Read the book: «Месть колдуна»

Пролог

Артём бросил сумку под вешалку, скинул кроссовки. Глубоко вдохнул — знакомый, родной запах дома окутал его, словно старое, но тёплое одеяло. Позади остался первый курс университета, впереди — целых два месяца каникул.

Его никто не встречал: мама с Машей уехали на море ещё неделю назад. Артём вздохнул. Два года как погиб отец, а боль утраты всё не проходила — она просто затаилась где‑то глубоко внутри, время от времени напоминая о себе острой, колючей тоской. Хорошо, что сестра осталась с матерью — вдвоём легче переносить и радость, и печаль.

Он прошёл на кухню — на столе лежала записка. Почерк — мамин, аккуратный, чуть наклонённый вправо:

«Сынок, жаль, что не встретили тебя. Мы с Машей очень по тебе скучали. Но ничего — скоро увидимся. Еда в холодильнике, поэтому голодным ты не будешь. До встречи. Целую, мама».

Артём потянул дверь холодильника — тот был заполнен под завязку: контейнеры с супами, салаты, запечённое мясо, фрукты. Улыбка тронула губы: мама в своём репертуаре. Всегда думает наперёд, всегда заботится, даже когда её нет рядом. В этом была вся она — заботливая, умеющая поддержать одним словом или делом.

Парень направился в ванную. Спустя несколько минут вышел, вытирая мокрые волосы полотенцем. В этот момент зазвонил мобильник. Кто бы это мог быть?

«А, ясно — Макс. Как знал, что я приеду», — подумал Артём, беря трубку.

— Привет, Макс!

— Здорово, Артёмыч! Ты уже приехал? — голос друга звучал как всегда бодро, энергично.

— Да. Вот только зашёл. Откуда узнал, что я сегодня приеду?

На том конце раздался смех — заразительный, тот самый, который всегда поднимал настроение, прогонял тоску и заставлял улыбаться против воли:

— Сорока на хвосте принесла. Мама твоя сказала. Слушай, Артёмыч, давай встретимся? Есть одна идея.

Макс всегда был выдумщиком. Артём невольно улыбнулся, представив, какой очередной авантюрой друг собирается его соблазнить.

— Когда и где?

— Давай сегодня в шестнадцать — в нашем кафе. Я уже и Лёше позвонил.

— Лады. Буду ровно в шестнадцать.

Макс снова рассмеялся:

— Не сомневаюсь. Ты у нас такой педант — если сказал «ровно», значит, так и будет.

Артём посмотрел на часы. Два часа — вполне достаточно, чтобы привести себя в порядок после поезда: переодеться, выпить чашку кофе и собраться с мыслями. Он подошёл к окну, распахнул створку. В комнату ворвался шум города — гул машин, далёкие голоса, смех детей, — и вместе с ним — запах цветущей сирени.

И сейчас, стоя у окна, Артём вдруг отчётливо понял: каникулы обещают быть необычными. Макс с его идеями никогда не приносил скуки.

Он вернулся в комнату, бросил полотенце на спинку стула и начал собираться. В голове уже крутились мысли о встрече, о том, что за идея созрела у Макса на этот раз.

Артём надел любимую футболку, проверил, всё ли взял, и бросил взгляд в зеркало. В отражении он увидел себя — повзрослевшего за этот год, чуть более серьёзного, но с тем же огоньком в глазах.

«Что ж, — подумал он», — посмотрим, что придумал Макс.

Артём зашёл в кафе — после жары улицы здесь было прохладно, приятно пахло свежесваренным кофе и выпечкой. Макс махнул рукой: он уже сидел за столиком напротив входа, в тени большого фикуса с глянцевыми листьями.

Загорелый, раздавшийся в плечах — чувствовалось влияние учёбы в мореходке. В его облике появилась уверенность, осанка стала прямой, а взгляд — цепким, будто привык оценивать расстояние до горизонта.

Он вскочил, широко улыбнулся и крепко обнял Артёма, потом отстранился, разглядывая друга с явным удовольствием:

— А ты, брат, возмужал за год! Смотри‑ка — плечи шире стали, взгляд серьёзнее. Университет тебя не испортил, а закалил!

Артём рассмеялся, хлопнул Макса по плечу:

— Да и ты уже не тот, что был на выпускном — настоящий моряк стал. Ещё пара рейсов — и будешь рассказывать нам про штормы и китов!

Они оба засмеялись — оба были искренне рады встрече.

— А-а-а, вот вы где, чертяки! — к ним подошёл Алексей. Такой же высокий, как и они, худощавый и жилистый, с лёгкой небрежностью в походке и прищуром карих глаз. На плече у него висел потрёпанный рюкзак.

Макс повернулся к товарищу, расплылся в улыбке:

— А вот и наш археолог пожаловал! Всё, небось, копаешь что‑то или изучаешь древние карты? Готов поспорить, ты и в отпуске не можешь без своих раскопок!

Друзья обнялись — крепко, похлопывая друг друга по спине.

— Ну вот мы снова вместе, — губы Макса растянулись в радостной улыбке, глаза заблестели. — Как же это здорово, братцы, встретиться снова… Словно время повернулось вспять — будто мы опять школьники, только что сдали экзамены и строим планы на лето.

Алексей сел за стол, расстегнул рюкзак, достал бутылку воды:

— Значит, так: сначала заказываем что‑нибудь поесть, потом — подробный отчёт о том, как прошёл год. А потом… — он сделал паузу и хитро подмигнул, — потом Макс расскажет, зачем он нас сюда позвал. Потому что просто так ты, дружище, нас бы не собирал. У тебя же всегда есть какая‑то идея!

Макс рассмеялся, поднял руки в шутливой капитуляции:

— Поймали.

К столику подошла молоденькая официантка, лукаво улыбнулась — ямочки украсили щёки, а в глазах заплясали озорные искорки. Она поправила блокнот в руке и чуть склонила голову набок:

— Что будете заказывать, молодые люди?

— Три американо, пожалуйста, — быстро отозвался Макс. — И… — он окинул взглядом меню, висевшее на стене, — три чизбургера с картошкой. Что скажете, ребята? Подходит?

Артём кивнул:

— Вполне. Только мне без лука в бургере.

— И мне картошку по‑деревенски вместо фри, — добавил Алексей. — А ещё, будьте добры, три порции мороженого на десерт — ванильного. Раз уж встречаемся раз в год, надо отметить как следует!

Официантка быстро записала заказ, улыбнулась шире:

— Отличный выбор! Всё будет через пятнадцать минут.

Она повернулась, чтобы уйти, но Макс окликнул:

— Простите, а можно ещё к кофе три круассана с шоколадом? Ну, для полноты картины.

Девушка рассмеялась:

— Конечно! Сейчас всё принесу.

Когда она отошла, Артём подмигнул друзьям:

— Видали? Ямочки — как у кинозвезды. И улыбка — будто солнце взошло. Мореходка тебя, Макс, не испортила — глаз по‑прежнему намётан!

Макс шутливо толкнул его плечом:

— Да ладно тебе! Просто человек с хорошим настроением — это всегда приятно. А у нас сегодня как раз такой день.

Артём улыбнулся, оглядел друзей:

— Точно. Впервые за долгое время чувствую, что всё на своих местах. Мы втроём, лето впереди… И какая‑то авантюра на горизонте, судя по всему.

