Read the book: «Клятва крови»

P. Rayne

COVETING THE MAFIA KING’S SISTER (MAFIA ACADEMY #3)

Copyright © 2023. VOW OF REVENGE by P. Rayne

The moral rights of the author have been asserted

Cover design by Paul Miele-Herndon

Cover image © Shutterstock

© Абдуллин Н., перевод на русский язык, 2026

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

О книге

Ария Коста

Едва я познакомилась с Габриэле Витале, как во мне пробудилась какая-то темная страсть. Что бы я ни делала, эту тягу к нему не ослабить.

Габриэле сразу дал понять, что я ему неинтересна. Тем не менее порой в его взгляде проскальзывает искорка интереса, и я понимаю: он лжет.

Нас сталкивает судьба в результате моей глупой ошибки. Тогда же я понимаю, какая тьма таится в Габриэле. Она и манит, и страшит. Впрочем, страх не оттолкнет меня от Габриэле.

Он – словно черная дыра, его притяжению невозможно противиться. Однако, погружаясь в окружающую его тьму, я не боюсь пропасть.

Габриэле Витале

Ария Коста для меня под запретом. Причин для этого много, и то, что она сестренка Марчелло Косты – далеко не самая главная. Она слишком юна и неопытна для парня вроде меня, увлеченного темной стороной чувственных наслаждений.

Мой отец и брат Арии велели мне держаться от нее подальше, и я пытаюсь следовать их требованию. И все же выбросить ее из головы невозможно. Стоит ей оказаться поблизости, как инстинкт кричит: «Мое!» – и я готов все силы бросить на ее защиту.

Поэтому я волей-неволей помогаю Арии разобраться, кто и чего добивается от нее шантажом – после того, как одним вечером она совершила большую глупость.

За Арию я готов отдать жизнь. Вполне возможно, как раз эта жертва от меня и потребуется.

Примечание автора

На нашем сайте при желании вы можете найти предупреждение о триггерах в этой книге. Предупреждение содержит спойлеры.

Плейлист

Вот список песен, которыми мы вдохновлялись в процессе написания этой книги.

Billie Eilish – What Was I Made For?

Metric – Help I’m Alive

Florence + The Machine – Free

Tiesto, Ava Max – The Motto

Olivia Rodrigo – Bad Idea Right?

Two Feet – I Feel Like I’m Drowning

Kaleo – Way Down We Go

The Weeknd – The Hills

Sam Tinnesz – Play with Fire (feat. Yacht Money)

Cigarettes After Sex – Apocalypse

Girl in Red – We Fell in Love in October

Aurora – Running with the Wolves

The Smashing Pumpkins – Bullet with Butterfly Wings

Olivia Rodrigo – Vampire

Oasis – Don’t Look Back in Anger

Switchfoot – Yet

Florence + The Machine – Cosmic Love

Итальянские мафиозные кланы, представленные в академии «Сикуро»

Юго-восточные территории

Основная деятельность – фальшивые деньги, мошеннические схемы

Антонио Ла Роса

(наследник первой очереди главы семьи Ла Роса)

Северо-восточные территории

Основная деятельность – оружейный бизнес

Марчелло Коста

(глава семьи Коста)

Юго-западные территории

Основная деятельность – наркоторговля, отмывание денег

Данте Аккарди

(наследник первой очереди главы семьи Аккарди)

Северо-западные территории

Основная деятельность – мошеннические операции с ценными бумагами, кибератаки

Габриэле Витале

(наследник первой очереди главы семьи Витале)

1. Ария

За весь вечер Габриэле Витале на меня даже не посмотрел.

Я сотню раз бросала на него взгляды – на церемонии в церкви, во время коктейля и сейчас, за ужином, – но меня для него будто нет.

Я словно бы невидимка.

Габриэле показывал мне академию «Сикуро» в прошлом году, когда я была там на экскурсии. В то время я знать не знала, кто он такой. Ну, да, сын Анджело и Миа Витале, наследник криминального клана, заправляющего на северо-западных территориях страны.

До меня дошли слухи, будто бы Габриэле – нелюдимый компьютерный гений, и, оказавшись с ним в паре, я приготовилась считать минуты до того момента, когда можно будет распрощаться. Но стоило ему, такому великану, представиться, как я ощутила влечение, которого никак не ждала. Глаза коньячного цвета заглянули мне в самую душу; сразу захотелось поцеловать его, прижаться щекой к его щетине.

Впрочем, он с самого начала был со мной холоден. Обращался как с назойливой мелкой сестренкой, даже хуже, чем мой родной брат. Я, конечно, уловила во взгляде Габриэле проблеск желания, однако поцеловать он себя не дал. Оттолкнул, чем сильно унизил.

С того самого дня я не переставая думала о нем, но сегодня, на свадьбе Антонио Ла Роса и Софии, мы видимся впервые после разлуки.

Подцепив вилкой кусочек рыбы, я отправляю его в рот. Пока жую, разглядываю столик Габриэле. Его самого мне не видно. В зале слишком много народу, представителей прочих мафиозных кланов.

Свадьба Антонио и Софии – событие важное, ведь однажды Антонио станет заправлять делами на юго-восточных территориях страны. На торжество явились все крупные семьи: Витале – хозяева северо-запада, Аккарди – главные на юго-западе, моя семья, Коста, которой достался северо-восток, и разумеется, семья Антонио – Ла Роса.

Сейчас между могущественными кланами царит относительный мир, но так было не всегда. И я не единственная, кто ощущает напряженность, находясь в одной комнате с такой прорвой авторитетов.

Оторвав взгляд от тарелки, я вижу, как в мою сторону направляются мой братец Марчелло и его невеста Мирабелла (сестра Антонио Ла Роса). С виду, так они влюблены друг в друга по уши.

– Матушка. – Марчелло целует в щеку сидящую рядом со мной маму, а потом кивает мне. – Ария? Ведешь себя прилично?

Мне огромных усилий стоит не закатить глаза. Наедине с братом – пожалуйста, сколько угодно, но не на людях же, не в присутствии других кланов. Нельзя выказывать брату неуважение в общественном месте, при соперниках. В конце концов, он заправляет делами семьи после гибели нашего отца.

– А то! – Отпиваю воды из стакана. Еще в начале ужина я попыталась плеснуть себе вина, но мама успела перехватить у меня бутылку.

Мира улыбается.

– Развлекаешься? – После общения с моим душным братцем она – как глоток свежего воздуха.

Миру я пока знаю неважно, она ведь Ла Роса, хотя она вот уже год учится с моим братцем в частном колледже для детей мафиози. И я бы соврала, сказав, будто не рада видеть, как Мира строит Марчелло. Вот уж не думала, что кто-то из живущих на это способен.

– Было бы веселее, если бы мне дали выпить хотя бы бокальчик, – говорю с раздраженной улыбкой.

Мира смеется, а братец прищуривается.

– У тебя есть еще несколько лет, – говорит мама.

Как будто сама не знаю! Считаю дни до того момента, когда перееду в кампус академии «Сикуро». Может, получится стать обычной студенткой, узнать, есть ли еще чего в мире – за пределами дома. В свои восемнадцать лет я играю роль наивной, нетронутой и послушной девушки, которая только смотрит, как развлекаются остальные.

Впрочем, при живом отце мои дела обстояли куда мрачнее. Ему было интересно только, не позорю ли я клан и его лично. Для надежности он приставил к дверям моей комнаты часовых, а меня саму берег, словно карту, которую можно будет разыграть в нужный момент и упрочить свое могущество. Он бы и выдал меня замуж ради выгоды, но вмешалась смерть, и после отъезда Марчелло я на целый год вкусила немного свободы.

Теперь толика той радости заставляет хотеть еще большего.

