Read the book: «Пункт назначения не определен»

Глава 1. Пролог

Итак…. С чего все началось?

Пожалуй, с самого простого и естественного — я умерла.

1534 год, где-то в Апеннинских горах

Изнуряющий летний зной неохотно отступал под натиском медленно опускающейся ночи. Она обещала принести с собой долгожданную прохладу, уже витающую в воздухе неясным предчувствием будущей грозы. Стоящий на краю отвесной скалы ощущал ее кожей. Крепкий мужчина с короткими темными волосами и пронзительными черными глазами, мечущими искры, казалось, нисколько не опасался сорваться вниз. В глубокой задумчивости он покачивался на носочках, перекатываясь на небольшом камне, с жалобным хрустом крошащимся под ним. Он ждал этой ночи с огромным нетерпением, но подходить к ней в спешке не имел права. Если ничего не получится, то ждать второй попытки придется невыносимо долгие сто лет, а то и дольше… Заранее знать в таких вопросах не мог даже он.

Одна ошибка. Всего одна ошибка не позволила ему тогда довести начатое до конца. И в этот раз он не собирался спешить! Нет! Он будет предельно осторожен и внимателен.

- Казимир, мы готовы.

Неслышно подошедший служка почтительно склонил обритую голову, дожидаясь, когда на него обратят внимание. Казимир вздрогнул, будто только сейчас очнулся, и перевел на молодого человека недоумевающий взгляд. Чуть затуманенный воспоминаниями о былых потерях и промахах, он не сразу прояснился.

- Мы готовы, - повторил юноша, не поднимая головы.

Казимир слегка улыбнулся, взглянул в почерневшее небо и одобрительно кивнул гуляющим за горизонтом зарницам.

- Гроза близко, - произнес он красивым, хорошо поставленным голосом. — Ступай, Вадим. Я следом.

Качнувшись еще раз, он резко развернулся и бодро зашагал вверх по горе. Он двигался легко, пружинящим шагом, что говорило о том, что мужчина находился в отличной физической форме. Сильные ноги в обтягивающих кожаных брюках, безошибочно находили самую удобную для следующего шага точку. Под рубахой, прижатой жилетом из толстой кожи с вышитом рисунком, перекатывались мускулы. Налетающий порывами ветер бил прямо в грудь, грозя опрокинуть назад, но Казимир даже не замечал его, продолжая подниматься на гору, подобно высеченному из той же породы ожившему изваянию. Пожалуй, его можно было назвать красивым мужчиной: пронзительный взгляд, симметричные черты лица, волевой подбородок, густые волосы без намека на седину, кожа без явных изъянов, присущих воинам, выдержавшим хотя бы пару битв и сохранивших в целости конечности. Но вряд ли кто из окружения Казимира, включая редких женщин, согревающих его ночами за звонкую монету, посчитали его красавцем. Язык пристывал к небу при попытке провернуть подобное, и причина тому — пропитанный чернотой взгляд, парализующий все живое и придающий довольно приятному лицу хищное, нечеловеческое выражение.

Чем выше поднимался мужчина, тем бодрее себя чувствовал. Казалось, гора подпитывает его, стирая застрявшую в теле усталость. К моменту, когда впереди показались мраморные колонны храма, он был переполнен силой, подрагивая каждой мышцей и едва сдерживаясь, чтобы не припуститься бегом. Девять закольцованных колонн стояли на прямоугольной платформе, к которой вели тринадцать узких и длинных ступеней. Казимир преодолел их одним прыжком и ступил под прохладный свод, где даже в самые жаркие дни холод пробирал до костей. Еще три ступени и он оказался в просторном зале, опоясанном также тринадцатью, но меньшими по высоте, колоннами. У каждой служки уже расставили чащи с зажженным огнем, отчего полумрак казался совершенно живым, танцуя и колеблясь от каждого дуновения ветерка. Даже не смотря под ноги, Казимир переступил через невысокий бордюр и спустился в сердце храма — круглому углублению, к которому от колонн вели высеченными в мраморе желоба, заканчивающиеся платформами. На них уже заняли своим места члены братства. Ровно 13 фигур застыли в ожидания Казимира. Не спеша, он прошел в самый центр, оценил сделанные приготовления и только после этого поприветствовал собравшихся.

- Братья мои, рад лицезреть вас в добром здравии.

- И мы тебя, брат Казимир, - хором ответили мужчины.

- Мы стоим на пороге ночи, за которой придет великий день — день вне времени. Его не существует ни в одной из временных линий, он — наш способ переписать реальность. Так встретим же его, как подобает.

Казимир вскинул руки и вокруг него вспыхнуло огненное кольцо. Языки пламени в чашах задрожали сильнее, вытягиваясь все выше и выше, пока не лизнули белоснежный свод, оставляя на нем алые отпечатки. Мраморные колонны практически скрылись за пламенеющими гудящими столбами, образовавшими точную копию храмового зала. Казимир выкрикнул что-то и братья послушно подняли руки. На кончиках их пальцев заклубился алый туман, тонкими нитями тянущийся к центру и собирающийся прямо над головой стоящего неподвижно мужчины, продолжающего творить древнюю, не подчиняющуюся людским законам маги. Воздух дрожал, трещал и гудел, смешиваясь с кровавым туманом, испускающим тонкий сладковатый аромат. Когда облако над головой Казимира достаточно уплотнилось, он вынул из кармана какой-то предмет и швырнул его внутрь. Алая муть жадно поглотила подношение и на мгновение застыла, чтобы принять форму мощного дерева с крепкой, густой кроной и разветвленными корнями. Члены братства почти перестали дышать, наблюдая за тем, как ветви дерева сплетаются, разрастаются и на некоторых из них вспыхивают яркие искры, напоминающие собой капли драгоценного эликсира, готовые сорваться вниз и лишь каким-то чудом зависшие на самых кончиках ветвей. Где-то громыхнул гром и языки пламени вокруг Казимира загудели громче. Он улыбнулся и прохрипел выдающим нечеловеческое напряжение голосом: