Read the book: «Кузнец»
Глава 1
Лампы моргнули и погасли.
Аварийный свет залил бункер багровым. Сирена выла надрывно, на одной ноте.
Алексей толкнул стальную дверь плечом. Та поддалась с третьего удара.
В рубке управления творился ад. Техники орали, глядя в мониторы. Графики скакали в красную зону. Пахло палёной проводкой и озоном.
— Докладывай! — рявкнул он.
Майор Кузнецов. Позывной «Кузнец». Спецназ. Тридцать шесть лет. Двадцать семь боевых операций. Пять пулевых.
— Сбой контура, майор! — крикнул ведущий инженер. — Накачка активной зоны пошла вразнос. У нас минута, максимум две.
— До взрыва?
— До схлопывания! Оно схлопнется внутрь!
Алексей вырубил сирену ударом кулака по щитку. В наступившей тишине его голос прозвучал как выстрел:
— Эвакуация гражданских. Бегом. Наверх, к шлюзам. Личный состав — оружие к бою. Внешний периметр прорван. Там «гости».
Гости — это боевики ЧВК «Горизонт». Они атаковали объект уже сорок минут. Цель — технология временного смещения. Секретный проект «Хронос».
Алексей вытащил «Глок» из кобуры. Передёрнул затвор.
— Время пошло.
---Первые автоматные очереди ударили в тот момент, когда гражданские бежали к лифтам.
Алексей встретил нападавших в узком коридоре. Трое. Тяжёлый бронежилет, шлемы, приборы ночного видения. Профессионалы.
Первый умер сразу. Две пули в шею, под керамику.
Второй успел вскинуть ствол. Алексей ушёл с линии огня, перекатился, выстрелил в колено. Боевик упал. Контрольный в затылок.
Третий бросил гранату.Алексей поймал её в воздухе. Швырнул обратно.
Взрыв. Крики. Тишина.
— Гражданские? — бросил он в рацию.
— Загружены. Лифты уходят наверх.
— Добро.Он развернулся и побежал обратно в рубку. Там гудела установка «Хронос». Огромная сфера в центре зала пульсировала, излучая холодный синий свет. По поверхности пробегали разряды, похожие на молнии.
Инженер остался один. Остальные сбежали.
— Уходи! — заорал Алексей.
— Не могу бросить! — парень лихорадочно стучал по клавиатуре. — Если не сбросить энергию плавно, рванёт на полгорода. Я пытаюсь открыть аварийный клапан!Пол под ногами завибрировал. С потолка посыпалась штукатурка.
— Бестрее.
Алексей занял позицию у входа. Сменил магазин. Вскинул ствол.
В коридоре появились новые фигуры. Пять. Шесть. Семь.Он открыл огонь.
Бойня в замкнутом пространстве — это всегда быстро. Либо ты, либо тебя. Алексей стрелял экономно, короткими очередями. Упал один. Второй. Третьего он добил в голову, когда тот поскользнулся на крови.
Четвёртый выстрелил из подствольника.
Граната ушла мимо. Врезалась в колонну за спиной Алексея. Взрывная волна швырнула его на пол. Звон в ушах. Перед глазами — искры.
— Майор! — голос инженера донёсся как сквозь вату. — Я открыл! Но энергия идёт в сферу! Сейчас будет выброс! Бегите!
Алексей попытался встать. Не получилось. Нога не слушалась. Он посмотрел вниз — штанина набухла кровью. Осколок.
— Поздно бегать, — прохрипел он.
— Простите, майор...
— За что?
— Я активировал протокол. Вы в эпицентре.
Сфера вспыхнула.
Мир превратился в белую пустоту.
Ни звука. Ни боли. Ничего.
Сознание возвращалось рывками.
Первый вдох,пыль. Густая, сухая, чужая пыль. Не бетонная крошка бункера. Пахнет навозом, дымом и кислым потом.
Второй вдох,звуки. Крики.Гортанная, чужая речь. Лязг металла.Плач.
Третий вдох,боль. Нога горела огнём. Осколок всё ещё там.
