Read the book: «Я заберу твою жену»

Глава 1. "Кто я?"

Сначала вернулась боль, не память, а именно боль, тупая и тяжёлая, пульсирующая где-то за правым виском. Я попыталась открыть глаза и тут же зажмурилась: тошнило, во рту было сухо и противно, а когда я провела языком по губам, почувствовала металлический привкус.

Кровь. Прекрасно.

Я открыла глаза снова, на этот раз медленно. Прямо передо мной было лобовое стекло, покрытое густой паутиной трещин, а за ним деревья, слишком много деревьев для того, чтобы это было похоже на что-то нормальное. Я моргнула и повернула голову, зря: боль прострелила висок так резко, что я застонала и снова закрыла глаза. Несколько секунд просто сидела и дышала. Вдох. Выдох. Ещё раз.

Что произошло?

Я осторожно осмотрела себя: ремня безопасности не было, на джинсах грязь, рукав светлой кофты разорван у локтя, и под тканью саднило. На ладони несколько мелких порезов, правое колено ныло при каждом движении. Я подняла руку к голове и коснулась чего-то липкого у виска – кровь.

Машина стояла под углом, передняя часть была смята, в салоне поблёскивали осколки стекла, а одна из дверей оказалась приоткрыта, почему я не понимала.

– Эй?

Голос прозвучал хрипло и незнакомо, никто не ответил. Сиденье рядом было пустым, заднее тоже, а снаружи шумели только деревья. Я потянулась к двери возле себя, дёрнула ручку – ничего, ещё раз, дверь не поддалась.

– Отлично.

Почему-то собственный голос немного успокаивал.

Перебираясь через центральную консоль на другую сторону, я чувствовала, как на каждое движение отзываются рёбра, колено и голова. Я кое-как выбралась из машины, но стоило выпрямиться, как колени подогнулись, и я вцепилась в дверь, чтобы не упасть.

– Тихо… тихо…

Не совсем понимала, кому я это говорю. Себе, наверное. Постояла так с полминуты, потом подняла голову и осмотрелась. Машина съехала с дороги и застряла между деревьями, а наверху, метрах в двадцати, серой лентой тянулось полотно шоссе.

Я обошла автомобиль – никого, ни следов другой машины, ни брошенной сумки и вернулась в салон искать хоть что-нибудь. В бардачке нашлись только какие-то бумажки, я развернула их и не поняла ровным счётом ничего не потому, что разучилась читать, а потому, что ни одна запись мне ничего не говорила. Телефон, мне нужен был телефон. Я проверила сиденья, пол, пространство под ними – пусто. Потом карманы: в левом ничего, в правом сложенный листок.

Это оказалась фотография – мужчина и девушка. Я несколько секунд смотрела на девушку: длинные волосы, улыбка, она стояла вплотную к мужчине, и его рука лежала у неё на талии – счастливая. Перевела взгляд на мужчину: высокий, тёмные волосы, красивый и совершенно незнакомый. Снова посмотрела на девушку, и что-то внутри меня зацепилось за эту улыбку. Поднесла снимок ближе, потом машинально коснулась собственного лица. Нет, не может быть.

Я подошла к тому, что осталось от бокового зеркала – уцелела только половина, и из него на меня посмотрела девушка с фотографии. Только сейчас волосы у неё были спутаны, на виске засохла кровь, под глазом наливался синяк, а на губе темнела ссадина. Я смотрела на своё отражение, оно смотрело на меня. И ничего: ни узнавания, ни отклика, совсем ничего. Я знала, что это моё лицо, но не узнавала его. Сердце забилось быстрее, и я отвернулась от зеркала. Спокойно, нужно просто вспомнить.

Как меня зовут? Я закрыла глаза – пусто. Первое имя, которое придёт в голову, любое – пусто. Открыла глаза. Где я живу? Пусто. Сколько мне лет? Не знаю. Кто мои родители и есть ли они у меня вообще? Не знаю. Я снова посмотрела на фотографию. Кто этот мужчина? Не знаю. Дышать стало труднее.

– Нет.

Я снова зажмурилась. Давай хоть что-нибудь. Что я делала вчера? Ничего не приходило. Неделю назад? Ничего. Детство, школа, первый поцелуй, чей-то день рождения – темнота, абсолютная и ровная. При этом я прекрасно знала, что такое машина, что такое фотография, что кровь из виска – это плохо, знала, как говорить, как читать, как ходить. Просто ни одного факта о человеке, которым я была, у меня не осталось.

Я открыла глаза и посмотрела на девушку с фотографии.

– Кто ты?

Она, разумеется, продолжала улыбаться. На обороте снимка обнаружилась надпись от руки: адрес, название населённого пункта, улица, номер дома, а ниже несколько цифр, видимо, код домофона двери. Я снова перевернула фото и посмотрела на мужчину, на его руку у меня на талии, на свою голову, чуть наклонённую к его плечу. Мы явно друг друга знали, насколько хорошо непонятно. Муж? Парень? Брат – нет, вряд ли брат стал бы держать меня так. Хотя откуда мне вообще знать, как меня держал бы брат, если он у меня был.

Я чуть не рассмеялась, получился какой-то нервный всхлип.

– Господи…

Прижала фотографию к груди. Это было единственное, что у меня осталось: один мужчина, один адрес и ни одного воспоминания.

