Read the book: «Кто не спрятался»
1.
Макс, закинув руку под голову, лежал и наблюдал как Солнце всходит над Олимпом. В тучах рассветной пылевой бури, расцветивших небо во всевозможные оттенки рыжего, от светлых тонов наверху, до тёмно-бурых у подножия гигантского исполина. Рыжие облака местами развеивались и проступала иссиня-серая мгла неба. Если бы он был художником, он обязательно запечатлел бы этот необыкновенный пейзаж. Но он простой наёмный охранник, а потому кисти и краски для него всегда оставались лишь плодом неиссякаемого воображения. Но несмотря на это, номер он выбрал очень удачно! В долине Терра Амазония это был лучший отель, а вид из панорамных окон на Олимп стоил потраченных денег. Поглощённый своими размышлениями он и не слышал как к нему несколько раз уже обратилась девушка, лежащая у него на груди, прикрытая лёгким шёлковым покрывалом. Она надула губки и сдёрнув с Макса покрывало, резко встала. Как раз напротив окна, в которое он смотрел. Ход его мыслей постепенно сместился от буйства красок и Олимпа к девушке. Да, за 120 лет колонизации Марса, потомки первых поселенцев сильно изменились внешне. Из-за гораздо меньшей гравитации их рост увеличился, составляя в среднем два метра, местные представительницы древнейшей на земле профессии, все как на подбор были стройными, высокими и коротко стриженными. Внутри обитаемых куполов система кондиционирования сушила воздух, от этого волосы секлись и ломались.
– Ну чем ты не довольна, Луна? – спросил он поднявшись с кровати и обняв девушку сзади. Имя Луна — с ударением на У – ей дала мать. Одна из прямых потомков первопоселенцев. Чем девушка безмерно гордилась.
– А с чего мне быть довольной? Я с тобой разговариваю, а ты мыслями где-то на Земле...
– Напротив, я что ни на есть мыслями на Марсе. Залюбовался восходом над Олимпом. Так что ты мне говорила? Извини...
– Я спрашивала, когда ты снова придёшь?
– Луна... Сейчас моя очередь губы дуть и обижаться? Я вчера тебе сказал, что на месяц уходим в туннели. Ты не слушала?
– Слушала... – взбрыкнула девушка, вырвавшись из его объятий и убежав в ванную.
«Сейчас воды на половину аванса потратит...» – подумал Макс. Воды на планете было в избытке. Это только сверху ржавая пыль, а стоит копнуть на полметра и уткнёшься в ледник. Да вот только добыча и обработка этой воды очень затратный процесс на планете, где практически три четверти суток стоит минусовая температура. Для этого первопоселенцы начали углубляться в недра планеты, где внутреннее тепло планеты помогало сохранять положительную температуру. Однако, наткнулись на сеть разветвлённых туннелей, явно не природного происхождения. Какие-то туннели удалось приспособить под собственные нужды, какие-то были зоной постоянных проблем. Ходили слухи, что в этих тоннелях до сих пор живут местные обитатели. Но собственными глазами их никто не видел, поэтому власти поселения делали всё, чтоб опровергнуть эту теорию, но при этом, в тоннелях постоянно дежурила вооружённая охрана. Для чего? Кто бы знал. Таким охранником и работал Макс. Как и вся его бригада, два раза в год прилетающая на вахту. Месяц под землёй (точнее под поверхностью Марса), неделю выходных и снова на месяц в подземелья. За то оплачивалась эта работа более чем щедро. Марс оказался феноменально богат серебром, поэтому на оплату не скупились. А вот местных в охрану не брали, да они не особо и стремились. Местное население в основе своей состояло из учёных или их потомков, некоторые из них занимались рудодобывающей отраслью, но на руководящих должностях. Работники с Земли ценились своей выносливостью. Ещё бы, землянин почти в половину меньше весил на Марсе. Земляне и груза тащили больше, и прыгали выше, и били сильнее... Поэтому-то в охране тоннелей служили исключительно наёмники с Земли. Луна вышла из душа, на телефон Макса пришёл счёт за воду. Всего 120 Марсовских кредитов. Ладно, он боялся будет больше. Она подошла к нему, небрежно чмокнула в небритую щёку и как кошка проскользнула в дверь. «Тоже мне, принцесса...» - подумал Макс, открыл холодильник, достал банку пива. Местное пиво было отвратительным, но другого здесь не продавалось. Контрабанда с Земли грозила 15 годами работы на серебряных рудниках. Он отхлебнул, посмотрел брезгливо на банку и поставил её обратно в холодильник. Оделся, в душ не пошёл, и так счёт за воду обошёлся дороже самого номера. Спустился в ресторан при отеле, заказал кофе и уселся возле окна. Буря успокоилась, теперь хорошо было видно и Олимп и купольный город у его подножия. Словно жемчужины, купола блестели на утреннем солнце. Скоро он поедет туда по одному из тоннелей, который давно приспособили под железную дорогу. Между городами она помогала быстро передвигаться, не выбираясь на поверхность. Только в Долине Маринера тоннель частично выходил на поверхность, там сделали окна из поликарбоната, которые позволяли любоваться Марсианским пейзажем из вагона поезда.