Алексей разлепил веки.
Солнце ударило по глазам. Яркое, беспощадное. Над ним,голубое небо. Никаких ламп, никаких перекрытий. Открытое пространство.
Он скосил глаза влево. Вытоптанная земля. Грубые деревянные телеги. Люди в странных одеждах — туники, сандалии, плащи. Женщина с ребёнком прижимается к грязной стене какого-то сарая. Мужчины с испуганными лицами.
Рынок? Лагерь?
Нет. Это что-то другое.
Он попытался приподняться. Тело слушалось плохо, но тренированные мышцы помнили своё дело. Алексей опёрся на локоть и сел.
И увидел его.
Мужчина. Коренастый, загорелый до черноты. Кожаная юбка с металлическими полосами. Сандалии, подбитые гвоздями. В правой руке — короткий меч. Гладиус.
Римский легионер.
Настоящий.
Не ряженый, не актёр. Живой, потный, дышащий перегаром и чесноком солдат Древнего Рима.
Он что-то рявкнул. Алексей не понял ни слова.В левой руке легионера блеснул щит. Тяжёлый, прямоугольный, скутум.
Сзади подошли ещё двое. Такие же. Злые. Напряжённые.
Алексей медленно, очень медленно поднял руки. Ладони вперёд. Универсальный жест: «Я безоружен. Я не угроза».
Легионер не оценил.
Он сделал шаг вперёд и замахнулся гладиусом. Целил в шею. Коротко, без затей.Убить странного чужака в странной одежде.
Алексей ушёл с линии удара. Тело сработало быстрее мозга.
Захват запястья. Рывок на себя. Локоть в висок.
Легионер охнул и начал заваливаться.Алексей вывернул кисть. Хруст. Гладиус выпал.
Второй солдат бросился в атаку. Алексей встретил его ударом ноги в пах. Просто,грубо, эффективно. Легионер согнулся пополам. Алексей добавил коленом в лицо.
Хруст переносицы.
Третий оказался умнее. Он не полез в ближний бой. Отступил на шаг, поднял щит и что-то заорал. Боевой клич. Призыв к подкреплению.
Алексей оценил обстановку.
Нога ноет. Оружия нет. Вокруг — чужая территория, чужие законы. Из-за поворота уже бегут новые фигуры в красных туниках. Центурион. Шестеро легионеров. Серьёзная проблема.
Он подобрал гладиус с земли. Взвесил в руке. Короткий, колющий. Не его профиль. Но сойдёт.
Легионер с щитом продолжал орать. Не нападал. Ждал подмоги.
Алексей тронул ремень. Пистолета нет. Потерял при взрыве.
Хреново.
Он перевёл взгляд на легионера. Встретился с ним глазами.
И улыбнулся.
Широкая, холодная улыбка. Так улыбаются люди, которым нечего терять. Люди, которые уже проходили через ад и возвращались обратно.
Легионер дрогнул. Всего на мгновение. Но Алексей это заметил.
— Ну что, — сказал он по-русски, — начнём.
Подкрепление было уже в двадцати метрах. Грохот подкованных сандалий по брусчатке. Лязг оружия. Гортанные команды.
Алексей покрепче перехватил чужой меч. Принял боевую стойку. И приготовился убивать.
Не его мир. Его правила.
Глава 2
Шестеро легионеров рассыпались полукругом.
Центурион — высокий, с шрамом через всю щёку,стоял позади.Командовал. Голос резкий, отрывистый.Слова непонятные, но смысл ясен: «Взять живым или мёртвым».
Алексей отступил на шаг. Прижался спиной к грязной стене сарая.
Позиция хреновая. Отходить некуда. Нога горит. В руках, чужой клинок. Против семерых.
Расклад дерьмовый.
Первый легионер бросился в атаку.Колющий удар в грудь. Алексей отбил гладиусом, ушёл вбок. Жёстко приложился плечом о стену. Перед глазами, искры от боли в раненой ноге.
Второй заходил слева. Медленно, прикрываясь скутумом. Грамотный. Ждёт, пока отвлекутся на других.
