Read the book: «Случайный поцелуй»
© Крынкина Н., текст, 2026
© Кучеренко А., ил., 2026
© ООО «Феникс», 2026
Первая глава
– Маргарита Алексеевна…
Услышав над собой молодой и приятный мужской голос, Рита дописала в журнале название темы прошедшей лекции и подняла на парня светлый взгляд. Тот улыбнулся обаятельно и вдруг, сдвинув на край стола её учебники и папку, нахально присел, возвышаясь над преподавателем:
– Позвольте сделать вам комплимент! Этот бирюзовый шарфик очень подходит к цвету ваших глаз… Они такие голубые… и такие бездонные… утонуть можно!
Девушка машинально поправила шарф на шее. Щёки вспыхнули лёгким румянцем. Опустив глаза, Рита щёлкнула ручкой и продолжила делать записи в журнале:
– Макаров, эти штучки на меня не действуют! Если хотите закрыть свои пропуски, подготовьтесь отвечать темы, которые мы уже изучили, и сдайте доклад. Он висит у вас уже три недели…
– Разумеется, – закивал тот, и стол под ним закачался.
– Будьте любезны встать со стола и разговаривать со мной как с преподавателем, а не как… с ровесницей! – нахмурилась Рита, смущённая поведением парня.
Парень послушно поднялся и виновато опустил голову. И всё же в его взгляде промелькнула озорная искорка, и он сделал над собой усилие, чтобы остаться серьёзным.
– Ну, вообще-то, мы с вами почти ровесники, – заметил он. – Ещё прошлой весной вы сами были студенткой.
– Макаров, говорите, что хотели, – нетерпеливо прервала его Рита, – и я пойду по своим делам! – она захлопнула журнал и стала собирать книги в стопку.
– Я? – Замешкался молодой человек. – Чего я хотел?.. – Словно вспоминая, запустил пальцы в волосы и потёр затылок. – Можно проводить вас сегодня домой? – неожиданно выпалил студент на одном дыхании, и лицо его покрылось розовыми пятнами.
Рита не ответила. Громыхнула стулом, вставая из-за стола и одёргивая узкую юбку-карандаш. Повесила на плечо маленькую аккуратную сумочку из серо-голубой замши и схватила книги так, чтобы, если Макаров посмеет приблизиться, у девушки осталась возможность этого не допустить.
– Нет! – холодно отрезала она, вздёргивая подбородок и делая шаг в сторону выхода из аудитории.
– А до остановки? – парень преградил Рите дорогу, не желая так просто отступать.
– Нет! – повторила девушка.
– Ну хотя бы до кафедры? – Он протянул руки к учебникам и с усилием их забрал. – Помогу вам, а то знания – они ведь тяжёлые, гранит науки всё-таки…
– Ладно, – нехотя согласилась Рита, – пойдёмте.
И, кашлянув, прочищая горло, поскорее постаралась обойти его стороной, чтобы не заулыбаться во весь рот, как дурочка.
Возле двери толпилась кучка студентов, и девушка торопливо прошмыгнула мимо, услышав за спиной заинтересованный шёпот. Одногруппники Макарова задержали его на секунду, и тот немного отстал. Рита не оборачивалась, сосредоточившись на том, чтобы не угодить каблучком в какую-нибудь случайную щель на выщербленном университетском полу, и думала, как бы отвязаться от незваного кавалера.
Макаров строил ей глазки ещё в прошлом году, когда Рита сама была студенткой. Но девушке некогда было заниматься глупостями – она готовилась к государственным экзаменам и защите дипломной работы, полностью поглощённая учёбой. Почти не вылезала из библиотеки и думать забыла о мальчиках и развлечениях. Теперь же Рита – аспирантка, ей доверяют вести занятия у пятикурсников. И надо же было такому случиться, что нахальный Макаров заканчивает университет именно в этом учебном году. Правда, на занятиях он появился всего третий раз с начала сентября, хотя сейчас уже в разгаре октябрь. И второй день подряд парень не даёт ей проходу. Конечно, Рита понимает, что это связано с «хвостами» по учёбе, и он ищет лёгкий способ их подтянуть. Но внимание Макарова всё же льстит ей и даже приятно…
Девушка спустилась по ступенькам на этаж ниже, и Макаров догнал её уже в просторном коридоре, поравнялся и негромко произнёс:
– Маргарита Алексеевна, какие темы я должен отработать?
– Все до единой! – мило отозвалась та.
– Это сколько? – вопросительно двинул бровью Макаров.
– Это шесть. И доклад, – она приблизилась к двери с табличкой, на которой золотистыми буквами сверкала надпись «Кафедра истории Древнего мира», и взялась за ручку.
– А когда я всё отработаю, – потупился он, обаятельно улыбаясь и тем самым снова вызывая румянец на щеках преподавателя, – согласитесь погулять со мной или выпить чаю?
– Нет! – Рита выхватила у него из рук книги и кинулась в открывшуюся дверь. В ту же секунду зацепилась каблуком за порог и угрожающе качнулась, едва не повалившись на пол. Мгновенная реакция Макарова спасла от падения, и девушка не заметила, как оказалась у него в объятьях, прижатая спиной к горячей юношеской груди. Из причёски Риты выскользнула русая прядь, защекотала ему нос, и парень сдул её, приятно щурясь. Тёплое дыхание коснулось уха девушки, и она передёрнулась, освобождая талию от его ладоней:
– Макаров! Что вы себе позволяете?!
Тот улыбался по-дурацки, и это ввело Риту в ещё большее замешательство. Из глубины помещения послышалось чьё-то покашливание, и девушка залилась краской.
– Иди! Уходи отсюда! – притопнула она, выталкивая студента за дверь и захлопывая створку у него перед носом. Вдохнула побольше воздуха в грудь и повернулась лицом к сотрудникам кафедры.
Ой-ой-ой! Как неудобно и стыдно!
Крупная седая дама с красной помадой на губах смотрела на Риту поверх очков в толстой оправе. Явно недовольна тем, что её отвлекли от работы таким беспардонным образом. И укоризненное молчание дамы говорило больше, чем если бы она сделала молодой коллеге замечание.
Покачал головой высокий, худощавый мужчина в клетчатом пиджаке с декоративными заплатками на локтях. Рот его дёрнулся в лёгкой улыбке, но торчащие, как щётка, усы мастерски её замаскировали. И всё же тёмные глаза сверкали весёлым издевательским блеском.
– Рита! – прозвучал властный голос, и девушка наконец повернула голову в сторону, где стояла почти двухметровая женщина. Один её вид внушал трепет, и до сего момента Рита боялась на неё даже посмотреть.
– Да, Алевтина Альбертовна? – она постаралась справиться с собой и унять предательскую дрожь в коленях.
Женщина отступила в сторону, открыв взору девушки ещё одного преподавателя. Он, согнувшись над столом, увлечённо что-то записывал в большой толстой тетради и, казалось, единственный не обратил внимания на произошедший казус.
– Рита, – чуть более мягко обратилась Алевтина Альбертовна и повернулась полубоком к человеку, который не отрывался от работы. – Эдуард хотел с вами побеседовать…
Она умолкла на секунду, предоставляя слово Эдуарду, но тот продолжал водить ручкой по бумаге, не обратив внимания на её реплику.
– Эдик! – она весьма бесцеремонно пихнула его в плечо.
– А? – отвлёкся тот, поднимая на неё расфокусированный взгляд. Заметив наконец Риту, вскочил из-за стола, чуть не перевернув его, и вытянулся во весь свой высокий рост.
Алевтина Альбертовна кхекнула и со всей грациозностью, на которую была способна, проскользнула к двери и исчезла в коридоре.
– Здравствуйте, Эдуард Георгиевич, – проговорила Рита, словно скороговорку, стараясь не пропустить ни одной буквы и не сломать при этом язык. – О чём вы хотели поговорить?
Мужчина замялся, дёргая на себе широкий длинный пиджак и смущённо перебирая пуговицы пальцами – тоже длинными и белыми.
Рита громко вздохнула и, оправившись от своего неудобного и одновременно эффектного появления, прошла к рабочему столу и опустила на него книги и сумку. Эдуард Георгиевич слыл нелюдимым и молчаливым, поэтому заявление Алевтины Альбертовны её слегка удивило.
– Риточка, хотите чаю? – предложил усатый мужчина.
– Да, не откажусь. – Кивнула она. – Я так замёрзла сейчас в триста двенадцатой… – и снова обратила взгляд на угрюмого человека-каланчу. Тот продолжал стоять и, словно в панике, теребить пуговицу на пиджаке. Девушка заметила, что мужчина ссутулился, и, видимо, просьба, с которой он собирался к ней обратиться, напрягала его самого.
– Держите, – услужливый преподаватель налил в большую прозрачную кружку ароматную травяную жидкость и поставил её перед Ритой. Подсунул пару шоколадных конфеток и засобирался на занятия.
– Спасибо, Николай Иванович, – поблагодарила Рита, обнимая руками кружку и вдыхая запах чая. Ледяные пальцы стали отогреваться, и она поёжилась, закусив губу, чтобы не улыбнуться. Макаров, конечно, балбес, но не всем же быть семи пядей во лбу! Может, он человек хороший…
Где-то на этаже раздался приглушённый звонок, возвещающий о начале новой пары, и Николай Иванович покинул кабинет. Крупная дама со вздохом тоже завозилась, неторопливо собирая в сумку очки, канцелярские принадлежности и бумаги с лекциями. Рита тянула чай, а Эдуард Георгиевич продолжал стоять у неё над душой. Наконец он отмер и, как только женщина закрыла за собой дверь, громко выдохнул и вышел из-за своего стола.
– У вас такое лицо, – хихикнула Рита, – будто вы собираетесь сделать мне предложение… Ой! – прикрыла ладошкой рот и заставила себя принять серьёзный вид. – Извините!
