Read the book: «Научи меня любить»

1

28 июня. День, который мог бы стать самым счастливым в моей жизни. Я стою в одном из московских ЗАГСов и слушаю до неприличия притворную речь немолодой регистраторши с фальшивой улыбкой на лице, выражающем бесконечную усталость и безнадежность.

Я скользнула взглядом по ее правой руке. Кольца нет. Теперь понятна ее скрытая враждебность, тяжело каждый день видеть счастье других людей, а вечером возвращаться в пустую квартиру. Я попыталась вызвать в себе чувство жалости, но ничего не вышло, да и с какой стати? Единственный человек, которого здесь можно пожалеть, это я, но я умерла бы, если бы кто-то посмотрел на меня с сочувствием, если бы кто-то хотя бы узнал о том, что я сейчас чувствую, присутствуя на свадьбе своего любимого человека.

Одиннадцать лет назад я стояла в фойе Финансовой академии, безуспешно пытаясь протиснуться к спискам поступивших. Потолкавшись немного, я, не обладающая особыми физическими данными, решила последовать китайской мудрости, что-то там про реку и труп врага, в общем, смысл такой, что сиди и жди. В конце концов, когда-то же они все разойдутся…

Я отошла к окну, потирая ушибленное в давке плечо, и устроилась на подоконнике, гадая, поступила ли я. Если поступила – здорово, родители обрадуются, а если нет…

Что я буду делать и как скажу об этом отцу? Мой папа Сергей Николаевич – ведущий специалист в НИИ, учёный, доктор физико-математических наук, мама – преподаватель высшей математики в университете, они просто не поймут, если я провалюсь, ведь это их мечта! А о чем же мечтала я? Честно говоря, не знаю, я всегда знала, что стану финансовым аналитиком как хотели мои родители, ни о чем другом я не думала. И все же, кем бы я хотела быть?

– Привет! – вывел меня из раздумий приятный баритон.

Я обернулась и увидела, что рядом со мной пристроился потрясающе красивый парень, блондин с улыбкой, которой позавидовали бы голливудские звезды, а ещё у него были невероятно голубые глаза, как небо, я никогда раньше не видела такого оттенка и решила, что это линзы. Но даже это не могло испортить впечатления, линзы, не линзы, а парень мне сразу же понравился.

– Привет! – отозвалась я и улыбнулась, отчаянно вспоминая когда в последний раз расчесывала волосы. Скорее всего, сегодня у меня не было на это времени и на голове у меня настоящее воронье гнездо, плюс отсутствие косметики и темные круги под глазами из-за бессонной ночи. И я еще надеюсь произвести впечатление? Впрочем, мое подсознание, обладающее несравненно более высокой самооценкой нежели я, уже нашептывало мне, что все возможно.

Парень продолжал смотреть и улыбаться, а я начинала чувствовать себя неловко. Ненавижу ситуации, когда воцаряется молчание и ты мучительно придумываешь что бы сказать. С другой стороны я его не знаю, соответственно, говорить с ним не обязана. Но как же хочется!

– А ты есть в списках? – неожиданно повернувшись к нему спросила я, посчитав, что нашла самую удачную тему для начала разговора.

Парень немного опешил.

– Э-э… в каких списках?

– В списках поступивших, – я кивнула в сторону толпы. – Ты ведь будешь здесь учиться? – спросила я с робкой надеждой.

Пожалуйста, пускай он скажет “да”!

– Да, я буду здесь учиться, – словно прочитав мои мысли, сказал он. – Только в списки мне смотреть незачем, я буду учиться на платном.

– А-а-а, – протянула я и разочарованно посмотрела на него, словно он только что признался, что он гей.

«Ну на платном, и что? – взбунтовалось мое подсознание. – Что в этом такого? Что это меняет? Он перестал тебе нравиться?»

В том-то и дело, что не перестал! Но у меня всегда было определенное отношение к таким как он мажорам, которые в жизни ничего не добивались своим трудом, а получали все благодаря богатому папочке.

Я оглядела его с головы до ног. Черные джинсы, бежевый пуловер и ботинки, которые стоят как моя зарплата ( на каникулах я подрабатывала в фаст-фуде, чтобы купить себе новый ноутбук).

– Что-то не так? – озабоченно спросил он, заметив мой взгляд.

Я отрицательно покачала головой и отвернулась, досадуя на себя и свои принципы.

– Я обидел тебя? – не унимался парень.

Я молчала.

– Я не знаю, что я такого сделал, но я готов извиниться.

Это было неожиданно. Я повернулась к нему.

– Зачем?

Парень помолчал немного, а потом посмотрел мне прямо в глаза.

– Ты мне понравилась.

Он сказал это совершенно искренне и так просто, словно это была самая естественная вещь на свете, словно по другому и быть не могло. Моё и без того дрогнувшее сердце утратило последнюю способность к сопротивлению. Я улыбнулась ему и он ответил мне своей сияющей улыбкой.

– Александр.

– Анна.

Вдруг он спрыгнул с подоконника и устремился к толпе. На ходу он обернулся и спросил:

– Как твоя фамилия?

– Захарова.

Через пару минут он вернулся с сияющим лицом и сгреб меня в охапку.

– Поступила! – радостно выдохнул он и, прежде чем я успела обрадоваться и вообще что-нибудь сообразить, он обхватил моё лицо и поцеловал.

Голос регистраторши оборвалась мои воспоминания.

– В горе и в радости, в богатстве и бедности…

Согласны ли вы?

Первой спросили невесту. Алена улыбнулась и нежно посмотрела на жениха, на ее щеках выступил румянец.

– Да, согласна! – произнесла она тихим медовым голоском.

Я почувствовала как к горлу подкатила тошнота. Конечно, да! Что же еще она могла ответить?! Как же я ненавижу ее! Ненавижу за ее тихий спокойный голос, за кроткий взгляд голубых глаз, за мягкость характера, за нежность с которой она смотрит на Сашу, наконец, за то, что она украла у меня Сашу.

В голове все перемешалось, может свое дело сделало шампанское, которым я уже изрядно успела набраться. Два, нет, кажется три бокала, иначе я не смогла бы вынести этого. В голове только одна обжигающая, пульсирующая болью мысль: “На ее месте должна быть Я!"

Интересно, как ей понравится если сейчас я повернусь к ней и расскажу все. Расскажу, что люблю Сашу и он меня любит, расскажу, что одиннадцать лет мы были с ним счастливы, пока не появилась она и этот злополучный ребенок. Что она будет делать?

Я посмотрела на нее. Белое свадебное платье и облако фаты делали ее похожей на ангела. Наверное, где-то в глубине души я понимаю почему Саша выбрал ее среди всех других. В ней есть все, что нужно ему, чего никогда не хватало мне – слабость и беззащитность, да, ее хочется защищать и заботиться о ней. Возможно, если бы сейчас она не выходила замуж за Сашу мы могли бы стать подругами. Настоящими, а не то, что сейчас. Алена и сейчас думает, что мы подруги. До сих пор не могу забыть как она просила меня стать подружкой невесты. Жестоко, но она ведь ничего не знает о нас с Сашей.

Настала очередь жениха отвечать. Я замерла и перестала дышать, боясь взглянуть на Сашу. Воцарилась тишина, мне показалось, что я слышу только гул собственной крови и бешеное сердцебиение. Доли секунды показались мне вечностью. Я отважилась бросить быстрый взгляд на своего любимого. Саша стоял бледный, словно мертвец. Да, пожалуй, подходящее сравнение, ведь сегодня он действительно умер. Для меня…

Так что, у кого свадьба, а у кого похороны, именно поэтому я надела черное платье, которое многие тихонько обсуждали за моей спиной, я пару раз слышала как кто-то назвал его вызывающим. Ну, может декольте и вырез на подоле действительно чересчур, но это мой выбор, и это мое тело и только мне решать насколько его показать.

– Да.

Я вздрогнула, и, не поверив, своим ушам повернулась к Саше. Он ли сказал это? Саша еще больше побледнел и его взгляд направленный куда-то вперед, выражал отчаяние и безнадежность.

Ох, Саша, что же мы делаем?

– Объявляю вас мужем и женой!

Я почувствовала как мой мир, казавшийся мне таким прочным, покрылся трещинами и стал рассыпаться, словно стекло. Перед глазами поплыло.

«Вот и все! – мелькнуло в голове. – Я потеряла его.»

Для празднования свадьбы отец Алены Константин Аркадьевич, крупный бизнесмен и меценат арендовал одну из подмосковных усадеб. Как только мы приехали туда, я постаралась незаметно исчезнуть, больше не могла видеть счастливого лица невесты и обреченный, затравленный взгляд Саши. Мне очень хотелось подойти к нему, обнять и увести отсюда, послав всех к черту. Только он и я…

“Ты все равно не смогла бы так жить, – вздохнуло мое подсознание, – не смогла бы забыть о ребенке.”

