Read the book: «Оцепеневшие»

Через поле

Зарево от костров, разведенных на холмах, освещало в поле тропу, что вела к деревне. По ней, болтая и заливаясь смехом, шли Мира и Злата. Подолы их длинных платьев-рубах, подвязанных шнурками, шелестели о траву. Узкая тропа не позволяла девушкам идти рядом друг с другом. Злата шла впереди, а Мира, словно хвостик, – позади.

Девушки обсуждали события праздника, который еще шел там, на холмах: одни перепрыгивали через костры, чтобы очиститься от болезней и сглаза, другие собирали травы, а третьи танцевали.

– А ты видела? Видела?! – воодушевленно говорила Злата. – Савка у Ладки венок украл!

– Нет, не украл! – весело поправила ее Мира. – Она его сама отдала!

– Быть не может!

– Может! Я сама видела!

И девушки залились смехом.

– Ярик мой венок хотел украсть, – заявила Злата, – но я ему не позволила.

Мира только улыбнулась в ответ. Она знала, что Злате Ярик нравится, и все гадала, долго ли подруга будет его отвергать.

– Зато вон как отличился! Прыгнул через костер выше всех! – сказала Мира.

– Это да… – проговорила Злата. Глаза ее в этот момент искрились.

Мира резко остановилась и обернулась. Злата заметила это не сразу, потому прошла несколько метров вперед, рассказывая и смеясь над очередной выходкой Ярика. Тишина в ответ заставила ее остановиться.

– Что случилось? – спросила Злата, обернувшись в сторону подруги.

Мира напряженно молчала. Наконец-то она нарушила тишину вопросом:

– Ты не слышала?

– Нет. – Злата нахмурилась. – А что именно?

– Голос сестры, – озабоченно ответила Мира.

– Глаши? – вскинув брови, спросила Злата.

– Да, Глаши.

– Дак ведь она слишком мала, чтобы на праздник идти, – девочке было не больше семи лет.

– Знаю. Наверное, показалось.

Они молча двинулись дальше через поле. В голове Миры ярко всплыло неприятное воспоминание этой ночи.

Девушки собирали травы в поле, чтобы сплести венки. Чуть поодаль сбором занималась и старуха Варвара. Мира так и не могла понять, то ли она колдунья, то ли знахарка. Многие обращались к ней за помощью, но старались об этом помалкивать и при свете дня даже близко к ее избе не подходили.

Мира сидела на корточках и так увлеклась сбором трав, что и не заметила, как подруги двинулись дальше, а Варвара оказалась рядом с ней. Девушка от испуга потеряла равновесие и плюхнулась на землю. Пучки трав взлетели в воздух и упали вокруг. Варвара приблизилась к девушке. Лицо старухи было хмурым. Она проговорила громким шепотом:

– Не слушай! Не оборачивайся!

Глаза Миры округлились. Старуха еще с минуту смотрела девушке в лицо, а потом ушла восвояси.

Дорога через поле казалась бесконечной. Чтобы успокоиться, Мира заговорила первой. Обстановка разрядилась. Девушки возобновили непринужденный разговор, а в это время сзади донесся звонкий голос девочки:

– Сестрица!

На этот раз даже Злата его услышала. Мира мигом обернулась.

– Глаша? – крикнула девушка вдаль.

– Сестрица! – донеслось ей в ответ. Источник голоса стал дальше.

– Глаша, где ты?! – сердито спросила Мира. – Не играй с нами! Вот батька узнает, сама не обрадуешься!

Обе девушки осматривались, но света костров было недостаточно, чтобы видеть далеко.

– Сестрица… – донеслось жалобно.

Мира двинулась назад по тропе, параллельно окликая свою сестру. Злата же застыла на месте. В руках она растирала стебель полыни, которую ранее вплетала в свой венок. Чуть в стороне от тропы Злата увидела тень, возвышавшуюся над травой, тощую, сгорбленную. Мира направлялась в ту же сторону. Злата недоумевала – неужели ее подруга не видит эту тень, – а Мира тем временем все ближе и ближе подходила к неизвестной сущности.

Наконец-то Злата пришла в себя и побежала за подругой.