— Умный, — процедил Алексей. — Это плохо.
Он не стал ждать. Сам шагнул навстречу второму. Резко, без замаха. Гладиус скользнул над верхней кромкой щита. Целил в глаза.
Легионер инстинктивно прикрылся. Поднял щит выше. Открыл ноги.
Алексей ударил ногой в колено. Хруст.
Легионер рухнул.
Первый тут же атаковал снова. Алексей парировал. Сталь зазвенела о сталь. Выпад, ещё выпад. Короткая, яростная рубка на расстоянии вытянутой руки.
Третий и четвёртый заходили с флангов. Пятый и шестой держали тыл. Центурион наблюдал.
Алексей понимал: долго не продержится. Нога подводит. Реакция замедляется. Кровопотеря даёт о себе знать.
Он бросил взгляд на телегу в пяти метрах. Груда тряпья. Глиняные кувшины.Вариантов нет.
Алексей оттолкнулся от стены, прыгнул к телеге. Не добежал, упал на колено. Нога отказала. Гладиус вылетел из руки.
Легионеры тут же навалились.
---
Сознание возвращалось медленно.
Качка. Скрип колёс. Боль во всём теле.
Алексей открыл глаза.
Он лежал на дне телеги. Руки связаны грубой верёвкой. Нога перетянута грязной тряпкой.
Телегу трясло на ухабах. Сверху, парусиновый навес от солнца. Рядом сидел человек. Не легионер. Старик в драном хитоне. Седые волосы, морщинистое лицо. Раб.
— Живой? — спросил старик на ломаной латыни.
Алексей напряг память. Латынь. Медицинский университет. Пять лет анатомии. Терминология. Он понимал отдельные слова. «Vivus» — живой.
— Да, — ответил он, стараясь выговаривать чётко. — Живой.Старик удивлённо моргнул. Не ожидал.
— Ты знаешь латынь?
— Плохо, — Алексей поморщился от боли. — Очень плохо.
— Ты воин?
— Врач. В глазах старика мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Medicus? Ты лечить?
— Да.
Старик замолчал. Потом быстро оглянулся, не смотрит ли охрана. Наклонился ближе.
— Меня звать Кассий. Я раб. При обозе. Если ты врач... может, поможешь? У нас много больных. Легионеры не лечат рабов. Просто добивают.
Алексей сглотнул. В горле пересохло.
— Вода есть?
Кассий достал откуда-то грязную флягу. Поднёс к губам. Вода была тёплой и пахла кожей. Но лучше любого нарзана.
— Где мы? — спросил Алексей.
— Идём в лагерь. Центурион Марцелл решил не убивать тебя. Он хочет допросить тебя.
— Понял.
Алексей закрыл глаза. Это плохо.
— Кассий, — позвал он. — Этот центурион. Марцелл. Он ранен?
Старик замялся.
— Его сын. Мальчик. Совсем маленький. У него гниющая рана на ноге. Врачи говорят, умрёт. Марцелл в ярости. Он приносит жертвы богам, но боги молчат.
Алексей медленно кивнул.Информация, это оружие. Иногда посильнее меча.
— Покажешь мне мальчика, когда приедем.
— Ты можешь его спасти?
— Посмотрим.
Телега дёрнулась и остановилась. Раздались крики. Лязг металла.
— Приехали, — прошептал Кассий. — Лагерь. Шестой легион.Железный.
---
Алексея вытащили наружу.
Лагерь впечатлял.
Строго прямоугольное укрепление с закругленными углами, обнесенное глубоким рвом, земляным валом и деревянным частоколом.
Ровные ряды палаток. Идеальная геометрия.
Алексея потащили через весь лагерь. Легионеры провожали его взглядами. Слухи уже разошлись. Странный чужеземец.
Центурион Марцелл ждал у своего шатра.
Он стоял, скрестив руки на груди. Шрам через щёку. Холодные глаза. Поза хозяина положения.Двое легионеров бросили Алексея на колени.
Марцелл что-то сказал. Медленно. Чеканя каждое слово.