Да, именно поэтому мне надо держаться подальше. К тому же я испытываю боль всякий раз когда вижу их рядом, когда вижу как Алена прикасается к нему, как Саша держит ее руку, а ведь так недавно он был только моим…

Мимо прошел официант с подносом, я машинально взяла бокал шампанского. Приятное тепло разлилось по телу и стало немного легче. Чуть позже еще один бокал … И еще…

Все пошло гораздо веселее…

Я зашла в дом в поисках ванны, мне срочно нужно было умыться. Количество спиртного, выпитого мной давало о себе знать: я нетвердо стояла на ногах, перед глазами плавали круги, плюс ко всему временами накатывала тошнота. Пришлось признаться самой себе что я переборщила.

Умывшись холодной водой, я почувствовала себя свежее, настолько, что встретив официанта с подносом, я взяла один бокал. Официант посмотрел на меня с явным осуждением. Наверное, все они уже запомнили меня и сколько я выпила. Плевать! Я залпом выпила содержимое бокала, это оказался какой-то коктейль, сначала мне показалось, что он слабоалкогольный, но когда я вышла на заднюю террасу, то почувствовала, что ноги меня не слушаются.

– Анна! – раздалось сзади.

Черт! Кого это несет? Я сейчас немного не в форме. Я сделала вид, что не услышала и хотела улизнуть в сад, надеясь, что меня не станут преследовать.

– Анна, подожди. – голос позвучал еще ближе и теперь я его узнала.

Повернувшись как можно медленнее я увидела перед собой отца Саши.

– Павел Сергеевич.

Мой тон был холоднее льда. Я питала к этому невысокому, плотному человеку, со следами многочисленных пороков на лице глубокую неприязнь. Он знал об этом и отвечал мне взаимностью.

Павел Сергеевич окинул меня взглядом с головы до ног и злорадно хмыкнул.

Я почувствовала как во мне поднимается волна ярости. Да, я нетвердо стояла на ногах и вид у меня был слегка растрепанный, но не этому ублюдку меня судить!

– Что вам нужно? – раздраженно спросила я и скрестила руки на груди.

– Анна, Анна! Мы ведь могли бы стать приятелями, сложись все по другому.

Я презрительно скривилась.

– Да, – продолжил он, – могли бы, если бы Саша не увлекся тобой. Пойми, ты ему не пара и я всегда говорил это вам обоим. Теперь видишь, что я был прав. И я рад, что Саша тоже осознал это.

Я знала, что это неправда, но все равно сердце болезненно сжалось. Этот урод знает куда бить! Я больше не намерена выслушивать его. Развернувшись я направилась в сад, стараясь идти не шатаясь.

– Анна, чем скорее ты поймешь, что все закончилось тем лучше. – крикнул мне вдогонку Петр Сергеевич. – Алена как никто подходит Саше и я рад за них.

А вот этого я стерпеть уже не могла.

– А может она больше всего подходит вам? – резко обернулась я. – Или, вернее, деньги ее отца?

Лицо Павла Сергеевича вытянулось и я почувствовала удовлетворение. Маленькая, но победа.

Я бесцельно бродила по усадьбе, стараясь ни о чем не думать. По крайней мере сегодня, я просто не вынесу. Вдруг я почувствовала сильный приступ тошноты. Голова закружилась и звуки стали доноситься словно сквозь вату. Чтобы не упасть я сделала несколько нетвердых шагов и обвила руками дерево, прижавшись щекой к теплой шершавой коре. Стало немного легче, но я продолжала так стоять, боясь, что приступ снова повторится, мысленно ругая себя за количество выпитого.

– Вам плохо? – раздался приятный бархатный мужской голос. – Могу я вам чем-нибудь помочь?

Черт! Что же вам всем от меня сегодня надо? Оставьте меня в покое! Единственное, чего я сейчас хочу это умереть!

– Девушка, вам плохо? – переспросил он с явным беспокойством.

– Нет, мне очень хорошо, просто беседую с елочкой! – съязвила я, рассчитывая, что после нерадушного приема этот незваный гость уйдет.

– Это осина.

Да чтоб тебя! Ботаник чертов! Ладно, если он не понимает намеков, я сама уйду. С трудом оторвав себя, как выяснилось от осины, я двинулась к дому, но не сделала и пары шагов как мир снова начал вращаться перед глазами.

– Давайте я вам помогу, – негромко, но властно сказал “ботаник” и, взяв меня под локоть усадил на скамейку. Странно, как я сама ее не заметила.

– Может, принести воды? – меж тем не унимался он.

Я отрицательно покачала головой и посмотрела на него, силясь припомнить кто он такой, ведь нас как никак представляли , хотя я не помню и половины имен, но вот лицо, впрочем и его лицо я никак не могла вспомнить.

Я ещё раз всмотрелась в него. Честно говоря, я никогда не умела описывать человеческие лица по отдельности: глаза, нос, губы. По-моему, это уже не лицо, а фоторобот со стенда “Их разыскивает полиция”. Вот и сейчас глядя на красивого мужчину, сидящего рядом, я не могла описать его лицо. Ну, он конечно красивый, даже очень, у него тёмные волосы и глаза, а лицо в целом было мужественным и волевым. А вот его губы… Я скользнула взглядом по его губам и внутри родилось непреодолимое желание прикоснуться к ним.

Так, так, так, Анна! Ты просто много выпила, успокойся! К тому же у тебя есть Саша и ты его любишь.

– Вы со стороны невесты? – спросил вдруг “ботаник".

Я недоуменно оглянулась, пытаясь понять к кому он обращается. Кроме нас двоих поблизости я никого не обнаружила, значит сомнений быть не могло, но разве похоже, что я счастливая подруга невесты?

Я отрицательно покачала головой.

– Я со стороны же-ни-ха! – по слогам произнесла я, чтобы он понял.

“Ботаник" вопросительно изогнул бровь. Ух ты, я всегда мечтала научиться делать так, но ничего не вышло, когда я стараюсь выгнуть бровь дугой, то со стороны кажется, что я самая неудачная жертва “пластики".

– Со стороны жениха? – недоверчиво переспросил он.

– Да, а что тут удивительного? – начала раздражаться я. – Мы вместе учились в университете, а сейчас вместе работаем.

– А-а-а, ну, тогда неудивительно, что я вас не знаю, мы с Сашей мало общались после школы.

Что? После школы? Так это Сашин одноклассник?

– Вы Сашин одноклассник? – спросила я, чтобы до конца удостовериться и пускай он считает меня тупицей до которой все доходит с десятого раза. Плевать! Если бы он знал сколько промилль во мне сидит, то ничему бы не удивлялся.

– Да, мы вместе учились и были лучшими друзьями.

– А потом?– вопрос вылетела быстрее, чем я успела сообразить его бестактность.

“Ботаник" слегка прищурился и передернул плечами. Так, значит есть что-то, о чем он не хочет говорить. Мое любопытство всегда не знало границ, а сейчас это было еще и пьяное любопытство.

– То есть вы вообще не общались после школы? Ни встречи выпускников, ни поздравления с днем рождения, с новым годом?

“Ботаник" отрицательно покачал головой.

– Тогда не понимаю зачем Саша пригласил вас на свадьбу?

Он коротко рассмеялся.

– Ирония судьбы!

Я ничего не поняла, но расспрашивать дальше не стала. Похоже от него можно добиться не больше, чем от бронзового памятника, расспрошу лучше Сашу, когда представиться случай. Уж он-то от меня никуда не денется!

– А вы значит тоже занимаетесь финансами? – в свою очередь спросил он..

Я рассеяно кивнула, сосредоточенная на своих мыслях. Но в этот момент я увидела как он окинул меня взглядом, причем с таким выражение, словно я сказала ему, что у меня есть хвост.

– А что вы имеете против финансистов? – начала заводиться я.

– Да нет, ничего. Просто я всегда считал, что женщина, имеющая дело с цифрами и расчетами она как…

– Ну, она как? Что же вы замолчали? – Я все больше закипала.

– Она как калькулятор.

Что? Он назвал меня калькулятором? Все мои эмоции, которые весь вечер я загоняла внутрь, вырвались и готовились обрушиться на голову этого несчастного. Он даже не представлял, что открыл ящик Пандоры.

– Калькулятор?

Я вскочил на ноги, мгновенно протрезвев.

– А кто, позвольте узнать вы? Чем вы занимаетесь?– в моём голосе звучала плохо скрываемая ярость.

Я с нетерпением ждала ответа, придумывая что ему ответить. Хочет посоревноваться со мной в сарказме? Ха, попробуй! Ну, я жду!

– Я – летчик. Пилот гражданской авиации.

Вы когда-нибудь видели как сдувается воздушный шарик? Вот примерно так сейчас сдулись все мои планы достойно ответить на оскорбление. Летчик! Одна из самых мужественных и опасных профессий. Что мне ему сказать?

Но очень сложно поставить в трудное положение нетрезвую женщину, которая сегодня женила своего любимого на другой и весь вечер вынуждена была им улыбаться и кричать “горько!".

Я ядовито усмехнулась.

– Знаете, если женщина-финансист – это калькулятор, то летчик – это водитель маршрутки!

Я даже не стала смотреть какую реакцию вызвали у него мои слова. Это было неважно. Главное, я смогла дать достойный ответ и во второй раз за сегодняшний вечер получить удовлетворение наговорив кому-то гадостей.