– Как фотосессия? – спрашивает мама.

– Затянулась, – со вздохом отвечает Марчелло.

Они с Мирой – в свите молодоженов, ведь невеста – лучшая подруга Миры, а жених так и вовсе брат. И раз уж Марчелло помолвлен с Мирой, то и он теперь как бы член клана Ла Роса.

– Слишком затянулась, – соглашается Мира. – Вот у нас на свадьбе мама такую длинную уже не устроит.

Одну руку Марчелло кладет невесте на талию, другой приподнимает ей подбородок. На его лице – чистое обожание, и у меня в груди все сжимается. Будет ли и на меня кто-то смотреть так, словно я для него – весь мир?

– Рядом с тобой я готов позировать часами, – заверяет Миру Марчелло.

Она со смехом притягивает его к себе за галстук.

– Сильно сомневаюсь. После первого же снимка ты попытаешься улизнуть. И меня умыкнешь.

Братец отвечает смехом, подтверждая ее слова.

Мама с улыбкой смотрит, как они коротко, но нежно целуются. От такой приторной милоты аж тошнит, и я бросаю взгляд на столик Габриэле. И судорожно вздыхаю, когда он встает – все никак не привыкну к тому, какой он высокий. Габриэле идет поговорить с Софией и Антонио.

Молодожены обходят гостей, благодарят их и принимают деньги в конвертах. Настал момент, которого я ждала с самого начала, едва приехала на свадьбу.

– Извините, мне надо в туалет. – Не дожидаясь ответа и коротко улыбнувшись, я встаю из-за стола.

Еле сдерживаюсь, чтобы не кинуться бегом через весь зал. Габриэле в это время целует Софию в обе щеки, и Антонио присоединяется к ним, успев побеседовать с отцом Габриэле, Анджело Витале. Чем ближе я подхожу, тем сильней у меня чувство, будто в животе крутят пируэты миллион балерин. Тем не менее, несмотря на нервы, я гордо вскидываю голову. За вечер мне сделали много комплиментов, и я знаю, что выгляжу отлично. Пусть теперь Габриэле оценит.

– Ребята, привет, – говорю, подойдя наконец, и все оборачиваются.

Антонио и София улыбаются, а вот Габриэле стискивает зубы, его лицо будто высечено из камня. Неужели он так раздражен моим присутствием?

– Ария, привет. Как тебе здесь, нравится? – спрашивает, обняв меня, София.

– Да. Мама с братом спешат наговориться со всеми, так что я, считай, предоставлена сама себе. – До ужина это и правда так было.

– Начинаю понимать, как вы с Мирой хорошо поладили. Вы очень с ней похожи, – замечает Антонио.

Мы вчетвером смеемся. Просто ни я, ни Мира не любим, когда нами командуют, и обе мы склонны к непослушанию.

– В «Сикуро» у твоего брата хлопот прибавится, – добавляет с улыбкой София.

Залившись краской, я опускаю взгляд, но из-под век еще вижу лишенное эмоций лицо Габриэле.

А стоит нашим взглядам встретиться, и он говорит:

– Мне пора к моей спутнице. (Вот козел.) Еще раз поздравляю обоих.

Развернувшись, он уходит к своему столику и там приобнимает за плечи блондинку.

В груди сильно сдавливает и будто выжимает весь воздух, мне трудно дышать. И как я не заметила, что Габриэле пришел не один? Где же она сидела в церкви? Теперь чувствую себя глупой девчонкой из-за того, что увиваюсь за Габриэле… снова.

– Пойду попробую умыкнуть немного вина, – говорю и, не дождавшись ответа Антонио и Софии, ныряю в толпу.

Слезы так и просятся наружу, но я не пускаю их. В поисках какого-нибудь укрытия, охваченная стыдом, мечусь вправо и влево. Габриэле сделал все, убеждая меня в том, что я ему неинтересна. И на этот раз урок усвоен.

2. Габриэле

Господи боже, ну почему она такая сексапильная?!

Я избегал Арии весь день. По-другому нельзя.

Она – просто беда. С ходу стала набиваться мне в девушки, и я, призна́юсь, заинтригован. Вот только она для меня запретный плод. Мало того, что сестренка Марчелло Косты, так еще и слишком мелкая. Слишком невинная. Не хватало еще развязать войну с Коста, совратив младшую сестрицу Марчелло.

Ни одна киска не стоит гнева Марчелло Косты.

Однако соблазну противиться нелегко. Сегодня я весь день заставлял себя отводить взгляд, не смотреть на Арию, но когда она встряла в наш разговор с Антонио и Софией, то застигла меня врасплох. Я не успел скрыться, вынужден был вдыхать аромат ее духов и есть ее взглядом.

На ней шелковое платье насыщенного красного цвета, длинные блестящие пряди волос волнами ниспадают на голую спину. В ложбинке между ключицами помещается золотой медальон, без которого Ария редко показывается на людях. Прибавить к этому большие, темные и невинные глаза, которыми она смотрит на меня с надеждой, – и как тут не обратить внимание?

Собственно, поэтому и пришлось соврать, мол, у меня есть пара. Ну почему Ария Коста – та, кто есть? Другую девчонку на ее месте я давно бы затащил в постель.

Блондинка рядом со мной – не моя девушка, но я бы соврал еще больше, сказав, будто не испытал боли при виде горечи во взгляде Арии. Стефани – дочь одного из подручных отца, она просто сидела рядом со мной за ужином. Однако это неважно. Я изображаю увлеченную беседу с ней только для Арии.

Когда Стефани уходит в уборную, отец подается ближе ко мне.

– Ну, вот Антонио и женился, да и Марчелло вот-вот остепенится. Пора бы и тебе невесту подыскать.

У меня закипает кровь в жилах. Снова он за свое. Усилием воли сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, стараюсь вообще не реагировать.

– Они укрепляют свои союзы, – давит отец, – а мы остаемся не у дел.

– Я же говорил, что мне пока неинтересно искать невесту. У меня еще несколько лет в запасе. До тех пор о расширении семейного древа можешь не беспокоиться.

– Пока ты просиживаешь за своими компьютерами, наши конкуренты вовсю снюхиваются. До меня дошли слухи, будто бы Марчелло теперь стабильно поставляет Ла Роса оружие и те продают его на своей территории.

Отец верит, что тот, у кого больше мускулов, – самый сильный, но тут я с ним не согласен. Власть над всеми у того, кто владеет информацией. Пусть отец радуется, что привил мне уважение к старшим, не то я бы в лицо высказал ему, сколько раз спасал его шкуру с помощиью своих компьютеров.

– Говоришь так, будто у нас голяк, – замечаю я.

– Зачем ограничиваться, Габриэле? Придет день, и ты все поймешь.

Делаю большой глоток из бокала. Отец всегда хотел, чтобы я пошел по его стопам. Прямо он не говорит, как разочарован во мне, однако это чувствуется по его словам. Отчее осуждение душит не слабее чертова галстука.

Не то чтобы я во имя семейного дела никому глотку не перерезал, но в нашем мире мужчины слишком уж часто поддаются низменным инстинктам. А ведь можно включить голову и поискать наилучший способ действия.

– Даже не думай женить меня без моего ведома.

– Ничего не обещаю. Не волнуйся: это будет не Ария Коста. Кого бы Марчелло ни уговорил жениться на ней, он только усилит свое влияние за пределами семьи.

– Вот и славно.

Год назад, когда я стал куратором Арии на экскурсии по академии, Марчелло прямо предупредил, чтобы я не совался к его сестренке. Я искренне заверил его, дескать, малолетками не интересуюсь. Ария для меня и правда ребенок. Милое, невинное, неопытное дитя. И как бы меня ни влекло к ней теперь, следует помнить: Арии со мной не по пути. Моя темная сторона ее погубит.