Он поднял голову. Посмотрел прямо в глаза центуриону.
— Твой сын, — сказал он. — Я могу помочь.
Марцелл замер.Вокруг повисла тишина. Легионеры переглянулись. Никто не ожидал, что пленник заговорит. Тем более, о сыне.
Центурион шагнул вперёд. Схватил Алексея за волосы. Приблизил лицо.
— Откуда ты знаешь про мальчика?
— Кассий сказал.
— Раб?!
— Да. Он сказал, что твои врачи не могли помочь. А я могу.
Марцелл усмехнулся.
— Ты, варвар. Ты одет как дикарь. И ты говоришь, что умеешь лечить?
— Развяжи меня. Дай посмотреть на мальчика. Если не помогу, убьёшь.
Центурион молчал. Долго. Сверлил Алексея взглядом.Потом кивнул.
— Отвести к шатру. Если попытается бежать,убить на месте.
Верёвки упали. Алексей растёр запястья. Медленно поднялся. Нога болела, но держала.
— Ещё одно, — сказал он. — Мне нужна кипячёная вода.И зелёная плесень с хлеба.
Марцелл нахмурился.
— Плесень? Зачем?
— Чтобы спасти твоего сына.
Центурион плюнул на землю.
— Если ты колдун...
— Я врач. Просто врач. И я знаю то, чего не знают твои лекари.
Марцелл развернулся и пошёл к шатру. Бросил через плечо:
— За мной. И молись своим богам, варвар. Если мальчик умрёт, я лично вырву тебе сердце.
Алексей усмехнулся.
— Договорились.
---Внутри шатра было душно. Пахло благовониями и болезнью.
Мальчику было лет шесть. Худой, бледный. Лежал на грубом ложе, дышал часто. На правой ноге — раздутая, гноящаяся рана. Края почернели. Сепсис.
Рядом суетился местный лекарь, толстый лысый мужчина в грязной тоге. Он, что-то шептал, мазал рану какой-то вонючей субстанцией. Мальчик стонал.
— Убери его, — сказал Алексей. — Он только мешает.
Лекарь возмущённо затараторил. Марцелл рявкнул. Лекарь отошёл. Но остался в шатре. Смотрел со смесью ужаса и презрения.
Принесли воду. Ткань. И чашу с плесенью.
Алексей наклонился к мальчику. Коснулся лба. Горячий. Пульс частый.
— Как зовут?
— Гай, — ответил Марцелл. Голос дрогнул впервые.
— Гай, — Алексей говорил тихо. — Будет больно. Потерпи.
Он взял нож из рук легионера. Прокалил над огнём. Дождался, пока металл покраснеет. Затем остудил в кипячёной воде.
Местный лекарь охнул. Колдовство.·
Алексей склонился над раной. ·
–Держите его.
Двое легионеров схватили мальчика за плечи и ноги. Марцелл стоял рядом, сжимая кулаки.·
Алексей начал резать.Аккуратно. Точно. Гной вытекал жёлтыми ручьями. Мальчик кричал.
–Свет! Ближе!
Кассий, которого тоже пустили в шатёр поднёс лампу· Алексей вычистил рану. Затем взял плесень. Растёр в пальцах. Смешал с водой. Пропитал ткань.
–Что это? — спросил Марцелл.
–Лекарство. Оно убьёт заразу.·
–Это гниль! Ты хочешь убить его гнилью?!·
–Хочешь, чтобы сын жил? — Алексей посмотрел на центуриона жёстко. — Тогда не мешай.
Марцелл замолчал.Алексей приложил повязку с плесенью к ране. Зафиксировал чистой тканью. Выпрямился.·
–Это всё? — спросил центурион.·
–Пока да. Теперь,ждать. Если к утру жар спадёт, будет жить.
В шатре повисла тишина. Мальчик перестал кричать. Дышал всё так же часто, но уже не метался.
— Иди, — сказал он, не оборачиваясь. — Тебя запрут. Если мальчик умрёт к утру, ты умрёшь следом.
— А если выживет?
— Тогда поговорим.
