Read the book: «Путь Убийцы: Начало Кошмара»

Дисклеймер: Данная книга не создана в целях оскорбить какую-либо личность, страну и прочее, а является лишь художественным произведением, не основанным на реальных событиях, также в книге имеются жестокие и неприятные сцены, слабонервным читать не желательно. Приятного чтения.

Глава 1

Война – самое страшное для людей, природы, планеты. И начинаются они несколькими людьми, а заканчиваются сотню тысячами смертями.

Я Марк Соколов, и если история обо мне когда-нибудь будет услышана, то я надеюсь, что мир поймет, что такое война…

Я обычный парень, оказавшийся на тропе войны, войны, которой никто не хотел. Мне всего 15 лет, конечно же я ничего не стоил и не мог, поэтому и оказался не дома, не на базе, а на каменоломне.

Тут уже не было уюта, бабушкиной еды, маминой заботы и прочих нежностей. Были лишь холод, камни и возгласы тюремщиков.

Одним из них как раз оказался разговорчивым.

– Эй парень, ты выглядишь как не наш.

– А я говорил, что я отсюда?

– Нет, я в смысле ты выглядишь как русский.

Я вонзал кирку в камень и замер.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ничего, просто спросил.

Он продолжил работать как ни в чем не бывало.

Я еще посмотрел на него несколько секунд и тоже продолжил работу.

Но он все не умолкал и уже через 5 минут снова обратился ко мне.

– Русский значит, как попал сюда?

Я решил промолчать.

– Так еще и такой молодой, Тебя как звать то?

Он начинал раздражать меня.

– Меня Аркадий, а тебя?

Я не выдержал.

– Заткнись Аркаша!

В горах послышалось эхо.

Тут же все затихло.

Но тут разнесся возглас надзирателя.

– Что встали?! Работайте!

Тут же остальные вздохнул продолжили работу.

Я же не отставал.

Он снова начал.

– Ты в тюрьме видимо в первые, одно дело иметь всех за врагов, но когда все будут иметь тебя за врага, тебе будет хуже.

– Я здесь ненадолго.

–В каком смысле?

– Я сбегу отсюда.

– Хочешь оказаться на месте этого камня?

Он машинально расколол глыбу камня.

– Уж поверь куда лучше, чем работать на таких существ.

Аркаша заинтересовался вопросом.

– Я знаю, эти люди наняты правительством.

– Как будто я этого не знаю.

– Но, видишь всех этих заключенных? Половина пленных, половина рабов, а другая половина жители.

Теперь я заинтересовался.

– Что ты имеешь ввиду под словом «жители»?

– Я, они, всего лишь жители государства, отказавшиеся идти на войну.

– Они заставляют вас идти на фронт?

– Именно.

Огонь по своим?

– Непослушных просто ссылают сюда?

– Да, и работаем мы тут до истощения, я здесь с начала войны, и не видел чтобы кто-то уходил отсюда живым или раненым, только трупами на ближайшее кладбище, а бывало ими скармливали нас или же просто закапывали в ближайшей земле.

– Почему вы отказались идти?

– Вспомни наши государства ранее, никакой войны, лишь товарищество.

– И кто виноват неизвестно.

– Политика, не народ же поднимал все это.

– Никаких доказательств нет.

– Но, а кто еще?

Я промолчал.

– Ты умный парень, но защищать никого не стоит.

– Ты прав.

Аркаша стал менее разговорчив после этого разговора.

А я стал работать под звуки железа о камень.

Так и происходило до момента, пока нас не отправили по камерам.

Я смотрел в глаза надзирателю пока шел.

Он смотрел грозно, в его глазах не чуялось души, а лишь издевательство над людьми, бескорыстное и трепещущее зло.

На этот раз он был агрессивнее, от чего я вновь получил удар плетью.

Каждый раз когда я получал насильную пытку, я запоминал ее, чтобы в будущем ответить также.

Зайдя в свою камеру меня тут же закрыли.

Я, закрыв глаза, сел на деревянную лавку.

За эти дни заточения я уже успел запомнить молитву, которую читал каждый вечер, моля о том, чтобы карма настала.

Но тут я услышал голос из-за стены.

– Эй парень, это ты?

Неужели возвращение попугая?

– Да.

– Молитву читаешь? Это хорошо, сейчас нужно лишь молиться.

– Сейчас нужно действовать.

– Что ты имеешь ввиду?

– Завтра же мы должны сбежать.

– Ты уверен?

Я достал из стены нож сделанный из камня.

– Вполне.

Конечно, он не был лучше пули или гранаты, но по крайней мере уже не кулак.

– То есть, ты хочешь сбежать не так ли?

– Именно.

– Как ты себе это представляешь?

– Устроить бунт.

– Ты думаешь тебя кто-то послушает.

Я улыбнулся.

– Меня нет, тебя да.

– Ты с ума сошел безумный гений? Нас убьют раньше, чем ты начнешь бунт.

– Умрем с честью.

Он промолчал.

– По-твоему лучше пахать как лошадь, и помогать им победить?

– Ты сражаешься лишь за свою родину.

– Ошибаешься, я сражаюсь за мир.

– Мир нельзя построить только лишь насилием.

– Вспомни чем были достигнуты великие государства, кровью, войнами, завоеваниями.

Он вновь будто задумавшись промолчал.

– Не знаю стоит ли нам судить об этом.

Наконец ответил он, а затем продолжил.

– Хорошо, я знаю как прикрыть им выход из здания, а остальных мы уложим сами.

– Берегите себя парни.

Он вновь промолчал и грустным тоном сказал.

– Не только парни…

Теперь молчанье настигло нас обоих.

– Эти твари держат в рабах еще и женщин?

– Женщин, девушек, девочек, всех кого не лень, правда их используют в других целях нежели нас…

Во мне начала кипеть кровь.

Жажда крови и мести возросла десятикратно.

– Аркаша, я убью надзирателя лично.

– Ты? Ты сам по себе не очень крут, куда уж тебе сражаться с надзирателем?

– Мне плевать умру я или нет, я убью его, за его грехи.

Он постучал по стене.

– Ты герой, если не врешь.

– Если бы врал не разговаривал бы с тобой.

– Я настолько опасен?

Я усмехнулся, что случалось редко.

– Конечно, поэтому и дал тебе должность поднять восстание

Он взаимно усмехнулся.

– Ай да молодчина, тогда давай набираться сил для завтрашнего праздника.

– Давай.

Я лег на жесткую деревянную лавку.

Настолько я привык к ней, что забыл какого спать на кровати или диване.

Она казалась мне божественным даром после дня на каменоломне.

В любом случае, как бы оно не было, спать приходилось в любом случае…

Глава 2

Утро, чудесное утро. Сказал бы я, проснувшись у себя в кровати.

А так я был, как всегда, на том же месте, где ложился вчера, позавчера, на прошлой неделе.

Эта тюрьма постепенно превращалась в ад. Теперь в решетку на стене даже лучик солнца не попадал, а заключенные вопили, орали, стучали по стенам и решеткам, это начинало раздражать и мешало хорошему сну. В прочем, чему я удивляюсь? По идее я должен сейчас радоваться что хотя бы жив, но лучше бы я умер, чем работал на этих нелюдей.

Однако беспокоиться сейчас нужно было о другом.

Надзиратель прошелся возле моей камеры постукивая дубинкой по прутьям.

Я уже привык смотреть им в глаза, надеясь на то, что они хотя бы проявят совесть, но всегда они не реагировали и всегда также пристально смотрели своими бездонными, бесчувственными глазами.

Нас выпустили из камер.

– Привет молодой.

Послышался мне голос Аркаши.

– Привет Аркаша.

– Что ты там вчера сидел точил?

– Узнаешь позже, сейчас не до этого.

– Есть охота не так ли?

– Если бы.

Мы взяли «еду» и сели за столик.

Еда, как всегда, была отвратительна. От одного ее вида начинало тошнить. Но не от того, что я не любил картофельное пюре, а от того, что делалось оно по всей видимости из гнилого картофеля. Либо туда специально добавляли чего-то несъедобного, либо меня здесь просто не любили.

В прочем смотря на взгляды поваров думалось, что и то и другое.

– Тебя звать-то как малец?

– Марк.

– Вроде русский, а имя нет.

–Я про твое боюсь спросить, тараканом был?

Он усмехнулся.

– Не знаю, но таков был выбор родителей.

– Видимо мне повезло что назвали Марком, а не Макаром.

Он усмехнулся.

– Пистолетом был бы.

Почему-то сейчас усмехнулся и я.

– Лучшая команда, таракан Аркаша и пистолет Макар.

– Да.

Он протянул слово, будто задумавшись.

– Знаешь Марк, я же говорил тебе что здесь хоронили людей?

– Да, на что ты намекаешь? На то, что и нас туда похоронят?

– Нет, просто хотел сказать, что тоже хочу убить кое-кого.

Я заинтересовался.

– Кого же?

– Надзирателя и начальника тюрьмы.

Я был весь во внимании.

– С чего вдруг такая гордость и смелость?

Он посмотрел в окно с решетками.

Не знаю куда он точно смотрел, но похоже на небольшой участок с забором.

– Видишь ту ограду?

– Допустим.

