Go to audiobook
«Какой же прекрасный день… Так, главное, снова не думать о конце света. Надо просто выпить чего-нибудь и отвлечься, почитать что-нибудь интересное в интернете…» – думал Дмитрий, присаживаясь за стол и заказывая чай. Мысли о конце света не давали спокойно отдохнуть, вечно преследовали его.
– Так, что же там в интернете. – Романов листал новости в телефоне и тихо говорил сам с собой. – Снова замечены активные действия террористической группировки «Аль-***», весь мир взбудоражен и взволнован. Ничего нового, очередной информационный шум, – заключил Дмитрий и поднес кружку с чаем ко рту, отпив немного. Пока он ставил кружку на стол, случайно уронил ложку, но она не упала на пол, а вместо этого вдруг зависла в воздухе.
Тем временем к ошеломленному Романову кто-то подошел сзади и приставил саблю к его горлу, проговорив при этом:
– Назови мне хоть одну причину, по которой мне не следует тебя убивать, – послышался грубый мужской голос.
Романов сглотнул слюну, испугавшись сначала, но потом опомнился и сказал:
– Кто бы вы ни были, вы не можете этого сделать. – Дмитрий почти успокоился в этот момент, и его слова прозвучали как дерзость перед лицом неминуемой смерти.
– Самоуверенно и нагло, что ж… Ты так в этом уверен? – Неизвестный продолжал говорить так же твердо и грубо.
– Да, на все сто! – уже развязно проговорил Дмитрий, доставая часы и пытаясь понять, почему время остановлено. К тому же и возобновить его ход было нельзя – что-то мешало это сделать.
– Ладно! Допустим, в чем-то ты и прав. – Он сделал паузу, после чего последовал неожиданный вопрос: – Дмитрий Романов, я правильно полагаю?
–Да… – ошеломленно ответил он, ничего не понимая. – А вы кто такой? Мы знакомы? – Романов до сих пор не видел его лица и пытался узнать незнакомца по голосу, но никто не приходил ему на ум.
– Нет, но нам еще предстоит познакомиться! Ты наверняка недоумеваешь, почему я двигаюсь во время остановки времени и почему ты не можешь его возобновить, я прав? Скажу сразу: ты не единственный обладатель волшебных часов, которые ты сейчас держишь в руках и при помощи которых отчаянно пытаешься что-то сделать. – Наконец после этих слов мужчина убрал саблю от горла Романова, сложил ее и вложил в ножны, закрепленные на поясе и скрытые под плащом, после чего Дмитрий встал и повернулся лицом к незнакомцу. Теперь он ясно мог рассмотреть его. Перед ним стоял человек среднего телосложения, по морщинам на его суровом лице можно было с уверенностью сказать, что ему уже за семьдесят, но несмотря на это он выглядел очень свежо, физически был крепок, душою энергичен и активен, взгляд у него был уверенный, твердый. Его квадратное грубоватое лицо было лишено растительности, не считая щетины, ставшей жесткой от десятилетий бритья. Темные волосы незнакомца местами были тронуты сединой. Одет он был достаточно необычно: под темно-красным плащом виднелись белая кофта и темно-коричневые брюки, на ногах – сапоги под цвет брюк, на руках – черные кожаные перчатки. В целом выглядел он старомодно, но ему это было даже к лицу – подчеркивало его суровость. – Парни, пора раскрыть себя, – он сказал это куда-то в сторону, и человек пять встали из-за своих столов и стали разминаться после того, как им пришлось притворяться, что они обычные люди и на них также действует остановка времени. Выглядели они все как-то попроще, но о них позже. – Ладно, хватит попусту тратить время, поговорим в другом месте! Следуй за мной и лучше не сопротивляйся, это не имеет смысла: если не мы, то другие найдут тебя. Выбора у тебя особо нет.
Романов пребывал в полном ступоре от происходящего, оглядывая всех этих людей, у которых были такие же часики, как и у него.
– Стоп, стоп, зачем мне с вами разговаривать и куда-то идти? И кто еще эти другие? У меня сейчас столько вопросов, вы просто не представляете!
