Read the book: «Добро пожаловать в Тантантис!»

Пролог

— Вы убили шесть человек одним касанием.

— Да, но это была случайность!

Мариана из последних сил сдерживалась, чтобы не разреветься прямо здесь, в комнате для допросов. Он ведь видел, знал, что она сделала это ненамеренно. Она обращалась в научный центр, предупреждала, что с ней творится нечто странное, но они ничего не предприняли. Это они виноваты в трагедии, не она!

Мариана находилась в изолированном боксе за бронированным стеклом. На её руках были перчатки из плотного материала, которые теперь разрешалось снимать лишь в случае крайней необходимости.

Но вот незадача: Мариана ведь умела притягивать и взглядом. Вот и сейчас телепат, сидевший напротив по другую сторону стекла, смотрел ей в глаза словно заворожённый. Затем он тряхнул головой, но, кажется, так и не смог до конца избавиться от наваждения.

Он встал.

— Вы куда? Подождите! Не бросайте меня здесь! — взмолилась Мариана.

— К вам в ближайшее время направят советника или его помощника, — тихо буркнул он, убрал планшет в чемодан и торопливо зашагал к выходу.

— Стойте! Постойте! — кричала она ему вслед.

Мариана вскочила, припала к стеклу. Слёзы катились из глаз, а она даже не могла их толком стереть — перчатки разрешалось снимать только у себя в камере.

— Заключённая номер одиннадцать, пройдите, пожалуйста, в камеру, — раздался над головой механический голос.

Она всхлипнула и медленно отступила от стекла.

Рядом уже стоял робот — квадратная коробка с манипуляторами, передвигавшаяся на колёсиках и едва достававшая ей до пояса.

— Чой, ты останешься со мной? — спросила она.

Это было единственное общение, которое ей позволяли: уж роботу-то она точно не причинила бы вреда. Точнее, не смогла бы высосать из него жизнь. А вот скрутить и разбить о стену — запросто.

Чой проводил её в камеру и остался с ней. Она попросила рассказать что-нибудь из последних новостей, и он решил остановиться на колонизации ближайшего к Талассу спутника. Там как раз началась разработка грунта и строительство подземных убежищ, в которых планировалось воссоздать пригодные для жизни людей условия. А там, глядишь, можно и на терраформирование всего спутника замахнуться: задача выглядела не такой уж сложной, ведь на нём имелись и разреженная атмосфера, и вода в виде льда.

Мариана слушала — вернее, делала вид, что слушает, а сама прислушивалась к внутренним ощущениям. С тех пор как она вытянула жизни из тех людей, самочувствие стало просто отличным, даже слишком. Сил словно прибавилось. Ей казалось, что при желании она сможет согнуть стальные прутья решётки, перебить всех охранников — даже тех, кого приставили к ней из элитного отряда, — и сбежать.

Однако побег она рассматривала лишь как крайнюю меру, если вдруг дело всё же дойдёт до смертного приговора.

А если задуматься: как именно её попытались бы убить? Как вообще казнят целителей? Введут яд? Вряд ли: её организм с подобной ерундой точно справился бы. Подошлют боевого телепата? Что ж, восстановилась бы она не сразу, пару месяцев наверняка пришлось бы отлёживаться, но в конце концов мозг регенерировал бы. Вот разве что выбросить в открытый космос — это уже другое дело. В ледяном вакууме она израсходовала бы весь накопленный запас жизней прежде.

Мариана представила свою смерть в космосе. Как ни крути, удел целителя в том, что быстро они не умирают. Ей пришлось бы долго мучиться, прежде чем организм израсходовал бы все ресурсы и его наконец-то покинула последняя искра из тех жизней, что она забрала у убитых.

О погибших людях Мариана ничуть не жалела: ей было на них просто плевать. Огорчало лишь то, что из-за этой досадной истории она оказалась за решёткой. Жизнь ведь только начиналась, всё лучшее было впереди. И тут такая досада из-за кучки придурковатых учёных, которым она раз тридцать, если не больше, повторяла: без защиты к ней лучше не прикасаться. Но они, конечно же, не послушали.

Вцепились своими клешнями. А ведь всё начиналось как обычное исследование. Мариана пришла вовремя, легла на кушетку. Её тут же обступили со всех сторон, облепили датчиками, потом что-то включили, и…

А дальше Мариане словно выключили свет. Она помнила лишь резкий выпад и то, как шестеро стоявших рядом учёных замертво рухнули на пол. Остались только трое, да и те лишь потому, что держались на расстоянии.

— Мариана, к вам ещё один посетитель, — сказал Чой.

— Сейчас? Кто? — спросила она.

— Советник Зари Мар.

Ну хоть кто-то, равный ей. Мариане, только успевшей сесть на кровать и снять перчатки, снова пришлось собираться. Не то чтобы она была готова к новым унижениям, мольбам о своей невиновности и просьбам поскорее её выпустить. Но в любом случае, чем быстрее продвигалось дело, тем лучше для неё. Хотелось поскорее во всем разобраться и понять: придётся ли ей убить кого-то ещё, чтобы сбежать, или же ей позволят остаться на Таласе и жить своей жизнью — пусть уже не такой спокойной, как раньше, но все же.

На этот раз Чой проводил её в другую комнату. Там не было никакого стекла, даже перегородок отсутствовали. Стоял широкий мягкий диван, на котором уже сидел Зари, журнальный столик и экран, где шло какое-то шоу — скорее просто для создания уютной атмосферы.

Мариана бросилась к посетителю, села рядом и посмотрела на него жалостливым взглядом.

— Ну что там? Когда меня отпустят? — спросила она и даже всхлипнула, готовая вновь разрыдаться.

— Ой, давай без соплей, — с усмешкой бросил Зари. — Ты же знаешь, я на это не поведусь. Уж кто-кто, а я тебя отлично знаю, милочка.

Мариана растянулась в улыбке и села прямо.

— Вопрос всё же остаётся, — холодно сказала она.

— Перейдём тогда сразу к делу.