Read the book: «Жгучая Испания»

© Басовская Н.И., текст, 2022

© Издательство АСТ, 2022

Торквемада
Личность из мрака

«Он был жесток, как повелитель Ада, великий инквизитор Торквемада», – писал о нем знаменитый американский поэт Генри Лонгфелло. И был прав. Всматриваясь в его биографию, я не вижу в ней ни одного хотя бы небольшого светлого пятнышка. Это был страшный человек. Он родился в 1420 году, умер – в 1498-м. 78 лет – это возраст для нашего времени почтенный, а уж что говорить о Средневековье. Может быть, такая долгая жизнь и была наказанием ему? Этот зловещий человек не был безоблачно счастлив. Темен он, темна его душа, и, наконец, темен его жизненный путь. И нет подробных научных книг, рассказывающих о нем, зато много предположений и гипотез, потому сама инквизиция, которую он так энергично и фанатично возглавлял, была окутана тайной, и тайна была одним из средств ее могущества.

Пиренеи, родина Томаса Торквемады, не были центром интеллектуальной жизни Западной Европы, да и не могли им быть, потому что начиная с VIII века здесь шли непрерывные войны против завоевателей-арабов. Христианские народы Пиренейского полуострова жили все время в состоянии войны и в условиях постоянной внутренней колонизации. Поэтому высокий расцвет культуры здесь едва ли был возможен. Культура же, которую сюда принесли арабы, была иной, неевропейской. Полуостров – это всегда пересечение цивилизаций.

Торквемада был хорошо образован и обладал красноречием. В первый раз он отличился на богословском диспуте, где превзошел в ораторском искусстве очень известного доминиканского приора¹ Лопеса из Серверы, который сразу предложил юноше примкнуть к Доминиканскому ордену. Латинское название ордена – «Domini canes» – «Псы Господни». Торквемаде был уже 31 год, не юноша. Доминиканцем был его отец, Иоанн, который участвовал в осуждении Яна Гуса² на Констанцском соборе 1415 года.

Томас Торквемада не сразу вступил в орден ревнителей чистоты веры. Говорили, что в молодости он много путешествовал по Пиренейскому полуострову, любовался красотами, морем, солнцем, в общем, радовался жизни. Тогда же увлекся некой красавицей, что в юности понятно. Имя ее мне установить не удалось. Она отвергла Торквемаду и предпочла того, кто на Пиренеях долгие годы ассоциировался с образом врага, предпочла мавра, человека арабского происхождения. И унеслась с ним в Гранаду, которая еще оставалась под властью арабов. Эта неразделенная любовь могла стать для Торквемады сильной психологической травмой, жестоким оскорблением. Так или иначе, но лицо Торквемады, много раз изображенное на полотнах художников, поражает своим аскетизмом, мрачностью, неотступной суровостью. Как знать! Быть может, это шрамы неразделенной любви, перенесенного оскорбления?

Когда речь заходит о том, как лично по приказу Торквемады были сожжены 10 тысяч человек, тут же находятся его апологеты, готовые объяснить все злодеяния преданностью святой церкви. Я решительно не могу согласиться с этим доводом. Верить-то он верил, но только ли верой руководствовался в своей деятельности и жизни?

Политик, может быть, даже политикан, умеющий бороться за власть, он стал ближайшим человеком «знаменитой четы католических государей». Так назвал королеву Кастилии Изабеллу³ и короля Арагона Фердинанда сам папа. Два слова о них. В XV веке Испания еще не едина, несколько христианских государств то разъединяются, то соединяются, но среди них налицо два лидера – Кастилия и Арагон. Вокруг кастильского престола неспокойно. Король Энрике IV получил в народе прозвище Бессильный, которое намекало не только на его физическую слабость на поле брани, но и на неспособность к деторождению. Ходили упорные слухи, что у короля не могла родиться дочь Иоанна⁴, единственная наследница престола. А раз она все-таки родилась, значит, она дочь не его. И создается партия сторонников сестры Энрике, Изабеллы. Всем было ясно, что Бессильный долго править не будет. Появляются сторонники и у Иоанны, и начинается обычная придворная борьба – кто кого осилит.

На Торквемаду, образованного и преданного ордену доминиканцев, как из рога изобилия сыплются заманчивые предложения – то возглавить крупный монастырь, то окормлять богатый и достойный приход… Он от всего отказывается. Из благородных ли побуждений? Он – духовный отец, наставник совсем еще юной Изабеллы.

И с этим положением он ни за что не желает расстаться. Интуиция его не обманывает, она подсказывает, что королевой будет его духовная дочь. И никакие щедрые посулы не могут изменить его решения. А обстоятельства меняются часто – начинается серьезная борьба группировок и партий за престол, но он сделал свой выбор раз и навсегда, предпочитая любым сиюминутным выгодам положение духовника Изабеллы. Именно он, почти тайно, сумел добиться заключения в 1469 году брака Изабеллы с Фердинандом Арагонским. Его верность будет вознаграждена.

Анализируя ситуацию, внимательно всматриваясь в нее, скажем, что шансов у Изабеллы на престол почти не было. Подумаешь, сестра несчастного короля… Ведь у него есть дочь, и разговоры о ее незаконнорожденности – всего лишь слухи, козырь совсем незначительный в руках сторонников Изабеллы. То, что Торквемада что-то знал, предвидел или предчувствовал, говорит о его способности к трезвому и жесткому политическому расчету. Именно поэтому думать о нем просто как о человеке, впавшем в религиозный экстаз, я бы не стала. Он выиграл и затем на протяжении долгих лет влиял на политическую жизнь объединившихся Кастилии и Арагона.

В 1474 году Изабелла после смерти брата становится королевой Кастилии и Леона. Ее муж король Фердинанд – правитель Арагона. Кастилия, Леон и Арагон – вот она, объединенная Испания! Власть королевской четы простиралась фактически на все области Пиренейского государства, кроме самостоятельной Португалии на западе и остающегося под властью мусульман Гранадского эмирата на юге. Эта едва появившаяся страна огромна. И он, Торквемада, – правая рука королевы. При поддержке королевы и с одобрения папы он получает титул Великого инквизитора, верховного судьи по религиозным делам. Как прирожденный дипломат, Торквемада играет на самой чувствительной, самой характерной именно для Испании струне – религиозности и трепетном отношении к католической церкви.

На Пиренеях эти чувства были особенными в силу объективной исторической судьбы полуострова. С VIII века здесь началась Реконкиста, отвоевание территории у арабов. Христиане постоянно продвигались на юг, шаг за шагом возвращая то, что арабы, будучи мощной силой, накрыли, словно волной. На подвластных им землях арабы создали свой мир. Все в нем – и язык, и культура, и архитектурный стиль – было непохоже на европейские христианские государства. И в конце концов на Пиренеях сложился некий сплав, синтез цивилизаций. Произошло и разделение занятий – арабы прежде всего занимались строительством, евреи, жившие здесь задолго до прихода арабов, – финансовой и торговой деятельностью, а христиане – войнами. Здесь, на Пиренейском полуострове, на своей, но завоеванной иноземцами земле, христиане объединились в сообщества рыцарей. Их знаменем, единственно возможным и естественным для того времени и для той исторической ситуации, конечно, стала католическая церковь. К тому времени как появился на исторической сцене Торквемада, она успела заслужить непререкаемый авторитет и занять в обществе совершенно особое положение. Не могу удержаться, чтобы не порекомендовать в этой связи книгу знаменитого писателя Лиона Фейхтвангера⁵ «Испанская баллада». Автор описывает события, предшествующие этой истории, рассказывает о взаимодействии культур – христианской, иудейской и исламской, – рассказывает захватывающе интересно.