– Еще как представляем, – перебил его все тот же мужчина. – Ты даже не догадываешься, что за сила находится у тебя на руках и что на самом деле представляет из себя мир и история человечества. В твоих интересах пойти с нами, мы много еще расскажем тебе, ответим на твои вопросы. – Мужчина развернулся и собрался идти, но повернул голову и добавил: – И да, не буду скрывать о тебя, но тебя можно убить, не так, как других людей, но можно, ты не совсем бессмертен, как думаешь. Следуй за нами.
Все эти люди двинулись вслед за мужчиной, будто он был среди них главным. Романов потупил взгляд и пошел за ними, мысль о возможной смерти теперь его смущала: правда ли, что это возможно?
Они оказались где-то на Петроградской, и место, куда все зашли, поразило Романова. Это была огромная квартира, похожая на бывший спортивный зал, в которой было три помещения. Одно из них – просторная кухня с круглым столом и большим количеством стульев, во втором помещении висела груша, пол был устлан матами, и в ней занимались двое – отрабатывали нападение и защиту во время сражения на саблях или мечах, и, наконец, третья комната была похожа на жилую, в ней стояло несколько диванов и кресло.
– Новенький, не удивляйся при виде такой квартиры, она была сделана из двух больших квартир, не спрашивай, как мы это провернули, – весело проговорил один из спутников Дмитрия.
– Давайте все пройдем на кухню, там и поговорим, – предложил лидер и позвал двоих, занимавшихся в зале. Когда все расселись, он продолжил говорить. – Пора познакомиться, наконец, у тебя много вопросов к нам. Мы все это прекрасно понимаем, все через это проходили. Так вот, меня зовут Джон Смит, остальные представятся сами, а я пока расскажу, что это за место и кто мы такие.
– Джон, что происходит? Почему ты с ним беседуешь? – сердито встрял в разговор один из присутствующих.
– Успокойся, Раф, я уже всем все объяснил, все поняли, а ты, как всегда, по-своему воспринимаешь услышанное.
– Да какая разница, он заварил эту кашу и должен теперь за все ответить! – Раф достал нож и воткнул его в стол.
Романов не очень понимал, о чем это они, хотя кое-какие догадки у него все же были.
– Раф, хватит! Сядь, просто сиди и слушай! Прежде чем делать какие-то выводы и предпринимать что-то, я хочу понять мотивацию этого человека, его взгляды на мир.
– Да-да, конечно… – Раф отвел взгляд в сторону, но потом неожиданно снова заговорил. – Тебе легко рассуждать, да и вам всем, вы никого не потеряли из-за изменения реальности, а я… последнего близкого человека… – Он еще больше озлобился и замолчал.
– Изменение реальности? Вы его тоже ощутили? – Теперь уже заговорил Романов, сам толком не понимая, к кому обращается.
– Да, Дмитрий, ты не один почувствовал, что что-то изменилось. Ты догадываешься, по чьей вине? Извини Рафа за то, что он так встрял в разговор и перешел сразу к делу.
– По моей?
– Да. – Голос Джона не дрогнул.
– А конец света, ядерная война – это тоже я?
– Возможно, тоже… Мы сами не понимаем, почему так произошло. Ты уже услышал, что я хочу знать… нет, не так. Все, мы хотим знать, что тобой двигало и чего ты хотел добиться, изменяя прошлое, ну и понять, что ты за человек. Знаем мы о тебе немного.
– Откуда вы вообще обо мне узнали, как меня нашли? Судя по именам, вы не из России, да и акцент немного чувствуется.
– Вопросы задаем здесь пока что мы, но на этот я отвечу. На тебя нас навел сам Часовщик или для тебя – господин в цилиндре. А теперь прошу твои ответы!
