– Ты мне поможешь? – она посмотрела на Ассандра с надеждой.
Он улыбнулся ей, и в его глазах вновь загорелось пламя, а внутри Миланы все затрепетало с новой силой. Такого взгляда, какой сейчас был у него, она не видела никогда, но то, что он сказал ей потом, принцесса явно не ожидала услышать.
– Кольцо признало тебя, смотри.
Он провел указательным пальцем рядом с кольцом, и Милана увидела, как то превращается в огненный ободок вокруг ее пальца. Ассандр убрал руку, и кольцо вернуло свой первоначальный вид. Его губы слегка приподнялись в довольной улыбке.
– И это я еще его не касался. По закону огня ты теперь моя невеста.
Кажется, в этот момент Милана обрела дар речи и грязно выругалась.
1.9. Разговоры
Последняя фраза Ассандра привела Милану в чувства. После его слов желание, с которым она не могла совладать, как рукой сняло. Она смотрела на кольцо и не верила услышанному, неужели этот маленький проступок может стать для нее роковой ошибкой?
– Нет, ты не можешь быть моим женихом, ни при каких обстоятельствах.
– И что не так, Милана? Уже не нравлюсь тебе? – Ассандр смотрел на нее с грустной усмешкой.
– Как ты не понимаешь? Ты и дня не проживешь, если Эдгар или Марк узнают, – Милана осеклась на полуслове и отвернулась.
Ассандр заметил ее страх, нежно приподнял за подбородок, внимательно глядя в глаза.
– Рассказывай, Милана. С кем тебе сейчас легче говорить, с любимым мужчиной, с другом, со случайным встречным? Я буду тем, кем ты захочешь меня видеть, просто поговори со мной. Я должен знать, что ты чувствуешь и чего боишься.
Он так смотрел на нее, как тогда у реки еще до начала войны. В этих глазах она могла раствориться, и только ему довериться.
– Твой друг Фредерик начал ухаживать за мной, когда ты исчез. Не сразу, конечно. Сперва он поддерживал меня и мать, всегда был рядом, а через два года предложил стать его женой. Он знал о моем желании надеть корону и обещал помочь. Я согласилась, и той же ночью он выбросился из окна и сломал себе шею, – Ассандр смотрел на нее, и у него сжимались скулы. – Марк был на похоронах, он не двусмысленно дал мне понять, что в его смерти виновата я. И тогда я решила сбежать из королевства. У меня был преданный человек – Габриель. Мы должны были встретиться, но в ночь перед побегом его нашли повешенным в своей комнате. Марк сказал тогда, что я как черная вдова – вокруг меня мужчины так и мрут. Я виновата в их смерти, и твоей смерти на моих руках не будет, Ассандр.
Милана говорила все это для того, чтобы он ее услышал и понял – она не изменит своего решения, вернее, все уже решили за нее, она только выбрала меньшее из зол, и этот выбор был не в его пользу.
О законе огня Милана слышала впервые. Она знала, что Ассандр был выходцем из малочисленных горных народов, у которых сохранились еще древние обычаи и традиции. Он нравился ей и даже больше. Она понимала, что любит его так, как и десять лет назад. Именно поэтому она не могла сейчас рисковать его жизнью.
Милана помнила свое прошлое и прекрасно осознавала, что любовь может позволить себе только тот, чьи враги повержены. Для нее же все только начиналось. Она не могла допустить, чтобы в ее жизни оставался человек, который только ослаблял ее бесстрашие и мешал трезво мыслить. И, конечно же, Милана не могла рисковать его жизнью, не здесь и не сейчас.
– Ассандр, я не могу быть твоей невестой, – она не хотела лгать, только не ему. – Возможно, там, откуда ты родом, принято называть невестой ту, которой подошло твое кольцо, но я так не могу. Все, что было между нами когда-то прекрасно, пусть не по нашей вине, но наши пути разошлись уже давно. Мой союз с Ноланом – это взвешенный, обдуманный, а главное правильный шаг. Пойми меня, принц важен для меня, очень важен, я не могу и не буду разрывать договор, заключенный с ним.
