Read the book: «Академия на проклятых землях. Книга третья»

Глава 1

— Алиса, ты уверена, что мне стоит жить в доме твоей семьи? — в очередной раз спросил Феликс.

Чем ближе была наша поездка в столицу, тем сильнее он беспокоился. Я терпеливо вздохнула. Конечно, мне было понятно, что прийти в дом моего отца — генерала армии Беагарда — в качестве жениха было бы непросто для любого мужчины. А Феликс был перворожденным магом самого простого происхождения, если не сказать хуже. Конечно, он страшно переживал.

— Ну не в Низинах же тебе жить.

Низины были родиной Феликса и самым страшным районом столицы нашего государства. До того как у него обнаружился магический дар, он жил как жили все его соседи — воровал и старался не попасть на виселицу. Однако магический дар, просыпающийся в семнадцать лет, делал любого человека частью нового общества, стирая его прошлый статус. Аристократы, мещане, нищие, крестьяне, дети проституток и торговцев становились равны перед друг другом. Так оно было на бумаге. В реальности, несмотря на то что мы были будущими мужем и женой и принадлежали к одному магическому братству, пропасть между нашим происхождением и воспитанием все еще напоминала о себе. Перворожденным магам было не так просто отбросить свою прошлую жизнь.

— В Низинах не так плохо, — попытался поспорить Феликс, но осекся, посмотрев на меня.

— Ты говоришь глупости и сам это знаешь.

— Как скажешь, — отмахнулся Феликс. — Но если я опозорюсь, не злись. Я предупреждал.

— С чего тебе позориться? — удивленно спросила я, слегка покривив душой.

Конечно, Феликс мог опозориться миллионом возможных способов. Он начал регулярно ходить в купальню лишь после того, как его поймали сотрудники Королевской Конторы и отправили учиться магии в нашу Академию. В доме генерала, который к тому же был довольно сильным поборником морали, даже мне, привыкшей к правилам, будет непросто. Все же год, проведенный в Академии в качестве нового статуса, давал о себе знать, и я больше не была той дисциплинированной дочерью военного, какой меня помнили. Это пугало, но я старалась не переживать из-за неизбежного. В конце концов, в столице нас могло ждать что-то похуже, чем разочарование моего отца.

— Феликс, если ты не прекратишь нервничать, я тоже начну! — возмутилась моя соседка по комнате.

Ванесса должна была поехать в столицу как пара Морриса, еще одного приглашенного. Ее положение было схоже с положением Феликса. До Академии Ванесса росла в деревне и мало знала о том, как ведут себя в центральном районе столицы. Правда, она старалась делать вид, что ничего не боится, и проводила дни, занимаясь шитьем платьев, в которых мы должны были присутствовать на королевских балах.

— Тебе легко говорить. Мать Морриса вряд ли сочтет ваш союз недопустимым, чего тебе-то бояться?

Мать нашего друга Морриса, хоть и была придворным магом, но, как и любой урожденный маг, выросший среди магического общества, обладала куда более свободными взглядами. Маги Беагарда издавна не подчинялись обычным законам и спокойно относились к внебрачным связям. Никого не удивляло, что Моррис вырос в семье без отца. Правда, лишь немногие знали, что сам он был бастардом недавно почившего короля, чей законный сын и наследник и отправил нам приглашение в столицу.

— Мы же не истинная пара, и наш союз может распасться, — ответила Ванесса с плохо скрываемой горечью. — Потому ей наверняка будет все равно, с кем Моррис проводит свободные ночи. Сам знаешь.

Я хотела чем-то ее успокоить, ведь далеко не только истинные пары магов становились мужем и женой. Истинность не была глубокой духовной связью, не была предопределением свыше. Все было куда прозаичней. Просто истинность гарантировала то, что пара когда-нибудь сможет дать потомство. Маги Беагарда, пусть и были фертильны в отличие от тех своих сородичей, кому не повезло родиться в других местах, но далеко не каждая пара была совместима. Оттого и появилось такое легкое отношение к браку, о котором судачили те, кто не был близко знаком с магическим обществом. Маги были вынуждены перебирать потенциальных мужей и жен, и с течением времени это на них повлияло.

Увы, я не успела подобрать нужных слов, так как в дверь постучались.

— Заходи, Моррис! — крикнул Феликс, не отрываясь от сундука, куда помогал мне складывать книги, которые могли бы понадобиться в поездке.

— Как ты понял, что это я?

— Это было несложно.

Моррис пожал плечами и присел на кровать Ванессы, наблюдая за тем, как она завершает последние стежки на своем голубом бальном платье. Даже мне, равнодушной к парадным платьям, хотелось его примерить. Ванесса превзошла себя, стараясь не упасть лицом в грязь перед столичной публикой.

— Ты уже собрал вещи? — спросила я. — Мне кажется, я обязательно что-то забуду. Хотя в столице можно купить почти все.

— Собрал еще вчера. Я только что говорил с Де Лазари. Повозка будет завтра утром, после завтрака.

В комнате стало тихо. Конечно, мы все знали, что уедем в столицу в ближайшие два дня, но точное время стало подтверждением того, что наши сборы не ошибка. Вскоре мы окажемся в логове людей, которые, возможно, не желали нам ничего хорошего.

— Де Лазари сказал что-нибудь еще?

— Сказал быть осторожными и что он приедет за нами, если мы не вернемся в срок.

— Как это мило с его стороны, — проворчал Феликс. — Мог бы поехать с нами, если так переживает.

— Не говори глупости, Феликс, — возмутилась Ванесса. — Ему нужно делать вид, что он ничего не знает, и управлять Академией.

Де Лазари был человеком, которого я подозревала в убийстве короля еще совсем недавно. У него было много тайн, однако он не был виноват в смерти отца Морриса. Феликс все еще ему не доверял, но теперь мы с ним были связаны общими секретами, и я была согласна с тем, что Де Лазари должен остаться в школе.

— Не забывай, что мы оставляем оригиналы писем под его хранение.

— Зря ты их вернула, — огорчился Феликс. — Надо было взять их с собой.

— И кого-то убить?

Только я в связи с кровным родством между мной и автором письма могла прочитать их, не умерев. У короля Георга, к большому сожалению, этого не вышло, оттого он и скончался вскоре после того, как нашел реликвию, так важную для судьбы нашего государства.

— При мне будут копии, — напомнила я. — Я не зря столько времени потратила на то, чтобы их переписать и показать вам.

Увы, для того чтобы расшифровать рассуждения Авейлы, наших скромных знаний не хватило. Де Лазари смог понять некоторые вещи, и этого было мало. Потому мы решили показать их матери Морриса. Все же она была главным магом дворца, и ее знания должны были быть куда глубже.

— Нет смысла спорить о том, что уже решено, — сказал Моррис. — Я бы посоветовал нам всем хорошо выспаться, потому что в дороге это может быть затруднительно. Собственно, этим я и займусь.

Он аккуратно коснулся ладони Ванессы, которая, возможно, надеялась, что Моррис пригласит ее к себе.

— Увидимся утром, хорошо?

