Read the book: «Академия Скайрас»
Глава 1
Аврора
- Что? - мне показалось, что я не расслышала.
- А что вам не понятно, тира Периш? - ректор Тайран Смол смотрел на меня с открытой враждебностью. - Ваше поведение перешло все границы. Вы позорите честь не только своей семьи, но и нашей академии. Поэтому я вынужден вас исключить.
Да что за мрак? Я не понимала ни слова.
- С последнего курса? Но что я сделала?
- Не надо прикидываться, - щеки тира Смола стали алыми от гнева. - О вас такое говорят! Что вы… Берете деньги за свои услуги…
Он не договорил. Но тут до меня стало доходить, в чем именно меня обвиняли.
- Даже если и так, я нахмурилась. Что в этом такого?
- Вы еще спрашиваете? - голос мужчины стал запредельно высоким, и мне даже захотелось закрыть ладонями уши. Но манеры… Манеры не позволяли этого сделать.
- Можете ничего не говорить, - ректор сложил руки на груди. - Мне уже предоставили доказательства, тира. И я не могу позволить ТАКОМУ происходить в стенах моей академии.
- А чем ваша академия отличается от других? Уверена, что в любом другом учебном заведении адепты пытаются заработать. Это ведь не преступление. Уверена, что вы и сами в свое время промышляли чем-то подобным.
И ведь я вроде не сказала ничего такого, а глаза тира Смола полезли на лоб.
- Я? Да как… Да как вы смеете такое заявлять?! Это возмутительно! Вы бесстыдница, тира Периш! Я, конечно, сомневался в начале. Смотрел на ваши заслуги в учебе. Но сейчас, когда вы так откровенно об этом говорите… Не зря я написал маркизу!
Моему дяде? Лишь из-за того, что я иногда помогала другим адептам с их лабораторными работами? Это, безусловно, не слишком честно. Но деньги лишними не бывают. Так я же не только делала за них работу, но еще и объясняла, что и как.
- Что зазорного в моем репетиторстве?
Ректор пылал негодованием. А мои слова как будто делали только хуже.
- Значит так вы это называете? Вот ваши бумага об отчислении. И переводе, мужчина протянул мне заявление.
Я выхватила официальную бумагу и пробежалась по ней глазами.
И тут уже у меня глаза расширились.
Институт Послушания?
Такого просто не могло быть. Это дурной сон. Ведь с боевого факультета не могли отчислить за такую ерунду и при этом сослать в глухомань к монашкам.
- На каких основаниях меня могут туда перевести?
Заметив перемену моего настроения, ректор усмехнулся.
- Ваши вещи доставят туда в скором времени. А сейчас, - тир Смол потянулся к браслету на своей руке, и я сразу заподозрила неладное.
Меня собирались перенести порталом подальше отсюда прямо сейчас.
- Нет! Нет! Стойте! - воскликнула я. - Я должна сначала сообщить дяде! Это ведь незаконно!
- Тира Периш, как бы вы не противились, но... Посмотрите на подпись внизу.
Я перевела взгляд на документ. В центре под распоряжением о переводе виднелась подпись ректора. Все как надо. С официально печатью. Но ниже, мелким изящным росчерком, кто-то добавил: «Согласовано. Глава рода Периш».
Мир покачнулся.
- Дядя... - прошептала я, чувствуя, как пальцы начинают дрожать. Но как он мог согласиться на это?
- Надо было думать о последствиях, когда позорили свою семью. Вы ранили сердце своего родителя сильнее любого клинка. Такое распутство и у всех на виду!
Опекун, хотела поправить я. Он мне дядя.
Но какая теперь разница.
Браслет мужчины в этот момент засветился тусклым малахитовым сиянием.
Да только я была так шокирована словами мужчины, что не сразу обратила на это внимание.
- Подождите, здесь какая-то ошибка! Мы с вами о разных вещах говорим!
Вокруг меня стал формироваться магический кокон. Но я была так возмущена, так зла, что магия внутри меня тут же отозвалась.
Комнату наполнил треск, будто кто-то разорвал ткань реальности. Я поняла, что все пошло не по плану еще до того, как ректор успел воскликнуть:
- Тира, перестаньте магичить!
Меня вывернуло наизнанку. Но не мягко, как при обычном перемещении, а с такой силой, что разрывало каждую клеточку. В ушах зазвенело, перед глазами замелькали проблески пространств: коридоры, лестницы, чьи-то искаженные лица. Я пыталась закричать, но не получалось. И все это время сила выплескивалась из меня, искажая портал, перекручивая координаты в хаотичный узел.
А потом картинка прояснилась. Яркая. Сочная. Летняя. Совсем не те снежные барханы, к которым я привыкла с детства.
Только спустя пару мгновений я поняла, что свист в ушах стал сильнее...
Матерь-Заступница!
Я падала с неба.
Глава 2
Аврора
Земли приближалась. Неумолимо. Она обретала странные очертания, но я не успела ничего рассмотреть, потому что от страха зажмурила глаза. Крик застрял в горле.
Ну все, кажется, пришел мой конец!
Эта мысль была единственной, что промелькнула у меня в голове, прежде чем мир вокруг потемнел. Я это ощутила даже сквозь зажмуренные веки.
В какой-то момент я даже подумала, что уже разбилась, а происходящее вокруг ‒ мое персональное Чистилище.
Да только, как оказалось, это не свет померк надо мной, а что-то огромное загородило его. И мало того, это «что-то» взревело. Громко. Жутко. Устрашающе.
‒ Ма-мм-чка, ‒ распахнув глаза, я захлебнулась потоком воздуха. И это случилось как раз тогда, когда огромные когтистые лапы перехватили меня поперек тела, останавливая мое падение.
Боже! Теперь я, кажется, не разобьюсь, а меня попросту сожрет нечто огромное. Сожрет и не подавится. Ведь этому чудищу мое тельце на один зубок.
Зубок? Кое-как вывернувшись, я бросила взгляд вверх, и все во мне оборвалось во второй раз. Наверное, я и правда умерла, потому что мои глаза меня обманывали. Точно-точно.
Я попросту не могла видеть дракона. Не могла!
Но видела.
Настоящий огромный фиолетовый ящер держал меня в своих лапах и куда-то нес. Я не могла толком рассмотреть чудище ‒ не хватало разворота. Но даже то, что я видела, пугало меня до жути.
Наверное, лучше бы я разбилась в лепешку.
Дракону же до меня как будто не было никакого дела. Он даже в целом почти не шевелился. Лишь изредка взмахивал большими крыльями и хвостом, чтобы сменить направление полета.
‒ Вот это влипла-а-а... ‒ пискнула я, совершенно не понимая, что в такой ситуации следовало бы сделать?
Использовать физическую силу? Да что я могла против огромного монстра?
Магию? Вывод оставался точно таким же. Я ничего не могла сделать! Даже если предположить, что дракон выпустит меня из лап, то я все равно в итоге разобьюсь.
И мне пришлось отдаться судьбе. Да и к тому же глаза странным образом стали тяжелеть. Я сама и не заметила, как провалилась в темноту.
Но не в тот липкий сумрак, который бывает перед смертью. А в глубокий сон без сновидений. Тело отключилось, будто по щелчку пальцев. И плевать, что меня нес в когтях дракон.
Не знаю, сколько прошло времени. Минуты. Часы. Меня вырвало из сна странное вибрирующее ощущение. А еще равномерный глухой стук.
Я приоткрыла глаза.
Вокруг было темно. Тепло. И пахло соломой и еще чем-то звериным. Я лежала на чем-то твердом, но упругом, и это что-то медленно вздымалось подо мной.
Я прислушалась. Все тот же ритм.
Меня озарило: сердце!
Оно билось где-то совсем рядом, и каждый удар отдавался в моем теле. Бум-бум. Бум-бум. Медленно, мощно. Как удары черпака по дну кастрюли.
Глаза привыкли к темноте и вот тогда мне стало жутко страшно. Я лежала на боку дракона, и его тело обвивало меня со всех сторон. А мощная голова покоилась ровненько около моих ног.
Ящер мирно спал. Да, он не съел меня. И зачем-то даже решил согреть. Но я быстро догадалась, в чем причина: меня оставили на потом.
Эта мысль ударила в голову, как молния. Конечно! Зачем есть тощую девчонку сейчас, когда можно отлежаться, выспаться и только потом приступить к трапезе? Я слышала, что драконы ‒ существа хоть и редко встречающиеся, но невероятно умные. Возможно, даже гурманы.
Но я не собиралась становиться завтраком, обедом или даже ужином этого монстра. Мне срочно нужно было сбежать! И пока дракон спал, у меня был хоть и маленький, но шанс на спасение.
Затаив дыхание, я стала медленно высвобождать свои руки. Миллиметр за миллиметром. Потом я осторожно приподнялась, упираясь локтями в драконий бок. Сердце колотилось где-то в горле.
И в этот момент то ли я слишком сильно надавила, то ли судьба решила надо мной посмеяться.
Дракон пошевелился, медленно подняв голову с массивными золотыми рогами. Глаза ящера распахнулись и уставились прямо на меня. Вертикальные зрачки сузились, в их глубине плясали искорки. Дракон не двигался. Я не дышала.
Тишина растянулась в вечность.
А потом он открыл пасть.
Глава 3
Аврора
‒ А-аа-а-аа, ‒ закричала я что есть мочи. Вряд ли это могло спасти мне жизнь. Но и молча смотреть на то, как меня собирались слопать, я не могла. Огромные острые клыки приблизились к моему лицу. Они блестели в полумраке. Влажные и смертоносные. Я ждала, когда челюсти сомкнутся, когда боль пронзит тело...
Но они не смыкались.
Прошла секунда. Другая. Третья.
Тьма! Значит, меня решили не есть, а поджарить!
Логично? Логично!
Сначала подкоптить, а потом уже спокойно трапезничать. Да что ж я за деликатес такой?
Я зажмурилась, готовясь к волне пламени.
Но вместо огня дракон дыхнул на меня.
Паром! Густым, влажным и теплым. Он окутал меня с головы до ног, и на долю секунды у меня закружилась голова. Странное ощущение, будто кто-то невидимый провел мягкой кисточкой по каждой клеточке моего тела. А потом я почувствовала как пар... Впитался прямо в кожу.
‒ Что... ‒ прошептала я, хватая ртом воздух.
Дракон по понятным причинам не ответил мне.
Вместо этого он вдруг убрал от меня свой хвост и ткнулся мордой мне в бок.
‒ Ты чего?! ‒ возмутилась я.