Допив кофе, Макс прихватил свою сумку и рассчитавшись за номер спустился на станцию. Станции подземного поезда на Марсе делали похожими на станции метрополитена на Земле. Были станции похожими на метро Токио, Лондонские, Нью-Йоркские, но возле Олимпа станции оформляли переселенцы из России, поэтому и станции были копиями Киевской, Арбатской и Новослободской станций Московского метро. Предки самого Макса тоже были русскими, хоть и давно переехали в Штаты. Но какая-то часть его души всё равно восторгалась украшениями в русском стиле подземных станций. Выйдя на Арбатской, он осмотрелся в поисках своих коллег, и увидев компанию в конце зала подошёл. Там что-то бурно обсуждалось. Настолько бурно, что местный полисмен по рации вызывал подкрепление.
– Что обсуждаем? – протиснулся Макс в гущу толпы.
– Нам запретили брать огнестрел! – возмутился заводила толпы. – Как можно кого-то защитить, когда у тебя даже оружия нет?! Тут уже нас надо защищать!
– А что они предлагают? – поинтересовался Макс.
– Электро-шокеры.
– Сомнительная замена, конечно. А чем мотивирована такая внезапная замена?
– Кто-то из той смены застрелил своего, приняв его за подземельщика.
«Подземельщиками» называли тех самых мифических местных обитателей, которые, якобы, остались жить под поверхностью планеты и роют эти самые тоннели.
– И мы теперь будем сторожить тоннели с дубинками и шокерами? Это же не в нашей смене было. Мы-то тут причём?
– Вот и я говорю! – подхватил зачинщик этой смуты.
В конце концов делегация дождалась представителя Управления грунтовых разработок. Высокий, крепкий для марсианина мужчина латинской внешности в хорошем костюме спустился на станцию в окружении свиты охранников и прямиком направился к стихийно митингующей компании. Завидев его гул стих, все развернулись и замолчали в ожидании.
– Здравствуйте! – начал высокий босс. – Я понимаю и разделяю ваше негодование, но это решение было принято даже не нами, а министром безопасности Марса. Чем он руководствовался, я гадать не возьмусь, но обещаю, что со своей стороны сделаю всё возможное, чтобы обезопасить ваш труд. На сегодня запланирована встреча с его представителем, возможно, уже сегодня удастся что-то изменить.
– Звучит, конечно, красиво... Но где гарантии того, что пока мы безоружные, какая-нибудь банда не ограбит одно из хранилищ серебра, например? – выступил вперёд тот заводила, который и затеял весь этот сыр бор. – И заметьте, мы не сможем этой банде ничего противопоставить! Я заявляю от лица всех здесь присутствующих: мы отказываемся нести ответственность, если случатся какие-либо происшествия. Я прав, ребята? – в ожидании поддержки обратился он к коллегам. И коллеги его поддержали.