– Даже не знаю, с чего начать. Я просто по большей части искал сам себя, мне стало интересно, что будет, если революция не произойдет и останется Российская империя, думал, что смерть Ленина все изменит, но почему-то это не сработало. Облик мира остался прежним…
– Хм, интересная вещь получается, Джон! Извини, что перебиваю, Дмитрий. Меня зовут Джеймс Тейлор, я – специалист по нашим способностям, занимаюсь изучением линии времени, путешествий в прошлое и будущее. Считай меня своеобразным ученым. Так вот, почему я тебя перебил. Интересно получается: казалось бы, убийство такой исторической личности, как Ленин, должно было повлечь за собой серьезные изменения в истории, но нет, временная линия все вернула на круги своя. – Мужчина замолчал и задумался. Перед Романовым предстала полная противоположность Джону Смиту – Джеймс Тейлор выглядел очень молодо, был таким же энергичным, но по комплекции явно уступал тому же Джону и был примерно как Романов. На вид ему лет тридцать, лицо приятное, на небольшом носу красуются очки, глаза яркого зеленого оттенка, взгляд настоящего интеллектуала, пронизывающий мир вокруг. Одет он был очень современно и модно – в свитшот и джинсы.
– Джеймс, ты закончил? Я знаю твою страсть рассказывать новичкам о наших способностях и твоих исследованиях, но наш разговор сейчас не об этом.
– Погоди, Джон. Смотри: тогда революцию в России поддерживал один из Хранителей, Ленин вряд ли довел бы все до ума и справился без его помощи, как и тот Хранитель без Ленина. Мы все сначала думали, что наши воспоминания и действия в прошлом ложны, что ничего не было, но это не так, революция свершилась, кто-то из наших друзей ведь помнит то же самое, что и мы, ведь так?
– Допустим, к чему ты клонишь? – Джон ответил за всех.
– К тому, что часть событий в истории осталась без изменений! Моя теория о том, что наша жизнь состоит наполовину из событий, которые в любом случае произойдут – обычно мы называем это судьбой, – и событий, которые зависят от нашего выбора, вполне подтверждается не только где-то в отдаленном будущем, но и здесь, в новом прошлом и настоящем. Проще говоря, все это ведет к разрешению вечного вопроса о свободе воли, но об этом в другой раз. – Тейлор весь светился от осознания правильности своей теории.
– Хочешь сказать, что даже часть наших действий в истории предопределена?
– Именно! Вот теперь я все высказал, потом можем вернуться к этой теме.
– Хорошо. – Джон перевел взгляд на Дмитрия. – Романов, теперь вернемся к тебе. Говоришь, что занимался поисками себя? Но почему именно в прошлом? Разве не очевидно, что изменения в прошлом приводят к неопределенностям в настоящем?
– Возможно, стоило подумать об этом, но мною двигала идея – желание изменить мир к лучшему! Хотя, действительно, странное решение проблемы…
– Уже лучше. Хорошо, допустим, что это было во благо, должно было быть во благо. – Джон встал и пошел за кружкой, налил в нее кипяток и закинул чайный пакетик. – Что-то в этом есть, но готов ли ты понести ответственность за последствия своих действий? Может, изменений на первый взгляд и немного, но это только кажется. Раф, теперь можешь выговориться и рассказать, что произошло. – Джон теперь стоял перед столом с кружкой чая и смотрел на Рафа. – Да, кстати, этого злого здоровяка зовут Рафаэль Риччи.
– У меня был отец, которого я сильно любил, он был для меня всем, последним осколком моей разбитой семьи. Жену и ребенка я потерял в страшной аварии, не получив при этом ни царапинки. Я не смог их спасти, но это совсем другая история … Мама умерла давно, оставался только отец, я берег его, как только мог, старался быть с ним рядом в нужную минуту, минута все равно может превратиться в вечность с нашими часами, но это все лирика… К чему это я? А, вот к чему, – он вдохнул поглубже, готовясь сказать самое важное, – к тому, что в этой новой реальности он умер несколько лет назад, а я… даже не попрощался с ним. – Раф тяжело выдохнул и резко схватился за нож, после чего приставил его к горлу Романова. – Ты! Ты! Ты отнял его у меня, ты это понимаешь? Если ты думаешь, что мы можем все, то ты ошибаешься, мы тоже ограничены в действиях и должны это понимать! Мерзавец!
Остальные схватили Рафа за руки, а поскольку по комплекции он был очень здоровым и сильным, держали его сразу четверо.
– Раф, успокойся! – слышалось со всех сторон.