– Там похоронена моя жена.

Я замолк.

Он отвел взгляд от окна и молча уткнулся в тарелку.

Я же нашел в себе силы продолжить разговор.

– Как… Это случилось?

– Она была против всех действий, за что каждый день получала наказания.

– И в итоге…

– Да, да-да-да…

Я глянул в окно.

По спине пробежали несколько сотен, а может и тысячи мурашек.

– А ваши дети?

– На войне… Где-то там, сражаются за этих животных…

Я начинал жалеть, что начал эту тему.

– Вам приходят письма?

Он грустно издал смешок.

– Если бы, никто же им не давал с собой бумагу и ручку.

– Но это же получается, что возможно они еще живы.

– Не знаю, ничего не знаю.

С этими словами он отнес поднос.

Я же, не съевши ничего, кроме зачерствелого хлеба направился к остальным.

И вот мы снова работали как рабские кони на этой уже почти пустеющей каменоломне.

– Каков наш план?

– Видишь колуны.

– Допустим.

–Предупреждаешь остальных, и как только надзиратель крикнет о том, чтобы мы работали все рубим цепи.

– План понял.

Пока я продолжал ни в чем невинную работу остальные передавали послание остальным.

И вот когда другой ближайший заключенный передал мне послание мы затихли.

Мы увидели шагающего в нашу сторону надзирателя.

– Ну что вы! Грязные животные! Мало вам работы дали что вы расслабляетесь?

И тут же я услышал звуки расколотых цепей и крики заключенных.

Побежали солдаты, началась настоящая баталия.

– Руби Аркаша.

Он профессионально взял колун и разрубил цепь.

Я последовал его примеру и теперь мы оба были свободны.

Как только я обернулся мой словарный запас резко исчез в никуда.

Куда крови и трупов солдат лежали на твердых камнях, а сокамерники уже палили из разного рода стрелкового оружия.

Вдруг я увидел убегающего надзирателя.

– Аркаша вон он!

Я сразу же рванул к нему.

Аркаша последовал за мной.

И вот я почти уже был рядом с ним, как он закрыл дверь.

– Тварь!

Я посмотрел наверх.

– Помогай нашим, обещаю принести его голову.

Я начал карабкаться по стене.

Благо когда каждый день работаешь с киркой руки бывают не хуже базук.

Однако я был медленнее надзирателя во многом благодаря неоднородности стен.

Однако я не останавливался.

Поднявшись, я увидел, как он бежит к выходу.

Я рванул как можно скорее ему на перерез.

Паркур не мое, однако я догонял его.

И вот когда я спрыгнул с крыши к аркам выхода мне показался знакомый силуэт.

– Смерти захотел щенок?

Он достал пистолет.

Я, метнув в него свой камень, лежащий в кармане, ускользнул в бок.

Он увидев мой отвлекающий маневр стрельнул в противоположную моему флирту сторону.

Я во мгновение ока столкнул его с ног и принялся душить.

Мы сцепились как пара змей.

Он ухватил меня за шею и злобно засмеялся.

Но это был лишь мой план.

Я выхватил из его кобуры нож и вставил в глотку

В этот момент все затихло…

Его руки постепенно ослабли, пока не упали на холодный асфальт.

Я же нервно дыша постепенно встал на ноги.

– Так это был лишь план, сдаться в плен, а затем поднять восстание.

– К середине моего заключения да.

– Вы русские всегда были как крысы, всегда били из потешка.

– Я ничего не скажу плохого про ваш народ, я лишь скажу что ты и тебе подобные мрази, мрази недостойные жизни.

Он засмеялся.

– Будешь теперь убивать каждого солдата?

– Если это придется, буду.

– Ну-ну…

Он положил голову на асфальт и закрыл глаза.

Я лишь вздохнув побежал к главному зданию.

Но когда я добежал, то увидел страшное.

Солдат оказалось куда больше, чем было раньше.

– Они вызвали подкрепление.

Сказал мне прибежавший Аркаша.

– Нам нужно уходить, я убил надзирателя.

– Нужно предупредить остальных, КОД КРАСНЫЙ ПАРНИ!

И тут же мы побежали на выход.

За нами бежали еще пару парней, видимо тех, кто выжил.

– Бегите я закрою ворота!

Мы бежали быстрее.

Аркаша ловким движением прикрыл ворота и начал вешать на них цепь.

Я бежал с остальными в сторону поля.

Тут я услышал выстрел.

Резко остановившись, я увидел раненого Аркашу.

– Аркаша!

– Марк беги!

Он хромая побежал к нам.

Скоро мое поле зрение скрыла высокая трава…

И вот наступила ночь, я думал, что случилось с Аркашей, а парни искали ночлег.

– Парни, нам легче свалить несколько еловых веток в яму и переночевать в ней.

– Идея неплохая, но ям то и нет.

Я смотрел по сторонам, стараясь найти хотя бы маленькую ямку для себя, но без толку.

Были либо свалы, либо обвали, либо ровные глади.

– Я не могу дальше идти, давайте просто устроимся на свале?

– Нас может завалить песком.

– Плевать, не умрем.

Они пожали плечами.

Мы по быстрому сложив несколько палок и веток сделали 3 небольших палатки.

Я как мертвец упал в нее, взявшись руками за голову.

Но руки были в крови.

Мне стало еще хуже, поэтому я решил просто поспать…

Глава 3

Глаза мои открылись на вид еловых веток. Это уже радовало больше, чем каменные стены беса. Вставать не хотелось, однако и не получалось, ноги говорили, что они хотят умирать.

Однако даже эта боль не могла сравниться с счастьем того, что я больше не в трёх стенах с решеткой.

Я всё-таки нашел компромисс со своими ногами и выполз из палатки.

– Парни, встаём.

Но ответа не последовало. Казалось, что мне ответили дятлы и скворцы, но не парни.

Я решил открыть одну из палаток.

В ней ничего не оказалось, даже куска хлеба.

Я последовал к следующей палатке, в которой тоже никого и ничего не оказалось.

Тогда я насторожился.

– Эй парни, шутки у вас идиотские.

Вдруг я почувствовал что-то холодное примкнувшее к моему затылку.

– Нету больше парней.

Я как можно быстрее отбил руку врага и опрокинул его.

Это не оказался кто-либо из парней.

– Ты кто?!

Он ударил мне в лицо.

Я отбежал.

– А ты не прост, паренёк, нужно было убить тебя раньше

Он схватился за кобуру, но сразу же посмотрел на меня.

Я, улыбнувшись достал его же пистолет.

– Не заметил, как я выхватил его?

– Ах ты подонок.

Я, не церемонясь выстрелил в него.

По лесу полетели птицы, а звук разнёсся далеко.

Даже меня чуть оглушило.

Нужно было его расспросить для начала, прежде чем убить.

Однако ничего уже не вернуть.

Я решил пошарить по его карманам. Что, собственно, принесло какие никакие ресурсы, пачку патронов и Штык Нож.

Надеялся я на версию М9, но и такой сойдёт.

Вдруг я услышал звук хрустнувшей ветки. От чего сразу же как волк спрятался в кусты.

Я осматривался и не зря, я увидел группу солдат, ходящих с автоматами Калашникова.

– Столько лет прошло, а его до сих пор используют

Сказал я тихо себе под нос.

Но что-то в них казалось не то, форма их была другая, да и Калашников, может русские?

Я решил проверить это.

Я вылез из укрытия.

– Русские?!

Они сразу же навели на меня прицелы.

Я же, выдохнув продолжил.

– Если русские, дайте знать.

– Кто ты?

– Марк Соколов.

Они подошли ко мне.

Один из них положил мне руку на плечо.

– Как ты тут оказался?

Я же вежливо убрал ее.

– Угадаете или подсказать?

Другой тихо мычал себе под нос.

– Хм… Соколов… Как будто знаю фамилию.

– Пять по истории.

– Помолчи парень, мы помочь хотим.

– Докажите, что поможете.

– Чем же?

– У вас грузовик рядом?

– Да.

–Отвезите меня к президенту.

Они глупо на меня посмотрели.

– Парень, тебе домой надо, а не к президенту.

– Я сказал по-русски, вам на турецком?

Они не воспринимали мои пожелания всерьез.

– Ладно, идите, мне от вас ничего не нужно.

Я развернулся и пошел в глубь леса.

– Парень постой! Куда ты хоть пойдешь?!

– Могилу себе копать!

Они замолчали, а я продолжил путь…

Долго ли коротко ли, но силы мои начали истощать к вечеру, но нужно было идти.

Начиналась осень, а я был одет в одну лишь тюремную робу.

Может поэтому мне и отказались помогать.

И так мне предстояла очень и очень долгая дорога, дорога, поля, огороды, болота.

– Буду как Петр первый или Суворов.

Со смешком сказал я про себя.

Я шел по пустой трассе, вдали виднелись сгоревшие деревья, однако елям и соснам это особо не мешало быть зеленовато-коричневыми.

– Зимой и летом, и в войну, иголочки твои окрашены в зеленеву.

Рявкнул я, стараясь попасть в слог.

–Ну Пушкиным или Есениным я точно не стану.

Пускай я был один на целой трассе, где в меня могли запросто выстрелить, я был рад.