Но ящер, похоже, не собирался ничего объяснять. Он продолжил толкаться, словно намекая, что мне пора на выход. Дракон пихал меня мордой настойчиво, как пастух, выгоняющий строптивую овцу из загона.
‒ Да иду! Иду! ‒ воскликнула я, подскочив и увернувшись от очередного тычка.
Зато теперь я поняла, что нахожусь в самой настоящей пещере. Но удивило меня скорее то, что пол в этом драконьем жилище был аккуратно устелен не человеческими костями, как ожидалось, а сухой травой.
‒ Ты что, не дикий? ‒ осмелилась я покоситься на ящера, пока тот теснил меня куда-то в сторону. Никто не собирался отвечать на мои вопросы.
Лишь завернув за угол, я увидела достаточно широкий проход.
‒ Туда? ‒ спросила я, кивая на лаз.
Дракон коротко кивнул и снова ткнул меня мордой в спину. Мол, не тормози. Боже! Он меня понимал. Понимал!
Я выбралась из пещеры и замерла.
Передо мной раскинулось озеро. Самое настоящее озеро. Не покрытое льдом, как я привыкла в наших краях. А живое. С чистой водой и деревьями. С шумящей от легкого ветра зеленой листвой.
‒ И куда это меня занесло?
Явно не туда, куда планировал сослать меня тир Периш. Если мне не изменяла память Институт Послушания находился на Скалистом утесе близ северной границы Коттенхорна. О зелени там и не слышали.
Но дракону было не до моего изумления. Да и красота этого места ящеру явно давно приелась.
Он снова ткнул меня мордой. На этот раз в спину, и я сделала шаг вперед. Потом еще один. Ящер пихал меня до самого берега, и я чувствовала его горячее дыхание на затылке.
‒ Ты меня утопить хочешь? ‒ спросила я, оборачиваясь.
Дракон мотнул головой. А потом... уставился на воду. Зеленые глаза сверкнули в темноте, и я вдруг поняла.
Вода. Озеро.
‒ Ты... ‒ медленно начала я, до меня доходило с трудом. ‒ Ты хочешь, чтобы я...
Дракон кивнул. Так человечески, так понятно, что я даже растерялась.
‒ Я тебе еду ловить должна?!
Еще один кивок. И взгляд такой умоляющий и невероятно голодный.
‒ Ты ‒ огромный хищный ящер! ‒ возмутилась я. ‒ Ты сам можешь себе рыбу наловить! Вон когти какие! Вон пасть!
Дракон обиженно фыркнул. И мне почему-то стало дико стыдно за свое поведение. Ведь как бы там ни было, дракон меня спас. Не дал разбиться. Притащил в свое логово. Согрел. И что я делаю?
‒ Не обижайся, Пурпурчик, ‒ совсем осмелела я, придумав дракону имя. Надо же было нам как-то общаться, даже если он не отвечает. ‒ Наловим мы тебе рыбки. Я ведь вроде как у тебя в долгу.
Дракон поднял голову. И я готова была поклясться, что его огромная чешуйчатая морда расплылась в улыбке. Челюсти приоткрылись, из пасти вырвался клуб теплого пара.
‒ Так-с, ‒ пробормотала я и привычно потерла шрам на своем носу. ‒ Мне нужна палка. Желательно острая.
Глава 4
Аврора
Благо, на боевом факультете меня многому научили. Книги по выживанию в дикой местности я вызубрила от корки до корки. Да и ученицей я была хорошей. Лучшей на курсе.
‒ Вот эта подойдет!
Я подобрала с земли палку, на конце которой виднелись следы от клинка. Кто-то ее уже точил.
‒ Пурпурчик, ты что, уже съел кого-то до меня?
Дракон снова оскорбился и даже, мне точно не показалось, закатил глаза.
‒ Ладно, буду верить, что ты хороший дракончик. И тогда все не так плохо, даже проще.
Но проще было в моей голове, чем в реальности. Сначала я скинула свой полушубок. Затем подвернула штаны. И только после этого вошла в воду. Бодрящую, надо заметить. Тут хоть и светило солнце, но вода прогрелась не так сильно, как я себе это представляла.
Да, через водную гладь было хорошо видно дно. Да только еды для дракона упорно пряталась от моего взгляда. Но стоило мне замереть, как на водной гладе появились круги. Живность тут все-таки водилась!
‒ Эх, был бы здесь мой лук, ‒ с досадой вздохнула я. Родовой артефакт можно было легко заговорить, и водным жителям пришлось бы несладко.
Да только что толку думать о том, чего нет.
Я сделала один небольшой шажок в надежде, что не спугну рыбешку и…
‒ Кх-кх-кх, ‒ послышалось за моей спиной после того, как моя пятая точка оказалась в воде. Да что там, я вся оказалась в воде. А надо мной смеялся дракон.
Смехом, конечно, это сложно было назвать. Скорее каким-то утробным клокотанием. Дракон тряс головой, из его пасти вырывались клубы фиолетового дыма, а зеленые глаза сузились до щелочек.
Ну точно смеется, гад чешуйчатый!
‒ Да чтоб тебя! ‒ выкрикнула я, отплевываясь от воды и пытаясь встать. ‒ Пурпурчик, ты ‒ неблагодарный предатель! Я тут ради тебя мокну, а ты...
Нога снова поехала, и я в очередной раз плюхнулась обратно.
Тут уже даже я не сдержалась. Ситуация складывалась настолько абсурдная, что смех вырвался из груди сам собой.
Я сидела в воде по бедра, мокрая с головы до ног, с прилипшими ко лбу рыжими волосами и хохотала так, что в животе закололо. Из меня выходил все скопившееся перенапряжение.
Отчисление. Перенос в неизвестную местность. Дракон. Все перемешалось в большой ком.
Дракон смотрел на меня с таким выражением, будто я окончательно тронулась умом. И, возможно, был недалек от истины. Встав в полный рост, ящер за пару шагов оказался прямо возле меня. Фыркнув мне в волосы, он уткнулся мне головой в плечо. И я, не раздумывая, обхватила огромную голову руками.
‒ Ты не думай, я плакать не буду.
Но я уже и не смеялась. Просто обнимала Пурпурчика, пока тревога по капле уходила из тела, растворялось в тепле его чешуи, в мерном ритме его дыхания. Мои пальцы гладили морду ящера. Шершавую. Теплую. И как же красиво в лучах заката всеми оттенками фиолетового переливалась чешуя.
А ящер просто ждал. Будто чувствуя, что мне это нужно.
‒ Спасибо, ‒ прошептала я тихо. ‒ Спасибо, что не дал разбиться.
Дракон тихонько вздохнул, и мне показалось, что в этом вздохе было что-то вроде «Всегда пожалуйста».
Я отстранилась, и тогда дракон уставился на меня. Пурпурчик перевел взгляд с меня на озеро. Потом снова на меня. Потом на озеро. Жест был мне уже хорошо знаком.
‒ Грусть грустью, а еда по расписанию? ‒ хмыкнула я, поднимаясь и принимая устойчивую стойку. ‒ Что же, раз я обещала тебя накормить, то накормлю.
‒ Все, ‒ сказала я спустя полчаса, выбираясь на берег и отбрасывая палку в сторону. ‒ Я выдохлась.
На берегу лежала целая куча из рыбешек.
Дракон довольно уркнул, облизнулся, но к трапезе не приступил. Сначала он окинул меня оценивающим взглядом, распахнул пасть и выдохнул теплый воздух. Тем самым подсушивая мою изрядно промокшую одежду.
‒ Ты и так можешь? ‒ поразилась я. Только вот ящер уже потерял ко мне интерес. Рыбешки залетали в его пасть одна за одной. Я же плюхнулась рядом и блаженно вытянула ноги.
Сумерки сгущались быстро. Озеро потемнело, бирюзовая гладь стала почти черной, только на горизонте еще горела оранжевая полоска заката. Светлячки закружили над водой, разгоняя тьму золотыми искрами.
Пурпурчик с хрустом жевал очередную рыбину.
‒ Только не подавись, ‒ попросила я, не глядя. Не хватало потом думать, как вернуть дракона с того света.
Ответом было лишь громкое чавканье.
Я вздохнула и откинулась на спину, глядя в звездное небо. Оно здесь было другим. Звезды крупнее, ярче, и одна из них, самая большая, мигала зеленым. Как глаза Пурпурчика. Неужели это Летняя звезда? Как далеко меня занесло?
‒ Красиво, ‒ прошептала я. ‒ Здесь красиво. Даже несмотря на...
Я не договорила. Потому что внезапно тишину ночи разорвали голоса.
Веселые. Мужские.
Повинуясь инстинктам, я спряталась за драконом и выглянула из своего укрытия, напряженно вглядываясь в кусты. И оттуда вылетели... парни. Пять парней.
Голые по пояс. В одних трико!
Глава 5
Аврора
Сначала парни весело переговаривались. Но, увидев дракона, застыли на месте.
‒ Не может быть, ‒ пробасил низкий коренастый блондин с рельефным прессом. Надо сказать, что все пятеро выглядели как на подбор. ‒ Шаграт вернулась!
Шаграт? Вернулась?!
Я перевела взгляд на дракона. На плавные изгибы морды, на длинную изящную шею, на то, как она лежала на траве, грациозно сложив лапы. И все вдруг встало на свои места.
Мой Пурпурчик оказался самой настоящей Пурой.
Дракониха фыркнула. Коротко и утвердительно. Из ноздрей вырвались два фиолетовых дымка, и она чуть повернула голову, чтобы взглянуть на меня одним глазом. В ее взгляде читалось: «Ну наконец-то, дошло».
Парни проследили за взглядом драконихи. И все пять пар голов повернулись в мою сторону.
Я вжалась в Шаграт, чувствуя, как сердце ухнуло в пятки. Мокрые волосы прилипли к щекам, рубашка облепила тело, и выглядела я, наверное, как мокрая ворона, которую вытащили из лужи. Хоть бы меня не заметили!
Хоть бы! Хоть бы! Хоть бы!
Я была здесь одна. Далеко от дома. В компании дракона и неизвестных парней. И меня это начало сильно пугать.
‒ Там кто-то есть, ‒ сказал один из парней. Высокий поджарый брюнет. Больше я ничего рассмотреть не успела, потому что поспешила пригнуться.
‒ Да ладно тебе, Бронтан, тебе показалось. Ты же знаешь, что наша Ша никогда никого к себе не подпустит, кроме... Ксандера.
Имя еще одного незнакомца парень произнес с непонятной интонацией. То ли трепетом. То ли завистью.
‒ Эй, не поминай Грома, а то еще объявится.
‒ Бронтан, тебе показалось, ‒ поддакнул еще один голос.