– Ну подождите... – как-то сразу сбавил пафос представитель. – Что значит «не несёте ответственности»? А зачем же вы тогда нам нужны?
– То есть, мы можем разворачиваться и лететь на Землю? – пошёл ва-банк заводила.
– Я этого не говорил. – быстро ретировался чиновник.
– А что Вы говорили?
– Я говорил, что сегодня постараюсь решить этот вопрос с министерством. А до этих пор при вас остаются рации, дубинки и электро-шокеры.
– Ну что, ребят? – обратился охранник к коллегам, – Подождём до вечера?
– Давайте подождём. Но не далее вечера... – поддержала его команда.
– Вот и прекрасно! – резюмировал чиновник и развернувшись пошёл обратно.
Бригада ещё потопталась на месте и пошла в раздевалку и оружейку. Правда, зачем им последняя сами пока не знали. Получив рации, дубинки и шокеры собрались на платформе под основной линией поездов, нашли в плане свои фамилии и пункты на которые должны прибыть. На этой линии не было ни красивых станций, только рыжие стены с вкраплениями руды и такие же рыжие от ржавчины рельсы, на которых стояли ржавые, вытертые до блеска в местах сидений, вагонетки с ящиками для грузов и багажа. Заняв места согласно пунктам в плане разъехались. Максу в этот раз попался самый отдалённый пункт. Его никто не любил из-за дикой удалённости от ближайших коллег. В случае ЧС коллеги доберутся до тебя не раньше чем через полчаса. А за это время многое может случиться. Особенно сейчас, когда нет даже оружия. Но за эту точку шла хорошая доплата. И отправляли туда, обычно, самых лояльных служак. Макс был из таких. Трудности его не пугали, деньги он любил и тратил с удовольствием, одиночества не боялся. Да и ехал он не один, в пару ему поставили огромного афроамериканца Билли. Тот был не из разговорчивых и это был, несомненно, плюс. За то руки у него были огроменные! С такими руками и оружие не нужно. Максу казалось, что руками Билли можно с одного удара завалить племенного быка, так что уж мифические «подземельщики» не устоят точно. А больше в той стороне и опасаться было некого. Это была тупиковая линия старинного тоннеля, в котором не было ни серебра, ни других полезных ископаемых. И вообще, непонятно было, для чего же старые обитатели планеты его выкопали. Заканчивался он в самом центре равнины Эллада. Где на 1000 миль вокруг голый камень, никаких значимых объектов. Словом нападения ждать неоткуда. Этим он себя и успокаивал. Спустя шесть часов езды на крайне неудобной табуретке, сплющившей всё седалище, они достигли этого пункта. Радости сменщика не было предела.
– Ну наконец-то! – обрадованно подбежал к вагонетке седой уже мужик, лет пятидесяти с небольшим. В рыжем от местной пыли камуфляже. Приветствовал коллег профессиональным жестом — приложив руку сжатую в кулак к груди и вскинув её вперёд — подхватил свой рюкзак и запрыгнул на место только что спустившихся охранников.
– А где напарник-то твой?! – удивлённо спросил Макс.
– А вы не слышали? Его же утащил «подземельщик».
– Ха-ха... Смешная шутка. – язвительно заметил Билл.
– Нет. Серьёзно. Он пропал на третью смену. А замену ему так и не прислали. А где ваши дробовики?
– Ты серьёзно?! – уставился на него Макс. – Ты вообще рацию не включал что ли?
– Да она вчера утром вышла из строя. Я уж не стал заморачиваться.
– Погоди! – придержал уж сильно заскучавшего в одиночестве коллегу Макс. – Оставь свою берданку. На всякий случай. Скажешь, мы силой отобрали.
– Да нате! – перекинул из своей руки в руку Билла дробовик охранник. – Там в сейфе ещё патроны и автомат есть, от Махмуда остался.
– От кого??? – скривился Билл
– От напарника, которого... Ну в общем вы поняли. Всё пока! – и он нажал кнопку обратного курса на вагонетке.
– Да уж... Такое себе местечко... – осматривал новый пост Макс.