Алексея вывели из шатра. Солнце садилось. Лагерь затихал. Пахло дымом костров и солдатской похлёбкой.
Его отвели в маленькую каморку при конюшне. Бросили на пол. Заперли дверь.
Алексей лёг на грязную солому. Закрыл глаза.
Нога болела. Тело требовало отдыха.
Пенициллин из плесени, это не стерильный антибиотик. Но если повезёт, сработает. Мальчик молодой. Организм борется. Шанс есть.
Если мальчик выживет,он получит покровителя. Если нет,придётся бежать.
Ночь тянулась долго.Под утро он услышал шаги. Тяжёлые. Военные. Шаги центуриона.
Дверь распахнулась.На пороге стоял Марцелл. Лицо его было странным. Усталым. И живым.
— Жар спал, — сказал он хрипло. — Мальчик проснулся. Он хочет есть.
Алексей медленно сел. Растёр лицо.
— Хорошо.
— Ты спас моего сына.
Марцелл шагнул внутрь. Опустился на корточки рядом с Алексеем.
— Кто ты? — спросил он тихо. — Ты не варвар. Твоя латынь ужасна, но ты знаешь слова, которых не знают наши врачи. Ты не боишься смерти.
Алексей усмехнулся.
— Долгая история.
— У меня есть время.
— У меня нет. Твой лекарь уже донёс жрецам, что я колдун. К утру здесь будут люди из храма. Меня обвинят в святотатстве.
Марцелл нахмурился. Понимал: это правда.
— Что ты предлагаешь?
— Дай мне людей. И я сделаю твой легион непобедимым.
— Каким образом?
Алексей посмотрел на него.
— Видишь эту сталь? — он кивнул на гладиус, висящий на поясе центуриона. — Хороший металл. Но мягкий. Гнётся. Тупой после двух ударов. Я сделаю меч, который разрубит десять таких.
Марцелл молчал. Думал.
— И что ты хочешь взамен?
— Инструменты. Материалы. И свободу.
— Свобода раба стоит дорого.
— Я не раб.
Центурион встал. Прошёлся по каморке. Остановился.
— Хорошо. Я дам тебе кузницу. Дам людей. Дам защиту. Но если твой меч не разрубит мой гладиус,я отдам тебя жрецам лично.
Снаружи занимался рассвет. Горны трубили побудку.
Алексей вышел из конюшни. Вдохнул утренний воздух. Посмотрел на просыпающийся лагерь.
Итак. Он в Древнем Риме. Он только что спас сына центуриона. У него есть покровитель.И план действий.
Начинается новая война.И он будет играть на победу.
Глава 3
Кузница стояла на окраине лагеря.Старая, заброшенная. Крыша прохудилась. Горн зарос паутиной. Инструменты ржавели. Но стены были целы, а меха ещё дышали.
— Работать можно, — сказал Алексей.Марцелл стоял рядом, скрестив руки. Рядом с ним двое легионеров.
— Мой лекарь, Руф, очень зол, — сказал центурион. — Он пошёл к жрецам. К вечеру здесь будет храмовый дознаватель.
— К вечеру я должен быть полезнее, чем все твои жрецы вместе взятые.
— Докажи.Алексей вошёл в кузницу. Пыль взметнулась облаком. Пахло старым углём и крысиным помётом.
— Мне нужны люди. Двое. Крепкие. Не рабы, легионеры. Те, что умеют держать молот.
— Зачем?
— Будут учиться. И работать. Марцелл кивнул. Жест в сторону. Один из легионеров убежал выполнять.Алексей обошёл помещение. Осмотрел горн. Постучал по наковальне. Та отозвалась глухим звоном. Старая, но ещё послужит.
— Уголь, — бросил он. — Много угля. И железную руду. Лучшую, какая есть.
— Будет.
— И ещё. Мне нужна ржавчина. Со старых мечей, с брошенных доспехов. Соскоблить. Собрать. Принести сюда.Марцелл нахмурился, но промолчал.