‒ А я тебе говорю, что там кто-то есть, ‒ упрямо возразил брюнет. ‒ Она от нас кого-то прячет. Ша, красавица, ‒ позвал он вдруг, обращаясь к драконихе. ‒ Там кто-то есть? Скажи честно.
Шаграт фыркнула. Ни да. Ни нет. Понимай, как хочешь.
Меня спасало лишь одно, что парни явно побаивались ящера и не спешили сунуть свои любопытные носы к ней за спину. Возможно, мне повезет, и они потеряют интерес, и я смогу... Смогу сбежать в ту самую пещеру, где я и очнулась после отключки.
Отличный план. Там тепло. И там меня никто не увидит. И я не влезу в неприятности. А завтра я придумаю, как вернуться домой, чтобы объяснить дяде, что меня оклеветали. Тогда он разберется с деканом. Я доучусь. И жизнь наладится!
Тем временем словесная баталия продолжалась. И я уже решила, что этот спор не закончится никогда. Но меня вновь спасла дракониха. Шаграт на мгновение приоткрыла пасть, и из нее вырвалась струя небольшого пламени. Бронтан моментально отпрыгнул назад.
‒ Ша! ‒ возмутился он. ‒ Зачем?
Дракониха рыкнула и отвернулась, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Я рискнула выглянуть из-за спины и увидела, как темноволосый парень постоял еще секунду, всматриваясь в темноту, потом досадливо махнул рукой и отошел к остальным.
‒ Ну и ладно, ‒ бросил он.
‒ Остынь, ‒ хлопнул его по плечу русоволосый. Самый крупный из пятерки. ‒ Пойдем лучше искупаемся. Жара сегодня невыносимая. Да и мышцы болят после тренировки.
Вода всплеснула. Кто-то выругался. Похоже, оказалась холоднее, чем ожидали. Кто-то засмеялся. Голоса постепенно удалялись.
Это был мой шанс.
Я выдохнула и начала пятиться. Медленно и бесшумно, ставя ноги на носочки, чтобы ненароком не хрустнуть сухой веткой. Шаграт проводила меня долгим взглядом, но не остановила. Только чуть качнула хвостом.
Я пятилась и пятилась, не сводя глаз с воды, где плескались парни. Их голоса звучали глуше, но я не расслаблялась. Еще немного. Еще чуть-чуть. Сейчас я скроюсь в зарослях, а оттуда ‒ в пещеру. В безопасное место. Относительно, конечно. Если забыть, что это жилище огромного дракона.
Но какой у меня был выбор?
Я сделала еще один шаг назад. И...
И врезалась во что-то твердое. И определенно живое.
Чьи-то руки мгновенно обхватили меня за плечи, не давая упасть, но и не отпуская. Я замерла, чувствуя, как по спине побежали мурашки.
‒ Тира, вам не говорили, что подглядывать не хорошо.
Глава 6
Аврора
Низкий бархатистый голос с легкой насмешкой прозвучал прямо надо мной.
Медленно, боясь даже дышать, я повернулась. Надо мной возвышался блондин. Но не тот коренастый, что говорил первым, и не светловолосый добряк. Этот был другим.
Высокий. Настолько, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы увидеть его лицо. Волосы ‒ пепельно-белые, почти серебристые, короткие, с выбритой на висках спиралью. Лицо точеное, как у статуи древнего божества: острые скулы, прямой нос, четкая линия челюсти. Губы, чуть изогнутые в усмешке.
И глаза.
Холодные. Ледяные. Проникающие в самую глубину.
А потом он протянул руку.
Я не успела отшатнуться, а его пальцы уже ухватили прядь моих рыжих волос. Он взял ее, будто редкую драгоценность, и поднес к глазам. Задумчиво осмотрел, перекатывая между пальцев, изучая цвет и структуру.
‒ Рыжие, ‒ сказал парень тихо, словно самому себе. ‒ Хна? И зачем ты их покрасила?
Этот вопрос окончательно вывел меня из ступора.
Откинув руку незнакомца, я отошла от него на пару шагов.
‒ Покрасила? ‒ переспросила я, чувствуя, как внутри закипает возмущение. ‒ Я не красила! Они у меня от природы такие!
Блондин лениво вскинул бровь, будто услышал забавную шутку. Его губы изогнулись в усмешке, но глаза остались ледяными.
‒ Ты либо врешь, либо из тех, кто верит в свою избранность. Рыжий цвет ‒ не равно одаренность.
Вру?!
‒ Ты чего к моим волосам прицепился! ‒ не выдержала я. Все внутри меня клокотало от негодования.
Но мои эмоции никак не подействовали на блондина. Он очень спокойно мне ответил:
‒ Не строй из себя несведующую. В Скайрас давно не поступали чистокровные. Поверь, я бы об этом знал.
И тут у меня челюсть отвисла.
Тот самый Скайрас. Это ведь академия ловчих! Одно из самых закрытых учебных заведений во всем Королевстве. Неужели меня угораздило переместиться именно сюда? Но почему?
Затянувшееся молчание заставило парня посмотреть на меня с подозрением.
‒ Так с какого ты курса?
Я распахнула рот, чтобы ответить, но тут же его закрыла. Не признаваться же, что упала с неба? Или все же не было смысла врать?
Блондин мне хоть и не понравился с первого взгляда, но он, в отличие от других парней, был одет и выглядел... Серьезно?
‒ А-а-а, понял, ‒ протянул парень, не соизволив дождаться ответа. ‒ Ты ‒ охотница за женихами. Проникла на территорию академии ради парней.
Он кивнул куда-то мне за спину.
‒ Что?! ‒ я поперхнулась воздухом.
Охотница? За женихами? Да что за бред он несет?!
Мне нужно было срочно убираться отсюда. И единственная мысль, что пришла мне в голову, кинуться к Ша, которая все это время с любопытством за нами наблюдала.
И так уж вышло, что я привыкла действовать сразу. Быстрый рывок и я кинулась в сторону драконицы.
‒ Стоять! ‒ крикнул блондин, но я и не думала слушать. Парень не думал отставать.
‒ Ты что, с ума сошла? ‒ услышала я за спиной гневный тон с металлическими нотками. ‒ Шаграт ‒ дикий дракон! Она может тебя убить! Она никого не подпускает!
Меня перехватили за запястье. Стальные пальцы сжались. И парень потянул меня назад, пытаясь оттащить от Шаграт.
А я? Не нашла ничего лучше, чем закричать во все горло:
‒ Отпусти!
‒ Ты не понимаешь! ‒ прорычал он, дергая сильнее. И…
Видимо драконихе надоел весь этот цирк, потому что в один шаг оказалась около нас.
Мы с блондином замерли.
Ша очень странно на нас посмотрела. Будто оценивая что-то в своей огромной голове.
‒ Шаграт, она не подумала, что делает. И вреда тебе не причинит! ‒ парень расценил действия драконихи как угрозу.
Вот дурак! Единственной угрозой здесь был ОН сам!
Я попыталась вырваться из захвата, но парень держал крепко. Да еще и пятился.
Но у Ша были другие планы. Приблизив свою морду к лицу блондина, она вдруг сделала то, что никто не ожидал.
Она дыхнула.
Не огнем. Не паром. А фиолетовым дымом. Струя ударила парню прямо в лицо, и он закашлялся, выпустив мою руку. Но дым не рассеялся. Он стал впитываться в кожу, оставляя за собой светящиеся узоры.
Которые тут же исчезли.
Стоп! Кажется, я уже где-то это видела…
‒ А я говорил. А вы мне не верили!
Глава 7
Ксандер
Двенадцать секунд ушло на то, чтобы магия Шаграт впиталась в мою кожу. Тринадцать секунд на то, чтобы парни из моего звена успели нас найти. И именно поэтому никто не заметил странного поступка драконицы. Тем более, что все их внимание было сейчас приковано к рыжей бестии.
И лишь спустя миг веселая пятерка перевела взгляд на меня. Бронтон так и замер с распахнутым ртом. Ронвальд оборвал смешок, прикрыв рот большим кулаком. Ильмар перестал ерошить мокрые волосы. А Дин с Тином, близнецы, перестали дурашливо толкаться.
На берегу воцарилась идеальная тишина.
‒ Эм… Мы это, ‒ первый в себя, как обычно, пришел Брон. ‒ Мимо тут проходили. И… Видимо, пойдем дальше. Сейчас ведь уже отбой…
Любопытство пылало в глазах парня, однако он прекрасно понимал, что попался на глаза своего куратора вне стен академии. А это грозило всему звену парой-тройкой нарядов вне очереди.
Минимум!
‒ Вы купались, ‒ сказал я грозно. ‒ В озере. После отбоя.
Говорил, но тихо косился на замершую девушку. И хоть я совершенно не знал эту незнакомку, но точно был уверен: дам ей шанс, и она сбежит, сверкая подошвами… зимних сапог?
Вопросов становилось все больше.
‒ Технически, ‒ подал голос Тин. ‒ Это водохранилище.
‒ Тин, ‒ шикнул на него брат.
‒ Молчу.
Я посмотрел на них по порядку. Пять мокрых физиономий и ни одной виноватой.
‒ Тир Ксандер, ‒ громила Ронвальд провел по ежику русых волос. ‒ Жара была. Мышцы свело после тренировки. Мы же на десять минут всего.
И я парней прекрасно понимал, у самого ломило все тело. И особенно напрягала ссадина на левой руке. Но как бы там ни было, я не имел права проигнорировать их действия. Если кто-то прознает ‒ влетит всему звену. А я отвечал за них головой.
‒ И как, стало легче? ‒ начал я издалека.
Парни тут же заулыбались.
‒ Еще как! ‒ добродушно поделился Ильмар. ‒ Почти ничего не болит.
‒ Прекрасно! Тогда вы точно не откажетесь позаниматься сегодня еще пару часов. Сейчас на тренировочной площадке как раз никого нет.
Ох, надо было видеть их лица.
‒ Так ночь ведь! ‒ вдруг подала голос рыжуля. И снова стала центром внимания всех собравшихся. Одна Шаграт лежала на траве, лениво прикрыв глаза. Хотя я мог поклясться, что дракониха подглядывает.
‒ Ночь, ‒ согласился я. ‒ Именно поэтому на площадке никого нет.
Она открыла рот. Закрыла.
Брон заржал первым, за ним близнецы, а Ронвальд снова прикрыл рот кулаком, потому что смеяться при кураторе, который только что выписал тебе два часа ‒ это уже наглость.
Я грозно посмотрел на парней, и те тут же замолчали. Эта ситуация стала меня сильно раздражать. Но больше меня бесила незнакомка.
