Read the book: «Таша и разбойники»

Глава 1

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ,

в которой мы знакомимся с Ташей и разбойниками

Все истории начинаются с чего-нибудь. История про Ташу и разбойников началась со звонка. Старый зеленый телефон на кухне зазвенел громко и противно. Так в нынешние времена умеют шуметь только воистину старые телефоны.

— Это мне! — закричал еще полусонный Пападок, спускаясь по лестнице. — Я подниму трубку. Кочки-колючки, это наверняка мне!

Папа работал в скорой Зеленой помощи. Он выезжал, если где-то заболевало домашнее растение, или если кто-то случайно задевал дерево.

— Каждый знает, как лечить человека, но кто поможет гладиолусу? — говаривал Пападок.

Он гордился своей работой. Спасал пихты и настурции, выручал от опасностей свеклу и репейник. Настоящий доктор растений. В любое время дня и ночи папе могли позвонить и вызвать на срочную работу. Так случилось и в этот выходной день.

— Любимый, но ты обещал сегодня пойти с дочкой в приют! — Мамарита строго посмотрела на мужа, который всегда все забывал, кроме как найти пончики в холодильнике. — Ты опять все забыл?

Папа, дожевывая пончики из холодильника, остановился на пороге. Он действительно обещал сегодня Таше поехать в приют и выбрать там любое животное, или птицу, или рыбу, или рептилию, или амфибию, или даже насекомое. Но ведь у него срочный звонок, как же быть?

— Любимая дорогая Мамарита. Но как же быть? У меня срочный звонок. Тяжелая ситуация с тополем у Дамы из Кривого дома. Не исключен даже дятел.

Пападок с тревогой посмотрел в глаза Мамариты. Таких удивительных синих глаз не было ни у кого в целом свете. Иногда в них можно было увидеть бурю, иногда тихий рассвет, а иногда дождь, капающий на маленькие осенние рыжики. Сейчас в глазах Мамариты летели два лебедя над спокойной гладью реки.

Мама спустилась по лестнице, обняла Пападока и произнесла те слова, которые произносят все женщины на свете, провожая на работу своих мужчин.

— Я полюбила тебя за то, за что тебя ценят все, кто в тебе нуждается. Иди и делай то, что умеешь лучше многих.

— Но Таша…

— Таша уже большая. Ей восемь лет, как-никак. Она знает, что дятел — это серьезно.

Папа кивнул и побежал к зеленой скорой помощи, не забыв по дороге споткнуться и выронить пончик, который тут же подхватила одна из тех ворон, что слетались каждый раз, когда в доме Пападока звенел старый противный звонок.

Завыла сирена. Скорая помощь понеслась по улицам Уголка в сторону Кривого дома и Дамы, в нем проживавшей.

Уголок был обычным городом из серединки страны. Двухэтажные домики, по возможности прямые улочки, центральная площадь, старое кострище, где в стародавние времена хотели сжигать ведьм, да так ни одной и не нашли, мэрия, парки, переходящие в лес, лес, заходящий в парки, животные, переходящие из парка в лес, кораблик Бывалого Бродяги, немного магазинчиков, немного кафе и ресторанчиков, один кинотеатр, две страшные современные школы и милое старое кладбище. Здесь было достаточно людей, чтобы считать Уголок городом. И проживало недостаточно куриц и коров, чтобы считать Уголок деревней.

Единственной достопримечательностью города была река Мокрянка, которая на всеобщее удивление рядом с городом поворачивала под совершенно прямым углом. Ни округлых берегов, ни плавных поворотов — только необъяснимый прямой угол. Изучать реку в свое время приезжало много ученых. Даже хотели построить институт изучения феномена прямого угла. Но потом как-то не заладилось с финансированием и все затихло. Мокрянка и ее знаменитый угол дали название городу и оставили ему небольшой доход в виде изредка приезжающих туристов. Магнитики и сувениры с прямым углом, равно как местные прямоугольные пироги, до сих пор составляют значительную часть доходов бюджета Уголка.

Но вернемся в дом. Таша уже проснулась и побежала обнимать маму. Таше было восемь лет, а она уже знала, что нет смысла в тех днях, что ты не обнял маму или папу, или обоих сразу.

— Мамочка, я слышала сирену. Папа не сможет пойти сегодня со мной в приют?

