Read the book: «Хроники Тлеющего Сердца»

Часть первая. Второй шанс

Пролог. Цена возвращения

Кайен умирал в четвёртый раз за этот бесконечный год.

Но в этот раз всё было иначе. В прошлых циклах смерть была жестокой, но тихой: яд в бокале, нож в подворотне, истощение в пустошах. Сейчас же он горел заживо в тронном зале собственного замка, а его младшая сестра Айла кричала так, что звенели витражи с изображением древних богов.

Мир назывался Эйвера — континент, расколотый на три части: Солнечные Пределы, где правила его семья, клан Арделион; Теневые Марки, царство некромантов и изгоев; и Нейтральные Земли, где магия шла вперемешку с торговлей.

— Ты опоздал, брат, — прошептал голос в его голове. Это был Мортей, призрачный советник-демон, живущий в клинке рода. — Твоя душа почти рассеялась. Ты снова хочешь отмотать время?

Кайен сжал обгоревшие пальцы. Боль была невыносимой, но ярость была сильнее. Он проиграл из-за любви. Он снова поверил, что можно договориться с Северным Кланом, что можно спасти сестру без крови. Теперь Айла лежала на полу, а её белое платье пропитывалось алым.

— Да, — прохрипел он, выплёвывая кровь и пепел. — Верни меня в Первый День Осени. В тот самый день, когда я совершил первую ошибку.

— Ты знаешь цену, — усмехнулся демон. — Ты заплатишь не маной. Ты заплатишь чувством. Каждая регрессия будет стирать одно из твоих воспоминаний о матери.

По лицу Кайена текли слёзы, но не от огня. Мать умерла пять лет назад. Он дорожил каждым её образом: запах яблочного пирога, тёплая рука на лбу, её тихий смех в саду.

— Забирай, — сказал он.

И мир схлопнулся в одну ослепительную точку.

---

Глава 1. Первый День Осени

Кайен открыл глаза.

Он стоял в высокой траве на окраине родового поместья Авельхейм. Солнце только вставало, окрашивая небо в цвет персика и стали. Вокруг пахло клевером и влажной землёй. Вдалеке пастух гнал овец к реке, и слышался звон колокольчика.

Он сжал рукоять меча. Рука была целой. Не обгоревшей.

«Первый День Осени», — пронеслось в голове. В этот день, шесть лет назад относительно того пожара, он уехал в столицу, чтобы решить вопрос с налогами. И в его отсутствие Северный Клан отравил колодец в деревне. Началась эпидемия. Погибло тридцать детей.

Тогда он ничего не понял. Решил, что это случайность.

Теперь он знал: это была первая нить заговора. Если не остановить отравление, через полгода умрёт его отец, через год — мать, а через пять лет сгорит весь замок.

— Значит, мы начинаем с колодца, — сказал Мортей из ножен. Меч «Вдоводел» был при нём.

— Нет, — Кайен вдохнул прохладный воздух. — Мы начинаем с крыс. Кто в твоих Теневых Марках может почуять яд в воде за три дня до того, как он убьёт?

Демон тихо рассмеялся:

— Ты учишься. Это уже не тот мальчик, который бросался на мечи ради чести.

— Это тот, кто перестал верить в случайности, — сказал Кайен и зашагал вниз с холма.

Препятствие первое: недоверие

За шесть лет до резни его отец, Эдрик Арделион, был ещё жив, но стар и слеп на один глаз. Кайен ворвался в его кабинет с докладом о готовящемся отравлении, но отец лишь покачал головой:

— Ты опять видел дурной сон? В Теневых Марках нет людей, способных отравить наш колодец. Там вообще нет людей, сын. Только твари.

— Отец, я знаю, о чём говорю. Дай мне трёх всадников. Я обшарю Нейтральные Земли.

— Ты — наследник. Твоё место здесь, а не в погоне за призраками.

Кайен сжал кулаки. В прошлой жизни он уехал, чтобы доказать отцу свою самостоятельность. Теперь он остался, но был связан по рукам.

Тогда он пошёл к Марте, местной знахарке, которую в будущем сожгут на костре по ложному обвинению. Она не задавала лишних вопросов, только посмотрела на него своими бледно-голубыми глазами и сказала:

— Ты пахнешь золой, сын лорда. И ещё пахнешь старой кровью. Что ты привёз из будущего?

— Знание, — ответил Кайен. — И очень мало времени.

Он дал ей список: какие травы принести, где спрятать, как не попасться на глаза страже. Марта кивнула и ушла в Нейтральные Земли, а Кайен отправился на конюшню.

— Ты снова действуешь в одиночку, — заметил Мортей.

— Я всегда был один, — ответил Кайен, но в голосе дрогнула нить.

Встреча с Вейлом

Он нашёл отравителя.

Это был Вейл, мальчишка-подросток с разноцветными глазами — один зелёный, другой серый. Он не был злодеем. Он был сиротой, которого нанял человек в чёрном плаще. Дал мешочек с ядом и велел вылить в колодец у старой мельницы. За это обещал вылечить его младшую сестру от лихорадки.

Кайен поймал его у реки. Мешочек с ядом висел на поясе. Вейл плакал и умолял не убивать.

И вот тут встал выбор.

В прошлой жизни Кайен убил бы мальчишку. Но в прошлой жизни он вообще не был здесь в этот день.

— Твоя сестра, — сказал Кайен, сжимая рукоять «Вдоводела». — Она кашляет по ночам? У неё синие губы?

Вейл поднял заплаканное лицо:

— Да. Откуда ты...

— Это не лихорадка. Это Слёзы Эвернии — яд, который твой наниматель уже даёт твоей сестре. Если ты выльешь этот мешочек в колодец, он убьёт не только деревню, но и её. Она умрёт первой.