– Мира, стой! – крикнула девушка, но та словно и не слышала ее.

Догнав Миру, Злата дернула ее за рукав, но все без толку. Подруга отмахивалась от нее словно от назойливой мухи, продолжая звать сестру. Тогда Злата начала читать вслух молитву, и будто пелена с глаз спала и у нее, и у Миры. Тень, что, казалось, была вдали, на самом деле стояла на расстоянии не больше трех метров от них. Это был очень худой мужчина в изодранной одежде, с взлохмаченными волосами и бледной кожей. Глаза его горели желтым светом в темноте.

Все это время Злата продолжала читать молитву. Мира от испуга не могла пошевелиться. Злата сильно дернула подругу за руку, и боль заставила Миру выйти из ступора. Злата встала перед подругой, закрыв ее от взора монстра.

– Мира, беги! – крикнула девушка, обхватив лицо Миры руками, а сама повернулась к преследователю.

К своему удивлению, Злата узнала его. Это был троюродный дядька Митяй, который повесился больше года назад. Скверный тип: вечно злой и недовольный, собственную жену в могилу загнал. Злата кинула в лицо преследователя стебель полыни. Монстр завыл и отпрянул. Девушка развернулась и побежала вслед за подругой.

Мира убежала не так далеко. Она споткнулась и упала ничком.

– Ты цела? – запыхавшись, спросила Злата, догнавшая подругу.

– Да, – приглушенно ответила Мира. Злата помогла ей подняться.

– Продолжай бежать! – скомандовала девушка, а сама посмотрела назад. Все это время Злата прислушивалась, но не слышала ничего, кроме шагов своих и Миры, а также ветра. Однако девушка ошибалась. Монстр от них не отставал, а даже сократил расстояние.

Мира тем временем все делала, как велела подруга. Вот уже показался лес. Мира решила, что там хотя бы можно спрятаться за деревьями, а уж светящиеся желтые глаза они легко заметят.

Пробежав немного вглубь и с разгона врезавшись в дерево, Мира наконец-то решила оглянуться.

– Не-е-ет! – протяжно крикнула девушка. Монстр уже успел поймать Злату за светлые длинные волосы и притянуть к себе. Он сорвал очелье с красной вышивкой с головы девушки и прильнул к ее шее. Были слышны только чавкающие звуки.

От ужаса Мира неосознанно заскочила за ближайшую березу, не отрывая глаз от подруги. Ей хотелось бежать на помощь, но члены отказывались ее слушать. К чавканью добавились плач и причитания. Слезы ручьем текли по щекам Миры. Девушка содрогалась от рыданий, но направиться к подруге или даже сделать шаг в сторону не решалась.

Монстр покончил со Златой. Тело девушки рухнуло в высокую траву. Чудовище посмотрело прямо на Миру и двинулось в ее сторону. Девушка на дрожащих ногах сделала несколько шагов назад, но наткнулась на дерево. Мира боялась отвести глаз от монстра.

Девушка уже было подумала, что настал и ее конец, как чудовище неожиданно остановилось на самом краю леса. Оно продолжало так же неотрывно смотреть на Миру, но не двигалось с места.

Сколько продолжалась эта игра в гляделки, неизвестно, да только Миру односельчане нашли утром, рыдающую и рвущую волосы на голове. А в поле неподалеку лежало обескровленное тело Златы.

Старая знакомая

Уже далеко за полночь. На улице ни души, но это к лучшему. Вновь пришлось задержаться на работе. К такому графику я уже давным-давно привыкла. Хоть и будний день, а кафе – это кафе. Наше, по задумке директора-энтузиаста, работает до последнего посетителя. Никогда нельзя точно предсказать, когда гости уйдут, особенно в летнее время: самое популярное кафе в нашем городе, как-никак.

Такой успех заведению принес не только график работы, но и прочие идеи директора: интерьер и униформа в баварском стиле, разнообразные мясные блюда в меню, толковые охранники, которые пресекают всякие конфликты. Желающих посетить кафе много.

Нет, я не жалуюсь. Платит директор хорошо, да и гости никогда не скупятся на чаевые. Такой уровень заработка в нашем захолустье трудно найти.