Милана старалась говорить так, чтобы он мог услышать ее. Ассандр слушал молча, держа ее за руку. Иногда Милане казалось, что она видит искорки в его глазах. Он был прекрасен, чем дольше она оставалась рядом с ним, тем больше убеждалась в том, что если сейчас не сбежит от Ассандра, то через несколько дней уже не сможет этого сделать. Ей уже было больно осознавать, что с ним придется расстаться.
Ассандр коснулся ее щеки и грустно улыбнулся. Казалось, он понял все то, что она так и не сказала. Лучше бы он устроил скандал, а не усложнял бы все этим прикосновением.
– Говоришь, правильный шаг? – Ассандр не отводил взгляда от ее губ. – Мы доставим тебя к принцу Нолану, где ты сможешь сделать свой правильный шаг, если захочешь, конечно.
Он притянул ее и поцеловал. В этот раз поцелуй был не требовательным, не страстным, а нежным, будто он коснулся ее души. Развернувшись, он вышел из шатра и сразу начал отдавать своим людям приказы о сборе в дорогу. Милана слышала, как снаружи все начали суетиться. Скоро они покинут это место и, кажется, она впервые в жизни жалела о принятом решении.
Ассандр вернулся через несколько минут, как ни в чем не бывало. Он нервничал, это заметно бросалось в глаза. Складывая вещи, он то и дело посматривал в сторону Миланы, будто никак не мог решиться начать разговор.
– Я не буду тебя неволить, ты и сама это знаешь. Согласен, когда-то давно я упустил свой шанс. Мне просто очень интересно, ты безумно любишь Нолана, что тебе так не терпится выйти за него замуж? – Ассандр выжидающе смотрел на Милану, но она молчала. – Ты с ним даже не знакома, верно?
Милана опять предпочла промолчать, да и что нового она могла сказать Ассандру? Этот глупец начал расспрашивать ее о любви. Неужели он не слышал того, что она пытается спасти ему жизнь? Все знали, как заключаются браки в ее кругах, здесь даже догадываться не надо было, все совсем очевидно.
– Это кольцо я сделал сам еще подростком, с тех пор оно всегда было при мне. Среди эвенов это распространенный обычай. Не удивлюсь, если ты даже не знаешь о такой традиции. Мужчины твоего рода не обладают силой, способной создавать подобные украшения. Следуя всем указаниям старейшины, я делал его от чистого сердца, надеясь, что когда-то оно найдет ту, для которой предназначено, – Ассандр на секунду посмотрел на Милану и вновь приступил к сбору вещей. – В детстве я наслушался много разговоров о том, как эвены находили свою пару, но никогда и подумать не мог, что кольцо может ошибиться и выбрать ту, что не захочет быть со мной. Моя мать носила такое же кольцо всю жизнь, но она не была парой моему отцу, свою пару он так и не встретил и подарил кольцо ей. Хотя между родителями и были теплые отношения, мать всегда боялась, что кольцо найдет ту, что предназначена моему отцу. Так что я всего лишь по рассказам знал, как это происходит. Возможно, я что-то сделал не так, когда создавал его, но ты не должна расплачиваться за мою ошибку. К сожалению, кольцо не снять, но через год, если союз не будет скреплен, оно растает, будто и не было его вовсе.
Ассандр смотрел на Милану и не мог понять, в чем он допустил промах. Он сердцем чувствовал, как тянется к этой девушке. О лучшей жене и мечтать не мог. Правда, в юности очень боялся, что с его кольцом ничего не произойдет, подари он его Милане. Боялся, что оно не примет ее так же, как когда-то было и у его родителей.
Его душа стремилась быть с Миланой, а тело откликалось на каждое прикосновение, так было всегда, сколько он знал ее. Ассандр видел, как она реагирует на его поцелуи, это было понятно без слов. До дворца около суток пути. Это все, что у него есть.
Ассандр не мог бездействовать. Он понимал как то, что Милана боится за его жизнь, так и то, что не простит себе, если отпустит ее. Второго такого кольца уже не сделать, да и не нужна ему другая женщина. Судьба подарила ему шанс все исправить – нового подарка от нее он уже не получит. Эти сутки будут решающими в его жизни.