— Мне все равно нужно еще полчаса, чтобы дошить это платье, — отмахнулась Ванесса. — Не волнуйся.

— Мои вещи собраны, но я знаю, что не усну, — Феликс поднялся и закрыл мой сундук. — Если вы не против, я пойду в купальню. Не стоит приезжать в столицу грязным, да?

Глава 2

Я долго стояла перед дверью купальни, прежде чем решиться войти. Это было странно, ведь мы с Феликсом часто делили ванну вместе, стараясь побыть наедине и не мешать нашим соседям. Однако сейчас мне просто хотелось поговорить. Собравшись с силами, я все-таки постучалась, и дверь открылась практически в то же мгновение. Словно Феликс стоял и ждал, когда я решусь.

— Я уже думал, что ты не придешь.

Я протиснулась внутрь и сразу захотела скинуть с себя шерстяное платье, в котором было слишком жарко. Вода в ванной еще не остыла, и от нее шел пар, заполняющий всю комнату. Однако я решила остаться в платье. Начни я раздеваться, Феликс мог бы превратно меня понять.

Сам он, конечно, уже был практически полностью обнажен, стоя передо мной в одном исподнем.

— Вода еще не остыла. Если не брезгуешь, можешь залезть после меня.

Феликс уже успел обмыться, и с его мокрых волос капала вода. Я неожиданно для себя заметила, что его волосы, и так редко видящие ножницы, отросли практически до самых плеч.

— Тебе бы подстричься.

Я боялась, что моей семье это может не понравиться. У Феликса и так было слишком много того, что могло смутить мою родню, начиная от говора и заканчивая семьей.

— Тебе не нравятся мои волосы? Я думал, это лучшее, чем меня наградила природа.

Волосы и правда были хороши, несмотря на растрепанность. Рыжие, яркие, они сразу выделяли Феликса из толпы остальных магов и подходили к его глазам и редким веснушкам на лице.

— Дело не в моих вкусах.

— Тогда подстриги их сама, — ответил Феликс, отвернувшись.

Я уже боялась, что обидела его, но к моему удивлению, Феликс, покопавшись на полках, протянул мне ножницы из тех, которыми обычно пользовались цирюльники.

— Откуда они тут?

— Кто-то равнял свою косу или ногти стриг, откуда мне знать. Справишься?

— Не думаю, что это сложно. Сядь на скамью.

Я встала за его спиной, взяла в руки ножницы, которые показались довольно тупыми, и на глазок отрезала одну прядь. Мне вовсе не хотелось убирать слишком много. Мне нравились волосы Феликса с самого начала нашего знакомства, я была ими тайно очарована. В глубине души я считала, что такая прическа выглядит куда интересней, чем те короткие волосы, что носили мужчины из военного общества. Но все-таки их нужно было укоротить, и потому я безжалостно обкорнала его так, чтобы волосы чуть-чуть достигали ушей, надеясь, что Феликс не будет слишком сильно на меня злиться.

— Этого достаточно? — спросил Феликс, осматривая себя в запотевшее зеркало.

— Вполне.

— И тебе так больше нравится?

— Я же говорила, что дело вовсе не во мне.

— Твой брат был подстрижен куда короче.

Феликс успел познакомиться с одним из моих братьев, когда тот сопровождал короля, приехавшего в Академию. Увы, это знакомство было недолгим, и не сказать что они со Львом смогли найти общий язык.

— Ты не мой брат.

— И это, знаешь, замечательно, — хмыкнул Феликс. — Мне бы не хотелось зажиматься по углам с Викторией. Уж лучше откусить себе одно место.

Меня передернуло от воспоминаний. Меньше всего мне хотелось увидеть, как мой брат изменяет своей невесте с одной из местных учениц. Да еще и с той, что была не самым приятным человеком. Виктория была двоюродной сестрой Морриса, ученицей третьей ступени, и обычно передвигалась по Академии, задирая нос. Но брату она чем-то понравилась, иначе он не стал бы так рисковать.

Нам с ним не удалось обсудить эту ситуацию: королевская делегация уехала из замка ранним утром, никого не предупредив. Лев даже не знал, что мне довелось их увидеть. Я знала, что скоро мы снова встретимся, и не была уверена, стоит ли мне говорить о том, что я знаю.

— Ты о чем-то задумалась?

— Вовсе нет.

— У тебя лицо такое, словно ты размышляешь о тяжелой судьбе нашего многострадального государства, — сказал Феликс, поднимая с пола свою одежду. — Ты мыться-то будешь или как?

— Я думала о брате и Виктории.

— А ты не думай. Подумаешь, закрутил роман с магичкой. Они оба уже про друг друга забыли, небось. Понимаю, неприятно брата увидеть вот так, но что уж.

Слова Феликса заставили меня вспомнить о том, что не у меня одной были проблемы с родней.

— Ты не собираешься навестить сестру перед отъездом?

Улыбка вмиг сползла с лица Феликса.

— Мы это уже обсуждали, Алиса.

— И так ни к чему и не пришли. Завтра мы уезжаем, и лишь Создатель знает, что нас ждет. Неужели тебе не хочется…

— Нет! — рявкнул Феликс. — Как ты себе это представляешь? Я приду к ней, скажу, что знаю, что она снова промышляет этим делом? И что дальше? Мы поссоримся, и я уеду. В чем тут смысл?

— В том, чтобы понять, зачем она снова принимает клиентов.

Лицо Феликса искривилось. Долгое время его сестра была владелицей гостиницы и занималась лишь сводничеством. Но недавно мы узнали, что она продолжает кого-то принимать, и для Феликса это был сильный удар. Его мать занималась той же профессией, и он не хотел, чтобы его родня оставалась в этой грязи. Мне было жаль его, но я знала, что он обязан поговорить с Элизой до отъезда.

— Что тут непонятного? Она просто хочет денег. Больше денег. Видно, то, что я давал, закончилось, а гостиница не приносит нужного дохода.

— Не вини себя.

— Я и не виню, Алиса. Что я мог - то сделал и даже больше. Не хочет затянуть пояса — ее дело. Ты будешь мыться? Вода еще теплая.

Я посмотрела на ванну и, конечно же, кивнула. Ехать грязной в столицу — дурной тон.

— Ты останешься со мной?

К моему удивлению, Феликс покачал головой.

— Меня в сон клонит, Алиса. Извини. Увидимся утром.

Он вышел из купальни в одном исподнем, прихватив с собой одежду. Я осталась в глубоком недоумении.

— Кажется, твой жених страшно обиделся, — проворчал знакомый голос за моей спиной.

— Я не разрешала тебе выходить, Лаинс.

— Это не работает так просто.

Мой дальний предок, чей дух был привязан к останкам, которые я не так давно извлекла из места его упокоения, улыбался, стоя в углу купальни. Конечно, это был лишь дух, даже отдаленно не похожий на живого человека, — но раздражать Лаинс I умел не хуже живых.

Глава 3

— Если ты не заметил, то я собираюсь принять ванну. И мне бы не хотелось, чтобы за мной наблюдал мой родственник.