Я предпочитаю женщин постарше и поопытнее.

– Не бойся. Марчелло сам сказал, что сперва даст сестре выучиться, а уж потом присмотрит ей партию.

И отчего на сердце становится легче при мысли, что в ближайшее время Арию не сплавят тому, кто даст больше?

– А вот дочка Аккарди…

– Вот уж точно ребенок. Ей всего четырнадцать! – Залпом допиваю остатки вина.

– Так ведь это не на всю жизнь.

У меня на шее вздуваются жилы, но не успеваю я и рта раскрыть, как возвращается Стефани. Ладно хоть на ее счет можно не волноваться, отец не попытается женить нас: семья Стефани недостаточно могущественна.

Из разговора становится ясно, что рано или поздно отец заставит меня остепениться – во благо всему клану. И сколько бы я ни бегал от венца, вечно откладывать этот шаг не получится.

На следующий вечер, едва успеваю вернуться в отель, как в вестибюле мне сразу же попадается на глаза Ария. Такое впечатление, что подсознательно я настроен на ее поиски, и внутренний радар засекает ее где угодно.

Следующие три дня мы с отцом проводим в Майами, встречаемся с главами других трех кланов. Они решили, что раз уж мы приехали на свадьбу Антонио и Софии, то не грех и обсудить кое-какие мелкие вопросы, которые давно назрели.

В вестибюле я один, отец задержался выпить и перетереть с донами. Я же решил пропустить эту часть.

Клещи любопытства не отпускают меня, потому что выглядит Ария соблазнительно – в коротком и облегающем черном платье, – но при этом явно пытается не привлекать к себе внимания. Она жмется к дальней стене, опустив голову, и лицо скрывают длинные волосы. В руках у нее небольшая сумочка и здоровенный черный конверт.

«Интересно, что в нем?» – мелькает мысль у меня в голове.

Ария тем временем выскальзывает в двери, даже не подозревая о слежке. На улице садится на заднее сиденье небольшого белого седана с наклейкой «Убер». Куда только ее охрана смотрит? Обычная машина с одного удара сомнет ее драндулет, как консервную банку.

Меня охватывает тревога, но я, мотнув головой, разворачиваюсь и иду дальше к лифтам. Ария – не моя забота, пусть даже, слиняв незамеченной и без охраны, она почти наверняка угодит в неприятности.

В номере расстегиваю две верхние пуговицы черной рубашки и наливаю себе выпить. Делаю глоток янтарной жидкости, одновременно пытаясь задавить мысли об Арии, однако образ ее, выскальзывающей из вестибюля отеля, снова всплывает на поверхность. Запустив пятерню в волосы, я с напитком в руке плюхаюсь на диван.

Какое мне дело, куда она там намылилась? Какая мне разница?

Проходит несколько минут, а у меня в голове так и вертится миллион вариантов того, как милую и невинную девушку вроде нее разводят или, того хуже, насилуют.

– Твою мать! – Убрав стакан на приставной столик, я направляюсь к сейфу.

Ввожу код и достаю ноутбук, ставлю его на обеденный стол. Беру лежащие с краю очки с защитой от синего света в черной оправе. Вхожу в систему, приложив к сканеру отпечатка палец, а потом ввожу еще два дополнительных пароля. Открываю следящее приложение.

Снова мысленно корю себя: не стоило загружать на телефон Арии эту прогу. Но что сделано, то сделано.

Сам не знаю, зачем я установил трекер в выходные, когда Ария посетила кампус академии. Просто чутье подсказало: так надо. До сегодняшнего вечера я противился желанию проверить, чем Ария занимается, однако сегодня приложение наконец пригодится.

Кланы Коста и Витале, строго говоря, не враги, но если кто-то пронюхает, что я отслеживаю телефон Арии, расплаты не миновать. Кто-то, возможно, схлопочет пулю в висок. Причем, возможно, именно я.

Вот только никто ничего не обнаружит, ведь я знаю о компьютерах больше, чем кто-либо в обоих наших кланах.

Отыскав нужный трекер в списке установленных, я несколько минут наблюдаю, как Ария едет по скоростной автостраде. Хотя география Майами мне еще не очень знакома, видно, что направляется Ария не в самый благополучный район города.

Какого черта она задумала?

Наконец мигающая иконка съезжает с автострады и, проехав еще несколько улиц, останавливается у здания.

Достав из кармана брюк телефон, я забиваю в поисковик адрес, по которому такси доставило Арию. Он кажется мне смутно знакомым. Дом кого-то из членов Ла Роса? И Ария навещает родственников Миры или Антонио?

Сто́ит же на карте прорисоваться фасаду, как я бледнею, а через пару мгновений мое лицо снова наливается краской – гнева.

Какого хрена она себе думает? Что затеяла?!

3. Ария

Приглашение оставили у меня в номере, в подозрительном черном конверте. Я нашла его, когда вернулась вчера вечером со свадьбы. Слава богу, мы с мамой в разных номерах, а не то ее хватил бы сердечный приступ – при виде того, что было написано курсивом на плотной и дорогой бумаге:

Готова исследовать свою темную сторону?

Покажи на входе карточку, которую найдешь в конверте, и тебя пропустят.

Оставь стеснительность.

Понятия не имею, кто подбросил конверт или что значит эта черная карточка с золотым тиснением посередине, но собираюсь это выяснить.

Маме после ужина сказала, что разболелась голова, поэтому пойду спать пораньше. Сама же метнулась к себе в номер и там переоделась в короткое облегающее платье, которое тайком заказала онлайн. Затем выхожу из отеля и сажусь в «Убер». Машина трогается, и я расслабляюсь: мне удалось сбежать незамеченной.

Наверное, еще ничего глупее в жизни не совершала. Я одна, еду бог знает куда, на встречу бог знает с кем. У клана Коста полно врагов, меня может ждать ловушка.

Впрочем, я откуда-то знаю, что моей жизни ничего не грозит. Конверт оставили в номере, а значит, навредить мне при желании могли давным-давно.

Еще несколько недель, и я переберусь в академию «Сикуро», под бдительный контроль со стороны старшего брата. Жизнь в общаге – это прорыв по сравнению с тем, как я живу сейчас, но все же не та свобода, которой я так хочу. И сейчас мне, похоже, выпал последний шанс пережить приключение.

Двадцать минут спустя машина останавливается у непримечательного здания. Оно современное, однако на фасаде никаких табличек и вывесок, мало окон, да и те затонированы, так что не видно, горит ли внутри свет и есть ли там кто-то.

– Точно высадить вас тут? – спрашивает водитель.

На улице – почти одни деловые постройки да крупные здания, которые, похоже, закрыты. Людей – никого. У меня от страха холодок по спине.

Хочу уже сказать водителю, чтобы разворачивался и вез меня обратно в отель, когда в голове всплывает образ Габриэле, обнимающего свою девушку на свадьбе. Он, конечно, мне ничем не обязан, но я ждала, что поселюсь в общаге и проверю, вдруг у нас с ним что-то получится. И потом, Габриэле как мог показал, что я ему неинтересна.

Так разве я не заслужила легкого развлечения? Пусть даже не знаю, чем эта вылазка обернется.

– Все хорошо, спасибо, – отвечаю таксисту, открыв дверцу машины.

С конвертом в руке я покидаю салон и поднимаюсь по ступеням к черной двери. И вот я у порога. Что дальше – не знаю. Ручки на двери нет. Мне постучать?

Не успеваю решиться, как дверь открывается сама и передо мной встает натуральный бык. Я испуганно пячусь и смотрю на него, задрав голову. Его пронзительный взгляд страшен, как преисподняя, и я с трудом достаю из конверта карточку.