— Да, Таша, — ответила мама, — сегодня ты пойдешь туда одна. Справишься?

— А вдруг я возьму паука?

Мамарита поставила перед дочерью тарелку с горячими тостами.

— Мы же договаривались. Ты можешь завести кого угодно. Котенка, паука, бегемота… Это твое лето, твои каникулы и тебе выбирать, какими они будут. Помнишь, что мы с тобой решили?

— Конечно помню, мамочка. Все тщательно обдумать и взвесить. Но потом все равно поступить так, как велит сердце!

— И почему же надо поступать так, как велит сердце?

— Потому, что его не взвесишь и не обдумаешь.

— В точку, дочка!

Дочь и мама сели рядом и начали завтракать. Солнце светило через белую раму. На тарелке дымился горячий хлеб. День обещал быть волшебным.

По окончании завтрака Таша чмокнула маму в щечку и побежала в приют. Мамарита дождалась, пока дочь скроется за поворотом, а потом пошла работать. Обычно мама не трудилась по выходным, но раз уж Пападок уехал на вызов, можно поработать и ей. Мамарита была плотником. На заднем дворе она собирала дома и отправляла их по почте. Получателям оставалось только открыть посылку и по инструкции собрать все бревнышки один к другому. Следующую половину дня на заднем дворе дома раздавался стук молотка и звук скользящего по дереву рубанка.

А к обеду к дому подошли разбойники.

Мамарита услышала звонок и пошла открывать. Таша всегда звонила в дверь, если приходила в гости с друзьями. Невежливо приходить домой с посторонними, не предупредив звонком родителей. Вдруг мама с отбойным молотком или папа не может вытащить колючку из пальца? Вряд ли кто-то из нас бы захотел быть застигнутым врасплох с отбойным молотком или колючкой.

Итак, перейдем на крыльцо семьи Светс.

Да-да, так называлась эта семья с момента своего рождения, а все семьи начинаются в тот день, когда они придумывают себе фамилию. Мамарита и Пападок придумали ее примерно за год до рождения Таши, наблюдая за полетом светлячков в Клюквенном лесу.

На крыльце стояла счастливая Таша и три неловко переминавшихся человека. Выглядели они немного необычно. Один сидел в маленькой коляске-вездеходе и держал в руках веревку и крюк. Второй был высоким и тощим, носил пояс с набором отмычек, необычную одежду с тысячами цветных лоскутков и повязку, скрывавшую его уши. Третий был здоровяком с рыжими волосами, обмотанный патронташем с бургерами и соусами вместо патронов.

— Мама, знакомься, это разбойники, они будут у нас жить!

В этот момент подъехала скорая зеленая помощь, из машины выбежал папа и, не останавливаясь, пробежал в дом.

— Извините, колючка в пальце!

— Пападок, но ты же выезжал к тополю?

— Так и есть, — закричал папа из глубины дома, копошась в аптечке. – Колючка была в дятле. Не удивительно, что Дама из Кривого дома так волновалась. Но я спас и дерево и дятла. А сейчас… Ой… Ай… А сейчас я спас и себя.

Папа удалил колючку, забинтовал палец и вернулся к гостям.

— Ну, Таша, кого взяла в итоге? Паука? Саламандру? Или, надеюсь, крокодила?

Таша с сомнением осмотрела разбойников.

— Нет, Пападок, они не крокодил. И даже не саламандра. Они разбойники.

Мамарита посчитала, что пришло время пригласить всех внутрь.

— Таша, сейчас мы зайдем в дом и ты подробно нам все объяснишь. Невежливо знакомиться с разбойниками на пороге. Добро пожаловать в дом семьи Светс!

После этой фразы все зашли внутрь. Семья Светс — через дверь. Разбойник в коляске-вездеходе — через окно. Тощий — через заднюю дверь. А здоровяк попробовал влезть через дымоход, но застрял. Его вытаскивали в течение следующего часа.

— О том, как заходить в дом, мы поговорим позже, — строго сказала Мамарита. — А сейчас, Таша, представь наших гостей.

Вот и начинается самая трудная часть нашей истории. Да это и вообще самое тяжелое в жизни — представить какого-то человека, рассказать о нем другим. Как в несколько строк вместить огромную жизнь?