Read the book: «Фатумманд — Земля Проклятых. Книга 1. Учение, Забавы и Смерть.»

Пролог

Ночь уносила вопли и стоны. Лес пропитался запахом крови и смерти.

На земле валялся мальчишка. Истекший кровью и холодный, как горный ветер. Из разорванного живота торчал окровавленный сук. Треснувший рог выскользнул из ослабших рук. На растерзанной в клочья одежде виднелся едва различимый символ школы политики города Ферромуром.

В потухших глазах отражался рассвет, который так любил встречать мальчишка с наставником. Он исполнил свой долг. Отдал всё, чтобы спасти друзей. Но погиб, так и не узнав, хватило ли его сил сохранить им жизни.

Любовь, желания и мечты остались позади. На душе остались — покой и тишина...

— Не время умирать! — голос раздался раскатом грома, и сердце мальчишки сделало столь важный, хриплый удар. За ним — слабый, но живой стук в груди.

Глава 1 "Школа политики"

Самое главное в погоне за светом -

не увязнуть во тьме…

Максимиан Софос

220 год, 14 день северных ветров

Скала Оретеррис, окрестности Ферромурома

С событий Великого Объединения минуло две сотни лет. В городах всё реже пускаются слухи о магии и загадочных лицах, а эликсиры и зелья более не совершают чудес. Величественные стены, кои защищают столицы регионов, покрываются всё новыми трещинами, магические нити слабеют с каждым днем и скоро порвутся под тяжестью времени. Остатки инакокровных мятежников прячутся в горах, но Кровавые холмы помнят лязг стали и тяжесть копыт, что втоптали в мерзлую почву надежды тех, кто просто хотел жить. Не живётся спокойно и на юге. Разношерстные горцы раз за разом сбегают с Великих гор, забирая шахты и грабя людские посевы, оставляя после себя выжженную землю. Это их месть. Право причинять боль и страдания тем, кто начал это безжалостное кровопролитье. Но был ли у людей выбор, когда само существование инакокровных существ обрекало мир на погибель? Правды уже не знает никто.

Первые лучи солнца разорвали ночную синеву, окрасив горизонт в кроваво-золотые тона. На краю скалы, над бушующим морем, стоял седовласый старец. Серые глаза, казалось, источали тусклый свет.

— Солнце восходит... — его голос, тихий, но отчётливый, нарушил утреннюю тишину. — Каждый раз оно всё прекраснее, а жизнь всё короче. Многое уже не свершить. Но есть и то, что лишь предстоит начать... — долгое молчание повисло в прохладном утреннем воздухе.

Одет он был по-городскому, но без вычурности: длинный поношенный сюрко с капюшоном, видавшие виды ботинки. На поясе — ножны с багровыми лилиями. Особое внимание приковывал меч. Позолоченная гарда в форме стрелы, рукоять, обтянутая красной кожей. Лезвие из чистейшей белой стали — легче и прочнее обычных сплавов. Но главное — огромный рубин с большой палец в ширину, вмурованный в рикассо. Он пылал, как само восходящее солнце, давшее мечу имя — «Восход».

Максимиану Софосу было за семьдесят, но годы легли на него иначе, чем на сверстников. Стройный, подтянутый, он не был дряхл. Лишь в глубине глаз читалась усталость от прожитых лет и несбывшихся надежд. Именно из-за этих душевных терзаний он и стал наставником — дабы вырастить тех, кто по-настоящему перевернёт мир. Его ждал четвёртый — последний выпуск.

«Закат должен быть ещё прелестнее восхода...» — мысль прозвучала как клятва.

— Поднимай остальных, — развернулся он к воспитаннику.

Парень сидел на краю обрыва, заворожённо глядя на бескрайнее море, поглощаемое огнём зари. На шее, словно след от ожога, выделялось чёрное пятно.

Юноша казался для своих лет весьма крепким. На нём был выцветший серый ученический костюм: штанины и рубаха с аккуратно вышитым щитом с золотой четырёхглавой короной над распахнутой книгой — герб школы политики города Ферромуром.

Услышав приказ наставника, Алексис бодро вскочил на ноги и рванул через жёлто-зелёное поле в Ферромуром. В его окрестностях проживало порядка сорока тысяч человек, а трёхтысячный гарнизон города уступал лишь Либеруму — столице Свободных Земель.