Георгий Дмитриевич Мосякин до Октябрьской революции 1917 года служил камердинером у графов Шереметьевых. Серьёзный молодой человек встретил такую же девушку Наташу, Наталью Дмитриевну Ульянову. Поженились. В семье Мосякиных 18 апреля 1918 года в деревне Ново-Никольское Плавского района родилась дочь Шура. В их семье, кроме Александры, были ещё Антонина и Василий.
В 1936 году Александра окончила курсы (потом на их базе откроют Тульский педагогический институт) и до июня 1941 года работала учителем. Она преподавала в школе до самой войны физику и математику. С 1941 по 1945 год – рядовой 5-го автобата. На пенсию вышла в 1996 году, в 78 лет! Александра Георгиевна полна задора, энергии, жизнелюбия! С удовольствием общается с семьёй старшей сестры. Ведёт уроки мужества среди школьников города Тулы. Ни дня покоя! И спешит, спешит…
А. Г. Машкова в Центральной библиотеке № 271 им. Ф. Гладкова г. Москвы 11 мая 2010 г.
В Подростковом клубе города Тулы.
Публикации об Александре Машковой.
Сожалею, что этот том альманаха никогда не возьмёт в руки Александра Георгиевна!
Пришло печальное известие: её не стало в ноябре 2012 года. Она прошла достойный путь длиной в 94 с половиной года. Но ведь ничего не стоило Всевышнему его продлить до 100 лет! Право же: она заслужила.
Музей стал государственным: он перешёл в Гимназию № 10 города Тулы. И после ухода с планеты Земля Славный Ветеран Машкова стоит на страже мира – воспитание подрастающего поколения всегда было в послевоенной жизни приоритетным для неё.
Мария Веселовская-Томаш. 25 января 2012
(Дойна)
Ах, зачем цыганка мне гадала,
Ах, зачем всю правду рассказала,
Что моё недолгим будет счастье,
Горьких слёз придётся выпить чашу?..
Карты на стол бросила-раскрыла,
Боль моей души не утаила:
«Любишь, Марья, милого Ивана,
Для него лишь ты одна желанна.
Только выпадают две дороги:
Улетит твой сокол от порога.
Колесить тебе по белу свету…
Не скупись, подкинь ещё монету!
Вновь раскину карты, погадаю.
Карты не обманут – точно знаю!
Жизнь твоя пройдёт в большой печали:
Твой Иван…». – Тут карты замолчали.
Ах, зачем цыганка мне гадала,
По руке судьбу мою читала?..
Аист над гнездом моим не вьётся,
Молодому сердцу не поётся.
Ах, не знать бы правды, не терзаться,
Милого б с войны живым дождаться…
Плачет осень грустными дождями,
Плачет Марья вдовьими слезами.
Плачет Марья по Ивану
Плачет вдовьими слезами…
Мария Веселовская-Томаш. Ноябрь 1996
Весна, запах сирени проникает через раскрытые окна, заполняя своим благоуханием всё пространство.
Светлый школьный коридор. На низкой скамейке сидит пожилой обаятельный, сильный мужчина в чёрном пиджаке, который украшают многочисленные медали. Он держит маленькую ручку девочки – она на инвалидной коляске. Они специально остались после встречи клуба «Юный полярник», который вела учитель географии Кира Никитична Ковалёва в Пущинской[2] школе, чтобы ближе познакомиться.
Девочка молчала, стесняясь своей поражённой параличом речи. Но она очень старалась запомнить ощущение мощной руки, открытую улыбку и добрый взгляд, так как понимала, что эта встреча для неё знаковая: перед ней сидел Виктор Михайлович Перов – Человек-легенда, яркая личность с непростой судьбой, заслуженный военно-полярный летчик, кавалер высшей награды Бельгии – Ордена Короля Леопольда Второго, а также – Ордена Короны.
Имя Виктора Перова сейчас носит одна из снежных гор Антарктиды и необычная, экзотическая местность нунатак[3].
Никто не ожидал, что почти сразу после знакомства между ними завяжется недолгая, но интересная переписка и крепкая дружба.
