Read the book: «Билет в Будущее в один конец»

Глава 1

История, обращенная в грядущее, называется фантастикой. Это, разумеется, не документы и твёрдые материалы, а также свидетельства очевидцев. Есть другой разряд истории, которую творят авторы, перенося события своей волей в будущее. Но хотят неуёмные творцы этого или не хотят, как свежая, так и тухлая действительность будет проступать так или иначе и в провидческом взоре. "Бегство" от реальности будет относительным.

Автор исторических приключений в сей час предлагает читателям журнала фантастический рассказ на основе недавних сильных впечатлений, обработанных в коре головного мозга. А последний уж испытан на экстремальную крайность путешествиями во Времени. Поэтому верить Ему как раз можно. Все совпадения, как предупреждают в кино, имеют случайный характер. Итак,

_____________ Об условиях телепортации во Времени

У вас никогда не было инстинктивного порыва при указании в документах их даты прибавить к текущему году или, напротив, убавить в числе 100 лет? Скажем, вот сейчас при проставлении даты я написал вместо 2024 год - 2124 год. Сразу исправил, но, кажется, на мгновение всё-таки переместился на 100 лет вперед на этой простенькой машине времени. И увидел наше настоящее как бы из будущего, как увидел и слезинки в глазах напротив сидящей девушки в мчащемся поезде. Ах, это не слезинки, то ж игра света солнца, проходящего через её разреженные ресницы. Так и хочется сказать, что моя случайная спутница воплощена в её беспечном настроении. Такое же чувство беззаботности необходимо для перемещения во времени и, если надо, в пространстве - прочь из своей Лапландии; так называется наша страна в минуту-час-день эйфории. И помимо вдохновения нужен ещё, конечно, билет. Всегда нужен билет, без него вас в желаемый пункт не пропустят или надо будет прибегать к специальным ухищрениям, наниматься на службу в конвой "Бога Хроноса", если таковой не выдумка. То, что увидел я, написав на листке бумаги далекую дату, это только анонс, зазывная реклама для ориентира путешественника. Реклама мелькнула и погасла, когда остановку проехали.

Если вы захотите в самом деле приобрести временной билет для телепортации, надо зайти в бюро трансферных услуг. Там вас проверят на предмет того, можно ли вас пускать в прошлое или будущее, и в какое прошлое или будущее можно вас пускать. Это надо понимать, как и помнить о проблемах грядущей коммуникации и приобретении скафандра. Ведь после перемещения даже на 100 лет назад или вперёд вас тамошние обитатели могут запросто не понять, да ещё вдруг вы окажетесь в безвоздушном пространстве вследствие ядерно-космического катаклизма. Окажись, скажем, вы в 1924 в Москве и не дай бог, выскажетесь негативно о Ленине, так вас сразу скрутит ГПУ. А если в 2124 году скажете что-то? Уж лучше на 200 лет перемещаться, гарантий больше, что вас просто не поймут и примут в лучшем случае за придурка, хотя бы за одни только чудные обороты речи.

Да, касательно речи, на каком языке вы будете разговаривать во время путешествия, это ваши трудности. За вас думать никто не будет. Что взяли с собой из своего времени, то и носите - на плечах и словарном запасе..

Вобщем, я надел майку с надписью 100 лет - не Гарантия и пришел в доброе бюро услуг, чтобы меня убрали на коммерческой основе подальше из этой благословенной высшим разумом действительности. Приятная секретарша с выпуклыми как слива губами, предложила заполнить анкету.

– Куда собрались? – лениво поинтересовалась она. Спрашивала она то ли просто дежурно, то ли с тайным интересом.

– Вперед в будущее!

– Фи, и что вы там потеряли?

– Как я мог там что-то потерять, если никогда там не был? Любопытно, знаете ли. Про прошлое я всё знаю, а вот неизвестное манит.

- Сдалось вам это неизвестное, его в карман ещё не положишь. Один вот учёный давеча вернулся из будущего, так как будто стакан воды в рот набрал. Лишь сказал, что там ему дали сыворотку правды на допросе в органах приемки. Так он до сих пор ничего, кроме правды, говорить не может, поэтому и предпочитает молчать.