– Значит, в течение года кольцо исчезнет? – Милана не знала, какое из чувств сейчас сильнее в ней, грусть или радость. – Спасибо, что рассказал мне об этом. И мне действительно жаль, что я испортила такую дорогую для тебя вещь. Ты можешь просить меня обо всем, если это будет в моих силах, я выполню твою просьбу. Не буду больше мешать. Пойду, помогу Энне собраться.
Дальше оставаться в шатре для Миланы не было смысла. Здесь страшно не хватало воздуха, хотелось бежать, но куда можно спрятаться от самой себя? Уже подходя ближе к карете, она прикоснулась к кольцу. Еще год оно будет напоминать ей о том, что и она умеет любить. Милана горько усмехнулась. Почему это произошло именно сейчас? Хотя, какая разница, Ассандр не устроил бы короля, даже если бы их встреча состоялась задолго до подписания договора.
Интересно, что задумал Эдгар III? Милана была уверена, что он никогда не выдаст ее замуж, а тут сам принц. Нолан тоже не прост, знает наверняка, что невеста практически без приданного, и берет ее в жены. То, что это не любовь, Милана не сомневалась. Как бы еще Нолан не оказался пострашнее короля.
1.10. Доигрались
В путь тронулись во второй половине дня. Надо было продвинуться хотя бы немного, ведь на ночь все равно придется снова разбивать лагерь. Завтра они уже, скорее всего, приедут в замок Нолана.
Милана смотрела на дорогу и не понимала, почему, когда ее цель почти достигнута, жизни было угодно подарить ей новую, еще более несбыточную мечту. Ехать в карете принцесса не стала – отправилась верхом на лошади. В карете ехала Энна, а Милане сейчас просто необходимо было побыть одной. По крайней мере, точно не рядом с женщиной, которая читает ее как открытую книгу. Надо сначала взять себя в руки, ведь впереди ее ждет важная встреча.
– Ты меня любишь, – до боли знакомый голос заставил Милану оглянуться.
Конь Ассандра поравнялся с ее лошадью. И что ей делать с этим человеком, который так нагло ворвался в ее жизнь и опять разрывает сердце, которое она десять лет склеивала по кусочкам? Он не спрашивал, а утверждал то, что было для него очевидным. Милана собрала все свои силы, чтобы успокоиться и не позволить чувствам затмить разум.
– Ассандр, люблю или нет – это ничего не изменит сейчас, – Милана посмотрела ему в глаза и поняла, что на его вопрос может быть только один ответ.
– Изменит, – он был непреклонен. – Для меня это изменит все. Милана, может быть пришло время взять наши жизни в свои руки? Мы и так слишком долго шли на поводу у тех, кто решил, что имеет право решать за нас. Я не буду делить тебя с другим, и если ты думаешь обратное, то сильно в этом заблуждаешься. Ты любишь меня так же сильно, как и я тебя. Годы ничего не изменили. Так почему ты думаешь, что изменится что-то еще через десять лет? Я не собираюсь прятаться по кустам оставшуюся часть жизни, потому что «так нужно», и не позволю больше никому тебя у меня забрать.
– Ассандр, – Милана хотела возмутиться, но он не дал ей договорить.
– Дайнас – так называется кольцо, которое ты носишь. Каждый эвен рождается с особым пламенем внутри. Часть его он использует для управления огнем, часть – чтобы открыть дар своему первенцу, а часть отдает для того, чтобы создать дайнас – кольцо для своей избранной, – Ассандр, не отрываясь, смотрел на ее руку. – Это не металл, как тебе кажется. Это моя сила, которая или растворится, или станет частью тебя.
– Если кольцо говорит лишь о том, что я твоя невеста, то как вы скрепляете сам союз?
Милана слушала жар его слов, и ей отчаянно захотелось, чтобы он доказал всему миру, что имеет право быть с ней, и не просто доказал, а был с ней, как муж по законам их королевства.
– Кровью, конечно же.