– Нет! Думаешь, что я тебе ничего не смогу сделать? А вот и нет. – Рафаэль провел ножом по плечу Романова – плечо как будто обожгло, но не сильно. После этого он отошел от стола, огляделся по сторонам, убрал нож и ушел в мини-спортзал.
– Какого?.. Почему я почти не чувствую боли? – Романов был ошарашен произошедшим.
– Это нормально, у нас повышенная регенерация и сниженная чувствительность боли, все ради твоего блага. Вот, как минимум, первое последствие твоего бездумного поступка. Второе, пожалуй, это конец света, ядерная война, скорее всего, она тоже по твоей вине произошла. Спрашиваю еще раз: ты готов отвечать за свои поступки сполна? – Джон сел и строго посмотрел на Романова, будто действительно ждал ответа на свой вопрос.
– Что мне ответить? Я до сих пор не могу осознать всего, что здесь происходит. Может, сначала расскажете все-таки, кто вы такие или, вернее, кто мы такие?
– Джон, ты же видишь, что он еще не готов. Пора нам поведать ему нашу предысторию. Меня зовут Хьюго Робер, я из Франции, прошел Вторую мировую войну, но в качестве Хранителя. Ах да, забыл сказать, мы называем себя Хранителями времени, —весело заговорил мужчина, сидевший слева от Джона. От него так и веяло позитивом, он явно был неисправимым оптимистом, во всем старался видеть лишь хорошее. Хьюго происходил из старинного аристократического рода, который пережил и бедность, и революцию, и все, что только можно было. Его дети и сейчас сохраняют этот статус, хотя сам он пустился в странствия по всему миру – ему нравилось изучать чужие культуры. Выглядел он лет на сорок, стройный, светловолосый, кучерявый, глаза цвета неба, весь как истинный французский пижон.
– Постойте, вы себя называете? А обычные люди как вас называют?
– Они не знают о нашем существовании, ты же не знал, и никто не знает. Наша история богата и берет свое начало с далеких времен, с Древней Греции или Рима, а может даже и Египта, мы сами, к сожалению, точно не знаем, потому что история Хранителей передается из уст в уста, как вы, русские, любите говорить. В этой истории есть все: от скрытной помощи прогрессу и людям до развязывания мировых войн. Мы хорошо знаем историю второй половины XIX века и всего XX века, остальное – как байки, которые рассказываем молодым Хранителям. – Хьюго рассказывал с удовольствием – видно, он был своего рода историком в этой странной шайке.
– Погодите, погодите, а можно про революцию поподробнее? Как его… – Романов посмотрел в сторону Джеймса, тот подсказал ему свое имя.
– Да, он говорил про Хранителя, помогавшего развитию революции в Российской империи, ты это имеешь в виду? Незаметное вмешательство в историю?
– Да, именно!
– Неважно, как звали того Хранителя, но он распространял идею революции в Российской империи с начала той самой печальной Японской войны. Мы, Хранители, не просто вмешиваемся в историю, мы распространяем идеи! Миром правят идеи! – Джон так твердо говорил это, что не хотелось ему даже возражать. – Идея, как искра – либо потухнет, либо вспыхнет пламя и разгорится пожар. Для огня нужны дрова, для идеи же нужны умы людей, в которых она и разгорится пожаром. – Джон остановился и выдержал паузу, после чего продолжил говорить. – Тот Хранитель всеми силами, в том числе и финансами, помогал разгораться огню революции, он познакомился с Лениным и помог ему и его сподвижникам основать партию, правда, не смог предотвратить ее раскол, но это теперь уже неважно. Сам он остался в тени, а все его заслуги присвоили другие люди, которые за это и согласились работать. Долго рассказывать все в подробностях, да и не нужно, часть этой истории уже неправда в новой реальности, и мы не знаем, как все было здесь. Я знал его лично, познакомился после Первой мировой войны, но потом он погиб во время Второй мировой. Продолжай, Хьюго.
– Это только небольшая часть того, что мы можем тебе поведать! – Робер довольно улыбнулся. – А теперь перейдем к небольшой темной части истории Хранителей, к истинным причинам Первой мировой войны и Второй мировой. Усаживайся поудобнее, рассказ будет долгим!