2

Утром я проснулась от жуткой головной боли. Голова буквально разламывалась, было больно от малейшего движения. Превозмогая эту боль, я открыла глаза и уставилась в потолок. Он был многоуровневый, по краям белый, а середина небесно-голубая, усыпанная мелкими светильниками, напоминающими звезды.

"Красиво!»– подумала я.

“Дура! – отозвалось мое подсознание. – Это не твой потолок!”

Разумеется, я терпеть не могу синий и голубой цвет! Я резко приподнялась на кровати, не обращая внимания на то, что боль усилилась и стала осматривать комнату, в которой находилась. Обстановка была минималистичной, кровать, тумбочки, шкаф. Комната была светлой, бежевые стены и серо-голубые шторы, это явно не было похоже на мою студию, где преобладали мрачные, готические мотивы. Саша в шутку называл мою квартиру средневековым замком. Не знаю, а мне там нравилось, правда до недавнего времени я там практически не жила. Я вспомнила то счастливое время, когда мы с Сашей были вместе и почувствовала как сжалось сердце.

Так, стоп, сейчас не время! Нужно понять где я нахожусь. Я еще раз осмотрела комнату, стараясь не упустить важные мелочи. На стенах висели фотографии самолетов. При виде их в памяти что-то зашевелилось, что-то знакомое, но я никак не могла…

Вдруг я увидела на прикроватной тумбочке еще одну фотографию. На ней красивый мужчина в летной форме широко улыбался. О, Боже! Только не это!

– Уже проснулась? – раздался знакомый голос и в комнату вошёл вчерашний “ботаник", то есть, как выяснилось, летчик. В руках у него был стакан с водой, в которой растворялась шипучая таблетка.

Он присел на кровать и протянул мне стакан.

– Выпей.

Я напряглась и натянула одеяло до подбородка и только сейчас заметила, что постельное белье тоже синего цвета.

– Выпей, – повторил летчик. – Это от головы. Сильно болит?

Я кивнула и взяла стакан. Я даже не подозревала как сильно захотела пить и одним махом выпила весь стакан.

– Сейчас станет легче. – заверил меня летчик.

Вот уж не думаю! Вряд ли эта таблетка поможет мне разобраться с тем как я сюда попала.

– Не нужно было тебе столько пить, – мягко сказал летчик и как мне показалось чуть придвинулся ко мне.

Я вся сжалась. Тебе? То есть мы уже на “ты”? Мозг лихорадочно работал. Воображение услужливо рисовало одну картину за другой. Я была готова сгореть со стыда.

Как я дожила до такого? Я нахожусь в постели человека, которому вчера наговорила гадостей и имени которого совершенно не помню! Между тем, мы с ним уже на “ты”!

Летчик придвинулся еще ближе и я почувствовала как вспотели мои ладони. Что мне делать? Сказать ему, что я ничего не помню? Или сделать вид, что помню, но сказать, что это ничего не значит и попросить забыть обо всем? Еще никогда я не была в столь глупой ситуации.

Летчик наклонился еще ближе и я решила – была не была. Как говорится, сгорел сарай – гори и хата!

– Послушайте, все что было не имеет никакого значения и я надеюсь, что вы не станете напоминать мне об этом.

Все это я выпалила на одном дыхании, стараясь не смотреть на него.

Вдруг я услышала сдавленный смех. Ну, конечно, теперь он имеет полное право поиздеваться надо мной. Может и впрямь не стоило столько пить?

– И что же позвольте узнать было, что теперь не имеет значения? – с иронией спросил летчик, забирая у меня пустой стакан.

Упс! Кажется я влипла! Но как я уже говорила меня сложно поставить в трудное положение, особенно когда мне уже нечего терять. Вряд ли будет хуже. Равнодушно пожав плечами, я спросила так, словно каждый день попадают в подобную ситуацию:

– Разве мы с вами не…

– Нет! – резко перебил меня летчик, причем в его голосе звучало отвращение.

Меня это несколько задело. Да любой мужчина на его месте…

“Угомонись! – подало голос мое подсознание. – Радуйся, что на его месте был не “любой другой" мужчина!”

– А как я попала сюда? – спросила я и почувствовала, что краснею. Да чего уж там!

– Я привез, – спокойно ответил летчик.

Стало понятней!

– Ты вчера была… э-э… немного не в состоянии и Саша попросил отвезти тебя домой.

Вот значит как!? Саша попросил? Здорово! Особенно мне понравилось его тактичное “немного не в состоянии".

– А почему я оказалась здесь? – все никак не могла я взять в толк.

Летчик пожал плечами.

– Саша твоего адреса не назвал, наверное, подумал, что ты сама скажешь, но по дороге ты вырубилась и я не смог от тебя ничего добиться, пришлось везти к себе.

– А-а-а, – глупо протянула я, пытаясь представить как он пытается выяснить адрес у моего бездыханного тела, а потом тащит меня к себе и укладывает спать. Постой-ка! Я осмотрела себя и с ужасом заметила, что на мне его футболка.

– А я сама переоделась? – дрожащим голосом спросила я.

– Нет, я помог, – нисколько не смутился летчик.

Я почувствовала как закружилась голова. Я пьяная, в чужой постели, плюс ко всему меня переодевал посторонний человек.

– Я пойду сварю кофе, – видя мое смущение сказал летчик и вышел из комнаты.

Как только за ним закрылась дверь я вскочила и стала лихорадочно искать свою одежду. К счастью, долго искать не пришлось, платье аккуратно висело на спинке стула. Скинув футболку, я забралась в платье и постаралась кое-как пригладить волосы. Я посмотрела на себя в зеркало, видок тот еще – помятое платье и размазанный макияж, с этим нужно что-то сделать. Кажется, в моей сумочке должно быть что-то из косметики. Сумочка лежала здесь же. Я порылась в ней и нашла пудру, тушь и помаду. Сгодится, надо только найти ванну. И туалет, все же выпила я вчера изрядно.

Выскользнув в коридор я наугад направилась на поиски ванны, попутно рассматривая квартиру летчика. Светлая, просторная и очень уютная, не загроможденная мебелью, полная противоположность моей. Моя квартира скорее напоминала нору, в которую я могла забраться и скрыться ото всех. Огромная студия в стиле лофт, но с нагромождением мебели. Особой гордостью были бордовые бархатные портьеры в спальне на окнах, плотные настолько, что не пропускали свет, с их помощью я могла устроить себе ночь когда пожелаю.

Неожиданно вместо ванной я оказалась на кухне, совмещенной с гостиной. Летчик что-то готовил и тихонько напевал себе под нос. То что у него красивый голос я заметила еще вчера и, пожалуй, в другой ситуации я притаилась бы и послушала, но необходимость найти туалет становилась все сильнее.

– Э-э, простите! – окликнула я его, смущаясь и своего вопроса и того, что не помнила его имени. – Где у вас… ванна?

(Ну, ведь туалет должен быть где-то рядом.)

Летчик обернулся и внимательно меня осмотрел, затем повернулся к холодильнику открыл его и стал что-то искать. Он что, издевается? Я в нетерпении переминалась с ноги на ногу. Может, поторопить его? Но вот от нашел что искал и повернулся ко мне.

– Направо по коридору до конца.

Слава Богу! Я со всех ног помчалась по указанному направлению. Через несколько минут я вернулась на кухню, привлеченная запахом свежесваренного кофе.

– Присаживайся, – сказал летчик, накрывая на стол, – я приготовил яичницу с беконом, надеюсь, ты не на диете?

Вообще-то нет, но в данный момент даже мысль о еде была мне ненавистна, поэтому от яичницы я вежливо отказалась, а вот кофе выпила с удовольствием. Утренний кофе стал моей привычкой и я не могла начать день без него. Начать день…

– Который час? – спросила я в тревожном предчувствии.

– Половина одиннадцатого.

– О, Боже!

Я вскочила как ошпаренная и заметалась по комнате. Летчик спокойно пил свой кофе и наблюдал за мной слегка подняв одну бровь.

Как я могла забыть? Как? Ведь я обещала Саше и Алене приехать в аэропорт и проводить их в свадебное путешествие. Честно говоря, на Алену мне было плевать, но это была возможность увидеть Сашу перед тем как он уедет на месяц. Целый месяц без него! Не знаю, как я выдержу это, да еще зная, что он будет там с ней…

Так, сейчас главное успеть. Самолет через час. Как быстро я могу добраться до аэропорта? И где я вообще нахожусь, в каком районе Москвы? Придется снова, отбросив стыд, спросить летчика. Я набрала побольше воздуха в грудь и приказала себе не краснеть.

Узнав, всю интересующую меня информацию, я мысленно прикинула что заскочить домой и переодеться я не успею, значит придется ехать так. Только вот как ехать? Денег на такси у меня с собой не было, я же не предполагала, что попаду в подобную ситуацию, да и такое трудно даже предположить!

Что ж, придется попросить у летчика. Мое подсознание, сочувствующе похлопало меня по плечу. Ничего, думай о том, что увидишь Сашу!

– Простите, вы не могли бы одолжить мне денег на такси?

Кажется, мне удалось не покраснеть. Глупее ситуации и представить трудно. Мужчина притащил меня пьяную к себе домой, переодел, уложил в постель, а утром я прошу у него денег! Думай о Саше!