— Можно подумать, мне оно хочется, — ухмыльнулся Лаинс. — Я бы с удовольствием понаблюдал за своей покойной возлюбленной, да от нее остались одни кости. Или за несчастной директрисой, но та, кажется, тоже нас покинула. И почему красивые женщины вокруг меня так быстро умирают?

— Ты приносишь несчастья.

Конечно, я так не думала, но Лаинс появился в совершенно неуместный момент.

— Я лишь хотел предупредить тебя - не лезь в чужие семейные отношения. Я надеюсь, ты не собираешься пойти ночью, чтобы поговорить с этой Элизой?

Я ничего не ответила, ведь именно это пришло мне в голову.

— Так я и думал, — довольно сказал Лаинс. — У нас есть вещи поважнее, чем страдания твоего жениха.

— У нас?

— Ну конечно. Через тебя я собираюсь исправить свои старые ошибки.

— Мне очень нравится, что ты не пытаешься это скрыть.

— А смысл, Алиса? — вздохнул Лаинс. — Я и так потратил много времени, зачем мне показывать себя лучшим человеком, чем я есть. И тебе того же советую на правах старшего родственника. Принимай свою ванну и выбрось из головы все лишние страдания.

— Спокойной ночи, Лаинс.

— Я не сплю уже несколько столетий, — грустно улыбнулся Лаинс. — Но я понял твой намек, дорогая. Встретимся завтра.

Призрак исчез, уйдя в ту часть мира, где он слонялся между живыми и мертвыми, и я вновь осталась одна.

Ванна, которую мне оставил Феликс, была идеальной температуры — не горячая и не холодная. Я с большим удовольствием окунулась в нее с головой, стараясь смыть как грязь, так и свои переживания о завтрашнем дне.

Увы, когда водные процедуры были в самом разгаре, в дверь кто-то бесцеремонно постучал.

— Феликс, это ты? — с надеждой спросила я.

Быть может, Феликс понял, что его реакция была совсем неуместной, и решил вернуться ко мне? Однако мне ответил совсем другой голос.

— Это Альсандр, Алиса. Но я тоже бы хотел увидеть Феликса.

Сначала я даже не поверила своим ушам. Альсандр служил военным в гарнизоне городка, расположенного рядом с нашим замком. А еще он был моим бывшим женихом, встречи с которым всегда были полны некоторой неловкости. Но, несмотря на это, Альсандр очень помог нам разобраться в том, что случилось в Академии. Можно сказать, мы были друзьями, но в отношениях между ним и Феликсом все равно было совершенно естественное напряжение. С чего бы ему его искать?

— Я не одета!

— Я… я знаю. Я не собираюсь заходить, Алиса, — прокричал Альсандр. — Просто скажи, где твой жених.

— В его комнате, я полагаю, — раздраженно ответила я, вылезая из ванны и стараясь не поскользнуться.

— Там его нет. И мне сказали, он пошел в купальню.

— Хотела бы я узнать, к чему такая спешка.

— Я… не могу сказать. По крайней мере, не заставляй меня кричать это через дверь.

— В таком случае тебе придется подождать, пока я оденусь, — сказала я, ища глазами свое исподнее. — Прошу, присядь у камина и жди. Я не хочу, чтобы ты перебудил все соседние комнаты.

Судя по тому, что за дверью раздались шаги, Альсандр последовал моей просьбе, и я впопыхах начала одеваться, не обращая внимания на то, как завязываю свое платье. Если уж Альсандр явился в замок, значит, произошло что-то важное.

***

— Извини, что застал тебя врасплох, Алиса, — сказал Альсандр, кивая на мои мокрые волосы, которые я кое-как завязала в пучок. — Просто я узнал, что завтра вы уезжаете, и понял, что должен поспешить.

— Поспешить с чем?

— Это между мной и Феликсом.

От удивления я даже открыла рот, что мне обычно было совсем не свойственно.

— Не сочти меня грубой, но мне казалось, вас мало что связывает, кроме меня в какой-то мере.

— Я уверяю тебя, Алиса, что к тебе это дело не имеет никакого отношения. Мне правда нужно поговорить с ним, и это касается только нас двоих.

— Не забывай, что Феликс - мой будущий муж, — напомнила я. — Все, что касается его, касается и меня тоже.

Альсандр немного помолчал, прежде чем ответить.

— Тут есть еще один человек. В этом всем. Третий.

— Третий человек?

— Да. Потому я и не хочу говорить тебе. Это не только моя тайна. Скажи, где можно найти Феликса?

— Я не буду тебе помогать, пока не узнаю, зачем он тебе.

— Это жестоко, Алиса.

— Я никогда не была мягким человеком.

— Возможно, я тебя и не знал, — с грустью ответил Альсандр.

— У тебя не было шансов, — призналась я. — Сам вспомни, сколько раз мы оставались наедине?

— Нисколько.

— Вот именно.

— Это все твои братья. Они постоянно следили за нами на расстоянии. Помнишь, как в парке? Я до сих пор думаю, что тут где-то в засаде сидит Лев.

Мы вдруг посмотрели друг на друга и рассмеялись, вспомнив ту самую картину. Лев очень неудачно задел куст и упал, привлекая наше внимание. А потом убежал, надеясь что мы не заметим. Это были воспоминания из другой жизни, которая хоть и была по-своему хороша, но ушла безвозвратно.

— Алиса, пойми, — сказал Альсандр, отсмеявшись. — Я боюсь, ты перестанешь меня уважать, если узнаешь.

— А Феликс, наоборот, станет?

— Нет. Скорее, он обозлится на меня еще сильнее. Но выбора нет.

Что-то в его голосе заставило меня напрячься.

— Скажи мне. Что бы там ни было.

— Это стыдно.

— Ты знаешь и мои стыдные тайны.

— О, это другое, Алиса. Ты живешь как должна, а я… — Альсандр посмотрел на свои руки. — Это связано с девушкой.

— И при чем тут Феликс? — я поняла, что если надавлю, он может рассказать. — Неужели речь идет об Аллет?

— Что?

— Аллет - его бывшая подруга. Проститутка из бор… гостиницы.

— Я знаю Аллет. Все в городе ее знают, это имею в виду. Но меня с ней ничего не связывает.

— Тогда о ком ты… Только не говори, что это та, о ком я думаю!

Я в ужасе закрыла рот ладонью, словно боялась, что имя вырвется у меня само собой. Словно это что-то решало. Других вариантов просто не было. Было две девушки в городе, с которыми Феликс был связан. Аллет и…

— Элиза… — вздохнул Альсандр. — Да, речь о его сестре.

Глава 4

— У вас был роман, — я понизила голос, боясь, что нас могут случайно услышать.

— В какой-то мере можно и так сказать.

Я заметила, что Альсандр прячет от меня взгляд.

— Хочешь сказать, что ты ходил к ней за деньги? Это недостойно.

— Потому я и не хотел тебе говорить, Алиса. Конечно, я знаю, как это выглядит, и что теперь ты не будешь относиться ко мне как раньше. Но так оно случилось, и этого уже не исправить.

— Я просто не понимаю, зачем тебе платить за такие вещи.