«Здравствуй, милая девочка Машенька!» – именно так обычно начиналось его письмо. После очередной госпитализации он писал: «У меня были очень хорошие и сильные ноги. Вот только проклятая война! На фронте дважды калечили и на удивление врачам, я необыкновенно быстро поправлялся. Особенно после второго ранения, я поднялся почти из безнадежного состояния на удивление всей медицине, после чего пролетал ещё более 30 лет летчиком-инструктором на всех типах самолетов».
Великая Отечественная Война покалечила миллионы людей, не только солдат, воевавших на фронте, но и их родных и близких. Её страшные раны причиняют боль им всю жизнь. О той войне много пишут книг и снимают фильмы, но солдаты, которые, действительно, прошли по полыхающим военным дорогам, часто рассказывают о ней с неохотой, как бы оберегая всех нас от ещё более страшной правды.
Виктор Михайлович Перов тоже, возможно предпочёл бы молчание, если бы не осознание им того факта, что его жизнь и подвиги, послужат ярким примером для многих людей. Это осознание и послужило толчком к написанию книги «Полярными трассами», в которой он многие главы посвятил своим военным годам.
Его самолёты были дважды сбиты в воздушных боях.
– Я прекрасно понимал, что шансов спастись у меня практически не было, – вспоминает Виктор Михайлович. – Высота чуть больше тридцати метров. Если выпрыгну – парашют не успеет раскрыться… Но выхода не было, сгореть заживо в кабине самолёта мне не хотелось, и я пытался покинуть его. Задыхаясь в чёрном дыму, левой рукой нащупал кольцо парашюта и дёрнул. Конечно, это было чудо, что под встречным потоком воздуха парашют раскрылся и буквально выдернул меня из огненной кабины. Я не успел опомниться, как оказался на земле – на краю деревни Карамышево с двумя пулями в левой ноге и обширными ожогами. Недалеко от меня упал и мой самолёт, пылал мощным костром».
После этого случая Виктор Михайлович часто сетовал на то, что в то время практически у всех самолётов СССР не было радиосвязи. Он считал, что именно плохое оснащение явилось причиной многочисленных трагедий неудачных действий авиаполка:
– Ой, как дорого стоило нам несовершенство техники, на которой нам пришлось начать войну! – Говорил лётчик.
Мне вспоминаются его рассказы о том, насколько он был удивлён тем, что после выздоровления его послали не на фронт, а на перегонку самолётов с Аляски в Красноярск, на перегоночную авиадивизию. Воздушный мост в годы войны стал настоящим адским испытанием для людей и крылатых машин. В мире ничего подобного ещё не существовало.
Виктор Перов в центре своих коллег.
На неприспособленных к длительным перелётам и к сильнейшим морозам истребителях приходилось преодолевать огромные расстояния, понимая, что в случае чего на аварийную посадку идти некуда. Благодаря такой трассе фронт стал получать такие необходимые ему истребители. Более трёхсот истребителей перегнал только один капитан Перов.
Именно такая воздушная трасса определила дальнейший путь Виктора Михайловича и привела его в победном 1945 году в полярную авиацию «Главсевморпути»: он стал командиром Московской авиагруппы особого назначения.
Много событий в «полярной жизни» Виктора Перова связано со спасением в невероятно сложных условиях людей, терпящих бедствие в ледяных просторах Арктики. Особенно запомнился его рассказ о пропавшей бельгийской экспедиции. Никто не рискнул в сложнейших метеоусловиях вести поиски, только Виктор Перов самостоятельно принял решение лететь на помощь, выполняя неписаный закон полярников: «Рискуй, но выручай товарища из беды».
– А что такое жизнь? – Неоднократно крутились мысли в голове у Перова, – есть ли чего-то дороже, кроме этого мига сознания и бытия? Ради этого бесценного дара абсолютной и чистой реальности, действительно, стоит рисковать.
Весь мир с замиранием сердца следил за бескорыстными действиями полярного лётчика Перова в течение пяти дней и ночей. Он выполнял рискованные беспрерывные полёты в невероятно сложных условиях и всё-таки нашёл бельгийцев, которые к тому времени жили только последней надеждой.