— О, авантюра будет, — Макс заговорщически понизил голос, наклонился ближе к столу. — Но сначала — еда. А то, пока будем рассказывать, я от голода лапу начну жевать.

Друзья дружно рассмеялись.

Артём отложил вилку, промокнул салфеткой губы:

— Ну давай, рассказывай, зачем собрал.

В синих глазах Макса блеснули искорки:

— А что, братцы, не податься ли нам куда‑нибудь? На море, в горы, на дачу, на худой конец?

— Море — дорого, горы — далеко, — Артём задумчиво крутил в руках ручку, что‑то рисуя на бумажной салфетке. У него эта привычка появилась в университете — так лучше думалось. Линии на салфетке складывались в извилистую реку, окружённую лесом. — И уж точно не твоя дача… Тётя Лена сразу загонит грядки полоть. Не отдых, а трудовая повинность.

Макс расхохотался:

— Это точно подметил… По поводу дачи.

Алексей оторвался от потрёпанного томика, который таскал с собой везде. Обложка книги потрескалась от времени, страницы пожелтели — видно было, что она не раз путешествовала с хозяином.

— А давайте на реку? — предложил он. — Я тут недавно прочитал про одну… Только название у неё чего стоит — Чёрная Вода… Места там глухие, красивые. Можно сплавиться на надувной лодке, как в старых приключенческих книгах. Палатка, костёр, уха… романтика!

Макс вскинулся так резко, что чуть не опрокинул чашку:

— Сплав?! О! Это уже интереснее! – Лодка есть у дяди Гриши, он даст на время. А я как раз новый спиннинг купил — буду нас кормить!

Артём поднял бровь, отложил ручку и внимательно посмотрел на друзей:

— Погоди, не так быстро. Я слышал об этой реке. Чёрная Вода — река не самая простая. Извилистая, местами пороги, а карты найти трудно. — Он задумался, постучал пальцами по столу. — Стойте… А не на этой ли реке два года назад пропала группа туристов? Они на байдарках сплавлялись?

Алексей, внимательно слушавший Артёма, кивнул:

— Да, я тоже слышал об этом случае. По телеку показывали. Там ещё говорили, что следов толком не нашли — будто растворились.

— Вот то‑то и оно, — брови Артёма сошлись на переносице. Он обвёл друзей серьёзным взглядом. — Это не просто река. Там что‑то не так.

Макс посмотрел озадаченно на друзей, потом упёрся локтями в стол и подался вперёд:

— Да что вы, парни, в самом деле? Испугались, что ли? Это ли не шанс испытать себя? Почувствовать, на что мы действительно способны?

Артём усмехнулся, но глаза его остались серьёзными:

— Испытать, говоришь… — Он тряхнул головой. — Почему бы и нет? В конце концов, мы уже не школьники — пора учиться брать ответственность на себя. Как думаешь, Лёш?

Алексей захлопнул книгу, улыбка озарила лицо:

— Я не против. Если всё продумать, взвесить риски — почему бы и нет? К тому же… — он понизил голос, — разве не любопытно узнать, что там на самом деле случилось с той группой?

Макс оживился, хлопнул в ладоши:

— Представляете? Таинственная река, и мы покоряем её чёрные воды! Разве не романтика? Приключения, загадки, испытания… Мы вернёмся героями!

Артём остановил его жестом:

— Согласен. Отправляемся на эту реку. Доберёмся до деревни, осмотрим окрестности, если получится, пообщаемся с местными — может, что‑то и проясним. История вырисовывается любопытная. Только прежде, — он многозначительно посмотрел на друзей, — надо маршрут продумать, снаряжение подобрать, припасы собрать. И главное — составить план действий на случай непредвиденных ситуаций. Безопасность — прежде всего.

— Вот ты и продумаешь, — весело перебил Макс. — Ты у нас будущий инженер, голова на плечах есть. А мы с Лёшкой поможем. Правда, Лёш?

Алексей улыбнулся и кивнул:

— А ещё я карту раздобуду. И поищу инфу про эти места — вдруг какие легенды или полезные советы найдутся. Говорят, там ещё деревня старая есть, Безлюдовка, вроде как заброшенная… Я тут вычитал кое‑что про неё…

Артём заинтересованно приподнял бровь:

— Ну‑ка, ну‑ка. Не томи.

Макс подался вперёд, поставив локти на стол:

— Да, Лёш, выкладывай! Только не говори, что там привидения водятся — я уже заранее боюсь! — и сам же расхохотался над своей шуткой.

Алексей чуть покраснел от такого напора, но продолжил, понизив голос — так, что друзьям пришлось невольно склониться ближе:

— На счёт привидений не знаю… Но местные, говорят, стороной её обходят. В старых записях нашёл: деревня когда‑то большая и зажиточная была. А потом что‑то случилось такое, что люди стали пропадать. Бесследно. И так продолжалось до тех пор, пока она полностью не опустела. Оттуда и пошло — Безлюдовка.

— Прям так все и пропали? — переспросил Макс скептически, но глаза его блеснули любопытством, острым, как лезвие. — Бесследно?

— Ну да, — сказал Алексей. — В книге было туманно написано: «Кто в Безлюдовку зайдёт — обратно уже не выйдет». И ещё: «Река, прежде славившаяся быстрой и светлой водой, в одну ночь стала чёрной словно сажа. Особливо страшен омут, что недалече от деревни той…»

В кафе вдруг стало тише — даже гул вокзала за стеной словно отдалился, оставив их троих наедине с этой историей.

Макс театрально вздрогнул, но на этот раз без улыбки:

— О‑о‑о, вот теперь я точно боюсь! Может, обойдём эту деревеньку за три километра?

Артём задумчиво постучал пальцами по столу. Его взгляд стал отстранённым, будто он уже видел перед собой эти места: тёмную воду, пустые дома, тишину, в которой не слышно даже птиц.

— А может, как раз стоит заглянуть? — произнёс он медленно. — Если там и правда что‑то необычное… Вдруг мы сможем разобраться, что произошло? Это же шанс узнать правду, а не просто слушать слухи. Докопаться до сути.

Алексей поддержал, и в его голосе зазвучала непривычная твёрдость:

— Заглянуть надо обязательно. Я ещё покопаюсь в материалах. Вдруг найду что‑то.

— Это всё хорошо, — пробормотал Артём. Он машинально чертил на салфетке извилистую линию, напоминающую русло реки, поставил точку старта. — Но правила буду устанавливать я: я за вас в ответе как‑никак. Безопасность — прежде всего. И никаких глупостей. Никаких «а давай проверим, что там в том омуте».

Макс откинулся на стуле, закинул руки за голову и расхохотался — звонко, беспечно, так, что несколько посетителей кафе обернулись в их сторону.

— Он за нас в ответе! — протянул Макс, покачивая головой. — С каких это пор, позвольте поинтересоваться, уважаемый будущий инженер?

Артём поднял палец, серые глаза смотрели серьёзно. Потом уголки губ дрогнули — едва заметно, но достаточно, чтобы Макс понял: друг не шутит, но и не собирается превращать поход в муштру.