Мальчик побледнел.

— Ты лжёшь.

— Спроси у своего нанимателя. Если он ещё жив, когда ты вернёшься.

Кайен развернулся и пошёл прочь. Мортей в ножнах был холоден, как лёд:

— Ты отпускаешь его? Глупец. Он вернётся и всё равно выльет яд.

— Нет, — ответил Кайен. — Я дал ему оружие. Знание. Теперь он поймёт, что его предали. И приведёт меня к тому, кто заказал отравление.

— Это уже не благородная месть. Это грязная игра.

— Я перестал быть благородным, когда в четвёртый раз услышал, как моя сестра перестала кричать.

---

Глава 2. Свидетели лгут, пока живы

Место: Нейтральные Земли, город Карра-Мор

Прибытие

Дорога в Карра-Мор шла через Серые Топи — болота, где магия искажала пространство. Кайен знал: здесь нельзя доверять даже собственным следам. Он ехал один, закутанный в плащ цвета ржавчины. «Вдоводел» был спрятан в ножнах, обмотанных выцветшей тканью.

— Тебе не кажется, что это ловушка? — спросил Мортей.

— Кажется, — ответил Кайен, не сбавляя шага. — Поэтому я не взял с собой никого, кто может умереть.

— А себя?

— Себя я уже не считаю живым.

Они въехали в город на закате. Карра-Мор стоял на сваях, прямо над гнилой водой. Дома из тёмного дерева, фонари из синих светляков, узкие мостки, где воровали быстрее, чем ты успевал позвать стражу. Здесь правили не лорды, а три гильдии: Торговцы Соли, Жнецы и Смотрители.

Кайену нужна была Гильдия Жнецов — некроманты-расследователи, которые за плату «допрашивали» мёртвых. Если Винтервальды и оставили след, то он лежал где-то в их холодных подвалах.

Трактир «Танцующая Лиса»

Марта ждала его в третьей кабинке, у закопчённого окна. Перед ней стояла кружка с чем-то, что не имело права называться элем.

— Ты опоздал, — сказала она вместо приветствия.

— На сколько?

— На двенадцать минут. В этом городе за двенадцать минут можно умереть дважды.

Кайен сел. Он не снял капюшон.

— Что ты нашла?

Марта придвинула к нему грязную карту. На ней были отмечены четыре точки:

— Винтервальды не светятся в Нейтральных Землях. Но их агент — да. Его зовут Рём. Бывший палач, теперь ростовщик. Он скупает трупы у Жнецов и стирает их память, прежде чем стража найдёт тела.

— Как можно стереть память мёртвого?

— Ты не хочешь знать.

Кайен отодвинул кружку с элем.

— Где его найти?

— Под городом. В Чреве Карра-Мора. Там, куда не спускаются даже Смотрители. Рём носит кольцо с чёрным янтарём. Без него ты его не узнаешь.

— Почему?

— Потому что он меняет лица. Иногда он старик, иногда женщина. Но кольцо всегда одно.

Мортей тихо прошептал из ножен:

— Классика. Демон-оборотень, работающий на Север. Я таких ел на завтрак.

— Ты не ешь, — напомнил Кайен.

— Но я бы съел.

Спуск в Чрево

Ночью Кайен вошёл в Дом Безглазых — старый театр, заброшенный после чумы. Именно там находился вход в подземелье.

Он шёл по узкому коридору, стены которого сочились влагой. В воздухе пахло гнилым деревом и мокрой шерстью. Каждый его шаг отдавался эхом, как будто кто-то шёл следом.

— Почему ты не боишься? — спросил Мортей.

— Боюсь. Просто я давно не позволяю страху менять мои планы.

Внизу, в круглой зале с каменным колодцем, его ждали.

Рём стоял у жаровни. Он выглядел как худой старик с бледными руками, но в свете углей его тень двигалась с задержкой в полсекунды. На пальце блестел чёрный янтарь — густой, как сгусток ночи.

— Ты пришёл за правдой, — сказал Рём скрипучим голосом. — А правда здесь стоит дороже, чем наверху.

— Мне нужны доказательства, что Винтервальды заказали отравление колодца в Авельхейме.

Рём улыбнулся. Зубы у него были разной длины.

— Доказательства? Их нет. Я стёр память тем, кто утонул. Но я могу дать тебе кое-что получше — имя.

Кайен не двигался.

— Говори.

— Леди Мариенн Винтервальд, — прошептал Рём. — Лично яд. Лично приказ. Лично подпись в книге Гильдии.

— Ты лжёшь. Мариенн было четырнадцать.

— Ей было четырнадцать для тех, кто плохо смотрел. Для Севера она была уже взрослой.

Рём медленно обошёл жаровню. Его тень не отставала.

— Но я не отдам тебе это знание бесплатно. Ты принесёшь мне глаза Смотрителя. Живые. И тогда я назову место, где лежит тело настоящего отравителя.

Кайен знал: Смотрители — не бандиты. Это стражи равновесия в Нейтральных Землях. Они не убивали без причины. Один из них, Исоэль, когда-то в прошлой жизни спас Кайена от засады.

— Ты не убьёшь невинного, — сказал Мортей. — Ты не сможешь.

— Смогу, — ответил Кайен.

— Даже если это снова приведёт к пожару?

Кайен молчал.

В прошлой жизни он был благородным. И это не спасло его семью.

В этот раз он пришёл в Карра-Мор не за честью, а за результатом.

Он вытащил «Вдоводела». Меч загудел от предвкушения.

— Я принесу тебе глаза, — сказал он. — Но не только глаза. Я принесу тебе голову Смотрителя.

Рём рассмеялся. Его тень на стене заплясала.