Ассандр улыбнулся, а Милана удивленно подняла бровь. Не давая ее воображению разыграться, он сказал:
– Не волнуйся, пары проходят соединение только добровольно. На ладонях под большим пальцем делается надрез. Руки скрепляются и все, ничего страшного на самом деле. Именно с этого момента они становятся одним целым, образно конечно, но говорят, что после обряда у них на двоих одна кровь.
– Ты мне никогда не рассказывал об этом. Какой-то варварский обряд, – Милана усмехнулась, – даже представить жутко.
– Не смейся, – Ассандр был даже рад, что она вновь начала улыбаться. – Одна маленькая царапинка никому не повредит, а пользы от нее бывает много. Например, муж и жена могут исцелять раны друг друга. Конечно, все зависит от силы каждого, а сила от происхождения рода.
Милана не переставала удивляться. Вот к чему приводит обособленность народов – каждый живет в своем замкнутом мире, когда за ближайшим лесом могут существовать люди с совершенно иными взглядами и традициями.
– Значит, добровольно, говоришь? – Милана, улыбаясь, сжала руку крепче в кулак.
Ассандр заметил этот ее жест и усмехнулся.
– Только добровольно, иначе ничего не получится, хоть все ладони исполосуй.
– А как понять, что все получилось? Как другие узнают, что обряд был добровольным? – Милана, не отрываясь, смотрела ему в глаза.
– Сама узнаешь, – все так же улыбаясь, но уже с вызовом, сказал Ассандр.
– Не бывать этому, – Милана приняла его игру, Ассандр не собирался так просто ее отпускать. – Сначала догони.
Она пришпорила свою лошадь, обгоняя Ассандра. В своих землях она была одной из лучших наездниц. Еще подростком переодевалась и тайно участвовала в соревнованиях, пока новый король не узнал о ее сомнительном увлечении и не запретил участвовать в скачках.
Ничего, Милана еще помнит, как держаться в седле, а вот хорош ли Ассандр в верховой езде, как раньше, она с удовольствием проверит.
Лошадь несла ее по хорошо утоптанной тропинке через поле. Недалеко виднелся лес, через который им предстояло еще проехать.
– Кто первый въедет в лес, тот и победил, – сильнее прижимаясь к лошади и слегка обернувшись, крикнула она Ассандру.
Милана любила выигрывать во всем. Конечно, будет обидно, если Ассандр проиграет, но поддаваться было не в ее правилах. Азарт уже закипал в крови, только так она чувствовала себя свободной. Быть быстрее ветра, что может быть прекраснее?
Лес казался совсем близко, когда Милана краем глаза заметила приближающегося Ассандра. Еще немного и его конь поравнялся с ее лошадью, и даже начал ее обгонять. Нет, этого Милана допустить не могла.
Она опять вырвалась вперед, еще немного и победа будет ее. Милана даже дыхание затаила, предвкушая этот момент, но вдруг поняла, что что-то не так. Опытной наезднице хватило нескольких секунд, чтобы осознать – лошадь ее больше не слушается. В поле, возможно, она бы смогла продержаться, но впереди лес.
Милана пыталась остановить взбесившееся животное, но все было напрасно. Если бы Ассандру удалось приблизиться, она бы обязательно рискнула и попробовала пересесть в его седло. По крайней мере, это лучше, чем ехать на неуправляемой кобыле.
Милана испуганно оглянулась. Ассандр не отставал, но приблизиться у него не получалось. Он поймал ее взгляд и все понял, но что он мог сделать сейчас, когда и она ничего не могла.
Не разбирая дороги, лошадь Миланы ворвалась в лес…
1.11. И смерть не разлучит нас
Ассандр въехал в лес, когда лошадь Миланы полностью скрылась из виду. Глупая игра в догонялки могла закончиться просто ужасно, и его бесило собственное состояние беспомощности. Она же могла пострадать, если это животное не остановится. Пусть уж лучше принц Нолан женится на ней. Ассандр стерпит, смирится, лишь бы взбешенная кляча остановилась, лишь бы Милана была цела.
Он уже готов был молиться всем богам, когда наконец-то увидел ее лошадь у поваленного дерева. Сердце пропустило удар – Миланы не было в седле.