В районе тупика «железки» был небольшой зал полусферической формы, вдоль его стен висели лампы, выше них шёл короб вентиляции. Следом за этим залом следовал зал побольше. В нём находилось несколько ниш, две из них с решётками.
– Интересно, для кого эти клетки? Кого они тут держали? – скорее себе, чем Биллу, задал вопрос Макс, подходя к нишам и заглядывая внутрь. И тут он понял, что в этих нишах никого не держали насильно, сюда кто-то прятался. Замки на решётчатых дверях были изнутри.
– Смотри сюда! – крикнул из следующего зала Билл. Макс прошёл вдоль стены с решётчатыми камерами, заглянув в каждую и вошёл в огромный круглый зал, посреди которого находилась круглая винтовая лестница уходящая вверх, насколько хватало взгляда. Наверху было несколько площадок, сколько точно, трудно было сказать, высота огромная, а освещение плохенькое.
– М-дааа... – протянул Макс. – Скучно нам не будет. Хочу найти верхнюю часть этой лесенки. – усмехнулся он.
– Это без меня... – махнул рукой Билл и пошёл исследовать станцию дальше.
За залом с лестницей находилась одна единственная маленькая комната, не больше восьми квадратных метров. В ней стоял стол, за ним оружейный сейф, а напротив диван и кресло. Исследовать было нечего. Билли кинул свою сумку на кресло и упал на диван.
– Я отдыхать. Ты как закончишь экскурсию, приходи. Там тушёнка в банках есть. До завтра протянем. – зевнул великан и улёгся не снимая обуви на диван.
Макс поставил свою сумку на сейф и вернулся в зал с нишами. Итого: две ниши имели сугубо прикладное назначение – сан узел и душевая. Что самое замечательное – с водой. Бесплатно! Правда только холодной. Ещё одна ниша была чем-то вроде столовой и кухни. В ней стоял длинный пластиковый стол с двумя стульями, на столе чайник и микроволновка. В шкафу нашлась целая пачка земного чая и даже несколько кубиков сахара. Завтра привезут продукты, а на сегодня можно чаем и тушёнкой обойтись. Макс включил чайник, нашёл кружку, отмыл её, засыпал туда горсть заварки и когда чайник вскипел, залил в неё кипятка. Пока заваривался чай, пошёл исследовать загадочные ниши с решётками. Да, действительно, замки дверей открывались и закрывались исключительно изнутри. Сами ниши оказались больше, чем казались снаружи. В них находились прикреплённые прямо к скальной породе скамейки, так же прикреплённый к стене стол. Над столом лампа, которая включалась при необходимости. Из основного зала было не видно, но внутри этой ниши была ещё комната. Совершенно пустая. Её предназначение предстояло выяснить. «Надо будет почитать дневник дежурств, может это хоть как-то прояснит ситуацию...» – думал Макс обходя эту комнату по кругу. Вдруг под ногой что-то хрустнуло. Он опустил взгляд, расшвырял носком ботинка грунт и увидел металлическую поверхность. Он очистил ещё больше поверхности, та тянулась к ближайшей стене. Заинтригованный Макс продолжал искать край этой плиты пока не упёрся-таки в стену. Подумав секунду, он пнул ногой стену прямо над металлической плитой. Та гулко завибрировала и грунт свалился с её поверхности на пол. Взору предстала металлическая дверь, переходящая в плиту на полу. «Интересно, для чего эта конструкция и как она работает?» – задумался на несколько секунд Макс и этого времени хватило Биллу добежать с дивана на шум грохота.
– Что здесь произошло? – забегая карабином вперёд заорал Билл.
– Смотри, что это? – не поворачиваясь к напарнику спросил Макс продолжая разглядывать странную дверь.
– Какая-то дверь... – ответил Билл, явно претендуя на звание Капитана Очевидность.
– Никогда бы не подумал... – с совершенно серьёзным видом съязвил Макс. Билл не заметил сарказма и начал объяснять:
– Ну ты же видишь, что это дверь?!
– А ещё я вижу, что это люк. – потопал по плите под ногами Макс. – И они связаны друг с другом.