— Тогда по рукам, наследник Арделион. По рукам...

---

Глава 3. Имя, которое нельзя произносить

Место: Авельхейм

Возвращение домой

Кайен вернулся в Авельхейм на рассвете.

Он не спал трое суток. Грязь Серых Топей въелась в кожу, рана на предплечье от кинжала Смотрителя всё ещё кровоточила, а в голове звенел голос Рёма: «Ты принесёшь мне глаза Смотрителя. Живые. И тогда я назову место, где лежит тело настоящего отравителя».

Он привёз не только глаза.

Он привёз голову.

И теперь, стоя у ворот Авельхейма, он впервые за долгое время почувствовал не усталость, а нечто иное — пустоту. Ту самую пустоту, которая приходит после сделки с собственной совестью.

— Ты молчишь, — заметил Мортей. — Обычно после убийства ты злишься или шутишь. Сейчас ты как могильный камень.

— Я думаю, — ответил Кайен.

— О чём?

— О том, что станет с человеком, который коллекционирует глаза.

— Он станет богатым, — усмехнулся демон. — А богатые живут дольше. По крайней мере, до тех пор, пока им не отрубают голову.

Кайен не улыбнулся. Он просто толкнул створку ворот.

Встреча с Айлой

Айла ждала его на ступенях замка.

Она стояла босиком, в простом сером платье, с книгой в руках. Волосы, светлые как лён, были небрежно собраны в косу. В свои двенадцать лет она уже умела ждать, как взрослая.

— Ты снова уезжал, — сказала она. Не спросила. Констатировала.

Кайен остановился в трёх шагах от неё.

— И снова вернулся.

— Ты пахнешь смертью, — она прищурилась. — Я слышу этот запах с тех пор, как ты переступил границу наших земель.

Кайен почувствовал, как внутри что-то оборвалось. В прошлой жизни Айла говорила то же самое. Но тогда он не придал значения. Теперь он знал: у неё был дар. Дар чувствовать смерть — редкий проклятый талант, который Винтервальды использовали, чтобы выслеживать выживших.

— Я привёз тебе кое-что, — он вытащил из-за пояса небольшой свёрток из тёмной ткани.

Айла не подошла.

— Что это?

— Книга. По истории Нейтральных Земель. Я помню, ты любила старые легенды.

Она медленно спустилась на три ступени. Её босые ноги не издавали ни звука.

— Я никогда не говорила тебе, что люблю легенды, — тихо сказала Айла.

Молчание

Кайен замер.

В прошлой жизни, когда ей было десять, она приходила к нему ночью и просила рассказать про Гномьи горы и про Теневых владык. Это было её тайной. Их тайной. И Кайен только что выдал знание, которого в этой версии настоящего у него не могло быть.

Мортей выругался внутри ножен.

— Поздравляю, — прошептал он. — Теперь она знает, что с тобой что-то не так. Что будешь делать? Соврёшь?

Кайен сглотнул. Он смотрел на сестру, и впервые за все циклы ему захотелось всё рассказать.

Но вместо этого он сказал:

— Ты говорила. Когда болела лихорадкой. Ты бредила о Гномьих горах.

Айла склонила голову набок.

— Я болела лихорадкой в три года. И с тех пор не помню ничего.

Тишина стала осязаемой. Кайен почувствовал, как между ними выросла стена.

— Я устал, — сказал он. — Давай поговорим завтра.

— Нет, — она шагнула вперёд. — Ты уедешь снова, и я снова буду ждать. Я устала ждать, Кайен. Я устала слышать, как отец шепчет, что ты скрываешь от него беду.

Она подняла на него глаза.

— Ты что-то знаешь. Что-то страшное. И ты не говоришь мне, потому что хочешь защитить.

Кайен хотел ответить, но не смог.

Он просто стоял и смотрел на неё, а перед глазами снова проносился огненный зал и её белое платье в алых пятнах.

— Расскажи мне, — прошептала Айла. — Каким будет конец?

Внутренняя борьба

«Не говори ей», — прошелестел Мортей.

Но Кайен уже открыл рот.

— Я вернулся из будущего, — сказал он. — Ты умрёшь через пять лет, если я не остановлю Дом Винтервальд.

Айла не вздрогнула. Не улыбнулась. Она просто смотрела на него, и в её светло-голубых глазах отражалось серое небо.

— Я знаю, — сказала она.

Кайен почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Что?

— Я знаю, что я умираю в будущем. Я вижу это во сне. Каждую ночь, с тех пор как ты уехал в первый раз.

Она сжала книгу в руках.

— В моём сне ты горишь. И я кричу. И ты смотришь на меня так, будто это ты виноват.

Кайен почувствовал, как к горлу подступает ком.

— Это правда, — прошептал он. — Во всех моих попытках это моя вина.

Айла сделала ещё один шаг и вдруг обняла его.

— Тогда перестань умирать за меня, — сказала она. — Научи меня умирать за тебя.

Разговор в библиотеке

В тот же вечер Кайен впервые за долгое время сидел с Айлой в библиотеке, при свете трёх свечей, и рассказывал ей всё.

Он рассказал о регрессии, о демоне Мортее, о цене, которую платит воспоминаниями о матери. Он рассказал о Винтервальдах, о колодце, о Карра-Море, о Рёме и о Смотрителе, которого убил.

— Ты убил невинного, — сказала Айла.

— Да.

— И теперь ты жалеешь?

Кайен долго молчал. Пламя свечи дрожало от его дыхания.

— Я не жалею, — ответил он. — И это пугает меня больше всего.

Айла потянулась к его руке.

— Значит, мы найдём способ сделать так, чтобы тебе не пришлось делать это снова.

— Как?