– Не совсем, – произнёс он хрипло, а потом запустил руку в недра пиджака и извлёк на свет два бумажных прямоугольника. – Я хотел пригласить вас в филармонию на фестиваль этнической музыки…
Девушка озадаченно взглянула на него и недоверчиво протянула:
– Почему меня? А… Алевтина Альбертовна?
– Она… не может пойти. И я подумал, – снова замялся он, – что вам это могло бы быть интересно…
Рита отпила чай и едва не обожгла горло, глотнув слишком много жидкости. На глазах выступили слёзы, и она помахала на себя рукой. Ничего не ответив, кашлянула и постучала ладошкой по груди.
Что сказать ему? Как отшить и послать подальше? И чем грозит ей отказ сыну декана исторического факультета Алевтины Альбертовны Рихтер?..
– Концерт через две недели, – пробормотал Эдуард, показывая билет. – Мне будет приятно, если вы согласитесь пойти со мной на это мероприятие.
Рита молча кивнула и наконец выдавила:
– Если не случится ничего непредвиденного, я постараюсь выкроить время… Должно быть, такие фестивали в нашем городе бывают нечасто…
– Это первый, – согласился тот. – У вас «окно»?
– Нет, – качнула отрицательно головой, – у меня сегодня было две пары, и я сейчас ухожу. Только чай допью.
– Сегодня солнечный день, – выглянул он в окно, и Рита заподозрила неладное, – не хотите прогуляться по набережной?..
– С вами? – уточнила и, получив кивок в ответ, мотнула головой. – Н-нет, мы договорились встретиться с подругой… давно не виделись, – пояснила она. И в ту же секунду послышался приглушённый гул. Старательно скрывая радость и облегчение, Рита схватила сумочку и выудила из неё телефон. Экран высвечивал надпись «Анька», и девушка тряхнула трубкой в доказательство своих слов. – Это она.
Эдуард Георгиевич с досадой кивнул и, спрятав билеты, вернулся за свой рабочий стол. Мельком взглянув на него, Рита поправила волосы и приложила к уху гаджет:
– Алло…
– Привет, училка! Закончила терроризировать бедных студентов? Собирай свои кости и пошли в парк, погода классная!
– Ладно, выхожу через десять минут, – пообещала. – Ты где сейчас?
– В книжном магазине возле твоего универа! Давай бегом, а то будешь копаться ещё полчаса!
– Всё-всё, собираюсь, – фыркнула Рита и отключилась.
Выдохнула, отмечая, что Эдуард вернулся к работе и почти не обращает на неё внимания, допила чай и поднялась на ноги. Простучала каблучками к вешалке и сняла с плечиков серый с серебристым отливом плащ. Сунув руки в рукава, застегнула пуговицы и затянула пояс на талии. Снова поправила шарфик и глянула в зеркало. Если не считать выбившейся из причёски пряди, Рита выглядит вполне аккуратно и прилично, как настоящая учительница – красивая и современная. И, наверное, нет ничего странного в том, что Макаров делает комплименты, а несчастный Рихтер еле осмелился пригласить её в филармонию… Вот только это всё не то. И девушка, повесив сумку на плечо и прихватив учебник истории, двинулась к выходу.
– До свидания, Эдуард Георгиевич.
И услышала в ответ рассеянное:
– Угу…
Вторая глава
– Саня! Будь другом, помоги! – беспокойно бросая взгляд на наручные часы, по квартире ураганом пронёсся парень с тёмно-рыжими волосами, а в Саню прилетели вывернутые наизнанку джинсы. – Погладь штаны мне!
– Офигеть! – лениво шевельнулся тот. – Я просился к тебе пожить, конечно, но в горничные не нанимался!
– Давай-давай! – он возник на секунду в дверях и, тыча пальцем в циферблат, засверкал тёмными серо-синими глазами. – Мне через полчаса надо быть в Пушкинском сквере. И ещё побриться и почистить зубы!
– М-м… – промычал сосед, перевешивая через плечо мятые брюки и выбираясь из-за компьютера.
– И помыться! – добавил рыжеволосый громче, уже находясь в другой комнате. – Кстати, можешь свалить сегодня куда-нибудь на ночь?
– Э, не наглей! – потягиваясь, Саня приблизился к гладильной доске и включил утюг в розетку. Аккуратно раскладывая брючину на доске, разгладил складки и покрутил головой, разминая шею. – Мы с Вовкой договорились пива попить. И думали, что ты к нам присоединишься…
– Не могу, братан! – промчалась мимо двери полуголая фигура с полотенцем на плече. – У меня свидание, я две недели её уламывал.
– Кого? – флегматично поинтересовался Саня.
– Милану… – дверь хлопнула о косяк.
– Ты дурак? – передёрнулся парень, выходя из своего дурацкого состояния. Он хотел было кое-что добавить, но понимал, что из-за шума воды в ванной его слова не достигнут цели, поэтому со вздохом продолжил разглаживать плотную джинсовую ткань.
Десять минут лучший друг потратил на то, чтобы привести себя в порядок, и когда наконец выскочил из ванной, обнаружил Сашу стоящим у окна.
– Антон! Ты серьёзно? – он повертел пальцем у виска.
– В смысле? – схватив джинсы, рыжий вывернул их на лицевую сторону и быстро сунул в штанины ноги. – А-а, это… Да не бубни ты! Как зануда, честно, Сань!
– Да я же за тебя переживаю! – бросил тот раздосадованно. – Сейчас она поймёт, что ты при бабках, и начнёт из тебя тянуть… У неё же на лбу написано!
– Саня, я не жмот! – рыжеволосый подтянул брюки. – Мне не жалко, если всё пойдёт не по плану. Успокойся, я не собираюсь дарить ей дорогие подарки сразу после первого свидания. Я не больной! – Широко улыбнулся. – Чистые носки есть у нас?
Тот пожал плечами.
– Она тебе не нравится – и это нормально! – заключил Антон, заглядывая в ящик маленькой прикроватной тумбочки и выхватывая пару чёрных носков с этикеткой. – Одолжи рубашку, а?
– Что бы ты без меня делал? – заворчал Саша, неохотно двигаясь к шкафу и вынимая вешалку с заранее отглаженными рубашками. – Выбирай!
Приятели были примерно одинакового телосложения. Ростом чуть выше среднего и с широкими плечами. Правда, Саша чуть плотнее, поэтому его рубаха на Антоне сидела слегка просторно. Заправив тёмно-синюю ткань поглубже в джинсы, парень застегнул пуговички на рукавах и полетел по квартире дальше искать телефон, ключи и мотоциклетный шлем.
– Сань! Сань, я обязательно тебе всё потом расскажу. И куплю вам с Вовкой ящик пива! Только не читай мне нотации и не указывай, каких я должен девушек выбирать! Поверь, они не все такие, как та овца, которая оставила тебя с кредитом! – Антон быстро сунул ноги в ботинки и выскочил в дверь, прежде чем друг успел запустить в него чем-нибудь тяжёлым.
– Чесноков, ну ты придурок! – услышал вслед и, перепрыгивая через две ступеньки, со смехом понёсся вниз с четвёртого этажа.
С грохотом выскочив из подъезда и на ходу застёгивая мотоциклетную куртку, Антон бросил приветствие бабулькам на скамейке и огляделся по сторонам. Время поджимает, и он уже не успеет заскочить в цветочный магазин, чтобы купить букет для девушки, свидания с которой добивался так упорно. Поэтому, недолго думая, парень перемахнул через невысокую ограду палисадника и дёрнул с корнем первую попавшуюся астру.
– Ай! Ты что делаешь, бесстыдник! – пришла в ужас крупная дама с красной помадой на губах, глядящая на мир сквозь большие очки в толстой оправе.
– Всё-всё! – обаятельно улыбнулся парень, избавляя цветок от корня и бережно пряча его во внутренний карман поближе к сердцу.
– Ни стыда, ни совести! – возмущалась бабуля, тряся кулаком ему вслед. – Ни воспитания!
Антон выскочил на тротуар и в несколько шагов оказался на парковке возле своего ярко-красного мотоцикла. Перекинул ногу через сиденье и, задвигая подножку, одновременно надвинул на голову шлем. Опустил стекло и завёл железного коня. Осталось десять минут, чтобы объехать все пробки и преодолеть маршрут в пятнадцать километров до центра города. И следует поспешить, если он не хочет опоздать.
Быть может, Санька по-своему прав, что с подозрением теперь относится к девушкам – не только к тем, с которыми знакомится сам, но и к тем, которые нравятся его друзьям. Не так давно он был ещё сильно влюблён и очень доверчив, а потом его чувства просто раздавили, предали и наплевали в душу. Антон не отказал, когда друг однажды попросился к нему на ночлег и с тех пор застрял у него в квартире почти на полгода. Всё это время Сашка ведёт себя тихо, ходит на работу в положенные часы, а вечерами торчит за компьютером. Работает через интернет и занимается чем-то, что связано с рекламой.
Без какой-либо выгоды для себя друг смог повысить популярность его автосервиса, организовав эффективную рекламу. Отбоя от клиентов теперь нет, и Антону даже пришлось подтянуть на подмогу ещё одного друга – Вовку, а после взять на работу двоих ребят. И дело, ещё весной дышавшее на ладан, сейчас пышет жизнью, а сам он торчит в гаражах с утра до ночи.
И, конечно, Антону понятно, что Сашка желает ему добра. Но ему слишком принципиальна встреча с Миланой, он почти победил эту несговорчивую девицу. И если уж он вбил себе в голову, что должен взять над ней верх, то доведёт это дело до конца. И никто не остановит!
Антон аккуратно выехал со двора и притормозил на перекрёстке, пропуская поток автомобилей. Дождавшись, пока движение схлынет, вывернул налево и двинул вдоль разделительной полосы в сторону центра. Сегодня он выбрал мотоцикл, хотя мог сесть за руль автомобиля и с комфортом катить в городском потоке. Но это было бы не так быстро.
И парень мчал, аккуратно лавируя между машинами и легко пробираясь там, где это казалось возможным сделать только пешеходам.