Подвиг экипажа Перова растопил лёд «холодной войны» между Бельгией и СССР. В 1959 году было организовано Общество советско-бельгийской дружбы, в котором Виктор Михайлович на протяжении многих лет был сопредседателем.
Многое можно вспомнить об этом удивительно сильном человеке, но ещё интереснее прочесть в его собственной книге и в разных произведениях других авторов о нём.
Помимо знаменитых бельгийских наград (я о них писала в начале своего рассказа), Виктор Перов имел два ордена Ленина, два ордена Красного Знамени, два ордена Отечественной войны I степени, два ордена «Знак Почёта», медаль «За отвагу», много других медалей и почётных знаков, в том числе, Почётный знак Российского комитета ветеранов войны и знак «Почётный полярник».
Делая «прыжок» в прошлое, я вспоминаю одно из его последних писем:
«Я за свои 80 лет объездил и облетал практически весь мир, сделал массу добрых дел для людей, но, несмотря на это, часто расстраиваюсь и плачу по причине своей немощи. И совсем огорчительно, что ты, моя милая крошка, только появившись на свет, оказалась в таком же незавидном положении. Восхищаюсь твоим мужеством и жизнелюбием. Живи, моя милая, и старайся творить в меру своих сил добрые дела для человека. Обнимаю тебя, буду стараться брать с тебя пример и с нетерпением ждать твоих милых и добрых весточек. Твой приёмный дедушка Витя».
…и слышится звон орденов.
Мне часто снится сон, будто я самостоятельно стою на высокой горе, ощущая всей грудью абсолютную свободу. И теперь я чётко осознаю, что это Ваша гора. Всю жизнь стараюсь выполнить просьбу, следуя Вашему яркому примеру, я живу для людей. Я благодарна Богу и судьбе, что в моей жизни была такая встреча и дружба с Вами, за то, что я имела честь поддерживать Вас своими детскими письмами и называть Вас «Дедушка».
Мария Селихова. 2012
Надпись на обороте: Юхмачи. Платонов.
Николай Александрович Платонов родился ещё в начале прошлого века в деревне Юхмачи Татарской АССР.
Женился в своё время на Тасе (это моя бабушка, на которую, говорят, я очень похожа). Бабушку не помню: она умерла совсем молодой, в двадцать пять лет. На фотографии с дедушкой и бабушкой стоит мой отец – Владимир. Сидит – Саша, его брат, который умер в шесть лет.
В нашей семье сохранились только две фотографии. Их копии мне дал дядя Борис. Борис и Владислав: сыновья деда от второго брака. Они – продолжение ветви Николая Платонова.
С фронта дед не вернулся, пал без вести на поле боя… Многие годы мы, потомки Николая Александровича Платонова, ищем следы его захоронения. Обращались в разные инстанции. Очень мало сведений удалось разыскать.
В томе 4 сборника «Последние письма с фронта – всего несколько крупиц о дорогом нашему сердцу человеке. Предлагаю копии последних писем деда. Да ещё карту, где предположительно захоронен мой дедушка.
Людмила Туманова-Платонова. 2011
Николай Платонов с семьёй.
Последние письма с фронта солдата Платонова.
Место захоронения Николая Платонова.
Семья Царицыных родом из станицы Ильской Краснодарского края. Отец, ЦАРИЦЫН Платон Васильевич, был врачом; мать – ЦАРИЦЫНА Анастасия Ксенофонтовна – учительницей.
В 1937 г. семья переехала в Ставропольский край. Перед Великой Отечественной войной Царицыны жили в г. Ессентуки, где Платон Васильевич был главным врачом больницы.
Отец – коммунист, мобилизован 20 июня 1941 года; ушел в отставку в мае 1946 г. Он прошёл всю войну на передовой в чине майора начальником медицинской службы Гвардейского миномётного полка на фронтах Сталинграда, Подмосковья, Киева, I и II украинских направлений. Имел много наград и персональную благодарность от руководства армии, так что дочери было с кого брать пример.