– У… у меня вот что, – говорю я быку, протянув «пригласилку». Вот бы еще рука не тряслась и голос звучал поуверенней. В крови бурлит адреналин, и пусть мне нравится это бодрящее чувство, на самом деле я жутко взвинчена.

Еще раз окинув меня взглядом, бык отступает в сторону. Говорит:

– Проходите.

Я следую указаниям и вхожу. В тускло освещенном фойе по-прежнему никаких намеков на то, что здесь творится.

– Сперва я должен вас обыскать, только затем вы пройдете дальше, – басит у меня за спиной великан. Не дожидаясь ответа, он тщательно меня обыскивает, а потом просит открыть сумочку. Достает из нее телефон. – Внутрь с этим нельзя.

– И куда мне его девать? – озадаченно спрашиваю я.

– Кладите в ячейку хранения и берите ключ. – Он указывает на стену слева: в ней несколько небольших шкафчиков. Некоторые пусты, и из замков торчат ключи; прочие закрыты, и ключей от них нет.

Заперев в одной из камер телефон и спрятав ключ в сумочку, оборачиваюсь к гиганту.

– Можете проходить. – Он указывает на дверь. Только сейчас, когда глаза привыкли к темноте, я различаю в стене перед собой еле приметные очертания.

Кивнув и гордо вскинув голову, я толкаю дверь.

Чувственные ритмы пульсируют с идеально отлаженной громкостью: с одной стороны, басы отдаются в груди; с другой – хорошо слышно, кто и что говорит.

Или как кто-то стонет.

Вдоль стены тянется длинная стойка бара с задней подсветкой. На табуретках за ней сидят мужчины и женщины разной степени раздетости.

Некоторые мужчины в костюмах, некоторые женщины – в платьях, как у меня, но есть женщины в одном только кружевном белье и мужчины в одних трусах.

Зал разделен надвое, и вторая половина – это полноценный нижний этаж. Два лестничных пролета отгорожены стеклянными бортиками, и просторное помещение – как на ладони. По периметру стоят большие диваны, в середине – несколько мягких подиумов, а у дальней стены есть даже небольшая сцена. И люди внизу… трахаются. Занимаются оральным сексом. Участвуют в групповухах. Чего там только не происходит, и все – у меня на глазах.

Вдоль стены есть несколько дверей, и я, с трудом сглотнув, читаю крупные надписи над каждой из них: «Приватные кабинки», «Смотровые», «Казематы дьявола». Под всеми указателями подпись: «Ключ – согласие».

Меня так и тянет броситься прочь отсюда, но я гашу это чувство. Мне любопытно. Можно ведь не участвовать в происходящем, а лишь поглазеть, верно?

Кто же пригласил меня сюда? Может, тот, кто хочет со мной переспать? Он тут и следит? Я его знаю? Встречала на свадьбе? Однако самый большой вопрос: на каких я здесь правах?

Направляюсь к бару, уверенная, что удостоверение личности не потребуют. На входе у меня тоже про возраст не спрашивали.

– Джин-тоник, пожалуйста, – говорю бармену, одетому во все черное.

Тот с улыбкой достает чистый стакан. Я еще ни разу джин-тоник не пробовала, но женщины на свадьбе только его и заказывали.

Бармен подвигает мне напиток, а сам уходит обслуживать другого клиента. Пойло мерзкое, охота скривиться, однако я сдерживаюсь. Не хватало еще показаться ребенком. Может, мне и правда тут не место; впрочем, некая глубинная часть души подсказывает, что я пришла по адресу.

Я быстро допиваю первый стакан и прошу повторить. Бармен наливает, и я отхожу к перилам – посмотреть, что внизу. Мужчины и женщины стонут в экстазе, получая и доставляя удовольствие. У меня самой между ног все пульсирует, так что приходится свести бедра. Нет, я смотрела порнушку, но когда трахаются при тебе – это совершенно другое.

Секс у меня в жизни был всего дважды, с одним и тем же парнем. Бабушка всегда повторяла, что я – как та кошка, которую любопытство погубит. Так я, собственно, и лишилась невинности – с Бруно Альбисом, в подсобке старшей школы. Мне было интересно, хотелось самой все почувствовать, но двух раз хватило, чтобы понять: не так уж и много я теряю. С Бруно – точно. С ним все происходило как-то неловко; казалось, чего-то не хватает. Сплошное разочарование, в общем.

И видя страсть на лицах некоторых из гостей, я понимаю, что чутье меня не обманывало.

Хочу ли я спуститься туда?

Раздумываю над этим, прикусив нижнюю губу. Напряжение между ног требует разрядки. Можно вернуться в отель и там ублажить себя или… спуститься и дать это сделать кому-то другому.

Глядя на разнообразные сцены, я принимаю решение. Если уеду, то так и не пойму, что потеряла, поэтому, допив и оставив стакан на столике рядом, спускаюсь. С каждым шагом в животе у меня бурлит все сильней от возбуждения и тревоги. Но я задвигаю беспокойство подальше; от меня не требуется ничего, что доставит мне неудобство. Если передумаю – сразу уйду.

Ко мне присматриваются, это тяжело не заметить. А ведь я даже не знаю, как все устроено. Надо самой обратиться к кому-то? Или ко мне подойдут?

Долго ждать не приходится. Женщина в прозрачном нижнем белье ловит мой взгляд и жестом велит подойти. Ее темно-каштановые волосы стянуты в агрессивного вида хвост; рядом с ней сидит привлекательный мужчина с волосами песочного цвета. Он смотрит на меня оценивающим взглядом.

– Я тебя вроде тут прежде не видела. Как зовут? – спрашивает женщина.

Вблизи становится видно, что она немного старше меня. Ей лет двадцать пять, и она прекрасна. Тело вытянутое и упругое, как у модели.

– Привет, я тут первый раз, – говорю, гордая, что голос не дрожит и не выдает нервов.

– Свежая тушка, – похотливо произносит мужчина.

Женщина закатывает глаза.

– Я Мика, – представляется она потом, – а это Алекс.

– Приятно познакомиться. А я… – Осекаюсь, неуверенная, стоит ли называть подлинное имя. Наверное, нет. – Старла. – Боже, ничего лучше не придумала? Звучит как псевдоним стриптизерши.

Мика, если и раскусила меня, виду не подает. Только улыбается.

– Присаживайся, Старла.

Алекс без слов подвигается вправо, уступая место между ним и Микой.

У меня учащается дыхание. Я что, правда – соглашусь?

Да.

Я молода и буду пользоваться всякой возможностью оторваться, пока меня не выдали замуж за нелюбимого. Я не наивная и знаю, что от брака, устроенного братцем, не сбежать.

И потому с улыбкой подхожу к этим двоим, сажусь между ними.

Я, конечно, сама не ждала, что на меня сразу накинутся, но, как ни странно, Алекс и Мика целых десять минут посвящают светской беседе. Оказывается, она – модель, а он – фотограф. Так эти двое и познакомились.

– Так ты, значит, первый раз тут? – спрашивает Мика.

– Ага, – признаюсь я с нервной усмешкой.

И чуть не вздрагиваю, когда Мика пальцем проводит мне по плечу.

– Ты озираешься по сторонам, – подсказывает Алекс. – Это всегда выдает с головой.

Делаю пометку в уме: перестать палиться. Завсегдатаи, наверное, со временем остывают к тому, что творится вокруг.

– Не хочешь немного подурачиться? – предлагает Мика, окидывая меня взглядом.

У меня твердеют соски; она, должно быть, заметила это, потому что с ее губ срывается глухой стон.

Сейчас или никогда.

Неужели я правда соглашусь?