Пушкинский сквер, украшенный статуей «солнца русской поэзии», был полон народу. Антон оставил железного коня на парковке у торгового центра, рядом с полицейской будкой, и, глядя на часы, почти бегом полетел на встречу с Миланой. Он прибыл на место точно вовремя и даже подумал, что успеет отдышаться, прежде чем девушка появится в поле зрения. Наверняка она опоздает на пять минут, такую мелочь вполне можно простить. Глубоко вдохнув и выдохнув, Антон прищурился и огляделся.
Все скамейки до единой заняты. Слева от входа в сквер сидит компания школьников с огромными рюкзаками и бутылкой дешёвого лимонада. А может, там и не лимонад вовсе… Справа от них, на другой скамье, воркует парочка влюблённых, они поглощены общением друг с другом и не замечают никого вокруг. Дальше щебечут две красотки, заливаясь смехом, наверное студентки. Отличницы. Потому что между ними высится стопка книг. А позади памятника – ещё одна дорожка в сквер, вымощенная серой тротуарной плиткой.
По другую сторону от входа скамейки заняты разновозрастными компаниями. Не успев к ним как следует приглядеться, Антон замечает движение в свою сторону. Он машинально запускает руку во внутренний карман, чтобы вынуть оттуда примятую белую астру с пушистой молочной серединкой, и поднимает взгляд.
Ступор. И перехватывает дыхание.
В русых волосах играет солнце, и ветер треплет выбившуюся прядь. Голубые глаза – словно мягкое осеннее небо. Длинные чёрные ресницы. Бровки-стрелочки бьют остро и наповал…
Сердце ухнуло куда-то вниз, и он поплыл…
Третья глава
– Ты заучилась! Погляди, на кого похожа! – закинув ногу на ногу, Анька облокотилась на спинку скамьи и подёргала Риту за шарф.
– На кого? – возмущённо и одновременно весело откликнулась подруга, отстраняя её руку. – Вообще-то, я работаю в университете. – Хлопнула ладошкой по стопке книг, лежащей между ними на скамье. – И мне по статусу не положено носить короткие юбки и декольте до пояса.
– Ой, зануда! У тебя даже на лбу можно прочитать, что ты училка! Не знаю, почему, но вы все выглядите плюс-минус одинаково, – фыркнула Аня. – Можно было бы сходить куда-нибудь вечером, в клуб, например. И вот уже туда…
Договорить она не успела, поскольку Рита прервала её громким возгласом:
– Ага! Чтобы встретить там своих студентов и потом краснеть на каждом занятии?
– А что, педагоги не имеют права развлекаться? Что они, не люди?
– В нашем обществе бытует мнение, что раз ты педагог, то должен быть примером для подражания, – констатировала Рита. – И я с этим суждением согласна. Отчасти… Да! И не смотри на меня так.
– Ри-и-итка… – удивлённо протянула подруга, меняя взгляд с убийственного на умилительный. – Ну мне тебя правда уже становится жалко. Помнишь, как два года назад мы с тобой отрывались на дискотеках? Мы бы и сейчас так могли, но ты строишь из себя непонятно кого! Такая важная, статусная и всё время боишься, что все о тебе подумают.
– Не заводи меня! – Рита предупредительно сверкнула голубыми глазами и подняла указательный палец.
Аня хитро заулыбалась и, схватив её за руку, заговорщически к ней склонилась:
– Слушай, сегодня пятница! Давай завалимся в какую-нибудь кафешку, закажем вина или шампанского, потанцуем… День такой хороший, настроение отличное, чего тухнуть по домам?
– У меня завтра занятия, – отрезала Рита.
– Скучная! – обозвала её Аня и скрестила руки на груди, насупившись и обиженно надув губу. – Познакомились бы с кем-нибудь… Так ведь и помрём старыми девами!
– Эй! – Рита пихнула её под локоть со смехом. – У тебя осенняя депрессия?
– У меня осенняя, а у тебя круглогодичная, – бросила та недовольно.
– Да? – рассмеялась девушка. – И как будем лечить?
Подруга хитро прищурилась и вдруг сверкнула карим взглядом:
– Я кое-что придумала… Давай поспорим?
Рита покосилась на неё недоверчиво. Спорить Аня любит. И благодаря этой слабости они не раз попадали в неловкие ситуации, из которых не всегда удавалось выбраться с честью.
– Ну, давай… – неохотно согласилась она. – На что?
– М-м… – подруга поиграла пальцем на губе и вдруг вытащила из стопки нижнюю книгу. – Вот на это!
Подруги целый час провели сегодня в книжном магазине. Это было их ежемесячным развлечением, и они регулярно тратили часть заработанных денег на современную литературу. Сегодня девушки уже один раз поспорили, и Рита проиграла подруге эту книжку – сборник стихов местного поэта. Он был когда-то звездой школы, в которой они учились, красиво складывал слова, и все девчонки были от него без ума. А он посвящал им стихи. Рите с Аней было всего лет по двенадцать в то время, но даже их лихорадило при виде симпатичного лица школьного поэта и звуке юношеского голоса. И вот это был последний книжный экземпляр. И теперь, когда Анька поставила его на кон, девушка заподозрила неладное.
– Хочешь? – подруга покрутила сборником у Риты перед носом и поцокала языком, поддразнивая её.
– Боюсь представить, что ты задумала, – насторожённо прищурилась та.
– Я тебе её отдам, если ты, – подруга загадочно улыбнулась и вдруг злорадно захихикала, – поцелуешь первого встречного!
– Да иди ты! – обиделась Рита. – Это какой надо быть отбитой, чтобы целоваться с первым встречным из-за какой-то книжки! Сама иди целуйся с кем попало!
– Надо быть тобой! Ты за книжку душу продашь. Рит… Последний экземпляр. Тиражей больше не будет! – подначивала подруга.
– Нет!
– Ну ладно! – смягчилась та и покрутила головой, оглядываясь. – Иди и чмокни вон того красавчика, который мнётся возле памятника.
Рита устремила взгляд на парня в джинсах и кожаной куртке с заклёпками. Он держал в руках мотоциклетный шлем и оглядывался по сторонам.
– Похоже, он кого-то ждёт, – произнесла она вслух.
– Ну и что? Ты подойди и быстренько поцелуй! – Аня вытянула губы трубочкой и чмокнула воздух, показывая, как это делается. – Или ты боишься?
– Я ничего не боюсь! – Рита презрительно хмыкнула, прикидывая, не может ли он быть одним из её студентов. – Мне твоя книжка нафиг не нужна!
– А как же стихи про девочку Риту? – подруга с шумом пролистала страницы.
– А про девочку Аню? – парировала Рита.
– Да, но у меня-то она есть, – хитро улыбнулась Аня, прижимая книжку к груди. – А у тебя нет! И ты никогда не узнаешь, что он там про тебя написал!
Рита не ответила.
– Трусиха! – фыркнула Аня.
– Заткнись! – шикнула та в ответ.
– Я так и знала, что тебе слабо́!
– Эй! – огрызнулась Рита. – Если я это сделаю, тогда нам точно придётся пойти в кафе и отметить. Между прочим, за твой счёт.
Анька довольно заёрзала, потом сунула ей сборник и учебник истории и подхватила остальную литературу.
– Пойдём давай! – вскочила она, потянула Риту за руку вверх и начала толкать под лопатки так, что пришлось одёрнуть эту зачинщицу.
Ещё не зная, зачем она это делает, Рита выпрямила спину и двинулась навстречу приключению.
* * *
Незнакомка приблизилась, дерзко нарушая личное пространство и коснувшись носком сапога его ботинка. Антон растерянно хлопнул глазами и, не зная, как себя вести, протянул ей астру. Девушка смущённо улыбнулась и взяла цветок холодными пальцами. Прижимая к груди учебник истории, она встала на цыпочки и дотянулась губами до его губ.
Исполнив Анькину прихоть, Рита, розовая от смущения, хотела шагнуть назад, но очарованный незнакомец удержал её за талию. Он взял девушку за подбородок и, заглядывая в глаза своим пытливым серо-синим взглядом, поцеловал в ответ. И всё внутри Риты так трепетно сжалось.
Нежные розовые губки сомкнулись, не смея целовать его по-настоящему, как бывает у влюблённых. И парень отстранился, улыбаясь и продолжая гипнотизировать её взглядом. Он молчал. И она молчала. И только воздух словно трещал миллионами маленьких искорок, готовых превратиться в одну большую молнию, чтобы насквозь прошить двух случайно повстречавшихся людей. Или неслучайно?..
– С ума сойти! – будто ударяясь о стенки невидимого сосуда, в сознание ворвался незнакомый девичий голос, и Рита моргнула. Голос был возмущён. Он изрыгал проклятия.
Она почуяла, как кто-то тащит её за локоть, высвобождая из уютного плена, и неохотно оторвала взгляд от красивого загорелого лица с широким гладковыбритым подбородком, округлыми щеками и прямым аккуратным носом. А эти глаза… Океанская бездна…
Она как будто осталась там навсегда…
– Ну ты даёшь! – увлекая за собой подругу, Анька быстро, задевая кусты и деревья, протащила её к выходу из сквера и понеслась к дверям ближайшего заведения общепита. – Я от тебя такого не ожидала!
Рита шла за ней как привязанная, прижимая к себе выигранную в споре книжку и учебник истории. Ватные ноги не хотели слушаться хозяйку. Ветер щекотал прохладой шею, и она потянулась поправить шарф, но не обнаружила его. Обернулась, окидывая взглядом преодолённое расстояние, и, не успев огорчиться, услышала замечание Ани:
– Похоже, он и правда ждал девушку.
Подруги озадаченно переглянулись, и Аня продолжила:
– И похоже, девушки у него больше нет… Заходи! – и втолкнула подругу в дверь кафе на углу центральной улицы города. – Так ему и надо! Ждёт одну, а сам!
– Ань! – наконец способность говорить вернулась к Рите, и девушка выдернула у неё локоть. – Нехорошо как-то…
– Да брось ты! – фыркнула та, заметив пустой столик в углу полутёмного зала. – Иди присаживайся, я возьму меню.