Военные успехи испанцев изменили ситуацию на Пиренеях. Взятие Толедо в XI веке было решающим моментом Реконкисты! И теперь, опираясь на все более широкие слои населения, на новых поселенцев, короли начинают раздавать щедрые привилегии. В кортесах, в парламенте, в этом органе сословного представительства в Испании, крестьянство обрело свой голос. И это – единственный пример в целой Европе! И понятно почему. Ведь крестьяне – это те же воины, колонисты, опора королевской власти… Не одно столетие они живут на своей земле в состоянии постоянной колонизации. Думаю, не случайно именно испанцы в скором времени стали зачинателями Великих географических открытий и освоения Нового Света.

Особая роль церкви, конечно, многое объясняет и в появлении такой фигуры, как Торквемада. Как только не называют его сторонники – «лев религии», «лев веры». Я бы сказала – «лев злодейства», думаю, так будет точнее. Смотрите сами. Сначала он убеждает Фердинанда и Изабеллу бороться за веру, укреплять ее, а инакомыслие выжигать каленым железом. Но уже в 80-е годы XV века он говорит о необходимости конфисковывать имущество еретиков. Великий инквизитор думает и о земном. Удивительно точно рассчитанный прием! В народе хорошо были известны религиозный фанатизм Изабеллы и алчность Фердинанда. У каждого была своя ахиллесова пята. Изабелла глубоко привержена вере, боится гнева Господня, верует во все, что ей проповедует ее духовник. А Фердинанд очень жаден. Он готов был, между прочим, вступить в переговоры с иудеями, которые предлагали ему огромную денежную сумму, прося взамен покончить с их преследованием. Король был в нерешительности. Деньги – это такой соблазн!

Но Торквемаду не страшила потеря денег, он боялся потерять свой особый статус при чете христианнейших государей! И вот он швыряет наземь серебряное распятие и говорит, обращаясь к ним: «Однажды Он был продан за 30 сребреников, вы готовы продать Его за 30 тысяч или миллионов – не имеет значения!» Эта сцена производит огромное эмоциональное впечатление на Изабеллу. Она потрясена. Как могла она хоть на минуту усомниться в правоте духовника? А Изабелла имела влияние на Фердинанда. Дальше все решилось так по-человечески, по-семейному. И короли отказываются принять выкуп. А затем еще сильнее заполыхали костры.

Тут надо сказать несколько слов об инквизиции. В личности Торквемады все-таки было маленькое светлое пятнышко – он навел порядок в допросах, выпустил массу инструкций, которыми регулировалось применение пыток. Те, кто нарушали инструкции, навлекли на себя гнев Великого инквизитора.

«Порядок» Торквемады напоминает Ordnung фашистского режима в Третьем рейхе. И делается сразу мрачно и жутко. В политике Третьего рейха было очень много похожего на действия инквизиторов в Испании времени Торквемады – и уничтожение книг, и преследования, и искоренение инакомыслия.

Какова была главная идея инквизиции? Карать не за действия, это само собой, а лишь за помыслы, за иной ход мысли. Вот одно из распоряжений Великого инквизитора: «Суду подлежит всякий причастный к ереси словом, делом или сочинением». Каждый иноверец автоматически превращался во врага государства, а значит – народа. И потому его надо уничтожать.

Роль Торквемады в укреплении испанского абсолютизма, того мрачного, жесткого абсолютизма, который при Филиппе II сделается вообще величайшим анахронизмом в западноевропейском регионе, была огромна. И, как пишут некоторые испанские историки, деятельность Торквемады, направленная на истребление как можно большего числа мыслящих людей, людей интеллектуально развитых, независимых, внутренне свободных и даже просто активных, деятельных – уничтожение целого пласта таких людей катастрофически повлияло на генофонд нации. Отсталость Испании, ставшая очевидным фактом в XVI веке, о чем с такой болью и так гениально писал Сервантес, начиналась с Торквемады. Специалистам заметны следы этого отставания и по сей день.

Объявив всякую иную веру враждебной государству, он подтолкнул массовую кампанию по насильственному обращению иноверцев в христианство. Для тысяч людей устраивалось аутодафе⁶, формальное название – «акт веры», или публичное сожжение. Перед каждым стоял выбор – смерть или отречение от веры предков. И многие выбирали переход в христианскую веру. Отношение христиан к этим новообращенным, «конверсус», все равно было безжалостным и убийственным. Называли их «мараны», что на староиспанском означало «свиньи». Торквемада был первейшим мастером по разжиганию этой розни. Мастер он был первостатейный.

Инструкция Торквемады для инквизиторов содержала великое множество пунктов, и была крайне сложна для использования. Многие распоряжения совершенно туманны, и трактовать их можно как захочется. Инструкция вообще страшна, без дрожи читать невозможно. Например, знаменитая пытка «велья», которую применили к Томмазо Кампанелле⁷ позже в XVI веке в Италии, длилась всего-навсего 40 часов! За это время человека медленно опускали, сажали на кол. Изуверство выражалось и в следующем: после истязаний, а у каждого вида пыток – своя продолжительность, достаточная, чтобы измучить человеческое тело до предела, – обвиняемый должен еще раз подтвердить свои показания. Хотя инквизиция скрывала от общества свои деяния, кое-какие документы найдены. Например, протокол допроса некой женщины. После перенесенных мучений от нее потребовали повторить показания. Она отвечала: «Я не помню». И это расценили как враждебное религии поведение.

Сборник инструкций канцелярии Святой Инквизиции, составленный Томасом де Торквемада. Гранада, 1537 г.

Ожесточение нарастало. Следует вспомнить, что инквизиция возникла в Западной Европе еще в XIII веке и всегда была связана с жестокостями. Известна фраза легата римского папы Иннокентия III Арнольда Амальрика, участника Альбигойского крестового похода: «Убивайте всех, а Господь рассудит, кто из них свой». Это был его ответ на вопрос, как отличить правоверных от еретиков. Приверженцы иудейской веры – отрекшиеся, не отрекшиеся – оказались на передовой линии фронта. Современники пишут: стоило мужчине надеть в субботу чистую рубашку, а женщине оставить домашние дела, их объявляли отступниками. Если какой-то человек, собираясь в дорогу, устраивал маленькую пирушку, тут же выносилось заключение: он соблюдает иудейские традиции. Таким образом, подвести под преступление против веры можно было практически любого. Жестокость и абсолютное бесправие постепенно охватывают все общество. В глазах людей поселился ужас, насаждаемый Торквемадой.