– Надо посмотреть по схеме помещения. – резюмировал Билл и пошёл обратно, где в сейфе лежал план этой станции. Минут пять он рылся в бумагах, потом вернулся держа карту в руках. – Нет тут ничего. Если верить схеме. Даже самой этой комнаты нет.
– Проверять будем? – больше предложил, чем спросил Макс.
– Как ты предлагаешь это проверить?
– Как-то вот так… – Макс разбежался и толкнул ногой ту часть, которая находилась в стене. Она чуть скрипнула и опрокинулась вниз. Макс скатился на пол. И не понимая что произошло, начал шарить руками в темноте. Потом сообразил, что можно включить фонарик на телефоне. Но в свете фонарика виднелась только чёрная пустота. А под ногами эта же металлическая плита.
– Макс! Макс, ты где там?! – прозвучал голос по рации.
– Я где-то здесь... – очень доходчиво объяснил Макс своё местоположение. – Темнота и пустота вокруг. Там есть какая-то возможность вернуть эту конструкцию в исходное положение?
– Тут дыра в полу и винтовая лестница вниз. Как вернуть, понятия не имею...
Макс попробовал навалиться плечом на «дверь», но она даже не шевельнулась. Куда-то отходить, чтоб разбежаться? Да чёрт его знает, что там в этой черноте. Фонарик выхватывал лишь маленький клочок помещения, по ощущениям, не имеющего границ. Но воздух сюда каким-то образом проникал и это его радовало. Но решившись, он отошёл на пару шагов от металлической плиты на которой стоял, освещая себе путь под ногами фонариком. Разбежался и толкнул дверь ногой, как было с той стороны. Но это не принесло никакого результата... Он сел на корточки, облокотившись спиной на металлическую дверь.
– Билл, ты ещё здесь? – спросил он по рации.
– Куда я, мать твою, денусь? Здесь!
– В общем, с этой стороны я не могу перевернуть конструкцию. Должно быть она работает только с твоей стороны. Попробуй найти, как это работает. У меня там чай заварился уже...
– Да пошёл ты со своим чаем! Я кажется понимаю, куда пропал напарник этого седого... Я не хочу тут месяц один торчать! Давай думать. Что ты там видишь?
– Черноту... – честно ответил Макс, светя фонариком впереди себя.
– А ещё?
– Если повернуться — то дверь, которая была полом с твоей стороны. Хотя... Подожди ка!.. – Макс, освещая стенку возле двери увидел интересные продавленные камни рядом. Он встал, потрогал их. На ощупь как полированные. И тёплые! Он попробовал надавить на один из них, тот чуть подался и въехал в стену. – Тут есть какой-то замок! С загадками. – прокричал он в рацию. – Посмотри, с той стороны есть какие-то символы, буквы, что-нибудь напоминающее подсказки?
– Погоди... Тут на самой двери какие-то закорючки и чёрточки. Под разными углами...
– Говори по порядку...
– Самая левая напоминает молнию из верхнего левого угла в правый нижний.
– Секунду! – Макс пошарил фонариком по кладке и нашёл такой камень. Надавил на него и тот утонул. При этом первый вдавленный камень выехал обратно. – Работает! Давай следующий!
– Дуга с перечёркнутыми краями. Краями вниз.
– Принял! – начал искать такой символ Макс. Нашёл и нажал на камень. Стена завибрировала. Он прыгнул на середину плиты и замер. Но больше ничего не происходило.
– Ты там чего натыкал? Что за шум?
– Не знаю, говори дальше.
– Что-то типа кобры стоящей перед броском...
– Нашёл! – ответил Макс и нажал на камень. Еле успел убрать руку, как платформа снова перевернулась, вернув его обратно в зал, где стоял Билл с квадратными глазами от испытанных ощущений.
– Блин! – если мягко перевести его возмущение, ругнулся Билл. – Чувствую, с тобой смена скучной не будет. Даже спать перехотелось!
– Отлично! Тогда пойдём чай пить. Он уже наверняка заварился.
