Read the book: «Коллаж экселенца»

Глава 1

Иран, 2000-е

- Белый чай? – Максим с трудом скрывал раздражение на Консула. Тот сопровождал сегодня ночью их машину на пути от азербайджано-иранской границы до места проведения переговоров в Рамсаре и замучил рассказами о каспийской природе и местных обычаях.

- Это мой Вам презент, Максим Анатольевич, – полноватый краснощекий Консул встал с дивана, на который минуту назад тяжело плюхнулся, чтобы перевести дух после подъема чемоданов на второй этаж, – Пусть вас не смущает название «белый». На самом деле, он черный. Вкус – изумительный!

«Только юного натуралиста нам сейчас не доставало». Максим дипломатично распаковал красочную коробочку. С картинки улыбалась персидская красавица с блестящим медным чайником в руках. Внутри – баночка со скрученными седоватыми спиралями чаинок.

Макс нервничал. Роль руководителя официальной делегации давалась не так легко. Собственно, делегация – громкое название. В нее входили двое: переводчица Настя и юрист Саня. Так уж совпало, что с Настей они три дня назад расписались. А Саня, друг детства, бывший морпех, ныне специалист по морскому праву, был свидетелем на свадьбе.

Выматывающая тревога не отпускала из-за неуверенности в успехе предстоящего раунда. Давно назревший Договор обсуждался уже много месяцев, но конечный результат постоянно ускользал. Как будто кто-то нарочно мешал согласовать этот важный документ. А от него зависело очень многое и для стран-участниц, и для самого Макса.

В соседних регионах в последнее время нарастало напряжение, требовалось обезопасить Каспий. Макс же все еще проходил испытательный срок после одной неприятной истории. Лишь выполнив задание Центра и принеся на блюдечке готовое к подписанию соглашение, он окончательно пройдет проверку и сможет вернуться в профессию. Пока он по-прежнему был приписан на птичьих правах к посольству в Баку.

Иранская служба протокола поселила представителей стран-участниц в некогда роскошную, а теперь слегка потрепанную трехэтажную гостиницу рядом с бывшим шахским дворцом. Консул, втянув живот, ловко протиснулся между креслом и столиком к большому окну, отдернул тяжелую бархатную штору и раскрыл створку:

- Здесь, на севере Ирана удивительный климат, поэтому Рамсар и стал курортом. - Он закипятил воду, чтобы заварить чай. - А баночка-то, просто прелесть, не правда ли? Идеально подходит для хранения насекомых.

Макс запер бумаги и географические карты и посмотрел на Консула с легким сочувствием: «Бедный, мозги совсем тут расплавились... Куда Санек-то с Настей запропастились?».

Дверь распахнулась от удара ногой. В проеме стоял улыбающийся Саня с огромной охапкой жемчужно-малиновых цветов:

- Магнолия! - В комнату ворвался нежный аромат, затем показалась блестящая лысина. Следом – чемоданы с сумками.

За всем этим – Настя. Было заметно, что ее утомила многочасовая ухабистая дорога. Но командировка обещала быть интересной, и девушка старалась бодриться.

Максим набросился на друга:

- Ты тоже гербарием занялся? Где вы застряли?

Саня удивленно повел бровью и молча снял с полки вазу. Из ванной донесся звук наливаемой воды и его звучный голос:

- Прикинь, пока персы на ресепшене возились с паспортами и ключами, мы встретили казахскую делегацию. Вышли подышать у крыльца. Тут-то я цветов и наломал! Настьке и руководительнице казахов – Аиде. – Санек вышел с наполненной вазой, подмигнул Консулу и поставил цветы в центр низкого журнального столика у дивана.

Вчетвером расселись вокруг. Консул вызвался разлить гостям чай. Появились припасенные им заранее сухофрукты и фисташки. Некоторое время компания молча хрустела, чмокала, пытаясь расклеить зубы от сушеной дыни, и прихлебывала белый чай, оказавшийся действительно вкусным.

- Меня волнует настрой Ирана перед завтрашними переговорами. – Максим попытался направить беседу в деловое русло. - Через час прошу всех собраться на совещание.

- Обязательно! – Консул кивнул и розовые щеки шлепнули по груди. – Только я бы предложил попозже, скажем, в семь вечера. Как раз откроется парк развлечений и аттракционов.

- Аттракционы нас ждут завтра. На переговорах, - без улыбки среагировал Макс. - Сейчас нам требуется максимальное сосредоточение. Причем, что характерно, не на насекомых и не на каруселях, - Максим сделал ударение на отрицательных частицах. Худой и высокий, он обладал довольно низким голосом, и, если сильно сердился, его было плохо слышно. – Вы вообще отдаете себе отчет в важности нашей миссии?

Консул сохранял безмятежность:

- Дело в том, что парк – единственное место, где можно найти прохладу вечером, потому что он разбит непосредственно у моря. Там можно спокойно все обсудить без жары. И без прослушки.

Макс оценил довод. Настя воодушевилась:

- Наконец-то зайдем в Каспий с иранского берега, как ты хотел, Максим!

Серые глаза сверкнули на жену из-под темно русой челки. Макс действительно давно мечтал прикоснуться к древнему водоему в каждой из пяти прибрежных стран, но сейчас такие сентиментальные разговоры могли уронить его авторитет.

Консул, однако, охотно переключился на заданную девушкой тему:

- Зайдем – это, к сожалению, вряд ли. Здесь, видите ли, это не принято. Но ножки намочить можно.

Саня перебил мирную беседу, обращаясь к Максу:

- Персы пристально следят за Аидой. Засек на входе в отель топтуна.

- О, как.