— Я не знаю. Но я чувствую смерть. Может, я смогу чувствовать и то, как её обмануть.

Кайен посмотрел на неё. В её глазах больше не было детской наивности. Он сам украл её у неё своими словами.

— Прости, — сказал он.

— За что?

— За то, что я привёз тебе книгу, которой у меня не должно было быть.

Айла улыбнулась — впервые за вечер.

— Это была хорошая книга. Я сделаю вид, что удивилась.

Ночное прозрение

Ночью Кайен стоял у окна своей комнаты и смотрел на север.

Где-то там, за Серыми Топями, в ледяных залах Дома Винтервальд, Леди Мариенн уже знала, что он вернулся. Возможно, она уже послала кого-то за его головой.

Мортей лежал на столе рядом с ножнами.

— Ты рассказал ей. Какой в этом смысл?

— Смысл в том, что она больше не будет ждать спасения. Она будет сражаться.

— А если её убьют раньше?

— Я вернусь снова.

— И потеряешь ещё одно воспоминание о матери. А потом ещё одно. И ещё. В конце концов ты не вспомнишь даже её лица.

Кайен сжал подоконник до хруста.

— Лицо не имеет значения, — сказал он. — Главное, чтобы она жила.

Где-то внизу скрипнула дверь.

Это была Айла. Она вышла во двор, босиком, в ночной рубашке, и посмотрела на север так же, как он.

Она подняла руку — и на мгновение Кайен увидел, как вокруг её пальцев закружились серебристые искры. Дар просыпался.

Мортей тихо рассмеялся.

— Ох, наследник. Ты только что создал чудовище.

— Нет, — ответил Кайен. — Я создал оружие.

Он отвернулся от окна.

Впереди была война.

---

Глава 4. Белые тени

Место: Авельхейм и его окрестности

Время: 27 дней после возвращения Кайена

Предвестие

За три дня до нападения в Авельхейме начали гаснуть свечи.

Сначала это заметила кухарка, старая Бригга. Она вошла в кладовую за мукой и увидела, что все четыре светильника погасли разом, хотя окна были закрыты, а сквозняка не было. Потом то же самое произошло в конюшне: фонарь, висевший над дверью, потух, когда конюх отвернулся на мгновение.

Кайен узнал об этом от Вейла, который прибежал из Нейтральных Земель с дурной вестью.

— Они уже здесь, — выдохнул мальчик, сгибаясь пополам у ворот. — Белые тени. Они вышли из Чрева Карра-Мора два дня назад. Я шёл за ними до Серых Топей, но дальше боялся.

Кайен стоял на крепостной стене и смотрел на север. Небо было серым, как старая жесть. Ветер дул с болот, принося запах гнилой воды и чего-то сладкого, как приторный мёд.

— Сколько их? — спросил он, не оборачиваясь.

— Четверо. Может, пятеро. Они не отбрасывают теней.

Кайен сжал рукоять «Вдоводела». Меч был холодным, но не от ночного воздуха.

— Это не просто убийцы, — прошептал Мортей из ножен. — Белые тени — это Теневики без души. Они не чувствуют боли, не боятся смерти, потому что смерть уже забрала их, но Хранитель Зимы не дал уйти.

— Как их убить?

— Никак. Их можно только развоплотить. Нужна Искра высокой пробы. Или огонь, освящённый на Колодце Искры.

Кайен повернулся к Вейлу:

— Иди в замок. Найди Айлу. Скажи ей, что я просил запереться в храмовой комнате и не выходить, пока я не постучу три раза и не назову имя нашей матери.

Вейл побледнел.

— Ты не боишься, что они придут за мной?

— Боюсь. Поэтому ты останешься с ней.

— Но я могу драться!

— Ты можешь ждать. Это иногда труднее боя.

Вейл сглотнул и убежал.

Кайен остался на стене один. Внизу, во дворе, суетились стражники. Отец Эдрик уже отдавал приказы, хотя половина воинов не понимала, с кем им предстоит сражаться.

— Они не поймут, — сказал Кайен тихо.

— Поэтому ты не будешь им объяснять, — ответил Мортей. — Ты будешь действовать.

Нападение

Белые тени пришли в полночь.

Они не выламывали ворота и не резали собак. Они просто просочились сквозь щели в каменной кладке, как туман. Стражники падали без крика: тени касались их лиц, и люди засыпали вечным сном с открытыми глазами.

Кайен встретил первую тень у входа в восточное крыло.

Это было существо, похожее на человека, но вывернутое наизнанку. У него не было глаз, но оно смотрело. У него не было рта, но оно шептало.

— Ты пришёл из пепла, — зашелестело в воздухе. — Ты пахнешь нашим господином.

Кайен выхватил «Вдоводела». Клинок вспыхнул золотом — Искра внутри него отозвалась на ярость.

— Я пришёл не из пепла, — ответил он. — Я пришёл, чтобы отправить вас туда.

Тень метнулась вперёд.

Кайен рубанул по диагонали, но меч прошёл сквозь неё, как сквозь дым. Тварь рассмеялась сотней голосов и хлестнула его холодом по лицу. Кайен отшатнулся, чувствуя, как левая щека немеет.

— Они не из плоти! — закричал Мортей. — Используй огонь!

— У меня нет огня!

— Зажги свою злость! Ты — Перекрёсток! Ты — Искра!

Кайен зарычал.

Он вспомнил пожар в тронном зале. Вспомнил, как горела его кожа, как трещали кости. Вспомнил запах.

И из его ладони вырвалось пламя.

Не большое, не эпичное — узкий язык золотого огня, похожий на лезвие. Но этого хватило.

Тень взвизгнула и отпрянула. Кайен ударил снова — и на этот раз меч рассёк её, потому что сталь была раскалена добела.