Но в ужасе живет и Торквемада. У него охрана из 250 человек – 50 всадников и 200 пехотинцев, а в Средние века это почти армия. Он боится быть убитым или отравленным. На его столе всегда лежит рог единорога, который, как считалось, должен покраснеть от присутствия рядом ядов и таким образом предотвратить попытку отравления. Разумеется, боялся он не случайно. Торквемада был окружен страшной, нечеловеческой ненавистью. Она, как плотный туман, лишала его жизни, иссушала его. И ненавидели его не только мараны⁸, но и мавры, то есть обращенные берберы, ранее исповедовавшие ислам. Он преследовал всех: простых граждан, ученых, чиновников, бедных, богатых, епископов, близких к королю людей. Для него не существовали даже социальные различия. Все были равны перед инквизицией.

Может быть, он боялся соперников? К чему такое рвение в уничтожении себе подобных?! Но он оставался духовником королевы сорок лет. О каком соперничестве можно было говорить? Тогда что заставляло его быть исчадием ада? Может быть, как раз эта монополия духовного влияния на королей, которую он не мог уступить ни епископу, ни гранду⁹, ни отважному воину? Ему надо было сохранять свое монопольное положение…

И апофеозом его деятельности было изгнание всех иудеев из Гранадского эмирата. В 1492 году, после тяжелой войны, Испанское королевство завоевывает последний оплот мусульман на юге полуострова. Многие арабы покинули Испанию и пересекли Гибралтар. С оставшимися был заключен договор. Но он окажется фикцией, люди будут обмануты. Торквемада добивается полного изгнания иудеев. Им дано три месяца, чтобы покинуть землю, где жили их предки на протяжении многих веков. Им разрешено вывезти все, кроме – обратите внимание! – золота, серебра, металлических монет, лошадей и оружия. Так что же остается? Подушка и одеяло. Понятно, что это ограбление в самой лицемерной, гнусной форме. В 1992 году тогдашний король Испании Хуан Карлос, а также Доминиканский орден принесли извинения за эту страшную акцию, за нетерпимость Торквемады и гонения еретиков. Потому что большинство изгнанников погибло. По вине этого человека и инквизиции произошла огромная трагедия XV века.

Заметим, это происходит в тот самый год, когда Колумб открыл Новый Свет. Расширяется горизонт представлений человека о мире, просветляется разум, химер в головах становится меньше. А Испания по милости инквизиции надолго погружается, как в топкое болото, в атмосферу бесправия, темноты, предательства.

Торквемада после этой акции сам уходит в отставку. Его никто не изгоняет. Последние годы своей жизни он проводит в монастыре. Что за этим стоит? Не знаю. Возможно, его стали преследовать тени бесконечных жертв.

Могила Торквемады сохранилась и привлекает массу туристов. И у него до сих пор есть сторонники и поклонники.

Инквизиция в Испании была отменена только декретом Наполеона Бонапарта в 1808 году. Но в 1814-м, после Венского конгресса, после поражения Наполеона, она была восстановлена. И окончательно отменена лишь в 1835 году. Хотя некоторые ее методы живут, увы, на нашей планете по сей день.

Христофор колумб
Открытие нового мира

В студенческой песенке поется: «Колумб Америку открыл – страну, для нас совсем чужую». Вроде бы все очевидно. На самом деле вокруг этой личности очень много легенд. Хотя сохранились судовой журнал, письма… Записки о Колумбе оставил его старший сын, который очень его любил и откровенно идеализировал. Есть книга священника Лас Казаса, очевидца освоения Америки, но он почти буквально следует тому, что раньше утверждал сын великого путешественника. Подчас в историческом знании изобилие документов вопроса не проясняет, а даже несколько его затуманивает.

Вот, казалось бы, самое простое – имя. В Италии это Коломбо, в Португалии – Кристобаль Колон, в русской транскрипции – Христофор Колумб. Коломбо (по-итальянски – «голубь») – очень распространенная фамилия. Отсюда существующие по сей день сомнения: а тот ли Колумб отправился в знаменитое путешествие? Он ли это?

Год рождения Кристобаля – 1446 или 1451. Ранние страницы его биографии абсолютно туманны. Отец, Доменико Коломбо, – чесальщик шерсти в генуэзском предместье. Мать, Сусанна – дочь ткача.

Надо сказать, что чесальщики шерсти в Италии XV века – одна из низших категорий трудящихся. С XIV века известно о протестных выступлениях представителей этой малоуважаемой, низкооплачиваемой профессии. Но отец Колумба, кроме этого, торговал сыром и вином, служил привратником у городских ворот, был посредником при продаже недвижимости. Семья, в которой было четверо детей, считалась зажиточной. Сохранился принадлежавший им двухэтажный дом.

Долгое время считалось неоспоримым фактом, что Колумб происходил из семьи крещеных евреев. Но подтверждений этому нет. Более того, трудно представить себе, чтобы в таком случае он искал счастья на Пиренейском полуострове. А он со временем обосновался в Португалии, не менее католически фанатичной, чем Испания.

Мы не знаем точно, окончил ли он школу. Считается, что в молодости он был вообще неграмотен. И тем более странно, что в зрелые годы, когда он появился при дворах Португалии и Испании, это был человек, говоривший на нескольких языках и писавший на старокастильском стихи религиозного содержания.

Как он связан с морем? По одним источникам, с 10, по другим – с 14 лет. В зрелые годы, в 1501-м, он писал о себе королю и королеве Испании: «С младых лет я отправился в море. И продолжаю плавать до сих пор. Искусство морехода толкает тех, кто им занят, к знаниям и тайнам этого мира. Прошло 40 лет, и я побывал всюду, где можно плавать». Красиво! Надо сказать, он вообще стремился говорить о себе в подобных выражениях.

Себастьяно дель Пьомбо. Возможный посмертный портрет Христофора Колумба. 1519 г.

Доподлинно известно, что в возрасте примерно 20 лет он бывал на греческом острове Хиос: сохранились нотариальные акты и торговые документы. Видимо, отец к этому времени скопил кое-какой капитал и стал торговать. Ведь Северная Италия – это крупный центр торговли. Как компаньон отца Кристобаль продавал мастику – смолу мастиковых деревьев, которая применялась в медицине и весьма ценилась.

Некоторые авторы считают, что он плавал и в северных морях, в районе Исландии и Гренландии. Но вряд ли там требовалась мастика. Поэтому возникает закономерный вопрос: а не пират ли он? Понятно, что никто не «плавал» просто так, всегда была цель. Например, разбой, прибрежное пиратство. Но ни капитаном, ни хозяином корабля Кристобаль тогда не был.

А потом, в 70–80-х годах XV века, он вдруг появляется в придворных кругах Португалии и Испании будто совершенно иным человеком. Причем он женился на Филиппе Монис из уважаемой семьи, что помогло ему проникнуть в определенные круги. Он не только образован, но и появился с тем, что сегодня называют модным словом «проект». Его проект – открытие нового пути в Индию, такого, чтобы не пришлось огибать Африку. Для итальянской торговли того времени это вопрос жизни и смерти, потому что Средиземноморье было блокировано Османской империей. Из-за этого хирела торговля, которая прежде давала огромные доходы. Такова одна из причин, заставивших испанскую корону поддержать замысел Колумба.