Она вступилась. За незнакомых парней, которых видела впервые. Влезла в разговор, потому что ей показалось мое наказание несправедливым.
И мне это очень не понравилось.
‒ Чего замерли? Живо на площадку! ‒ скомандовал я и никто не посмел мне перечить. Возможно, я допускал в общении с парнями некоторые вольности. Но что касалось выполнения прямых приказов ‒ никто не посмел бы мне перечить.
И когда все члены моего звена скрылись за пригорком, мы с рыжулей остались одни. Если не считать Шаграт, конечно. Куда же без нее.
‒ Вам бы, тир, проследовать тем же маршрутом? ‒ девчонка начала первая. Сложила руки на груди и задрала подбородок.
‒ И последую, ‒ легко согласился я и добавил с ленцой: ‒ Но только в вашей прекрасной компании. Как вы правильно заметили, уже ночь. А ночи в Скайрасе бывают опасными.
Незнакомка оказалась не из пугливых. Фыркнув, она попыталась обойти меня по дуге.
‒ Вынуждена отказаться. Ваша компания пугает меня больше, чем ночь в пещере дракона. Так что…
В какой-то момент я даже подумал махнуть на нее рукой. Ну проникла девчонка на территорию академии посмотреть на полуодетых парней. С кем не бывает? Ну и пусть выглядит странно. Это тоже не грех. Да только в нашу перепалку все-таки решила влезть Ша.
Громко рыкнув, она оторвала свое огромное тело от земли и шагнула к девушке. Долго не думая, драконица дернула головой и, толкнув рыжулю прямо в мои руки, медленно побрела к своему жилищу.
‒ Кажется, выбора у тебя не осталось, ‒ хмыкнул я девушке прямо в макушку. И в носу странно защипало от сладкого запаха ванили. Бр-р-р… Я с детства не любил ваниль. ‒ В пещере для тебя сегодня места не найдется.
Глава 8
Ксандер
Она фыркнула. И пошла. Не потому, что согласилась. А потому что идти было все равно некуда, а признаваться в этом неудобном факте ей явно не хотелось.
Я шел в полушаге сзади и думал. Думал о том, что у меня на предплечье под рубашкой что-то есть. Странное щекочущее чувство появилось пару минут назад и никак не желало отпускать. Мышцу, что ли, потянул?
‒ И куда вы меня ведете?
‒ В академию. Куда же еще?
Девушка резко ко мне обернулась и демонстративно закатила глаза.
‒ Я не это спросила.
‒ Какой вопрос, такой ответ, ‒ я пожал плечами.
‒ Но вы ведь прекрасно поняли, о чем речь, ‒ рыжуля не сдавалась. И, кажется, злилась еще сильнее.
‒ Тогда переформулируйте! ‒ что же, к ее беде меня это только забавляло.
‒ Зачем вы меня туда ведете?
‒ Потому что там стены, крыша и кровать. А у вас, насколько я понял, ничего из этого нет.
Она открыла рот. Закрыла.
‒ Вы очень неприятный человек, ‒ сказала она наконец.
‒ Знаю.
‒ И вам совсем не стыдно?
‒ Ни капли.
Она раздраженно отвернулась и пошла быстрее.
Я подстроился под ее темп, хотя мог бы и не стараться: шаг у нее был короткий, и через минуту она снова шла рядом.
И мне это почему-то понравилось.
Какое-то время мы шли молча, пока перед нами вдалеке не загорелись огни Скайраса. Девушка почему-то сбилась с шага, а потом и вовсе замерла.
‒ Странное место.
‒ Нормальное, ‒ сказал я. ‒ Для тех, кто родился в этих местах. А вот для чужаков… Видимо, вы привыкли к другому.
Я произнес это спокойно. Просто фраза, которая ничего не значит. Но девушка уловила двойное дно моего намека. Я не спрашивал ее ни о чем. Но в моей фразе легко можно было прочесть утверждение. Тем самым я показал ей, что догадался. Она не из этих мест. Ей оставалось только признать очевидное.
Не призналась. Но я даже не удивился. Хватило пары минут общения, чтобы понять ‒ эта тира крепкий орешек.
‒ Все академии одинаковые, ‒ ответила девушка уклончиво.
‒ Но только в Скайрас попадают поистине одаренные.
‒ А простые люди?
‒ Простых тут нет.
‒ Совсем? ‒ незнакомка как-то странно на меня посмотрела. И я только сейчас осознал, что не удосужился спросить ее имени.
‒ Совсем.
Она помолчала. Но так и продолжала смотреть мне прямо в лицо.
‒ Как будто мы о тюрьме говорим.
‒ Мы говорим о привилегиях, ‒ парировал я. ‒ Сотня одаренных. Лучшее снаряжение. Лучшие грифоны. Люди, которые за тебя встанут горой. Вы хоть представляете, сколько за это просят денег на юге?
‒ А сколько просят здесь? ‒ тира пыталась скрыть свое любопытство, но получалось у нее плохо.
‒ Ничего.
‒ Совсем ничего?
‒ Совсем.
‒ Так не бывает, ‒ девушка мотнула головой.
‒ Еще как бывает.
‒ Значит, берут чем-то другим, ‒ сказала она тихо.
И я второй раз за вечер поймал себя на мысли, что эта девчонка невероятно сообразительна.
‒ Важно быть одаренным, ‒ зачем-то пояснил я. ‒ Но это лишь полдела. Чтобы стать настоящим ловчим, нужно обладать рядом определенных качеств. Увы, но не всем это дано. Поэтому здесь учатся всего… Девять девушек.
Надо было видеть лицо рыжули. Мое заявление ее явно сильно удивило.
‒ Девять? ‒ переспросила она. ‒ На сотню парней?
‒ На девяносто одного, ‒ поправил ее я, за что получил укоризненный взгляд. ‒ Если быть точнее.
‒ И вы называете это привилегией?
‒ А это уже статистические данные.
Она смотрела на меня еще секунду, потом отвернулась и пробормотала что-то себе под нос.
До ворот оставалось минут десять.
‒ Я думала, что все драконы вымерли, ‒ вдруг тихо произнесла она, радикально меняя тему.
‒ Так и есть, ‒ не стал я разубеждать незнакомку. Тема с ящерами была слишком щепетильной, чтобы откровенничать.
‒ А Шаграт?
‒ Последняя, ‒ процедил я.
‒ Жаль, ‒ вздохнула девчонка и посмотрела на звездное небо, будто могла рассмотреть там души исчезнувших ящеров.
А затем вдруг как-то странно дернулась и резко схватилась за голову.
‒ Эй, ‒ нахмурился я. ‒ Ты чего?
Девушка не ответила.
‒ Рыжая?
Тишина.
Я шагнул к ней, и тогда она резко выставила вперед ладонь.
‒ Не подходи! ‒ сказала она сквозь стиснутые зубы. ‒ Сейчас пройдет.
‒ Что пройдет?
‒ Сейчас. Все. Пройдет.
Пять секунд. Семь. Десять. На одиннадцатой она начала падать.
В один миг я подхватил ее под колени и под спину. И ожидаемо она оказалась легче пуха
‒ Пус-сти, ‒ тихий шепот.
‒ Не пущу.
Девушка ударила меня в плечо кулаком. Слабо. Как котенок.
‒ Я с-сам-ма… ‒ рыжуля сопротивлялась до последнего. ‒ П-пойд-ду-у… Мне-е-е… По-о-ом..мщ… Не-е-е… Нуж-жна…
И тут из ее носа потекла струйка крови, а глаза закатились.
Мрак! Только этого мне сейчас не хватало!
Я перехватил ее удобнее и побежал к воротам.
Глава 9
Аврора
Первым вернулся звон. Тонкий будто кто-то ударил по краю железного ведра. Он стоял у меня в голове и привычно не собирался никуда уходить. Ну и ладно. Главное, что не было боли. А с остальным я готова была мириться.
‒ Очнулась, ‒ произнес мягкий женский голос, и на мой лоб легла холодная тряпица. Нос защекотал от запаха трав.
Только вот отвечать я пока не спешила. Знала, что если заговорю, то мигрень может вернуться. А я этого не хотела. И дело было не только в дискомфорте. В данный момент мне меньше всего хотелось быть слабой.
‒ Можешь не отвечать, ‒ хмыкнула женщина. ‒ А вот глаза тебе лучше открыть. Я должна кое-что проверить. Мало ли кровотечение куда серьезнее, чем я думала.
Я резко дернулась.
‒ Тихо, тихо, ‒ сказала женщина. ‒ Я уверена, что ничего страшного не случилось.
Надо мной склонилась приятная старушка. Лет шестидесяти, а может, и больше. Седые волосы были убраны под белый платок, поверх платья ‒ чистый передник, а на поясе ‒ связка маленьких ключей и ножницы на шнурке. Руки крупные, в узлах вен, но движения точные.
‒ Да, точно! Никаких признаков угрозы. Скляры чистые!
Она отстранилась и довольно кивнула сама себе.
‒ Ну вот и славно. Значит, жить будешь.
‒ Уже хорошо, ‒ сказала я и тут же пожалела: голова тут же отозвалась болью. А ведь я так надеялась, что пронесло.
Старушка нахмурилась и прислонила свои ладони к моим вискам.
‒ Странно, деточка. Я не ощущаю узлов. Чувствовать ты себя должна хорошо.
‒ Я бы удивилась, ‒ просипела я. ‒ Если бы вы что-то нашли. С детства страдаю мигренями. Но эта… Сильнее прочих, ‒ призналась нехотя. С другой стороны, раз я, очевидно, попала к лекарю, причин скрывать свое состояние я не видела.
‒ Родовое что-то? ‒ предположила женщина, но я не ответила. Может, и родовое. Да только я и сама ничего не знала.
Докапываться старушка не стала. Вместо этого сняла с моего лба тряпицу, обмакнула в миске на столике, отжала и вновь положила обратно. Аккуратнее, чем в первый раз.
‒ Пить хочешь?
‒ Не з-знаю.
‒ Значит, хочешь, ‒ хмыкнула женщина и тут же подсунула мне под голову руку. Легко, привычно, так, будто делала это тысячу раз. Моих губ коснулся край кружки. Вода была холодная и пахла чем-то горьковатым.
‒ Медленно, ‒ посоветовала она. ‒ Не торопись. Вот так.
Меня снова вернули в исходное положение.
‒ И как часто случаются приступы? Что-то я не помню, чтобы ты ко мне заглядывала. Как, говоришь, твоя фамилия?
‒ Я и не говорила, ‒ уклонилась я от прямого ответа. Что толку от моей фамилии, если я не собиралась здесь надолго задерживаться. Легче было перевести разговор. ‒ Аврора меня зовут. Но вы лучше расскажите, как я здесь оказалась?