Тварь распалась на серый пепел.

Тем временем в храмовой комнате Айла не сидела сложа руки.

Она стояла посреди комнаты, босиком, с закрытыми глазами. Перед ней на полу лежал круг из соли и пепла. Вейл стоял у двери, сжимая кинжал, который дал ему Кайен.

— Что ты делаешь? — прошептал мальчик.

— Я слушаю землю, — ответила Айла. — Тени не ходят по земле. Но их смерть — ходит. Я чувствую, как они умирают.

— Разве они умирают?

— Только когда Кайен их развоплощает.

Она вдруг распахнула глаза.

— Одна из них идёт сюда. Она не за мной. Она за тобой.

Вейл сглотнул.

— Почему за мной?

— Потому что ты видел их в Чреве. И потому что ты носишь на груди медальон с именем сестры. А белые тени ищут тех, кто помнит имена.

Дверь содрогнулась.

Айла встала. Вокруг её пальцев закружились серебристые искры — её дар просыпался, смешивая Шёпот и Тень.

— Не открывай, — сказала она. — Пока я не скажу.

Вейл поднял кинжал. Руки дрожали.

— А если они сломают дверь?

— Тогда ты вспомнишь, зачем ты жив, — ответила Айла.

Дверь содрогнулась снова.

И тогда Вейл впервые в жизни произнёс имя своей сестры вслух:

— Элис.

И тень за дверью остановилась.

Кайен добрался до внутреннего двора.

Здесь было тихо. Слишком тихо.

Посреди двора стояла последняя белая тень. Она не двигалась. Она ждала.

— Это ловушка, — прошептал Мортей.

— Знаю, — ответил Кайен.

Он шагнул вперёд.

Тень подняла руку, и из её ладони выросли ледяные шипы. Они светились голубым — цветом Глуби.

— Ты не сможешь спасти их, — прозвучал голос. И это был не шёпот. Это был голос Мариенн Винтервальд.

— Ты послала их, — сказал Кайен. — Значит, ты боишься.

— Я не боюсь. Я изучаю. Каждая тень, которую ты убьёшь, вернётся в мой сон и расскажет, как ты двигался, как дышал, чего боялся.

— Тогда слушай внимательно, — Кайен поднял меч. — Я боюсь только одного: что ты умрёшь слишком быстро, и я не успею спросить, зачем ты отравила колодец.

Тень наклонила голову.

— Зачем? Ты сам знаешь. Твой отец отдал моего брата под суд. Твой дом сжёг его душу на костре. Ты был ребёнком и ничего не помнишь, но это не делает тебя невиновным.

Кайен замер.

Этого он не знал.

В прошлой жизни ему говорили, что Винтервальды напали без причины. В этой — оказалось, что причина была.

— Это не оправдывает убийство тридцати детей, — сказал он.

— Нет. Но это делает войну честной.

И тень бросилась на него.

Кайен встретил её огнём. Они столкнулись в центре двора: золото против льда, ярость против пустоты.

В тот момент, когда клинок «Вдоводела» рассёк сердце твари, Кайен почувствовал, как что-то открылось у него в груди.

Не рана. Не страх.

Дверь.

— Ты готов, — прошептал Мортей. — Она пригласила тебя в свой сон.

Кайен рухнул на колени, задыхаясь.

Он больше не был во дворе. Он стоял в белом зале, где не было ни окон, ни дверей. И перед ним сидела Мариенн Винтервальд на троне из льда.

— Здравствуй, наследник, — сказала она.

И улыбнулась.

— Где я? — спросил Кайен.

— В моём сне. Ты сам сюда пришёл, когда убил тень. Твоя Тень соприкоснулась с моей Глубью. Забавно, правда? Две противоположности, которые не могут друг без друга.

— Отпусти меня.

— Я не держу. Ты сам не хочешь уходить.

Кайен огляделся. В зале действительно не было выхода. Но он чувствовал, что если захочет — проснётся.

— Зачем ты позвала меня?

— Я хотела увидеть, кто ты такой. Тот, кто возвращается из мёртвых, но не понимает, что мёртвые уже давно смотрят ему в спину.

Она встала и подошла к нему. От неё пахло снегом и горечью.

— Ты помнишь своего брата? — спросила она.

— У меня нет брата.

— Был. Его звали Рэдон. Ему было семь. Твой отец обвинил его в краже священного огня из Колодца Искры. И сжёг на площади.

Кайен почувствовал, как кровь отливает от лица.

— Ложь.

— Это правда. Но твой отец стёр тебе память. Поэтому ты не помнишь. Поэтому ты такой... пустой.

Мариенн обошла вокруг него, как змея.

— Я не прощу тебе колодец, — сказал Кайен.

— А я не прощу тебе брата. Значит, мы оба умрём, но сначала посмотрим, кто кого обманет.

Она коснулась его щеки ледяными пальцами.

— Просыпайся, наследник. Бой окончен. Но война только начинается.

Кайен очнулся на земле во дворе.

Небо светлело. Вокруг стояли стражники. Айла держала его за руку. Вейл сидел у стены, прижимая к груди сломанный медальон.

— Они ушли, — сказал Мортей. — Все четыре тени развоплощены.

— Пять, — поправил Кайен. — Пятая была во мне.

Айла сжала его ладонь.

— Я видела её сон, — прошептала она. — Она не лгала про Рэдона.

Кайен сел. Голова раскалывалась.

— Значит, отец скрыл от меня больше, чем я думал.

— И поэтому Винтервальды хотят нас уничтожить, — Айла посмотрела на север. — Вопрос не в том, как победить. Вопрос в том, кого ты готов предать, чтобы узнать правду.

Кайен поднялся.