Ну может не на сто процентов рад, но позитив и гордость сохранял.

Настолько, что даже отказался от помощи солдат.

– Пойти что ли опять в плен сдаться?

Однако второго шанса мне бы уже не дали.

Как бы странно это ни было, мысли мои привели меня не к логическому завершению, а к населенному пункту.

– Ни к селу ни к городу.

Однако там можно было бы поискать что-нибудь интересное, а может и переночевать.

Я побежал до таблички.

– Бытошь, хм… До моего города недалеко. Может бабушку с дедушкой навещу заодно, не брать же пенсионеров на войну.

Однако в этом я стал сомневаться.

Дорога была дальняя, однако я все шел.

Дома почти все были заброшены, обуглены, а некоторые все еще тлели

– Что только война сделала с этим прекрасным местом?

Однако встречались дома, которые по всей видимости были заброшены еще до войны.

Тело начало показывать признаки усталости, от чего я решил остановиться в ближайшем доме.

Но тут я увидел странный силуэт на дороге.

Он был невысокого роста, около 167.

Однако он меня заинтересовал.

– Эй вы друг или враг!?

Силуэт молчал, но позже скрылся в одном из домов.

Я поспешил к нему.

Медленно, будто чего-либо ожидая я открыл дверь.

Но никого не оказалось, тогда я решил войти полноценно.

Я оглянулся, но кроме пустой темноты и разваленной мебели не увидел ничего ценного.

Тогда я решил развернуться и уйти, как увидел на дверном проёме силуэт.

Я даже не успел что-либо подумать, как он упал на меня и размахнулся режущим оружием.

Однако моя левая рука остановила его.

– Ай сука!

Мне прорезали руку, от чего по реакции я ударил силуэт в лицо.

Он отскочил назад, пытаясь оклематься.

Я взял первую попавшийся брусок дерева.

– Постой я не хочу тебе навредит.

Но силуэт был против моих слов и сразу же напал.

Я отбил удар клинком, но откуда не возьмись он вынул еще один клинок.

Благо я уклонился, и пускай получив под бок чуть.

– Да успокойся же ты наконец!

Я толкнул его в столб.

Он упал, и я добил его ногой.

Нервно дыша, я осмотрел тело.

Была жуткая темень, от чего не было видно лица под капюшоном.

Я, медленно крадясь подсел к телу чтобы взглянуть на лицо.

Моему шоку не было слов, когда я увидел лицо девушки под тьмой капюшона.

– Черт только не это!

Я начал бить ее по щекам, дабы пробудить в ней хотя бы какие-то чувства.

Я прижался к ее груди в надежде услышать сердцебиение.

– Пульс есть, отлично! Сейчас мы тебе поможем, ты только не волнуйся!

Говорить уже возможно трупу «Не волнуйся» Гениальная мысль Суворова

Мне ничего не пришло в голову, как взять девушку на руки.

Теперь мои ноги держали уже не 61 килограмм, а 106 как минимум.

Я смотрел на ее лицо, мне было ужасно страшно.

Я только сейчас заметил кровь, идущую у нее изо лба.

– Блять ну только не это!

Я забежал в первый попавшийся дом, чтобы найти там хотя бы тряпку.

Положив девушку на кровать, я начал искать тряпки.

Время было ограничено, а тряпок вообще не было

Оставался только один выбор…

Я снял с себя тюремную рубашку и разорвал ее на тряпки.

Я, конечно, не был хирургом или травматологом, но бутылку водки я нашел в подвале, видимо это место еще не все обшарили.

Поэтому, обеззаразив рану, я наложил на нее тряпку.

Еще раз проверив пульс, я был уверен в его присутствии, как собственно, и легкого дыхания.

– Только проснись, прошу.

Я начал искать еще хотя бы что-то и в стене заметил кое-что интересное.

Кому-то не хватило денег на утеплитель и поэтому между проёмом я нашел подушку.

– Пусть не лакшери, но главное, чтобы было мягко.

Я аккуратно подложил подушку под голову девушки сел на рядом стоящий стул и принялся наблюдать.

Я все вникал в ее лицо, оно было очень красивым, но на нем имелись легкие царапины и конечно же следы моего удар.

От этого стало не по себе, поэтому я решил отвлечься и найти припасы.

Однако кроме бутылки водки я не смог найти ничего ценного.

– Вроде где-то дают водку для прогрева организма…

Подумал я. Думаю мои дальнейшие действия ясны.

Я взялся за бутылку и по спине побежали мураши.

Сделав один глоток, я понял, что лучше замёрзну, чем буду согреваться таким способом.

Однако среди развалов мебели я нашел и выход во двор.

Я уже понадеялся на припасы, оружие или хотя бы одежду.

Выйдя во двор, я направился к небольшому то ли складу, то ли гаражу.

– Войдя я увидел старенькую Волгу.

Попробовать открыть багажник без ключей плохая идея. Так что пришлось потерпеть.

Машина была почти новой, так что я решил глянуть под капот.

Однако увидев там пустоту я уже перестал надеяться на лёгкую поездку.

Вдруг я заметил дверцу в небольшое помещение.

– Чертов лабиринт.

Но я был рад увидеть там военную форму годов великой отечественной.

– Зажиточный человек тут жил, либо пенсионер

Я примерял ее.

– Мда, не мой размерчик.

Однако я решил взять ее, так как заметил рядом лежащий пыльный рюкзак.

– Пару рваностей ничего не стоят.

Так что я решил найти нитки с иглой.

Однако в такой темноте искать было уже проблематично, так что лучше варианта, чем пойти обратно я не придумал.

Девушка все также лежала на кровати, а я все-таки решил надеться чуть великоватую форму.

– Ну ладно, не в обтяжку главное.

Сидела она и не плохо, и не хорошо, но была куда лучше, чем оголенная грудь.

Я сидел и смотрел на девушку, но глаза постепенно стали закрываться.

Поэтому спустя около получаса наблюдений я отрубился, словно мертвец…

Глава 4

Я вновь проснулся, но уже сидя.

Ощущение было как будто с похмелья.

Я, конечно, никогда это чувство не испытывал, но неоднозначно видел, как это чувствуют другие.

Я, подняв голову вновь увидел девушку.

– Хватит спать, вставай.

Я покачал ее по плечу.

Но реакции не преследовало.

Я уже терял надежду, как увидел, как слегка вздрогнул ее указательный палец.

Может её нужно разбудить? Но как?

Ответ на этот вопрос не находился, но выйдя на улицу я увидел лужу, которая за ночь уже заледенела.

– А это плюс.

Я подошёл и отломил кусочек льда из лужи.

– Надеюсь поможет.

Я пошел обратно в дом и мне приставили ствол ко лбу.

– Кто ты? И зачем сюда пришел?

– Я искал помощь.

–Иди в церковь.

Казалось будто он мне не друг.

– Отпусти ствол и я уйду.

– А потом ты придёшь с армией солдат и решите, что властны в этом поселении?

– Я не враг.

– Замолкни.

Он хотел нажать на курок, но я выбил его руку и вмазал в его наглую рожу.

– Здесь все убийцы что ли?

– Даже если так, что это меняет?

– То, что тебе нет смысла убивать своих.

– Для меня не осталось своих.

– Почему же ты так думаешь?

– Замолкни уже и умри.

Он побежал на меня, и я выставил ногу, от чего он притормозил.

– Да черт тебя возьми! Я не собираюсь тебя убивать!

– Зато я собираюсь!

Он меня под конец вывел.

Я отбил его атаку и стал избивать до степени того, чтобы он упал.

Вдруг нас начала разъединять та самая девушка.

– Уймитесь два придурка!

Я отошел, однако неостановимая злость была до сих пор.

Мой оскал сверкал в его глазах, а дыхание было как у буйвола.

Он был не хуже, кулаки его были сжаты до такой степени, что казалось кости сейчас переломятся, а сухожилия взбрызнут кровавыми пятнами.

– Наташи уйди, я убью его.

– Уймись убийца хренов.

– Он даже умудрился оскорбить честь Великого Советского Союза!

– Как?!

– Ты не достоин носить эту форму!

– Зато достоин сломать тебе нос.

– Уймитесь я сказала, иначе обоим носы сломаю.

Я посмотрел на нее недобрым взглядом.

Парень до сих пор смотрел на меня.

– Успокойтесь и объясните уже наконец, что тут происходит? И почему я здесь?

– Я принес тебя сюда в надежде исцелить рану.

Парень молча смотрел на меня, казалось, что он даже не дышал.

– Какую рану?

Я снял повязку с ее лба и протянул ей.

Она молча посмотрела на нее.

– Спасибо, как тебя звать?

– Марк.

– Очень приятно Марк, я Наташа, какими судьбами здесь?

– Тебе кратко или развернуто?

– Чтобы было понятно.

– Я здесь в надежде найти дом.

– У тебя нету дома?

– Есть, но до него еще нужно дойти.

– Как ты тут оказался?

– Меня отправили на фронт, где и заключили в тюрьме, там я сбежал с сокамерником Аркашей и несколькими другими парнями.

Тут парень резко включился.

– Да он пиздабол!

– Да ты замолкнешь или нет?!

Он с оскалом закрыл рот, не уж то мальчик подкаблучник?

– Тебе указать путь?

– Не нужно я сам.

Я принялся уходить.

– Постой.

Сказала мне в конец девушка.

– М?

– У тебя хотя бы оружие есть?

Я вспомнил про штык нож.

– Вполне.

– Мы все-таки проводим тебя, не так ли Дань?

Так его Даня зовут? Не под характер, конечно, но и мне имя не подходило особо.

– Тебя одну не оставлю.

Отношения? Это всегда интересно.

Я пошел на выход.

– Может уйти побыстрее? Не думаю, что они будут против.

– Будем.

Наташа вышла с улыбкой.

– Ну зачем, я что ребенок?

Она стала серьезнее.

– Сейчас взрослые гибнут, а ты про детей вспомнил.

Я тяжко вздохнул и мы пошли.

– Зачем ты пошел на войну? Вроде же не отправляют прям так насильно

Я стал серьезнее.

– Отец и мать были мною недовольны, всегда говорили, что я хуже остальных, вот я и решил доказать свою правоту уйдя на фронт.

Было нелегко говорить правду.

– Ты геройски поступил, но безрассудно.

– Мне было уже плевать на правоту, я лишь поставил себе долг.

– Как тебя пустили?

– Я сам пошел, не спрашивая ни у кого разрешения и нигде не подписывая контракт.

– Обычно по контракту за деньги идут.

– А мне не нужны были деньги, мне нужна была правота и еще лучше медаль, чтобы доказать, что я стою что-то.

– Ты бы мог начать лучше учиться или еще что-нибудь.

– Вы не понимаете, для меня учеба давалась не больше чем на 4, а во время военных действий я нашел свой выбор.

– Но тебя все равно взяли в заложники.

– Но я выбрался.

– Что есть, то есть.

– А вы почему здесь?

Вдруг к нашему разговору присоединился Даниил.

– Это, – наша родина.

– Почему не уехали в Москву? Там говорят безопаснее.

– Я поклялся защищать этот поселок, а Наташа осталась со мной, не хотя бросать меня.

– Вы пара?

Этот вопрос сам выдался из уст.

Парень промолчал, но позже ответил.

– Тебя точно контузило, мы родные брат и сестра.

– Я как будто должен знать по запаху кто чей родственник.

– До войны тут каждый знал, что у кого в холодильнике.

– А сейчас?

– Кто спасся, уехав как ты говоришь в Москву, а то и за границу, кто остался.

– Где сейчас те, кто остался?

–Кто умер, кого расстреляли, кого разбомбили, кто еще жив.

– Я так понимаю пенсионеры.

– Да, не много их осталось, так что мы их оберегаем взамен на еду.

– Грубовато звучит, но справедливо.

– До грубости дела никому нет, это война, тебя тут за ушком никто гладить не будет.

– Но и на войне должно быть товарищество.

– Возможно, вот ты и стал примером для Наташи.

Она дала ему подзатыльник.

– Я те дам стал примером.

– Ау, ну ладно тебе успокойся.

– Я спокойна пока-что.

И вот мы проходили возле постамента.

– Столько этот поселок жил, и так быстро умер.

– Он будет жить еще долго, раз Отечественную пережил.

– Также могу сказать про цвет, один засох, посадил другой и сказал: «Ну это же тоже цвет».

– Не думаю, что он превратится во что-то другое в будущем.

Мы дошли до выезда.

Наташа вздохнула.

– Я помню сколько туда машин ехало.

Даня продолжил ее слова.

– И не факт, что все выехали.

– Ты уверен, что тебе стоит туда идти?

– У меня нет другого выбора.

– Выбор есть всегда.

– И каков же мой альтернативный выбор?

Тут Даниил столкнул нас с ног с криком.

– Залп!

Вдали послышались ракетные взрывы.

– Нам нужно уносить ноги!

– Спасибо за совет Макар!

– Я Марк!

– Плевать!

Ну замечательно!

Мы бежали в сторону выезда.

– Мне жаль всех, кто остался…

– Наташа! не до этого! Сейчас нам нужно думать о своей жизни!

– Знаешь, Данон! Я с тобой сейчас как никогда согласен!

– Я Даниил!

– Плевать!

Я с сарказмом крикнул ему последние слова.

И так мы бежали пока не отбежали на довольно большое расстояние.

– И что теперь?

– Разобьем лагерь?

– Идеально, посреди леса, без материалов, без еды и с кучей врагов позади!

– Слушай, я уже разбивал лагерь и знаю, что нас в любом случае не заметят, если не срукожопить.

– Даня, это наш единственный вариант.

– Хорошо, но как быть с пропитанием?

– Будем грабить лагеря.

– Отлично, воровать.

– Ты говорил, что на войне все способы хороши.

– Вообще нет, но так оно и есть.

– Поэтому без лишних вопросов ищите яму.

– Хорониться будем?

– Тебя в первую очередь.

Мы разошлись не далеко друг от друга и начали искать материалы.

Вдруг я услышал голос Наташи.

– Я нашла!

Мы побежали к ней.

– Отлично, ищем бревна и ветки.

– Ты хочешь сделать землянку?

– А что ты предложишь?

– Ничего, знаешь я был не прав, когда сказал, что ты недостоин этой формы.

– Спасибо, но комплименты на потом.

– Да, единственное, тебе не по размеру.

– Спасибо, а я и не знал.

Мы еще полчаса блуждали по лесу и таким образом сделали небольшую, но скрытную землянку.

– Криво, но на первую ночь сойдет.

– Согласна

Мы залезли вниз и начали готовить места сна.

– Я, конечно, не доверял бы спать с тобой, но…

– Выбора нет.

– Да.

– Всё, мальчики, давайте спать.

– Давай

Он обнял ее и положил на себя.

Она через несколько секунд уже спала.

– Любишь ее?

– Еще как, она единственное что осталось у меня.

– А родители?

– Уехали.

– Почему вы не хотите к ним?

– Теперь выбора нет, села нет, нет смысла там оставаться.

– Справедливо…

Я повернулся к стене и решил попробовать уснуть.

Не с первого раза но у меня получилось впасть уже не сладкий сон как было раньше, а в очередной кошмар…

Глава 5

И вновь утро, и сегодняшнее утро выдалось необычным хотя бы потому, что мой желудок отказывался что либо делать не поевши.

Я открыл глаза и посмотрел на своих новых товарищей.

– Спят, ну е мое.

Я еле смог подняться и вылезти из нашей берлоги, чтобы найти хотя бы белку.

Я блуждал по лесу уже достаточно многое время и ничего не смог найти.

Однако вдалеке показалась чья-то рыжая голова.

Лиса, подумал я, и не соврал.

Мы долго перекидывались взглядами, я смотрел с аппетитом на нее.

– Ладно, живи сестричка, я ягод пойду найду.

Я поблуждал дальше хромой походкой.

– Интересно если есть лисы, то есть и зайцы с волками? А если волки, то и медведи?

Этот вопрос ввел меня в ступор.

– Ну не настолько я еще голодный чтобы медведя есть.

Поэтому вариант оставался только один, ягоды и грибы.

Сезон был не особо грибной, но на счет ягод я не сомневался.

И по всей видимости зря.

Однако блуждание по как будто бесконечному лесу должно было подойти к одному из логических завершений.

И их было два, либо я умер с голоду, либо нашел волчью ягоду и сам бы откинулся.

Ну на крайний случай был третий вариант найти бруснику или хотя бы клюкву с земляникой.

Однако встречались только волчьи ягоды максимум.

Становилось хуже, я начинал уже ходить взад и вперед как вдруг мне на голову что-то упала.

– Эврика!

Сказал я и посмотрел вниз.

Это оказался орешек.

– Белки будут жить, по крайней мере умрут не от моих рук.

Я поснимал немного орехов с поел их жадно.

Однако этим наесться было трудно.

Я пошел в глубь леса.

– Что-то я, по-моему, далековато зашёл.

Как говорится, если долго мучаться, то что-нибудь получится.

Поэтому, пройдя чуть дальше я нашел рябину, она была мне на вес золота.

Я поснимал ее и часть аккуратно сложил в рюкзак, а меньшую часть съел.

Силы пополнились, но нужно было искать воду.

Было как всегда два варианта, либо умирать от жажды, либо искать родник.

Ни один ни другой вариант не был действенным, так что я решил возвращаться.

По пути я снова заметил солдата.

Они были куда более вооружены, так что я забежал за куст.

– Чертовы солдаты, уже даже по этим лесам ходят.

Я понимал, что их уже будет не так просто одолеть.

Шли они в моем направлении, от чего становилось страшно, однако план был.

Я засел в ожидании жертвы и снова увидел лисью мордочку.

Мы смотрели друг на друга.

–Держись подруга, ваш лес будет чист от этих ошибок природы.

Сказал я себе под нос.

Как только один из солдат подошёл в близь ко мне я всадил ему нож в глотку и держал его как живой щит.

Второй начал палить по как ему казалось мне, однако всадив пол обоймы и загнавшись в ступор он остановился.

Тогда я и оформил второй клинок в шею.

Я решил по-быстрому ограбить их.

Взяв несколько орудий маркировки, которой я определить не смог, я взял несколько обойм и открыл походную сумку.

В ней лежал паек.

– Посмотрим, чего эти враги едят уже в лагере.

Я побежал до лагеря.

Как только я прибежал Наташа подбежала ко мне.

– Идиот ты где был?! Мы как услышали выстрелы и не увидели тебя подумали тебя уже там расстреляли!

– И хочу сказать у них это почти получилось.

Она положила руку на мою щеку и грозно посмотрела на меня.

– Что? Откуда кровь?

– Вражеские солдаты, были ликвидированы.

– Наташ, успокойся, если бы даже его убили ничего бы не изменилось, только лишний рот бы исчез.

– Ваш «Лишний рот» вам еды принес так-то.

Он был заинтересован.

– Ну показывай.

Я снял сумку и протянул ему.

Он было хотел ее взять как я прижал ее к себе.

– Тебе не дам.

Я вновь протянул ее, но на этот раз Наташе.

– Больно надо.

Она открыла ее и улыбнулась.

– Ты молодец, но все равно, предупреждай когда будешь уходить хорошо? Я уже тебя искать пошла.

– Не хвали, а то обнаглею.

Я улыбнулся после этой фразы.

Наташа мило усмехнулась.

Ее смех, это самое прекрасное что я слышал за последнее время, от чего даже стало немного грустно.

– Ты чего загрустил?

– Что? Да нет, думаю просто как там отец, мать.

– Уверена они тобой гордятся.

– Гордятся убийцей?

Она немного помолчала, но все же ответила.

– Ты не убийца, такова наша судьба.

Тут Даниил возразил.

– Моя судьба защищать тебя, но никак не убивать солдат, как у него.

– Дань.

Он не умолкал.

– Мой знакомый недавно радиоволну настраивал, слышал как произошел бунт в тюрьме, убийства, кровь, надзирателя жестоко убили, все были в оранжевой форме, а какого же цвета была тряпка которой ты перевязывал голову Наташи? Ой, какое совпадение.

– Замолчи.

– Ты убийца, убивать ради защиты отечества это гордое дело, но убивать ради славы не даст тебе гордости!

– Замолкни я сказал.

У меня начался проявляться оскал.

– Даня! Я сказала хватит!

– Замолчи Наташа! Я не допущу чтобы этот убийца был рядом с тобой.

– Ты думаешь она мне нужна? Если бы мне нужно было я бы давно прирезал ее ночью.

– Только попробуй.

Она ударила нам обоим в челюсть.

– Ай блять!

Вырвалось у нас обоих одновременно.

– Если будете оба так ссорится, то не надейтесь, что получите меня оба.

– Ладно, но нам нужно двигаться дальше.

– Соглашусь.

Даниил просто промолчал.

Мы двинулись дальше.

– Ты дорогу хоть знаешь?

– Не особо, я здесь редко бывал.

– Благо хоть мы помним.

– Это хорошо.

Она не стала что-либо отвечать дальше.

Ко мне подошёл Даниил и шли мы уже чуть ли не плечо к плечу.

– Про тот случай в тюрьме.

– Я убил его намеренно, ибо он не заслуживал жизни.

– Почему ты решил, что можешь судить кто имеет право на жизнь, а кто-то нет?

– Потому что он избивал женщин, меня, он приказывал солдатам убивать заключённых и заставлял работать нас на каменоломне.

– Всегда найдется рыбка побольше, от чего я думаю, что ему тоже кто-то приказывал.

– Может и так, но делал он это со зловещими ужасами.

– Настолько прям?

– Слышал поговорку, Глаза – зеркало души?

– Ну.

– В его глазах не было отражения на малейшую долю души или хотя бы сожаления.

– Хочешь сказать он делал это все с особым энтузиазмом?

– Именно.

Мы шли и разговаривали о всяком, шутили и рассказывали истории из жизни, день тянулся и логическим его заключением стал вечер.

– Нам нужно вновь разбить лагерь.

– Тут материалов будет меньше.

Я посмотрел вперёд и увидел большое поле.

– В-а-ау, а может просто переночуем на траве?

– Без башенная Идея.

– Зато проста в исполнении.

– Но и не действенная.

– Дань, я не думаю, что есть действительно варианта лучше.

Я смотрел вдаль.

– Ты чего Марк?

– Там упало дерево.

Сказал я, не опуская взгляда от леса.

– Ложимся!

Мы легли в траву и принялись выжидать.

– Это же…

– Танк.

Я с первых секунд начинал понимать, но сейчас, я в этом убедился.

– Бежать некуда.

– Идти напролом безрассудно.

– Я вижу что там не только танк, а еще и пару десятков солдат.

– Мы должны бежать.

Они, медленно пригнувшись пошли в сторону чащи леса для обхода

– Ну уж нет я отступать на этот раз не собираюсь.

Я, также пригнувшись побежал в сторону нападения.

Пока я бежал продумал план нападения.

Достав огнестрел я осуществил первый выстрел и кинув ветку рябины побежал на другую позицию.

Таким образом я удерживал врагов на позиции некоторое время, а затем расстреливал поочередно.

Остался танк.

Он ехал в сторону дороги, так что думать нужно было срочно.

Я вспомнил про паек в сумке.

Безжалостно разорвав его, я достал спички и сухое горючее.

– Ну держитесь.

Я, не став скрываться я побежал за ним.

Я запрыгнул на него и начал стучать по башне.

– Ну что черти! Решите выйти или умереть самим?!

Они начали стрелять из пулеметов.

– Значит так да.

Я ударил им в пулемет, от чего переломал им ствол.

Они приоткрыли люк, дабы убедится, где я.

Я затих.

Люк начинал слегка приподниматься, а я зажёг сухое горючее.

– Горите в аду.

Кинув горючее внутрь, я прихлопнул люк прижав одному из солдат экипажа руки.

Пока он кричал от боли я подкидывал сена.

Кинув еще одну таблетку сухого горючего, я наблюдал за дымком взвывающем вверх.

Экипаж пытался выбраться, но я был против, однако я не был столь жесток.

– Что ж, хотите выбраться, скажите, где ваш генерал.

– В лагере! Черт возьми в лагере!

Кричали они.

– Вот так бы сразу.

Я открыл им люк.

Они сразу же начали выбираться.

Салон танка уже хорошо горел, от чего они тушили свои мундиры.

– Кто ты?!

– Ваш спаситель.

– Ты чуть не сжег нас идиот!

Он достал пистолет.

Я стал серьёзен.

– А нет, ваша смерть.

Стрельнув одному в голову, я вывернул руку второму и стал держать.

– Пойдешь по стопам собрата?

Мой голос становился жёстче.

– Нет, нет!

– Значит, умрешь своей смертью.

Я окунул его головой в огонь и принялся держать.

Его жалобный крик длился еще долго, до той поры пока я не услышал голос Даниила.

– Идиот ты что творишь?!

Я не реагировал и дальше слушал крики уже сгорающего солдата.

Когда крики стихли, я захлопнул люк, от чего обгоревшая голова отделилась от тела.

Я спрыгнул с танка и направился дальше.

– Вперед.

– Ты с ума сошел Марк?! Мы должны были бежать!

– Это вы должны были бежать, в моих принципах убивать всех и каждого кто встанет на моем пути.

– И куда ты сейчас?

– Искать генерала этой несчастной армии.

– Ты не сможешь справиться в одиночку.

– Значит, умру героем.

– Мы не должны рисковать, силы не равны.

Я резко обернулся к ней.

– Если вы боитесь идти, то я пойду один.

И вновь пошел в свою сторону.

Они смотрели на уходящего меня еще долго, до тех пор, пока я не скрылся в чаще сосен и елей.

– Не верят в меня, и не нужно.

Я услышал неподалеку разговоры, а подойдя чуть ближе и треск огня.

Выглянув из-за куста, я заметил того самого генерала, лагерь его был богат.

Но нельзя вот так вот выйти и убить его, и застрелить его будет тоже громко, боюсь не удрать.

Я вновь увидел лису.

– Она что следит за мной?

Сказал себе тихо я.

Она даже не подергивала носом или ушками, смотрела пристально на меня.

Я выглянул из-за куста и увидел на этот раз всего двоих солдат.

– Черт как я мог его упустить?!

С яростью я сказал себе под нос.

Я взял камень, который лежал неподалеку и кинул неподалеку от себя.

– Ты слышал это?

– Что?

– Какой-то странный звук.

– Птица или еще что-нибудь.

Да они издеваются.

Я издал звук, которого сам не понял.

– Нет ну это точно не птица!

– Так пойди посмотри если тебе лень!

– Ладно, но будь начеку.

– Как скажешь шизофреник.

Он начал медленно подбираться, а мое сердце стучало сильнее с каждым разом.

Я начинал медленно обходить его.

Я достал нож и закрыв рот второму солдату вонзал ему нож под бок.

– Видно и вправду птица.

Я быстро отпустил труп второго солдата и забежал за дерево.

– Олег ты уснул?

И вот моя жертва вышла из-за дерева.

– Оле…!

Я словно пуля выбежал из своего укрытия и столкнул с ног своего противника.

– Где ваш Генерал?!

– Ты кто?!

Он оттолкнул меня.

А он не из слабых.

– Лучше ответь.

– Ты убить меня пришел?

– Догадливый.