Рита добралась до столика, не переставая думать о случившемся, опустилась на стул и постаралась расслабиться. Положила перед собой цветок и обняла себя за плечи, поёживаясь и прикусывая губу.
Девушка и сама не думала, что так умеет. Никогда не отличалась склонностью вешаться на шею мальчишкам. И это, вероятно, первый и последний раз в жизни Риты, когда она позволила себе такую наглость.
Нет, она не робкого десятка, и эту смелость воспитала в ней Анькина жажда к спорам. Они частенько вводили в ступор парней своими неординарными выходками, но пускать в ход тяжёлую артиллерию в виде поцелуев ни одной из подруг до этого момента не приходилось.
– Рит! – шикнула из-за спины Аня, опуская на столик два высоких бокала и бутылку красного виноградного напитка. – Вот тебя размазало! Ну, хочешь, я тоже кого-нибудь поцелую?
Рита заметила, как та уже вскинула голову, приглядывая потенциальную жертву.
– Сядь! – девушка дёрнула её за руку и усадила рядом с собой. – Пока ты ещё чего-нибудь не отчебучила!
– Эй! – виновато взглянула на неё Аня. – Я же не думала, что ты правда полезешь к нему целоваться!
– Наливай! – скомандовала Рита, пытаясь избавиться от странного цепенящего чувства. – Я всё равно его больше никогда не увижу!
– А вдруг увидишь? – Аня прицокнула языком, наполняя бокалы. – Жизнь такая странная штука, что в любой момент может подкинуть какой-нибудь сюрприз! – она опустила бутылку на стол, взяла ближний бокал и загадочно сверкнула карими глазами. – А может, сейчас откроется дверь и он войдёт сюда, сверкая фонарём, которым наградила его та девица.
– Ага, и поделится со мной его светом, – угрюмо усмехнулась Рита, следуя её примеру и двигая к себе второй бокал с красной жидкостью.
– Ну, не знаю, – хмыкнула Аня. – Я не заметила, чтобы ему не понравилось, – и хитро заулыбалась.
– Ладно, – вздохнула Рита, поднимая бокал. – Раз пошла такая песня, давай веселиться. Только в рамках приличия! – подняла указательный палец. – Я же всё-таки педагог!
– Знали бы твои студенты, как ты проводишь свободное время! – хихикнула Анька, чокаясь с ней бокалом.
– Надеюсь, что не узнают…
Четвёртая глава
Звонкий шлепок по щеке привёл Антона в чувства. Он оторвал взгляд от ускользающей фигуры незнакомки и уставился на другую девушку. Чёрные как смоль волосы. Сверкающие бешеной яростью глаза и ярко-красный рот, из которого льётся громкий поток упрёков и нецензурной брани.
– Тс-с! – приложил палец к губам, призывая её быть тише, и снова посмотрел вслед голубоглазой студентке – такой смелой и одновременно скромной.
– Ты что?! Ты вообще?! – задыхалась от гнева та, кто пришла к нему сегодня на свидание.
– Милана, – он потерял из вида девушку, перевернувшую всё с ног на голову. – Я всё объясню сейчас…
– Да что объяснять! Я всё видела! – она ощутимо врезала ему по плечу тяжеленной сумкой. – Или ты назначил здесь встречу кому-то ещё?! Супер!
– Слушай, – хмыкнул он, оглядываясь и замечая, что устроенная ею сцена привлекла внимание окружающих, – чего ты разоралась? Ты же даже не моя девушка…
У Миланы на секунду отвисла челюсть. Затем она собралась и, взяв себя в руки, снова залепила Антону по щеке, так что теперь они обе горели багровым цветом.
– Я пришла к тебе на свидание! – зашипела она. – Я потратила на тебя своё время!
– А-а, – догадливо протянул Антон, потирая щёку и всё ещё пытаясь выцепить взглядом из толпы причину развернувшегося конфликта. Наконец, понимая, что в сложившихся обстоятельствах это бессмысленно, он сосредоточил внимание на Милане и неожиданно вспомнил о Сашке. А может, друг прав?
– Отменила все дела, чтобы встретиться с тобой! – продолжала взывать к его совести та. – А ты… Это подло и мерзко!
– Какие дела? – поинтересовался он, сбивая её с толку.
Девушка, хватая воздух ртом, захлопала тяжёлыми ресницами.
– Постой, не говори! – Антон прищурился. – Пятничную тусовку с подругами отменила? Да ладно, ещё не вечер… Ещё успеешь… – и подставил предплечье, защищаясь от очередной её попытки врезать ему посильнее.
– Козёл! – рыкнула девушка. – Да пошёл ты! И не звони мне больше! – и развернулась, хлестнув парня волосами по лицу.
Антон стиснул челюсти, заскрипев зубами, и даже не попытался остановить Милану, когда та застучала шпильками по тротуарной плитке. Задрала горделиво голову. Шагала широко и размашисто.
Он опустил голову и, зажмурившись, потёр затылок. Вот засада! Где теперь искать эту девчонку, которая провернула с ним такой ловкий трюк? Ещё пятнадцать минут назад Антон и думать не мог ни о ком, кроме Миланы. Но, видно, не судьба… И почему-то сейчас он об этом не жалеет.
* * *
– Чеснок?! – послышалось из кухни, когда Антон вошёл в прихожую и захлопнул за собой дверь. – Ты чего так быстро нагулялся?
– Здоро́во! – из комнаты выглянул высокий брюнет с банкой в руке.
– Виделись уже! – отозвался парень недовольно, опуская шлем на шкафчик и снимая ботинки. – Дай попить.
– У кого-то, походу, ночь любви обломалась, – хрюкнул тот, протягивая ему банку. – Сань, ты выиграл! С меня завтра кино!
Антон опрокинул в себя светлый пузырящийся напиток и сделал несколько хороших глотков. Утёрся рукавом и вернул банку владельцу.
– Ну что, отшили тебя, Чесноков? – появился из кухни Саня с двумя тарелками. В одной горкой лежали чипсы, в другой – сухари. – А я тебя предупреждал! Забей и пошли с нами, – и бросил через плечо: – Ящик завтра донесёшь!
Антон ткнул друга под лопатку и повесил куртку на вешалку. Прошёл в свою комнату и, запустив руку в задний карман джинсовых брюк, вытянул из него голубой полупрозрачный шарф. Он нашёл его случайно, когда решил пройтись вдоль живой ограды сквера, на ветках кленового деревца с пожелтевшими листьями.
Антон опустился на примятую постель и, перебирая пальцами тонкую ткань, скривил рот в безнадёжной улыбке. Парень знал, что этот шарф принадлежит Ей. С большой буквы, потому что он не знал Её имени. И пахла вещь точно, как Она, ненавязчивым цветочным ароматом. Вот только что с того?..
– Э-э! – в дверях возникли друзья.
– Да ладно, не расстраивайся так, – произнёс Саня.
– Другую найдёшь, – поддержал его друг.
– Точно, Вован! – Сашка пихнул того под локоть, оживляясь. – Я давно хотел попробовать одну штуку…
Вовка покосился на него недоверчиво:
– Саня, ты меня пугаешь…
– Да иди ты! – приятель двинул его по спине. – Как бы объяснить попроще… В интернете есть такие штуки, называются парсеры…
Антон не очень понимал, при чём здесь какие-то компьютерные примочки, но перебивать не стал. Саня был так воодушевлён, что лучше дать ему высказаться.
– Вот смотрите, – Сашка вошёл в комнату и встал между друзьями. – Когда я настраиваю рекламу на своей страничке, я ищу людей, которые наиболее заинтересованы в товаре или услуге…
Антон и Вовка непонимающе переглянулись.
– Ну, к примеру, как я делал это для твоего автосервиса: собрал сообщества автомобилистов по нашему городу и запустил на их участников рекламу. И так можно сделать с любым бизнесом, настраивая его на людей определённого пола, возраста, места проживания и по другим параметрам.
– Спасибо за ликбез, – Вовка шаркнул ногой и отвесил поклон, – ты умеешь повернуть беседу в другое русло.
– Заткнись! – невежливо буркнул Саня. – С помощью парсера я могу найти тебе любую девчонку! И она будет интересоваться тем же, что и ты. И ей будут нравиться такие же музыка, фильмы и даже еда!
Смутная мысль мелькнула в голове Антона, и он задумчиво посмотрел на друга.
– Могу найти тебе несколько профилей! С фотками. И ты сможешь выбрать, какая тебе нравится больше, – сверкали в полутьме Сашкины глаза.
– Да? – хмыкнул Вовка, скрещивая руки на груди. – Чего ты себе так никого не найдёшь?
Саня грустно вздохнул и невнятно пробормотал:
– Да мне пока никого не надо. Хочу один побыть… – а потом встрепенулся снова и продолжил: – А ещё можно спарсить в соцсети все её действия: кому и где ставила лайки, что и как комментировала… Правда, кроме личной переписки.
– Серьёзно? – наконец заинтересовался Вовка, шагнув в комнату, взял его за шкирку и потащил к компьютеру. – Ну-ка, пошли поищем…
Антон проводил их взглядом и усмехнулся. Потянулся, разминая спину, и для начала решил переодеться. Ему не надо так, чтобы выбирать. Он был бы рад найти свою Незнакомку. Хотя бы её страничку в соцсети. Её голубые глаза парень запомнил на всю жизнь и узнает, даже если они встретятся на другом континенте в следующей жизни.
В соседней комнате шло бурное обсуждение. Вовка составлял техническое задание для Саши, в котором расписывал требования к будущим кандидатурам на звание своей потенциальной второй половины. И когда Антон к ним присоединился и заглянул в монитор, то увидел интеллектуальную карту, в центре которой красовалась жирная надпись: «Вован, 24 года, автоэлектрик, футбол, меломан». Не удержав ехидной ухмылки, парень опустился в кресло позади друзей и прислушался к оживлённой беседе.