Я поняла, что эти слова звучат глупо и наивно как только их произнесла.

— Затем, что я устал от одиночества, если ты понимаешь, о чем я. А портить дочерей торговцев и рыбаков немного менее достойно, чем платить тем, для кого это профессия. Разве не так?

— Ты мог бы выбрать кого-то, кто не является сестрой Феликса.

— Тогда я не знал! Все получилось случайно.

— Случайно? — недоверчиво спросила я. — Ты шел и упал ей под юбку?

— Я попросил найти мне девушку, все были заняты, и она предложила провести время вместе. Сказала, что я ей понравился. Да и она мне тоже, — в отчаянии выпалил Альсандр. — Я не планировал заходить часто, но все пошло само собой. А потом стало поздно.

— В каком смысле?

Мне было очень боязно услышать ответ на этот вопрос. Конечно, Альсандр мог сказать, что дело в том, что он влюбился без памяти, но что-то подсказывало мне, что все куда сложнее.

— У нас будет ребенок.

Из моего рта вырвался звук, напоминавший то ли стон, то ли крик ужаса.

— Не надо, Алиса. Я в какой-то степени даже рад.

— Рад? Чему же ты рад? Рождению бастарда? Или ты собираешься на ней жениться?

— Мы с тобой оба знаем, что я не могу на ней жениться. Но это не значит, что я не буду заботиться о ребенке. Потому я и искал Феликса.

— Чтобы его осчастливить?

— Нет, — покачал головой Альсандр. — Чтобы рассказать, что он может найти кое-что в столице, что может помочь мне дать ребенку достойную жизнь.

— Не понимаю.

— Ты же знаешь, я оказался тут из-за не самого лучшего поведения. Мои родственники лишили меня большей части средств на время моей ссылки в гарнизоне.

— Ты все равно их наследник.

— Это будет не скоро. Сами они ни за что не дадут денег на ребенка. Но у меня есть друг, который должен мне большой карточный долг. Хотя другом я бы не стал его называть - скорее, знакомый. Когда у меня не было проблем с деньгами, я великодушно давал ему возможность не платить сразу, но сейчас думаю, можно потребовать деньги назад.

— И ты хочешь, чтобы этим занялся Феликс.

— Или его знакомые из Низин. Все деньги я отдам Элизе. Она даже сможет уехать. Если захочет.

Это было разумное решение, за одним небольшим моментом, который мог все испортить. Не только для Альсандра.

— Ничего ему не говори.

— Алиса, я же объяснил…

— Я знаю его лучше, чем ты. Он тебя не дослушает и убьет. Не забывай, что такое уже было.

— Боюсь, у меня нет выбора.

— Есть, — уверенно сказала я. — Я достану твои деньги. Это не обсуждается.

— И как ты себе это представляешь? Не забывай, Алиса, что ты девушка, и есть вещи, которые тебе не доступны.

— В первую очередь я маг, к тому же более сильный, чем Феликс. Магия может ранить куда сильнее кулаков, а любые примочки от магической силы на меня не действуют, если ты не забыл.

— Это опасно.

— Это лучше, чем лишиться мужа, которого Контора заберет за убийство военного. Это не обсуждается, Альсандр!

Я уже слышала, как кто-то шел по винтовой лестнице, поднимаясь к нашим комнатам, и вполне возможно, это мог быть Феликс.

— Молчи, — прошептала я. — Или я тебя сама убью.

К моей радости, Альсандру хватало ума меня послушать, ведь в холл и правда зашел Феликс. Видимо, он гулял по замку, стараясь успокоиться после нашего разговора.

— Вот уж кого не ждал тут увидеть, так это тебя.

— И тебе здравствуй, Феликс, — кивнул Альсандр. — Я зашел, потому что узнал, что вы уезжаете завтра.

— И что?

— Он решил попрощаться и предложил писать зашифрованные письма, если вдруг мы обнаружим что-то важное.

— Вдруг я смогу помочь, — добавил Альсандр.

— Не знаю даже чем, — Феликс подошел к нам и плюхнулся на кресло у камина. — Нет, ты не подумай, я благодарен. Но боюсь, что в столице мы будем сами за себя, и лишний раз лучше не писать. И себя подставим, и тебя, Альсандр.

Если честно, я даже не ожидала от Феликса такой вежливости.

— Мое дело - предложить. Так или иначе, будьте осторожными. Я пойду, а то командир заметит, что меня нет на месте.

— Ты тоже будь осторожен, Альсандр. Я постараюсь навестить твоих родных и друзей, как только смогу.

— Это очень мило с твоей стороны, Алиса, — кивнул Альсандр, поднимаясь. — Но не стоит делать этого, если ты будешь сильно занята.

— Для меня это не будет сложно. Только в радость.

— Вы всегда так расшаркиваетесь перед прощанием? — рассмеялся Феликс. — Сколько это займет еще, минут десять?

— Нисколько, — Альсандр явно смутился. — Спокойной ночи, Феликс. Спокойной ночи, Алиса. Берегите себя.

***

— Странный он сегодня, — сказал Феликс, когда шаги Альсандра стихли. — Хотя он всегда странный.

— Он переживает. Все же мы друзья.

— Ты считаешь его другом?

— Это проблема?

Феликс пожал плечами.

— Наверное, нет. Вы же знакомы полжизни. Главное, чтобы он знал, что он тебе давно не жених.

— Уж это он точно знает.

Мне совсем не хотелось скрывать от Феликса тайну Элизы, но я не могла рисковать. Для всех будет лучше, если он будет жить в счастливом неведении.

— Надеюсь. Ты извини, что я так вспылил. Для меня это, наверное, больная тема.

— Тебе не за что извиняться, Феликс.

— Нет, я так не думаю. Обиделся как девочка и убежал. Последнее время я вообще нервный, если ты не заметила.

— Я заметила. Но сейчас всем тяжело.

— Знаешь, я даже подумал, что, быть может, это к лучшему, что мы едем уже завтра, — Феликс поднялся с кресла и пересел ко мне, на место, где только что сидел Альсандр.

— Хочешь, чтобы все побыстрее закончилось?

— Чтобы мы побыстрее выяснили, что от тебя надо его высочеству.

— Его величеству. Феофан - король с тех пор, как умер его отец.

— Да мне все равно, — отмахнулся Феликс. — Главное, чтобы он не представлял для тебя опасности. Иначе я подниму восстание и посажу на трон его братика-бастарда.

— Ты так не говори, — мне не нравились разговоры о восстании. — Мало ли кто услышит.

— Ты про местных крыс? — Феликс наклонился ближе. — Они не умеют говорить. Но вообще я серьезно, Алиса. Феофану не стоит угрожать вам двоим. К его же благу.

— Не будем о нем.

То ли из желания отвлечь Феликса, то ли из самого простого желания, я притянула его ближе и поцеловала, радуясь тому, с какой отдачей он ответил на поцелуй. Видно, нам обоим хотелось одного и того же — забыться в объятиях друг друга.

— Вернемся в купальню?

— Тебе не стоило уходить.