– Олег!

Я злобно улыбнулся.

– Мертв Олег, а за ним и ты.

Я набросился, но он успел поставить блок.

– Зря.

Пользуясь моментом, я вытащил нож из кармана и вонзал ему в живот.

Толкнув его в дерево, я прижал его к стволу.

– Отвечай, где ваш Генерал?

– Он уехал! Уехал!

– Куда?!

– Не знаю! Он доставил нас, сюда не предупреждая куда дальше уедет!

– Я тебя понял.

Я вытащил свой нож и вонзал ему в шею, чем и прибил его к дереву.

Крик его раздался по всему лесу, как жаль, что недолго.

Вынув нож, я стал шарить по палаткам, что принесло мне еще 2 пайка и еще несколько пачек патронов.

Но тут я услышал чьи-то шаги.

Они остановились в районе трупов.

Я выскочил из палатки и нацелился на головы, как мне казалось противников.

Но это оказались мои знакомые.

– А, это вы.

– Марк опусти оружие.

– Да пожалуйста.

Я опустил ствол.

Ко мне подбежала Наташа.

– Ты в порядке? Не ранен?

Я взял ее руку и убрал от себя.

– Был бы ранен это что-то изменило бы?

– Что с тобой случилось?

– Что?

– Ты стал агрессивнее.

– Почему же ты так думаешь?

– У тебя что-то случилось.

–Ничего.

Вдруг мне резко ударили в челюсть.

Пока я падал я успел увидеть брызги своей крови и ощутить удар земли о голову.

…

Глава 6

Палатка… Почему я в палатке?

Однако вопрос был в другом, почему я что-то чувствую? Что-то слышу.

И вот когда очи мои открылись я увидел Наташу.

Однако, она говорила с кем-то, и по голосу это был Даня.

– И не понимаю я, че ты с ним возишься?

– Лучше бы помог, сам ударил, а мне лечи.

– Он грубил тебе.

– А тебе я значит должна это прощать да?

Значит он меня ударил, не слабо так хочется сказать ударил.

Я начал медленно вставать.

– Что было черт возьми? -Ты потерял сознание.

Я снял повязку с головы.

– Зачем ты со мной сидела?

Вдруг Даниил присоединился к нам-Я о том же.

– Не хотела, чтобы ты умирал.

– Все равно оклемался бы, только не на твоих ногах.

– Зато сейчас ты согрелся.

Она улыбнулась.

– Да что он об этом понимает.

Возразил Даниил.

– Хватит Даня, он наш товарищ и мы не должны его бросать.

Мне было не по себе от того, что заставил ее возиться со мной.

– Я ценю твою заботу Наташ.

– Я тоже ценю твою помощь.

Точно, помощь.

Я достал из рюкзака паек.

– Берите, ешьте.

– А ты?

Я ягод поем.

– Вегетарианцем решил стать?

– Нет, просто есть перехотелось.

Она грустно посмотрела на меня, а я принялся есть ягоды.

Даниил подсел к нам, и они принялись за еду.

Я же решился заняться полезными делами и вопросами, волнующими меня.

Из головы не уходил Генерал, я хотел его убить, доказав, что я могу сделать многое в этой войне, но никак не мог нарваться на его след.

Вдруг меня перебили.

– Будешь с нами в слова?

Как бы это странно не звучало, это сказал Даниил.

Я повернулся к нему.

– А? Нет, не хочется.

– Ты бледно выглядишь.

– Мучают мысли об отце, матери, Генерале и об остальном.

– Отец тобой гордился-бы увидев тебя.

– Не думаю.

– А я бы гордилась.

Мило сказала Наташа.

– Он не верил меня что до ухода на войну, что после.

– А мать?

Я промолчал и опустив голову ответил.

– Не знала.

– Ты не сказал ей?

– Нет, не хотел, чтобы она волновалась.

– Иногда нужно согрешить, чтобы не согрешить дважды.

– Верно, верно…

Наташа взяла меня за руку.

– Мы будем всегда рядом, обещаю.

Мы смотрели друг другу в глаза.

– Обещаю.

Сказал Даня, сделав то же самое.

Меня это тронуло.

– Спасибо вам.

– Можешь идти?

– Вполне.

– Может пойдем? До Брянска осталось немного.

– Надеюсь.

Мы вышли из палатки и меня немного закачало.

– Все хорошо, точно?

– Точно, вперед.

Мы пошли в утренний восход солнца вперед по трассе.

Я смотрел на тлеющий танк и вспоминал вчерашний вечер.

Мои напарники шли впереди меня, болтая о разном.

Я чувствовал себя третьей дверкой в Майнкрафте, однако это давало и плюс подумать о своих планах.

– Не мог он удрать так быстро, по любому где-то недалеко от нас засел.

Мы проходили через разрушенные войной и пламенем здания.

– Как в фильмах про зомби или хоррор.

Мне становилось нехорошо, голова гудела и меня шатало как змею из стороны в сторону.

Наташа, заметив это взяла меня под плечо.

– Нам нельзя идти дальше, ему хуже.

– Нормально, не умру от пары лишних метров.

– Ну смотри, мы доверимся тебе.

– Спасибо.

Мы шли так еще пару минут, как вдруг Даниил поинтересовался.

– Куда мы должны вообще идти?

Я же ответил не смотря на дорогу.

– Мы идем на верном пути.

Он посмотрел на название улицы.

– Надеюсь.

И вот я уже вижу свою родную квартиру, родной двор, родное окно.

– Дальше я сам.

– Куда?

Я указал на квартиру.

– Сможешь подняться?

– А то.

Я вытер кровь с губы и пошел.

Позвонив в домофон, я принялся ждать.

Ответ последовал не сразу, но и не долго.

– Кто?

– Я.

И настало молчание, которое прервалось открытой дверью.

Я посмотрел на товарищей которые пожелали мне удачи и вошёл в подъезд.

Я, идя по ступеням слышал холодное эхо.

Подойдя к двери дома и не успев даже постучаться мне открыли.

На пороге стоял отец…

– Ты, лучше бы и не возвращался.

– Я хотел доказать, что стою чего-то.

– Надев солдатскую робу и уйдя без спроса на войну?

– Мне не нужно твое разрешение, чтобы совершить выбор.

– Ты еще ребенок и твой выбор зависит от меня.

– Поэтому я и не спросил можно или нет.

Вдруг из коридора вышла мать.

– Марк…

– Не говори ничего.

Мой отец все никак не спускал с меня взгляда, как и я с него.

Но я решил вновь посмотрел на маму и мои глаза наполнились ужасом.

У нее в руках был младенец.

В глазах запылал огонь.

– Ах вот как вы меня любите.

Сказал я, посмотрев в бездушные глаза отца.

– Да, как и ты нас.

– Я ради вас пошел на войну, чтобы доказать, что я чего-то стою! Кто, по-твоему, говорил мне что я ни на что не способен?!

– И ты выбрал путь убийцы, чем доказать это помощью?!

– А кто, по-твоему, подрабатывал чтобы закрыть долги на вашу чёртову машину?!

– А кто тебя просил?!

Мамины глаза наполнялись слезами.

– Прекратите…

– Замолчи! Раз вы не верите в меня, то я докажу вам это.

Отец стал грознее грома и грозы.

– Уходи и не возвращайся.

Я пылающим взглядом смотрел в его глаза.

– И не посмею.

Последним моим действием был хлопок входной двери.

Я грозно спускался по каменным ступеням, слушая плачь ребенка позади.

– Я докажу им, докажу свою правоту.

Выйдя во двор, Наташа и Даниил уже ждали меня.

– Ну как?

Спросила волнительно Наташа.

Я уже было хотел ответить недовольным, зверским тоном, но понял, что не она вовсе виновата в моем семейном конфликте.

Я вновь в последний раз взглянул в свое окно.

– Это больше не мой дом.

Наташа взяла меня за руку.

– Обещаю, все наладится.

– Ты не поняла, для меня теперь не существует ни того дома, ни людей проживающих в нем.

– Я так понимаю встреча прошла неудачной?

Поинтересовался вновь Даниил.

– Правильно понял.

Он посмотрел на окно, куда недавно посмотрел я.

– Что ж, видимо мы теперь втроем одна семья.

– Да, только я приемный и в прямом, и в переносном смысле.

– А чем приемные не люди?

– Люди, но не заслуживающие к ним такого отношения, как относятся к ним семьи.

– Ты новостей пересмотрел, не все же семьи избивают и насильственно убивают детей.

А ведь и вправду, может то, что мы думаем о нашей стране это результат действий новостей?

Я редко слышал, чтобы там говорилось хорошее, убийства, насилие, контрабанда, в этом кроется вся проблема?

Однако, сейчас даже плохих новостей по телевизору не посмотришь, хоть и много квартир остались нетронуты.

Зато тем, кто жил на окраине в частных домах повезло меньше.

– Пожалуй соглашусь с тобой.

Она улыбнулась.

Тут Даниил задал скользкий вопрос.

– Голуби вы вокзальные, разговоры, это хорошо конечно, но где мы ночевать будем?

Я, как и Наташа замолк, однако она была смышленей меня.

– Только обгоревшие квартиры или магазины.

– Я считаю лучше магазин.