Я плотнее запахиваю длинную вязаную кофту. Не уверена, однако такое ощущение, будто резко стало холодно. Хоть и август на дворе, но удивительно, что ночью такая низкая температура. Сейчас, наверное, меньше десяти градусов. Хорошо, что из центра города, где находится кафе, до дома мне идти не больше двадцати-двадцати пяти минут.

Я подхожу к нужному кварталу и сворачиваю с улицы в темные пустые дворы. Неожиданно слышу шаги позади себя. Или мне это только кажется? Мне, конечно, не впервой возвращаться домой так поздно, но все равно страшно. Я прислушиваюсь. Да, кто-то и в самом деле идет! Зря я не согласилась поехать с Антоном, охранником из моей смены! Хотя он опять бы завел старую пластинку: стал бы предлагать мне встречаться с ним. По-моему, Антон уже со всеми девчонками из нашего кафе был в отношениях. Коллекционирует он девушек, что ли? Я вздыхаю при этой мысли, а шаги тем временем становятся громче.

В последнее время в городе было тихо: ни случаев ограблений, ни нападений маньяков. Однако я все равно пытаюсь придумать, чем защититься, но ничего подходящего у меня с собой нет. Даже зонт утром выложила, потому что он слишком тяжелый. Ух! Стук сердца даже в висках отдает. Надо ускориться! Радует то, что я почти всегда летом на работу хожу в кедах.

– Марина! Подожди! – я слышу женский голос за спиной. Это кто-то из знакомых?

Я замедляю шаг и поворачиваюсь. В двадцати метрах от меня идет стройная девушка в обтягивающем платье длиной чуть ниже колен. На плечи небрежно накинут пиджак. Стук высоких каблуков раздается в тишине дворов громким эхом. Я не могу рассмотреть лицо, но успокаиваюсь, чувствую себя в безопасности.

Пока я стою в замешательстве, незнакомка подходит ко мне.

– Привет, Марин! – говорит девушка с легкой улыбкой, но видя мою растерянность, спрашивает: – Ты меня не узнала?

Я тщетно всматриваюсь в лицо, обрамленное красиво уложенными волосами цвета пшеницы. Одна прядь убрана за ухо и обнажает массивную серьгу-кольцо. Темно-карие глаза спокойно и внимательно смотрят на меня.

– Ира! Привет! – я наконец-то узнаю свою одноклассницу. – Ты меня жутко напугала! – В ответ на лице Иры расцветает широкая улыбка. С тех пор, как мы закончили школу, я не видела свою одноклассницу. Она не пришла даже на пятилетний юбилей нашего выпуска. Говорили, что Ира уехала столицу покорять. Не удивительно, с ее-то внешностью, да и голова у нее варит.

Я ведь и в самом деле ее бы не узнала, если бы не глаза. Как и раньше, взгляд спокойный и умный, как я любила его называть, аристократичный.

Незаметно вновь оглядываю одноклассницу. Ира из бедной семьи. Когда она посещала начальную школу, ее отец ушел из семьи, и матери пришлось одной ее воспитывать. В школьные годы Ира носила либо старые, давно вышедшие из моды вещи, либо очень дешевые, но все равно выглядела привлекательно и ходила с гордо поднятой головой. Теперь же одежда была под стать ее внутреннему образу.

– Столько лет прошло. Ты изменилась, – выпаливаю я. – Как ты меня узнала?

Ира мягко трогает рукав моей темно-красной кофты.

– Все такая же теплая, – тихо проговаривает она.

– Ты меня по кофте узнала? – изумляюсь я.

– Да. И… по телосложению, – деликатно добавляет Ира.

Одноклассница поднимает взгляд и смотрит мне в лицо. В ее глазах отражаются грусть и тепло.

– Я помню, что эту кофту связала тебе бабушка. Той зимой было очень холодно. – Ира продолжает трогать рукав. – Ты так хвасталась этим подарком. Хотя многие девчонки и насмехались над тобой из-за этого, но я завидовала.