— А вот с этих самых, — произнёс Артём ровно. — Раз уж мы затеваем настоящее приключение-расследование, кто‑то должен следить, чтобы оно не превратилось в катастрофу. Чтобы мы вернулись домой целыми и невредимыми. Не как та группа, что пропала на этой реке. Чтобы не пришлось потом родителям объяснять, почему их сыновья остались где‑то под чёрными водами.

Смех Макса стих. Он выпрямился, взгляд стал внимательнее.

— Ладно‑ладно, главнокомандующий, — сказал он уже тише, но с ноткой уважения. — Признаю твою власть… на время похода. Но с одним условием: ты разрешишь мне придумать название нашей экспедиции!

— Договорились, — кивнул Артём. — Только без ребячества.

— «Три мушкетёра на Чёрной Воде»? — тут же выдал Макс, и в глазах снова заплясали бесенята.

— Слишком пафосно, — поморщился Алексей, листая потрёпанную книгу. — Звучит, будто мы собрались спасать королеву, а не сплавляться по реке.

— Тогда «Рыбаки и река»?

— Скучно, — отрезал Артём. — Как отчёт в школьном кружке.

Алексей оторвался от книги, задумчиво постучал пальцем по корешку:

— «Чёрная Вода»? — предложил он. — Просто, но звучит… таинственно. Без лишнего пафоса, но с намёком. Как будто мы идём не просто на пикник, а к чему‑то большему. К границе, за которой начинается неизвестное.

Макс помолчал, потом медленно кивнул:

— Годится. Есть в этом что‑то… настоящее. Не игра, а вызов.

— Годится, — согласился Артём. — Пусть будет так. «Экспедиция „Чёрная Вода“». Официально и по делу. Но запомните: это не просто красивое название. Это предупреждение. Река не прощает легкомыслия.

Он обвёл друзей взглядом — твёрдым, почти суровым:

— Значит, решено. Сплав по Чёрной Воде. Целый месяц приключений. Разведка местности, изучение легенды и, конечно, отдых. Но по плану. Никаких отклонений. Никаких спонтанных решений. Каждый шаг — просчитан. Каждая опасность — учтена. Мы идём не только за адреналином, а за правдой. И вернёмся — все трое.

За столиком повисла тишина. Где‑то за стеной гудел поезд. Макс вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок — не от страха, а от осознания: они действительно собираются переступить черту.

Артём положил ладонь на стол:

— Тогда договоримся так. Мы — команда. Один за всех, все за одного. Кто дрогнет — поддержим. Кто ошибётся — подстрахуем. Кто устанет — поможем. Но назад — только вместе.

Макс положил свою руку поверх:

— Согласен.

Алексей присоединил свою ладонь:

— Согласен.

Артём накрыл их руки своей:

— Экспедиция «Чёрная Вода» начинается. Пусть река примет нас — но вернёт обратно. Целыми. И с ответом.

В этот момент солнце, бившее в окно кафе, вдруг скрылось за тяжёлой свинцовой тучей. По стеклу пробежала первая капля дождя — крупная, тяжёлая, словно предупреждение. Где‑то вдали пророкотал гром, и на мгновение всем троим показалось, будто сама река, о которой они говорили, услышала их планы и приготовилась к встрече.

Глава 1. В которой к друзьям неожиданно присоединяется девушка

Артём разложил на столе карту — самую свежую из тех, что удалось раздобыть. Плотная бумага слегка поскрипывала под пальцами, линии русла Чёрной Воды змеились по желтоватому полю, словно тёмные вены древней земли. Он хмурился, сверял отметки, чертил какие‑то схемы на полях и бормотал:

— Так, до Безлюдовки — сорок километров по реке…

Он склонился над картой, вглядываясь в условные обозначения. В комнате - тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов да редкими порывами ветра за окном. Ночную тишину внезапно разорвал резкий звонок мобильника.

Артём вздрогнул, выпрямился и взглянул на экран. Света — одноклассница. На губах невольно появилась улыбка: в памяти всплыли школьные годы, когда он был влюблён в неё по уши. Встречал около школы, нёс портфель, ловил каждый её взгляд. Друзья над ним подтрунивали: «Втюрился, Артёмыч!»

А потом появился Олег — он был на два года старше Артёма, учился в военном училище. Высокий, подтянутый, с уверенным взглядом. Света, надо отдать ей должное, не стала скрывать: как‑то утром она отозвала Артёма в сторону и прямо сказала, что любит Олега.

Артём тогда сначала растерялся — внутри всё замёрзло, будто кто‑то сжал сердце ледяной рукой. Вечером он встретил курсанта у автобусной остановки, чтобы выяснить отношения. Но до драки не дошло. Олег оказался отличным парнем — честным и порядочным. Он искренне удивился, признался, что не знал о чувствах Артёма, и рассказал о своей любви к Свете. В итоге они распили бутылку вина в беседке на берегу реки, говорили о жизни, о будущем, о том, как странно порой складываются судьбы. И расстались друзьями.

Артём вспомнил, как его встретила мама, когда он, полупьяный — много ли надо десятикласснику? — явился под утро домой. Она не стала кричать, только покачала головой и сказала: «Любовь — это испытание, сынок. Иногда оно закаляет, а иногда учит отпускать».

Со Светой он перестал встречаться. Со временем почти перестал о ней думать — жизнь шла вперёд, появлялись новые заботы, новые люди. Но иногда, совсем редко, какая‑то мелочь — запах сирени, мелодия, случайный взгляд девушки с похожей причёской — вдруг воскрешала в памяти те дни.

Вздохнув, он провёл пальцем по экрану и ответил:

— Свет, привет! Рад тебя слышать, — бросил взгляд на часы: двадцать минут до одиннадцати. — Ты на время смотрела? Что‑то случилось?

С той стороны раздался смех — низкий, грудной, и такой волнующий, что на мгновение в груди что‑то дрогнуло.

— Да ладно тебе, Тёма! Ты всегда такой серьёзный. Макс сказал, что ты приехал, вот и решила узнать, какие у тебя планы на выходные.

Голос притягивал, будил забытые чувства — те самые, что когда‑то заставляли сердце биться чаще, а ладони потеть перед встречей. Артём взял себя в руки, стараясь говорить ровно:

— Извини, Светуля, в выходные я занят.

— Жаль, так хотелось с тобой увидеться, — в голосе прозвучало искреннее сожаление. — А чем же, интересно, ты занят? — в интонации появилось неподдельное любопытство, почти детское, будто она снова превратилась в ту самую школьницу, которая любила задавать вопросы и ждать честных ответов.

— Да вот решили с ребятами попутешествовать — каникулы. Надо использовать по максимуму.

— О, путешествие — как здорово! — оживилась Света. — А куда вы собрались?

Артём вздохнул. Света относилась к тому типу людей, которые не отстанут, пока не узнают всё до мельчайших подробностей. Он покосился на разложенные карты, будто они могли подсказать, как лучше ответить. В голове промелькнула мысль: «А что, если взять её с собой? Но нет, это плохая идея…»

— Сплав по реке, — сказал наконец. — По Чёрной Воде.

— По Чёрной Воде? — переспросила Света. В её голосе зазвучали восторженные нотки, хотя Артём был уверен: об этой реке Света никогда не слышала. — Как романтично! А можно и я с вами сплавлюсь?