– Вот, смотри, – пояснил Сашка. – Ты Вован, ты продукт с определёнными характеристиками, который мы должны предложить потребителю…
Вовка стукнул его по уху.
– Ну, я же это образно, – обиженно протянул Сашка. – Кому ты можешь быть интересен? Девчонкам твоего возраста и младше… и возьмём постарше, лет до двадцати шести…
– …пяти, – перебил тот. – Не замужем, – добавил. – Естественно! И без детей! – сделал замечание.
– Учти, – предупредил Саня, – если они не указывают этой информации на личной странице, это не значит, что так оно и есть.
Вовка молча кивнул и обернулся на Антона. Тот закинул в рот горстку сухариков и потянулся к нетронутой банке. Щёлкнул ключиком и поймал на себе пытливый Сашкин взор.
– Соберём автомобильные паблики по городу, – защёлкал он по кнопкам, заполняя интеллект-карту. – Футбольные. Музыкальные. А потом посмотрим, сколько девушек состоят хотя бы в трёх из каждой категории… А потом оставим пересекающиеся… И получим результат!
– Как всё мудрёно! – Вовка потёр нос, переглядываясь с Антоном. – Проще пойти в клуб!
– Вперёд! – фыркнул Саня. – Один уже познакомился в клубе, убил кучу времени и отхватил по морде…
– С чего ты взял? – подал голос Антон, сверля взглядом его русый затылок.
– У тебя пятерня на щеке отпечаталась, Чесноков!
Антон снова усмехнулся, разжёвывая солёный сухарик. В точку! Сашка ещё со школьных лет умеет подмечать незначительные детали, складывать их в логические цепочки и делать выводы. Однажды он вычислил, куда подевался пропавший школьный журнал, и вывел из подозрения целый класс. А вот физрук, уронивший его за батарею, получил выговор.
– Или я не прав? – хмыкнул Саня.
– Прав, – неохотно признал Антон.
– Ладно, – согласился подождать Вовка, – ищи… Сколько времени это займёт?
– К утру будет готово!
Тот удовлетворённо кивнул и отвернулся от компьютера. Посмотрел на рыжего, собираясь о чём-то его спросить, но Антон первым открыл рот:
– Сань! А ты своим парсером можешь найти человека?
– Да легко! – отозвался тот, щёлкая по клавишам.
– Отлично! – оживился он наконец.
И вдруг услышал:
– Девочку? Мальчика? Как звать?
Лицо его озадаченно вытянулось, а Саша, не дождавшись ответа, оторвал взгляд от монитора и уставился на товарища.
– Я не знаю, как её зовут, – тот опустил глаза.
– Это сложнее, – улыбнулся уголком рта, замечая, что этот факт сильно огорчает его друга. – Возраст?
– Я думаю, до двадцати двух – двадцати трёх… – пожал тот плечами. – Скорее всего, она студентка… У неё был учебник истории в руках. И вот ещё, – он вытянул шарф из кармана спортивных брюк, который зачем-то туда положил. – Она потеряла…
– Э… да здесь пахнет детективной историей, – заметил Вовка, переглядываясь с Сашей. – Чесноков, колись, чего случилось!
Антон обхватил руками голову, взъерошивая тёмно-рыжие, почти каштановые волосы, и засмеялся каким-то вымученным и почти истеричным смехом.
– Я был в Пушкинском сквере, ждал Милану, – проговорил он сквозь смех. – И появилась эта девчонка. Глаза – вот такие, – потряс шарфом, – поцеловала меня и дала дёру вместе со своей подружкой…
Его смех завёл друзей, и они оба тоже расхохотались.
– Пока Милана орала, их уже и след простыл…
– Ах-ха-ха! – покатывался Вовка. – Круто тебя разыграли!
– В смысле? – Антон сдвинул брови, не понимая, что друг имеет в виду.
– Да она же специально это устроила, чтоб ты от неё отстал!
– Ну чего ты придумываешь? – просмеявшись, Саша отрицательно помотал головой и обратился к Антону. – Узнать её сможешь?
– Да, конечно, – кивнул тот уверенно.
– Я попробую её найти, только не скажу, как скоро смогу это сделать, может, через два дня… может, через неделю… – он задумчиво пожевал губу. – Вообще-то, можно дать объявление и попросить её отозваться – так будет проще.
– Нет, – отрицательно качнул головой Антон и хитро прищурился. – Я хочу, чтоб Она тоже поломала мозги, кто я такой, прежде чем мы снова встретимся… Если, конечно, твой парсер всесилен и отыщет эту Золушку…
Саша кивнул, разминая пальцы:
– Окей! За работу…
Пятая глава
– Ты сегодня не торопишься на занятия…
Рита стояла у окна на кухне и рассеянно поглаживала мягкую гладкошёрстную кошечку. Животное ласково мурлыкало и тёрлось тонкими тёплыми ушками о её ладонь.
– Да, мне сегодня ко второй паре, – обернулась девушка на мамин голос и невесело вздохнула.
– Хандришь? – улыбнулась маленькая изящная женщина с красиво уложенным пучком на голове, одетая к выходу на работу. – Слопай что-нибудь сладенькое. – посоветовала она. – Эндорфины улучшают настроение.
– Не хочется, – поморщилась девушка, вновь выглядывая в окно. В начале девятого ещё было сумеречно и ночь неохотно отступала, а день, словно лениво, открывал глаза.
Тёплое золото октября в один момент сменилось переменчивой дождливой моросью. И небо, несколько дней затянутое белыми облаками, прятало солнце и навевало тоску. Рита грустила над учебниками, иногда открывая художественные книги, но ни разу так и не заглянула в сборник стихов, доставшийся ей в результате дурацкого спора с подругой.
Анька в тот день убеждала её в том, что через несколько дней Рита и не вспомнит о глупости, которую так решительно совершила. И что у неё самой никогда не хватило бы духу вытворить такое… А Рита с ней соглашалась. И запивала клокочущие чувства красным напитком со вкусом сладкого винограда.
Вот только ни на следующее утро, ни через день, ни даже через два она не забыла серо-синих глаз и просыпалась с мыслями о странном поцелуе. И думала, что где-то он сейчас, возможно, тоже вспоминает о ней. И жалела, что больше никогда его не увидит…
Нет, в глубине души она надеялась, что, может, это всё-таки когда-нибудь случится. Но старательно закапывала эту надежду поглубже, как делают с секретиками, чтобы никому и никогда о них не рассказывать…
– Смотри не опоздай, – бросила мама, удаляясь из кухни в прихожую. – Я побежала. Насыпь киске корма.
– Хорошо…
Услышав, как за мамой захлопнулась дверь, Рита взяла кошечку на руки и, погасив свет на кухне, побрела в постель. Скоро вернётся с ночного дежурства папа, и до его прибытия у неё есть минут десять, чтобы поваляться в тёплой кровати.
Девушка скользнула под одеяло и устроилась на подушке. Кошка свернулась калачиком поверх одеяла и спрятала нос. Значит, будет холодно…
Рита грустно улыбнулась, боясь прикрыть глаза. Воображение тут же нарисует ей образ незнакомца, и, хотя он всё больше становился размытым, глаза его по-прежнему не забывались. Такое бывает, когда с первого взгляда из-под ног будто уплывает земля и существует только безмолвный контакт взглядов, который связывает людей крепче любых слов и разговоров.
– А-ай… – Рита ущипнула себя за запястье. – Ну хватит, хватит! – И резко села на постели, запуская пальцы в волосы и ероша их так, будто собиралась выдрать с корнями. – Вот так, Мурочка, придумываем себе принцев. А потом всю жизнь мечтаем с ними встретиться. Пойдём, покормлю тебя лучше!
* * *
На улице снова сыпал мелкий холодный дождь, и Рита промёрзла до костей, пока добралась до университета. И хотя серебристый плащ уже пришлось сменить на тёплое пальто, оно не спасало от северного ветра.
Потирая холодные руки, девушка простучала каблучками по пустынному коридору. Поздоровалась со стареньким седым охранником и скучающей буфетчицей за стеклянной стенкой общепитовской точки и побежала вверх по лестнице на третий этаж. Шмыгая красным носом, склонила голову и прижала ухо к плечу, пытаясь его хоть немного отогреть. Девушке не очень хотелось сейчас, чтобы на кафедре кто-нибудь был и видел её в таком состоянии. Хотя теперь уже всё равно, в общем-то. И даже если там кто-то есть, она будет благодарна, если он предложит ей горячего чаю…
Рита подёргала за ручку двери, и створка отворилась. Перешагнув порог помещения, девушка увидела за столом крупную седую даму, губы которой по обыкновению украшала яркая красная помада, и вежливо поздоровалась:
– Доброе утро, Виктория Аполлоновна!
– Здравствуйте, Маргарита, – снисходительно улыбнулась та, глядя на неё поверх очков. – Чай горячий…
– Ой, как хорошо! – обрадовалась девушка, небрежно бросая сумку на стул и расстёгивая пуговицы бежевого пальто. – Сегодня очень холодно…
– Да-а, – протянула дама низким голосом, почти басом. – Зима уже близко… Хотела спросить вас, Рита, – произнесла вкрадчиво, – как вы относитесь к культурным мероприятиям в нашем городе?
– Положительно отношусь, – улыбнулась девушка, затыкая в рукав тёплый кашемировый шарф песочного цвета.
– Значит, вы пойдёте на фестиваль этнической музыки на следующей неделе?
Рита повесила пальто на рогатую вешалку в углу кабинета и, подбирая слова, произнесла негромко:
– Ещё не знаю… если получится… А вы? – умело перевернула беседу.
– Билетов уже нет в продаже, – вздохнула разочарованно её собеседница, подпёрла подбородок кулаком, на котором сверкнул старомодный перстень с крупным багровым камнем, и мечтательно посмотрела в окно. – Коллеги с кафедры этнографии в первых рядах разбирали. Так что если вы не приобрели билет, боюсь, у вас уже не получится попасть на этот праздник…
– Знаете… – в голове у Риты мгновенно созрел план действий, и, собираясь с мыслями, она продолжила: – Налить вам чай?