— Не стоило, — согласился Феликс, подхватывая меня под коленями и с легкостью поднимая на руках. — Но я умею исправлять ошибки.

Глава 5

Утром следующего дня мы с Феликсом залезли в карету, засыпая на ходу. Так уж получилось, что мы провели вдвоем в купальне куда больше времени, чем планировали.

Сначала мы просто упали на пол, когда Феликс неудачно поскользнулся, и долго целовались, не в силах подняться. Мне казалось, что мы пытаемся добрать то, чего у нас не будет в столице, — я очень сомневалась, что решусь развлекаться с Феликсом внутри родительского особняка. Даже если мы были женаты, этот дом совсем не располагал к романтическим утехам.

А вот замок был совсем другим. В этом месте я почти не испытывала стеснения за то, что делаю. Возможно, потому что эти стены видели слишком многое и их нечем было смутить.

— Можно, я сниму это платье? — спросил Феликс, нависая сверху. — Оно колется.

— Это единственная причина?

— Нет, — Феликс хмыкнул, распутывая узлы по бокам. — Не хочу все делать наспех.

— Завтра нам рано вставать, — несмотря на свои слова, я тоже пыталась его раздеть, задирая влажную рубашку кверху.

— Поспим в карете. Больше там все равно нечем заняться, — Феликс приподнялся, чтобы избавиться от своей рубашки и развязать шнурки на бриджах. — Мы с тобой не скоро сможем… Ну, ты поняла.

— Поняла, — согласилась я, полностью распуская завязки платья.

Я с большим удовольствием откинула платье в сторону и помогла Феликсу снять с себя нижнюю рубашку. Мы уже давно были вместе, так что меня совершенно перестала смущать моя нагота, и уж тем более не смущала его.

В обществе высшей аристократии даже женатые люди часто воспринимали эту часть супружеской жизни лишь как необходимость для рождения детей. По крайней мере, это касалось многих женщин. Но маги долгое время и не могли иметь потомства, и даже сейчас редкая пара могла сразу зачать ребенка. Поэтому тут к постельным делам относились как к приятному времяпрепровождению, не беспокоясь о долге и последствиях. И чем дольше я жила среди них, тем сильнее проникалась этим отношением.

Мне даже было жаль тех, кого природа не наградила магическим даром. Им все время приходилось балансировать между желанием и стыдом, а мы были освобождены от подобных проблем. Насколько вообще человек мог быть от них свободен.

Феликс потянул мое исподнее вниз и отбросил его подальше к остальной одежде. Несмотря на свои слова о спешке, сам он не потрудился полностью снять бриджи и навис надо мной, лишь приспустив их настолько, насколько это было необходимо.

— Я думала, ты не собираешься спешить, — ухмыльнулась я.

— А я переоценил свою выдержку. Мы не будем спешить… Но чуть позже.

Я была совсем не против — за время, пока мы готовились к отъезду, нам так и не удавалось побыть наедине. Поэтому я притянула Феликса ближе и позволила себе не думать о том, что нас ждет, хотя бы ненадолго.

Все случилось очень быстро, так сильно мы соскучились друг по другу. Хватило нескольких глубоких и быстрых толчков, чтобы Феликс придавил меня своим телом, обмякнув после того, как пришел к концу.

— Извини, — смущенно сказал он. — Я думал, выйдет дольше. А я словно в первый раз залез на женщину.

— Примерно так это и было в наш первый раз.

— Не напоминай, — фыркнул Феликс, заливаясь краской. — Я думал, что покажу себя жеребцом.

— С чего бы? Ты был совсем невинен. Жеребцом, как ты это называешь, ты показал себя позже.

— Надеюсь, не в последний раз.

Феликс поднялся, чтобы руками подогреть уже остывшую воду. Все-таки возможность давать тепло была одним из самых полезных навыков, которыми магов наделил их непростой дар. Мы ополоснулись, чтобы избавиться от пота, а потом Феликс расстелил на полу свою рубаху, и мы устроились на ней, словно на лежанке.

— Тут явно не хватает кроватей, — пожаловалась я, уткнувшись Феликсу в грудь. — Твоя рубашка испачкается.

— Она для того и нужна. Не хочу возвращаться в спальню.

— Я тоже.

— Тем более Ровен опять начал храпеть.

— Ты бы хотел жить вместе? — вдруг спросила я. — Кто-то из третьей ступени так и делает, меняясь друг с другом.

— Было бы неплохо, Алиса, но я сомневаюсь, что найдется девушка, которая будет терпеть Ровена так долго. У вас все же более нежный слух.

— Я имею в виду переехать ко мне.

Я вдруг представила, каково это было бы. Мы бы сдвинули кровати вместе и просыпались вдвоем каждый день. Нам не нужно было бы искать места, чтобы уединиться, и терпеть холодный пол купальни. Но, с другой стороны, Феликс видел бы меня постоянно, и это немного пугало. Что, если мы надоедим друг другу, как храп Ровена надоел самому Феликсу?

— Было бы здорово, Алиса, но боюсь, твоя соседка не обрадуется. Ванесса мне как сестра, но не настолько, чтобы делить с ней комнату.

— Ванесса могла бы переехать к Моррису.

Феликс покачал головой.

— Моррис слишком ценит уединение. Он даже сегодня не позвал ее переночевать.

— Ему хотелось выспаться.

— В том-то и дело, Алиса. Моррис предпочитает сон тому, чтобы девушка согревала ему постель. Не думаю, что он готов к жизни с кем-то. Или когда-то будет готов.

— А ты что предпочитаешь? — улыбнувшись, спросила я, приподнимаясь на локтях. — Девушку или сон?

— Мне казалось, это очевидно, — рука Феликса гладила меня по бедру, спускаясь все ниже. — Зачем мне сон, когда можно заняться чем-то повеселее.

Мне льстило то, что Феликс был готов пожертвовать своим сном ради того, чтобы провести со мной время. И то, что его достоинство начало наливаться кровью лишь от того, что я прижималась к нему своим телом. Впрочем, к последнему я почти привыкла.

— Как ты хочешь? — спросила я, позволяя Феликсу притянуть себя наверх, так чтобы я могла склониться над его лицом и посмотреть в глаза.

— У меня есть выбор?

— Мы конечно не в борделе, но почему бы и нет.

— Не шути так, — нахмурился Феликс. — То, что у нас, - это совсем иначе.

Конечно, мои слова и правда были лишними. Поэтому я постаралась быстро его отвлечь:

— Быть может, ты хочешь чего-то, чего мы не делали, а я и не знаю?

Жизнь среди магов заставила меня понять, что людям свойственно пресыщаться одним и тем же. Маги воспринимали низменную любовь так же, как и еду: она не просто должна была насытить организм — нужно было получить удовольствие.

— Если честно, — Феликс задумчиво прикусил губу и отвел взгляд, — есть то, что мы уже делали, и мне хотелось бы повторить. Если ты не против.

— Вот как? — я провела ладонью по его руке, которая еще совсем недавно была покрыта жуткими шрамами. Теперь от них остались лишь белые рубцы. По словам Феликса, они почти не болели. — И что же это?