Он посмотрел на утреннее небо, на розовые полосы над горами, на дым, поднимавшийся от погасших фонарей.

— Я не знаю, — сказал он честно. — Но я выясню.

И он сжал рукоять «Вдоводела».

---

Глава 5. Допрос отца

Утро после битвы

Кайен не спал.

Он сидел в кабинете отца, на том самом месте, где ещё вчера старый лорд Эдрик подписывал приказы. Теперь кабинет был пуст, и только запах табака и воска напоминал о хозяине.

Айла стояла у окна. Вейл сидел на полу, обхватив колени руками. Все молчали.

Когда дверь открылась, Кайен не поднял головы.

— Ты знал, — сказал он.

Эдрик Арделион вошёл медленно, опираясь на трость. Его единственный глаз был красным от усталости.

— Знал о чём?

— О Рэдоне. О костре. О том, что Винтервальды начали эту войну не из-за власти.

Эдрик замер. Затем тяжело опустился в кресло напротив сына.

— Сколько ты помнишь? — спросил он.

— Ничего. Но Мариенн рассказала мне достаточно. И Айла подтвердила.

Эдрик перевёл взгляд на дочь. Айла не обернулась.

— Ты убил ребёнка, отец, — сказала она тихо. — Семилетнего мальчика.

— Он был не просто ребёнком, — ответил Эдрик. — Он был сосудом Хранителя Зимы.

Кайен поднял глаза.

— Что?

— Хранитель Зимы не может войти в наш мир без тела. Он вселяется в тех, в ком течёт кровь Дома Винтервальд. Когда Рэдону исполнилось семь, его тело начало меняться. Он перестал быть человеком.

Эдрик сжал трость так, что побелели костяшки.

— Я сжёг его, потому что иначе он сжёг бы всех нас. Хранитель Зимы уже говорил через него. Он обещал превратить Солнечные Пределы в ледяную пустыню.

— Ты мог сказать мне, — сказал Кайен.

— Я стёр тебе память, потому что ты любил Рэдона. Вы были друзьями, хотя и из враждующих домов. Ты не пережил бы правды.

Кайен встал.

— А я пережил правду о том, что мой отец — убийца?

Эдрик молчал.

— Ты не пережил, — сказал он наконец. — Ты изменился. Стал холодным. Стал тем, кто убивает Смотрителей и приносит головы демонам.

Кайен вздрогнул.

— Откуда ты знаешь?

— Я слеп на один глаз, но не глуп. Я знаю, что ты сделал в Нейтральных Землях. И я знаю, что ты заплатил за это воспоминанием о матери.

В комнате стало тихо.

— Ты тоже платил, — сказал Кайен. — За то, чтобы я не помнил Рэдона.

— Да.

— Чем?

Эдрик посмотрел ему в глаза.

— Своим глазом.

Последствия

Кайен вышел из кабинета и долго стоял в коридоре, прижавшись лбом к холодному камню.

Мортей молчал.

Айла подошла сзади и взяла его за руку.

— Что теперь? — спросила она.

— Теперь я понимаю, почему Хранитель Зимы хочет нас уничтожить. Мы сожгли его сосуд. И теперь он ищет новый.

— Кто может стать новым?

Кайен посмотрел на сестру.

— Тот, в ком течёт кровь Винтервальдов. Или тот, кто рождён под Тенью.

Он не сказал «ты». Но оба поняли.

---

Глава 6. Исоэль

Погоня

Исоэль пришёл в Авельхейм через два дня.

Он не прятался. Он шёл по главной дороге, в плаще с капюшоном, с мечом на поясе. Стражники остановили его у ворот, но он просто показал знак Смотрителей — серебряный круг с трещиной посередине.

— Мне нужен наследник, — сказал он.

Кайен вышел к нему сам.

Они встретились на мосту через реку. Вода внизу была тёмной и быстрой.

— Ты убил моего напарника, — сказал Исоэль.

— Да.

— Он был хорошим человеком.

— Это ничего не меняет.

Исоэль сжал медальон на шее.

— Меняет. Потому что я пришёл не мстить.

Кайен прищурился.

— Зачем же?

— Я пришёл предупредить. Хранитель Зимы собрал всех белых теней. Их больше, чем ты думаешь. Не пять. Не десять. Сотни. Они выйдут из Чрева в день первого снега.

Кайен почувствовал, как Мортей напрягся в ножнах.

— Почему ты помогаешь мне? — спросил он.

Исоэль снял капюшон. Его лицо было покрыто шрамами, но глаза оставались спокойными.

— Потому что твоя сестра чувствует смерть. И она единственная, кто может найти сердце Хранителя. Я хочу, чтобы ты жил достаточно долго, чтобы привести её туда.

Кайен долго смотрел на него.

— Ты останешься? — спросил он.

— Нет. Я уйду в Теневые Марки. Там собираются те, кто не хочет служить ни твоему отцу, ни Винтервальдам. Они пойдут за тем, кто покажет им правду.

— И кто это?

Исоэль усмехнулся.

— Ты, наследник. Если, конечно, не умрёшь раньше.

Он развернулся и ушёл.

Кайен остался на мосту один.

— Странный союзник, — заметил Мортей.

— У меня все союзники странные, — ответил Кайен.

---

Глава 7. Сон Мариенн

Новое послание

Той же ночью Кайен снова оказался в белом зале.

Но теперь Мариенн не сидела на троне. Она стояла у окна, которого в прошлый раз не было. За окном шёл снег.

— Ты вернулся, — сказала она, не оборачиваясь.

— Ты позвала меня.

— Нет. Ты сам пришёл. Между нами теперь связь. И она будет только крепнуть.

Кайен подошёл ближе.

— Зачем ты показала мне правду о Рэдоне?