Но были и другие мотивы. В Западной Европе в очередной раз ждали скорого конца света. Поводов для этого было более чем достаточно. Сначала конец света должен был наступить в 1000 году, потом к этой круглой дате прибавили 33 года жизни Христа, потом перенесли Страшный суд на 50-е годы XI века…

Через несколько столетий идея возродилась. XV век – время больших потрясений, прежде всего в религиозной сфере. В этом смысле очень страшная ситуация на Пиренейском полуострове… Португалия и Испания провели 500 лет в завоеваниях, постоянно продвигаясь на юг и оттесняя арабов. Это движение вошло в историю под именем Реконкисты – то есть отвоевание Пиренейского полуострова у арабов. В сущности, эти две страны жили полтысячи лет в состоянии внутренней колонизации и очень привыкли к тому, что у них постоянно прибавляются земли и богатства. Кроме того, это было движение под религиозным лозунгом, католическим, и оно постепенно переросло в борьбу со всяческим инакомыслием и другими конфессиями. Страшные побочные явления: истребление евреев на Пиренейском полуострове, изгнание всех нехристиан, насильственное обращение оставшихся в христианскую веру, полыхающие костры инквизиции. Падение Константинополя, захваченного в 1453 году турками, – это еще и крушение христианской империи. Страшное время. Все это рождает мысль о надвигающемся конце света.

Современная карта и версия карты Тосканелли.

Северная и Южная Америка изображены светло-серым

А Страшного суда боятся все, ведь праведников очень мало. Испанская королева Изабелла, которая поддержала Колумба, была набожной до фанатизма. И может быть, открытие новых земель она связывала со спасением от будущей катастрофы.

Предположительно проект Колумба опирался на переписку с крупным итальянским ученым Паоло Тосканелли, который выполнил расчеты примерных размеров Земли. То, что Земля – шар, в XV веке было уже очевидно, хотя в прошлом столетии за эту мысль еще сжигали на кострах. Идея Колумба состоит в том, что, если плыть все время на запад, окажешься в конце концов на востоке – в Китае или Японии.

Замыслы Колумба были связаны с идеей обогащения. Этот человек всю жизнь стремился к богатству, мечтал о нем, потом думал, что достиг его, покорив невиданный, неведомый мир. Но на самом деле по-настоящему богатым он так и не стал.

Колумб обратился со своим проектом к португальскому королю Жуану II, и не случайно именно к нему. Португалия больше других стран «выдвинута» в океан, она на краешке земли – это идеальный старт для того, чтобы в эти неведомые океаны, о которых все больше и больше думают в XV веке, наконец-то двинуться.

Кроме того, Жуан II интересовался математикой, естественными науками, создал математическую «хунту» – совет, совещательный орган для обсуждения теоретических вопросов навигации и географии. (Кстати, советники по математике были и при дворах итальянских правителей: они ведали строительством, оборонительными и другими инженерными сооружениями.) Колумб стал посещать эти математические занятия.

Но в расчетах своих он, несмотря на это, видимо, в итоге очень сильно ошибся. Он считал, что плыть до Индии западным путем, по крайней мере, в два раза меньше, чем это было в реальности. И если бы не эта ошибка, он, может быть, и не решился бы на такое страшное путешествие.

Колумб отдал свои расчеты на рассмотрение португальским математикам, и они пришли к выводу, что проект фантастичен, осуществить его нельзя.

Тогда около 1485 года он перебрался вместе с сыном в Испанию в надежде, что там найдет понимание. Его приняли, его выслушали, он был представлен ко двору. 1 мая 1486 года состоялась аудиенция у королевы Изабеллы.

Это интересная историческая фигура. Красавица блондинка вся в драгоценностях – и фанатичнейшая католичка. По легенде, она заложила свои драгоценности, чтобы снарядить экспедицию Колумба. Правда, без драгоценностей ее никто ни разу не видел. Может быть, она их заложила и продолжала носить?

Так или иначе, она приняла Колумба благосклонно. Но быстрого положительного решения не последовало. Он ждал еще семь долгих лет, в течение которых он чуть было не собрался бежать во Францию и там искать счастья.

Испанские католические священники в конце концов одобрили проект Колумба, видимо, потому, что это был знак скорого конца света. Свято веря в собственные религиозные предначертания, они не очень хотели лично участвовать в грядущем Страшном суде. Так что поиск иного мира на земле должен был их вдохновить. Причем эти соображения, как нередко бывало в ту эпоху, прекрасно сочетались с материальными расчетами. Траты были велики, казна нуждалась в средствах, а слухи о богатствах Индии, изобилии драгоценных камней, золота, о дорогих пряностях распаляли воображение.

Колумба поддержали некоторые богатые люди: Пинелли, Сантахель и другие. Они вложили в это предприятие деньги и потом действительно разбогатели.

28 мая (по другим источникам, 3 августа) 1492 года три каравеллы, «Санта-Мария», «Пинта», «Нинья», вышли из Палосской гавани, взяв курс на Канарские острова. В экспедиции участвовали 88 человек. Списки сохранились.

Эжен Делакруа. Возвращение Христофора Колумба. 1839 г.

В этом, первом плавании команда состояла из добровольцев. В дальнейшем дело с этим обстояло все хуже и хуже. Результаты первой экспедиции не вызвали большого энтузиазма. Те, кто вернулся, выглядели крайне изможденными, были больны тяжелыми болезнями. И в последнее плавание Колумб отправился просто со всяким сбродом, в основном с преступниками, которым давалось помилование, если они примут участие в экспедиции. Вели они себя в походе соответственно.

Джон Вандерлин. Высадка Колумба в Америке. 1847 г.

А эти первые 88 человек в основном плыли добровольно, считая, что обогатятся, если уцелеют. Отчаянный народ!

Они везли бусы, бубенчики, разноцветные колпаки в расчете на то, что будут раздавать все это местным жителям.

К октябрю Колумб добрался до Багамских и Антильских островов. Он считал, что до Индии совсем недалеко, просто по пути встретились острова, где отныне утверждается власть испанских королей.

Он побывал на Кубе, на Гаити – и везде сходил на землю очень торжественно, а ему навстречу шли эти нагие люди, и у него возникали сомнения: а люди ли они вообще? Скорее всего, он аборигенов людьми не считал. Устраивалась торжественная церемония, большинство спутников Колумба появлялись в кирасах, в полном вооружении. Местным жителям торжественно объявляли, что отныне их земля принадлежит испанским наихристианнейшим королям. Устанавливались громадные кресты, аборигенам сообщали, что они будут теперь верить в нового бога.

Особого сопротивления со стороны туземцев Колумб не встретил. Они и новому богу согласны были молиться – пусть будет еще один, у них же много всяких богов. Встречали чужеземцев, как правило, очень хлебосольно, очень добродушно. Ужасы были впереди. Никто еще этого не понимал.

Колумб в своих дневниках назвал местное население «индейцы», полагая, что находится неподалеку от Индии. Так, по ошибке, подарил он нам это слово. В его записях отмечено: индейцы со временем станут очень хорошими рабами испанских монархов. В этом он глубоко ошибался. Как раз из коренного населения Америки рабы не получились.

Предстояла борьба на уничтожение. Через совсем небольшое время индейцев стали обращать в христианство огнем и мечом. Но рабов из них так и не сделали. Рабов привезли позже – из черной Африки.