‒ Меня, если что, все кличут тетушкой Одой. Я в лекарском крыле главная сестра милосердия, ‒ провести женщину не получилось. ‒ А притащил тебя сюда младший Морвейн.
И стоило женщине произнести эту фамилию, как я позабыла о звоне в голове.
‒ Морвейн? Это ведь…
‒ Ксандер, ‒ кивнула тетушка Ода. ‒ Младший брат нашего декана Вейланда Морвейна.
Я закрыла глаза. Мрак! Сестра милосердия не кривила душой, но забыла уточнить, что все земли Скайраса принадлежат Морвейнам. Очень древнему и очень знатному роду. И если этот факт меня мало трогал, то личное знакомство пугало до дрожи.
Потому что я не просто оказалась в чужой академии. Ею управлял человек, которого ненавидел мой дядя.
‒ Ты побледнела, деточка, ‒ заметила тетушка Ода. ‒ Но тебе нечего бояться. Здесь…
Шум распахнувшейся двери прервал наш разговор.
‒ Простите! Простите, я прибежала сразу же, как смогла!
Глава 10
Аврора
В помещение впорхнула девушка. И сразу стало понятно: она из тех девочек, которым с детства говорят «какая прелесть». Круглое лицо, большие болотисто-зеленые глаза, светлые локоны, аккуратно убранные и перехваченные на затылке голубым бантиком.
‒ Тетушка Ода, ‒ пропела она, задыхаясь. ‒ Я как услышала, так сразу же и…
‒ Ой ли, Вера. Мой ворон вернулся час назад, ‒ спокойно сказала старушка. ‒ А ты…
‒ Я… задержалась.
‒ От твоего корпуса сюда десять минут, деточка.
Ода произнесла это без упрека и без насмешки. Она уже явно привыкла к поведению девушки. А та, в свою очередь, этим пользовалась. Обойдя старушку, она взяла со столика чистую тряпицу, вытерла руки и только потом повернулась ко мне.
‒ Значит, из-за тебя, ‒ девушка сразу приступила к делу. ‒ Меня подняли посреди ночи?
Она придвинула табурет, села и взяла меня за запястье. И хоть движения девушки были отточены, в них не было той же осторожности, что у сестры милосердия. И Ода поспешила это заметить:
‒ Тебя подняли, потому что твоя очередь дежурить.
Вера даже не обернулась.
‒ Я знаю, тетушка.
‒ Знаешь, ‒ старушка цокнула языком. ‒ А все равно язвишь на невинную девчушку. Лишь бы языком чесать, а не делом заниматься.
Продолжая мило улыбаться, Вера повернула голову к старушке.
‒ Вы, наверное, забыли, что моя фамилия Пайн?
Одна фраза, а лицо Оды пошло рябью.
‒ Верно. Что это я, ‒ женщина отерла руки о передник. ‒ Милая тира, вам тогда лучше заняться бумагами на столе. С больной я и так уже почти закончила.
И она отошла к шкафу. Быстро. Будто ей не фамилию назвали, а указали на место.
‒ Прекрасно, ‒ девушка, как ни в чем не бывало, радостно хлопнула в ладоши и поднялась. ‒ Значит, зря так спешила.
Я посмотрела на нее внимательнее.
У Веры блестели губы. От бальзамного масла. Девчонки часто его используют для увлажнения и привлечения внимания парней. А еще тот самый бантик на идеально собранных в косу волосах.
Человек, который только проснулся и спешил на помощь определенно не мог так выглядеть.
За столом Вера поворошила бумаги, нашла нужную и обмакнула перо в чернильницу.
‒ Ну что, ‒ сказала она, не поднимая головы. ‒ Как мне ее записать?
Она спрашивала не у меня. У Оды.
Я лежала и слушала, как двое людей решают, как меня обозвать.
‒ Аврора, ‒ покосилась на меня старушка. ‒ Можно без уточнений.
Перо зависло над бумагой.
‒ Тетушка, ‒ устало сказала Вера. ‒ Без фамилии я не могу ее оформить. Это не я придумала. Да и вы всегда бубните, когда я такие вещи упускаю.
Ситуация начинала меня злить. Я чувствовала себя вещью. Обо мне говорили так, словно я сама не могла ответить.
‒ Периш, ‒ выдохнула я, прикрыв глаза от боли. ‒ Аврора Периш.
Что толку скрываться, когда обо мне все равно уже знает один из Морвейнов.
‒ Безродная, что ли? ‒ фыркнула Вера, аккуратно выводя буквы в документе. ‒ Но звучит знакомо…
Я бы рассмеялась, если бы это не грозило новым приступом мигрени. Услышь такое заявление мой дядя, он был бы красный от возмущения. Перишей можно было обозвать как угодно, но уж точно не безродными.
На колкость девушки я не ответила.
‒ Так ты родственница Аларика? ‒ Ода смотрела на меня с удивлением.
‒ Вы его знали? ‒ имя отца заставило сердце биться быстрее. Дядя Эдмунд мало говорил о своем брате.
‒ Деточка, ‒ Ода покосилась на Веру, но все же решилась снова подойти к моей кровати. ‒ Через мои руки прошли многие студенты Скайраса. И Периши тоже. А мать твоя…
Старушка не договорила, потому что ее перебила Вера:
‒ А причину какую писать?
Одна вздохнула и покачала головой. Но я была даже рада бесцеремонности блондинки. Говорить о матери я не хотела.
‒ Пиши: мигрень с эпистаксисом. А… И еще. Допиши в свободную строку, что ее сюда тир Морвейн младший принес. Понадобится для отчета.
Вера медленно подняла голову.
И на одно мгновение, короткое, меньше секунды, ее лицо стало совсем другим. Из него исчезла вся миловидность, а осталось что-то такое, чему я не нашла описание.
А потом она моргнула.
И улыбка вернулась на место.
‒ Как благородно с его стороны. На это время у него, значит, есть. Знаете, мне нужно отлучиться… В дамскую комнату.
Глава 11
Ксандер
Из лекарского крыла я вышел на целых тринадцать минут позже чем собирался. Тетушка устроила мне настоящий допрос про незнакомку.
Конечно, больше всего ее интересовал цвет волос девушки. Уж слишком они привлекали внимание. Оно и понятно, сложно было поверить, что рыжуля чистокровная.
Но ответов от меня сестра милосердия не получила. И уже после этого, наконец, отпустила, пожелав спокойной ночи.
Но к себе я идти не собирался. Сперва я должен был проверить звено и то, как они послушно исполняют мой приказ.
Парней услышал раньше, чем увидел: звон металла, тяжелое дыхание, шаги, скрип песка под сапогом.
Я остановился у ограды лишь на миг, а затем вышел на площадку.
Ребята упражнялись при одном факеле, который кто-то воткнул в песок у дальней стойки. Молодцы! Решили усложнить задачу. Твари Межземелья любили тьму, и чаще всего приходилось их ловить именно в темное время суток.
Брон рубился с Ильмаром. Дин и Тин отрабатывали связку вдвоем против воображаемого третьего. Ронвальд стоял в стороне и просто поднимал цепь.
Поднимал и опускал. Поднимал и опускал.
Они придумали себе работу сами. Потому что я не сказал, что именно делать. А когда куратор не сказал, что делать, проще делать хоть что-нибудь. Тогда точно не ошибешься.
Я хмыкнул:
‒ Оружие в песок.
Брон обернулся первым и чуть не получил по ребрам. Ильмар едва успел отдернуть клинок.
‒ Два часа еще не прошли, тир Морвейн, ‒ Ронвальд опустил цепь. Медленно. Так, чтобы она не лязгнула. ‒ Или вы решили нас сегодня пожалеть.
Сын кузнеца из приграничной деревни. Единственный из всего звена, кто продолжал обращаться ко мне официально. И это жутко бесило.
‒ Просто он нам не доверяет, ‒ пошутил Бронтон. Тяжело дыша, брюнет опустился на землю.
‒ Знаешь такое: доверяй, но проверяй? ‒ фыркнул я в ответ, и ребята, наконец, расслабились. Радовались, что я сменил гнев на милость. ‒ И не зря я пришел. Вальд, ты цепь криво берешь. У тебя правое плечо ниже левого на два пальца.
Ронвальд посмотрел на свое плечо. Потом на цепь.
‒ Учту.
‒ И остальных это тоже касается. Вы работали на износ, вместо того, чтобы работать правильно. У Ильмара локоть уходил в сторону. У близнецов связка распадалась на третьем шаге.
‒ Потому что Тин спешит, ‒ поддел брата Дин.
‒ Я не спешу!
‒ Спешишь.
‒ Не спорьте, ‒ привычно оборвал их. ‒ Оба виноваты.
Тин открыл рот. Дин ткнул его локтем. Тин закрыл рот.
И так было всегда.
‒ Ладно, ‒ сказал я. ‒ Отбой. На сегодня действительно хватит. Оружие в стойку.
Повторять парням дважды не требовалось. Их как ветром сдуло.
Мне и самому нужно было идти спать. До подъема оставалось около четырех часов. Вполне достаточно, чтобы восполнить силы. Но в голове было слишком много мыслей, и они вряд ли позволили мне уснуть. Мысли в рыжих оттенках и с запахом ванили. Бр-р-р.
Поэтому… Был у меня запасной план на такие случаи жизни.
Денники с грифонами находились в восточном крыле академии, отдельно от остальных построек. Каменные стены, высокие потолки, узкие окна под самой крышей. Здесь всегда пахло перьями, теплом и сухой подстилкой. И здесь никогда не было тихо. Даже в самые спокойные дни.
Что, тем не менее, не мешало дежурному магу спать на посту, уронив голову на раскрытый журнал. Я не стал его будить. Пусть спит. Ночь выдалась длинной не только у меня.
Катана стояла в крайнем деннике. Одна. Снова.
Я подошел к своей крылатой, качая головой:
‒ Что ты натворила на этот раз, Кат?
Она посмотрела на меня своими умными янтарными глазами. Потом перевела взгляд куда-то мне за спину.
Пришлось обернуться. Но я уже знал, в чем именно провинилась моя птичка.
Три грифона в прошлом общем стойле недовольно клокотали между собой. Жаловались.
А у их лап валялись перья. Много перьев.
‒ Кат! Мы же это с тобой уже обсуждали! Ну, сколько можно?
Глава 12
Глава 12
Ксандер
Грифониха опустила голову и тихо заурчала, пытаясь изобразить раскаяние. Но в янтарных глазах Катаны не было и тени вины. Лишь удовлетворение хищника, отстоявшего свою территорию.