– Думаю, будет лучше если я сам тебя отвезу, – сказал летчик.

– Не стоит беспокоиться, мне не хотелось бы утруждать вас я и так доставила вам хлопот…

– Именно поэтому я и хочу сам тебя отвезти, – перебил он меня.

Честно говоря, я не врубилась, что он имеет в виду, но до самолета оставалось все меньше времени и мне было все равно как добраться до аэропорта.

На тебя никто не смотрит! Никто не смотрит! Я старалась убедить себя в этом идя по зданию аэропорта в вечернем платье, изрядно помятом, впрочем как и я сама. Люди глазели на меня, оборачивались вслед. Да что здесь такого? Я же не голая в конце-то концов!

Я шла гордо подняв голову и делала вид, что ничего не замечаю, да и собственно говоря, что и замечать нечего. Летчик шел чуть позади, видимо стыдясь идти рядом. Ну и пусть, плевать я хотела на всех, главное я сейчас увижу Сашу.

Объявили, что началась регистрация на их рейс и я прибавила шаг. Когда я заметила у стойки регистрации знакомую белокурую голову, мое сердце дрогнуло и чуть не выскочило из груди, чтобы понестись навстречу любимому.

Саша, словно почувствовав, что я рядом, обернулся и сразу же заметил меня, наши взгляды переплелись и даже на таком расстоянии я почувствовала как между нами пробежал разряд.

– Аня! – радостно воскликнула Алена, заметив меня.

Мое настроение сразу упало. Как я могла забыть о ней? Как могла позволить себе мечтать?

Алена уже спешила мне навстречу и тепло обняла.

– Я думала, что ты уже не приедешь, – шепнула она.

Я машинально обняла ее в ответ, а сама продолжала смотреть на Сашу. Разум говорил мне, что он потерян для меня и мне нужно забыть его, но сердце невозможно заставить и оно по-прежнему откликалось на каждый его взгляд.

– Привет, Саша! Здравствуй, Алена! – раздалось сзади.

Я почти забыла про летчика и от звука его голоса удивленно вздрогнула, но еще больше я удивилась, когда заметила как вытянулось лицо Саши. Он перевёл взгляд с меня на летчика, затем снова на меня, окинул взглядом мое платье и прическу, вернее, ее слабое подобие и в его взгляде мелькнула дикая догадка.

«Нет, Саша нет! – хотелось закричать мне.– Ты не можешь так думать обо мне! Ты же знаешь как я люблю тебя!»

Но, похоже не только Саша подумал подобными образом. Алена лукаво подмигнула мне и наклонившись шепнула:

– По-моему, из вас получится отличная пара!

О, Господи! Они что, сговорились? Нет, мне плевать что думает эта малахольная, но Саша…

Я бросила на него умоляющий взгляд. Верь мне!

Саша отвел глаза и стал о чем-то говорить с летчиком. Мне хотелось бы знать о чем они говорят, но мы с Аленой стояли чуть в стороне и она без умолку трещала о предстоящем медовом месяце. Мне захотелось встряхнуть ее как следует, чтобы она наконец замолчала.

Объявили посадку. Алена еще раз обняла меня.

– Обещаю, что буду звонить тебе каждый день, чтобы ты не скучала!

Если я по ком и буду скучать, то точно не по тебе.

Настала очередь прощаться с Сашей. Как же мне хотелось обнять его, прижаться к нему, чтобы он провел рукой по моему лицу, а затем поцеловал, как раньше. Вместо этого сдержанное короткое объятие, только усилившее тоску и боль.

3

Летчик отвез меня домой. Я зашла в квартиру и быстро сбросив платье залезла под душ, желая смыть с себя само воспоминание о вчерашнем дне, а заодно наконец дать волю слезам, которые я сдерживала вчера весь день и сегодня, прощаясь с Сашей.

Порыдав всласть, я намылила голову и с удовольствием почувствовала знакомый запах шампуня, и это немного успокоило меня.

Выйдя из душа, я накинула халат и замотала голову полотенцем. Чувствовала я себя сейчас гораздо лучше, похмелье прошло и у меня проснулся аппетит.

Пошарив в холодильнике, я нашла только сыр. В последнее время мне было не до еды. Кажется, где-то должны быть макароны. Ах, да, вот они. Ну, что ж, прекрасно! Макароны с сыром.

Поев и вымыв посуду, я почувствовала себя уставшей. Неудивительно после всего этого безумия.

В спальне я задернула свои любимые портьеры. В комнате стало темно. Замечательно, теперь я могу выспаться, теперь главное заснуть и забыть обо всем, а лучше не просыпаться…

Несмотря на желание не просыпаться, я все же проснулась от сильного желания сходить в туалет. Вернувшись в спальню я бросила взгляд на часы. Девять. Интересно, вечера или утра?

Я раздвинула портьеры. За окном явно был вечер, горели огни соседних домов и яркие вывески магазинов. Оказывается, не так уж долго я и спала, но, между тем, я чувствовала себя отдохнувшей, что в данной ситуации совсем меня не радовало. Впереди была целая ночь и чем ее занять я ума не приложу. Спать больше не хочется, телевизор я не смотрю…

Бесцельно побродив по квартире и даже пощелкав каналы, я решила проверить свой телефон. Что за черт! Телефон не включался. Я постучала по нему, надеясь, что он начнёт подавать признаки жизни. Бесполезно. Припомнив когда я заряжала его в последний раз, я поплелась за зарядкой. Подключив зарядное устройство и подождав немного, я включила телефон и пришла в ужас от количества СМС и пропущенных звонков. Все они по большей части были от Саши.

Что могло случиться? Дрожащими пальцами я набрала его номер и затаила дыхание, слушая гудки вызова.

– Анна, какого черта? – заорал Саша в трубку. – Почему ты не отвечаешь? Я не могу до тебя дозвониться уже несколько часов! Представляешь, как я волнуюсь?

– Что случилось? – спросила я, успокоившись сразу, как только услышала голос любимого. – Я просто уснула, а телефон разрядился…

– Ты где? – Саша все еще был зол.

– Дома.

– У кого?

Так вот оно в чем дело! Тогда, в аэропорту, мне не показалось и Саша действительно подумал что я и летчик…

Честно говоря, мысль, что он ревнует меня была приятной, ведь это означало, что он все еще любит меня. Не то, чтобы я сомневалась, но лишнее подтверждение никогда не будет лишним!

– У себя, у себя дома! – прощебетала я, в надежде, что он растает.

Но Саша продолжал метать гром и молнии и я порадовалась, что нахожусь сейчас далеко.

– Что ты делала у Славы? Почему он привез тебя в аэропорт и почему ты была в таком виде?

– Потому, что я вчера напилась, а ты попросил его отвезти меня домой, не назвав при этом адреса, вот ему и пришлось везти меня к себе, а утром он любезно подвез меня до аэропорта и если бы не он, то я бы опоздала, – я начинала злиться. Ревность, конечно подтверждает любовь, но доверие никто не отменял!

– Ты ночевала у него?

– Да, но между нами ничего не было! Ничего, слышишь! – я окончательно вышла из себя и уже орала в трубку. – И мне неприятно, что ты можешь думать так обо мне, что ты мне не доверяешь!

Мои слова подействовали на Сашу, я это почувствовала даже по его дыханию, оно стало ровным и спокойным.

Чего не скажешь обо мне, я никак не могла успокоиться. Новая мысль закралась мне в голову. Ведь Саша теперь женатый человек и никаких прав на меня не имеет, так какого черта он требует у меня отчет? Это моя жизнь и я могу проводить время с кем захочу…

Другое дело, что я не хочу его проводить ни с кем, кроме Саши, но важен принцип.

– Знаешь, думаю, что ты вообще не имеешь права допрашивать меря и устраивать сцены ревности, нежась в объятиях Алены. Ведь она где-то недалеко, верно?

Это было низко, я знаю, но поделать с собой я ничего не могла.

Саша шумно перевел дыхание, словно его ударили. Может, не стоило начинать все это?

– Нюта, зачем ты так? – в его голосе послышалась боль и я тысячу раз пожалела, что сказала это.

Я никогда не хотела причинить ему боль, даже когда узнала об Алене и о её беременности, я была раздавлена, убита, я злилась на Сашу и проклинала его, я клялась себе забыть его, вычеркнуть из жизни, но никогда, даже в те минуты, когда я сама испытывала невыносимую боль, никогда я не хотела, чтобы Саша испытал даже маленькую часть этой боли, и тем более не хотела, чтобы причиной его боли стала я.

– Прости. – тихо сказала я. – Я знаю, что обещала тебе не касаться этой темы… Прости, я не имела права…

Саша тяжко вздохнул. Несколько секунд мы оба молчали. Я думала о нелепости всей этой ситуации. Мой любимый мужчина проводит медовый месяц со своей беременной женой, при этом ревнует меня к своему другу, а я оправдываюсь перед ним. Пойти с этим к психологу и, боюсь, психолог понадобится ему самому.

Саша первым нарушил молчание.

– Это ты меня прости, я просто…

– Ты просто ревнуешь, – подсказала я.