А пока Колумб увидел-таки признаки огромных богатств: на многих аборигенах были золотые украшения. Он приказал схватить человек шесть, чтобы отвезти их в Испанию прямо в украшениях, как доказательство того, что в этих землях можно найти очень много сокровищ. Некоторые из плененных индейцев убежали, нескольких, самых слабых, ему удалось довезти.

Прибытие Колумба в Испанию 15 марта 1493 года было триумфальным. Путешественники побывали в неведомом мире, привезли неведомых существ! Они нашли золото! Состоялся пышный прием во дворце в Барселоне.

А потом дело пошло хуже. 25 сентября 1493 года было снаряжено и началось второе плавание. Деньги на экспедицию получены за счет конфискаций у евреев. То есть все зиждилось на горе и насилии. Теперь с Колумбом шло 1500 человек, в основном бандиты. А в тех землях, куда они плыли, почва для разбоя была прекрасная. Так что никак нельзя сказать, что Колумб – просто отважный мореплаватель, вечный скиталец (хотя он и назван в честь Христофора, по преданию, перенесшего Христа через реку, покровителя отважных путешественников).

Участники второго похода были недовольны. Эти жадные люди хотели легкой добычи, и очень много. А ее было мало. Золото приходилось собирать по крупицам. А уже понеслась молва, что португальцы тоже готовят экспедицию. Действительно, скоро Васко да Гама и его совершенно бандитская экспедиция захватят очень много добычи и решительно превзойдут Колумба.

Третье плавание снаряжают 30 мая 1498 года с указанием привезти много, как можно больше золота. И вот Колумб на тех же островах (а он только в последнем путешествии достигнет американского континента, а именно – Панамского перешейка). Он грабит, применяя все более жестокие методы. Какую-то долю он оставляет себе, и все подозревают, что слишком много. Наконец из Испании направлена ревизия, чтобы проверить деятельность Колумба.

Для него это полная неожиданность. Он был по-своему наивен. Отправляясь в первое плавание, писал царствующим супругам Изабелле и Фердинанду: «После высылки всех евреев из ваших владений вы повелели мне снарядить сильный флот, возвели меня в дворянское звание, назначили меня адмиралом моря и океана, пожизненным вице-королем и губернатором всех островов и земель, которые я открою, и утвердили, что мой старший сын будет мне наследовать титул и так на все времена». И вдруг – ревизия!

Проверкой руководит личный недруг Колумба, человек, который с самого начала был против этой экспедиции, некто Франциск Бобадилья. Явно ожидался предвзятый суд. А в это время Колумб уже достиг западного берега Бразилии и грабил побережье. Он не добрался, в отличие от своих последователей, до империй майя, ацтеков, где были главные залежи золота. Здесь, на островах и побережье, жили небольшие племенные группы, которые не имели громадных сокровищ, не накопили горы золота.

Ревизия сделала выводы очень быстро. В 1499 году было объявлено, что Колумб и его братья Диего и Бартоломео, которые были с ним, арестованы. Причем они не просто арестованы, а закованы в кандалы и так, в цепях, отправлены в Испанию.

По одной версии, как только корабли отплыли, узникам предложили снять цепи, но Колумб сказал: «Нет! Я желаю предстать перед своими благодетелями королем и королевой Испании вот в этом виде, чтобы они видели всю несправедливость». Но может быть, никто и не предлагал снять цепи; арестованных довезли до берегов Испании и уже там, у берегов, расковали, чтобы не получилось слишком большого контраста с первым триумфальным возвращением Колумба.

Обвинения довольно скоро были сняты. Выяснилось, что никаких громадных присвоений Колумб не допускал. Однако энтузиазм в отношении его путешествий абсолютно угас. И даже отобранные после ревизии титулы ему так и не вернули. К тому же появился Васко да Гама с огромными богатствами, которых Колумб так никогда и не добыл.

Последнее плавание состоялось в 1502 году. Особенно известен один его эпизод. На Ямайке аборигены отказывались поставлять путешественникам продовольствие. Колумб, пользуясь их невежеством, заявил, что испанский бог, который сильнее их богов, украдет Луну. Он просто знал, что будет полное лунное затмение. И когда Луна действительно исчезла на некоторое время, индейцы бросились к ногам Колумба и принесли ему все бесплатно.

Колумб объявляет открытую землю собственностью испанского короля. Иллюстрация L. Prang & Co., 1893 г.

В 1504 году умерла королева Изабелла, главная покровительница Колумба. Он оказался в трудном положении. У него многое не ладилось. Умерла жена, он сошелся с другой женщиной, некой Беатрис Энрикес. Она родила ему второго сына, Фернандо, которого он вроде бы любил. Но второй раз так и не женился. Ведь он вице-адмирал и даже «вице-король», а она из простых. Мелкое честолюбие!

Мелочные черты его натуры в сочетании с величием его плавания создают противоречивый образ. Колумб не был напрочь лишен совести. Вот отрывок из его завещания, где он просит своего первого сына, наследника имущества и титулов (которые вроде бы должны были вернуть): «Беатрис Энрикес, мать дона Фернандо, должна быть возведена в подобающий ее положению ранг, чтобы жить почитаемой и в достатке, так как я ей обязан многим. Я поступаю так, чтобы снять с моей души тяжкий гнет и успокоить совесть, чьи укоры меня терзают».

Колумб умер в Испании в 1506 году. В 1542-м тело перевезли на Гаити, а в 1795 году, когда остров перешел к Франции, – на Кубу, в Гавану. В 1898 году, после испано-американской войны, прах перевезен в Испанию, в Севилью. И во всех этих перемещениях он был утрачен.

Кто же такой Колумб? Сам он не был бандитом, но, в сущности, готовил почву для дальнейших зверств колонизаторов на американском континенте. Не был он и ученым.

Его не отнесешь к числу отважных открывателей земель, хотя он, безусловно, открыл Америку. Правда, названа она не в его честь, а в честь Америго Веспуччи, который этот континент тщательно описал.

Сегодня модно выражать сомнение в том, что Колумб – открыватель Америки. Пишут, что задолго до него, в IX веке, там побывали викинги. Это бесспорно, поскольку остались археологические следы, например затопленные корабли с амфорами на борту. Вероятно, добрались до американского континента и китайцы. Так что ореол единоличного открывателя Америки на рубеже ХХ и XXI веков сделался несколько размытым. Но это не значит, что о его заслугах пора забыть. Каким бы ни был Христофор Колумб – он совершил свои великие плавания, и они знаменовали вступление средневековой Европы в новую эпоху. И мы должны сегодня смириться с тем, что в эпоху великих географических открытий новые земли открывали отнюдь не только прекрасные романтики.

Франсиско Писарро
Победитель империи инков

Франсиско Писарро – фигура колоритнейшая. Даже среди многочисленных испанских конкистадоров эпохи, наступившей после открытия Нового Света, он остается одним из самых заметных. Именно ему удалось победить самое, наверное, крупное и сильное в тот момент государство в Центральной и Южной Америке, – империю инков, которую сами они называли Тауантинсуйу.

Писарро оставил в истории след яркий, но мрачный. Жестокость, готовность к провокации, предательству, нарушению слова, убийству – все это было в его жизни. Он получил самый знаменитый выкуп за заложника – тонны золота не в переносном, а в прямом смысле.