На мгновение воцарилась тишина. Артём растерялся — он не ожидал такого поворота. В памяти всплыли образы: шумная компания у костра, песни под гитару, долгие разговоры под звёздным небом… И Света среди них — яркая, живая, наполняющая всё вокруг своим смехом.

Он прокашлялся, стараясь говорить твёрдо:

— Свет, это не совсем то, что ты думаешь. Поход непростой: маршрут сложный, снаряжение тяжёлое, да и ребята уже всё спланировали. Мы готовимся не к пикнику, а к настоящему сплаву — с ночёвками в лесу, преодолением порогов…

— Но я же не хрустальная! — возразила Света с энтузиазмом. — Я в школе на турслётах была, умею ставить палатку, разводить костёр. И плавать умею отлично!

Артём невольно улыбнулся её напору.

— Я в этом не сомневаюсь, — мягко ответил он. — Просто… это мужская компания, мы давно планировали. Да и маршрут действительно серьёзный — не для первого раза.

— Ну пожалуйста, Тёма! — её голос стал тише, почти умоляющим. — Я так давно никуда не выбиралась. А с вами будет весело, я обещаю! Я не буду мешать, честно.

Артём закрыл глаза, сделал глубокий вдох. Внутри шла борьба: с одной стороны — старые чувства, желание провести время вместе, с другой — здравый смысл и понимание, что это может всё усложнить.

— Дай мне пару минут подумать, ладно? — наконец произнёс он. — Подожди на линии? В трубке послышался шорох — видимо, она села поудобнее, готовясь к долгой осаде. Артём невольно улыбнулся: упрямая, ничего не скажешь. В этом вся Света — если что‑то вбила себе в голову, не отступит. Он на мгновение представил её среди глухих берегов Чёрной Воды: яркие волосы, насмешливый взгляд, лёгкий рюкзак с косметичкой вместо аптечки… И тут же мысленно покачал головой: нет, не впишется. Не в этот поход.

— Пойми, — произнёс он медленно, подбирая слова так же тщательно, как наносил отметки на карту, — мы так решили — только мы трое. Это не просто сплав. Это… вызов. Но я обещаю: когда вернёмся, я тебе всё расскажу, покажу фотки, может, даже видео сниму специально для тебя.

На том конце повисла короткая пауза. Артём почти видел, как Света хмурит брови, поджимает губы, взвешивает его слова. В её молчании чувствовалась борьба — между желанием быть рядом и пониманием, что здесь она лишняя.

— Ладно, — вздохнула она наконец. — Но с тебя потом подробный рассказ! И фотки, как договаривались. И чтобы ничего не упустил, понял?

— Конечно, — Артём почувствовал облегчение, смешанное с лёгкой досадой. — Всё будет. Спасибо, что поняла.

— Удачи вам там, — уже мягче сказала Света. — И чтобы без глупостей, ладно? Следите друг за другом, слышите?

— Обещаю, — серьёзно ответил Артём. — Мы будем осторожны. И обязательно позвоню, как доберёмся до цели.

— Вот и хорошо, — в её голосе снова зазвучали привычные нотки. — А если вдруг передумаете насчёт четвёртого…

— Свет… — мягко перебил Артём, и в его голосе прозвучала твёрдость, не допускающая возражений.

— Да‑да, поняла, — она рассмеялась, но в смехе слышалась нотка грусти. — Молчу. Но вы там всё равно поосторожнее. И передавай привет ребятам!

— Передам, — улыбнулся Артём. — До связи.

Он положил трубку и ещё несколько секунд смотрел на погасший экран, будто надеялся, что тот даст ответ на терзавшие его вопросы. Всё в этом разговоре казалось ему странным.

Да и сам звонок — с чего бы она звонила после того, как они почти два года не общались? В памяти всплывали обрывки последних встреч: короткие кивки при случайных столкновениях, дежурные «привет‑пока», ни намёка на былой интерес. И вдруг — этот звонок, будто мост через реку времени.

И слишком легко сдалась Света — это на неё не похоже. В своё время она могла уговаривать часами, приводить десятки аргументов, настаивать, убеждать, чуть ли не требовать. Была упрямой, как горный баран, когда чего‑то хотела. А тут… Отступила после пары фраз, согласилась подождать его решения, будто это было не так уж важно для неё.

Артём тряхнул головой — странно. Очень странно. Что‑то здесь не сходилось. Пальцы невольно потянулись к карте, скользнули по линии реки — от старта к Безлюдовке. Линия была тонкой, извилистой, словно сама судьба, полная неожиданных поворотов и скрытых течений.

«Возможно, просто повзрослела, — подумал он. — Или наконец осознала, что есть вещи, в которые нельзя вмешиваться. Что есть пути, которые нужно пройти только своим кругом. Мы с Максом и Лёшей — это наша команда, наша давняя связь, проверенная годами. И этот поход… он не просто сплав по реке. Это что‑то большее — попытка разобраться в тайне, которая уже коснулась только нас троих.

Он вернулся к карте, взял циркуль.

— Так, где я остановился… — пробормотал Артём. — До Безлюдовки сорок километров…

Он взял карандаш и начал делать пометки на карте. Мысленно раскладывал всё по полочкам: сколько взять крупы, сколько тушёнки, сколько спичек и свечей, какие инструменты взять на случай ремонта лодки…

Поднял голову, посмотрел на фотографию на стене — они втроём на прошлогоднем сплаве, загорелые, с удочками в руках. Тогда всё было проще. А сейчас впереди — Чёрная Вода, таинственная деревня и тот путь, который должен многое им рассказать не только о реке, но и друг о друге.

Он поставил последнюю точку на карте, выделил маршрут красной линией и поднялся. Впереди их ждали глухие леса и Чёрная Вода — река, которая, по слухам, проверяет путников на прочность. Но они готовы. Они — команда.

На следующее утро приехали Макс и Алексей — уже полностью снаряжённые, с рюкзаками за плечами и походным настроением. Этот день и ночь решили провести у Артёма: благо его родители уехали на море, и квартира была свободна — можно было без спешки проверить снаряжение, обсудить маршрут и как следует выспаться перед стартом.

Друзья занесли вещи в прихожую. Пока складывали рюкзаки у стены, Артём вспомнил вчерашний разговор со Светой.

— Кстати, — он замялся, подбирая слова, — вчера Света звонила. Просилась с нами.

— Ого! — Макс присвистнул, оторвавшись от своих пакетов. — И что ты?

— Отказал, — ответил Артём, глядя прямо в глаза другу. — Объяснил, что это наше приключение втроём… Решили пройти этот путь только нашей командой. Без лишних слов, без компромиссов.

Макс кивнул, задумчиво постукивая пальцем по банке с тушёнкой:

— Правильно. Мы же команда. И маршрут непростой — глухие места, ночёвки в палатке. Света — отличная девчонка, но это не её стихия. Да и потом, если что‑то пойдёт не так, отвечать будем мы. Не можем взять на себя ответственность за того, кто не готов к таким испытаниям.

Алексей, до этого молчавший, поднял глаза — взгляд его был серьёзным, почти суровым:

— Я тоже так думаю. К тому же мы всё рассчитали на троих: вес в лодке, запас еды, распределение обязанностей… Добавлять кого‑то в последний момент — только сбивать настройки. Каждый лишний килограмм, каждый новый человек — это риск. А мы идём не ради развлечения.