— Потому что ты должен понять: я не злодейка. Я — сестра, которая потеряла брата.

— А я — брат, который потерял сестру. В четырёх жизнях.

Мариенн обернулась. Её глаза были голубыми, как лёд.

— Значит, у нас есть общее, — сказала она. — Мы оба умеем терять.

Кайен покачал головой.

— Ты не просто теряешь. Ты забираешь. Ты отравила тридцать детей.

— Это был приказ Хранителя. Я должна была ослабить твой дом.

— И ты подчинилась?

— Я хотела мести. А он дал мне силу.

Кайен сжал кулаки.

— Ты понимаешь, что он использует тебя?

— Понимаю. Но пока он даёт мне то, что я хочу, я буду его слугой.

— А когда перестанет?

Мариенн улыбнулась ледяной улыбкой.

— Тогда я убью его. И займу его место.

Угроза

Кайен проснулся с колотящимся сердцем.

За окном шёл снег.

Первый снег.

Он выбежал во двор. Айла уже стояла там, босиком, с закрытыми глазами.

— Они идут, — сказала она. — Я слышу их. Сотни шагов по замёрзшей земле.

Кайен выхватил «Вдоводела».

— Сколько у нас времени?

— До рассвета.

Он посмотрел на небо. Снег падал всё сильнее.

— Тогда встретим их у ворот.

Айла открыла глаза.

— Нет. Встретим их у Колодца Искры. Там наша сила.

Кайен кивнул.

— Вейл! — крикнул он.

Мальчик выскочил из конюшни, застёгивая плащ.

— Да?

— Беги к Марте. Скажи ей: пришло время для тех трав, что она собирала.

— Что они делают?

— Они заставляют огонь гореть даже под снегом.

Вейл убежал.

Кайен повернулся к Айле.

— Ты боишься?

— Нет, — ответила она. — Я слышу, как они умирают. Их смерть уже близко.

И она улыбнулась.

Впервые за всё время их общей беды.

---

Глава 8. Битва у Колодца Искры

Перед рассветом

Они спустились к Колодцу Искры в кромешной тьме.

Кайен шёл первым, держа в левой руке факел, в правой — обнажённый «Вдоводел». Айла ступала за ним босиком по ледяному камню, и каждый её шаг оставлял тонкий след, который тут же затягивался инеем. Вейл замыкал шествие, сжимая кинжал и маленький мешочек с травами Марты.

Колодец Искры находился в естественной пещере под замком. Здесь не было окон, но стены сами светились тёплым золотым светом, как будто в камне тлели угли древнего костра. В центре пещеры из круглого отверстия в полу поднимался столб мягкого сияния — не огонь, но нечто живое.

— Это и есть сердце нашего дома, — прошептала Айла. — Я всегда чувствовала его, но никогда не видела.

— Здесь мы будем сражаться, — сказал Кайен. — Отсюда сила Искры расходится по всей земле. Если белые тени прорвутся сюда, они осквернят источник, и тогда погибнет не только замок — погибнет вся долина.

Вейл разложил травы у входа в пещеру. Они пахли горько и терпко, как дым можжевельника.

— Марта сказала: если поджечь их в нужный момент, огонь станет синим и будет жечь даже лёд, — сказал он.

— А если поджечь не в тот момент? — спросила Айла.

Вейл помолчал.

— Тогда мы все умрём.

Кайен усмехнулся — впервые за долгое время.

— Значит, не ошибись.

Первая волна

Белые тени пришли с первым лучом солнца.

Они не врывались в пещеру — они просачивались сквозь камень, как пар, и собирались у входа в бесформенные фигуры. Их было не пять и не десять. Кайен насчитал больше тридцати, и за ними в темноте шевелились новые.

— Слишком много, — прошептал Вейл.

— Значит, будет интересно, — ответил Мортей из ножен.

Первая тень метнулась к Кайену. Он встретил её взмахом меча. Клинок, раскалённый Искрой, рассёк её пополам, и тварь осыпалась серым пеплом.

— Развоплощай их по одной! — крикнул он. — Не давайте им собраться вместе!

Вейл поджёг первый пучок трав. Вспыхнуло синее пламя, и воздух наполнился запахом грозы. Тени, попавшие в свет этого огня, завизжали и начали таять, как воск на солнце.

Айла стояла в центре пещеры, закрыв глаза. Она не сражалась — она слушала.

— Слева! — крикнула она вдруг. — Три тени обходят через старую трещину!

Кайен развернулся и бросился в указанном направлении. Он не видел врагов, но доверял сестре. И точно: из узкой расщелины в стене вытягивались три бледные фигуры. Он рассёк их одним взмахом.

— Откуда ты знаешь? — крикнул Вейл, отбиваясь от тени, которая подобралась слишком близко.

— Я слышу их смерть, — ответила Айла. — Они умирают, когда ты их режешь. И я слышу, где это происходит.

— Жутко, — пробормотал Вейл.

— Зато удобно, — отозвался Мортей.

Вторая волна: ледяные гончие

Когда первые тридцать теней пали, наступила короткая передышка.

Кайен тяжело дышал. Рука, державшая меч, дрожала от перенапряжения. Он уже потратил больше Искры, чем позволяла его подготовка.

— Они не закончились, — сказала Айла. — Они ждут.

— Чего?

— Смены формы.

И тут из темноты вышли новые существа.

Это были не люди и не тени. Это были ледяные гончие — звери размером с телёнка, с телами из чёрного льда и глазами, горящими белым холодом. Их было шесть. И они двигались бесшумно, как снегопад.

— Вот теперь начнётся настоящий бой, — прошептал Мортей. — Эти твари не развоплощаются от простого огня. Им нужен огонь, смешанный с кровью.