Амабль Поль Кутан. Портрет Писсаро. 1835 г.

О Писарро не очень много написано на русском языке, но в книгах, посвященных истории государства инков, он всегда присутствует. На каких источниках основываются специалисты? В первую очередь это испанские хроники и исторические сочинения XVII–XVIII веков. В них отражена точка зрения одной из сторон конфликта цивилизаций. У инков письменности в европейском смысле слова не было – существовали лишь элементы рисуночного письма и узелковое письмо кипу, предназначенное прежде всего для выполнения математических расчетов.

Самое знаменитое произведение об инках – «Подлинные комментарии инков, королей Перу». Оно написано в начале XVII века Гарсиласо де ла Вега Эль Инка (сокращенно Инка Гарсиласо). Этот человек был незаконнорожденным сыном одной из последних инкских принцесс и испанского конкистадора. Есть также собрание рисунков с пояснительными текстами «Первая новая хроника и доброе правление», созданная индейцем из Перу Фелипе Гуаман Пома де Айяла на рубеже XVI–XVII веков. Рукопись, пропавшая в католической Испании, была найдена в одной из библиотек Копенгагена в 1908 году, а опубликована в Париже в 1936 году.

Тем, кого интересует история колонизации Нового Света, можно порекомендовать труды Г.Г. Ершовой, например, «Древняя Америка: полет во времени и пространстве». Интересны также книги Б.Б. Вагнера, например, «Идущие к горизонту» (1999). Надо обязательно читать работы Ю.А. Зубрицкого, а также Ю.Е. Березкина, посвященные истории народов Америки. А из зарубежной научно-популярной литературы – «Открытие Земли» Жюля Верна.

Франсиско Писарро родился в 1470 или 1476 году, еще до объединения Кастилии и Арагона, которое произошло в 1479 году, то есть до возникновения Испании. И конечно же, это было до путешествия Колумба, открывшего Америку в 1492 году. При жизни Писарро пал Теночтитлан – столица империи ацтеков. Их победитель Эрнан Кортес был родственником Франсиско и стал для него объектом для подражания.

Чтобы понять, почему Писарро обладал столь низкими моральными качествами, важно проанализировать его происхождение. Отец – Гонсало Писарро Родригес де Агилар, человек знатный, капитан испанских войск в Италии. Он воевал на Сицилии, в Сардинии, Южной Италии. Эти территории были присоединены Арагоном еще в XIII–XV веках, но там то и дело вспыхивали военные конфликты.

Мать – Франсиска Гонсалес-и-Матеос, служанка-сирота в монастыре, где ее и совратил Гонсало Писарро Родригес де Агилар. Она была изгнана из обители, жила у родственников, потом вышла замуж за Хуана Каско, в чьем доме и родился Франсиско.

Гонсало Писарро Родригес де Агилар в завещании признал некоторых своих внебрачных детей, но не Франсиско. Для юноши это был страшный удар. Вообще в мировой истории заметную роль играют бастарды – с их яростным стремлением доказать, что они не хуже, а лучше законных детей.

Никакого образования Франсиско не получил и, вероятно, был неграмотным. Сохранились образцы его подписи – она больше похожа на несколько крючков.

В детстве Франсиско пас свиней. Ходили слухи, что однажды он украл какую-то самую жирную свинью и, испугавшись наказания, убежал из дома и отправился странствовать. В 1480-х годах он нанялся рядовым в испанскую армию, воевал в Италии, потом завербовался для службы в Вест-Индии под началом своего земляка Николаса де Овандо.

В 1502 году, через десять лет после открытия Колумба, Писарро отплыл в Америку. Он жил на острове Эспаньола (современном Гаити), где располагалась своего рода база конкистадоров. Они были нацелены на одно – завоевать как можно больше земель и добыть как можно больше богатств. Конкистадоры жадно ловили слухи о сокровищах только что открытого континента. Индейцы Америки по-детски наивно надеялись откупиться от белых завоевателей и предлагали им золото, но аппетит конкистадоров только разгорался. Впрочем, в эту эпоху трудно отделить первооткрывателя от завоевателя. Любознательность конкистадоров тесно переплелась с жаждой наживы.

В 1509 году Писарро участвовал в экспедиции Алонсо де Охеды к берегам Южной Америки, в 1510 году – в завоевании Панамы. Там возникла испанская колония, в которой добывали золото и платину.

Почему именно Испания, а затем и Португалия оказались в лидерах колониального движения? На протяжении многих веков европейское население Пиренейского полуострова вело постоянную войну с завоевателями-арабами, которых называли маврами. Многие поколения провели всю жизнь в этой борьбе. Когда же испанцы отвоевали свою землю, дошли до Гибралтара, когда пал последний, Гранадский эмират, возник вопрос: что дальше? Именно в это время Колумб искал путь на Восток, в богатую Индию, и случайно обнаружил другие пространства, полные сокровищ.

Хуан Лепиани. «Тринадцать воспетых славой» (первые соратники Писарро). 1902 г.

Около 1513 года Франсиско Писарро сопровождал известного конкистадора Нуньеса де Бальбоа, который пересек Панамский перешеек и открыл Тихий океан, назвав его Южным морем. Известно, что Бальбоа ударил мечом по воде и объявил океан владением испанской короны. Как видим, наивностью отличались в ту эпоху далеко не только индейцы.

Вскоре после этих событий в Вест-Индию прибыл эмиссар императора Карла V, автора знаменитой фразы: «В моих владениях никогда не заходит солнце». Бальбоа был по доносу арестован, обвинен в измене и казнен. Не исключено, что автором доноса был бывший свинопас Писарро, мечтавший прославиться и продвинуться по службе. Наверное, от Бальбоа, которого потом предал, он впервые услышал о великом государстве инков, где удивительно много золота и всяких других богатств. И идти туда Писарро хотел уже не под руководством своего бывшего командира, а самостоятельно. При тоталитаризме донос – лучший способ убрать любого.

Когда в 1521 году пал Теночтитлан, Писарро жил в Панаме. Он уже знал о расположенном южнее великом государстве Тауантинсуйу и вознамерился повторить сценарий, по которому действовал Кортес.

Замысел Писарро, которому было уже за пятьдесят, нельзя не признать дерзким. Ему не хватало ни людей, ни денег. Первые попытки завоевания страны инков оказались неудачными. В 1524–1525 годах Писарро со своими партнерами Диего де Альмагро и Фернандо Лука пытался прорваться на юг, но это у них не получилось. Природные условия были очень сложные: горы и непроходимые леса.

В 1526–1527 годах они предприняли новую попытку. Два человека, которым удалось добраться до инков, не вернулись. По-видимому, они были доставлены в Кито, одну из столиц, и там принесены в жертву языческим богам.

Писарро, обладавший и решительным характером, и мужеством, и живым умом, понял, что не справится с задуманным, если не получит помощи из Испании. В 1528 году он отплыл туда и добился аудиенции у императора Карла V. Может быть, чтобы попасть к самому монарху, Писарро пришлось кого-нибудь подкупить. Производили впечатление и рассказы о тех будущих благах, которые он собирался пообещать императору.

Хулио Вила и Прадес. Франсиско Писарро. 1925 г.