Ассандр спрыгнул с коня и подбежал к испуганному животному. Лошадь ржала, крутила головой и трясла ушами. Он оглядывался, пытаясь понять, где она сбросила свою наездницу.
Тихий стон раздался из-за огромного ствола лежащего поперек дороги дерева, преградившего путь взбешенному животному. Он в мгновение ока перепрыгнул через него и замер – там, на куче старых сухих веток, лежала его Милана.
– Ассандр, – она улыбнулась, протягивая к нему окровавленные руки.
Это был худший из его кошмаров. Старая сломанная ветка проткнула ее левый бок, и теперь этот кровавый кол торчал своим острием из тела.
Желудок Ассандра свело спазмом. Нет, вида крови он не боялся, сколько раз ему и его людям приходилось попадать в передряги. Только сейчас он понял, что может потерять Милану и не потому, что она станет женой другого или вернется в соседнее королевство, ее нигде не будет, совсем нигде. Он буквально упал перед ней на колени, беря в свои дрожащие руки ее окровавленные ладони. Ему так хотелось успокоить ее, сказать, что все будет хорошо, но даже солгать сил не осталось.
– Все совсем плохо? – Милана смотрела на него, будто в нем была ее последняя надежда. – Все так глупо вышло. Побудь со мной немного. Я чувствую, что…
У нее не хватило мужества закончить последнюю фразу. Ее лицо было бледным, силы довольно быстро оставляли принцессу, каждый новый вдох давался ей все с большим трудом.
Найти и тут же потерять. Ассандру казалось, что судьба посмеялась над ним, нет, над ними двоими и уже в который раз. За что? Много лет назад он попросил ее руки у короля Ранульфа, и все рухнуло для них тогда. Сегодня он назвал ее своей невестой, и вот она умирает у него на руках. У них даже не было времени, чтобы…
Ассандр чуть не задохнулся от собственной догадки. Это был шанс. Он должен был им воспользоваться. Но как? Без ее разрешения он не мог ничего сделать. Времени почти не оставалось.
– Милана, Мила, Миланка, послушай меня, – его голос дрожал, когда он провел ножом по своей ладони, – я не могу дать тебе умереть, понимаешь? Ты должна меня понять. Ничто не будет важным, если ты сейчас умрешь. Все твои планы, все, зачем ты едешь, станет ничем. Умоляю тебя, дай мне возможность помочь тебе, дай не позволить смерти забрать тебя у меня.
Он с мольбой смотрел в ее глаза, протягивая вперед свою руку, по которой стекала тонкая струйка крови. Она, не понимая, смотрела на него, пока он не коснулся ее пальцев, и кольцо слегка сверкнуло.
Осознание происходящего оглушило ее. Ассандр хочет сделать ее своей женой здесь и сейчас. Он думает, что так сможет исцелить ее рану. Разве у нее был выбор? У нее даже времени не было на то, чтобы все как следует обдумать. Главное, если это опасно, не утащить его с собой за грань.
– Ты уверен, что это для тебя не опасно?
Ассандр только кивнул, и Милана раскрыла свою ладонь, протягивая ее Ассандру. Она поморщилась, когда он провел ножом по ее руке. Он тут же перехватил ее руку, сцепляя замком их пальцы.
– Милана, перед Огнем я признаю, что ты моя, а я твой. Теперь ты.
Ассандр тяжело дышал и смотрел на нее так, будто от этого зависела не ее, а его жизнь.
– Я должна повторить? – спросила она, вспомнив про добровольное согласие, о котором говорил Ассандр, и он опять кивнул. – Ассандр, перед Огнем я признаю, что ты мой, а я твоя.
Ладонь слегка защекотало. Милана отвела взгляд от Ассандра и увидела, что кольцо стало огненной лентой, которая теперь восьмеркой кружила вокруг их безымянных пальцев, с каждым разом все быстрее ускоряясь, пока не вспыхнула и исчезла совсем. Вместо нее их безымянные пальцы ободком украшал замысловатый узор, будто художник нарисовал его тонкой кистью. Бледно коричневый, почти не выделяющийся на смуглой коже Ассандра, на светлых пальцах Миланы он был очень заметен.