Еще как! Если перетрушу и сбегу, так и не узнав, к чему это приведет, то возненавижу себя.

– Думаю, да, хочу.

Мика довольно улыбается.

Алекс подается ближе и утыкается носом мне в шею.

– Пока не парься, просто получай удовольствие. – Он кладет мне ладонь на колено, и я делаю глубокий вдох.

Мика, с другой стороны, убирает мне волосы за плечо и скользит языком вверх по шее. Закрыв глаза, я сдерживаю стон.

Меня всю захватывает. Алекс зарывается лицом в мои волосы и стискивает коленку, а через секунду Мика разворачивает меня лицом к себе и целует. Поначалу медленно; языком раздвигает мне губы, находит мой язык.

Я еще ни разу не целовалась с женщиной – черт, я с женщиной вообще ничего не делала, – и не знаю, чего от меня ждут. Похоже, это почти то же, что целоваться с парнем, только нежнее и мягче.

И пока мы с Микой целуемся, Алекс приспускает бретельку с одной плеча и вдоль ключиц скользит ладонью к другому. Мика отстраняется, словно бы в отрепетированном танце, и тогда Алекс спускает вторую бретельку.

Затем они оба приспускают платье до пояса, обнажив мои голые груди.

Где мои стыд и смущение? Я их совсем не чувствую. Только между ног свербит в предвкушении.

Мика целует меня в шею и, не отнимая губ, спускается к груди.

Я, словно в трансе, слежу, как она языком ласкает мой сосок – и он твердеет в ответ. Потом она всасывает его, и я делаю резкий вдох, не в силах отвернуться; тем временем Алекс встает с дивана.

Окружающие звуки – музыка, голоса и стоны других людей – превращаются в жалкую пародию на себя. Мне словно затолкали ватные тампоны в уши.

Мика покусывает мой сосок, а я запускаю пальцы ей в волосы. Она стонет, согревая дыханием мою грудь. Затем отстраняется и опускает взгляд на мои ноги; тут я замечаю, что Алекс на коленях, смотрит и чего-то терпеливо ждет. Они с Микой улыбаются друг другу, и она снова оборачивается ко мне.

– Дашь ему отлизать? – Она гладит мне живот и кладет руку на грудь.

Недолго думая, я киваю, а в голове лишь одна мысль: нужна разрядка, нужно дать выход напряжению между ног.

Мика сладострастно улыбается.

– Он – мастер поработать языком, милая. Тебя ждет рай.

Алекс разводит мне ноги и устраивается между них.

Не в силах оторваться, я смотрю, как он медленно ведет руками вверх по моим бедрам. Но как бы я ни ждала этого, как бы ни было сильно возбуждение, отчего-то неприятно видеть, как он меня лапает.

Мика снова принимается играть с моим соском, а руки Алекса тем временем ныряют мне под платье.

Я слегка приподнимаюсь, позволяя ему задрать подол и спустить трусики. Не то чтобы я этого не хотела, однако стоит ему развести мне ноги шире и устроиться напротив, возникает непреодолимое ощущение, что это неправильно, что не Алекс должен быть здесь.

Мика щиплет меня пальцами за второй сосок, и я закрываю глаза.

Перед мысленным взором мелькает образ Габриэле.

Это из-за него мне так не по себе с Алексом? Все потому, что Алекс – не он?

Нет, я не дам испортить мне праздник. Габриэле сам не захотел меня.

Может, если смотреть, как Алекс делает свое дело, то мысли о Габриэле пройдут? Увы, сто́ит открыть глаза, и… я с ужасом вижу его перед собой. Черт, он не только у меня в мыслях! Он прямо тут, чуть в стороне, смотрит на нас.

Впрочем, самое поразительное – не в этом, а в том, что он смотрит на Алекса так, словно готов прибить его голыми руками.

4. Габриэле

Что. За. Черт?!

Когда я мчал сюда спасать Арию от нее же самой, то думал, что застану ее ошеломленной, с выпученными глазами и со стаканом в руке. А уж никак не полуголой и раздвинувшей ноги для какого-то козла, который вот-вот ей отлижет.

Я чувствую гнев – меня словно тычут в грудь раскаленной кочергой, – и сдерживаюсь только неимоверным усилием воли. Иначе точно вспорол бы этому типу горло и бросил истекать кровью. Обычно я во всем полагаюсь на логику и продуманный план, но сейчас насилие видится мне единственным выходом.

Как смеет этот кусок дерьма пробовать ее, прежде чем я сам изведаю на вкус ее сладость?

Тут Ария открывает глаза и, словно ракета с теплонаведением, – вместо того, чтобы опустить взгляд на типа у себя между ног, – вылупляется на меня.

– Какого хрена ты затеяла? – говорю я так, чтобы услышали только эти трое и не всполошились остальные посетители.

Нельзя привлекать к себе лишнее внимание. Стоит кому-то начать здесь бузить – и встрянет охрана, а мне надо вывести Арию незаметно. Как бы ни хотелось урыть этот кусок дерьма, закопать его в землю, делать этого нельзя.

– Габриэле? Ты что здесь делаешь? – Ария приподнимается и, сдвинув ноги, поправляет платье.

Тип, что был у нее между ляжек, встает и, выпятив грудь, смеряет меня взглядом.

– Ты еще что за хрен?

Вот болван. Мне бы двух секунд хватило, чтобы скрутить его и взять на удушение.

– Не твое дело. Мы уходим. – Хватаю Арию за руку и сдергиваю ее с дивана.

Женщина, сидевшая рядом с ней, так и таращится на меня.

Ария лихорадочно поправляет бретельки платья, прикрывая голую грудь.

– Поздновато строить из себя скромницу. Ты только что светила титьками. – Я скрежещу зубами от гнева при мысли, что все тут видели ее полуголой. – Пошли.

– Может, она не хочет уходить с тобой? – А этот баран не знает, когда замолчать.

Я останавливаюсь как вкопанный и медленно оборачиваюсь.

– Габриэле, – тянет меня за руку Ария, – давай просто уйдем. Пошли.

Пелена гнева перед глазами постепенно рассеивается, и я понимаю, что она права. Нельзя взять и отмудохать этого придурка. Не здесь, не сейчас.

Не говоря больше ни слова, я увлекаю за собой Арию вверх по ступеням, мимо бара и дальше – в фойе.

– Мне надо забрать телефон, – тихонечко говорит она.

Отпустив ее, киваю в сторону камер хранения. Свой телефон я оставил в салоне арендованной машины. Делать этого не хотелось, но я не первый раз в секс-клубе и знал, что внутрь с мобилой не пускают.

– Какие-то проблемы? – спрашивает охранник у двери.

– Никаких, – говорю я, а Ария тем временем забирает телефон и прячет его в сумочку.

– Это правда? – с сомнением спрашивает он у Арии.

Та медлит и бросает на меня взгляд через плечо.

– Да, – подтверждает она потом, – никаких проблем.

Голос ее звучит неубедительно, и охранник, уцепившись за это, делает шаг в мою сторону.

– Мне его вышвырнуть? – предлагает он.

– Рискни здоровьем, – свирепея, предупреждаю громилу. – Я без нее отсюда не уйду.

Он достает из-за пояса пистолет, и я мысленно вздыхаю: этот тип понятия не имеет, на кого быканул.

– Убрал на хер эту штуку от моего лица.

Тупой бычара делает еще шаг в мою сторону.

– Лучше проваливай, – говорит он.

– Все в порядке, – вмешивается Ария. – Он за мной.

В ее голосе нотки страха. Она таращится на нас, выпучив глаза, и губы у нее дрожат. Надо же, сестра Марчелло, а ни одной разборки не видела?

Этот урод ее пугает.