Найдя в себе думу, сказал я.

– Небезопасно, риск быть убитым если придут рейдеры.

– Рейдеры?

Поинтересовался я, дабы понять, что они еще скрывают от меня.

– Мародеры, опустошают запасы магазинов и поэтому, что они, что простые жители грабят магазины, дабы выжить.

– Откуда вы про это знаете?

– Сами были в такой ситуации.

Я замолчал.

Грабежи, эта война становилась безумием.

– Мы были вынуждены, дабы дать жизнь старейшинам, дать жизнь себе

Сказала Наташа, чтобы не вызывать о себе плохого мнения.

– Я понимаю, все же если бы не солдаты, тут каждый сражался сам за себя.

– Солдаты им не проблема.

Вдруг нас прервал Даниил.

– Из окна дома, где и была наша небольшая база мы видели, как люди убивали друг друга за хлеб, воду, молоко, грабили дома и забирали домашний скот.

– А вы?

– Мы делали это в основном ночью, чтобы не рисковать грабежом себя.

– Не может быть, чтобы вас ни разу не грабили.

– На наших дверях были мощные замки, однако петли могли не выдержать, так что кто к нам приходил с плохими вестями был либо застрелен, либо убит насильственно.

– В каком смысле насильственно?

– Казнь, и казни были самые жестокие.

– Почему не убил сразу же меня?

Я искал Наташу, а ты был лишь в одном доме с ней, будь ты на нашей базе уже давно пошел бы на корм собакам.

– На счет собак, что стало с домашним скотом?

– Умер, либо был съеден, либо умирал от голода и пуль.

– А ваш?

– Наш – корова и куры.

– Не самый богатый набор, однако, давал все самое нужное.

– Да, поэтому хлеба в жизни было мало, все поля сгоревшие, поставки раз в два месяца если не реже.

– Надеюсь теперь мы в безопасности.

– Надеюсь.

Мы подошли к небольшой Пятерочке.

Даниил попытался открыть дверь, но та была приперта.

– Черт побери эту дверь.

Я подошёл к ближайшей сгоревшей машине и выкрутил свечу зажигания.

– Отойди лучше.

Даниил последовал моему совету и в стеклянное окно полетел осколок свечи.

Окно разлетелось не с первого раза, но с третьего оно было полностью разбито.

– Гений.

Сказал Даниил забравшись внутрь.

Я посмотрел на Наташу.

– Помочь?

Она улыбнулась.

– По-твоему, если я на дверь смогла за пару секунд забраться на окно не заберусь?

Она быстро вскарабкалась внутрь, а я, пожав плечами забрался следом.

– Что ж, за соблюдение этикета спасибо.

Я, шмыгнув носом сказал.

– Как скажете, ma dame.

Она еще шире улыбнулась.

– А я смотрю вы француз?

– Надо же иногда разнообразить жизнь.

– И то верно.

Мы подошли к Даниилу.

– Можно ли спросить у гения, где нам тут ночевать?

– Может на складе? Или в администрации.

– На складе нас могут найти.

– Значит, Администрация.

Мы подошли к двери администрации.

– Что теперь предлагаешь, гений?

Дверь была металлической и запертой изнутри.

– Коленвал из трактора достанешь?

Он засмеялся.

Почему-то шутка мне зашла.

– Ну можно поискать монтировку или что-то похожее.

Он похлопал.

– Гвозди повыковыриваем и сама отвалится, да?

– Ну раз так, то сам думай.

Наташе похоже это все надоело, и она пошла в сторону склада.

Мы же замолчали и стоя смотрели на ее уходящую походку.

– Только попробуй ниже спины посмотреть.

– Боюсь, ты опоздал.

Он дал мне подзатыльник.

– Эй, а ты сам-то с чего решил предупредить об этом? Родной брат как никак!

Я взаимно дал ему подзатыльник.

Все-таки, мы решили не оставлять Наташу одну и пошли за ней.

– А куда она пошла?

– В сторону склада.

– Но мы же решили, что это не самая лучшая идея.

– Но мы и решили, что ничем не сможем открыть дверь.

Вдруг мы услышали женский крик.

Мы, посмотрев друг на друга побежали быстрее марафонцев.

Прибежав, перед нами закрывалась дверь.

Я как можно быстрее пробежал и проскользнул внутрь.

– Я найду другой ход!

– Хорошо!

Я побежал в сторону убегающего.

Приближавшись, я понял, что это такой же подросток.

Я столкнул его с ног и прижал его ногой.

– ГДЕ ОНА?!

Крикнул я ему в лицо.

– Впереди! Отпусти, и я покажу где!

Я взял его за шкирку и приставил ствол к голове.

– Парень не шути! Даже если выбьешь ствол из моих рук тебе несдобровать!

– Хорошо! Я укажу куда они ушли!

Мы быстро шли по коридору, и я увидел несколько парней.

– Парни отпустите ее!

Группа парней стояла над Наташей.

Я, увидел, как у нее шла кровь.

Агрессия пылала, зубы чуть ли не трескались от ярости.

– Отпустите ее лучше.

Парни, увидев ствол расступились.

– Кто вы?

– Мы пришли за припасами!

– Мы не думали, что тут есть кто-то другой!

– Так значит..

Я не знал, как сдерживал еще, но терпение не бесконечное

– Значит, в раю вас научат думать.

Я нажал на курок, голова парня кровоточила и его труп упал на холодный бетонный пол.

Следующие пошли и парни.

Последний побежал к выходу, но его перехватил прибежавший Даниил.

– Хватай его!

Даниил схватил его за руку и прописал в рожу.

Я бросился к Наташе, что сделал и Даниил.

– Что с ней черт возьми?!

– Я не знаю.

Мой голос дрожал, а по рукам текла кровь.

– Тряпку! Срочно!

Я прикрыл кровоточащий нос Наташи, дабы хоть на время остановить кровь и начал как-либо ее приводить в состояние.

Даниил прибежал быстро с марлей и несколькими пластырями.

– Вот, блядские ублюдки.

– В аду им самое место.

В момент их убийства я не думал о сострадании, не думал о том враги они или друзья, мною охватила ярость, которая говорила мне, что я обязан их убить.

Наташа все-таки пришла в себя, спустя несколько наших попыток, но состояние ее было не лучшим.

– Чтоб я еще раз вам разрешала ссорится.

– Наташа не до этого.

– Соглашусь.

Мы взяли ее под плечи и пошли дальше по складу.

– Ты бы больше не отходила от нас.

– Да я думала найти чего-нибудь на ужин.

– Ничего, у нас есть еще паек.

– Берите, ешьте, у меня аппетита особое нет.

Я чувствовал некую вину, от чего отвернулся.

Мы пришли к небольшому уголку, возле которого были мешки.

Мы уложили пару мешков с ватой в ряд и положили на них Наташу.

– Спи, мы рядом будем.

Даниил недоверчиво посмотрел на меня.

– Обещаю.

Сказал я, глянув в его глаза.

Он уложил еще несколько мешков и лег на них.

– А я?

– Сам себе ищи.

– Я не понимаю, чего ты так пылаешь на меня?

– Потому что я видел, что ты сделал с теми парнями.

– У меня был выбор?

– Был, но ты выбрал путь убийцы.

– Ты говоришь как мой отец.

Я, не став искать ничего просто сел и уперся в стену.

Пускай мне было холодно, твердо и мерзко, но я не искал себе других путей.

Эта способность видимо и дала мне возможность уснуть.

…

Глава 7

…Я проснулся ночью, во тьме.

Я оглянулся и увидел Наташу и Даниила, они по-прежнему спали.

Однако меня пробудили не они, а звуки громкоговорителя.

Я встал на ноги, голова болела, но терпимо.

Я пошел в сторону ворот и прижался к ним.

Я услышал голос, тот голос из громкоговорителя, четко и ясно.

Я понимал, что это не городская сирена и не голос диктора.

Я пролез через ворота и пошел в сторону звука.

Мне не хотелось оставлять товарищей одних, но любопытство взяло верх.

Я вскарабкался на забор, а затем и на крышу магазина.

Я видел пехоту, небольшую, но пехоту и военный внедорожник.

– Что, по нашим дорогам уже простые танки не проедут?

Подумал я.

Однако, юмор тут был лишним, солдаты были вражеские.

Я слышал, как некий человек, стоящий на внедорожнике выкрикивал фразы о пропитании, свободе и разном другом.

Он проговаривал о прелестях вражеской власти и о недостатках нашей, что у них пропитание, вода, одежда. Кого он обманывает?

Я услышал важное.

– Генерал? Но одет то он не в нашу форму, не уж то я нарвался на него?

Я обернулся, и вновь посмотрел на пехоту.

– Если просто так пойду за ним, уйду от товарищей, но не могу я его во второй раз потерять.

Я побежал по крышам, дабы успеть его догнать, но что делать с пехотой?

Я побежал впереди них и выстрелом в камеру вызвал сигнализацию.

Пехота остановилась, от чего я выигрывал время.

Проделав так еще несколько раз, я увидел, как пехота рассасывалась по местам источников сигнализации, а внедорожник набирал скорость.

Я, увидев это понял, что вариантов не много, выстрелил в колеса, от чего внедорожник развернуло в бок и он перевернулся как на масле набок.