— Да, — согласился Артём. — Я ей пообещал, что потом всё расскажу подробно, фотки покажу, видео сниму специально для неё. Она вроде поняла.

— Вот и хорошо, — Макс хлопнул Артёма по плечу. — Значит, идём как задумали. Трое — это сила!

Они начали проверять снаряжение. Работа была в самом разгаре, когда в дверь позвонили.

— Я открою, — бросил Макс и через минуту вернулся с широкой улыбкой: — Ребята, у нас пополнение!

Сердце Артёма дрогнуло. За спиной Макса стояла Света — в шортах, обтягивающей футболке и с рюкзаком за плечами. На голове — кепи. Всё было продумано, собрано, подготовлено. Она выглядела так, будто готовилась к этому заранее, задолго до разговора с Артёмом.

Артём не мог отвести глаз от девушки. За год, что он её не видел, она превратилась из девочки‑подростка в красивую девушку с сногсшибательной фигуркой. Её движения стали более плавными, уверенными, осанка — прямой, а взгляд — осмысленным, с лёгкой искоркой в глубине. Волосы, раньше заплетённые в косу, теперь собраны в небрежный хвост. На загорелых руках проступали тонкие линии вен, а на запястье блестел простой серебряный браслет-змейка.

— Привет, путешественники! — лучезарно улыбнулась она. — Я готова! — Посмотрела на растерянные лица друзей, капризно надула губки. — А вы что, мне не рады?

Алексей удивлённо поднял брови, а Артём растерянно почесал затылок:

— Свет, мы же договорились…

— Договорились, — перебила девушка. Рюкзак опустился на пол с лёгким стуком — будто поставил точку в споре. — Но я всё продумала. Во‑первых, я умею грести и оказывать первую помощь — два лета работала спасателем на городском пляже. Во‑вторых, я отлично готовлю — мама научила, чтобы я не голодала в общежитии. В‑третьих, — она подмигнула и с торжествующим видом вытащила из рюкзака свёрток, — у меня вот что есть!

Она развернула ткань — внутри оказался старинный компас с потемневшей латунной крышкой и стеклянной крышкой, под которой дрогнула стрелка, словно уловив направление. Металл был испещрён тонкими гравировками, а по краю крышки шла едва заметная надпись, стёршаяся от времени.

— Дедушка подарил. Сказал, он принадлежал его отцу — тому самому, что ходил по таким местам, откуда не все возвращаются. И компас никогда не подвёл.

В комнате повисла тишина. Макс замер с банкой тушёнки в руках, Артём невольно задержал дыхание. Компас будто излучал едва уловимую энергию — незримую, но ощутимую.

— Дай посмотреть, — протянул руку Артём.

Девушка протянула историческую вещицу. Артём подставил ладонь — компас, хоть и маленький, оказался довольно тяжёлым. Металл был прохладным, но в то же время будто хранил какое‑то внутреннее тепло. В следующее мгновение парень ощутил, как что‑то произошло: словно искра пробежала от латунной вещицы к его ладони, отдаваясь лёгким покалыванием в пальцах. Он встретился с глазами девушки — та смотрела на него, и во взгляде было что‑то такое, что заставило сердце биться чаще.

— Можно я оставлю его у себя? — спросил Артём слегка хрипловатым голосом.

— Конечно, Тёма, — Света тряхнула хвостом волос и взялась за рюкзак. Начала выкладывать содержимое — аккуратно, деловито:

— Аптечка — бинты, пластыри, антисептики, обезболивающие, антигистаминные…

— Ого, — присвистнул Макс, невольно сравнивая со своим скромным набором. — У нас только базовая.

— Спальник облегчённый, — продолжала Света. — Фонарик — мощный, с запасными батарейками. Концентраты — лёгкие и питательные. Чай в термосе, печенье, сухофрукты… Ещё дождевик, сменная одежда, свисток на случай, если потеряюсь, набор для розжига…

— Да ты подготовилась лучше нас, — с искренним уважением похвалил Алексей. — И как только всё это уместилось в одном рюкзаке?

Света рассмеялась — легко, звонко:

— Секрет в правильной укладке. И в том, что я заранее всё продумала. — И главное, — девушка достала сложенную карту, — я нашла старую топографическую съёмку Чёрной Воды. Тут отмечены все отмели, ямы и безопасные стоянки. Нам пригодится?

Артём молча взял карту, развернул её и замер. Схема была подробной, с примечаниями на полях — короткими, чёткими пометками, сделанными твёрдой рукой. Линии глубин, стрелки течений, кружки с крестиками — места для стоянок. Всё это дышало опытом, знанием реки.

— Где ты это взяла? — поражённо спросил он.

— У деда. Он в семидесятых годах прошлого века там сплавлялся. Даже фотографии есть — вот, смотри!

Света протянула несколько выцветших снимков: песчаные косы, высокие сосны на берегу, группа туристов у костра. Фотографии, тронутые временем, будто дышали прошлым — в них читались и радость походов, и тихая печаль ушедших дней. На одном кадре дед Светы стоял у лодки, в брезентовой куртке, с веслом в руке и улыбкой, которая говорила: «Мы справимся».

— Ну что, капитан? — улыбнулась Света, и в её глазах вспыхнули озорные искорки. — Теперь я прошла проверку?

Макс наконец отмер, поставил банку на стол и хлопнул в ладоши:

— Ну что ж, раз так — добро пожаловать в команду! Теперь у нас есть не только компас с историей, но и самый подготовленный участник. Артёмыч, признай — она нас уделала.

Алексей подхватил с непривычным для него задором:

— И потом, если что-то случится, Света окажет первую помощь. Да и веселее в дороге.

Артём посмотрел на друзей. Макс — понятно, он всегда рад женской компании, это у него с детства: где девчонки, там и Макс. Хохот, шутки, да разговоры ни о чём — вот его стихия. А вот Лёша… Раньше тот был тише воды, ниже травы: в уголке сядет, книжку достанет, да так и просидит весь вечер, лишь изредка в разговор вставит словечко. А тут — воодушевился, глаза горят, на губах улыбка не сходит. Что с ним случилось? Неужто и его зацепила эта светлая, неугомонная энергия Светы?

Света не сводила с Артёма взгляда. В нём читалась надежда и ещё что‑то такое, от чего у Артёма перехватывало дыхание. Она ждала его слова, затаив дыхание, как будто от этого зависело что‑то большее, чем просто участие в походе.

Артём вздохнул, помолчал — больше для вида. В душе он и сам был рад, что Света отправится с ними: с ней дорога сразу казалась веселее, а трудности — не такими уж и страшными. Но показывать свою симпатию перед друзьями, а главное — перед ней самой, он не хотел. Не время ещё, да и не место.

Он провёл рукой по коротко стриженным волосам, глянул на друзей: на Макса, который подмигнул ему с заговорщицким видом, на Алексея, который кивнул едва заметно, всем видом говоря: «Решай сам, но мы поддержим». Потом уголки его губ дрогнули:

— Ладно, убедила. Но с одним условием: все решения принимаем сообща. Никаких самостоятельных выходок, особенно в деревне. Мы идём вместе — и будем держаться друг за друга. Поняла?