В одном молниеносном рывке я обезоруживаю его и кладу на пол, потом прижимаю ствол к виску. Ария успевает только пикнуть.

– Говорил же тебе, не тычь мне в рожу этой штукой. Скажи спасибо, что так легко отделался. – Я встаю, не убирая пистолета, и оправляю на себе рубашку. – Идем. – Кивнув Арии в сторону двери, достаю из пистолета обойму и патрон из патронника, а потом бросаю все это на грудь вышибале. – Веди себя хорошо, не двигайся.

Я не тупой и к двери отступаю спиной вперед, не сводя с охранника глаз. Многие на его месте могли бы сглупить и попытаться спасти честь. Будем надеяться, что этот тип поумнее.

Уже на улице я быстро веду Арию к машине и, открыв для нее дверцу, усаживаю в салон.

Едва успеваю пристроить зад на водительском месте, как Ария спрашивает:

– Как ты это сделал?

– Сделал – что? – Я даю по газам и уношусь подальше от клуба, пока вышибала не собрал дружков и не бросился за мной в погоню.

Быстрый взгляд в зеркало заднего вида доказывает, что опасался я не зря: этот дебил выскакивает наружу в компании других быков.

– Вот так взял и отобрал у него пушку. Раз – и она уже у тебя в руках.

– Крав-мага ¹. – Не стоит ей отвечать. Чем меньше она обо мне знает, тем лучше. К тому же я предпочитаю не светить тем, что прошарен в рукопашке. Куда приятнее застать противника врасплох.

– Ты занимаешься крав-мага?

– И другими боевыми искусствами. – Мы останавливаемся на перекрестке, и я забиваю в навигатор название отеля. На светофоре загорается зеленый, и мы летим дальше; я везу Арию в отель – туда, где она будет в безопасности и не угодит в беду.

– Я о тебе такого не знала, – говорит она.

– Да и откуда бы? Мы же едва знакомы.

Она не знает ничего, кроме имени моего клана и, наверное, того, что я разбираюсь в компьютерах. Когда молчание затягивается, я бросаю на Арию быстрый взгляд: она сидит надувшись. Ну и ладно, чем скорее поймет, что нам не быть лучшими друзьями или у нас не будет секса по дружбе, тем лучше.

– Ты все расскажешь моему брату?

Так, кстати, было бы лучше для нее самой: пусть Марчелло займется ее воспитанием. Тот клуб – не место для девушки вроде Арии. Слишком уж она юна.

– Я пока не решил. Какого хрена ты там делала?

Ария молчит, и я, прежде чем свернуть на шоссе, бросаю на нее еще один быстрый взгляд. Говорить она явно не собирается.

– Выкладывай. Иначе я точно все расскажу твоему брату.

– Мне в номер отеля подбросили приглашение, – неуютно поерзав на месте, признается она наконец. – Я обнаружила его прошлым вечером, после венчания.

Я стискиваю рулевое колесо. Странно, как еще не погнулось.

– Ты приняла анонимное приглашение? Представляешь хоть, как это глупо?

– А вдруг это ты мне его оставил? – бормочет Ария.

Я без предупреждения выворачиваю руль и бью по тормозам. Мы резко останавливаемся на обочине. Мимо проносятся другие машины, а я бурно дышу, пытаясь унять гнев.

Сделав несколько вдохов-выдохов, оборачиваюсь к Арии.

– Я много раз говорил, что между нами ничего не будет. Ты наивная девочка, и этот твой сегодняшний фортель – лишнее тому подтверждение. Как ты росла в нашем мире и не думала, что в нем происходит дурное? Ты хоть представляешь, в чем участвуешь? Ты сестра дона. Знаешь, сколько его врагов с удовольствием порезали бы тебя на мелкие кусочки и отправили бы к нему в таком виде?

Она бледнеет и вжимается затылком в подголовник. Но мне плевать, Ария должна слышать правду. Должна осознать, что может случиться, если она и дальше будет откалывать номера вроде сегодняшнего.

А чтобы закрепить урок, я продолжаю отповедь:

– Между нами ничего быть не может. Мне в хрен не уперлось с тобой нянчиться.

При виде боли в ее глазах грудь пронзает боль. Ну и ладно. Это для ее же блага.

Я отворачиваюсь, завожу машину и выезжаю обратно на дорогу.

Чем скорее Ария поймет, что я говорю правду, тем лучше. Я ей услугу оказываю. Плевать, если я ранил ее чувства; враги клана Коста могут сотворить с ней и не такое.

5. Ария

Несколько недель спустя…

Стоя перед дверью своей комнаты, я тереблю медальон. Эта нервная привычка у меня с тех пор, как отец подарил это самое украшение, еще до своей гибели.

Сама не знаю, чего так распереживалась. Я же спала и видела, как поступлю в академию «Сикуро», но стоило мне наконец оказаться тут, и в первый же день меня мутит от волнения; сердце так и заходится. К тому же на завтрак предстоит идти одной, спасибо старшему брату.

Неким образом ему удалось выбить для меня отдельную комнату, без соседей. Он-то, небось, думал, что услугу оказывает, но я бы куда охотнее предпочла жить с соседкой, с подругой, которая как бы идет в довесок к стенам и койке.

Я всю жизнь провела оторванной от мира, для которого была всего лишь дочерью, а потом и сестрой мафиозного дона. Кто я без этого ярлыка? Порой мне кажется, что я потому и ищу приключений на свою голову – чтобы выяснить, кто я на самом деле и в чем мое предназначение.

Соседка, сплетни, новые знакомства и простые девичьи забавы скрасили бы тоску в моей жизни. И раз уж этому не бывать, я гордо вскидываю голову и выхожу в коридор. На мне стандартная форма академии «Сикуро»: белая, застегнутая под горлышко блузка и юбка в клеточку цветов итальянского флага.

«Сикуро» – это частный колледж, основанный четырьмя самыми могущественными в Америке итальянскими кланами. Три десятилетия назад, когда череда кровопролитных разборок унесла жизни множества юношей, наследников семей, и была создана академия. Само ее название означает «безопасность».

Родители со спокойной душой отправляют сюда детей после школы и не боятся, что они перебьют друг друга. В академии действует запрет на насилие, да и оружие разрешено только на специальных занятиях.

Постепенно в академию стали принимать отпрысков из других кланов: ирландцев, русских и даже из картеля. В конце концов открыли доступ и детям политиков – это оказалось финансово выгодно. Во-первых, астрономическая плата за обучение пополняет казну четырех семей-основательниц, а во-вторых, заранее раскрываются перспективные союзники.

Я иду по тропинке к столовой. Прошлой весной, на ознакомительной экскурсии, Габриэле мне все показал, но моя будущая невестка Мира была так любезна, что два дня назад, когда я приехала, снова провела меня по территории кампуса. Он просто огромен, и всего сразу не запомнить, однако я стараюсь.

Мне по-прежнему непривычно соседство с ребятами других национальностей, хоть Мира и заверяет, что это ощущение скоро пройдет. Вот уж не думала, что стану учиться в одном классе с русскими, ирландцами и членами картеля.

В столовой ищу взглядом Миру. Она обещала, что будет ждать меня за столом семьи Коста, с Марчелло или с Ла Роса – со своим братом и лучшей подругой. Оказалось, она все же выбрала стол Коста: Марчелло буквально не отпускает ее и вовсю тискает. Рядом с ними мой кузен Джованни и два хороших друга, Николо и Андреа.

Не спеша подходить к ним, я оглядываю огромное помещение с парящим потолком. Оно уже битком забито моими однокашниками, и можно оценить обстановку, кто где сидит. При виде столов прямо напротив зоны Коста у меня перехватывает дыхание.

