцы, только когда медики перекладывают ее на носилки.

— Без присутствия сотрудницы я не могу вынести решение. Но у нас одно место, — он трет подбородок, вернувшись за стол.

— Очевидно, кого надо сокращать. У Антонины высшее образование, а вот у Галины выговор имеется за вынос куска ткани… — противно подначивает Гена.

Хочет оставить бывшую жену без работы? Любой суд в таком случае оставит детей отцу.

— Не очевидно, — перебиваю. — У нее дети и мужа нет! — кошусь на начальника. — Некому даже в больницу апельсины занести. — Всхлипываю от обиды за весь женский род, который страдает от таких вот предателей. — Начальству и дела нет, что там с работником. Выкарабкается он или… или…

Слезы льются, и их не остановить, смахиваю.

— Ну что же вы, Антонина, так категоричны?

Корней наливает воду в стакан и передает мне.

Пью, и зубы о стекло стучат, меня всю аж потряхивает.

— От своего имени заявляю, что занесу фрукты. — Он улыбается и поправляет очки. — И впредь на фабрике будут ценить кадры. Но на повестке сейчас другой вопрос.

— Не лишайте Галю последнего заработка, — перебираю пояс от платья пальцами. — Чего уж там тянуть. Меня сокращайте.

Восхищаться моим самопожертвованием никто не торопится.

Подпись на приказе, и спешить по будням уже никуда не надо.

Иду, размахивая сумкой, а на территории коллега окликает.

— Тоня, это не твой дом показывают? — разворачивает экран телефона.

«На улицу Лесная уже пригнали бульдозер, самосвалы, — вещает корреспондент. — По словам кандидата в мэры, регион и его жители давно ждут улучшения дорожного вопроса. Все согласовано и поддерживается большинством».

— Поддержано большинством?! — вырывается в сердцах.

Я свой дом не уступлю!