‒ Ты неисправима, ‒ вздохнул я, перебирая жесткие перья на ее загривке.
Соседи Катаны снова зашумели, но стоило мне бросить на них предупреждающий взгляд, как они тут же притихли.
Внезапно в памяти вспыхнул другой взгляд. Ярко-зеленый, полный упрямства и вызова. Незнакомка, которую я обнаружил рядом с Шаграт, определенно была сделана из того же теста, что и моя своенравная грифониха.
Кто же ты такая?
Южанки редко забирались в закрытые зоны академии, да еще и в такое время. Версия о том, что она просто заблудилась или решила прогуляться по ночным тропам, казалась мне все более сомнительной с каждой минутой. Такие девчонки не попадают в запретные зоны случайно. Скорее, они сами создают проблемы на ровном месте.
‒ Куратор! ‒ раздался за спиной тихий голос дежурного мага, который только что очнулся и теперь испуганно моргал, пытаясь принять строгий вид. ‒ Вы... вы чего здесь посреди ночи? Проверяете?
‒ Проверяю, ‒ бросил я через плечо, направляясь к выходу из денников. ‒ Спи дальше, Сэм. Но в следующий раз хотя бы делай вид, что бодрствуешь.
Выйдя наружу, я вдохнул теплый ночной воздух. Небо над горизонтом уже начало светлеть. До рассвета оставалось совсем немного.
‒ Вот где ты! ‒ сбоку от меня раздался мелодичный голосок, от которого я поморщился. ‒ Мы ведь договаривались встретиться. А ты так и не пришел!
‒ Вера, ‒ не поворачивая головы, бросил я, узнавая тембр голоса первой красавицы академии. По крайней мере, так девушка заявляла о себе сама. ‒ Если ты караулишь меня ночью только для того, чтобы пожурить, то у тебя весьма специфическое понимание о договорных отношениях.
Девушка тихо рассмеялась, делая пару шагов ближе. После отбоя Вера выглядела так, будто только что сошла со страниц столичного журнала мод. Ни единой лишней складки, волосы аккуратно уложены. На фоне ночных приключений с драконами и разборок со звеном это выглядело почти комично.
‒ О, брось, Ксандер, ‒ Вера положила руку мне на грудь и заглянула в лицо своими большими невинными глазами. На губах играла та самая приторная улыбка, от которой у меня обычно сводило скулы. ‒ Я просто волновалась. Ждала... А потом на дежурстве узнала, что именно ты притащил на руках в лекарское крыло какую-то оборванку. Что, свидание не удалось?
Я перехватил ее запястье и аккуратно отвел ее руку от своей груди
‒ Не знал, что твое ночное дежурство сводится к сбору сплетен по углам лазарета.
Улыбка тут же слетела с лица блондинки. В глубине зеленых глаз мелькнуло злое удивление. Вера привыкла, что ее чары работали безотказно на большинстве парней в Скайрасе, но со мной этот фокус не проходил никогда.
Только вот сдаваться она не собиралась.
‒ Когда люди прямо не отвечают на вопрос, это всегда значит, что они что-то скрывают! А я не позволю тебе, ‒ вместо ладони в мою грудь уперся острый ноготок. ‒ Водить меня за нос. Наши отцы уже давно за нас все решили. Я смирилась и ты, Ксандер, тоже должен. Это наш долг! Так что не смей позорить своими интрижками имя моего рода.
‒ Нет никакой интрижки! ‒ бросил я, перехватывая ее палец, готовый снова больно ткнуться мне в грудь. Можно было и дальше продолжать этот бессмысленный спор, но я слишком устал. ‒ Не придумывай себе ничего на ровном месте. Девушке стало плохо, я ей помог.
‒ И все?
‒ И все, ‒ устало выдохнул я.
Вера явно ожидала услышать от меня какую-то сложную отговорку, но моя искренность неожиданно сбила с нее всю спесь.
‒ Ох, Ксандер... ‒ ее голос мгновенно стал медовым и тягучим. А пальцем она стала кокетливо накручивать светлый локон. ‒ Прости. Я просто... испугалась, что ты отвлекся на кого-то другого. Ты же знаешь, как сильно я переживаю за наше будущее.
Она слегка наклонила голову, заглядывая мне в глаза снизу вверх, но я лишь тяжело вздохнул. Эти игры мне порядком надоели. Но я ничего не мог изменить. Пока.
‒ Вера, уже почти рассвет, ‒ произнес я ровно. ‒ У тебя еще идет дежурство, а мне нужно хотя бы немного поспать перед утренними построениями.
‒ Как скажешь, мой грозный куратор, ‒ мурлыкнула она довольно. ‒ Но мы ведь еще вернемся к этому разговору, правда? Сладких снов.
Она развернулась и, легко покачивая бедрами, зашагала по дорожке в сторону лекарского крыла.
Сегодня мне удалось отделаться малой кровью, но я всеми фибрами души чувствовал: эта ночь была лишь прелюдией к настоящим неприятностям.
Глава 13
Глава 13
Аврора
‒ Тира, просыпайтесь, ‒ меня мягко потрясли по плечу. ‒ Как ваше самочувствие?
Я распахнула веки и встретилась с теплым взглядом тетушки Оды. И чуть не застонала в голос. И не только от боли в голове, но и от осознания, что все это мне не приснилось.
‒ Мигрень так и не прошла? ‒ по-своему расценила мое молчание сестра милосердия. ‒ Что же это такое?! И узлов нет! Надо приготовить отвар из...
‒ Нет-нет, ‒ я спешно замахала руками, садясь в кровати. ‒ Мне уже намного лучше. Честное слово!
Голова и правда болела не так сильно. Я бы скорее назвала ее тяжелой, как после бессонной ночи. И все же мне почему-то не хотелось признаваться в этом сестре милосердия. Был велик риск, что я застряну здесь еще на несколько дней.
А мне кровь из носу нужно было домой. Разобраться с дядей и понять причину его такой немилости. Мы, конечно, не были слишком близки, но наши отношения мне всегда казались теплыми. А тут такое...
Дверь в палату распахнулась, и на пороге возникла знакомая блондинистая голова.
‒ Больная не спит? ‒ лилейно спросила Вера. И все равно это прозвучало как-то двусмысленно. ‒ Как же прекрасно! Тетушка, вас вызвали к секретарю.
‒ Меня? ‒ удивилась Ода. ‒ Сейчас? Время же раннее...
‒ Вы хотите сказать, что я вас обманываю?
Девушка остановилась около моей кровати и с вызовом посмотрела на женщину. Сестра милосердия тут же начала оправдываться.
‒ Конечно, нет, ‒ Ода отерла руки о передник. ‒ Просто очень удивлена.
‒ Так идите же. Я за нашей пациенткой присмотрю, ‒ и, демонстративно отодвинув женщину в сторону, Вера села на табурет. ‒ У меня хоть и закончилось дежурство. Но чего не сделаешь ради благого дела.
Проскрипев ножками стула по полу, блондинка придвинулась ближе. Чуть ближе, чем положено сидеть чужому человеку. Губы ее растянулись в улыбке.
Оде ничего не оставалось, как оставить нас одних.
‒ Как спалось? ‒ тем временем Вера продолжала улыбаться. Так сладко, что у меня свело скулы. Девушка чуть подалась вперед, аккуратно складывая руки на коленях. ‒ На новом месте всегда так непривычно, я понимаю! Но ты не переживай, мы здесь в беде никого не бросаем. Приютим любую бродяжку, если потребуется.
Я молча сверлила Веру взглядом, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение. Никакой открытой агрессии. Голос мягкий, участливый. Только вот когда тебя сравнивают с бродячим псом, это не вызывает расположения. Скорее наоборот, хочется показать, что кусаться ты тоже умеешь.
‒ Благодарю за столь щедрое покровительство, ‒ процедила я, с трудом удерживая себя от того, чтобы не запустить в ее наглую белую мордашку пиалу с целебными травами, стоявшую на тумбочке. ‒ Только я в особой опеке не нуждаюсь. Можешь идти, потратить свое свободное время на спасение бездомных.
‒ Ну что ты, как я могу тебя бросить? ‒ Вера всплеснула руками, изображая искреннее волнение. На мои слова она никак не отреагировала. Даже глазом не моргнула. ‒ Ты же здесь совсем одна. Вдруг тебе снова станет плохо? Здесь ведь такие слабые адептки долго не задерживаются: климат тяжелый, нагрузки запредельные. Я просто обязана за тобой присмотреть. Это мой долг!
‒ Твой долг? ‒ я выгнула бровь. ‒ Какая потрясающая сознательность. Наверное, именно из-за долга ты пришла на дежурство с опозданием, потратив добрых полчаса на идеальную укладку и бальзам для губ?
Вера на секунду замерла. Ее пальцы, только что аккуратно разглаживавшие несуществующую складку на юбке, дернулись. На миг под маской трепетной сестры милосердия промелькнуло раздражение. Но блондинка быстро вернула себе прежний ангельский вид.
‒ Ой, какая ты наблюдательная, ‒ проворковала она, понижая голос до доверительного шепота. ‒ Просто в Скайрасе привыкли следить за собой. Здесь ценят манеры, происхождение... Статус. И если тебя притащили сюда на руках, не стоит мнить себя принцессой. Не дотянешь.
Слово «на руках» она выделила особой интонацией.
‒ Ты ведь наверняка надеялась произвести впечатление на Ксандера? Только напрасно тратишь силы. Он уже выбрал себе…
Двери в лекарское крыло со скрипом распахнулись, и в проеме показался силуэт. Вера тут же замолчала, но лицо ее озарилось предвкушением. Она мгновенно вскочила со стула.
‒ Ой, а вот и гости к тебе! ‒ проворковала она, бросив на меня взгляд, полный нескрываемого злорадства. ‒ Желаю огромной удачи. Она тебе сейчас очень-очень пригодится.
Глава 14
Глава 14
Аврора
В проеме показался высокий и очень широкоплечий мужчина. Таких видишь и сразу понимаешь, что в руках человека власть.
‒ Тир Морвейн, ‒ Вера очень грациозно кивнула. Что в целом выглядело странно, ведь перед ней был не король. Но тем не менее по моему позвоночнику побежали мурашки.
Я никогда ранее не видела Вейланда Морвейна и почти ничего о нем не знала. Дядя не часто делился информацией. Но те крохи, которые до меня долетали, были пропитаны лютой ненавистью.
Что именно между этими двумя произошло, история умалчивает. Я лишь знаю, что мой отец учился с Морвейном на одном курсе.
И причем тут дядя? Вопрос хороший, да ответа нет. Такие вот дела.