Вот это для меня неожиданность! В школе многие мальчишки бегали за Ирой, ее постоянно звали на свидания. Однако не помню, чтобы она с кем-нибудь долго встречалась. Когда Ира появлялась на дискотеке, туда обязательно приходили даже те мальчишки, которые такие мероприятия презирали. Многие девчонки ей завидовали, кто-то даже ненавидел, а кто-то восхищался, но подруг, если не ошибаюсь, не было. Наверное, я была из тех серых мышек, которые тихо завидовали однокласснице и восхищались одновременно.

В школе меня называли пончиком, а чаще пампушкой за невысокий рост и пышную фигуру. Раньше меня подобные издевки сильно обижали. Был период, когда я отчаянно пыталась похудеть, сидя на различных диетах. Однако, когда я начала работать в кафе, моя фигура отлично вписалась, и я смогла принять себя.

– Ты домой?

– Да, домой, – не сговариваясь, мы вместе начинаем медленно шагать дальше.

– Почему так поздно ходишь по улицам?

– С работы иду.

– И где же ты допоздна работаешь? – Ирина удивленно приподнимает брови.

Мне немного неловко признаваться, но после небольшой паузы я говорю:

– Официанткой в кафе.

Ирина замечает мое смущение и тут же говорит:

– Тьфу ты! Нашла чего стыдиться! Главное, что зарабатываешь. Да и молодые мы еще! У нас в жизни десять раз все успеет измениться! Причем обязательно к лучшему.

Меня радуют ее слова. Благодаря им какой-то невидимый барьер ломается, и неловкость улетучивается.

– Где именно работаешь? Место хорошее? – с неподдельным интересом спрашивает Ира.

Я, словно заядлый рекламщик, начинаю рассказывать про кафе и его фишки, про креативность директора, про коллектив. Ирина внимательно слушает и кивает, а иногда удивленно вскидывает брови.

Рассказываю случай, когда я в такой же поздний час шла домой в униформе, накинув на плечи кожаную куртку. В кафе мы ходим в темных юбках длиной ниже колена. История произошла в ночь на воскресенье. Мне навстречу попался пьяный мужичок предпенсионного возраста. Когда он меня увидел, то первым делом перекрестился, а потом заговорил со мной. Мужик решил, что я монахиня. Начал про свою жизнь рассказывать, а под конец попросил отпустить грехи. Ну, мне ничего не оставалось, как подыграть ему.

Ира смеется над этой историей. Ее звонкий чистый смех разносится по тихим дворам, будто рассеивает тьму ночи.

– А ты как поживаешь? – спрашиваю я после своего затянувшегося монолога. Только сейчас я замечаю, что мы стоим уже некоторое время на пересечении пешеходных дорожек во дворе рядом с моим домом.

– У меня все хорошо. Наверное, слышала, что я в столицу махнула? – Я киваю. – Я хорошо там устроилась. В самом начале в ночном клубе официанткой работала. Там со своим Стасом познакомилась. Он из хорошей семьи. Уже живем вместе. Стас у меня славный, только немного горяч на голову… – в этот момент на ее лице я отчетливо вижу, ровно на долю секунды, тень горькой печали, но она тут же исчезает. – В следующем году планируем свадьбу сыграть.

– О! Это очень хорошая новость! – Я улыбаюсь. Хоть мы и не были близки в школе, но я искренне рада за Иру. – А зачем сюда приехала?

– С матерью повидаться, – немного грустно говорит Ирина. – Я ведь после отъезда с ней ни разу не виделась. Мы только по телефону разговаривали. А тут мы со Стасом решили к ней на машине приехать, о помолвке лично сообщить. К тому же, ехать не так уж и далеко.

– А почему ты одна так поздно идешь? – озвучиваю я неожиданно всплывший в моей голове вопрос. Я смотрю в лицо Ирины, которое мне кажется очень бледным. Наверное, свет от фонарей так падает.

Одноклассница после небольшой паузы отвечает:

– Так получилось, что я прибыла раньше. А мой Стас… ближе к утру будет здесь. – Лицо Ирины меня пугает: взгляд пустой, а улыбка широченная. Несколько секунд одноклассница смотрит на меня, а потом разворачивается и шагает в сторону дома своей матери, который находится через два от моего.