Volume 260 pages
2025 year
Сын помещика
About the book
Середина 19 века. Российская империя. Крестьяне пашут в полях, недавно отгремела Крымская война, впереди - отмена крепостного права, и в это время в сына никому неизвестного помещика попал я. Сам того не желая, без видимых причин, зато с ворохом проблем. И первая - как-то надо "вписаться" общество, ведь памяти прошлого владельца тела у меня нет совсем.
Книга сразу затягивает, видно что автор перед написанием вникал в тот период, классная книга, легкий слог, немного юмора, жду с нетерпением продложения!
Главный Герой редкостный инфантил. Ещë ничего нет, но уже деньги горой считает. Не убедительно. Да и повествование, в целом, довольно-таки нудноватое. Хотелось бы более активного сюжета.
Один из лучших циклов. Да только то ,что он написан не в режиме монолога , уже многого стоит. Очень жду продолжение цикла, надеюсь автор ещё долго будет радовать продолжением.
Первый раз читаю книги этого автора.Слог хороший,сюжет нормальный,не перегружен отвлеченными рассуждениями,что стало слишком часто встречаться у авторов.Сейчас куплю вторую книгу серии.
Радует грамматика . И все . Странный герой , написать портрет за два часа красками ... ну такое себе , никакая техника не заменит талант . Платье до колен в 19 веке ... а чего герой хотел получить то в итоге . Мещане и дворяне , князь против не пойми кого .
дарил за поздравления, после чего Леонид Валерьевич перешел к сути своего
здесь. Иначе никакой светской жизни, какую очевидно
– Смотри и учись, коли уж тебе приказали, – махнула рукой Угорская на стул, куда присела девушка. Сама Маргарита взяла тканевый метр и сняла мерки с Пелагеи, попутно наставляя ее. – Прежде чем шить какую-то одежду, нужно точно знать размеры человека. Иначе если даже на полсантиметра ошибешься, носить любое платье будет очень неудобно. Оно может натирать, а потом эти натертости и до заражения
их числа. Еще взбредет им в голову в суд жалобу написать. – Скажи – преставился раб Божий Аким. Службу барыня заказывает по нему. Когда служанка ушла, женщина тяжко вздохнула. – Эх Сереженька мой, Сережа. Ну когда ты уже вернешься?
карандаш на листки со скетчами и двинулся
Reviews, 6 reviews6