– Не люблю я чай, лучше Колу. Но ввиду её отсутствия… Как тебе удаётся сохранять такое спокойствие?! Ты только что запустил чёрт знает что, пропал, вернулся...
– Но вернулся же... – спокойно ответил Макс, пропуская напарника вперёд, на выход из этого зала.
Чай заварился, разумеется, даже успел остыть. Макс нашёл ещё одну кружку разлил заварку, по новой поставил греть чайник. И сел в ожидании.
– Погоди! Там галеты в сухпайке были. Сейчас принесу. – спохватился Билл, до сих пор отходивший от испытанного шока. – Только ты никуда не уходи, понял?! Сиди здесь!
– Да иди спокойно, на сегодня мне приключений хватило. – всё так же спокойно ответил Макс, поглядывая на чайник.
– Смотри... – на бегу пристращал Билл напарника. Спустя четверть минуты уже вернулся с упаковкой печенья.
– Знаешь, что самое интересное с той стороны двери? Там тоже есть воздух. Хотя даже звук не проходит сквозь плиту. Интересно, из чего она сделана?
– Интересно ему... – закидывая печенье в рот бубнил Билл. – А мне вот совсем не интересно. Я чуть инфаркт не заработал. Только ведь заснул, нет, грохот, потом ты провалился в эту чёртову дверь, потом эта лестница...
– Какая лестница?
– Ну та, которую закрывала плита. Когда ты нажал на вторую «кнопку», она пришла в движение, опускаясь вниз.
– Почему ты мне не сказал?
– Да когда мне было говорить?! Ты требовал следующую закорючку!
– А, ну да. Так и было. Я испугался, что эта вибрация привела в движение запорный механизм. Не хотелось остаться там. Без света и одному.
– Ты? Испугался??? Не смеши меня. Тебе эта эмоция, похоже, вообще не знакома.
– Интересно, а есть тут какой-нибудь фонарь? – словно не слушая собеседника продолжал сам с собой рассуждать Макс.
– Что бы ты там ни задумал — остановись! Мне не улыбается одному тут торчать до конца вахты!
– Да ладно, Билл! Мы же теперь знаем как это работает. Просто мне кажется, что это какой-то путь отступления на случай непредвиденных обстоятельств. Видел же, решётка запирается изнутри, эту комнату снаружи не видно, дверь открывается только в одну сторону легко, перед ней — ни то ловушка, ни то обманный ход, уводящий от основного... Надо бы разузнать. Может пригодиться. Не приведи Господь, конечно!
– Ну не знаю. Звучит логично. Но проверять я не пойду.
– Ты не пойдёшь. Я пойду. Ты мне тут нужен. Были бы мы оба с той стороны, как бы вышли? Определённо, здесь ты нужнее... – заключил Макс, зажевав галету и запив её остатками чая.
2.
После Великой катастрофы, загнавшей выживших под землю, люди стали постепенно осваиваться к жизни без солнечного света, без привычных средств добывания пищи. Жизнь превратилась в ад. Солнечная радиация, в отсутствие атмосферы, проникая под поверхность планеты влияла на организмы непредсказуемым образом. Сначала мутанты были чем-то из ряда вон выходящим. Спустя два поколения мутация перестала считаться таковой, а была признана разнообразием. Ещё через два поколения, мутации приобрели настолько разнообразные формы, что люди перестали быть людьми. Некоторые виды сохраняя разум предпринимали попытки оградить свои семьи от присутствия «неконтролируемых форм» жизни, как их стали называть. Неконтролируемые формы в поисках пропитания всё чаще прибегали к каннибализму, и разумные существа начали устраивать свои жилища таким образом, чтобы при невозможности противостоять атаке, можно было убежать и спрятаться. Но самым пугающим был феномен, при котором разумная форма, внезапно подхватив неизвестный вирус, становилась неконтролируемой. В обстановке полной изоляции соседние семьи поддерживали контакт через систему проложенных внутри стен труб с мембранами, усиливающих звук. Когда соседи подвергались воздействию вируса, звуковод забивали землёй, чтобы не слышать агонии в которой, совсем недавно практически родные люди, сходили с ума и начинали пожирать друг друга.