— С кровью? — переспросил Вейл.

— Да. Искра сильнее, когда её питает жертва.

Кайен понял.

Он выхватил нож и полоснул по своей левой ладони. Кровь закапала на лезвие «Вдоводела». Клинок зашипел и вспыхнул золотом с красными прожилками.

— Вейл! Подожги второй пучок! — крикнул он.

Мальчик подчинился. Синее пламя взметнулось выше, освещая пещеру.

Гончие бросились в атаку.

Первая прыгнула на Кайена. Он пригнулся, пропуская её над собой, и рубанул снизу вверх. Меч рассёк её брюхо, и тварь взорвалась ледяными осколками.

Вторая гончая набросилась на Вейла. Мальчик упал, выставив кинжал. Лезвие вошло в пасть зверя, но гончая продолжала рваться вперёд. Айла вскрикнула и вскинула руку. Серебристые искры сорвались с её пальцев и ударили в гончую. Та замерла на мгновение, а затем рассыпалась в пыль.

— Что это было? — выдохнул Вейл.

— Не знаю, — ответила Айла, глядя на свою дрожащую руку. — Но это сработало.

Оставшиеся четыре гончие отступили к выходу и замерли.

— Они ждут приказа, — сказал Кайен.

И в этот момент пещера наполнилась холодом.

Появление Мариенн

Она не вошла. Она проявилась из снежного вихря, который ворвался в пещеру и закружился в центре зала. Когда вихрь рассеялся, на каменном полу стояла Мариенн Винтервальд.

В белом платье, с распущенными волосами, босиком — зеркальное отражение Айлы, только старше и холоднее.

— Ты пришла лично, — сказал Кайен, не опуская меча.

— Я хотела увидеть, как ты сражаешься, — ответила Мариенн. — И разочарована.

— Чем?

— Ты всё ещё сражаешься за дом, который построен на лжи. Твой отец сжёг моего брата, а ты защищаешь его память.

— Я защищаю не память. Я защищаю живых.

Мариенн улыбнулась.

— Живые умрут. Это неизбежно. Вопрос лишь в том, умрут ли они от моей руки или от руки того, кто однажды проснётся внутри тебя.

Кайен нахмурился.

— О чём ты?

— О Хранителе Зимы. Он может вселяться не только в тех, в ком течёт кровь Винтервальдов. Он может вселяться в любого, кто рождён под Тенью. А ты, наследник, рождён под Тенью.

Кайен почувствовал, как холод пробежал по спине.

— Ты лжёшь.

— Спроси у своего демона. Он знает правду.

Мортей молчал.

Кайен сглотнул.

— Мортей?

— Она не лжёт, — тихо ответил демон. — Поэтому я и был приставлен к тебе. Не чтобы помогать. Чтобы сдерживать.

Удар

Мариенн вскинула руку, и из её ладони вырвался ледяной шип.

Кайен не успел увернуться. Шип пронзил его левое плечо, пригвоздив к каменной стене.

— Нет! — закричала Айла.

Она бросилась к брату, но Мариенн остановила её взглядом.

— Не вмешивайся, девочка. Ты ещё не готова.

Вейл подкрался сзади с кинжалом, но одна из гончих сбила его с ног и прижала лапой к полу.

— Вот видишь, — сказала Мариенн, подходя к Кайену. — Ты привёл их сюда, чтобы умереть. Ты уже проиграл, но не хочешь признавать.

Кайен сжал зубы. Боль была невыносимой, но где-то глубоко внутри разгорался огонь.

— Ты забыла одну вещь, — прохрипел он.

— Какую?

— Я уже умирал. И возвращался.

Он схватился за ледяной шип обеими руками и вырвал его из плеча.

Кровь хлынула на пол, но Кайен уже не чувствовал боли.

Он чувствовал только ярость.

— Вейл! — крикнул он. — Третий пучок!

Мальчик, извиваясь под лапой гончей, сумел дотянуться до трав и поджечь их. Синее пламя взметнулось до потолка, ослепляя всех.

Кайен бросился на Мариенн.

Она выставила ледяной щит, но раскалённый «Вдоводел» рассёк его, как стекло.

Клинок остановился в миллиметре от её горла.

— Уходи, — сказал Кайен. — Или я убью тебя прямо здесь.

Мариенн смотрела на него с любопытством.

— Ты не убьёшь. Ты слишком боишься, что это снова запустит цикл.

— Это не цикл. Это выбор.

Он надавил лезвием, и на шее Мариенн выступила капля крови.

— Айла! — крикнул он. — Скажи, что будет, если я убью её?

Айла закрыла глаза, прислушиваясь.

— Она умрёт, — тихо сказала она. — Но её смерть откроет дверь Хранителю. Он вселится в неё в последний миг.

— Хорошо, — сказал Кайен и отвёл меч. — Тогда живи.

Мариенн улыбнулась.

— Ты делаешь ошибку.

— Возможно. Но это моя ошибка.

Отступление

Мариенн подняла руку, и ледяной вихрь снова поглотил её. Гончие растворились в воздухе.

Пещера опустела.

Кайен упал на колени.

— Мы выжили, — сказал Вейл, подползая к нему.

— Это не победа, — ответил Кайен. — Это отложенная казнь.

Айла подошла и села рядом.

— Ты ей не поверил, — сказала она. — Про Хранителя внутри тебя.

— Не знаю, — ответил Кайен. — Но теперь я не могу доверять даже себе.

Мортей наконец заговорил:

— Ты должен научиться контролировать Тень. Иначе однажды она поглотит тебя. И тогда не нужно будет никакого Хранителя. Ты сам станешь концом.

Кайен посмотрел на свою окровавленную ладонь.

— Значит, будем учиться.

---