Quotes from the book «Стамбул. Город воспоминаний», page 2

... жизнь, в сущности, очень коротка, и хорошо, если человек знает, чего от нее хочет...

Каждый раз, когда я начинаю рассказывать о красоте Стамбула, Босфора и его темных улиц, некий внутренний голос говорит мне: ты, подобно писателям предыдущих поколений, преувеличиваешь красоту своего города, чтобы скрыть от самого себя изъяны собственной жизни. Если город представляется нам красивым и необыкновенным, значит, и наша жизнь такова.

людей вежливых и благовоспитанных принято вести себя так, будто разделения людей на умных и глупых не существует (равно как и религиозных, расовых, классовых, имущественных и — называемых все время в последнюю очередь — культурных различий).

Лишь тот пейзаж красив, что навевает грусть.

Ахмет Расим

... жизнь человека может приобрести настоящую глубину и смысл, только если он пишет или рисует.

Пойдя в школу, я узнал, во-первых, что некоторые люди глупы, а во-вторых, — что среди этих глупцов встречаются настоящие идиоты.

Мы с прискорбием наблюдали, как стамбульцы забывают правила поведения в городе - да и знали ли они их когда-нибудь?

в турецкой поэзии республиканского периода печаль понимается как неизбежная судьба, как чувство, придающее глубину переживаниям и тем спасающее человеческую душу. В то же время это чувство похоже на запотевшее стекло между поэтом и жизнью, и печальный отсвет жизни для поэта притягательнее, чем она сама.

Возможно, в этом и было моё счастье — когда любящие меня люди подавляли своих внутренних демонов, и я мог позволить вовсю резвиться своим.

Какая разница между человеком, которому нравится воображать, что он Наполеон, и человеком, полагающим, что он Наполеон на самом деле? Первый — счастливый фантазер, а второй — несчастный шизофреник