Одной из последних оставшихся в разуме семей стала семья учёного. Он был некогда светилом биологии, его жена инженером. Сын и дочь родились уже под землёй. Их каким-то чудом миновала мутация. Отец это связывал с тем, что их укрытие находилось глубоко под скальной породой, и солнечная радиация просто не пробивала такую толщу камня. Как бы то ни было, его семья и семьи ещё двоих учёных по соседству, родили здоровых детей, которые в последствии и создавали развитую систему тоннелей, уходя всё дальше и дальше от скопления мутантов. Когда при разработке очередного тоннеля они нашли ещё несколько человек не подверженных мутации, роющих такие же тоннели, общим решением было оставить эту сеть и спускаться ниже. Во-первых: радиация туда уже не проникала, во-вторых: это было единственным доступным решением избавиться от неспокойных соседей по планете. Так как желание питаться — основной инстинкт неконтролируемых — рано или поздно истребит мутантов полностью, оставив несколько самых сильных особей. Но сильный — не всегда самый умный, поэтому на стыках своего уровня и их построили несколько хитрых ловушек, которые должны были остановить хищников.
Уходя всё ниже под толщу породы, они не могли физически перетаскивать системы воздухогенерации и водоснабжения. А потому пришлось оставить лазейки и для себя на этот уровень. Чтобы как можно безопаснее доставлять себе воду и в случае необходимости ремонтировать подачу воздуха, отвели отдельную, крайне удалённую ветку тоннеля, до которой добраться можно только на скоростной вагонетке. Систему самого транспорта сделали совершенно беззвучной, чтоб не производить лишнего шума. Но для тех, кто остаётся на конечной, придумали специальный сигнал о прохождении вагончика, для ускорения процесса погрузки-выгрузки грузов. Если же по тоннелю кто-то решит пройти иным способом, то он неминуемо попадёт в одну из многочисленных ловушек.
Со временем обитатели ушли настолько глубоко и создали новые системы освещения, генерации воздуха из водяного пара, водообработки, что выход на поверхность становился всё менее необходимой потребностью. Дети тех жителей уже и не знали другой жизни, забыли об опасностях таящихся выше, выращивали на своих плантациях искусственные растения, генерировали искусственный белок и система хитрых ходов осталась забытой. До тех пор, пока на планету не прилетели соседи по Солнечной системе.
Новопоселенцам было невдомёк, что оставленная система тоннелей — это не природная аномалия. Они летели на Марс будучи абсолютно убеждёнными, что жизнь на этой планете невозможна. Поэтому не боясь осваивали подземные переходы, обустраивая их для собственных нужд, не опасаясь какой бы то ни было жизни. И даже используя рельсы и технику прежних обитателей планеты поселенцы отказывались верить, что они не одни. Но вот незадача: периодически люди просто исчезали бесследно. Начали расползаться слухи о монстрах живущих под землёй. Их так и прозвали - «подземельщики».