– Теперь самое сложное, – слова Ассандра оторвали ее от созерцания своего нового «украшения», – потерпи, это надо сделать.
Он наклонился к ней, аккуратно поднимая на руки. Она вскрикнула и, застонав, стиснула зубы, когда кусок дерева начал выходить из ее тела.
– Прости, – Ассандр положил ее тут же на траву.
Перед глазами Миланы все стало расплываться. Она пыталась сосредоточиться на лице Ассандра, но это получалось все меньше и меньше. Она с трудом видела даже его испуганные глаза.
– Не переживай так, – она могла сейчас только лишь шептать, – я одна во всем виновата – заигралась.
Она взяла его за руку, но он аккуратно освободил свои пальцы и прикоснулся к ее ране. Сначала ничего не происходило, а потом Милана начала различать голубое свечение, которое исходило от его ладоней и становилось все сильнее и сильнее. Она удивленно посмотрела на Ассандра, и он в этот же миг взглянул ей в глаза.
Он был счастлив, безумно счастлив. Ей показалось, что он до последнего не верил, что у него получится, и теперь просто лучился от восторга. Милана была готова поклясться, что в его глазах вспыхнули искорки.
Что нужно этому мужчине для счастья? Чтобы его заставили спасти чью-то жизнь, и вдобавок практически насильно женили на себе? Милана даже усмехнулась от всей нелепости сложившейся ситуации.
Она смотрела на то, что он, как ребенок, радуется ее возможному спасению, и это подкупало. Милана не помнила никого, кроме родителей, кто бы так дорожил ее жизнью. Она была ему не просто благодарна, Милана понимала, что он сейчас и навсегда стал неотъемлемой ее частью.
Вот какая она – его любовь. Когда-то, будучи еще ребенком, Милана думала о любви совсем иначе. Верила в «прекрасного принца», о котором будет томно вздыхать ночами, таять при каждой мысли о нем, но жизнь показала, что вздыхать ей не придется, тем более по прекрасному принцу. И вот сейчас вновь появился Ассандр, ее Ассандр, и опять стал для нее целым миром. Сломал и разрушил все те стены, которые она возводила столько лет, и заполнил собою всю пустоту, которая, казалось, разъедала ее изнутри.
Она не собиралась томно вздыхать, как ей казалось когда-то, и жадно ловить его взгляд. Он просто был рядом с ней, и уже это делало ее счастливой. А, может быть, делал он – человек, который смотрит на нее так, будто она его самое важное сокровище. Ей сложно было признаться себе, но именно за этот взгляд она многим могла бы пожертвовать.
Свечение стало меньше, а потом и вовсе растаяло. Ассандр обессилено лег рядом с Миланой на траву и повернул ее лицо так, чтобы иметь возможность смотреть ей в глаза.
– Как ты? – его голос был тихим и уставшим, но в нем все еще слышалась тревога за ее жизнь.
– Не знаю, – она любовалась его лицом, его губами, глазами, во взгляде которых тонула, как в омуте.
Он теперь ее муж, по каким-то странным непонятным законам, но все-таки муж. От этой мысли она улыбнулась, но тут же новая волна сомнений захлестнула ее мысли. Скорее всего, если это не выгодно ни королю, ни принцу, их союз не признают. Тем более что по закону этих двух королевств, заключенный таким способом брак не имеет силы. Милане только оставалось надеяться на то, что вместе они справятся со всем, она не знала почему, но была в этом почти полностью уверена.
Она прикоснулась к своей ране, та совсем не болела, и это очень удивляло. Ее пальцы проникли под ткань прорванного платья и аккуратно коснулись кожи. Брови в изумлении поползли вверх.
– Ничего нет, – она посмотрела на Ассандра, ловя его улыбку.
– Так и должно быть, – он нежно коснулся ее губ, будто боясь, что она какое-то видение, которое еще немного и растает.
Она перестала искать следы раны на своем теле и потянулась к нему. Ассандр вздрогнул, словно от боли, когда она коснулась его тела. Милана резко убрала руку, не понимая, чем вызвана такая реакция.