Спрыгнув с крыши одного из зданий, я увидел лежащего Генерала.

Стрельнув ему в ногу, я обездвижил его.

Когда он начинал орать, я прикрыл ему рот и вновь выстрелил в ногу.

– Нравится получать страдания? Так чего же ты народу мешаешь спать?

Он выдохся кричать в мою руку, от чего ответ поступил быстро.

– Я не заставляю, я лишь руковожу войском по приказу.

Я ударил ему в лицо.

– Не ври!

Он с кровью на губах продолжил.

–Не веришь?

Он усмехнулся.

– Когда это ваша страна успела нанять кроме солдат, еще и наемных убийц?

– Я не убийца.

Он вновь усмехнулся, чем начинал раздражать.

– А кто же ты? Думаешь мне не передавали о побеге заключенных, об неизвестных убийствах солдат?

– А вы как будто наших не убиваете.

– Дело не в убийствах, а в том, когда они закончатся.

– Нашей победой.

Он в третий раз усмехнулся.

– Вашей? А кто хочет победы?

– Все.

– Ты спрашивал у них?

Я промолчал.

– По тебе видно, что ты убийца, как тебя звать? – Марк.

– А-а-а, тот самый Марк.

Он улыбнулся, кашлянув своей же кровью.

– Тот самый который устроил восстание в 46 тюрьме, я тебя помню.

Я слушал его.

– Так послушай, Марк, ты еще ребенок и считаешь, что твой выбор убивать нас, это хорошо, но что главное в стране?

– Президент? Казна? Закон?

Он снова улыбнулся.

– Нет, народ.

Я все также смотрел на него неодобрительным взглядом.

– Только за счет народа живет государство, народ избирает власть, народ пополняет казну.

Что-то в этом было правдой.

– И ты спросил чего хочет народ?

– Нет.

– Вот, правительство наших стран делают выборы плюя на нас, если они захотят сделать геноцид, они это сделают.

Я внимательно слушал его, думая, что он в чем-то точно прав.

– Это не мы такие, все хотят мира, но мы рабы общества.

Я опустил голову.

– В прочем, убивай меня, раз начал.

Я встал и нацелился на его голову.

И нажатие на курок длительностью в одну секунду лишил пятидесяти лет человека…

Я долго еще стоял над ним, пока меня не обнаружили солдаты.

Я, увидев их попытался скрыться, что получилось удачно.

Я все же не собирался их оставлять живыми, ибо приказ их до сих пор действует.

Я незамедлительно забежал под ворота и начал будить товарищей.

– Вставайте, нас рассекретили.

Первым проснулся Даниил.

– Что?! Я им устрою.

– Стой! Там войско.

– Сколько человек?

– Тридцать, не меньше.

– Справимся вдвоем, дай ствол.

Я отдал ему последний ствол что у меня был.

– Я справлюсь один.

– Нет, я помогу тебе.

– Нельзя оставлять Наташу одну.

Меня оковал страх, но не от ситуации, а от того, что я не мог совершить выбор.

– Доверься мне.

Я пожал его руку напоследок.

– Береги себя, ради Наташи.

– Как скажешь.

Он проскользнул через ворота, а я побежал к Наташе.

Взяв ее на руки, я побежал из магазина.

Она проснулась от тряски.

– Марк? Что случилось?

Я, глядя вперед и думая о плохом ответил.

– Пока что ничего хорошего.

– В каком смысле?

– Нам нужно бежать.

– А где Даня?

– Вот, за ним и бежим.

Я перелез через окно и начал думать, где оставить Наташу в безопасности.

Лучшим решением оказался жилой комплекс, квартира нетронутая войском.

– Посидишь одна?

– Конечно.

Я поставил ее на ноги и открыл входную дверь.

– Как ты это сделал?

– Тут магниты старинные, рукой открыть можно.

Она зашла в подъезд, а я побежал к Даниилу.

Увидев его в крови, я начал беспокоиться.

Оглушив одного из солдат, я вытащил из его рук пистолет Макарова.

Отстрелив пару уткам головы, я подбежал к Даниилу.

– Не ждал помощи?

– Где Наташа?

– Она в безопасности, доверься мне.

– Доверюсь, но ее душа и тело лежит на твоих плечах.

Он побежал к остальным солдатам.

– Патроны есть?

– Бери в рюкзаке.

Я скинул рюкзак с плеч и начал обшаривать тело убитого солдата.

Был бы удивлен, если бы патрон там не оказалось

. Зарядив полную обойму, я, улыбнувшись Даниилу, выглянул из укрытия.

Однако, радость моя была временна и пуля, пронзавшая мою руку этому подтверждение.

– Сука!

Я прижал руку от боли.

Даниил выглянул через дыру в заборе и начал отстреливать врагов.

– Последние остались! За ними!

Я же, перестав мучать руку побежал за Даниилом.

Мы забежали на переулок, где и были враги.

Однако враги были сзади, чем и воспользовались.

Мы пытались снять их руки с наших шей, однако было это непросто.

Вдруг я услышал звонкий звук металла.

Руки вражеских солдат ослабли, а тела упали без сознания на асфальт.

Оглянувшись от страха, мы увидели Наташу держащую лопату.

– Что бы вы без меня делали.

– Ты в порядке?

– Уж лучше, чем вы.

– Это точно.

Мы увидели, как один из солдат пришел в сознание.

Я подошел к нему и взял его за шею.

Он завопил.

– Прошу не убивай!

– Скажешь, где ваш президент дегенерат и останешься в живых.

– Я не знаю! Допросите Генералов!

Вот чертовы крысы, друг друга спасают.

– Где Генералы?

– Они ступают с 3 сторон!

– Как это понять?

– Слева справа и посередине!

– Шутить вздумал?

Я замахнулся клинком, однако рука Наташи остановила меня.

–Стой! Ты обещал сохранить ему жизнь!

–Обещал если бы он ответил, где их чертов президент.

– Я ответил, что не знаю ничего кроме этого!

Я вдарил ему в лицо.

– И чего вас только пускали на фронт.

Он, долго еще лежал, держась за нос, пока не лег смирно.

Не уж то убил? Навряд ли, просто выдохся.

– Куда теперь?

– Я обещал вам встречу с родителями.

– Ты хочешь дойти до Москвы?

Я глянул на разбитый внедорожник.

– Да, ибо другого плана нет.

– Это плохо.

– Однако думаю, что шансы еще есть.

– Надеюсь…

Вдруг я заметил УАЗ Буханку военного цвета.

– Вперед туда!

Я побежал в его сторону.

Наташа и Даниил сначала не поняли, что я имел ввиду, однако, вскоре побежали за мной.

Я крикнул водителю.

– Эй! Постойте!

Он обратил на нас внимание.

– Я подбежал к двери.

– Вы не подвезете нас до Москвы?

– Вы кто?

– Эвакуацию пропустили.

Он недоверчиво посмотрел на нас.

– Прошу вас, мы не местные, честно.

Наташа вытерла кровь и отодвинув меня положила руки на дверь.

– Просим вас, пожалуйста.

Она протянула свой паспорт.

Он, посмотрев на него протянул ей обратно и указал на дверь в салоне.

– Учитесь.

– Откуда у тебя паспорт?

– Он всегда со мной, думала, вдруг будет повторная эвакуация.

– Умно.

Мы, сели внутрь и водитель зажег зажигание.

Пока Даниил и Наташа сели вдали от водителя, я подсел ближе к нему.

Я нашел в себе силы ответить ему хоть что-то.

– Простите что доставили нам хлопот.

– Да ничего страшного, я все равно наших вожу сюда, дабы поддерживать. порядок здесь, а вы как здесь оказались то?

– Мы не местные, там откуда мы не было эвакуации, ехали те, у кого была такая возможность ехать самостоятельно.

– И далече вы шли до сюда?

– Прилично

– Вы мне состав не испортите, наоборот ты парень выглядишь умело, с тобой можно поговорить.

Я посмотрел на него и увидел в зеркале заднего вида себя.

– И вас не смущает моя форма и кровь на ней?

– Ни разу, ты служивый?

– Нет.

– Он поинтересовался.

– А откуда форма?

– Единственное, что сохранилось при пожаре.

Он смотрел одновременно на дорогу и на меня.

– Знаешь, ты выглядишь подозрительно, но я тебе верю.

– Я не собирался бы даже вас убивать, будь у меня такая возможность.

– Очень приятно это слышать.

Я встал и сел к товарищам.

– Марк, все хорошо?

– Лучше некуда.

Она улыбнулась.

– Я рада это слышать.

Так мы ехали около часа, я смотрел на дорогу, думая о предстоящем приключении.

Вдруг я почувствовал, как на мою руку положили что-то мягкое, а на плече оказалось что-то теплое.

Я аккуратно посмотрел и увидел спящую Наташу.

Она спала так мило, словно котенок или зайчик, только пушистого хвостика ей не хватало.

От этого зрелища у меня засияла легкая улыбка.

Глянув на водителя прежде, чем уснуть я заметил на зеркале заднего вида его улыбку.

Улыбнувшись ему в ответ.

Я закрыл глаза с уверенностью, что сегодняшний сон, будет прекрасным.

…

Конец Демо