- А я так всегда говорю правду, мне эта сыворотка не страшна. Может, тот чудак в какое-то другое будущее попал.

Секретарша странно поглядела на меня и зачем-то на лежащие на столе раскрытые изящные карманные часики от некой Александры Федоровны Романовой. Она продолжала

- Так-то оно так. Искривления в пространстве-времени дают парадоксы. Но вот что я скажу вам, молодой человек, понимайте это, как хотите. Другого будущего не бывает.

Я ничего не понял в этом томном замечании и списал его на минутное настроение, вызванное моей интригующей внешностью. Я явился в это бюро в шляпе, с бабочкой на шее и узких штанах дудочкой. Не дать, ни взять конферансье, или поэт, продающий свои оригинальные сочинения в метро. Экстравагантное располагает к неординарным решениям. А разве я не собирался сделать шаг в Будущее, как те же поэты-футуристы? Как и они, я будетлянин! У меня ж написано - Обломятся хрупкие стены! Правда, уж после 1917-го.

На оформлении документов со мной беседовал серьёзный человек, по его цветущему виду я заключил, что с органами не только пищеварения у него всё в порядке. Туда я, на всякий случай, явился одетый по-деловому. Ответственный мужик занимался со мной базовыми вещами, разъясняя дотошно, что такое хорошо и что такое плохо. При этом он постоянно сверялся с методичкой, на которой написан был номер 146. Заметив мой взгляд на обложку, он смущённо сказал о том, что часто приходят изменения по мелочам. Наши люди, понимаешь, день-деньской да и ночь работают, улучшают среду обитания для современников и нескольких поколений потомков. Мелочью, я так понял, являлись списки лиц - хороших и плохих. Хорошо отзываться о плохих лицах считалось дурно и, наоборот. Тот, скажем, Бостоевских, или как его там Полстойм, был первоначально так себе, приемлем. Затем всё изменилось, понимание мира и его тайных ходов углубилось, усложнилось.

Относительно остального, то сотрудник проверял, насколько хорошо я знаком с новостями последних трёх лет и как их трактую. Для тех, кто постоянно смотрел телевизор, это была нетрудная задача. Надо было показать, что знаешь нужные слова – временные трудности, вынужденная мера, нас вынудили, происки врагов и т.п. В конце надо было дать подписку о неразглашении сведений из Будущего после возвращения в своё время. Эта мера касалась тех, кто брал билет туда и обратно. У меня со средствами был напряг, поэтому не собирался брать билет обратно. В этой связи подписку вроде бы давать не надо было. Такие невозвращенцы, надо сказать, чрезвычайно редки, но они не вызывают подозрений. Я так понимал, что те, кто обязательно хотел рассказать что-то из познанного ими Там, прикидывались потом ясновидящими, пророками, чтобы не нарушать очевидным образом обязательства неразглашения.

Если ты не собираешься возвращаться назад, то всё равно требуется подписка, правда, уже другая. Надо подписать обязательство о том, что ты отказываешься предъявлять требования на свое оставленное имущество в настоящем, причем в имущество включается не только недвижимое, но и движимое имущество. А движимое имущество, как мне хитро подмигнул клерк, включает и такие нематериальные вещи, как душа.

В чём тут засада? - если ты самовольно вернешься обратно, то будет считаться, что ты остался де юре в будущем, а потому при реальном возвращении назад у тебя могут отобрать душу. Чтобы избегнуть такой участи, надо суметь взять билет обратно Там с аналогичной подпиской о неразглашении и предъявить её в Настоящем от лица человека Будущего.. Так как никто не знает, как брать билет обратно в Будущем, то такой вариант поведения представляется крайне ненадежным. Уж лучше сразу обязаться молчать, чем обрекать себя на превратности даже не судьбы, поскольку судьба в этом случае становится какой-то волей игры разных пресечений и ипостасей.

