Read the book: «Исходный код. Мои начала. Билл Гейтс. Саммари»

Предисловие первое. Бабушка

С чего же начать? Может быть, с сокровенной цели – выиграть у Гами в бридж? Это дело непростое, ведь среди Гейтсов бабушке Гами в этом нет равных. Билл стал ее партнером по игре в пять лет. К тому моменту он уже имел картежное прозвище – Trey, Тройка. Видите ли, будущий богатейший человек на Земле – третий Билл Гейтс. Первый Билл Гейтс, его прадед, не был миллиардером, хотя стремился к этому: разделяя мечту множества американцев 1890-х, он мыл золото на Аляске.

Так вот, они играют. Гами раздала карты. Она, кажется, обладает даром видеть их насквозь, потому что иногда тихо говорит Биллу: «У тебя два козыря», «Мог бы ходить дамой пик». Уму непостижимо. Однако с каждой новой игрой Билл ощущает, как советы и замечания бабушки складываются в некую систему. Это не магия, этому можно учиться. И он учится. Гами это видит. Но черта с два она ему поддастся.

Они с бабушкой проводили время не только за картами. Адель Томпсон, как было записано в ее метрике, рассказывала ему про похождения дядюшки Рэта и мистера Тоуда. О Томе Сойере он тоже узнал от Гами – задолго до того, как взял в руки Марка Твена. Она учила его читать и сопровождала в библиотеку, откуда они возвращались с горой книжек.

Но карточные игры оставались на особом счету. Первая серия выигрышей началась, когда Биллу исполнилось десять. Ничто не сравнится с удовольствием понять логику игры! Впрочем, и всего остального, ведь свои правила есть не только у бриджа. И они познаваемы.

Предисловие второе. Поход

Если ты американский подросток, а на дворе конец 1960-х, ты не можешь не ходить в скаутские походы. Даже если ты прохладно относишься к спорту как таковому, горы Сиэтла манят. Они обычно ходили впятером: Билл, Рокки, Рейли, Дэнни и Майк, которого признавали за главного. Уходили на несколько дней – с согласия родителей, которые полвека назад, видимо, были в миллион раз беспечнее.

Десятки миль пешком по горам, по долам, а зимы в Сиэтле хоть и мягкие, однако дождливые. Но когда тебе 13, вопрос «Куда я иду?» имеет не только конкретный географический смысл, так что с сырыми ботинками можно смириться. К тому времени Билл, ученик привилегированной школы Сиэтла «Лейксайд», уже был фанатом компьютеров. Тоже в известном смысле походы по незнакомой местности.

Летом 1971-го было решено прогуляться по Олимпийским горам: 50 миль, всего-то. Билл в ту пору был безоговорочно влюблен. Предметом его страсти был PDP-8 – первый успешный мини-компьютер, прадедушка всех ПК. В самом деле персональный, для работы тет-а-тет, вы могли остаться с ним наедине, с ума сойти! И вот в то лето Билл писал для PDP-8 версию языка программирования BASIC. Это занимало все его воображение.

Олимпийские горы оказались не столь гостеприимными, как рассчитывала пятерка скаутов. Погода была ужасной. Хуже всего, что они давно миновали точку невозврата: теперь впереди осталось меньше миль, чем позади, зато каждая казалась в два раза длиннее. Они шли, и шли, и шли, а BASIC в голове Билла тем временем жил своей жизнью. Монотонная ходьба задавала лучший ритм для размышлений. Как сделать код еще лаконичнее, но при этом функциональнее? Еще одно решение, и еще, и еще. Когда вечером они разбили палатки в сыром лесу, Билл ощущал себя Микеланджело, который отсек все лишнее от камня и явил миру Давида.

Тогда ему не удалось осчастливить PDP-8 неземной красоты кодом – компьютер забрали у школы те высшие силы, которые им же ее облагодетельствовали. Но забыть код было невозможно. Час настал через три с половиной года. Исходный код, вышаганный в сыром лесу, стал краеугольным камнем Microsoft.