Консул нахмурился:

- Думаю, Александр, вам показалось. К Казахстану тут абсолютно нейтральное отношение. Аида все-таки не из Израиля и не из США, она возглавляет делегацию дружественной страны.

- Кто знает, кто знает, - задумчиво протянул Саня.

- Хорошо, коллеги. Я понял ваш настрой и постараюсь разузнать побольше подробностей к вечернему совещанию, - Консул встал и направился в ванную мыть чашки.

Расставив чистую посуду на запыленной полке над телевизором, он направился к двери. Потом передумал и вернулся. По-хозяйски пересыпал в чашку сухую заварку и опустил пустую баночку карман.

- С вашего позволения прихвачу – для моей коллекции. Вы же не возражаете?

- Ну что вы! – Настя поспешила ответить, испугавшись, что Макс или Саня могут нагрубить. – Берите, берите. – И не смогла сдержать любопытство: - А что именно Вы коллекционируете в баночках?

- Насекомых, - тепло улыбаясь, отозвался Консул.

Настя повернулась к своим помрачневшим компаньонам:

- Может, хватит дуться? Вы даже не попытались ввести коллегу в курс дела.

Макс встал с потертого кожаного кресла. Прошелся до окна, разглядывая персидский ковер под ногами, развернулся и заговорил с застывшим Консулом:

- Страны-участницы практически договорились. В Договоре осталось всего одна спорная статья. Мы обязаны выйти на финальный текст завтра. Самое позднее – послезавтра. Таково задание Центра. Еще день уйдет на техническую подготовку к подписанию – юридическая сверка, перевод. Это работа Насти и Сани. После будет объявлено о созыве саммита в Казахстане, где Договор должен быть подписан министрами в торжественной обстановке. Вам это ясно?

Консул со спокойной серьезностью профессионала ответил:

- Предельно. И поверьте, делаю все возможное, чтобы помочь. Но мы не можем проконтролировать все.

- А надо бы! – Макс повысил голос, но, заметив приподнятую бровь Сани, потеребил себя за ухо и добавил спокойнее: - вы имеете хотя бы смутное представление о том, кто может помешать нашим планам?

Консул моргнул и ничего не ответил. Макс закрыл окно и подошел поближе к собеседнику:

- В Баку директором крупного нефтегазового холдинга работает Джон Кейс. Бывший американский дипломат, который имеет связи с террористическим подпольем и криминальными кругами.

- Кажется, я что-то слышал об этом, - Консул, как оказалось, был способен покраснеть гуще.

- Кейс намерен не допустить заключения Договора.

- Каким образом Договор касается его?

- В Договоре речь идет о море. А море – это в том числе и дно, то есть нефть и газ…

- … и вода, то есть контрабанда, – догадался Консул. – Но все же это не объясняет, зачем иранцам следить за Аидой. Она-то здесь при чем?

- Вот это я попрошу вас выяснить как можно скорее, - Максим дотронулся до его предплечья.

Консул проверил мобильной телефон и развернулся к двери. Санек тоже засобирался:

- Ну, до вечера, что ли?

- И я пойду в свой номер, - Насте было важно сохранять дистанцию с Максимом, поскольку тут она находилась в командировке как специалист по восточным языкам, а не в статусе его супруги.

Спустя минуту Максим позвонил убедиться, что жена дошла до своей комнаты.

- Все в порядке, заяц?

- Да, конечно, - полусонно ответила Настя, и добавила низким киношным голосом, - хвоста не заметила!

Максим устало улыбнулся.

- А ты раньше с этим Консулом встречался?

- Нет, мы не пересекались, но кое-что о нем слышал.

- Любопытно.

- Он работал в Афгане, даже орден имеет.

- Ничего себе, а так и не скажешь, что герой.

- Ну он не то, чтобы сам на амбразуру бросался. Просто ему везет на приключения.

- И ото всюду живым вышел?

- Да, представь!

- В таком случае его странности объяснимы.

- Согласен. Но все равно, это дурацкое увлечение природой меня жутко бесит. Как можно сейчас отвлекаться на такие глупости?

Придя в номер, Консул включил телевизор, капнул в ванну жидкость с цветочным запахом и отвернул старый кран. Окунулся с головой в душистую, мягкую пену и вздохнул с облегчением.

Сквозь бормотание теленовостей из комнаты донесся звонок. Пришлось прервать наслаждение. Кряхтя, он выбрался из пенной перины, забрал с прикроватной тумбочки телефон и, оставляя мокрые следы на кафельном полу, нырнул обратно.

Телефон продолжал звонить. Неизвестный номер. Пришлось ответить.

Короткий разговор заставил резко распрямиться.

Положив на бортик трубку, он оставался сидеть в онемении еще минут пять, затем спустил воду, вытерся и лег на кровать. Лежа на спине, уснул.

Во сне, как всегда, он вновь и вновь повторял те же строки. Хорошее произношение, благодаря которому ему сохранили жизнь. Только ему и ей.

Проснувшись с тяжелой головой, Консул собрался к вечернему выходу со своими подопечными.

В липкой темноте мозги ворочались в том же вялом темпе, что и скрипучее колесо обозрения в рамсарском парке культуры и отдыха.

Местная публика расселась на ковриках вдоль дороги, на обочине или на проезжей части – пожарить на газовых горелках люля-кебаб. Дамы – пышные черные пуфики, кавалеры – богомолы в узких рубашках с воротничком-стоечкой. В медном чайнике чай.

- Блин, как они фисташки без пива жрут? – Саня стер пот с зеркала лысины.

- С лимонадом, не видишь? Ты же сам только что полкило умял. - Макс тоже был бы не прочь посидеть с холодным пивком, поглазеть, как в море медленно осыпаются звезды словно в опрокинутом шаре с блестками. Но здесь вместо пива предлагается только «пивной лимонад».