Пока в Российской империи разгоралась революция, в Европе происходили важные события. Так, в Германии трое Хранителей объединились, и за короткое время стали крупными капиталистами и влиятельными людьми – мы не знаем, как они это сделали, но что есть, то есть. В какой-то момент им стало скучно, а может, захотелось чего-то нового – кстати, они очень любили Германию и Австрию. Так вот, они решили поиграться с кайзером и другими императорами, вроде Николая II, и один из них встретился с Кайзером и предложил ему развязать войну ради колонизации земель. Хранитель сказал, что поможет ему в войне, повод он сам придумает и все устроит. Единственное, чего он потребовал, чтобы ни в одном документе не было упоминания об этом разговоре, мол, ему не нужна слава. Но власть им троим нужна была, а так всем можно было управлять скрытно, «прикрывшись самим временем». Не надо забывать, что Российская империя вступила в войну по инициативе императора Николая II, которому на ухо нашептал и подал эту «хорошую» идею второй Хранитель из этой тройки. Интересно получается, не правда ли?
Далее еще интереснее: убийство принца Фердинанда было подстроено третьим Хранителем, тот террорист был подставным лицом, не имевшим никакого отношения ко всему происходящему, просто оказался не в то время не в том месте. А после этого события, как ты знаешь, началась Первая мировая война, и развязали ее Хранители.
Тогдашние Хранители не знали про этот заговор, все было проделано в тайне от остальных, поэтому каждый воевал за ту сторону, которую считал лучшей. Например, Джон не был Хранителем на момент начала войны, но во время нее, где-то в середине, им стал.
–Хьюго, это я и сам могу рассказать, ты лучше расскажи то, что произошло потом, —прервал рассказ своим замечанием Джон, после чего Хьюго Робер продолжил.
Так вот, прошла война, Австро-Венгрия проиграла, в Российской империи произошла революция, все перевернулось с ног на голову. Тройка заговорщиков осталась в полном проигрыше, но на этом они останавливаться не собирались. Они стали призывать людей к ним присоединиться, обещая огромную власть в будущем, хотя я не знаю точно, зачем люди, вернее Хранители, к ним присоединялись. Это приведет в будущем к великому расколу Хранителей, потому что ты либо с ними, либо против них.
Тем временем они продолжали заниматься темными делами, спонсировать нужных людей, указывать другим Хранителям, что им делать, давая им что-то вроде своеобразных заданий. И вот они основывают НСДАП, помогают Гитлеру прийти к власти. В нем был заложен невиданный потенциал, он был простым человеком, но умел вести за собой толпы людей, И все это происходит буквально через год после окончания войны. Естественно, имя ни одного из трех Хранителей не попало в историю, все было стерто и спрятано. Само время собой скрыло все.
В последующие двадцать лет эта группа Хранителей вместе со всей Германией накапливает мощь для реванша. В свою группировку они привлекли еще пятнадцать Хранителей, а остальные все равно мало чем могли им навредить, находясь в разрозненном состоянии.
И вот Гитлер начинает захватывать Европу, Хранители буквально возглавляют наступление, захват территорий идет стремительно, пока в войну против Германии и разросшейся тройки не вступают другие Хранители и пока Германия не доходит до СССР. Дальше веселее: Хранители из НСДАП теперь вынуждены сражаться с другими Хранителями и уже не могут защищать армию Гитлера, тем более что они один за другим терпят поражение и погибают. Война в полном разгаре, некоторые Хранители решают пополнить ряды НСДАП и начинают воевать против собственных друзей: вчера друг, сегодня враг. Интересно, не правда ли?
Когда произошел переломный момент в войне, в НСДАП начался процесс распада: будущее многим подсказало, что Германии в любом случае не выиграть войну, все это бессмысленно. Половина Хранителей из НСДАП бросает все это к чертям и уходит полностью с войны, вторая половина продолжает воевать, но уже сомневается в том, что делает, поэтому многие во время сражений, предвидя поражение, просто сдавались и отказывались от своих убеждений, надеясь, что их пощадят.
Как ни странно, но мы, Хранители, почти все не очень охотно убиваем себе подобных: если сражение потеряло смысл, потому что противник бросил оружие, то зачем его убивать? Может, это потому, что поражение для нас хуже смерти? Хороший вопрос!