---Людей привели через час.Двое. Крепкие, молодые. Один светловолосый, с выгоревшими на солнце бровями. Второй темноволосый, коренастый, с мозолистыми ладонями. Оба смотрели на Алексея с плохо скрываемой враждебностью.
— Имена, — сказал Алексей.
— Децим, — буркнул светловолосый.
— Гней, — отозвался второй.
— Слушайте внимательно. Повторять не буду. Вы будете делать то, что я скажу. Когда я скажу. Как я скажу. Вопросы?
— Кто ты такой, чтобы командовать легионерами? — спросил Децим.Шаг. Удар. Печень.Децим согнулся пополам, хватая ртом воздух. Гней дёрнулся, но Алексей уже держал его за запястье. Вывернул. Прижал лицом к стене.
— Я человек, который сделает вас непобедимыми. А могу сделать мёртвыми. Выбор за вами.Он отпустил обоих. Отступил на шаг.— Теперь к делу. Разжигайте горн. До белого каления. Живо.
---Огонь взревел.Меха задышали, нагнетая воздух. Уголь раскалился добела. В кузнице стало невыносимо жарко. Пот заливал глаза.Алексей работал молча. Рубил руду на куски. Смешивал с угольной крошкой. Засыпал в грубый глиняный тигель. Ставил в огонь.Децим и Гней смотрели. Сначала, с презрением. Потом, с любопытством. Варвар делал что-то странное. Не так, как римские кузнецы. Совсем не так.
— Ты что, варишь металл? — спросил Гней. — Как похлёбку?
— Да.
— Это глупость. Железо куют, а не варят.
— Потому ваши мечи и гнутся после двух ударов.Гней хотел возразить, но осёкся. Вспомнил удар в печень.
---К полудню у кузницы собралась толпа.Легионеры. Рабы. Все хотели посмотреть на странного чужеземца, который варит металл в глиняном горшке.
— Разойдитесь, — рыкнул Марцелл.Толпа отхлынула, но не ушла. Смотрели издали. Шептались.Алексей не обращал внимания. Он следил за тиглем. Металл внутри плавился, бурлил, менял цвет. От ярко-красного к жёлтому. От жёлтого к белому.
— Пора.Он ухватил тигель клещами. Вытащил из огня. Расплавленная сталь светилась, как маленькое солнце.Алексей вылил металл в грубую глиняную форму.
— Вода, — скомандовал он.Децим подал ведро. Алексей остудил заготовку. Пар взметнулся к потолку.Когда дым рассеялся, он достал клинок.Грубый. Неровный. Требующий ковки и заточки. Но это была сталь. Настоящая тигельная сталь.Совсем не похожая на рыхлое римское железо.
— Это меч? — спросил Марцелл.
— Пока нет. Заготовка. К вечеру будет меч.
— Он лучше наших?
— Увидишь.---Остаток дня ушёл на ковку.Алексей работал сам. Децим и Гней помогали. Держали заготовку. Подавали инструменты. Молот бил размеренно. Тяжело. Искры летели во все стороны. К вечеру клинок был готов.Алексей заточил его на грубом точильном камне. Взвесил в руке.
— Готово.Марцелл шагнул вперёд. Протянул руку. Алексей подал клинок.Центурион осмотрел его. Провёл пальцем по лезвию. Нахмурился.
— Он лёгкий.
— Да.
— И узкий.
— Да.
— Как он выдержит удар?
— Проверь.Марцелл вытащил свой гладиус. Старый, боевой. В зазубринах, но всё ещё грозный. Кивнул Дециму:— Держи клинок.Децим взял новый меч. Встал в стойку.
— Руби, — скомандовал центурион.Два клинка встретились в воздухе.Гладиус Марцелла разлетелся на куски.В кузнице повисла мёртвая тишина.Центурион смотрел на обломок в своей руке. Потом перевёл взгляд на новый клинок. Тот даже не зазубрился. Лёгкая царапина. Не больше.
— Юпитер всемогущий, — прошептал кто-то в толпе.Марцелл поднял руку. Тишина стала абсолютной.
— Что это за металл? — спросил он.