— Я так не могу, Алиса, — взмолился Феликс, прикрыв глаза рукой. — Ты же знаешь, я не такой, как ты.

— Не такой, как я?

— Ты прямая как палка.

— Знаю, — я кивнула, остановив руку у самого паха. — Но тогда ты можешь не говорить, а показать. Так будет легче, да?

— Наверное. Да думаю, легче.

— Тогда покажи.

Феликс медленно, словно не был уверен, что это хорошая идея, положил ладонь мне на голову. Он провел по моим волосам, разглаживая пряди, и я уже хотела спросить, неужели он хотел именно этого, но Феликс смог меня удивить. Он взял меня за волосы и аккуратно, стараясь не сделать больно, потянул вниз. Я не сразу поняла, чего он хочет, но когда поняла, рассмеялась.

— И ты просто стеснялся попросить?

— А ты не против?

— Не против, — я сама сползла ниже, так чтобы нам обоим было удобно. — Тем более ты только что вылез из ванной.

— Если бы я знал, что дело в этом, мылся бы несколько раз в день, — прошептал Феликс, заставив меня фыркнуть.

— Помолчи, будь добр. Ты… отвлекаешь меня от дела.

Прошло некоторое время с тех пор, как мы делали это в последний раз. Я помнила, что тогда у меня получилось не слишком удачно, но я знала: опыт — дело наживное, и потому была уверена в своих силах.

В этот раз я решила делать все медленно. Прежде чем принять достоинство Феликса внутрь, я провела по нему губами, поддавшись странному порыву. Мне нравилось, как он пах, хоть я никогда не могла бы поверить, что мне понравится что-то подобное. Но я искренне наслаждалась этой близостью.

Феликс протяжно вздохнул, когда я накрыла его губами, и постаралась приноровиться к уже забытым ощущениям.

— Только не спеши, — попросил он, но, несмотря на слова, рука в моих волосах сжалась сильнее.

Конечно, я была не в том состоянии, чтобы ответить, но спешить я правда не собиралась. У меня была цель — довести Феликса до конца, чтобы впредь он просил добавки. В этом, конечно, все еще был мотив ревности, которую я пыталась убрать подальше. Но и Феликсу об этом знать было совсем не обязательно.

Соревноваться с его бывшей женщиной, Аллет, чьей работой было удовлетворение мужчин, было сложно, но я правда старалась, прислушиваясь к дыханию Феликса. С каждым моим движением я чувствовала, как тяжелеет рука на моей голове, и мне это нравилось. Избегая прошлых ошибок, я не пыталась взять его полностью — да и это было глупо, учитывая размеры Феликса. Ему было вполне достаточно того, что я ему давала. Конечно, это вовсе не было так уж и просто, но я не обращала внимания на затекающую шею, наслаждаясь процессом. Странно, но подрагивающие бедра Феликса и его стоны, которые он явно пытался сдержать, заставляли меня мокнуть не меньше, чем его ласки. С каждой секундой я чувствовала себя еще более властной, и это чувство уносило меня совсем далеко.

В конце концов я не выдержала и, преодолевая смущение, направила руку между своих ног. Мне было слишком хорошо, чтобы ждать, и потому я доставляла удовольствие нам обоим.

— Алиса, лучше тебе отойти, — прошептал Феликс, попытавшись меня отстранить, но я вовсе не собиралась его слушаться. Мне слишком нравилось то, что происходило.

К моему удивлению, мое тело среагировало быстрее. Я позволила себе остановиться на пару мгновений, наслаждаясь сладкой судорогой, прежде чем вернуться к ласкам. Но и Феликсу осталось совсем недолго. Он прекратил попытки отстранить меня, и я с готовностью почувствовала, как он изливается, ругаясь последними словами.

— Прости, Алиса! — как только я отстранилась, Феликс приподнялся на локтях, глядя на меня с ужасом. — Я не успел.

Прежде чем ответить, я выплюнула на пол его семя. В этом не было ничего приятного, но я не могла сказать, что чувствовала отвращение. Так или иначе, мне было просто интересно — каково это.

— Тебе не за что извиняться. У тебя и шансов не было.

— И то правда, — согласился Феликс. — Нам опять придется идти в ванну?

— Может быть, — улыбнулась я, вытирая губы ладонью. — Или мы можем еще немного испачкаться.

Феликс довольно ухмыльнулся.

— Дай мне пять минут.

Глава 6

Почти год назад я уже ехала по этой дороге. Из новой столицы в старую. Теперь все было наоборот. Руины старой Империи, окружавшие наш замок, постепенно исчезали из вида – их сменили плохо заселенные участки, где люди еще долго боялись жить, опасаясь проклятия падения империи. Конечно, были те, у кого не было выбора. На пути нам встречались и фермы, и даже одна таверна, рассчитанная на редких путешественников.

Прошло около трех часов, прежде чем пейзаж за окном перестал напоминать о запустении, характерном для земель вокруг старой столицы. За месяцы, проведенные в Академии, я так привыкла к пустоте, окружавшей меня, что мне было непривычно, когда мы проехали мимо первой большой деревни. Да, рядом с Академией стоял город, построенный на руинах старого портового района, но это было место, на котором лежал отпечаток прошлой трагедии, и люди, отселенные туда при основании Академии, жили там не по своей воле. Это касалось и их потомков, и редких новых жителей.

К тому же они были привычны к магам, а вот те, кто жил далеко, с большим любопытством наблюдал за нашей каретой. Честно говоря, мне было неуютно под их пристальными взглядами. Особенно когда матери старались оттащить от кареты детей. Для них мы были диковинкой. Магов было не так много, и в деревни их отправляли в случае крайней нужды.

– Пялятся так, словно я собираюсь поджечь их дома, – недовольно сказал Феликс.

– Говори погромче, чтобы тебя услышала вся улица, – Моррис подвинулся и задернул шторы. – Хотя они мне тоже надоели.

Мне нравилось смотреть на обычную жизнь, но я все равно испытала небольшое облегчение, когда мы выехали на большую дорогу.

Я снова попыталась уснуть, но моя затея провалилась. То ли от того, что мы были вчетвером в карете и места было не так уж много, а быть может, я не могла успокоиться, представляя дела, которые мне предстояли в столице. Я должна была встретиться с родителями и жить в их доме, мне было необходимо навестить родню, а также поучаствовать в балах, которые организовал наш новый король. А еще навестить должника Альсандра. Утром через девушку из города он передал мне записку с адресом – должник жил в центральном районе, и только это меня немного успокаивало.

– Ненавижу путешествовать в карете, – вздохнула Ванесса. – Я совсем забыла, что придется ехать, когда соглашалась.

– Чем тебе не нравится карета?

– Не знаю. Это непривычно. У нас в деревне передвигались пешком либо на лошадях. Карета – это очень противоестественно.

– Многое, что мы умеем, противоестественно, – хмыкнул Моррис. – Если тебя тошнит, нужно что-нибудь пожевать. Говорят, помогает.

– Ты хочешь, чтобы Ванесса вернула еду на наши колени? Лучше ничего не ешь, хуже будет.