– Да, ревную, – согласился он, – теперь, когда я знаю, что не имею на тебя никаких прав, когда ты мне не принадлежишь, я не знаю как жить. Я с ума схожу…

В голосе Саши послышалось отчаяние. Мне захотелось оказаться рядом, уж тогда я сумела бы убедить его в том, что нет и не может быть поводов для ревности. Теперь же я могла рассчитывать только на убедительность своих слов.

– Саша, милый, любимый, родной мой, ты же знаешь как я люблю тебя! Неужели ты думаешь, что это могло измениться только из-за того, что… Нет, я люблю тебя и мое сердце, моя душа, я вся целиком принадлежу тебе, только тебе и так будет всегда!

Я была взволнована и, говоря это, дрожала от переполнявших меня чувств.

Я услышала как Саша облегченно перевёл дыхание. Да, похоже лишнее признание в любви никогда не бывает лишним.

Я проснулась рано утром, но несмотря на это настроение у меня было гораздо лучше, чем последние недели. Накануне мы с Сашей выяснили все недоразумения и еще раз убедились, что наша любовь все так же сильна. Плюс по всему, из вчерашнего разговора я узнала имя летчика – Слава. Согласитесь, не очень приятно сознавать, что провела ночь в постели человека имени которого не знаешь, вернее, не помнишь, даже если между вами ничего и не было.

Кофе взбодрил меня, но не смог утолить голод и мой желудок жалобно заурчал. Вспомнив, что в холодильнике у меня шаром покати, я решила сделать вылазку в супермаркет.

Спустившись на подземную парковку, я с удовольствием забралась в свою красную Ауди и нежно погладила руль.

– Соскучилась, малышка? Я тоже.

Я обожала водить машину и обожала свою машину в частности. Саша всегда подшучивал надо мной когда я разговаривала с ней как с живым существом. Ну и пусть, а моя малышка за два года еще ни разу меня не подводила!

Я катила тележку вдоль стеллажей и складывала в нее буквально все. Да, недаром говорят, что не стоит ходить в магазин голодным. Докатив тележку до ряда с алкоголем я на секунду замешкалась. За последние недели я сама не заметила как опустошила все запасы спиртного в доме. После того, как я узнала про Сашу и Алену, меня преследовала постоянная боль и вдобавок ко всему, бессонница, и справляться с этим мне помогал алкоголь.

Сейчас я раздумывала купить ли мне бутылочку, так, на всякий случай, я ведь не собираюсь напиваться. Уговорив себя подобным образом, я взяла с полки бутылку мартини.

Придя домой, я разобрала сумки, с удовольствием отметив, что продуктов хватит на неделю. Вообще, я любила готовить и раньше готовила очень часто, несмотря на занятость, хотелось побаловать Сашу, а теперь даже не знаю…

При мысли что он вряд ли теперь будет пробовать мою стряпню я сникла.

Мой телефон засигналил, пришло сообщение. Я рассеяно открыла его, даже не посмотрев от кого оно и буквально застыла.

В сообщении была фотография с которой на меня смотрели улыбающийся и счастливые Саша с Алёной и подпись : «Наш счастливый медовый месяц!»

Сообщение было от Алёны. Она хотела поделиться со мной своей радостью. Как мило! Знай она о моих отношениях с её мужем, она не могла бы сделать мне больнее.

Перед глазами поплыло и сердце болезненно сжалось. Я машинально приложила руку к груди. Он выглядит таким счастливым! Совсем не похоже что он женился только из-за ребенка, да и то только после того, как я его уговорила. До сих пор не могу вспоминать этот разговор без боли. Пожалуй, это был самый тяжелый разговор в моей жизни и он стоил мне немало душевных сил, я сама отказалась от своего счастья, сама, своими руками отдала Сашу Алене! Но по-другому поступить я не могла. Я могла бы бороться против целой толпы женщин, но ребенок…

Эта тема была для меня больной. После непростительной ошибки, совершенной много лет назад, я не могла спокойно реагировать на детей, дети стали для меня чем-то святым и, конечно, я не могла позволить, чтобы ребенок рос без отца.

Все это время я думала, что этот ребенок единственная причина по которой Саша женился и что он не любит Алену, особенно после того, как вчера он признался мне в любви, но эта фотография…

Я еще раз посмотрела на его улыбающееся лицо. Я очень хорошо знала его, чтобы понять, что эти эмоции искренние.

Так что же происходит? Да, Саша вчера сказал что по-прежнему любит меня, но он женат, соответственно вместе мы быть не можем. Какой тогда толк из его любви?

Саша потерян для меня. Навсегда. И чем быстрее я смирюсь с этим, тем легче мне будет построить свою жизнь. Легко конечно рассуждать подобным образом, но как вырвать из сердца любовь? Приказать ему не биться? Как забыть? Когда его взгляд, его улыбка, его дыхание живет в каждой моей клеточке!

«Он не твой, забудь!» – твердил мой разум.

Что же мне делать? Сердце разрывалось на части. Чем заглушить эту боль?

Я знала лишь один, проверенный за последнее время не раз, способ. Подойдя к бару, я достала бутылку мартини и налив в стакан, выпила залпом, осознавая, что то, что я делаю ужасно, но приятное тепло побежавшее по венам и ожидание того, что боль притупится, были сильнее и я налила еще стакан…

4

Спустя неделю я сидела в кафе в Пулково и ждала свой самолет. Я была в Питере в командировке, наша компания только что подписала выгодный контракт и я конечно же сразу позвонила Саше, повод был официальный и я могла оправдаться перед своей совестью. Мы разговаривали только на тему работы, это было негласное правило, установившееся за последнюю неделю. Собственно, звонили мы друг другу нечасто, всего пару раз когда этого требовала работа, а вот Алена продолжала звонить мне каждый день и заваливать счастливыми семейными фотографиями. Вот и сейчас я хмуро разглядывала присланную мне сегодня фотографию. На ней Алена, повиснув на шее у Саши, целовала его, а Саша нежно обнимал ее за талию.

Нетрудно представить какие чувств вызывала во мне эта фотография. Внутри все кипело от ревности, в данную минуту я готова была убить Алену, выцарапать ей глаза…

А еще вернулась боль, именно поэтому передо мной сейчас стоял стакан коньяка, мое проверенное средство от душевной боли, к которому я, сама того не замечая, стала прибегать все чаще.

Прилетев в Москву, я почувствовала себя голодной, но идти в кафе в аэропорту не хотелось. Наверное, рядом должны быть какие-то рестораны.

Продвигаясь к выходу, я вдруг заметила идущий впереди экипаж, двое летчиков и две стюардессы. Они шли о чем-то разговаривая, вероятно о чем-то веселом, потому что одна из стюардесс, высокая эффектная блондинка, смеялась. Не знаю почему, но она мне сразу не понравилась, но не она привлекла мое внимание. Один из летчиков… Я видела его со спины, но почти не сомневалась, что это Слава. Мне захотелось убедиться в этом, и прежде чем я успела сообразить, что нахожусь в не совсем трезвом состоянии, я окликнула его:

– Слава!

Слава обернулся и, увидев меня, изумленно вскинул брови, затем что-то коротко сказал своим спутникам и направился ко мне, причем блондинке это явно не понравилось.

– Анна, здравствуй! Ты куда-то летишь?

Услышав его голос, я еще раз отметила, что он невероятно красивый.

– Только что прилетела. Из Питера. Была там по работе.

Слава окинул меня критическим взглядом, вероятно поняв, что я выпила, но ничего не сказал.

Несмотря на то, что он промолчал мне стало неловко и я поспешила отвлечь его.

– А ты… Вы куда летите?

– Я тоже только прилетел.

Я кивнула, не зная, что сказать дальше. Может зря я его окликнула?

Хотя… Я вспомнила о своём намерении поесть. Слава наверняка должен знать хороший ресторан неподалёку. Я набралась смелости и спросила.

Как я и предполагала, он действительно знал хороший ресторан, в который он меня и пригласил.

Ресторан действительно оказался неплохим, здесь было очень уютно и официантка, обслуживающая нас была весьма дружелюбной и вежливой, правда, она чересчур много внимания уделяла Славе, но, учитывая его внешность, это было простительно! Думаю, многие женщины так на него реагировали.

А я? Как на него реагировала я? Я незаметно изучила его. В летной форме он выглядел потрясающе, но, увы… Все мои мысли были о Саше.

Я вздохнула и заказала стейк и виски. Слава недовольно поморщился, я сделала вид что не заметила. Он заказал рыбу и салат.

Пока мы ждали наш заказ, я мучительно искала тему для разговора, кляня себя за то, что окликнула его . Славе же молчание, казалось, не доставляло никакого неудобства. Он сидел и смотрел на меня, а я была готова провалиться сквозь землю. Как всегда, в ситуации когда я чувствовала себя неловко и смущалась, я решила нацепить маску веселой сумасбродки, к тому же количество выпитого способствовало этому. Тряхнув головой так, что темные кудри рассыпались по плечам, я насмешливо посмотрела на Славу.

– Какой вы все-таки не галантный кавалер, пригласили даму в ресторан, а сами молчите! Вы должны развлекать меня, разве нет?

Слава изогнул бровь.

– А вы хотите развлекаться?

