Read the book: «Дверь в обе стороны»

Часть 1

Прошло три недели.

Агата вошла в ритм: работа, дом, чай у окна. Камень у ключицы был спокоен, прохладный и ровный, как тихая вода. Она уже умела различать его состояния. Прохладный означал покой. Тёплый подтверждал правду. Холодный предупреждал о чужом и угрожающем .

Холод она стала чувствовать всё чаще. Особенно рядом с Вероникой.

Ночами приходили сны. Точнее, не сны. Обрывки чужой памяти. Тепло. Чья-то ладонь на её голове, тяжёлая и добрая. Голос, низкий, как камень о камень: «жди». Она просыпалась до рассвета и лежала не двигаясь. Камень был тёплым. Как ладонь. Она никому не рассказывала. Рассказывать было некому. И что-то внутри подсказывало: это только для тебя.

*** Проект снова свёл их в одной переговорке.

Максим был ровен и деловит. Ни одного лишнего слова. Ни одного лишнего взгляда. Но Агата стала замечать странности, которые по отдельности ничего не значили, а вместе складывалось в узор.

Он пересаживался так, чтобы оказаться между ней и окном. Однажды, когда в офисе мигнул свет, он возник у её двери, будто случайно, и стоял там, пока лампы не загорелись ровно. А её позднюю встречу с клиентом он перенёс.

— Перенесём, — сказал он, не поднимая глаз от бумаг. — Ты устанешь.

Она замечала. Но не углублялась в смысл происходящего. Камень у ключицы в эти моменты был тёплым, и она уже научилась доверять ему больше, чем своим мыслям.

*** Вероника появилась в новом платье и с новой сумкой.

Она «случайно» сталкивалась с Максимом у кофемашины. Приносила ему отчёты после обеда, хотя могла отправить почтой. Смеялась в коридоре ровно тогда, когда он проходил мимо. Она была уверена: стихи на том вечере были признанием.

К Агате она относилась холодно и снисходительно. Женщиной её Вероника не считала.

— Знаете, почему он с вами холоден? — сказала она однажды, оглядев Агату с жалостью, как оглядывают старое пальто. — Он вас женщиной не видит. Раньше это попало бы в рану. Раньше Агата весь вечер прокручивала бы эти слова, ища в них правду. Теперь она просто посмотрела на Веронику и не почувствовала ничего. Кроме одного: камень у ключицы стал чуть холоднее. Как всегда рядом с ней.

А потом Агата начала замечать странные вещи.

Улыбка Вероники опаздывала на секунду: сначала она договаривала фразу, и только потом улыбалась, как будто вспоминала, что надо. Под тональным кремом проступала серость.

И её охота на Максима была слишком механической. Сегодня кофемашина. Завтра отчёт. Послезавтра смех в коридоре. Как будто кто-то дёргал за ниточки, а она и не чувствовала.