– Да, пожалуйста, – дама придвинула на край стола пустую чашку с изящной ручкой и золотистой каймой.
– Меня пригласили, – девушка доверительно посмотрела в её сторону и опустила в подставленную чашку треугольный пакетик. – Но я не уверена, что готова это приглашение принять.
Виктория Аполлоновна с любопытством навострила уши и повернулась к ней всем корпусом. Залив пакетик горячей водой, Рита подёргала за ниточку и переложила его в свою чашку:
– И отказать вроде неудобно, и соглашаться я как-то тоже не горю желанием…
– Почему? Ведь это же такое грандиозное мероприятие! Вы даже не представляете, Рита! Такого события ещё никогда не было в нашем городе. Вы будете очень жалеть, если его пропустите!
Рита налила в свою кружку кипяток и, не поднимая глаз, улыбнулась.
– И у того, кто приглашает вас туда, отличный вкус.
– Да, а ещё мама – декан истфака, – хмыкнула в ответ девушка.
Виктория Аполлоновна уже успела поднести чашку к губам и теперь едва не опрокинула её на себя, будто кто-то толкнул даму под руку.
– Да вы что?! – глаза её стали размером почти с очки, и она чуть слышно проговорила себе в нос. – Эдуард Георгиевич???
Рита молча кивнула, глядя, как вытянулось у собеседницы лицо, а губы сложились трубочкой. Потом отошла к подоконнику и, поглаживая запылившийся листок фикуса, отпила глоток горячего несладкого напитка:
– Вы удивлены?
– Не то слово! – ответила женщина, с жаром прикладывая ладонь к груди, и перстень снова сверкнул огромным камнем. – Эдуард – молодой и очень перспективный учёный, он пишет кандидатскую диссертацию, ему уже не раз предлагали перебраться в Москву и даже за границу! Но, – покачала она головой, – при всём уважении к его таланту, он слишком привязан к матери…
Рита ожидала это услышать, поэтому просто ухмыльнулась и отпила чай.
– Здесь Алевтина Альбертовна создаёт ему все условия для работы, а там он будет предоставлен самому себе. И ей нужно либо ехать с сыном вместе, либо пристроить его в надёжные руки.
Из коридора послышался звонок, извещающий об окончании пары, и Виктория Аполлоновна поспешила закончить:
– И, с одной стороны, вам оказывают доверие, которого, насколько мне известно, не удостаивалась ещё ни одна девушка. А с другой – я вас понимаю! Если не лежит душа… – она снова покачала седой головой, словно констатируя всю катастрофичность ситуации, и решила не продолжать.
Рита вздёрнула носик и рассмеялась:
– Ну не уволят же меня, в самом деле, если я не пойду с ним на этот фестиваль?
– Вы плохо знаете Алевтину Альбертовну…
Девушка задумчиво потёрла лоб и прислонилась поясницей к подоконнику. Слова опытной преподавательницы заставили её призадуматься о том, что ничего хорошего общение с Эдуардом ей не сулит и лучше его вообще не начинать.
Она допила чай и двинулась к рабочему столу, на котором вчера оставила учебники, чтобы не тащить эту тяжесть домой. Выход один – сделать вид, что у неё на личном фронте всё в порядке и уже есть молодой человек, которому очень не понравится, если она отправится на фестиваль с другим мужчиной. Врать, конечно, нехорошо, но ничего другого не остаётся.
Встретить Эдуарда прямо сейчас ей не хотелось, и Рита решила покинуть кабинет прежде, чем он здесь появится. Поспешно собрала учебники в стопку и, повесив сумочку на плечо, зашагала на выход. Не успела взяться за ручку двери, как створка резко и широко распахнулась и девушку дёрнуло вперёд. По инерции Рита с размаху влетела в габаритную фигуру преподавателя, от которого так поспешно собиралась скрыться. Книжки полетели на пол, а из его руки выскользнул потрёпанный портфель. Рита больно стукнулась лбом о его могучий подбородок так, что на секунду потемнело в глазах, и она была вынуждена опереться о косяк.
– Маргарита Алексеевна… – замямлил Эдуард. – П-простите, я случайно… Я не хотел…
Девушка проморгалась и поспешила отгородиться от участия мужчины, не позволяя его протянутой руке к себе прикоснуться.
– Всё хорошо. Не нужно… – потёрла голову и повернулась к подскочившей Виктории Аполлоновне. – Всё хорошо, правда! – и опустилась на корточки, чтобы подобрать книги. – Это моя, да… И эта… – приняла учебники, заботливо подсунутые Эдуардом. – А вы билеты обронили!
– Да, – рассеянно закивал тот. – Я вчера забыл оставить вам один, – хекнул, косясь на седовласую даму.
– Вы знаете, – Рита набрала побольше воздуха в грудь и, стараясь не смотреть Эдуарду в лицо, тоже взглянула на старшую коллегу, – мы тут беседовали с Викторией Аполлоновной, и она призналась, что очень хотела бы попасть на этот фестиваль. Все билеты проданы, и я подумала, что будет справедливо, если вы пригласите в филармонию её, а не меня…
У Эдуарда отвисла челюсть.
– Рита! – всплеснула руками Виктория Аполлоновна. – Ну что вы такое говорите?!
– Да-да, – Рита схватила её за руку и крепко сжала, призывая замолчать. – У меня так мало времени на развлечения, я всё ещё никак не войду в рабочий ритм… и потом… – потупилась, собираясь с духом. – Кое-кто не поймёт меня, если я отправлюсь на концерт в вашем сопровождении… А вы будьте уверены, Виктория Аполлоновна составит вам отличную компанию!
Пожилая преподавательница закашлялась, и Рита аккуратно похлопала её по спине. Выкрутилась, проскальзывая в дверной проём, и понеслась по коридору в сторону лестницы.
Девушка едва успела перевести дыхание и мысленно перекреститься, когда навстречу ей из лестничного пролёта показался Макаров.
– Маргарита Алексеевна, – заулыбался, словно мартовский кот, и развёл руки в стороны, приветственно наклоняясь вперёд.
Рита бросила взгляд назад и, заметив, что на неё смотрят, растянула рот в улыбке и кинулась к нему, хватая за локоть.
– На! – сунула книжки ему в руки и скомандовала: – Пошли! – И, продолжая держать его за локоть, потащила к ступеням.
– Вау! Я тоже рад вас видеть! – опешил тот немного, легко подчиняясь. – И даже соскучился…
Спустившись на один пролёт, Рита отпустила его наконец и вздохнула свободнее:
– Дим, хочешь, я прощу тебе доклад?
– Конечно, – кивнул он с готовностью. – Кого надо убить?
Она одарила его назидательным взглядом и прищёлкнула языком. Парень виновато улыбнулся и последовал за ней, отставая на полшага.
– Мне нужно, чтобы меня кто-нибудь сопровождал на территории университета. Хотя бы пару дней в неделю… Везде…
– И даже в туалет? – уточнил он.
– Не настолько буквально! – девушка закатила глаза.
– Ладно-ладно, понял… А зачем?
– Потом скажу. Поможешь?
– За доклад и две темы! – парень хитро прищурился.
– Эй! – пихнула Рита его в бок. – Не наглей, Макаров!
– Не хотите – как хотите, – остановился тот на последней ступеньке и почти повернул назад.
– Ну хорошо, – неохотно согласилась девушка. – Но только две!
Тот удовлетворённо кивнул и снова приблизился к ней:
– Договорились, Маргариточка Алексеевна…
Шестая глава
– Блин! – Антон с сожалением посмотрел вслед шлёпнувшемуся на пол колбасному кругляшу, щедро намазанному майонезом, и со вздохом наклонился, чтобы подобрать еду и выкинуть в мусорное ведро. Пока не видит Сашка, отвечающий за хозяйственную часть, быстренько вытер жирный след на полу губкой для посуды и вернул её на место. Положил на хлеб новый кусок колбасы и, откусив, побрёл в комнату, где уже целую неделю по вечерам безотрывно сидел за компьютером лучший друг.
– Сань, у меня скоро гастрит разыграется от такой жизни… Пошли хоть пельменей купим, что ли… – проворчал он.
– Погоди, – тот щёлкнул по кнопке мыши, открывая интеллектуальную карту, и заложил руки за голову.
– Не нашёл? – поинтересовался Антон участливо.
– Ну, судя по тому, что ни одна из нескольких сотен, что я тебе представил, не твоя… – вздохнул тот, оборвав недосказанную мысль.
– Может, не там ищешь? – подсказал приятель с набитым ртом.
Саня задумчиво закивал и повернулся к нему лицом. Выражение на нём читалось отрешённое. Закинув в рот остатки бутерброда, Антон отряхнул руки и вытер их о штаны.
– Я собрал все сообщества местных вузов, я перевернул всю информацию по факультетам и специальностям, где изучают историю с третьего по пятый курс. Я отсеял все профили без фото. Иголку в стоге сена проще найти! – Саня взъерошил волосы. – Она точно не была похожа на школьницу?
– Да не, – мотнул головой Антон, совершенно убеждённый в том, что девушка, которую безуспешно пытается отыскать Сашка, гораздо взрослее школьницы.
– Давай подумаем вместе, – Саня упёрся локтями в колени и сложил пальцы в замок. – Для чего ей нужен учебник истории?
– Чтобы учиться, – Антон пожал плечом. – Зачем же ещё? Готовиться к занятиям, семинарам всяким. Или курсач писать.
– Готовиться к занятиям. – Саша нервно потёр подбородок. – Точно! – встрепенулся, подскакивая на стуле. – Да как я не додумался раньше проверить эту версию?! Ты же сам сбил меня с толку!
– В смысле?! – Антон недоумённо выгнул бровь, приближаясь к компьютеру и заглядывая в экран.
Сашка быстро повернулся к монитору и защёлкал мышью:
– Если она не учится, а преподаёт, а?