– Я попробую, – конечно же, Ванесса предпочла послушать своего мужчину, а не друга. – Но если что, вы меня извините.

– Можно попросить Артура остановиться, – предложила я. – Мы уже проехали треть пути. Да и нам это было бы полезно. В определенном смысле.

– Да, я бы не отказался облегчиться, – кивнул Феликс. – Моррис, крикни Артуру, чтобы остановил лошадей.

***

Мы остановились в довольно живописном месте. Увы, после трети пути тут было довольно оживленно: люди ехали в столицу из разных мест страны. Королевский сезон привлекал не только участников, но и торговцев, которые пытались продать свой товар в городе, куда съезжалось много богачей. Потому нам с Ванессой пришлось уйти подальше, чтобы в уединении сделать свои дела.

– На воздухе правда легче, – сказала Ванесса, поправляя юбку. – Лучше бы я ехала с Артуром.

– Попроси его.

– Да не согласится он. Он нас побаивается. Просто не показывает.

– С чего это?

– Алиса, ну что ты, – вздохнула Ванесса, удивляясь моей наивности. – Многие люди нас боятся. Ты сама видела деревенских. Даже мои родители и братья иногда смотрят на меня так, словно я могу воспламениться на месте.

– Думаешь, мои родители будут смотреть на меня так же?

Ванесса задумалась на мгновение.

– Не знаю. Они же не деревенские. Может, у них меньше ну, как это говорится

– Предубеждений.

– Да, вот это вот, – кивнула Ванесса. – Может, они понимают, что мы не сильно-то и опасны. Тем более они не знают, как ты сильна.

«И не узнают», – пообещала я самой себе.

Конечно, мои родители лучше держали лицо, чем обычные крестьяне. Но это совсем не означало, что они не будут чувствовать страха.

– Феликс на кого-то кричит, – взволнованно сказала Ванесса, повернувшись в сторону дороги. – Они что, опять поругались?

– Им нечего делить.

– Так и раньше было не особо, наверное.

Было бы лучше, если бы это был Моррис, ведь в следующее мгновение мы услышали чужой рассерженный голос.

– Убийцы! Проклятые убийцы!

Мы с Ванессой, стараясь не споткнуться о ветки, побежали к дороге, надеясь, что ничего серьезного не случилось.

– Это вы убили короля! – орал на Феликса мужчина, который по всей видимости вылез из торговой повозки, стоявшей рядом. – Все в столице это знают.

– Лучше тебе взять слова назад, – Феликс был по-настоящему взбешен. – А то я действительно кого-то убью. Но не короля, а кого попроще.

Моррис выглядел куда спокойней, хоть незнакомец и обвинял его в убийстве отца.

– Если это так, почему нас всех не сожгли?

– Ясно почему, – незнакомец плюнул на землю, чуть не попав в Феликса. – Боятся вас всех, несносных тварей.

– А ты, значит, не боишься? – ухмыльнулся Феликс. – Ты такой смелый?

– Нет, Феликс, он просто пьян.

– Я может и пьян, – согласился с Моррисом мужчина. – Но я никогда вас не боялся. Еще я буду бояться сыновей шлюх, а вы все такими являетесь

Я сама не знала, почему так быстро среагировала. Наверное, мне не хотелось, чтобы Феликс сделал что-то, о чем пожалел. Почему-то мне было не так страшно переступить эту черту. Возможно, я считала, что происхождение меня защитит. Маг не маг, но мне было сложно забыть, кем являлись мои родители.

Так или иначе, прежде чем Феликс успел поднять руку, а Моррис попытался его остановить, я отбросила мужчину назад волной энергии. Это была сильная волна – я не контролировала свои руки. Сколько дар мне дал, столько я отдала обратно. Несчастный пролетел пару метров и ударился о свою повозку так сильно, что из его головы пошла кровь. Очень много крови.

– Вы его убили! – заорал Артур. – Убили!

– Заткнись, – неожиданно тихо сказал Феликс, обернувшись. – Ты ничего не видел. Ничего.

– Именно так, – кивнул Моррис. – Надо бы его убрать, пока никто ничего не увидел. А лошадей отпустить.

– Я не – Артур сделал два шага назад и посмотрел на труп в ужасе. А потом в ужасе посмотрел на меня. – Я ничего не видел.

Моррис, Феликс и Ванесса поспешили к мертвецу. А я все это время стояла как вкопанная, глядя на свою руку, из которой вырвалось заклинание.

Мне доводилось видеть мертвых и даже хоронить мертвых. Общаться с мертвыми.

Но убивать не приходилось.

И я совершенно не была к этому готова.

Глава 7

«Он жив».

Я словно во сне услышала голос Ванессы.

«Он еще жив».

«Значит, надо это исправить».

— Нет! — закричала я, осознав сказанное. — Не вздумай этого делать, Феликс.

Если он жив, значит, я не убийца. По крайней мере, не убийца невинного пьяницы, вся вина которого состояла лишь в излишней любви к плохому вину.

— Это надо сделать ради тебя, Алиса, — Феликс говорил со мной как с ребенком. — Иначе ему ничего не стоит обратиться в Контору.

— Контора не будет наказывать мага из-за такой ерунды, — покачал головой Моррис. — Тем более мага из семьи генерала.

— Ты забываешь важную вещь, а именно то, что твой братец точит на нас зуб!

— Это еще не доказано, но я понимаю, куда ты клонишь.

— Ему ничего не стоит сделать вид, что это серьезное правонарушение. Натравить на Алису Контору. Так что стоит его умертвить и забыть об этом.

— Нет, Феликс, — я сделала над собой усилие и подбежала к своим друзьям, столпившимся у полуживого торговца. — Должен быть другой способ.

— Какой?! Магия — вещь сильная, но не думаю, что кто-то из нас владеет техникой убеждения.

Конечно же Моррису было что сказать на этот счет:

— Ее не существует. А в обратном случае никто нас этому бы не учил. Слишком опасно.

— Но люди ведь и без магии могут что-то забыть, — прошептала Ванесса. — Такое сплошь и рядом случается.

— Что-то я тебя не понимаю.

— Ты никогда не видел пьяниц, которые не помнят, что было прошлым днем?

— Ну, было дело, — развел руками Феликс. — Даже у меня самого.

— Вы забываете, что у нас нет алкоголя, чтобы его напоить, — я кивнула на повозку. – Судя по всему, он вез в центр мед, и, увы, не забродивший.

Что-то в лице Феликса изменилось, и я не могла этого не заметить.

— Неужели у тебя с собой вино?

— Лучше, — вздохнул Феликс. — Я везу с собой пару флаконов зелья для улучшения магических способностей.

Я нахмурилась. Эти зелья уже сыграли с нами злую шутку, когда Феликс продал одно из них коллеге Альсандра. Точнее, Альсандр думал, что тот продал. Дело в том, что такие зелья были полезны для магов, а вот обычных людей заставляли впасть в состояние эйфории. Феликс этим подрабатывал в прошлой жизни — он был отличным алхимиком. Но он уверял меня, что с этим покончено.