Мой кураж как ветром сдуло. Он был прав и, черт возьми, я не понимала как он мог так точно угадать мое настроение!

Принесли наш заказ. Это избавило нас от дальнейших разговоров. Я жадно набросилась на стейк, с удивлением отметив, что проголодалась гораздо сильнее, чем думала. Я попыталась вспомнить когда нормально ела в последний раз. Сегодняшний деловой обед был не в счет, я почти не притронулась к еде, нужно было обсудить некоторые детали контракта. Так когда же? Я никак не могла вспомнить.

Ну и ладно! Хорошо уже то, что сейчас я дала волю своему аппетиту.

Покончив со стейком, я взяла стакан виски и выпила его почти весь залпом и мне было плевать, что Слава смотрел на меня с отвращением. Главное, заглушить боль и отвлечься от мыслей которые заставляли меня гореть и сходить с ума.

Одного стакана показалось мало и я подозвала официантку и заказала ещё.

– Почему ты пьёшь?

Вопрос прозвучал неожиданно и довольно резко.

Я в растерянности захлопала глазами, не зная, что ответить. Да что вообще можно ответить? Слава видит меня второй раз в своей жизни и оба раза я, мягко говоря, не совсем трезвая, да ещё сейчас пью прямо у него на глазах. Наверное, он имеет право задать этот вопрос, но именно поэтому я и взбунтовалась.

– Это не твоё дело! Это моя жизнь и…

Слава не дал мне договорить и остановил жестом руки.

– Я не собираюсь вмешиваться в твою жизнь, но… – он замолчал, видимо, подбирая слова, – мне неприятно видеть как ты разрушаешь себя.

– Эй, ты хочешь сказать, что я алкоголичка? – возмутились я, решив, что если он скажет “да”, то я выплесну виски ему в лицо и гордо удалюсь, но к моему разочарованию, он отрицательно покачал головой.

– Нет, ты не алкоголичка, просто в твоей жизни что-то происходит, что причиняет тебе боль и ты пытаешься заглушить эту боль алкоголем. Но это прямая дорога к алкоголизму.

У меня отвалилась челюсть. Как он мог понять что я чувствую? Это немного пугало как если бы Слава читал мои мысли.

Моя враждебность улетучилась, уступив место растерянности, я не знала что делать, что говорить и как вести себя дальше.

– Почему тебя это интересует? – в моём голосе прозвучала беспомощность. Этим вопросом я хотела застать его врасплох и выиграть время, чтобы прийти в себя. К тому же мне действительно было интересно узнать ответ на этот вопрос.

Слава же ничуть не смутился. Интересно, есть вообще что-либо, что может его смутить?

– После нашей первой встречи я, в некотором роде, несу за тебя ответственность. И я хочу знать, могу я чем-то помочь тебе?

Ха, похоже это его любимый вопрос! Но какого черта он решил что несет за меня ответственность?

– То что ты помог мне в прошлый раз… ну, в общем, спасибо, но ты не обязан после этого опекать меня, если конечно ты не носишь под формой обтягивающие лосины.

Есть! Слава изумленно вскинул брови, значит все-таки есть что-то, что может его удивить!

– При чём здесь лосины? – недоуменно спросил он.

– Как при чем? Все супергерои носят обтягивающие лосины.

Слава посмотрел на меня как на сумасшедшую. Если бы он знал меня чуть дольше, то научился бы не обращать внимание на мои странности, а их было немало!

Он продолжал смотреть на меня и это начинало раздражать.

– В общем, ты не обязан спасать меня и помогать мне! – выпалила я, решив поставить точку в этом вопросе.

Я попросила счет и стала копаться в сумочке в поисках кошелька. Когда официантка принесла счёт я сердито посмотрела на Славу.

– Даже не думай заплатить за меня! – предупредила я его и в моём голосе звучала угроза. Ну, или мне так хотелось.

Он вскинул руки, как бы показывая, что он не собирается перечить мне.

Я с победоносным видом протянула официантке кредитку, чувствуя себя так, словно только что защитила права всех женщин. Каково же было мое изумление когда официантка вернула мне кредитку со словами:

– Простите, но мы не можем связаться с вашим банком. Вероятно, какой-то сбой. Вы можете заплатить наличными?

Я полезла в сумочку, стараясь припомнить сколько наличных там должно быть. Краем глаза я заметила как Слава откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, наблюдая за мной. На его губах блуждала еле заметная улыбка.

«Господи, пускай у меня окажется нужная сумма!» – молилась я, роясь в сумочке. Перспектива просить деньги у Славы была убийственна.

Наконец, выудив всю наличность, я посчитала и пришла в ужас, здесь едва ли набралась треть суммы. Ну почему, почему это всегда происходит со мной?

Можно было и дальше раздумывать над тем почему все неприятности в радиусе нескольких километров сваливаются на меня и строить разные догадки, но нетерпеливые взгляды официантки не оставляли мне выбора.

Краснея, скорее от досады я подняла глаза на Славу.

– Ты не одолжишь мне денег?

Честно говоря, после того, что я недавно ему сказала, я ожидала услышать что-то типа “хотела чтобы я не вмешивался в твою жизнь? Пожалуйста!”, но вместо этого Слава молча потянулся за бумажником.

После того, как он заплатил за меня в ресторане, ему не оставалось ничего другого, как отвезти меня домой. Машину с водителем, которая встречала меня, я отпустила еще когда мы были в аэропорту, а денег на такси у меня не было. Я чувствовала себя ужасно неловко, и из-за того, что наговорила ему, и из-за того, что снова напилась, да еще в его присутствии.

Слава же сделал вид, будто ничего не произошло. Всю дорогу до моего дома мы ехали по большей части молча, за что я была ему благодарна, болтать о пустяках вроде погоды или еще чего-нибудь мне не хотелось. Единственное чего я сейчас хотела, это горячая ванна и сон.

– Ну все, приехали.

Слава затормозил возле моего дома. Я поблагодарила его и собралась выйти из машины, но он меня остановил.

– Подожди.

Я недоуменно посмотрела на него. Он перегнулся через сиденье и достал из бардачка блокнот и ручку и быстро что-то написал. Я внимательно следила за ним, продолжая гадать что происходит.

Слава вырвал листок и протянул мне.

– Это мой номер. На всякий случай, – он пожал плечами. – Мало ли, нужна будет помощь, или просто захочешь поговорить – звони! И не пей больше! – мягко сказал он. – Что бы не случилось, ты справишься, ты сильная!

Я кивнула и взяла листок, совершено уверенная в том, что никогда не наберу этот номер.

Когда машина Славы отъехала, я машинально посмотрела на зажатый в кулаке листок. Под номером было написано:

«Супергерой (хоть у меня и нет обтягивающих лосин)!»

5

Дальше потянулись серые однообразные будни. Работа – дом, дом – работа… Однообразие разбавляли только ежедневные отчеты Алены как проходит ее медовый месяц, вызывающие у меня либо вспышки гнева, либо меланхолию. Я считала дни, до того как они вернутся. Отчасти из-за того, что тогда она может прекратит делиться со мной своим счастьем, а отчасти… хотя, нет, не отчасти, а в основном, из-за того, что я снова увижу Сашу. Я понимала, что теперь мы должны держаться на расстоянии, но мне достаточно было просто видеть его. Оставалась неделя.

Целых семь дней! Я застонала. Я не видела Сашу две недели и только изредка слышала его голос, я почти сошла с ума. Выдержку ли я еще неделю?

Мой телефон завибрировал, оповещая меня о том, что пришло сообщение. Я почти была уверенная от кого оно. Нет, я не выдержу! Я вскочила с кровати и направилась на кухню.

Открыв кухонную полку я достала бутылку мартини и повертела ее в руках. Мне удалось провести неделю без алкоголя после похода в ресторан со Славой. Он тогда попросил меня не пить. Я ничего ему не обещала, но каждый раз когда моя рука тянулась к бутылке, я вспоминала его слова и с сожалением ставила ее обратно, убеждая себя в том, что он прав и я сильная, я справлюсь. Но в этот раз мне было по-настоящему хреново! И другого способа снять напряжение и отвлечься я не видела.

Я достала стакан и наполнила до краев. Поднеся его ко рту, я представила вкус мартини и знакомое обжигающее тепло, но что-то помешало мне выпить . В памяти снова всплыли слова Славы:

– Ты справишься, ты сильная!

Вздохнув, я поставила стакан на стол и стала шарить среди бумаг разбросанных повсюду. Не помню когда я в последний раз убиралась в квартире. И это при моей маниакальной склонности к чистоте и порядку!

Наконец я нашла нужную мне бумагу, разгладила ее и, набрав в грудь побольше воздуха, набрала номер.

Пока шли гудки я почувствовала как сердце заколотилось. С чего бы?

– Алло, – раздалось в трубке.

От неожиданности я вздрогнула, но тут же пришла в себя.

– Алло, Слава, это Анна.

– Да, я узнал. Что-то случилось? – с беспокойством спросил он.

Я закатила глаза. Супергерой всегда на страже!

– Да, случилось, – я не знала правильно ли я делаю, но отступать было поздно, – и либо ты придёшь меня спасать, либо я сейчас напьюсь.