Людмила была в оккупации с августа 1942 г. по декабрь 1943 г. в г. Ессентуки. В первый же день оккупации немцы изгнали её и мать из квартиры (ул. Оборонная) на площадь, но не успели уничтожить: спасли люди. За период оккупации фашистами было издано до 160 приказов и каждый раз с определенными требованиями и угрозами населению.
Постоянно, днём и ночью, шли облавы. Как в домах, так и в общественных местах (на улице, рынке, огородах), немцы искали коммунистов и партизан. Обычно во время облав фашисты уничтожали каждого пятого или десятого человека или каждый четвертый – пятый или десятый дом. Людмила дважды попадала в облаву эсесовцев (офицеров). Они гнались за ней и обстреливали её, но, так как она знала район, ей удавалось убежать и скрыться. После этого она чувствовала слежку, но вскоре пришли наши войска и опасность миновала.
Облавы Людмиле снились ещё в течение двух лет после войны.
Немцами был установлен комендантский час с разрешением выхода на улицу с 8 до 16 часов, а в остальное время появлявшихся там людей уничтожали. Были уничтожены и все евреи. Сначала они обязаны были носить 6-конечные звезды белого цвета на левой стороне груди. Затем их собрали в здании школы им. 25-летия Октября с минимальным количеством вещей и вывезли на «студебеккерах» в Минводы, где их уничтожили в противотанковых рвах и засыпали землёй. Чудом осталась живой одна женщина: при расстреле в неё пуля не попала и она выкарабкалась из-под земли после отъезда немцев. Её приютили в Ессентуках на ул. Кисловодской и она рассказала все об уничтожении людей. По доносам немцы выявили группу коммунистов и всех расстреляли. Некоторых девочек забрали и угнали в Германию.
Большую роль в уничтожении интервентов сыграло партизанское движение под руководством командира Пуда, а после объединения Кисловодской и Ессентукской групп партизан – КОЛТУНОВА-ДАВЫДОВА Ивана Ивановича. Партизаны располагались в лесах горной местности в районе станицы Боргустанской, в то время входившей в Ессентукский район.
Людмила была связана с партизанами. Для получения оперативной информации партизаны её устроили в немецкую гимназию, т. к. она немного владела немецким языком; задания выполняла успешно. Во время занятий эсэсовцы появлялись 2–3 раза в день.
Утром 11-го января 1943 года партизаны вступили в г. Ессентуки со стороны «Белого угля». Шла конница с красными знамёнами – это было великое счастье. Наши войска наступали со стороны станицы Суворовской. Немцы бежали и обстреливали город с противоположной стороны. Немецкие самолёты нещадно бомбили город. В городе остались только румынские части, которые вскоре были уничтожены и город был освобожден. Жители Ессентуков всегда с большой благодарностью вспоминали партизан за их великий подвиг во время войны.
В феврале 1943 года мать Людмилы, Царицына Анастасия Ксенофонтовна, была приглашена в г. Пятигорск, в то время краевой центр, главным прокурором Северо-Кавказского военного округа, который информировал её о том, что она и её дочь были в списках на уничтожение путём показательной казни. Немцами были подготовлены все документы для уничтожения, но они не успели выполнить свою задачу, т. к. в город вошли наши военные части и партизаны.
В г. Ессентуки Людмила училась в школе № 3 им. Дзержинского по 7-й класс, где в 1943 г. была принята в комсомол и избрана секретарем комсомольской организации.
После оккупации с 1943 г. и до окончания войны школьники сочетали учебу с работой в совхозе им. Тельмана по посеву и посадке овощей, прополке и уборке зерновых и картофеля, дежурили в госпитале, ухаживали за ранеными, писали солдатам письма домой, устраивали концерты. После разделения школы по полу учащихся, Людмила была переведена в школу им. 25-летия Октября, которую окончила в 1946 г. с серебряной медалью и в том же году была принята без экзаменов на лечебный факультет 2-го Московского медицинского института им. Н. И. Пирогова, окончив его в 1952 году.
