Go to audiobook
— А ещё говорят, люди к старости мудрости набираются…— Некоторые минуют эту стадию и сразу впадают в маразм…
На самом деле люди помнят гораздо больше, чем говорят другим. И не из вредности или злого умысла запираются — просто они и сами не осознают, что обладают нужной информацией.
Блин, здесь и так тесно, теперь этих ещё терпеть. Как бы им намекнуть поделикатней…— Ну и чё вы сюда приперлись?
Ничего не заводит поддатую толпу, как запах страха жертвы.
— Да успокойся ты… Те, у кого голова на плечах, а не пустой котелок, прекрасно понимают, что от тебя там ничего не зависело.— Это понимание не помешает им при первой же возможности отправить меня на тот свет… Чтобы тем, кто не понимает, неповадно было.
Что за гадство, сучья жизнь?! Двадцать шесть – и жить не начал! Двадцать шесть – и все, приплыл!
Всё продаётся в этом мире и всё покупается. Вопрос в цене.
— По какому эпизоду моего грехопадения комментарии нужны? Откуда начинать?— Начинать надо с начала, — перестал улыбаться Перов.— Я себя только с двух лет помню, — несмотря на нехорошее предчувствие, продолжил я испытывать терпение собеседника. — Как ни крути, с начала никак не получится. Первые два года жизни, да и предыдущие девять месяцев из памяти начисто выпали.
Усмехнуться-то он усмехнулся, да только улыбка до глаз не дошла — где-то на полпути потерялась. А глаза, как были колючими, так и остались.
Что может быть лучше, чем в кои-то веки по-человечески выспаться? В тепле, сухости и с полной уверенностью, что ночью из тебя не вытряхнут душу? А если ко всему прочему прибавить трёхразовое питание? А? Мечта идиота, да и только. Или всё же — одиночная камера? А вот это уже зависит от того, с какой стороны посмотреть.