— Обещаю! — Света радостно хлопнула в ладоши, звонко рассмеялась. — Спасибо, Тёма! — Она шагнула к парню, приподнялась на цыпочки и чмокнула его в щёку. — Ты не пожалеешь, вот увидишь!

Макс удивлённо открыл рот, потом оживился, потёр руки:

— Ну вот и славно! Теперь нас четверо — сила! А с такой проводницей, — он подмигнул Свете, — мы и до Безлюдовки доберёмся, и обратно вернёмся, да ещё и приключений наберёмся по полной! И, может, даже разгадаем тайну этой Чёрной Воды…

— Надеюсь, — Артём непроизвольно потрогал ладонью место, которого коснулись губы девушки. Тёплая волна пробежала по телу, но он тут же взял себя в руки. — Ладно, раз теперь нас четверо, надо пересчитать припасы и распределить обязанности. Макс, ты отвечаешь за рыбалку и развлечения. Лёша — за легенды и местные достопримечательности. Света — за медицину и питание. А я… я буду за всё отвечать и маршрут корректировать.

— Командир! — Макс отдал шутливый салют, но в глазах читалась неподдельная радость. — Разрешите уточнить: развлечения — это песни у костра или что‑то ещё?

— И то, и другое, — натужно рассмеялся Артём. — Но сначала — доплыть. И, желательно целым и невредимым.

Макс начал фантазировать, как они будут жарить рыбу на костре, описывать, какой получится уха, какие песни будут петь под гитару, как будут рассказывать страшные истории под шум ветра в кронах деревьев. Его голос звучал всё громче, образы становились всё ярче — он уже жил этим путешествием.

Артём, чтобы успокоиться, схватил карту. Линии маршрута, расчёты времени — всё это привычно успокаивало, возвращало к реальности. Но теперь как ни странно, на душе у него было легко. Может, присутствие Светы и правда пойдёт на пользу? В конце концов, дружба — это не про «только свои», а про тех, кто готов идти рядом, помогать и поддерживать. Про тех, кто не боится разделить с тобой и трудности, и радость. И если Света так хочет стать частью их приключения — почему бы и нет?

Он поднял голову, посмотрел на друзей: Макс размахивал руками, увлечённо описывая какую‑то невероятную сцену; Лёша внимательно слушал девушку, которая что‑то объясняла, показывая на карте.

Артём улыбнулся про себя. Четверо. Не трое. Но, может быть, так даже лучше. Река всё расставит по своим местам. А пока — нужно закончить подготовку.

Глава 2. Улыбка из глубины

Алексей, изучавший потрёпанную книгу с названием «Легенды и предания Верхнекамья», поднял голову и задумчиво сказал, проведя пальцем по старинной гравюре на странице:

— Тут пишут, что Чёрная вода — река особенная. Местные говорят, что она помнит всех, кто по ней плыл. И не всех отпускает просто так… В одной легенде говорится, будто в омутах живут духи тех, кто не вернулся. Они зовут к себе новых путников — тихим шёпотом, что слышится в плеске волн.

— Ой, только не начинай, — отмахнулся Макс, но в его голосе прозвучала едва заметная дрожь. — Мы не в сказке, Лёш. Мы в реальном походе. Реальная рыба, реальный костёр, реальная уха! И никаких духов.

— Но ведь и легенды не на пустом месте рождаются, — возразил Алексей, не отрывая взгляда от книги. — В каждой сказке есть доля правды. Может, это предупреждение? Знак, что река не так проста, как кажется?

Артём оторвался от карт — его пальцы замерли над отметками порогов. Он поднял глаза, посмотрел сначала на Алексея, потом на Макса. В комнате повисло напряжение, будто воздух сгустился.

— Ладно, давайте по делу, — произнёс он твёрдо. — Список снаряжения у меня готов. Проверяем по пунктам.

Он развернул лист, на котором аккуратным почерком были выписаны все позиции — от спасательных жилетов до последней спички. Каждая строка была выверена, продумана, проверена дважды.

Макс присвистнул, пробежав глазами по списку:

— Ну ты, Артёмыч, как всегда — по науке. У тебя даже спички в упаковке, будто на Луну летим!

— По науке надёжнее, — спокойно ответил Артём, аккуратно складывая лист пополам. — Лучше взять лишнее, чем потом мёрзнуть или голодать. Река ошибок не прощает.

Следующие три часа прошли в суете сборов. Особое внимание уделили лодке: проверили швы, клапаны, насос. Макс методично протирал борта, Алексей проверял крепления, Света раскладывала припасы по отсекам, а Артём сверял каждый шаг с планом.

Где‑то в глубине души Артём чувствовал: всё идёт так, как должно. Четверо. Разные. Но сейчас — одна команда.

Вдруг Макс загорелся идеей — глаза его заблестели, он хлопнул ладонью по борту лодки:

— А давайте её раскрасим! Нарисуем акулий глаз на носу — чтоб рыба сама плыла к нам в сети! И ещё волны, и молнии — чтоб выглядело грозно!

— Только без фанатизма, — строго сказал Артём, поднимая палец. — Чтоб не слишком ярко. Мы всё‑таки не на парад, а на сплав. И чтоб к утру было готово — завтра в шесть стартуем.

— Есть, капитан! — Макс отдал шутливый салют, но тут же посерьёзнел. — Сделаем всё в лучшем виде… — Он замер, хлопнул себя по лбу так громко, что Лёша вздрогнул. — Чуть не забыл! Я же гитару не взял! Как же без песен у костра? Без баллад о подвигах и рыбацких баек — какой же это поход?

— Гитара — это святое, — согласился Артём с улыбкой, и в глазах его мелькнуло что‑то тёплое, почти детское. — Дуй домой за инструментом. Только смотри, чтоб не подвела в дороге.

— Да она у меня прошла огонь и воду! — Макс уже натягивал куртку, движения его были порывистыми, полными нетерпения. — В трёх походах была, но играет!

К вечеру рюкзаки были собраны, вещи увязаны, лодка аккуратно уложена в чехол. Света уехала домой утром — парни обещали заехать за ней на рассвете.

Друзья вышли на балкон. Солнце вот‑вот скроется за крышами домов, окрашивая небо в медно‑золотистые тона — словно расплавленная медь разливалась по небесному своду. В зарослях кустарника заливался соловей — звонко, заливисто, будто провожал их в дорогу. Где‑то вдалеке прогудел поезд, и этот звук, далёкий и тягучий, вдруг напомнил Артёму, что завтра они покинут город и окажутся там, где нет гудков машин и огней рекламы — только река, лес и звёздное небо.

Артём облокотился на перила, вглядываясь вдаль. Ветер шевелил его волосы, играл с краешком карты, которую он всё ещё держал в руке.

— Завтра в путь, — сказал он, голос звучал серьёзно, почти торжественно. — Что‑то мне, ребята, не по себе. А вам?

Макс, который любовался закатом, махнул рукой — беспечно, по‑юношески:

— Да ладно, Тёма! Главное, чтоб погода не подвела да рыба клевала. А остальное — мелочи. Мы же команда! Сила в единстве, как говорится.