— Я их не на продажу везу! Не надо так на меня смотреть.

— А зачем тогда?

— На всякий случай. Разве это не ясно, Алиса? Кто знает, что там нас ждет, — Феликс нехотя достал из заднего кармана плаща один маленький флакон. — Я решил, что будет полезно иметь что-то, что усилит мои способности.

Я не знала, верить ему или нет, но сейчас не было времени на споры.

— Ванесса, ты сможешь залечить раны этого мужчины?

— Я уже это делаю, — ответила моя подруга, которая уже успела склониться над торговцем. — Иначе он бы уже потерял много крови. Феликс, через пару минут можно влить в него зелье. Мы положим его в повозку, и если все будет хорошо, он не вспомнит ни нашего, ни даже своего имени.

Когда Ванесса произнесла эти слова, я почувствовала огромное облегчение. Если кровь остановилась, есть шанс, что это ужасное событие не будет иметь никаких последствий.

Феликс открыл закупоренный флакон и сел на корточки перед мужчиной. Сначала он поднес его к носу, чтобы тот привык к резкому запаху.

— Лей, — кивнула Ванесса. — Главное, чтобы он не подавился.

— Подавиться — ну и туда его, — зло ответил Феликс, грубо приоткрывая рот торговца. — За такое обычно хорошо платят. А этому достанется бесплатно. Я бы на него и свою мочу пожалел.

Я думала, что привыкла к тому, как грязен бывает язык Феликса, выросшего среди воров и проституток. Но он умел удивлять, что еще скажешь.

***

Конечно, случившееся сильно ударило по нашему и так не самому веселому настрою. Феликс не мог успокоиться и все ругался на «сволочь, которая посмела к нему полезть», пока Моррис не выдержал и не спросил:

— Я надеюсь, ты понимаешь, что в столице тебе придется быть более сдержанным?

— И не обращать внимания на оскорбления?

— Совсем нет. Но отвечать надо той же монетой и не набрасываться на тех, кто будет пытаться тебя задеть. А такие люди будут, Феликс, и вовсе не из-за того, что посчитают, что ты убийца короля.

— И что же им будет от меня надо?

— Показать, что ты им не ровня, конечно же.

Я понимала, о чем говорит Моррис, но все равно злилась на то, что он начал этот разговор.

— Мы все не ровня дворянам, которые будут нас окружать.

— На бумаге — да, — согласился Моррис. — Но нам легче. Мы их знаем и знаем их слабости и помыслы. А Ванессе с Феликсом будет сложнее.

— И зачем ты все это говоришь? Или думаешь, что мы с Ванессой не знаем, кто мы есть?

Феликс и так был злым, а слова Морриса, конечно, еще сильнее его раззадорили.

— Вы маги и очень хорошие, — невозмутимо ответил Моррис. — Я говорю это не для того, чтобы вас задеть, а чтобы предупредить. Общество, с которым мы столкнемся, может относиться к нам с тем же предубеждением, что и деревенщины. Но свои оскорбления они скрывают за красивыми словами.

— Как это?

— Сам увидишь. Представь худшие качества моей сестры, воплощенные в десятках людей.

— Еще немного, и я выпрыгну из кареты, — с грустью сказала Ванесса. — Мне не хочется видеть так много Викторий.

— Ты справишься, — мягко ответил Моррис. — За тебя я волнуюсь не так сильно. А вот Феликсу нужно уметь побороть свой гнев, когда это будет необходимо. Не всегда Алиса сможет взять на себя такой удар.

— Давайте не будем об этом говорить, — взмолилась я. — Мне не хочется провести остаток пути в мыслях обо всем этом.

— Не волнуйся, — Феликс сжал мою руку. — Я не буду бросаться ни на твоих родственников, ни на дальних знакомых. Быть может, я вообще не пойму их оскорблений, раз Моррис говорит, что они не такие простые, как принято у обычных людей.

«Но я-то пойму», — подумала я про себя, но промолчала, с благодарностью улыбнувшись Феликсу. Всего через несколько часов нас ждала столица. И испытания одно неприятней другого.

Но пока все было хорошо.

***

Несмотря на позднее время, столица встретила нас шумом множества голосов. Ванесса с удивлением смотрела на толпы снующих туда-сюда горожан, и я вдруг поняла, что она никогда не была в таком густонаселенном месте. Даже мне было непривычно после года, проведенного в Академии. Что уж говорить о девушке, выросшей в деревне.

— Где они все живут? Неужели город настолько большой?

— Кто побогаче — живет в особняках, а бедняки — как кому повезет, — ответил Феликс, у которого родной город не вызывал ни малейшего интереса. — Будет время, покажу тебе свой дом, если его, конечно, не успели снести. Хотя это и домом назвать сложно.

— Не думаю, что стоит брать Ванессу в Низины.

Мне вовсе не хотелось, чтобы на мою подругу кто-то напал, возжелав обокрасть или что похуже. А родной район Феликса не славился приветливостью.

— Со мной с ней ничего не случится, — гордо заявил Феликс. — Как я понимаю, ты не придешь ко мне в гости на чай?

— Я бы пришла, если бы у тебя осталась там родня.

Мать Феликса умерла, а его отец не был известен даже ему. Сестра же осталась в городке у Академии, ожидая ребенка от моего бывшего жениха. Был еще один человек, заменивший Феликсу отца и научивший множеству премудростей — например, взламывать замки без магии. Но он умер во время налета на Низины, и мне очень не хотелось, чтобы Феликс вспоминал эту историю.

— Со всей моей родней ты уже познакомиться успела. Что не так уж сложного.

— Потому я думаю, в Низинах нам делать нечего.

— А я так хотел познакомить тебя с моими друзьями детства.

— С карманниками и домушниками? — беззлобно уточнил Моррис.

— Карманник из нас только один, остальные занимаются честным ремеслом, — Феликс совсем не обиделся на его слова. — У нас была приличная компания.

— Не думал, что в Низинах это возможно.

— Честным ремеслом я называю контрабанду.

— Тогда это многое объясняет.

— Приехали! — прокричал Артур, притормозив лошадей так резко, что мы чуть кубарем не свалились на пол кареты. — Остановка для Алисы и Феликса. А дальше едем во дворец.

Мать Морриса, будучи поверенным магом почившего короля, все еще проживала в комнатах в королевской резиденции.

— Что ж, пришло время ненадолго прощаться, — сказал Моррис. — Насколько я помню, завтра во дворце будет прием. Так что мы вскоре увидимся.

— Ага, — Феликс выглядел совсем не воодушевленным. — Не успеем и соскучиться.

— До завтра, — я улыбнулась Ванессе, зная, что она переживает предстоящую встречу с матерью Морриса. — Все будет хорошо.

— Наверное, Алиса, — Ванесса не выглядела убежденной. — Смотри, кажется, вас уже ждут.

И правда. Я выглянула в окно и увидела почти всю свою семью, собравшуюся у центрального входа в дом. Наша немногочисленная прислуга тоже вышла меня поприветствовать.

Пора было возвращаться домой.