Поэтому я закономерно боялась неизвестности.
Но Вейланд Морвейн не стал развивать тему семейных распрей или выяснять, кто кому приходится кровным врагом.
Скользнув по мне равнодушным взором, декан лишь на секунду задержал взгляд на моих волосах, а потом перевел его на Веру, которая все еще топталась у моей кровати, изображая благоговейный трепет.
‒ Тира Пайн, разве ваше дежурство не закончилось? ‒ в голосе декана не было повышений нот, но от его ледяного тона воздух в палате мгновенно стал тяжелым. ‒ Напомнить, сколько отработок вам свети за опоздание на утреннее построение?
Вера побледнела.
‒ Н-нет, тир декан, ‒ выдавила она, вжав голову в плечи. ‒ Я уже иду.
‒ Идите, ‒ бросил он, не дожидаясь, пока она скроется за дверью.
Блондинка выскользнула из общей палаты быстрее тени, оставив нас с Вейландом один на один.
‒ Что же, тира Периш... Надо сказать, что я сильно удивлен увидеть вас здесь. Кажется, в рядах моих адептов вас не было.
Я напряглась всем телом, вцепившись пальцами в одеяло.
‒ Я адептка другой академии, ‒ чуть севшим голосом ответила, когда пауза затянулась. Про отчисление говорить не спешила. И, конечно же, я не собиралась уточнять, что отправляли меня не сюда. А портал попросту сбился.
Вейланд приподнял правую бровь, и этот скупой жест выглядел красноречивее любых слов. Уголки его губ чуть тронула холодная, лишенная всякого веселья усмешка.
‒ Другой, значит? ‒ повторил он, делая шаг в мою сторону. ‒ Любопытно. Обычно ученики чужих заведений не оказываются на нашей закрытой территории без ведома администрации.
‒ Произошла ошибка, ‒ безуспешно попыталась оправдаться я. ‒ И уже готова вернуться...
Мужчина вздернул руку ладонью вперед, заставляя меня замолчать.
‒ Тира, мне не нужны разъяснения. Вы здесь и это факт. Меня интересует другое...
Тяжелый взгляд Вейланда скользнул по моим распущенным прядям. Словно пытаясь разглядеть в них нечто большее, чем просто дар природы. На секунду в его льдисто-голубых глазах мелькнуло едва уловимое напряжение. Этот взгляд мне был уже знаком.
‒ Скажите, тира Периш… ‒ негромко произнес он, и в его голосе появилось опасное любопытство. ‒ Ваши волосы. Этот цвет… Достался вам по линии отца? Или, быть может, ваша мать наградила вас таким даром?
Я опешила от столь резкой смены темы. Вопрос застал меня врасплох, но еще больше задело то, с каким настойчивым вниманием декан ждал ответа.
‒ Какое это вообще имеет значение?
Вейланд не отвел взгляда. Он продолжал сверлить меня оценивающим взором, словно взвешивая каждое мое слово на невидимых весах.
‒ Значение, тира Периш, имеет абсолютно все, ‒ тихо проговорил он, чуть склонив голову. ‒ Вы заявляете, что оказались здесь по ошибке. А я вижу в этом определенные знаки судьбы.
‒ Что вы хотите этим сказать?
‒ Лишь то, что вам следует задержаться в Скайрасе подольше. По крайней мере до тех пор, пока вам не станет лучше.
‒ Но мне...
‒ У меня для вас уникальное предложение, и чуть позже мы с вами его обсудим. А пока отдыхайте, тира Периш.
Глава 15
Глава 15
Ксандер
Поспать мне не дали. Стоило провалиться в легкий сон, как в дверь стали настойчиво стучать. Сначала я думал не реагировать. Но настойчивость незваного гостя бесила.
Пришлось открыть. На пороге стоял гоблин.
‒ Свергх? ‒ на самом деле я почти не удивился, увидев служку своего брата. ‒ Что-то случилось?
‒ К декану, ‒ отчеканил гоблин без особых разъяснений.
‒ Срочно? ‒ я устало потер глаза. С братом желания разговаривать не было. Нас хоть и роднила кровь отца, но все остальное... В общем, во многих взглядах мы не сходились. И иной раз старались не пересекаться.
‒ Немедленно!
Видимо, в этот раз избежать разговора не получится. Просто так служку Вейланд не отправил бы.
Вейланд стоял у карты Пурпурного кряжа, заложив руки за спину. Он не обернулся даже, когда тяжелая дубовая дверь за моей спиной с шумом закрылась.
‒ Если дело касается вчерашнего рапорта по звену, то все отчеты у тебя на столе, ‒ бросил я с порога, чувствуя, как внутри уже начинает нарастать привычное напряжение.
‒ Их я уже видел, ‒ голос брата был пропитан раздражением. ‒ И не стал бы вызывать по таким пустякам.
Вейланд медленно развернулся. Его глаза, точная копия моих собственных, в упор уставились на меня.
Я скрестил руки на груди и прислонился плечом к книжному шкафу.
‒ Я слушаю.
‒ Нет, ‒ одернул меня брат. ‒ Это я тебя слушаю. Почему я узнаю о посторонних на территории не от тебя лично? Вчера ночью ты принес в Скайрас девчонку. Где именно ты ее подобрал?
Я на секунду стиснул зубы. Кто же меня сдал? И что именно знал Вейл?
Оставалось надеяться, что про парней, которые вздумали после отбоя купаться в водохранилище, декану не сообщили. Ни к чему брату лишний раз злорадствовать о моей некомпетентности.
‒ Возле северного склона, у самой кромки воды, ‒ ответил я максимально будничным тоном, пряча истинную причину своего ночного рейса. ‒ Я патрулировал периметр.
‒ С чего бы? ‒ Вейланд выгнул бровь. ‒ В твои обязанности это не входит.
‒ Не входит. Верно, ‒ выдавил я. ‒ Но вчера среди стражи прошел слушок, что кто-то видел Шаграт. И я обязан был опровергнуть этот слух. Или же... Подтвердить.
Вейланд нахмурился. Его тяжелые брови продолжили свое движение и в итоге сошлись на переносице.
‒ Шаграт? ‒ переспросил он, и на его лице промелькнула странная эмоция. Будто бы брат не злился, а наоборот, был рад услышанному. ‒ Не говори, что нашел девицу около драконици.
‒ Именно это я и говорю, ‒ сухо бросил я. ‒ Что вообще за допрос, Вейланд? Какое кому дело до девчонки? Она не первая и не последняя, кому удалось проникнуть на территорию академии. Не поверю, что ты вызвал меня сюда из-за какой-то бродяжки?
Декан не ответил сразу. Он медленно обошел стол, опустился в кресло и положил перед собой исписанный лист. Герб вверху бумаги говорил о том, что это официальный запрос, пришедший с севера.
‒ Бродяжки, говоришь? ‒ тихо произнес он, поднимая на меня взгляд, который источал ледяное напряжение. ‒ Я навел справки... Ее зовут Аврора Периш. Официально она числится племянницей маркиза Эдмунда Периша. Но самое интересное… Она училась в северном институте боевой магии. На последнем курсе боевого факультета. И буквально вчера была отчислена за «неподобающее поведение».
Я удивленно приподнял бровь.
‒ Боевичка? С Севера? И как же она сюда попала без разрешения?
‒ Вот это нам и предстоит выяснить, ‒ отрезал Вейланд и нервно застучал пальцами по столешнице.
Я напрягся всем телом, уловив смену интонаций в голосе старшего брата.
‒ Зачем это тебе? ‒ я чувствовал, что брат что-то скрывает. Но также знал, что правду он мне не скажет.
‒ У меня есть кое-какие подозрения, которые слишком опасны, чтобы их игнорировать, ‒ уклончиво ответил Вейл, ничем меня не удивив. Это было в его стиле. Напустить тумана и оставить без разъяснений. ‒ Именно поэтому я хочу оставить ее здесь. Под нашим присмотром.
Я опустил руки, тяжело выдохнув.
‒ Нашим? ‒ почему-то я ощутил в груди странное покалывание, похожее на предвкушение.
‒ Ты будешь моими глазами, Ксандер.
Надо было возмутиться. Но вместо этого я спросил:
‒ И как ты собираешься удержать девчонку? Маркиз Периш наверняка потребует ее возвращения.
‒ Есть у меня одна мысль на этот счет, ‒ кинул он задумчиво, полностью теряя ко мне интерес. ‒ Можешь быть свободен.
Глава 16
Глава 16
Ксандер
Я вышел из кабинета брата с тем же неприятным осадком, который неизменно оставался после любого нашего разговора. Вейланд вечно играл роль строгого старшего брата, забывая о том, что мы родня лишь наполовину. Или же наоборот, не забывая об этом ни на секунду.
Помнится, раньше я тянулся к нему, не понимая, почему Вейл так холоден ко мне. Но детство для меня быстро закончилось, как только мать увезли в лечебницу. Тогда, без ее защиты, мне доходчиво разъяснили, чем именно наша семья так примечательна.
А теперь на доске нашего раздора появилась рыжая боевичка с Севера.
Загадочная личность теперь вызывала куда больше вопросов, чем раньше, раз брат так ей заинтересовался.
Пройдя по коридору административного крыла, я уже собирался свернуть к лестнице, как у приоткрытой двери канцелярии услышал знакомый голос.
‒ Но тир секретарь, поймите же! ‒ говорила тетушка Ода. Обычно невозмутимая главная сестра милосердия сейчас звучала непривычно робко. ‒ Девочка поступила к нам ночью, вся в грязи и без сознания. Не могла же я выкинуть ее на улицу.
‒ Инструкция есть инструкция, ‒ суховато ответил тир Айлан Бигби, шурша бумагами. ‒ Размещение неизвестных лиц в общем лекарском крыле без предварительного распределения и ведома деканата ‒ грубейшее нарушение внутреннего регламента.
‒ Но ночь же...
‒ А уже не ночь, сестра. Но вы так и не соизволили никого оповестить. Благо, нашлись более ответственные люди.
И кем же был этот ответственный «людь»? О девчонке знали только парни из звена и... Ну, конечно! Я думал, что успокоил Веру, однако она решила все равно мне отомстить.
Я остановился у косяка. Старушка стояла перед высоким столом секретаря, ссутулив плечи, и теребила в руках тесьму своего передника. Выговор в ее возрасте и с ее безупречной выслугой ‒ это не просто бумажка. Это пятно, которое могло отразиться на репутации женщины в дальнейшем. Если она вдруг решит покинуть академию и устроиться в другое место.
Это, конечно, было маловероятно, но все-таки возможно.