Алексей промолчал, но в глазах у него притаилась лёгкая тревога — глубокая, затаённая, будто отблеск тех самых легенд, что он читал в книге. Он знал: река не так проста, как кажется. Чёрная Вода ждёт. И не всех отпускает просто так.

— Может, ты и прав, Макс, — тихо произнёс он, глядя, как последние лучи солнца гаснут за горизонтом. — Но всё же… Пусть поход принесёт нам радость, а не испытания.

Артём кивнул, сжал плечо друга:

— Всё будет хорошо. Мы — команда. И вернёмся все вместе. Целые и невредимые.

Солнце окончательно скрылось. На небе проступили первые звёзды — холодные, далёкие, но такие яркие. Они словно подмигивали друзьям, обещая им приключения, тайны и, возможно, ответы на вопросы, которые ещё даже не прозвучали вслух.

— Значит, завтра в шесть, — подытожил Артём.

Ранним утром, пока город ещё спал, три парня грузили снаряжение на старенький «УАЗик» дяди Гриши. Солнце только‑только начало пробиваться сквозь утреннюю дымку, окрашивая небо в нежные персиковые тона — будто кто‑то рассыпал по небесному полотну лепестки цветущей сакуры. Лёгкий ветерок шевелил листья тополей вдоль дороги, уже слышалось первое утреннее чириканье воробьёв — звонкое, бодрое, словно они тоже радовались предстоящему походу.

— Ну что, команда, все на месте? — Артём в последний раз сверялся со своим списком, постукивая карандашом по блокноту. Его глаза внимательно скользили по строчкам, губы беззвучно шевелились — он мысленно пересчитывал вещи, проверял, не упущено ли что‑то важное. В этом был весь Артём: точность, расчёт, предусмотрительность.

— Лодка, вёсла, рюкзаки — да, всё тут, — Макс с энтузиазмом захлопнул багажник, так что машина слегка качнулась. — И главное — мой спиннинг на почётном месте! — Он любовно похлопал по чехлу, где покоилось новенькое удилище. — Сегодня у нас будет уха, друзья, обещаю! Настоящая, на костре, с дымком.

Артём закрыл блокнот, спрятал карандаш в нагрудный карман рубашки и окинул взглядом загруженную машину. Каждая вещь лежала на своём месте, каждый узел был надёжно затянут.

— Вроде всё проверили, — произнёс он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё трепетало от предвкушения. — Выезжаем через десять минут. Нам ещё за Светой заезжать. Все готовы?

— Готов, как никогда! — Макс подпрыгнул на месте, разминая ноги. — Осталось только лодку закрепить. Эй, Лёш, помоги мне!

Алексей подошёл к другу, и они вдвоём начали закреплять надувную лодку ремнями. Макс не умолкал ни на секунду:

— Представляешь, вот сейчас мы тронемся, а через пару часов — река, лес, тишина… Никаких звонков от родителей, никаких напоминаний про институт, никаких «Тёма, сделай то, да это»! Свобода! Настоящая, дикая, первозданная!

— Свобода — это хорошо, — кивнул Алексей, затягивая последний ремень. — Но и ответственность тоже. Артём прав: маршрут сложный, пороги, глухие места. Надо быть внимательными. Река ошибок не прощает.

— Да знаю я, знаю, — махнул рукой Макс. — Но хоть один день можно просто порадоваться, а? Почувствовать, что мы живы, что мир огромный, что впереди — приключения!

— Так, всё! — Артём хлопнул в ладоши, прерывая разговор. — Время вышло. Все в машину. Макс, ты с нами или на лодке сверху поедешь?

— С вами, конечно! — Макс забрался на заднее сиденье, устроился поудобнее, вытянул ноги и громко объявил: — Поехали!

Дядя Гриша, сидевший за рулём, повернул ключ зажигания. Двигатель заурчал — глухо, основательно, будто старый медведь, которого разбудили после зимней спячки. Машина дрогнула, прокашлялась выхлопом и медленно тронулась с места, оставляя за собой лёгкий дымок.

Проехали по широкому проспекту, где утренний свет ещё не успел разогнать последние клочья тумана — они цеплялись за фонарные столбы, за ветви деревьев, не хотели уступать новому дню. Свернули к торговому центру — его стеклянные витрины сверкали, отражая первые лучи солнца, словно тысячи маленьких зеркал.

— Вон её дом, дядя Гриша, — Артём вытянул руку, показывая на пятиэтажку за сквером, утопающую в зелени старых лип. Ветви деревьев склонялись над тротуаром, создавая арку из листвы.

Подъехали ближе. Света уже ждала у подъезда — стройная фигура в туристическом камуфлированном костюме, кепи лихо сидит на голове, чуть набок, придавая ей слегка задиристый, авантюрный вид. На плече — рюкзак, в руках — свёрнутый спальник. В утреннем свете её глаза блестели, а на губах играла лёгкая улыбка.

— Привет, ребята! — весело крикнула она, махнув рукой. — Я уж заждалась, думала, забыли вы про меня!

Макс расплылся в улыбке, распахнул дверь ещё до полной остановки:

— Ну что ты, как мы могли забыть о такой суперской девочке? — Он подмигнул друзьям, и те дружно рассмеялись.

Артём выскочил из машины, подхватил рюкзак Светы:

— Давай помогу.

Он закинул рюкзак в багажник, машинально похлопал по нему, проверяя надёжность укладки, и уже собирался сесть в салон, как вдруг заметил: один из узлов, державших надувную лодку на багажнике, ослаб и начал развязываться.

«Вот Макс… Вечно он спешит, — подумал Артём беззлобно. — Лишь бы закрепить, а дальше — хоть трава не расти».

Он достал конец верёвки, начал перевязывать узел, привычно проверяя каждый виток. Пальцы действовали автоматически — годы тренировок, походов, ответственности.

Света подошла к нему, поправила один из ремней, ловко перехватила верёвку:

— Давай помогу. У меня папа всегда учил: «Три раза проверь, прежде чем сказать „готово“».

Артём замер на мгновение, удивлённо наблюдая за девушкой. Её пальцы работали быстро, уверенно, завязывая сложный морской узел — не какой‑нибудь простой бантик, а настоящий, надёжный, с двойным захватом. В каждом движении чувствовалась выучка, привычка к делу.

«Это Максу хорошо бы усвоить», — мысленно усмехнулся Артём.

Макс, высунувшись из окна, удивлённо поднял брови:

— Ого! Ты ещё и в узлах разбираешься?

— В отличие от тебя, — съязвил Артём, не удержавшись, и подмигнул Свете.

— И в костре, и в походной кухне, — подмигнула в ответ Света. — Так что не удивляйтесь, если я буду давать советы. Может, даже научу вас правильно картошку в золе запекать.

— О, тогда мы точно выживем в дикой природе! — захохотал Макс. — Свет, ты наш секретный козырь!

Артём, наблюдавший за этой сценой, улыбнулся про себя. Он всё ещё немного волновался из‑за участия Светы в походе — всё‑таки сплав по реке с ночёвкой, маршрут не самый простой. Но теперь тревога отступала: девушка не только не станет обузой, но, похоже, окажется ценным членом команды. В ней чувствовалась та же жажда приключений, что и у них, — но при этом она не теряла голову, умела думать и действовать.