Ее пальцы были в крови. Наверное, следовало найти источник, чтобы смыть свою кровь, которая до сих пор почему-то не засохла и даже была теплой на ее пальцах. Это не ее кровь! Понимание было столь внезапным, что она резко села и с ужасом посмотрела на Ассандра. Его бок, залеченный Миланой после встречи с никлимами, был весь в крови. Слезы предательски выступили у нее на глазах. Он увидел, как она испугалась, и аккуратно взял ее за руку, оставаясь лежать на земле.
– Не бойся. За все надо чем-то платить, тем более за то, что я сделал, – и, видя, что его слова не успокаивают ее, добавил. – В этом нет твоей вины. Я затратил слишком много сил, поэтому рана, нанесенная никлимами, открылась. Это не страшно. Ты опять приложишь свои травы, и я буду как новенький.
Он пострадал из-за нее, а теперь еще пытается утешить.
– Ты говорил, что я тоже смогу лечить тебя. Скажи, что я должна сделать?
– Нет, не скажу, – он, улыбаясь, не сводил с нее взгляд. – Ты слишком слаба, я не буду тобой рисковать, тем более есть другой способ исцелить мои раны.
Милана чуть не задохнулась от возмущения. Что за несносный человек Ассандр? Глядя в его глаза, она понимала, что не сможет его убедить в своей правоте, и сдалась.
– Я пойду за травами? – спросила она, а он только кивнул.
Далеко идти не пришлось. Травы шептали и звали ее к себе, оставалось только поблагодарить их и собрать. Она быстро вернулась к Ассандру и начала разминать их прямо в руках. Аккуратно подняв его рубашку, она приложила травы к его ране, затем осмотрелась в поисках нужной ткани. Оторвать подол нижней юбки показалось ей правильным решением, по крайней мере, отсутствия этой детали в одежде никто не увидит. Она сделала широкую ленту и перевязала Ассандра.
– Мы как-то с тобой не очень удачно начали. Надеюсь, наша семейная жизнь не будет состоять только из того, что мы постоянно будем друг друга перебинтовывать, – чуть улыбнувшись, произнесла она с иронией. – У меня все. Травы скоро подействуют, уверена в этом. Я могу еще что-то сделать для тебя?
– Семейная жизнь – эта фраза из твоих уст звучит просто великолепно. Это не первая моя рана, так что не волнуйся за меня, – он стал потихоньку подниматься с земли, будто проверяя свои силы. – Нам надо вернуться, пока нас не начали искать. Накинь мой плащ. Тем, что у меня открылась рана, мы никого не удивим, а вот окровавленная принцесса вызовет много лишних вопросов. Мы вернемся ко всем, дождемся, пока разобьют лагерь, переоденемся, а потом нам надо будет с тобой о многом поговорить. Это важно.
Вот такой он, красивый и рассудительный, стоял перед ней. Все у него было разложено по полочкам, и выверен каждый шаг, как и у нее. Милана удивлялась тем переменам, которые произошли с ее страстным и таким эмоциональным Ассандром, но рядом с ним Милана чувствовала себя защищенной. Ей больше не надо было быть железной леди, все заботы он с легкостью переложил на свои плечи. Вот каким должен быть настоящий мужчина, ее мужчина!
– Надо только найти воду и смыть кровь с рук.
Милана кивнула ему, соглашаясь, и вместе они пошли туда, где чуть слышно журчал ручей.
1.12. Твои тайны. Мои тайны
Когда Милана и Ассандр догнали своих людей, те уже разбивали лагерь. Каждый был занят своим делом, и даже окровавленная рубашка Ассандра не вызвала лишних расспросов. Они разъехались, будто и не было между ними сейчас того происшествия в лесу.
Милана отправилась прямиком к карете, в которой на ее счастье Энны не оказалось. Прихватив с собой воду и заперев двери, она смыла с себя кровь и переоделась. Ее тело было совершенно чистым, будто и не было вовсе того ранения. Если бы не шрам на ладони и не узор на пальце в форме кольца, Милана бы решила, что это все ей приснилось.