В отсутствие солнечного света кожа обитателей подземного мира стала иметь белый, а то и сероватый цвет, от того же зрачки утратили свой цвет и стали розоватыми. Постоянная температура окружающей среды убрала нужду в одежде. Отсутствие внешних шумов сделал речь тихой, количество слов сократилось до бытовых. И вскоре цивилизация подземных жителей стала вырождаться. Но два клана, ответственных за охрану переходов с уровня на уровень, всё так же исправно несли службу охраняя своё от враждебного. Мутантов, некогда оставшихся в живых, скорее всего уже и не было, но вводные инструкции охране никто не менял. Поэтому любой чужак в тоннеле автоматически считался врагом. В одну из смен хранитель врат сидел на своём посту и перешёптывался со своей семьёй по каналу звуковода, когда внезапно над головой завибрировал сигнал, говорящий об опасности. За много десятков лет этот звук впервые буквально прогремел над его головой. Он закрыл звуковод, встал и напрягся. Инструкции гласили, что необходимо позвать на помощь службу охраны. Но от службы охраны остался один единственный представитель. И тот был на десять с лишним лет старше его. Что делать, он не мог приложить ума. Пошёл в зал, надел на себя предохраняющий костюм, сделанный из серебра и прикрывающий жизненно важные органы от укусов и шлем с фильтрующей маской. Нашёл на схеме заросшей пылью выход подавший сигнал, вооружился длинным серебряным копьём, острым как бритва и направился к нужному переходу, встречать врага. Там он стоял продолжительное время, никто не появлялся в свете фонаря. Тогда он было решил, что монстр попал в одну из ловушек и повернулся, чтоб идти обратно на пост, как раздался второй сигнал, говорящий об открытии шлюза в обратном направлении. Вот этот сигнал напугал его больше предыдущего! Если кто-то распознал замок, значит он обладает интеллектом. А это уже страшно! Охранник напрягся, замер и прислушался... И без того острый слух напрягся до предела. И он услышал. Какие-то громкие голоса, движения, шуршание воды... Не может быть! За всю свою долгую жизнь он не слышал ничего подобного. Как быть? Оставить пост и бежать с докладом к старейшему? А вдруг в это время кто-то проберётся к ним? По звуководу он вызвал сына и велел тому быстро идти к старейшему за советом. Сын не стал спорить и убежал. Минуты ожидания тянулись вечно, наконец, старейший сам пришёл к нему на пост. Зачем?! Можно подумать с его старческим слухом он что-то услышит. Но тот и не собирался слушать. Он привёл с собой самых сильных мужчин, велел им снаряжаться и идти на разведку. Сам же остался с охранником на посту, готовый в случае необходимости, оповестить всех об эвакуации. Пятеро самых сильных мужчин надели серебряные доспехи, взяли острые копья, застегнули маски и пошли к лестнице. Эта лестница была необычайно высокой, более полутора тысяч ступеней. В снаряжении путь по ней дался непросто, но они всё же дошли. Отдышались, прислушались... Какие-то странные звуки достигали их слуха. Что-то похожее на речь, но какой это был диалект?! Да и в целом, речью это можно было назвать с натяжкой. Их речь — в основе своей шелестяще-щёлкающие звуки, эта речь звучала как раскаты камней: громко, распевно, обладая множеством звуков, на которые речевые аппараты Марсиан просто не были способны. Пятеро смелых стояли на верхней ступени лестницы и размышляли, а стоит ли открывать люк и выбираться на поверхность? Или лучше подождать в засаде, на случай новой попытки проникнуть в их уровень тоннелей? Опять же сколько придётся ждать, никто не мог предугадать. А вдруг этот ход сработал случайно? А они здесь будут ждать. С другой стороны — из-за люка слышно только два голоса, значит противников всего двое. А их – пятеро. Плюс фактор неожиданности. Но кто знает, нет ли по близости других. Это здесь их двое, а другие могут быть в соседнем помещении или на соседнем уровне. Тогда они рискуют подставить всё своё поселение...
3.
Закончив чаепитие, Макс с Биллом решили всё же отдохнуть. Куда денутся эти тоннели? Они тут больше ста лет точно, так что ещё несколько часов подождут. Билл снова завалился на диван, да на кресло он попросту бы и не влез. Макс раскинул кресло, взял с собой карты и схемы этого форпоста и начал их изучать... Оказалось, что на плане-схеме зафиксировали только этот уровень тоннелей. Что выше и ниже их не касалось. Да и на этом уровне было крайне мало начерчено. Три схематические зала с подписями: «Платформа», «Зал1», «Зал 2» с огромной винтовой лестницей и пристроенным оружейным помещением, в котором они сейчас и находятся. Ни ниш в зале, ни тем более потайной комнаты на схеме обозначено не было. Интересно, кто-нибудь вообще заходил в эти ниши с решётками? Или Макс самый любопытный? Хорошо бы всё прорисовать на схеме, вдруг кому понадобится. И дверь-люк надо обозначить, и помещение за ней, и лестницу под ней... Он ещё немного поворочался, но всё же встал и подошёл к столу.