Макс уже вовсю шутил с ней, предлагая устроить конкурс на лучший походный рецепт — с призами, жюри и торжественной церемонией награждения у костра. А Алексей, до этого молча наблюдавший со стороны, с интересом прислушивался к разговору и даже вставил пару замечаний про способы копчения рыбы: как правильно выбрать щепу, сколько времени нужно, чтобы мясо пропиталось дымом, и почему лучше использовать ольху, а не берёзу.

— Всё, готово! — Артём проверил узел ещё раз, дёрнул для верности — верёвка не шелохнулась. — Теперь точно не развяжется.

— Отлично, — кивнул дядя Гриша, поправляя кепку. — Теперь‑то все на месте? Поехали, что ли?

— Поехали! — хором ответили ребята.

Машина снова тронулась с места, набирая ход. Город постепенно оставался позади — многоэтажки сменялись частными домами, те уступали место дачам, дачи — полям, а поля — первым зелёным полосам леса.

Алексей достал из кармана блокнот — потрёпанный, с загнутыми уголками страниц, — открыл чистую страницу и написал крупными буквами: «День первый. Начало сплава». Буквы легли ровно, чётко, словно фиксируя момент перехода: от обычной жизни к приключению. Потом поднял голову и посмотрел в окно — солнце уже полностью вышло из тумана, заливая всё вокруг тёплым светом, играя бликами на стёклах домов и ветках деревьев.

Света поймала его взгляд и улыбнулась:

— Чувствуете? Воздух уже другой. Пахнет приключениями.

Макс громко рассмеялся, откинулся на сиденье:

— Пахнет свободой, Свет! И рыбой! Не забываем про рыбу! Я уже вижу, как мы её жарим на углях, а ты, Свет, подаёшь к ней какой‑нибудь волшебный соус из лесных трав…

Артём включил навигатор, проверил маршрут, сверил с картой — линии совпали, точки сошлись. Он улыбнулся с каким‑то внутренним облегчением. Что бы ни ждало их впереди — они были вместе. И это, пожалуй, было самым важным. В этом единстве их сила — та, что помогает пройти пороги, переждать непогоду, поддержать друга в трудный час.

Дядя Гриша вёл «УАЗик» по старой дороге с потрескавшимся асфальтом, ловко объезжая редкие ямы — машина то ныряла в небольшие впадины, то вздрагивала на выступах, но опытный водитель уверенно держал руль. Он изредка поглядывал в зеркало заднего вида.

Машина мерно покачивалась, а друзья, сидящие сзади, то и дело переглядывались — улыбки сами собой появлялись на лицах, в глазах загорались озорные искорки. В салоне звучали короткие фразы, смех, воспоминания о прошлых походах.

— Ну что, штурман, — Макс ткнул Артёма в плечо, чуть не уронив карту, которую тот держал на коленях, — докладывай: сколько нам ещё трястись в этом железном коне? А то я уже чувствую, как спина прилипает к сиденью!

Артём сверился с навигатором.

— Часа полтора до точки старта, — ответил он. — Там небольшая полянка у берега — разгрузимся, соберём лодку, загрузимся… И — вперёд! К приключениям!

— А я вот всё думаю про эту реку, — задумчиво произнёс Алексей, глядя в окно, где мелькали деревья пригородных лесополос, постепенно сменяясь густыми зарослями ивняка и ольхи. Ветви склонялись над дорогой. — Название‑то какое… зловещее. Словно предупреждение.

— Да ладно тебе, — махнула рукой Света, поправляя кепи. — Может, просто вода тёмная из‑за торфяников? Или дно илистое? У нас в деревне такая же речка была — все звали её Чёрной, а потом оказалось, что просто на дне много старых коряг, вот и цвет такой.

— Может, и так, — кивнул Алексей. — Но в старых записях, которые я нашёл в краеведческом музее, про неё писали: «Река, что помнит всё». И ещё: «Кто услышит её голос — обратно уже не вернётся». Вот, смотри.

Он достал из кармана блокнот, полистал. Девушка прочла: «Чёрная Вода не забывает. Она хранит следы тех, кто прошёл по её волнам. И если река зовёт — идти надо. А если не зовёт — лучше не соваться».

Макс громко расхохотался, откинувшись на спинку сиденья:

— О, началось! Лёша уже легенды вспоминает. Сейчас скажет, что река заговорит с нами человеческим голосом, спросит: «Куда путь держите, странники?» — и даст нам волшебную карту сокровищ!

— Я просто делюсь тем, что нашёл, — спокойно ответил Алексей, не сводя взгляда с мелькающего за окном пейзажа. — А верить или нет — ваше дело. Но иногда легенды рождаются не на пустом месте. В них — опыт предков, их страхи и открытия.

— Давайте лучше про рыбалку поговорим, — перевёл тему Макс, оживляясь. — Я тут новый воблер прикупил — золотистый, с красными точками. На него, говорят, щука кидается, как голодный кот на сметану! Я его специально выбирал — блестит на солнце, играет в воде…

— Главное, чтобы она не кинулась на тебя, — поддразнила его Света, лукаво прищурившись. — А то останемся без рыбака. Кто тогда будет уха готовить?

— Ой, да ладно! — Макс картинно надул губы, но тут же расплылся в улыбке. — Я, между прочим, мастер спиннинговой ловли! У меня даже диплом есть — ну, почти. Сертификат участника соревнований… третьего места!

Артём улыбнулся, слушая их перепалку, но взгляд его оставался сосредоточенным — он ещё раз прокручивал в голове план действий, мысленно раскладывал всё по полочкам: снаряжение, маршрут, запасные варианты. В этом был весь Артём: он не отвергал ни легенд, ни шуток, но прежде всего думал о деле.

— Так, напоминаю: сначала — сборка лодки и погрузка снаряжения. Потом — краткий инструктаж по технике безопасности. И только после этого — спуск на воду. Всё понятно? Никаких самовольных заплывов, никаких «я только на пять минут». Безопасность — прежде всего.

— Есть, капитан! — Макс отдал шутливый салют, ударившись локтем о дверцу машины. — Приказ ясен, командир!

— Принято, — кивнул Алексей, пряча блокнот в караман.

— Слушаюсь и повинуюсь, — улыбнулась Света. — Но с одним условием: после инструктажа — завтрак. Я взяла бутерброды с сыром, колбасой и огурцами, чай в термосе, а ещё — малиновое варенье к чаю. Бабушкино, из прошлого лета. Оно, знаете, как согревает в холодную ночь… Да и просто поднимает настроение.

— О, вот это я понимаю — приоритеты! — рассмеялся Макс. — Свет, ты точно наш человек! — Он покосился на Артёма. — Не то что этот зануда, который вечно всё планирует и проверяет по десять раз.

— Зато благодаря «этому зануде», — парировал Артём, — мы не останемся без лодки посреди реки и не заблудимся в трёх соснах. Планирование — это не занудство. Это уважение к самим себе. Это не простая прогулка. И мы должны быть готовы ко всему.

Машина в очередной раз подпрыгнула на ухабе, и все невольно рассмеялись. Дядя Гриша, не оборачиваясь, усмехнулся в усы:

— Вижу, команда у вас ладная. Главное — друг друга не подведите. Река ошибок не прощает, но тем, кто уважает её, дарит радость и силу.