На меня пристально смотрит Габриэле, окруженный группой своих. В школьной форме он особенно привлекателен.

С тех пор как он вернул меня в отель в Майами, я его больше не видела. Тогда он вывалил на меня гору дерьма, так что хрупкие стенки моего эго в тех местах, что были особенно уязвимы для его слов, дали трещину. Молча я вылетела из машины и побежала к себе в номер.

Чего он на меня уставился? Сам же не захотел со мной связываться.

Заставив себя отвести взгляд, направляюсь к столу Коста – туда, где, по его же словам, мне и место.

Мира, заметив меня, широко улыбается и машет рукой.

– Готова к первому дню? – спрашивает она, дождавшись, пока я сяду напротив.

Парни бурчат что-то в знак приветствия и возвращаются к прерванному разговору.

– Готова. Хотя, если честно, немного нервничаю.

– Все будет хорошо. – Мира берет меня за руку. – Пара деньков – и освоишься, узнаешь это место как свои пять пальцев.

– Главное, в неприятности не влезай, – говорит сидящий рядом с ней Марчелло. Я думала, братец увлечен рассказом Николо, но, видно, он всегда вполуха прислушивается ко всему, что происходит вокруг.

– Вот еще! – прищурившись, огрызаюсь я. – Забавно наблюдать, как ты строишь из себя ворчливого старикашку, придираешься к каждому моему слову и делу. Вот только не припомню, когда это ты моим папой заделался.

Марчелло, стиснув зубы, готовится высказать что-то, когда Мира гладит его по бедру, и он снова оборачивается к Николо.

Мира подмигивает мне. Она обещала сдерживать моего братца, чтобы он не вел себя как властный родитель. Посмотрим, удастся ли ей. Ошеломительных результатов я не жду.

Мне кусок в горло не лезет, в животе слишком уж неспокойно. Огромных усилий стоит не смотреть на Габриэле, и это бесит, учитывая, что он наговорил мне в последний раз. Мне бы ненавидеть его, испытывать отвращение, желать ему смерти. В Майами он открыто показал, как относится ко мне, и все же я затылком чувствую на себе взгляд его глаз цвета начищенной меди. Мое присутствие, похоже, его сильно раздражает.

– Пойду искать свою аудиторию, – говорю, вставая из-за стола. – Увидимся позже, ребята.

– Приятного дня, – желает Мира.

Парни тоже вяло прощаются, лишь на мгновение прервав свой разговор.

Махнув Софии и Антонио за столом Ла Роса, я направляюсь к выходу.

Не в силах сдержаться, все-таки оборачиваюсь на стол Витале. У меня снова перехватывает дыхание, стоит встретиться взглядом с Габриэле. На его лице выражение полного безразличия, ни капли эмоций. Ни малейшего признака интереса или желания. Я невольно задумываюсь, выходя в двери: раз он не хочет меня знать, чего тогда пялится?

Я выхожу из кабинета информатики, и меня окликает какая-то девушка:

– Постой!

Я оборачиваюсь и жду. У девушки каштановые волосы чуть ниже плеч и голубые глаза. Из какой она семьи – непонятно, однако, судя по цветам юбки, она итальянка.

– Ты ведь сестра Марчелло, да?

Я невольно хмурю брови. Так вот за кого меня здесь держат?

– Прости, прости, – отмахивается она. – Я не знаю твоего имени. Меня Бьянка зовут.

– Ария. Приятно познакомиться. Ты из какой семьи?

– Аккарди. Я кузина Данте. – Данте Аккарди в этом году оканчивает академию и стоит первым в очереди на место главы юго-западных территорий. С Данте я не знакома, зато наслышана о нем. Понятия не имею, как мы с ним не пересеклись на венчании Антонио и Софии. Может, потому, что гостей было пять сотен человек?

– Ты только поступила? – спрашиваю.

Бьянка кивает.

– Да. У меня тут родственники, но они моих интересов не разделяют. Я хотела узнать, вдруг ты захочешь как-нибудь оторваться. Говорят, ты в этом дока.

Я на миг замираю. Ей известно про случай в Майами?! Да нет. Я медленно расслабляюсь: про Майами никто не в курсе. Разве что один-единственный человек. В противном случае братец уже давно посадил бы меня под домашний арест.

– Да, – натянуто улыбаюсь я, – люблю оторваться время от времени. В нашем положении свобода – большая роскошь.

Бьянка закатывает глаза.

– И не говори. Слава богу, у меня одни сестры. Хотя Данте сам распутничает направо и налево, но не приведи боже нам с сестрами хотя бы заговорить с мальчиком…

– Вот именно!

Дальше мы идем вместе и болтаем совершенно непринужденно.

Общаться с представителями других итальянских кланов не запрещено – не то что с русскими, ирландцами или членами картеля. Нельзя только слишком сильно сближаться. Доверие между кланами – штука хрупкая, если не сказать зыбкая.

Однако Бьянка мне нравится. Она прикольная и очень похожа на меня.

Я люблю Миру и Софию, в академии учатся и другие девчонки из нашей семьи, но отчасти я поступила сюда, чтобы понять, кто я за пределами клана. Очень хочется завести собственных друзей, выяснить, кто я есть.

Вполне возможно, что в определенный момент Марчелло подберет мне пару из нашего мира, и если к тому времени я не найду себя, иного шанса уже не будет. Марчелло заставит меня играть роль, которую назначит сам, и мне останется только втиснуться в эти рамки.

У развилки на тропинке мы останавливаемся, и Бьянка указывает вправо.

– Думаю зайти в кафе «Амброзия» и уже потом вернуться в Рим-хаус. Ты как?

Я мотаю головой.

– Сразу назад. Хочу до ужина успеть сделать домашку, чтобы вечер посвятить себе.

– Ладно. А не хочешь вечером потусить?

– Конечно. Я только «за». – Достаю из сумки школьный телефон, гаджет без связи с внешним миром и предназначенный для переписки с однокашниками и администрацией. – На вот, вбей свой номер.

Бьянка создает контакт и отправляет самой себе сообщение.

– Вот, теперь ты у меня тоже есть. Напишу после ужина.

– Хорошо, буду ждать.

Наши пути расходятся, но по дороге в общагу я чувствую тепло в груди. Нет, лучшими подругами нам с Бьянкой не стать, мы же из разных семей, однако дружить все равно можем. Именно за этим я и поступала сюда, в академию, где создам собственную жизнь, обрету себя настоящую.

6. Габриэле

В итальянской общаге иду к лифту, чтобы подняться к себе на пятый этаж, а у кабины меня поджидает Данте Аккарди.

– Витале, – обращается он ко мне.

– Данте. – Я киваю ему в знак приветствия и прохожу в дальний угол. Этот парень мне не нравится. Он позер, любит привлекать внимание. Слишком наглый.

И еще я не дурак, чтобы поворачиваться к нему спиной в замкнутом пространстве. Пусть даже в кампусе запрещено насилие.

– Так-так, что это у нас тут? – бормочет он себе под нос и успевает нажать кнопку задержки дверей. – Привет, красотка. Нас вроде бы не представляли друг другу?

Сперва я не вижу, к кому он обращается, а потом девушка входит в кабину. И я стискиваю зубы… встретившись взглядом с Арией. Впрочем, она тут же поворачивается ко мне спиной и становится возле Данте.

– Зато я точно знаю, кто ты. – И она смотрит на него своими выразительными глазами.

Да чтоб меня! Какая она милая и невинная, этот юбочник Данте сожрет ее с потрохами. Она станет очередной его жертвой в длинном списке использованных девушек.

– Данте Аккарди. – Он протягивает ей руку. Джентльмен выискался!

Позорище.

– Ария Коста. – Она пожимает ему руку, и он еще какое-то время не отпускает ее, держит. – Я познакомилась с твоей кузиной. Классная девчонка.

Данте со смехом проводит рукой по вьющимся светло-каштановым волосам.

– Будь осторожна с Бьянкой. С ней неприятностей не оберешься. – Он встает ближе к Арии. – Со мной тоже, конечно. Но вдруг тебе нравятся неприятности?

– Придержи коней. – Слова сами срываются с моих губ.

Данте оборачивается.

– Тебе-то что за дело? – удивленно спрашивает он.

Верно, дело не мое. Ария не должна меня заботить, и не стоит об этом забывать. Отец еще до моего отъезда строго-настрого запретил даже приближаться к ней.

– С меня и прошлогоднего бардака хватило. Достало за всеми прибираться. – Раздается звоночек, и двери лифта открываются. Мы на пятом. – Мне и так уже все обязаны.

Бредовая отмазка, и остается надеяться, что Данте не обратит на это внимания.

Протиснувшись между ним и Арией, я выхожу. Данте живет на седьмом, Ария – на шестом, значит, сейчас они останутся в кабинке наедине. Самого воротит от желания схватить Данте за роскошную шевелюру и выволочь наружу, лишь бы не оставлять одного с Арией.

На ходу я задеваю руку Арии, и она делает резкий вдох. У меня аж член твердеет. Я когда-нибудь перестану хотеть ее или нет?

Настроение, и без того дурацкое, резко опускается ниже, когда у двери своей комнаты я застаю Алессандро. Не то чтобы кузен мне не нравился, просто я не знал о его приходе.

Каждый год я контрабандой протаскиваю в академию приблуды для слежки за собственной комнатой и за делами во всей итальянской общаге. В конце года приходится все разбирать и увозить, поэтому железки я свои еще не поставил.

Нам даже собственные ноутбуки запрещено привозить, поэтому страшно представить, какое наказание меня ждет, если администрация увидит мою обычную гору оборудования. Здесь мы совершенно отрезаны от внешнего мира, и только по воскресеньям можно звонить куда-то по защищенной линии.

Я все понимаю, нельзя, чтобы события за забором как-то влияли на жизнь в кампусе, иначе мостовые обагрятся кровью. Правда, мне от этого не легче: такой геморрой неделями устанавливать оборудование. Слава богу, этот год в академии для меня завершающий.

– Здорово, чувак. – Кивнув Сандро, я отпираю дверь.

Потом вхожу, он сразу за мной. В комнате я следую обычной рутине: проверяю, все ли на своих местах. Может, я и параноик, но пока моя система безопасности не заработает, нельзя расслабляться.

– Как день прошел? – спрашивает кузен, падая на мою кровать. – Даже странно, когда тут нет твоего задротского хлама.

Я закатываю глаза. И он, и многие парни из нашей бригады вечно задирают меня, мол, я помешан на компах. Стараюсь не обращать на это внимания. Придет день, и все они увидят, что я прав и что за моим увлечением – будущее нашего бизнеса. Я разрабатываю нечто, о чем пока никому не рассказывал; если дело выгорит, то, полагаю, с их лиц исчезнут ехидные улыбочки.

– Хорошо. Та же фигня, что и год назад.

– Да, разве что у нас новый урожай девчонок-первогодок. – Сандро ржет, а я качаю головой. – Видал сестренку Косты? Она первая в списках всех парней.

Иисусе. Ничего странного, что на нее все глаз положили.

– Если не хочешь неприятностей, то лучше к ней не соваться. – Надеюсь, это прозвучало просто как добрый совет, без намека на собственничество и угрозу.

– Да, да, я в курсе. Твой папочка поговорил со мной, когда я сюда собирался.

Все кланы знают, что рано или поздно Марчелло выдаст Арию за кого-нибудь, если только она не успеет сама присмотреть себе жениха, который устроил бы ее братца. Она еще молода, и у нее несколько лет в запасе. Хотя это не помешает Марчелло обстряпать дело в любое удобное время. Ария не просто роскошная девушка, она завидная невеста из могущественного клана.

Казалось бы, отцы сыновей должны мечтать о возможности породниться с семьей Коста через брак с Арией. Однако мой отец предупредил и меня, и всех парней на верхушке пирамиды нашего клана, что союз Витале с Коста сделает Марчелло чересчур могущественным. Он и так уже отхватил дочку Ла Роса, и если Ария охомутает кого-то из наших, то ее брату достанется третья зона влияния в Соединенных Штатах.

Думаю, отец подыскивает мне невесту из клана Аккарди. Такой союз подарит нам всю западную половину страны, тогда как за Марчелло останется вся восточная.

У меня в голове не укладывается мысль о родстве с Данте. Он слишком импульсивен, взрывается по любому поводу.

– А жаль. Думаю, мы с Арией Костой могли бы славно поразвлечься.

Я отворачиваюсь, чтобы Сандро не видел, как сильно я стиснул зубы. И чего меня так заботит мысль о том, что Ария будет с кем-то другим? Мы ведь не состояли с ней ни в каких отношениях. Черт, мы с ней даже не целовались. Просто меня влечет к Арии, и отрицать это бесполезно.

– Отец верно подметил, союз любого из нас с Арией Костой даст ее брату слишком много власти. – Иду к холодильнику. – Марчелло и так силен. – Достав банку энергетика, оборачиваюсь и предлагаю Сандро: – Будешь?

Он отмахивается.

– Ясно, чего тебе не спится. Заливаешься этим говнищем…

Я бы согласился, если бы не испытывал проблем со сном с детства: отказавшись от энергетиков, я, к несчастью, от бессонницы не избавлюсь.

Я ведь только из-за нее компьютерами и увлекся. Не в силах сомкнуть глаз по ночам, я быстро охладел к обычным развлечениям: телевизору, музыке и мастурбации. Потом набрел на сайт, посвященный хакингу. Чем глубже я погружался в тему, тем лучше осознавал, какую власть дарует информация, какую свободу действий она предоставляет: можно влиять на мысли людей, на их суждения, – только дай ее в нужной порции в нужное время, и делай с людьми что захочешь, придавай их разуму нужную форму, направляй, куда надо.

– Ну, так зачем ты пришел? – спрашиваю я и отпиваю энергетика.

– Говорят, что на этой неделе будет вечеринка в лесу. Я подумывал сходить, да и тебя заодно уболтать. – По взгляду Сандро ясно, что отказа он не примет.

– Это не совсем мое. – Меня трудно назвать компанейским.

Сандро садится.

– Понимаю, но мы здесь последний год. Вот я и решил, что ты по такому поводу сделаешь исключение, оттянешься.

Я со смехом присаживаюсь на диван.

– Тебе в голову не приходило, что ты и остальные слишком увлекаетесь тусовками?

Кузен молчит, и я вопросительно выгибаю бровь.

– Я понимаю, мы с тобой разные. Придет день, и ты возьмешь управление кланом в свои руки. Я даже представить не могу, каково это, но скоро мы покинем академию и окажемся в мире, где не сильно-то влияем на собственные жизни. Даже ты. – Он указывает в мою сторону. – Может, однажды ты и встанешь у руля, однако тебя ограничат незыблемые правила и договоренности, которым нужно следовать. Больше у нас свободы не будет, так почему бы не воспользоваться ею и не оторваться?

– Я подумаю, – шумно вздохнув, говорю я. Пустое обещание, но кузен хотя бы отвалит на время.

Сандро улыбается и встает.

– А я ждал отмазок. Ладно, ловлю на слове.

Он уходит. Я переодеваюсь в спортивную форму – хочу до ужина сходить в зал. После вплотную займусь контрабандой железа. Она потребует всех сил, и я забуду об Арии.

Как же горька эта ложь.