Чесноков склонил голову к плечу и растянул губы в недоверчивой улыбке:
– Да ладно! Преподаёт и полезла ко мне целоваться? Бред!
– Тогда появляются новые ветки, – не слушал Саня, перебирая кнопки на клавиатуре. – Сначала я проверю вузы и, если мы её опять не найдём, придётся искать по школам…
– Ты скоро в зомби превратишься, – осторожно заметил Антон, похлопывая его по плечу.
– Знаешь, я вошёл в азарт и хотя бы немного отвлёкся от своих проблем, – отозвался Саня. – Я перелопатил кучу профилей и диву даюсь, сколько красивых девчонок учится в нашем городе! Серьёзно, я бы ещё долго пускал пузыри в своём болоте, если бы не ты и твоя таинственная незнакомка.
Антон потрепал его по голове и признался:
– Мне с трудом верится, что твой парсер её найдёт… Пошли лучше в магазин, есть охота…
– Сейчас поставлю сбор базы… Если она указала ключ у себя на странице, считай, мы её вычислили…
Антон кивнул и выпрямился:
– Ничего не понял, но очень интересно! – сунул руку в карман и, потирая затылок другой рукой, повернулся к выходу.
Антон не особо надеялся на чудесную Сашкину программу и логику друга, поэтому и сам не бездействовал. Он решил, что его Незнакомка, вероятно, часто бывает в Пушкинском сквере, и каждое утро срывался из дома пораньше, чтобы поймать Её с поличным на ближайших остановках, когда Она идёт на учёбу. Бывал там и днём, и вечером, так что полицейский из будки начал уже его узнавать.
Это начинало превращаться в навязчивую идею, и парень, усмехаясь, представлял, что именно так ведут себя маньяки, выслеживая жертву. Он вполне спокойно относился к воспоминаниям о Её хулиганском поступке, не страдал, как юная барышня, и не жаждал увидеть вновь. Просто где-то на подсознательном уровне у Антона свербело, что его так запросто схватили и потрепали за нос. И хотелось реванша.
Только Она исчезла. Просто испарилась, будто Её никогда и на свете не было. И он уже начал сомневаться, что узнает Её, если когда-нибудь всё-таки встретит…
– Пошли, – поднялся Сашка следом за ним и потянулся, разминая мышцы. – Когда вернёмся, база уже будет готова.
Антон кивнул, передёрнув плечами, и неторопливо побрёл в прихожую. Слова друга снова посулили ему надежду и заставили желудок сжаться в спазматическом приступе. Если Саня найдёт эту девчонку, он окончательно убедится в его божественном профессионализме и запустит такой «сарафан», что к Сашке выстроится очередь за рекламой на пару лет вперёд.
– Давай мясо возьмём, – предложил Саня. – Котлет пожарим…
– Ты будешь жарить! – Антон живо перевёл стрелки. – И побольше! А то Вован учует запах и тоже примчится.
– Мы без пароля его не пустим! – хмыкнул друг в ответ, надевая обувь и накидывая куртку.
– «Две по ноль-пять»? – усмехнулся Антон.
– На каждого!
* * *
Ужин получился поздним и плотным. Наевшись до отвала, двое друзей наконец переместились за компьютер. Они оттягивали этот момент с того времени, как вернулись домой, и теперь Саня ткнул курсором в какую-то строчку и пригласил Антона к просмотру:
– Тут всего-то два десятка профилей нашлось. В сравнении с тем, что мы уже посмотрели, это капля в море.
Тот согласно кивнул, уселся на вертящийся стул и взялся за мышку. Покрутил колёсико, вглядываясь в лица на мелких аватарках, и глубоко вздохнул:
– Ну, давай по порядку…
Саня отступил, широко зевая и потирая слипающиеся глаза, отодвинул тюль от балконной двери и выглянул в тёмную ночь. Квартира Антона находилась в центре города, на оживлённой улице с высокими многоэтажками по обе стороны. Поток машин и городского транспорта не стихал ни на минуту, и только поздней-поздней ночью с шоссе не доносились шум колёс и рёв клаксонов.
Саша долго привыкал к этому шуму, особенно тяжело было летом, когда окна стояли нараспашку, а закрыть их означало задохнуться. Теперь же он не представлял, как можно без этого шума существовать.
– Ну-ка, поди сюда! – окликнул его Чесноков, и Саша оторвался от созерцания красоты ночного города. Он вопросительно вскинул подбородок, и Антон повернул к нему монитор. – Похоже, есть!
Округлившиеся тёмно-серые глаза сделались тёмно-синими, и он поджал нижнюю губу, пытаясь сдержать эмоции. Саша сфокусировал взгляд на аватаре, но Антон тут же увеличил фотографию, облегчая другу задачу, и он увидел живую хохочущую девушку с прибранными назад волосами и выбившейся из причёски прядью. Внутри что-то радостно ёкнуло. Она и впрямь была красивой, и он ни на секунду не пожалел о том, что потратил на поиски уйму времени и сил. Девушка была изящной и аккуратной, как советская фарфоровая фигурка принцессы из шкафа в маминой гостиной.
– Уверен? – только и смог он произнести.
– Смотри, на ней этот шарф, – Антон достал откуда-то голубую тряпочку.
– Ты его теперь всегда с собой таскаешь? – улыбнулся Саша.
– Да нет, – друг немного смутился и, положив аксессуар перед собой на стол, снова взглянул на фото. – Видимо, она сфотографировалась в тот день, когда это всё произошло. Погода солнечная. Видишь, светло и она щурится… И скамейка – из сквера… – он пощёлкал мышкой вправо. – Ну вот, точно! Это её подружка. Её я тоже запомнил. Сладкая парочка!
– Маргарита Николаева, – прочёл Саша. – День рождения двадцатого октября… Эй, у неё завтра день рождения!
– Вот я её и поздравлю, – ухмыльнулся Антон.
– Только давай без дурацких закидонов! – заметил Саня неожиданно строго. – Я её не для того искал, чтоб ты её обидел!
– Успокойся, – фыркнул друг, – не обижу.
– Смотри… Окончила истфак педуниверситета в этом году. Должность: преподаватель истории Древнего мира… Интересы, музыка, кино…
– Всё, спасибо, Саня. Я дальше сам! – прервал Антон.
Саша остановился и, выпрямившись, вскинул руки вверх. Ладно. Он свою задачу выполнил и может со спокойной душой отправляться спать. И что там дальше будет предпринимать Антон – уже абсолютно не его дело.
Он оставил друга одного и отошёл к дивану. Завалился на него, заложив руки за голову, и растянул рот в улыбке. Вот так, может, не совсем волшебным методом, но ему удалось решить головоломку с почти неизвестными обстоятельствами. И он может собой гордиться!
– Саня… – услышал он негромкий шёпот и, распахнув глаза, понял, что дремлет. – Спасибо, братан.
– Не за что, – пробормотал, переворачиваясь со спины на бок.
– Проси что хочешь! – горячо выпалил друг.
– Чесно-ок… – зевнул, снова закрывая глаза.
– А? – с готовностью отозвался тот.
– Отвали и дай поспать!
– Ладно, – тот рассмеялся шёпотом и попятился из комнаты.
– И выключи свет!
Седьмая глава
Рита ковыряла ложечкой кусочек домашнего торта, который испекла вчера вечером, чтобы угостить на работе коллег. И те оценили её кулинарные способности по достоинству. Особенно старалась Алевтина Альбертовна. Своими щедрыми комплиментами она загнала девушку в краску до потери аппетита, и теперь Рита мучительно соображала, как бы поскорее улизнуть от её чрезмерного внимания.
Напротив сидел Эдуард Георгиевич с бледно-розовым лицом. Кусок явно не лез ему в горло, но просто встать и покинуть застолье ему не позволяло то ли хорошее воспитание, то ли присутствие властной матери.
Виктория Аполлоновна, сочувственно поглядывая на Риту, старательно вынимала из памяти рецепты теста, глазури и кремов – только чтобы отвлечь разговор и хотя бы недалеко, но увести его от слащавой похвалы, смущающей её молодую коллегу. А Николай Иванович удивлялся, сколько всего знает дама, и с удовольствием уплетал торт.
Когда дверь открылась и в кабинет рука об руку вошли ещё две преподавательницы, Рита встрепенулась и обрадованно пригласила их к столу.
– Маргаритка, – игриво обратилась к ней одна из них, потирая руки и загадочно улыбаясь, – что же ты тут сидишь? Тебя там ждут!
– Кто? – она удивлённо вскинула брови.
– Ну тот, который ходит за тобой всюду, – пояснила вторая, усаживаясь за стол и придвигая к себе блюдечко с десертом.
Рита прикусила губу и налила коллегам чаю, мельком бросив взгляд на Эдуарда. Тот смотрел на Алевтину Альбертовну почти беспомощным взором, и девушка заметила, как та выпрямилась на стуле и наконец умолкла. Подавив желание улыбнуться, Рита снова предложила им торт, и оба на сей раз отказались.
Скрипнула дверь, и раздался стук. Повернувшись на звук, все увидели в проёме любопытное лицо студента Макарова.
– Здрасьте! Приятного аппетита!
– Спасибо! – отозвались педагоги.
– Маргарита Алексеевна, – переступил студент с ноги на ногу. – Вы долго ещё, а то я заждался…
– Уже иду! – пообещала девушка.
– Иди-иди! – отпустили её коллеги. – Посуду мы сами помоем! – и, переглядываясь, проследили за тем, как поспешно Рита выбирается из-за стола и рассеянно роняет у зеркала шарф и перчатки.
Макаров всё это время топтался в проёме и, как только Рита оказалась готова и поспешила ему навстречу, забрал у неё пакет с книгами и повернулся к выходу. Девушка попрощалась со всеми тепло, и студенту тоже пришлось буркнуть «до свидания». А потом она аккуратно подтолкнула его в спину, и они вышли в коридор.