Что касается специфических мотивов автора, то мной владело не простое научное любопытство. Я рассчитал, что в том времени, куда я направляюсь, история будет циклически повторять свой эпизод и я окажусь в сходной ситуации, где будут давать аналогичные билеты в прошлое с подпиской о неразглашении будущего. Вы спросите, как же так, на протяжении веков давали такие билеты в будущее с подпиской, а в будущем это прекратится? Думаю, что вы знаете, что такое дискретный процесс, то есть процесс с перерывами. Не всегда давали такие билеты желающим вырваться из реальности. Поэтому я и вооружился теорией, которая позволяла мне надеяться на счастливый исход из будущего обратно под чужой фамилией, чтобы здесь, не дай Боже, не забрали душу, докопавшись до истины.. А всё остальное, менее ценное, всё равно числилось не на мне.

В далекий путь

И вот я иду в серебристом скафандре по длинному коридору, шлем закрыт. Никто не знает официально, такая же атмосфера на земле через столетие будет или нет. Впрочем, судя по косвенным данным из пророчеств, она будет такая же. Стены коридора все в зеркалах, я вижу себя сразу во множестве ракурсов. Внимание отвлекается на эти причудливые изображения, возможно, поэтому я не замечаю никакого выхода из коридора. Шёл так себе минут двадцать и шёл, и вдруг внезапно, вижу, что оказался на лужайке. Всех этих зеркал, как будто вокруг тебя и не было.

Пришло мгновение полного непонимания, что произошло, откуда взялись травы, этот кустистый коровяк рядом с ржавеющими рельсами на едва заметной насыпи. Наверно, на поездах теперь уже не ездят, мелькнула мысль, внося порядок в хаос впечатлений. А на чем же сейчас передвигаются? Или парят, как птицы в небе? Был ясный день, солнце сияло, как всегда, в небе среди легких перистых облаков. Захотелось есть, пошарил в кармане скафандра, застегнутом на молнию. Я туда сунул перед выходом бутерброд. Но скафандра почему-то не оказалось на мне, как и бутерброда в его кармане. А есть хотелось. Прямо хоть коровяк откуси. Чтобы что-то положить в рот, я инстинктивно потянулся к стеблю.

Горький вкус перебил чувство голода. Что я верблюд, что ли, чтобы всякую дрянь жевать? Надо искать что-то более приемлемое, землянику хотя бы. Я стал оглядываться по сторонам. Ничего странного, родная лапландийская равнина с вкраплениями леса. Никого рядом. Из-за бугорка показалась какая-то кавалькада верхами. Она неспешно двигалась в мою сторону. Что-то можно попросить у них перекусить, сухарик какой. Мысли о еде застилали глаза, но не совсем. Что-то показалось в этой группе необычной. Долю секунды пришлось совмещать время, пространство и пейзаж, пока я не сообразил, что такое могло смутить мой взор.

Фокус состоял в том, что всадники ехали на верблюдах. А как же полагающиеся верблюдам пески, где они? Сахара зацвела, поскольку там построили социализм? Вопрос из серии игр ворошиловских стрелков "Что, где, когда" мучил меня и по причинам вопросов безопасности. Всё-таки что там может быть с правами человека?

Единственное, к чему я пришёл в быстром мозгошевелении, так это было встать в позу наблюдателя, прислонив руку ко лбу как козырек от бьющих лучей солнца. Левая рука также была пустой на виду всадников.

Видимо, мой вид не вызывал никакого смущения у путников, зато они вызвали моё удивление, поскольку помимо верблюдов у них за спинами болтались винтовки Мосина. В тот ли век я угодил? – растерянно подумалось. Никак это……Подходящего слова не находилось. – День добрый, приветствовал меня первый всадник, нисколько не смущаясь, путнику и, к моему удовольствию, говоря на нашем языке. Значит, со мной всё будет в порядке в лингвистическом отношении. Приветствую вас. – Куда путь держите?

В самом деле, куда я держу путь? О направлении своего движения там у себя я и не подумал. Карты местности в будущем с названиями у меня с собой, конечно, не было. Сказать честно? – На кудыкину гору. Мужики весело засмеялись. - Ну что ж, путь не близкий. Пойдем, нам по пути.

Конец бесплатного фрагмента. 2 глава будет опубликована через несколько дней

Душин Олег