Взрослые и дети

Сиэтл, 1960-е

Уильям Генри Гейтс III родился 28 октября 1955 года в Сиэтле (штат Вашингтон) в семье преуспевающего юриста Уильяма Генри Гейтса II и члена совета директоров First Interstate Bank Мэри Максвелл Гейтс. Его сестра Кристи появилась на свет почти на два года раньше, младшая, Либби, родится через десять лет.

Взгляните на обложку этой книги: на фото жизнерадостный мальчуган, рот до ушей – таким он и был, хныкающим да горюющим Билл себя не помнит. Чего не может передать фото, так это непоседливости. Родители Билла довольно рано поняли, что их сын гораздо, гораздо активнее других детей. Даже сидя на месте и просто о чем-то размышляя, он раскачивался. Какие шестеренки вращал этот вечный двигатель? «Я направлял ту же энергию, которая привлекала меня к разгадыванию карточного мастерства Гами, на все, что меня интересовало», – признается Билл Гейтс.

Что же это было? Немногое: чтение, математика и «возможность побыть наедине с собой». На уроках он не мог усидеть на месте, но когда дома сам садился за книжки, то добивался куда больших результатов, чем в школе. Учителя, в общем, относились к этому с пониманием. Диагноз СДВГ в 1960-е уже существовал, но еще не был распространен.

Семья Гейтсов была обеспеченной, и это важная деталь повествования. Женщин, которые в 1955 году были членами совета директоров, можно пересчитать по пальцам. Родители познакомились в Вашингтонском университете и поженились в 1951 году. Эти годы – в общем, счастливые и воодушевляющие, как все послевоенные годы, а в 1960-е, уже на памяти Билла-младшего, вообще все завертелось. Кеннеди ругается с Хрущевым, у Мартина Лютера Кинга появляется мечта, в космосе побывал человек. Как это ощущалось дома? «В таких семьях, как наша, преобладающим чувством была уверенность», – вспоминает Гейтс.

Уверенность важно было демонстрировать и самой Америке с ее космической гонкой. Демонстрацией технологических успехов державы стала масштабная выставка «XXI век», затеянная в Сиэтле. Посетил ее и маленький Билл с мамой. Главной темой, конечно, был космос. Но нашлось место и для стенда IBM, на котором был представлен проект «недорогого» ($100 000) компьютера IBM 1620.

Тут по всем законам жанра должна зазвучать барабанная дробь: маленький Билл затаив дыхание замирает перед чудом техники, его будущее предопределено. Пол Аллен, партнер по Microsoft, потом говорил, что с ним на той выставке как раз нечто подобное и случилось. Но Билла больше привлекли «американские горки». Однако романтику 1960-х нельзя совсем списывать со счетов. Технологии в самом деле обещали многое. Мир в самом деле казался воодушевленным. Нельзя сказать, что это впечатление было обманчивым.

Хочу все знать

Дома царили обстоятельность и порядок. У Гейтсов была благополучная, общительная, инициативная семья – как семья Кеннеди по телевизору. Один из ритуалов президентской семьи стал ритуалом и семьи Гейтсов: за ужином дети делились с родителями тем, что полезного, дельного и занимательного узнали за минувший день. Родители тоже рассказывали о некоторых своих делах. Нельзя сказать, чтобы Билл с сестрой воспринимали это как скучную обязанность. В мире взрослых все было серьезно, но интересно. Из их рассказов можно было сделать вывод: если ты решаешь какой-то вопрос, так отнесись к нему ответственно.

В 1960-е по телевизору показывали сериал об адвокате Перри Мейсоне, но истории Гейтса-старшего производили на сына большее впечатление.

Сегодня все знают, что нельзя есть в одиночку¹, а Мэри Гейтс воплощала этот принцип в жизнь, еще когда авторы нынешних бестселлеров по нетворкингу пешком под стол ходили. Таких людей называют социально активными. Кампании в поддержку того или иного сообщества, организация благотворительных обедов – тут Мэри Гейтс чувствовала себя в своей стихии, и в этом не было ничего показного. Отец разделял ее взгляды. Удивительно ли, что как-то на Рождество она вручила Биллу и его сестре по книге Карнеги «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей»? Впрочем, она не стала настольной книгой Билла.