Из кареты она вышла, когда уже совсем стемнело. Няня позвала ее к импровизированному столу, накрытому сразу на всех. Запеченное мясо, овощи, немного хлеба и вода – все, что было необходимо для того, чтобы утолить голод. Каждый подходил и брал то, что ему нравилось.
Милана положила на деревянную тарелку немного мяса и овощей и ушла к реке. Ей необходимо было побыть одной и осознать все, что с ней сегодня произошло. Ее жизнь полностью изменилась. Что будет дальше, она не знала, и это ей не нравилось.
Там у воды она села на траву и прислушалась к журчанию ручья. Ночь и крона деревьев скрывали ее от посторонних взглядов. Эта тишина была просто необходима ей после всего пережитого сегодня.
– Можно к тебе присоединиться? – голос Ассандра вывел ее из раздумий.
Милана была рада его видеть. Он тоже умылся и переоделся. В своей белоснежной рубашке и черных штанах он выглядел великолепно. Она не уставала любоваться тем, кто волею судьбы стал ее мужем.
– Да, конечно, – она указала на место рядом с собой, – присаживайся.
Ассандру было приятно видеть ее в таком настроении. Он понимал, что сегодняшний день сильно изменил все ее планы, и ждал со стороны принцессы как минимум упреков. Поэтому сейчас у него с души словно камень упал – она его не гонит, значит, все еще возможно в их жизни. Он улыбнулся Милане, протягивая бутылку вина и два бокала.
– Предлагаю отметить такое замечательное событие.
Милана грустно усмехнулась, наблюдая за тем, как он разливал вино. Да, сегодняшний день стал для нее фактически ее новым днем рождения.
– Я хочу поднять этот бокал за свою молодую жену и ее чудесное спасение. За тебя, Милана.
Звон бокалов, взгляд Ассандра, пьянящий не менее чем терпкое вино на ее губах – казалось, что никого нет в этом мире кроме их двоих. Ассандр отставил бокал и приблизился к Милане еще ближе, не отрывая взгляда от ее губ. Сердце ускорило бег, изнывая от желания. Легкое касание щеки и поцелуй чувственный и нежный. Душа пела, радуясь ее ответным ласкам, а огненная кровь давала о себе знать с новой силой.
– Моя, – шепот Ассандра дурманил, не позволяя думать о чем-либо другом. – Если бы я только мог исправить наше прошлое.
Его руки касались кожи, кровь словно бурлила, а по венам будто скользили огненные змейки. Ассандр, лаская, изучал каждый миллиметр ее кожи, будто видел ее впервые. Когда сердце стучало в груди как сумасшедшее, не хотелось говорить о завтрашнем дне, но это было необходимо.
– Ты готова признать меня перед всеми своим мужем? – Милана только кивнула, и его губы расплылись в довольной улыбке. – У твоего короля договор с Ноланом. Если мы поступим неверно, последствия для обоих королевств могут быть плачевными. Надо все уладить, пока есть такая возможность. Я больше не смогу служить Нолану, мне надо будет обо всем поговорить с ним, пусть он узнает это от меня, а не от кого-то из слуг. Тебе тоже придется с ним обсудить вопросы своего королевства, чтобы обойтись минимальными потерями для обеих сторон.
Милана прекрасно понимала все это. Ведению политических переговоров ее не надо было учить. Требовалось, прежде всего, выяснить, что теряют оба государства, если свадьба с Ноланом не состоится. Если потери слишком велики для всех, то их с Ассандром в покое просто так не оставят. Милана не хотела сейчас говорить ему об этом, но они обязательно обсудят все, когда она выяснит детали заключенного договора.
– Я поговорю с Ноланом. Ты прав – мы должны решить все мирным путем, если это будет возможно, конечно.
– Ты главное не волнуйся, никто тебя не обидит. Мы справимся.
Милана не боялась за свою жизнь. Она – важная фигура в этой шахматной партии, значит, ее не тронут. А вот Ассандр мог стать пешкой, которую уберут, чтобы не мешала сильным мира сего сделать свой шаг и мат. Чтобы выиграть, Милане срочно нужны были союзники, но согласятся ли они играть на ее стороне? Должны согласиться, по крайней мере, она для этого приложит все усилия.