До дороги я поднималась, наверное, минут десять, проверить время было нечем, телефона у меня не было. Дважды останавливалась, один раз меня вырвало возле дерева, и это напугало сильнее, чем сама авария: я знала достаточно, чтобы понимать – рвота после удара головой не самый хороший признак. Нужно было в больницу, но сначала я снова достала фотографию. Почему-то мне хотелось сперва найти этого мужчину, а не врачей. Может быть, потому что в больнице мне скажут, что со мной случилось, а этот человек на снимке – кто я такая.

Машин на дороге почти не было. Первая проехала мимо, вторая тоже. Третья притормозила метрах в пяти от меня, и я застыла на месте. В голове вдруг возникла совершенно отчётливая мысль: не садись. Почему, я не знала.

За рулём оказался мужчина лет шестидесяти, он опустил стекло.

– Девушка, вам помощь нужна?

Я не подошла.

– У вас кровь, – сказал он.

– Я знаю.

Он посмотрел куда-то мне за спину.

– Вы в аварии были?

– Наверное.

– В смысле «наверное»?

Хороший вопрос, подумала я и сжала фотографию крепче.

– У вас есть телефон?

– Есть.

– Вызовите мне, пожалуйста, такси.

Он посмотрел на меня так, будто прикидывал, насколько я не в себе, и, возможно, был недалёк от истины.

– Вам скорую надо вызывать.

– Сначала такси.

– Девушка…

– Пожалуйста.

Он вздохнул.

– Куда?

Я прочитала адрес на обороте фотографии вслух, мужчина нахмурился.

– Это за городом.

– Я знаю, – хотя на самом деле не знала.

– Там километров сорок отсюда.

– Хорошо.

– Что хорошего?

Я не нашлась, что ответить. Он ещё раз оглядел кровь у меня на лице и сдался.

– Садитесь, довезу до заправки, там хотя бы люди есть и скорую вызовем.

Я посмотрела внутрь машины, на свободное переднее сиденье, и что-то внутри снова тихо сказало: не садись, но других вариантов не было.

– Хорошо.

Открыла заднюю дверь, почему именно заднюю, не могла объяснить. Села позади водителя и только когда машина тронулась, заметила, что всё ещё сжимаю фотографию так сильно, что края впились в ладонь.

До нужного адреса я в итоге добралась на такси, от скорой отказалась, хотя и водитель с заправки, и таксист были против. Кажется, в тот день все вокруг точно знали, что мне следует делать, кроме меня самой. Чем дальше мы ехали, тем меньше становилось домов, потом исчезли магазины, потом фонари, и осталась только дорога, лес и редкие повороты за высокие заборы. Я в очередной раз посмотрела на фотографию и подумала, что, может быть, это очень плохая идея, что мужчина на снимке и сделал со мной всё это. От одной мысли стало холодно.

– Долго ещё? – спросила я.

– Минут пять.

Прекрасно, пять минут до встречи с человеком, который, возможно, знает обо мне всё или пять минут до встречи с человеком, от которого я почему-то пыталась сбежать. Я понятия не имела, какой из двух вариантов правильный.

Машина свернула, впереди показались высокие ворота, а за ними среди деревьев, – большой дом. Я сверилась с адресом на фотографии: номер совпадал.

– Здесь.

– Точно?

– Нет.

Таксист посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

– Может, всё-таки полицию?

Я покачала головой, хотя сама не понимала почему. Похоже, в моей жизни было ещё много мелочей, которые раньше казались настолько обычными, что я даже не задумывалась о них. Теперь же каждую приходилось узнавать заново. Я потянулась к ручке двери, но остановилась – деньги. На всякий случай снова проверила карманы, хотя прекрасно знала, что ничего там не найду.

– У меня нет денег.

– В смысле?

– Совсем.

Он посмотрел на меня через зеркало.

– И чем вы собирались платить?

– Я… не подумала.

Прозвучало настолько нелепо, что мне самой стало неловко. Я взглянула на дом за воротами.

– Если этот человек меня знает, он заплатит.

– А если нет?

– Тогда у нас обоих будет проблема.

Таксист тяжело вздохнул.

– Идите, я подожду.

Возле ворот обнаружилась панель с кнопками, код с обратной стороны фотографии подошёл – замок щёлкнул, и у меня перехватило дыхание. Значит, снимок действительно был связан с этим местом. Я направилась к дому, но с каждым шагом всё сильнее хотелось остановиться, развернуться и уйти. Ничего вокруг не казалось знакомым: ни дорожка, ни деревья, ни сам дом, ни машина возле гаража, совсем ничего. На крыльце я в последний раз взглянула на мужчину на фотографии и нажала звонок.

Тишина. Я ждала несколько секунд, ещё немного, пока за дверью не послышались шаги. Замок щёлкнул, дверь открылась, и я посмотрела на мужчину передо мной, потом на фотографию, потом снова на него – он. Точно он, только на снимке он улыбался, а сейчас улыбка исчезла с его лица в ту же секунду, как он меня увидел.

– Господи! – Он шагнул ко мне, я отступила. Он остановился, его взгляд скользнул по моему лицу, по крови на виске, по разорванному рукаву. – Что случилось? – Я не ответила. – Где ты была?

Где я была, значит он меня знает. Сердце застучало быстрее, и я подняла фотографию.

– Это вы?

Он посмотрел на снимок и почему-то замер.

– Да. – Он снова посмотрел на меня. – Что произошло?

– Я не знаю.

– В смысле?

Я сглотнула. Теперь это нужно было произнести вслух, и от этого почему-то становилось только страшнее.

– Я очнулась в разбитой машине.

Его лицо изменилось.

– Что?

– У меня ничего нет: ни телефона, ни документов, только это. – Я протянула ему фотографию, но он не взял её, только смотрел на меня. – На обороте ваш адрес.