Окончание Биллом второго класса в 1963 году было отмечено семейной поездкой в Лос-Анджелес – в Диснейленд. Путь туда, занявший четыре дня и растянувшийся на тысячу миль, был не менее важен, чем пункт назначения. Дети были снабжены самыми настоящими путевыми журналами, где были отмечены места, которые встретятся им на пути, и особенности этих мест, которые надо подмечать и описывать («Климат», «Достопримечательности», «Местные товары»). По дороге они действительно увидели немало: Национальный лес Маунт-Худ и самую высокую гору штата, которая находится на его территории, мост «Золотые ворота», бескрайние поля и пастбища… По вечерам дети записывали наблюдения, а мама читала их и исправляла ошибки.

За четыре дня они почти написали по учебнику для самих себя, и Билл был в восторге от того, сколь многое можно подметить вокруг. Он был фанатом толстых энциклопедий и старых журналов, здоровенные стопки которых хранились в подвале у бабушки Гами. Любимое занятие – определить для себя новый интеллектуальный маршрут («Овчарки» – потому что завели собаку, «Мосты США» – потому что… ну, просто интересно) и погрузиться в журналы: штудировать статьи, выбирать факты, вырезать подходящие иллюстрации и вклеивать их в собственный блокнот. Просто рисовать овчарок и мосты неинтересно, другое дело – знать, как дрессировать собаку или построить мост. Странно, что другим детям хватает рисования.

Когда в школе каждому ученику дали задание написать доклад об одном американском штате и Гейтсу достался ничем не примечательный Делавэр, он нисколько не огорчился. Он засучил рукава! Доклад занял 177 страниц и наверняка потряс бы обилием подробностей самих жителей Делавэра. Это было больше чем школьное задание – это было постижение искусства строить в уме сложные интеллектуальные модели. С познаваемым миром можно было примириться.

Бунт

То, что мир подчиняется вполне определенным законам, которые можно уяснить и постигнуть, подтверждала и математика, успехи в которой все больше выделяли Билла среди сверстников. Это давало уверенность и приближало к миру взрослых. Однако взрослые знают не все – это Билл понял довольно рано, лет в девять. Но тогда почему они вечно указывают, что делать? Вот так в Билле Гейтсе стал просыпаться бунтующий подросток. Вспоминать о тех выходках не хочется, да и любой читатель, бывший когда-то подростком, поймет, о чем идет речь. Он огрызался, а иногда хамил родителям. Отдалился от мира. Чтение и математика теперь занимали почти все его внимание.

Через десятилетия журналисты будут интересоваться у Гейтса, каково ключевое условие успеха. И он неизменно будет отвечать: «Фокус на главном». Эта гиперсфокусированность сформировалась именно в те ранние годы.

Чудесным образом два главных увлечения сошлись в обязанностях помощника библиотекаря. Стремительно запоминающему и систематизирующему информацию Биллу не составляло никакого труда наводить порядок на книжных полках и работать с каталогами. Кроме того, именно здесь он чувствовал себя по-настоящему полезным. Они с библиотекарем миссис Каффьер друг в друге души не чаяли. Женщина советовала Биллу книги «на вырост», а потом они подолгу разговаривали о прочитанном. Кем он хотел стать, когда вырастет? Конечно, ученым – «одним из тех людей, которые проводят свои дни, пытаясь понять то, чего не понимают другие».

Еще одним книжным советчиком стал мистер Кресси – психолог, к которому Билл (с подачи родителей) стал заглядывать по субботам. Фрейд и Юнг в свое время рассуждали почти о том же, о чем сейчас рассуждал Билл: как мы мыслим, что нас влечет. Но польза от встреч с мистером Кресси была не только книжная. Он ненавязчиво объяснил Биллу смысл его поведения.

Независимость неизбежна, она наступит, даже если Билл перестанет прилагать титанические разрушительные усилия по ее завоеванию. Лучше бы направить силы на то, что поможет ему быть самостоятельным. Да, все дело в фокусировке.