Но это все лирика, вернемся к окончанию войны. К последним месяцам войны тройке Хранителей остались верны лишь двое, учитывая сколько человек к ним примыкало в общем, это очень и очень мало. И то, в самый ответственный момент, в момент развязки, когда эта тройка могла раздолбать мир в третий и последний раз, эти двое отказались сражаться за них и предали. Это произошло тогда, когда оперативная группа из пяти Хранителей, в которой состояли Джон и я, обнаружила их бункер. Мы вошли без лишних проблем и прижали всех пятерых в круглом помещении радиусом метров пять, наверное, – было где разгуляться. Бой был равный, пять на пять, махаться саблями и мечами умели примерно все одинаково, но эти двое просто перешли на нашу сторону и направили мечи в сторону своих бывших начальников. Тройка еще пыталась дать отпор уже семерым противникам, но, понятное дело, все безуспешно. Славная битва была, однако.
Хьюго усмехнулся, припоминая, как все было. Удивительно, что с того момента прошло больше семидесяти лет, а для него это было как вчера, даже по виду Хьюго не скажешь, что ему около ста лет, а Джону, получается, и того больше, если он прошел Первую мировую войну.
Удивительно, что эта война сначала привела к расколу среди Хранителей, когда трудно было понять, кому можно доверять, а кому нет. А потом, ради достижения общей цели – закончить бессмысленные войны – заставила всех объединиться. Этих троих судили все вместе, собрались абсолютно все Хранители, даже новички, которых быстро ввели в курс дела. Их судили даже бывшие союзники, особенно после того, как один из подсудимых Хранителей, улыбаясь, рассказал в подробностях про Первую мировую войну, про то, что они развязали ее от скуки, после чего рассмеялся, как псих. Он прекрасно понимал, что в живых их не оставят, и понимал это лучше остальных двух. Может, он хотел освободиться от груза лжи и закончить свою жизнь, а может, он просто был реальным психом. Мы тогда казнили их троих все вместе, привязали к столбам, повесили их часы на другие три столба, выбрали трех Хранителей, которые возьмут винтовки в руки и расстреляют их часы. Я не вызвался тогда, как-то не хотелось, чтобы их смерти были на моей совести, все-таки они были людьми и Хранителями, хоть и подонками (Хьюго снова улыбнулся). Эта казнь стала уроком для всех, как делать не надо и что за это будет.
Эти события послужили началом новой эпохи в нашей истории. Спустя пару лет мы все собрались снова, и один из Хранителей, его звали Александр Б., да, он был русским, лучшим из своего рода, перед всеми собравшимися произнес речь. В ней он говорил о том, что нам пора осознать силу своих способностей и научиться самоконтролю, чтобы наши проделки вновь не привели к ужасным войнам, которые уже унесли миллионы жизней, в том числе и Хранителей. На нашей планете и так немало войн, зачем нам их добавлять? После этого он предложил создать коллективный суд и группировки, основываясь на дружбе и общих идеях, объединяющих их участников. Он воодушевил всех своим выступлением, с тех пор его стали называть Лидером, он взял к себе в помощники двух своих лучших друзей, вместе они стали направлять нас…
У этой истории пока нет конца, она продолжается и по сей день. Хотя… кое-что я должен добавить напоследок. Александр долгое время был Лидером, но двадцать лет назад он ушел со своего поста, а один из его друзей был убит, убийцу мы так до сих пор вычислить и наказать не смогли. Он был убит точным попаданием пули в часы, что достаточно трудно сделать, даже из снайперской винтовки. Странной оказалась и сама пуля, так как аналогов ей не было. Вместо Александра на пост Лидера пришел новый Хранитель со своими двумя друзьями. Ну вот теперь урок истории, пожалуй, окончен!
– Спасибо, Хьюго, ты единственный из нас, кто любит это все вспоминать и рассказывать новичкам, – проговорил со всей серьезностью Джон.
Романов был настолько ошеломлен таким новым взглядом на историю, что не заметил, как за столом остались только он, Джон и Хьюго.