Писарро так ярко расписал выгоды предстоящего похода, что получил должность наместника еще не завоеванных земель, а также главного судьи и, что особенно важно для бывшего свинопаса, дворянский герб и пожизненную пенсию. Договорился он и о наградах для своих спутников, участников будущих завоеваний.

Однако сразу по возвращении в 1530 году Писарро столкнулся с недовольством Диего де Альмагро. Тот считал, что лично ему пообещали слишком мало. Поэтому в следующий поход в 1531 году Писарро отправился без своего главного партнера, во главе отряда из 178 человек, в числе которых были 60 всадников. Отряд располагал одной или двумя пушками. И с такой численностью, с таким вооружением они собирались завоевать государство инков, насчитывавшее к тому моменту 8–9 миллионов человек!

Вытянутая вдоль Тихого океана с севера на юг колоссальная страна находилась на территории нынешних Перу, Колумбии, Эквадора и Боливии. Устройство этого государства в чем-то напоминало древнеегипетское. Здесь тоже были абсолютная высшая власть, военно-государственная элита, восходившая прямо к богам, клан жрецов, тоже организовывались обязательные общественные работы, в которых участвовали совершенно бесправные крестьяне. Тех, кто находился на общественных работах, снабжали минимумом всего необходимого для жизни с государственных складов.

Такими силами были выстроены идеальные по представлениям той эпохи дороги – их протяженность составляет 30 тысяч километров. На дорогах были специальные посты. Дежурные гонцы, называвшиеся часки, передавали посылки, например, свежую рыбу для великого инки с берега океана. Скорость их движения – около 20 километров в час. За день пробегали до 240 километров. Общественные работы позволили выстроить и колоссальные города.

Несколько раз в год инки совершали человеческие жертвоприношения. Для этого отбирались красивые здоровые дети лет десяти. Помимо людей в жертву богам приносили богатства. Надо было прилюдно уничтожать драгоценные ковры, изделия из серебра и золота – своего рода «борьба с роскошью».

У инков была своя мифология, в частности они верили в то, что создавшие их боги однажды вернутся в обличии белых бородатых людей. Это способствовало тому, что они не уничтожили завоевателей-европейцев, несмотря на свое многократное численное преимущество. А как индейцы испугались всадников! На их континенте не было лошадей. Знакомая им лама значительно мельче лошади. Человек на коне показался им чудовищем с четырьмя ногами, двумя руками и двумя головами, и они в суеверном ужасе бежали от этих чудовищ.

Но почему все-таки удача улыбнулась Писарро в 1532 году, после нескольких неудачных походов? Когда он в очередной раз собрался завоевывать Тауантинсуйу, государство инков как раз под влиянием внутренних раздоров распалось на две части. Еще в 1525 году фактически началась гражданская война. Два наследника последнего великого инки – старший сын Уаскар и младший Атауальпа, любимец отца, – не на жизнь, а на смерть бились за власть. Прежняя четкая иерархическая система управления рухнула, начался хаос. Кроме того, испанцы занесли на этот континент болезни, которых здесь раньше не знали, например оспу. Это заболевание косило аборигенов тысячами.

Джон Эверетт Милле. Писарро берёт в плен Инку Атауальпу. 1845 г.

Можно сказать, что Писарро вытянул своего рода лотерейный билет. К нему обратился за помощью свергнутый младшим братом Уаскар. Испанцы должны были помочь низложить узурпатора, объявившего себя верховным инкой.

Отряд Писарро вошел в небольшой город Кахамарку. Неподалеку стояли войска Атауальпы – 30–50 тысяч человек. Испанцы направили Атауальпе представителей (которые, конечно, заранее попрощались с жизнью), чтобы пригласить его на пир к своему командиру.

На закате Атауальпа с невероятными торжествами вступил в Кахамарку. Его несли на золотых носилках. Сопровождали вождя несколько тысяч воинов. Но они остались на окраине города, а на пир он явился только с личной охраной – 300–500 человек. Они были не вооружены, это была просто почетная стража верховного инки. Испанских воинов видно не было. Атауальпе доложили, что они прячутся по домам. Вождь счел это признаком трусости.

На пустой площади индейцев встретил доминиканский монах, который в одной руке держал крест, в другой – Библию. Он начал говорить (к этому времени среди аборигенов уже появились переводчики). Монах потребовал, чтобы инки немедленно отреклись от своих ложных богов и поверили в Христа.

Атауальпа скептически отнесся к этой проповеди, более того – она вызвала у него раздражение, ведь он сам себя считал живым богом. Он взял у монаха Библию, осмотрел, приложил к уху. Инки считали, что есть особые предметы, из которых слышен голос бога. Возможно, это были крупные раковины. Они ценились у местных выше золота. Но Библия звуков не издавала. Вождь произнес: «Он мне ничего не говорит», – и с презрением бросил книгу на землю.

Тогда монах закричал: «Бейте их! Убивайте их всех!» Появились испанцы, вооруженные мечами, а также конники. Раз или два выстрелила пушка. Несмотря на ужас, охранники телами закрывали своего божественного правителя. Бойня длилась почти целую ночь. Всю охрану уничтожили. Вождя тоже убили бы, если бы его не заслонил Писарро, который получил даже легкое ранение в руку от собственного солдата. Атауальпа был нужен живым.

Даниэль Эрнандес Морильо. Франсиско Писарро. 1929 г.

Около трех тысяч индейцев были изрублены, столько же попало в плен. Оказавшись в плену, Атауальпа предложил выкуп. Он уже слышал о жадности испанцев, о том, как они страстно любят золото. Кортес объяснял Монтесуме или его приближенным, что у испанцев есть такая болезнь, которую лечит только золото. Болезнь конкистадоров…

Атауальпа сказал, что в обмен на свою свободу он может заполнить золотом целую комнату до высоты человека с поднятой рукой. На этом уровне провели черту. Писарро думал, что это преувеличение, но ошибся. Власть великого инки была настолько сильна, что к дворцу, где заточили Атауальпу, потекли караваны с драгоценным металлом. Комната наполнилась золотом. Атауальпа больше не был нужен.

Тем временем до испанцев дошли слухи о том, что сторонники Атауальпы убили его брата и соперника Уаскара. Конкистадоры предъявили пленнику обвинение в том, что он организовал это убийство, устроили суд и приговорили великого инку к смерти.

Атауальпу больше всего ужаснуло то, что его должны были сжечь на костре. По представлениям инков, если тело покойного не сохранено, не забальзамировано, человек обречен на вечные муки. От страха Атауальпа согласился принять ту веру, которую ему не так давно навязывал испанский монах. Пленнику пообещали, что тогда его не сожгут, а удавят. Будет применена гаррота, самая знаменитая средневековая испанская казнь, когда человеку надевают железный ошейник и закручивают до тех пор, пока он не задыхается.

Грин А.Б. Казнь инков. Гравюра, 1891 г.

После казни Атауальпы в империи инков стало крепнуть сопротивление. Вокруг племени кечуа некогда объединились другие племенные союзы. Потом, когда власть зашаталась, они стали сражаться не за инков, а за собственную свободу.

Писарро отправил в Испанию много золота. Но ему и этого было мало – он хотел стать властелином этих земель. Сначала он сажал на престол великого инки каких-то марионеток, символизировавших местную власть. Но потом он почувствовал себя единственным хозяином былой империи.