Злость, уже кипевшая после беседы с Вейландом, нашла вполне конкретный выход.
Я оттолкнулся от косяка двери и твердым шагом вошел в кабинет. Секретарь мгновенно вытянулся по струнке, а Ода испуганно обернулась.
‒ Тир Морвейн, ‒ забормотал секретарь, торопливо пряча бланк выговора под стопку других бумаг. И сделал он это скорее неосознанно, чем специально. Вердикт выносил не он, а декан. ‒ Чем могу помочь?
Я сделал пару шагов вперед, чувствуя, как холод в груди ширится.
‒ Думаю, вам стоит избавиться от этой бумажки, ‒ бросил я коротко, опуская руки на край стола и глядя Бигби прямо в глаза.
‒ Ч-что, простите? ‒ растерялся тот.
‒ Никакого выговора не будет.
Лысоватый мужчина нервно сглотнул, переведя испуганный взгляд с меня на сестру милосердия и обратно.
‒ Но... Тир декан лично...
‒ Декан занят более глобальными проблемами. Он не станет преследовать главного медика академии из-за бюрократических мелочей, ‒ жестко оборвал я его, чеканя каждое слово. ‒ Девочку принес в лазарет я. Лично. Неважно на каких основаниях. Всю ответственность за ее появление в общих палатах я беру на себя. Перед деканом, перед Советом и перед кем угодно еще. Вопросы есть?
Секретарь побледнел, замахал руками и, торопливо вытащив из-под стопки злосчастный бланк, скомкал его в кулаке.
‒ Никаких вопросов, тир Морвейн! Если вы берете ответственность на себя, то... Никаких взысканий с сестры милосердия быть не может. Инцидент исчерпан.
Я кивнул, бросив короткий взгляд на старушку. Ода смотрела на меня с такой благодарностью, что мне стало даже неловко.
‒ Идемте, тетушка Ода, ‒ смягчив тон, сказал я, аккуратно беря ее под локоть и выводя из душной канцелярии в прохладный коридор. ‒ Я провожу вас.
Провожу. Потому что у меня теперь тоже есть дела в лекарском крыле.
Глава 17
Глава 17
Аврора
Голова больше не раскалывалась, но тупая тяжесть все еще давила на затылок, а в ушах то и дело появлялся странный звон. Словно где-то вдалеке звенели тихие колокольчики. Я сидела на больничной койке, прижавшись спиной к подушке. Сидела и пытаясь сообразить, как мне отсюда выбираться.
Окна казались хорошей идеей. Но лишь сперва.
Мой энтузиазм быстро пошел на спад, когда я рассмотрела за стеклами массивные железные решетки. Прутья толщиной в палец намертво были впаяны в тяжелую каменную кладку. Сквозь них пробивался яркий, непривычно слепящий южный свет, но о том, чтобы выбить раму, не могло быть и речи.
К тому же я отчетливо ощущала исходящую от решеток магию.
‒ Вот же мрак!
Недовольная, я вернулась в кровать и, закутавшись в тонкое больничное одеяло, подтянула колени к груди.
Вот и что делать дальше?
Правда, долго печалиться мне не дали. Дверь лазарета отворилась, и на пороге появилась тетушка Ода, а следом за ней ‒ Ксандер Морвейн.
Старушка выглядела заметно оживленной, и стоило ей переступить порог палаты, как она тут же принялась горячо благодарить младшего Морвейна, едва ли не кланяясь ему за то, что он вступился за нее перед кем-то.
Я сидела на больничной койке, ошеломленно переводя взгляд с суетящейся сестры милосердия на хмурого парня.
Сердце вдруг так громко застучало о ребра, что дальнейшие слова превратились в неразборчивую белиберду. И пока на меня не обращали внимания, я ужиком сползла на спину.
Пусть лучше думают, что я сплю.
И возможно, так бы и было, только во мне взыграло любопытство. Приоткрыв один глаз, я, затаив дыхание, наблюдало за тем, как Ксандер отмахнулся от благодарностей Оды коротким кивком.
А затем вдруг поднял глаза на меня.
На секунду в его ледяном взгляде мелькнуло нечитаемое выражение. Он прекрасно видел мое притворство и насквозь раскусил жалкий маскарад со сном. Парень даже сделал шаг к койке, видимо, чтобы обнаружить мою ложь.
Но что-то помешало ему перейти к активным действиям.
Ксандер открыл рот, будто собирался выдать новое едкое замечание. Но в самый последний момент резко передумал. Лицо его снова окаменело, а в глазах проступила отстраненность.
Не сказав ни слова, он круто развернулся на каблуках и широким шагом покинул палату.
Я шумно выдохнула, расслабленно откидывая голову обратно на подушку. Сердце все еще колотилось где-то в горле, отказываясь стучать ровно.
И что это только что было?
Тетушка Ода проводила Ксандера долгим взглядом, а потом обернулась ко мне.
‒ Ну что, деточка, ‒ сказала она, подходя к моей койке и поправляя одеяло. ‒ Видела бы ты сейчас свое лицо. Красное, как твои волосы.
Я не нашлась, что ответить. Щеки и правда горели. Но точно из-за духоты. Морвейн младший тут точно был не при чем.
‒ Тир Ксандер ‒ хороший мальчик, ‒ продолжила тетушка Ода, усаживаясь на табурет и уже привычно проверяя мою температуру.
‒ Уверена, что так и есть, ‒ буркнула я в ответ. Желания разговаривать про блондина не было. Но и одергивать женщину я не хотела. Внутри зрело противоречивое чувство: отторжение, приправленное заинтересованностью.
‒ Ты не смотри, что он такой мрачный. Главное, ‒ женщина подняла указательный палец вверх. ‒ Это поступки. Вот вчера тебя сюда принес, сегодня меня... Не принес, конечно, ‒ хохотнула женщина. ‒ Хотела сказать, он тебя спас и меня спас. От выговора. За то, что тебя сюда... Неважно!
‒ Что-то вы не то договариваете, ‒ зацепилась я за ее оговорку.
Старушка смущенно кашлянула, поправляя передник, но развивать тему не стала. Вместо этого она шустро поднялась с табурета, подхватила миску с водой и поспешила к выходу, бросив на ходу:
‒ Отдыхай, Аврора. Я пока распоряжусь, чтобы тебе подали завтрак.
Дверь за ней закрылась, оставив меня наедине с собственными мыслями и нарастающим беспокойством. Спать расхотелось окончательно. Я откинула одеяло, собираясь встать и еще раз придирчиво осмотреть злосчастные решетки на окнах, как вдруг воздух в палате странно загустел.
Глава 18
Глава 18
Аврора
Я замерла, не успев опустить ноги на пол. Звон в ушах усилился, превратившись в гул, болезненно давя на виски и перепонки. Такого со мной еще никогда не случалось.
А еще стало ощутимо холоднее, а по каменному полу, извиваясь и цепляясь за трещины в плитах, пополз плотный дым.
Фиолетовый туман. Такой я уже видела!
Дым растекался по полу бесшумными волнами, поднимаясь все выше и обволакивая ножки кровати. От него исходил терпкий аромат грозового неба и озона.
‒ Что за... ‒ прошептала я, сильнее кутаясь в одеяло. Не то чтобы оно могло меня спасти, но мне нужна была хоть какая-то иллюзия безопасности. Потому что я совершенно не понимала, что происходит.
Дымка становилась все больше. Она клубилась у кровати, сгущаясь в причудливые силуэты, и в какой-то момент мне почудилось, будто где-то вдалеке прогремели раскаты гром. Только вот небо за окном оставалось безоблачным.
‒ Стоп! ‒ одернула я себя, осознав, что слышу вовсе не начало грозы, а вполне себе знакомое утробное урчание. И не где-нибудь, а прямо у себя в голове.
‒ Шаграт?
Решетки на окнах вдруг отозвались тонким дребезжанием. Прутья тускло замерцали лиловым светом. Я отчетливо видела, как по ним побежали искры.
Защита отвечала на чужое присутствие. Хотя я уже начала догадываться, кто решил меня навестить. И это будоражило так же сильно, как и пугало.
Наплевав на страх, я соскочила с кровати и кинулась к окну. И добежала до него ровно в тот момент, когда за стеклом показалась знакомая большая морда.
‒ Шаграт! ‒ выдохнула я, прижавшись ладонями к холодному стеклу. Это и правда была драконица собственной персоны.
Она приветливо фыркнула, и из ее ноздрей вырвался клуб горячего пара, который тут же закрутился в замысловатую спираль. Точно так же, как фиолетовый дымок у моих ног. Все это было рук, а точнее лап, древнего существа.
Шаграт стукнулась рогами в защитную решетку, будто что-то хотела мне сказать. Или, быть может, даже показать. И она точно звала меня...
‒ Я не понимаю. Что я должна...
‒ Ой, матерь-Заступница! ‒ раздался за спиной срывающийся на визг голос тетушки Оды.
Я резко обернулась. Сестра милосердия стояла на пороге с широко распахнутыми глазами и ртом. В трясущихся руках она держала деревянный поднос с тарелкой каши и кружкой отвара, которые, видимо, предназначались мне на завтрак. От зрелища чешуйчатой морды гигантского зверя, заглядывающего прямо в окно второго этажа, пальцы старушки мгновенно разжались.
Поднос с грохотом рухнул на каменный пол. Глиняная кружка разлетелась на сотни мелких осколков, а целебный отвар темной лужицей растекся по щелям между плит, смешиваясь с клубящимся фиолетовым туманом.
Ода в ужасе прижала ладони к лицу, делая шаг назад и нащупывая спиной косяк двери. Она не кричала. От шока у нее просто перехватило дыхание.
‒ Тетушка Ода, подождите, не пугайтесь! ‒ судорожно выдохнула я, отступая от окна и поднимая руки, словно это могло как-то сгладить странную ситуацию. ‒ Она... она...
А что «она»? Что я вообще могла сказать? У меня не было объяснений действиям дракона. Я лишь знала, что сюда она прилетела из-за меня.
‒ Ох, деточка, я сейчас вызову охрану. Погоди, ‒ и женщина стала активно вырисовывать руны в воздухе.
Завидев это, дракониха за окном недовольно фыркнула, прекрасно понимая, к чему все идет. Шаграт бросила на испуганную старушку тяжелый взгляд изумпудных глаз и, плавно качнув хвостом, растворилась в мареве утреннего тумана так же внезапно, как и появилась.
Фиолетовый туман быстро исчез, и лишь дымок от каши у ног сестры милосердия напоминал о том, что здесь только что произошло. Да и он стремительно таял, уносимый сквозняком из открытой двери.
А спустя час я уже стояла на ковре в кабинете декана.