— Сталь, — ответил Алексей. — Настоящая сталь. Не то, что куют твои мастера.
— Ты сделал это из ржавчины и угля?
— Да.Центурион покачал головой. То ли с восхищением, то ли с ужасом. То ли с тем и другим сразу.
— Ты понимаешь, что теперь будет? — спросил он. — Когда жрецы увидят это?
— Понимаю.
---Дознаватель прибыл на закате.Его звали Корнелий. Худой, высокий, с въедливым взглядом и тонкими губами. Одет в белую тогу с пурпурной каймой. За ним, двое младших жрецов и писец с восковыми табличками.Лекарь Руф семенил рядом, тыкал пальцем в сторону кузницы и что-то горячо шептал.Алексей стоял у горна. Руки скрещены на груди. За спиной, Децим и Гней. Рядом, Марцелл.
— Центурион, — Корнелий говорил медленно, растягивая слова. — Нам донесли, что в твоём лагере укрывается колдун. Человек, оскверняющий огонь и металл. Человек, использующий запретные знания.
— У меня нет колдунов, — ответил Марцелл. — У меня есть мастер.
— Мастер? Этот варвар?
— Этот варвар только что выковал меч, который разрубил мой гладиус.Корнелий прищурился.
— Покажи.Марцелл кивнул. Децим вышел вперёд и протянул новый клинок.Жрец осмотрел его. Попробовал лезвие пальцем. Нахмурился.— Откуда у тебя эти знания, варвар?Алексей шагнул вперёд. Посмотрел жрецу прямо в глаза.
— Оттуда, — сказал он, — У отца была кузница.
— Такие знания не даются смертным. Ты используешь запретную магию.
— Магию? — Алексей усмехнулся. — Хочешь, я покажу тебе магию?Он взял горсть угольной крошки. Бросил в горн. Пламя взметнулось вверх, загудело.— Это не магия. Это химия. Физика.Слова, которых ты не знаешь. Знания, которых у тебя нет. Именно поэтому твои воины гибнут от ржавых мечей, а мои будут резать врагов как масло.Корнелий отступил на шаг. Глаза его сузились.— Ты опасен.
— Да. Именно поэтому я вам и нужен.
— Нам?
— Да. Или ты предпочитаешь, чтобы варвары на границах получили эту сталь раньше вас?Пауза. Долгая. Корнелий переглянулся со своими помощниками. Снова посмотрел на клинок. На Алексея.
— Я доложу в Коллегию понтификов. Ты будешь под наблюдением. Любое колдовство,и ты умрёшь на костре.
— Наблюдай. Я не прячусь.Жрец развернулся и ушёл. Свита потянулась следом. Лекарь Руф задержался на мгновение, бросил на Алексея полный ненависти взгляд, но ничего не сказал. Исчез.Марцелл выдохнул.
— Ты ходишь по лезвию.
— Я всегда по нему хожу.
— Он вернётся. С солдатами. Или с храмовыми убийцами.
— К тому времени я сделаю ещё десять таких клинков. Твои воины будут носить их на поясах. И тогда пусть попробуют тронуть.Центурион покачал головой. Но в глазах его уже не было сомнения. Только расчёт.
— Что тебе нужно для работы?
— Всё, что я сказал раньше. И ещё кое-что.
— Что?
— Дай мне раненых. Тех, от кого отказались лекари.
---Ночь опустилась на лагерь.В кузнице горел огонь. Децим и Гней, измотанные, но уже по-другому глядящие на Алексея, складывали инструменты. Марцелл ушёл. Часовые заняли посты.Алексей сидел на пороге и смотрел на звёзды.Они были чужими. Созвездия не совпадали. Ни Большой Медведицы, ни Полярной звезды на привычных местах. Две тысячи лет разницы. Или больше.Он думал о том, что будет дальше. О жрецах, которые придут снова. Ему нужны союзники. Не только Марцелл. Ему нужны люди, преданные лично ему. Те, кого он вытащит с того света. Те, кто будет драться за него насмерть.Завтра он начнёт с раненых.