Тут можно было бы поставить точку: слишком молода героиня моего рассказа об участнице борьбы с врагом в годы войны. Но я хочу рассказать о том, каких высот достигла она, представительница поколения тех, кого мы называем «Дети войны».
В первый год по окончании института Людмила Платоновна работала гинекологом в Ессентукской водогрязелечебнице, одновременно учась в аспирантуре по специальности бальнеология. С 1953 по 2004 г.г. уже работала в Новороссийске по специальности организатор здравоохранения: заместитель заведующего горздравотделом, заместитель главврача; с апреля 1977 г. – главный врач еще строящейся Центральной городской поликлиники, о котором писал в газете «Новороссийские известия» главный редактор этой газеты, характеризуя её, как ответственного и авторитетного руководителя:
«Л. П. Рыбакова – врач высшей категории на протяжении 20-ти лет и кандидат медицинских наук по организации здравоохранения с правом работы на профессорской должности».
За период работы (врачебный стаж – 53 года, из них 40 лет – по организации здравоохранения) под руководством Л. П. Рыбаковой было построено и введено в эксплуатацию несколько лечебных учреждений в г. Новороссийске: водогрязелечебница, стоматологическая поликлиника, детская молочная кухня, Центральная городская поликлиника (ЦГП).
ЦГП имела свою славную историю, а Людмила Платоновна была первым руководителем в её истории, проводила контроль за выполнением плана строительства поликлиники и качеством стройки, осуществляла подбор кадров и материальное обеспечение этого лечебного учреждения (мебель, медтехника и др.); решались вопросы организации медицинской помощи.
С самого начала стройки И. Ищенко, первый секретарь горкома КПСС, взял обязательство построить поликлинику за 8 месяцев. Новороссийску её очень не хватало, т. к. город в брежневское время, особенно после присвоения звания «Город-герой», развивался опережающими темпами, финансировался из отдельного бюджета страны, соответственно, население быстро росло.
Обязательство партийного руководителя выполнили быстро и в срок, правда, пришлось, как говорится, попотеть. На месте поликлиники был не только пустырь, но и болото. Понадобилось несметное количество машин – 100! – и не один день, чтобы засыпать эту зыбь. Поликлиника, без всякой натяжки, была народной стройкой. Ежедневно городские предприятия и организации направляли сюда по 100–150 человек, а по субботам шли на работу в поликлинику колонны новороссийцев со знамёнами под звуки фанфар. Первый секретарь горкома КПСС встречал их перед зданием, а в два часа принимал рапорты о проделанной работе.
В начале ноября 1977 года состоялось официальное открытие поликлиники. У её входа был установлен барельеф с датой открытия и фамилиями участников строительства. Здание городской поликлиники по своему объёму отвечало областному масштабу и состояло из трёх связанных между собой корпусов: детского, взрослого и специализированных служб.
Несколько месяцев работа осуществлялась только на трёх этажах из семи. Сотрудники ЦГП принимали активное участие в оснащении кабинетов. Любопытный факт: 50 % мебели и лифтовые жалюзи сделаны на Новороссийском заводе по чертежам главного врача Л. П. Рыбаковой. К 8 марта 1978 г. все этажи были обеспечены мебелью и медицинским оборудованием, а также работой лифтов.
Тогда и теперь – это самая большая поликлиника Кубани и одна из крупнейших в стране. Она рассчитана на 1600 посещений в смену; в день принимала 2000–3000 человек.
Поликлиника была межрайонным консультативным центром; приём велся по 25 специальностям.
Министерством здравоохранения поликлиника была утверждена объектом показа интуристам. 8 марта 1978 г. поликлиника принимала первых интуристов. Это были поляки – работники Министерства здравоохранения во главе с министром и медицинские руководители областей Польши. Специалисты внимательно ознакомились с работой всех кабинетов и восторженно повторяли: «Это чудо медицины!», т. к. кабинеты были оснащены новейшим медицинским оборудованием того времени. Здесь побывали и оставили восторженные отзывы представители более 25 стран, в том числе, делегации из Греции, Италии, Японии, Китая, Англии и США.