А погиб Писарро вовсе не от руки одного из борцов за свободу аборигенов Америки. Нет, он стал жертвой конфликта со своим бывшим товарищем Альмагро.

Тот вместе со сторонниками захватил столицу государства инков Куско. Писарро в 1538 году победил его в сражении при Салинасе – и казнил бывшего друга.

В 1541 году против Писарро был составлен заговор, во главе которого стал сын казненного Альмагро. 26 июня 1541 года Писарро был убит в собственном доме во время приема гостей. В дом ворвались двадцать человек, вооруженных до зубов, и перебили всех, включая хозяина. Надо сказать, он успел схватить меч и кинжал и, убегая, нанести несколько ударов. Но силы были неравны.

Можно ли назвать Писарро великим человеком? Нет сомнений в том, что он участвовал в великих событиях. А в самой его биографии постыдного больше, чем героического.

Хуана I Безумная
Дочь Католических королей

Безумный правитель на западноевропейском престоле – явление известное. Во Франции в эпоху Столетней войны был безумный король Карл VI, который часто ощущал себя хрупким сосудом и просил надеть на него латы, чтобы его не разбили.

Болен был и Генрих VI Английский, бывший на престоле во время Войны роз. Человек достойный, но удрученный, меланхолический, он прожил ужасную жизнь.

Известна и странная, экстравагантная Кристина Августа, дочь Густава II Адольфа в Швеции. В России тоже был слабый умом царь Федор Иоаннович.

Придворные круги очень любят, чтобы на троне был безумный или младенец. Это развязывает им руки. Таковы особенности монархического режима.

Хуана I Безумная, наверное, самый яркий пример такого рода: она много лет называлась королевой – и никогда ничем за все свое долгое ношение корон не управляла.

В истории Средневековья и раннего Нового времени остались так называемые Католические короли – родители Хуаны Изабелла и Фердинанд. И это не прозвище, данное народом, а титул, официально присвоенный папой римским. Именно при них произошло объединение корон Кастилии и Арагона, остававшихся пока самостоятельными королевствами. В будущем их слил в единую империю сын Католических королей – император Карл V.

В долгой жизни Хуаны Безумной, королевы Кастилии с 1504 года и Арагона с 1516 года, ведущая тема – тема власти. А она, как известно, неотделима от тем алчности и предательства, да и с темой безумия связывается нередко. Эта женщина была глубоко несчастной, несмотря на две короны, которые она носила более 50 лет.

Конец XV – начало XVI века – время очевидного подъема Испании. Некогда здесь была римская провинция; потом, после Великого переселения народов, на этой территории образовалось Королевство вестготов; в VIII веке сюда вторглись из Северной Африки войска халифата Омейядов. Только на севере оставалось небольшое испанско-вестготское королевство Астурия, и оттуда началась знаменитая Реконкиста – отвоевание Пиренейского полуострова у арабов. Этот процесс шел под знаменем христианской церкви, занял 500 лет и успешно завершился при родителях Хуаны.

Мать, Изабелла Кастильская, была фанатично верующая женщина, преданная идее католической церкви и противостояния мусульманскому миру. Как мало в нашем мире абсолютных новостей! Столкновение Востока и Запада повторяется в разных формах из столетия в столетие.

Педро Маркуэльо. Хуана с родителями, Изабеллой и Фердинандом. Ок. 1482 г.

Изабелла выросла нелюбимой в своей семье и неуверенной, что станет наследницей престола. Дочь второй жены короля Кастилии Хуана II, она 10 лет жила со своей опальной матерью, можно сказать, в изгнании. Утешение они находили только в молитвах, пока раздоры в королевстве и отсутствие наследника у ее сводного брата Энрике IV не привели ее ко двору и не сделали инфантой¹⁰ – наследницей кастильского престола.

Духовником Изабеллы был Торквемада – Великий инквизитор, за 18 лет на этом посту подписавший то ли 18, то ли 20 тысяч смертных приговоров. Когда католические короли освобождали Гранаду, последний оплот арабов в Европе, Торквемада на коне ехал с ними рядом.

До Изабеллы на престоле был ее бездетный сводный брат Энрике IV. Она обещала ему не вступать в брак без его согласия, но в 1469 году тайно обвенчалась с Фердинандом, тогда еще наследником арагонской короны. Все было очень романтично: Изабелла сделала вид, что едет навестить мать, за ней прибыл Фердинанд в костюме купца…

Кастилия и Арагон – два очень важных королевства на Пиренейском полуострове. На брак монархов требовалось согласие их парламентов – кортесов. И это согласие было получено.

Правление Изабеллы и Фердинанда ознаменовалось многими историческими событиями. Это было время начала Великих географических открытий. И именно у Католических королей Кристофор Колумб много лет пытался получить средства на свое путешествие. В конце концов именно Изабелла финансировала предпринятый им поиск пути на восток. Ее вдохновляла идея обратить население далеких земель в христианскую веру.

Хуан де Фландес. Портрет Хуаны Безумной. Ок. 1500 г.

Освобождение Пиренейского полуострова сопровождалось изгнанием или уничтожением всех иноверцев – не только мусульман, но и иудеев. В Испании нарастала религиозная нетерпимость.

В семье Католических королей родилось 10 детей. Хуана – третий по счету ребенок. Детская смертность в ту эпоху была очень высокой, и до относительно взрослого возраста дожили лишь один брат и три сестры. Наследником считался, разумеется, брат – Хуан Астурийский, родившийся в 1478 году. Но он рано умер. Недолго прожила и старшая сестра Изабелла Астурийская.

Сестра Мария была замужем за королем Португалии Мануэлем I. Это вызывало у Католических королей некоторые опасения: ее дети могли претендовать на присоединение Кастилии и Арагона к Португалии. Другая сестра, Екатерина Арагонская, – несчастная разведенная жена Генриха VIII Английского.

Надо сказать, что у сестер со временем обнаружится много общего, прежде всего – готовность буквально «вцепиться» в своего мужа и во власть. Екатерина настолько категорически не давала Генриху VIII развода, что он для достижения этой цели пошел на смену конфессии в стране и сам возглавил англиканскую церковь.

Хуан де Фландес. Портрет Филиппа Красивого. Ок. 1500 г.

Кастильский двор отличался особой церемонностью. Например, во дворце монархическим особам можно было что-то подать по их распоряжению (допустим, стакан воды) только опустившись на колени. Принцесс обучали языкам, танцам, хорошим манерам.

В возрасте 17 лет Хуану, которую тогда никто не считал ни наследницей, ни безумной, выдали замуж за молодого эрцгерцога австрийского Филиппа, по прозвищу Красивый. В ту эпоху такое прозвище не обязательно означало физическую красоту, оно могло свидетельствовать о том, что человека просто считают хорошим. Но в данном случае речь шла, вероятно, и о внешней красоте. По крайней мере, сохранившийся портрет отца Филиппа, императора Германии Максимилиана I Габсбурга, работы А. Дюрера говорит о том, что в семье Габсбургов встречались очень красивые лица. Филипп был известен как молодой человек яркий и интересующийся женским полом. Женившись на Хуане, он, как считают историки, влюбил ее в себя.