Затаив дыхание я стала ждать что же он ответит. Если он согласится и приедет, то я буду избавлена от чудовищного чувства одиночества, но при этом он не будет донимать меня расспросами, а если нет, что ж, у меня есть целая бутылка мартини!

Ответа долго ждать не пришлось. Он ответил почти не думая. Одно короткое слово.

– Еду.

От дома, где жил Слава до моего было минут сорок езды. Я решила немного прибраться в квартире, но так как времени было мало, то уборка ограничилась распихиванием разбросанных вещей по шкафам. Я успокоила себя тем, что уберу все потом. На уборку ушло минут пятнадцать, так как убрала я только видимую часть – кухню и гостиную, (я же не собиралась устраивать экскурсию по квартире, в самом деле!). Меня снова начали донимать сомнения, а правильно ли я сделала, что позвонила Славе. Внутренний голос рассудка говорил, что мои проблемы это мои проблемы и я должна справляться сама, но ведь он сам предложил помощь! Я отмахнулась от голоса совести, твердившего, что нехорошо использовать других людей, взяла телефон и набрала смс :

“Купи по дороге зефир!”

Через полчаса на пороге моей квартиры стоял Слава с большим бумажным пакетом от которого исходил потрясающий запах кондитерской.

Мои глаза сразу загорелись. Я впустила его в квартиру и набросилась на пакет.

– Я прихватил еще кое-что, на случай если ты захочешь, – улыбнулся Слава.

Я поблагодарила его и пошла на кухню, роясь в пакете и предвкушая, как я попробую все эти сладости.

Когда мы пришли на кухню я вдруг вспомнила, что забыла убрать со стола бутылку мартини. Конечно же взгляд Славы сразу же упал на неё. Он нахмурился. Я сделала вид, что ничего не произошло и убрала её в полку.

– Ну, что, давай я тебя кофе угощу? – предложила я.

– С удовольствием.

Пока я готовила кофе, Слава расположился на стуле возле барной стойки и я ощущала на себе его острый взгляд.

– Может, расскажешь что случилось? – спросил он.

Я повернулась к нему и, виновато улыбнувшись, покачала головой.

– Прости. И спасибо, что приехал.

Слава кивнул и не стал больше расспрашивать. Секунду спустя он перевел разговор на другую тему.

– Ничего, что я без обтягивающего костюма?

Я улыбнулась.

– Шутишь? Да этот пакет со сладостями заменит все атрибуты супергероя.

– Не думал, что ты любишь сладкое, – сказал он.

– Почему? – удивилась я. – Или в твоем понятии женщина-калькулятор не может иметь маленькие слабости?

Он улыбнулся, вероятно тоже вспомнив нашу первую встречу, когда мы не очень лестно отозвались друг о друге.

– Нет, просто, я думал, что ты как все другие девушки сидишь на диете.

Я резко развернулась к нему, на секунду забыв о кофе.

– А что, нужно?

– Нет, конечно, нет! – быстро заверил меня Слава. – Тебе это ни к чему, ты потрясающе выглядишь!

Он скользнул по моей фигуре таким взглядом, что мне стало жарко. Я не поняла даже, почему его взгляд вызвал такую реакцию и должна ли я оскорбиться. Слава тем временем продолжал на меня смотреть каким-то странным отрешенным взглядом, точно во власти некой галлюцинации. Интересно, о чем он думает?

А ты не догадываешься, Аня? Я почувствовала, что начинаю краснеть и смущенно кашлянула. Слава очнулся и несколько раз моргнул. Встретившись со мной глазами он ничуть не смутился. Может, не таким уж и порочным мыслям он предавался?

Пока мы пили кофе, я уплетала за обе щеки сладости и весело болтала со Славой. Он рассказывал мне о себе, я – о себе. С ним было на удивление легко.

– Знаешь, а ты не похожа на человека, занимающегося экономикой, – вдруг сказал он.

Я до того удивилась, что перестала жевать вафли с клубничным джемом. На несколько секунд я задумалась, а потом решила рассказать.

– Мои родители, люди серьезных профессий. Мама – математик, папа – физик, ученый, доктор наук. Они всегда твердили мне, что я должна учиться и получить достойную профессию. Почему-то они считали, что хорошая профессия для меня это финансист, вот я и стала финансистом.

– А ты сама-то этого хотела? – спросил Слава, перегнувшись ко мне через стол.

Наши лица оказались настолько близко, что я ощутила его дыхание на своей коже. Это взволновало меня и я резко отпрянула.

Он выпрямился и удивленно посмотрел на меня. Похоже на него это никак не подействовало.

– Хотела ли я? – я озадаченно потерла лоб.

Никто меня об этом не спрашивал, даже Саша, он считал, что это моя мечта. А как было на самом деле? И хочу ли я рассказать об этом Славе?

Я посмотрела на него . Странное чувство, словно знаю его несколько лет и уверенность, что он никогда не выдаст меня, даже если я поведаю ему самые сокровенные тайны, прочно укрепилось во мне. К тому же, человек приехавший по первому моему звонку нянчиться со мной, имеет право знать обо мне чуть больше.

– Нет, не хотела. Я хотела стать художником, даже тайком ходила в кружок, но родители всегда считали это пустым занятием.

Я вспомнила сколько слез я пролила из-за того, что не могу открыто заниматься любимым делом. Когда мне хотелось писать картины, мне приходилось учить математические формулы.

Наверное, моя грусть отразилась на лице, потому что взгляд Славы стал сочувствующим.

– Ты жалеешь, что не стала художником?

Если бы меня спросил об этом кто-то другой, я сочла бы это попыткой влезть мне в душу и нарушить мое личное пространство, но я знала, что Слава просто хочет узнать меня, ровно на столько как я ему позволю. И я могла позволить ему узнать ответ на этот вопрос.

– Да, – мой голос дрогнул, – я жалею.

Удивительно, насколько близким может стать человек, которого знаешь несколько недель. Со Славой я чувствовала себя так, словно мы старые друзья и мне нравилось это ощущение. Я чувствовала, что в моей жизни появился человек, который поможет мне справиться. Особенно важно это было сейчас, когда я потеряла Сашу.

Мы проговорили несколько часов. Я узнала, что мама Славы – врач, а отец – авиаконструктор, отсюда и любовь Славы к небу, он с детства мечтал летать и его мечта сбылась…

Было уже поздно и Слава собрался домой. Я проводила его до двери, втайне сожалея, что он не может остаться еще ненадолго, спать мне не хотелось, как не хотелось и оставаться одной.

На пороге Слава вдруг остановился и повернулся по мне.

– Анна, я ведь спас тебя сегодня? – осторожно спросил он.

Я настороженно кивнула. К чему он?

– Тогда, думаю, я могу рассчитывать на награду?

Я замерла и потеряла дар речи. Оказалось, что Слава никакой не рыцарь и не супергерой, а такой же как и все мужчины. Я испытала разочарование и страх. В голове закрутилась одна мысль. Я слабая хрупкая женщина и вряд ли смогу дать отпор атлетически сложенному мужчине.

Я невольно попятилась.

Слава словно прочитал мои мысли и поднял руки, как бы показывая, что не причинит мне вреда.

– Анна, ты не так поняла! Я всего лишь хочу, чтобы ты отдала мне ту бутылку мартини.

Я облегченно выдохнула и рассмеялась.

– Прости, я подумала…

Слава улыбнулся и я поняла, что все в порядке.

Я скользнула на кухню и через минуту протянулась Славе мартини, испытывая некоторое сожаление, все же это был единственный способ справиться с болью, когда станет совсем невмоготу.

– Если тебя снова нужно будет спасать, звони и я привезу тебе сладости, – сказал Слава перед тем как уйти.

6

Сегодня прилетает Саша. Эта мысль обожгла меня как только я проснулась, заставив волноваться. Должна ли я встречать их? И как мне вести себя?

Мы с Сашей не разговаривали кажется целую вечность, но теперь когда мы будем ежедневно видеться на работе игнорировать друг друга вряд ли получится. Сможем ли мы устоять?

Для себя я решила, что женатый мужчина для меня табу, но что если этот мужчина Саша? Здесь все становилось сложнее.

Раздираемая внутренними противоречиями я почистила зубы и приняла душ. Есть не хотелось и я ограничилась только кофе, заранее зная, что после мой недовольный желудок отомстит мне за кофе натощак.

Я решила, что встречать Сашу с Аленой не поеду. Саша поймет почему, а Алене можно сказать про занятость на работе, к тому же она слишком тактична, чтобы спрашивать.

В офисе царило возбуждение и радостное волнение, вызванные прибытием генерального. Остановив Светлану, секретаршу Саши, я спросила:

– Чего вы так носитесь, ведь Александр Павлович вряд ли приедет в офис прямо с самолета.

Света улыбнулась ослепительно-фальшивой улыбкой.

– Нет, Анна Сергеевна, звонил водитель и сказал, что Александр Павлович заедет в офис.

Я почувствовала как у меня подкосились ноги. Я рассчитывала, что у меня есть ещё день, чтобы подготовиться ко встрече с Сашей, и вот, пожалуйста, он будет здесь с минуты на минуту.