Рита с облегчением выдохнула и произнесла:
– Извини, у тебя, наверное, полно дел и без меня…
– Вы мне обещали рассказать, что происходит, – напомнил парень, следуя за ней немного поодаль. – Думаете, я за эти дни не заметил, что, как только вы приближаетесь к кафедре, у вас коленки дрожать начинают?
Рита бросила опасливый взгляд назад, и Макаров фыркнул:
– Вот-вот! Это ещё раз подтверждает мои слова!
– Пойдём, – вздохнула она. – Расскажу всё на улице.
Тот пожал плечами и отправился следом за девушкой. Рита спустилась по лестнице, прошествовала мимо поста охраны и, поблагодарив услужливых студентов, придержавших дверь, выскользнула за порог. Холодный порыв ветра заставил поправить на шее шарф и надеть тонкие замшевые перчатки. Девушка процокала каблучками по крыльцу и спустилась на тротуар, где наконец почувствовала себя в безопасности. Макаров приблизился и, пряча голову в плечи, поёжился от холода:
– Проводить вас на остановку?
– Как хочешь, – не стала вредничать девушка и двинулась в сторону перекрёстка.
– Ну, я вас слушаю, Маргарита Алексеевна, – словно поменявшись с нею ролями, вопросил он строгим преподавательским тоном. – От кого вы бегаете так, что вам требуются услуги телохранителя?
Она бросила на него испепеляющий взгляд и неожиданно пискнула, как обиженный ребёнок:
– От Рихтера. Похоже, они с Алевтиной Альбертовной положили на меня глаз.
Макаров даже присвистнул и качнул головой:
– Будь на его месте кто-нибудь из студентов, я бы ему объяснил, как себя вести. А так – извините, мне тут ещё учиться целый год.
– Да я не прошу тебя ничего ему объяснять! Мне просто нужно, чтобы рядом кто-то находился, в чьём присутствии у него не возникнет мыслей за мной ухаживать! – буркнула недовольно девушка и выхватила у него пакет. – Спасибо, дальше я сама!
– Ну ладно, ладно, – спохватился Макаров, отбирая пакет обратно. – Просто мне тоже не хочется в армию раньше времени!
Они помолчали немного, и студент попытался сменить неприятную для неё тему:
– А что за мероприятие у вас там на кафедре?
– Мой день рождения, – отозвалась она без энтузиазма.
– Серьёзно? – Макаров удивлённо вскинул брови. – Ну… поздравляю.
– Спасибо! Не с чем!
– Эй! Ну что за настроение? – прибавил он шаг и, догнав Риту, пошёл спиной вперёд. – В день рождения надо улыбаться и дарить людям радость! Мне, например…
Рита фыркнула, вновь обгоняя его и заворачивая за угол старинного здания с обновлённым фасадом и табличкой, гласившей, что когда-то здесь располагался госпиталь.
– Ну, хотите, заглянем в какое-нибудь кафе, – неожиданно предложил парень.
Рита бросила на него взгляд через плечо. То ли показалось ей, то ли так и есть, но Макаров слегка напрягся, ожидая ответа. И когда она отрицательно качнула головой, он будто с облегчением выдохнул. А потом стал оправдываться:
– Просто хотел вас поддержать…
– Давай сюда, – Рита снова забрала у него пакет с книгами. – Спасибо, что помог… Но ты не забывай всё-таки, что тебе ещё четыре темы нужно отработать.
– Я помню, – он смешно поморщился, неохотно выпуская ношу с книгами и пряча руки в карманах. – До завтра?
Она махнула на прощанье и, заскочив на остановочную платформу, прищурилась в попытке разглядеть номер приближающегося автобуса. Ну, хотя бы городской транспорт порадовал, и сейчас девушка заскочит в тёплый салон и поедет домой. Мама обещала приготовить на ужин что-нибудь вкусненькое, и папа пораньше придёт с работы. А ещё Рита пригласила Аньку. И очень хочется верить, что не забыла про день рождения и старшая сестра, которая уже несколько месяцев живёт за городом со своим парнем и почти не показывает носа к родителям.
Рита забралась по ступенькам в распахнутую дверь автобуса и села у окошка в полупустом салоне. Макаров уже пересёк дорогу и двигался к остановке на другой стороне улицы. Наверное, живёт в противоположном конце города. А быть может, в тех краях у него дела… Девушка расслабленно откинулась на спинку сидения.
Сегодня она выкрутилась из положения и смогла удрать от общения с Эдуардом Георгиевичем и его мамой. Почему-то мозг Риты отказывался воспринимать их отдельно. Но с каждым днём ей становится всё труднее. Может, она слишком заморачивается по этому поводу? Ну что стоит сделать лицо кирпичом и старательно не замечать их поползновений в её адрес? Однако малоприятно знать о том, что этот скромный мужчина позволяет маме так легко управлять своей судьбой. Для Риты это даже было бы, наверное, оскорбительно.
Она положила сумку на колени и глубоко вздохнула. Всё-таки Макаров прав: улыбка – лучшее украшение, тем более в день рождения. И улыбнулась водителю в зеркало заднего вида. А тот улыбнулся в ответ…
* * *
Рите исполнилось двадцать три года, и папа принёс в подарок своей повзрослевшей принцессе такое же количество роз. А потом вместе с мамой они подарили красивый золотой браслет, и она тут же примерила его на запястье. Анька заболела и не пришла, громко чихала и извинялась за свой проступок почти со слезами. Сестра тоже поздравила только телефонным звонком.
Летом в их семье случился скандал, и Света ушла из дома. Родители всегда лояльно относились к друзьям девочек, но почему-то возлюбленного старшей дочери приняли в штыки. Она билась как рыба об лёд, пытаясь доказать им, что у него самые серьёзные намерения, но те были непреклонны. Тогда Света собрала свои вещи и просто уехала к нему.
Сегодня своё отсутствие сестра объяснила тем, что не хочет испортить Рите день рождения. Они поболтали, как в старые добрые времена, и договорились как-нибудь увидеться.
После небольшого семейного застолья Рита отправилась готовиться к лекции и незаметно задремала за этим монотонным занятием. Выпавшая из рук книжка заставила её встрепенуться, и, с удовольствием потянувшись, девушка села на постели и заглянула в экран ноутбука. Страничка с текстом, который она писала, была заполнена знаком звёздочки снизу доверху. Рита понимающе усмехнулась: видимо, в дрёме нажала на кнопку и не заметила.
Интересно, кто-нибудь ещё поздравил её в интернете? Девушка открыла в браузере вкладку со своей страницей в соцсети. За целый день она вошла сюда впервые и обнаружила теперь кучу открыток, писем и приятных поздравлений. Писали школьные друзья, однокурсники и просто знакомые. И среди прочих ей прислал сообщение неизвестный пользователь без фотографии.
Рита нахмурилась, с опаской открывая переписку. Неужели Рихтер умеет пользоваться соцсетями и решил достать её тут? Тогда она отправит его в бан!
Но к коротенькому письму было приложено изображение, на котором она с удивлением узнала свой потерянный шарф.
«Привет! Это твоё?» – всего три слова, но собеседник успел завоевать её расположение. Рита перевела взгляд на его имя – Антон Чесноков – и щёлкнула на аватарку, где должно быть фото.
Впрочем, это оказался обычный мужской профиль с кучей записей на стене, указывающих на то, что его хозяин – большой поклонник автомобилей, спорта, тяжёлой музыки и женских прелестей. Правда, как ни старалась Рита отыскать изображение владельца странички, ей это не удалось. Поэтому пришлось вернуться к сообщениям и быстренько настрочить ответ: «Я потеряла такой же несколько дней назад… Откуда он у тебя? И с чего ты решил, что он мой?»
Письмо её мгновенно прочитали, и собеседник быстро прислал фразу, повергнувшую девушку в изумление: «Ты обронила его в Пушкинском сквере в прошлую пятницу!»
Она зависла и не нашлась, что ответить. Незнакомец продолжил спустя несколько секунд: «С днём рождения, кстати! Желаю тебе всего, о чём обычно девочки мечтают: быть красивой, сиять от радости… и чтоб студенты на работе не расстраивали…»
Рита запустила пальцы в волосы и потёрла голову. Может, это всё-таки Рихтер? Иначе откуда он знает, что она преподаёт? И словно прочитав её мысли, собеседник пояснил: «Если что, у тебя на странице указано, что ты преподаватель истории в вузе».
Девушка с облегчением выдохнула и отослала ему смайл, а потом наконец набрала текст: «Я уж думала, что ты за мной следишь. Спасибо за поздравление, мне приятно…»
«Я хотел бы вернуть тебе шарф», – парень сделал ещё одну попытку вызвать к себе доверие.
Но Рита не была готова к такому повороту. Нет-нет-нет! Никаких интернет-знакомств и случайных встреч.
«Можешь оставить его себе», – разрешила она, давая понять, что попытка назначить свидание провалилась.
«Да мне-то он зачем? Он же девчачий…»
Рита отодвинулась от монитора, не зная, что написать в ответ на эту реплику. Не успев подумать о том, что пора продолжить подготовку к лекции, увидела ещё одно сообщение от Антона. Он пожелал ей спокойной ночи и прислал картинку, на которой свернулся в клубочек красивый рыжий котёнок. Девушка улыбнулась и, сочтя этот жест безобидным, пожелала спокойной ночи в ответ и вышла из социальной сети.
Он приподнял Рите настроение, и она с энтузиазмом взялась за продолжение работы. У неё полно дел и некогда думать о глупостях. Все эти мелочи вроде ухаживаний Рихтеров и знаков внимания со стороны Макарова только отвлекают от самого главного – научных исследований, которым девушка решила посвятить свою жизнь. Наверное, нужно просто надеть очки с линзами потолще и не помыть голову пару дней, а потом прийти на работу с пятном от кофе на блузке, и тогда все эти ухажёры отвалятся сами собой…
– Пф! – Рита надула щёки и, схватив ноутбук, перенесла его на стол. Нырнула в интернет, погружаясь в чтение статей и лекций более опытных и знаменитых коллег, и ушла в них с головой.
The free sample has ended.