На ватных ногах я добралась до кабинета, закрыла дверь и, подумав немного, достала из шкафчика коньяк. Я знала, что обещала Славе не пить, но сейчас мне было необходимо успокоиться, поэтому, послав свою совесть куда подальше, я сделала большой глоток прямо из бутылки. Коньяк обжег горло и тепло разлилось по телу. Я сделала еще глоток и убрала бутылку.

Сев в кресло, я обхватила себя руками, раздумывая, что делать, как вести себя, что сказать. Никогда не думала, что буду задаваться этими вопросами. В офисе никто не знал о наших отношениях, это было одно из главных условий отца Саши, когда он дал деньги на компанию и несколько лет мы неукоснительно соблюдали это условие. На работе мы всегда держались по-деловому, никогда не было холодности, но и заигрываний тоже не было. Все знали, что мы вмести учились и считали нас друзьями. Так же считала и Алена…

– Анна Сергеевна, Александр Павлович приехал! – вывел меня из раздумий возбужденный голос Светланы, просунувшей голову в дверь.

Я кивнула и поспешила за ней, стараясь унять бешеное сердцебиение. Надо сказать, что коньяк помог, и когда я наконец увидела Сашу, то смогла сдержать себя. Его обступили наши сотрудники, поздравляя и расспрашивая о путешествии. Это дало мне возможность рассмотреть его как следует. Он загорел и светлые волосы еще сильнее выгорели на солнце. Саша выглядел немного уставшим, сказался долгий перелет, но тогда почему он не поехал домой с Аленой, а приехал сюда? Разве дела не могли подождать? Ответ на вопрос словно бальзам пролился на мою израненную душу, он приехал чтобы увидеть меня! Он тоже соскучился! Я почувствовала как меня затопляет радость и любовь.

Словно почувствовав это, Саша посмотрел на меня и его лицо озарилось моей любимой лучезарной улыбкой. Он подошел ко мне и обнял за плечи.

– Привет!

– Привет! – мой голос слегка дрогнул. В тот момент когда Саша коснулся меня, между нами пробежал электрический разряд и я поняла, что делать вид, что мы друзья будет ой как нелегко.

Саша провел в офисе пару часов и нам так и ни разу не удалось остаться наедине. Может, оно и к лучшему, я пока не понимала как себя с ним вести. С одной стороны я вроде бы должна держаться подальше, но как только наши взгляды встречались я чувствовала как между нами возникает незримая связь, как и раньше.

Перед тем как уехать, Саша еще раз обнял меня на прощание и снова по моим жилам пробежал электрический разряд.

Впервые за последнее время я вернулась домой в хорошем настроении. Я знала, что по-прежнему любима и желанна. Какая-то разумная часть меня задавала вопрос, а что же мне это дает? Честно говоря, я не знала, но послала разумную версию Анны куда подальше и решила, что главное, что Саша меня любит и мне этого достаточно, эта любовь придаст мне силы.

После принятого решения на душе стало легко. Мне захотелось с кем-то поделиться. Я взяла телефон и стала листать список контактов. Дойдя до номера Саши я остановилась и задумалась, нужно рассказать ему о моём решении, но стоит это делать прямо сейчас, ведь наверняка рядом Алена. От этой мысли я сразу упала духом и потребность позвонить стала еще необходимей, только сейчас мне нужно не поделиться радостью, а поговорить с кем-то кто утешил меня. Почти не думая я набрала телефон Славы.

– Алло, Анна, что-то случилось? – раздался встревоженный голос Славы.

Я закатила глаза.

– Нет, ничего. И, кстати, привет.

– Привет! – отозвался Слава и я по голосу услышала, что он улыбнулся.

– Значит, ты звонишь просто так? Какое счастье!

– А что тебе уже надоело спасать меня? – возмутилась я, приготовившись обидеться. – Надолго же тебя хватило, супергерой!

– Я готов спасать тебя всегда, но сейчас я в Каире и прилечу только завтра.

– А-а, ясно.

Я почувствовала себя дурой. Вдобавок я уже не знала о чем с ним говорить. Слава тоже молчал и возникла неловкая пауза.

– Знаешь, Саша с Аленой прилетели, – чтобы нарушить эту паузу я выпалила первое, что пришло в голову.

– Ты уже виделась с ними? – спросил Слава и я была готова поклясться, что он немного напрягся.

Это меня удивило. С чего вдруг?

– Нет, то есть с Сашей я виделась, он заезжал в офис, а Алена поехала домой и я решила сегодня ее не беспокоить, ну, знаешь, перелеты, чемоданы.

– А Саша, значит, соскучился по работе?

Мне показалось или это прозвучало язвительно? Но это могло быть только в том случае, если Слава знает о нас с Сашей. От одной мысли об этом внутри все похолодело. Нет, этого не может быть! Об этих отношениях знают немногие и я не думаю, что кто-то мог ему рассказать.

– Просто мы только подписали важный контракт, – начала оправдываться я, – и Саша сам хотел посмотреть документы. Так значит ты завтра прилетаешь? – сменила я тему.

– Да, и у меня будет несколько выходных. Может, сходим куда-нибудь? Когда ты последний раз была в кино?

Вот это поворот! Слава застал меня врасплох. В другой ситуации я наверное вежливо бы отказалась, сославшись на занятость и этот пресловутый новый проект, но сейчас я реально начала вспоминать когда же была в кино в последний раз. Ответ был неутешительный.

– Еще в институте.

Да, после мы с Сашей все время тратили на то, чтобы поднять компанию и, кажется забыли, что такое развлечения.

– Ну, тогда, договорились, в субботу идём в кино!

7

На следующий день я приехала на работу и на трясущихся ногах зашла в офис. Меня сразу же встретила помощница Саши.

Вежливо улыбнувшись и пожелав доброго утра, она сказала:

– Анна Сергеевна, вас просил зайти Александр Павлович.

У меня подпрыгнуло сердце. Да, я все решила, но сейчас, от одной мысли остаться с ним наедине в его кабинете меня бросало в дрожь. Смогу ли я устоять?

Как только я вошла в кабинет, Саша вскочил и, подбежав ко мне, заключил меня в объятья. Вся моя решимость растаяла, мне было хорошо рядом с ним, это было мое место, и это казалось естественным. Мы стояли обнявшись несколько великолепных секунд, затем Саша слегка отстранился и заглянул мне в лицо. В его глазах было столько любви , что я купалась в них, забыв обо всем. Саша провел ладонью по моей щеке и склонил голову собираясь поцеловать меня. В этот момент мой взгляд случайно упал на Сашин стол и я увидела их с Аленой свадебную фотографию. Меня словно окатило ледяной водой. Я почти грубо оттолкнула Сашу и отступила назад на несколько шагов. Саша застыл в недоумении.

– Аня, что происходит? Я очень соскучился!

С этими словами он шагнул по мне. Я предостерегающе вскинула руку.

– Саша, прекрати! Неужели ты не понимаешь, что все изменилось и так как раньше быть не может?

Я кивнула на фотографию.

– У тебя есть жена.

Саша состроил гримасу.

– Ты же знаешь, что я ее не люблю. Я люблю только тебя! – с жаром сказал он.

Наверное, мне стоило обрадоваться, но я испытала странное в данной ситуации чувство обиды за Алену. Благодаря Саше я знала, что такое боль от измены и я знала, что ни одна женщина не заслуживает этого. Тем более, Алена. Я неохотно признавала это, но она обладала редкими душевными качествами. Она была удивительно доброй, искренней и доверчивой. Известие о том, что Саша изменяет ей, тем более со мной, убила бы ее. И я поклялась себе, что этого никогда не будет. Хватит и одной сломанной жизни. Моей.

Я набрала побольше воздуха и сжала кулаки, перед тем как произнести:

– Отныне мы только друзья. Давай забудем обо всем, что нас связывало. Я не хочу говорить об этом и не хочу ничего слышать. Пойми, я не могу обманывать Алену и тебе не позволю! Это нечестно… и грязно. Я не могу жить в этой грязи.

Закончив, я потерла лоб, чувствуя как сильно разболелась голова. Саша стоял опустив голову и, видимо, обдумывал мои слова. Он выглядел потеряным и слабым. Мне захотелось обнять его и утешить как это было раньше, но вместо этого я развернулась и вышла из кабинета.

Очередное объяснение с Сашей, казалось, возымело свое действие и он действительно стал вести себя так, словно мы только друзья. С одной стороны, меня это радовало, но когда я видела его грустный взгляд когда он смотрел на меня…

Но отступать я не собиралась, и давать слабину тоже. Я закрыла эту страницу в своей жизни и сегодня собираюсь жить дальше.

Я перерыла весь шкаф, решая что же мне надеть в кино. Слава уже с утра позвонил, чтобы уточнить не изменились ли мои планы. Конечно же, нет! После разговора с Сашей, я поняла, что отчаянно хочу пойти со Славой в кино. У меня не было намерения флиртовать с ним, чтобы отвлечься или, чтобы заставить Сашу ревновать, да у меня вообще не было намерения флиртовать с ним! Просто поход в кино, с человеком рядом с которым мне легко.

Остановив свой выбор на джинсах и рубашке, я начала делать прическу, укладывая волосы в небрежный узел.

Зазвонил телефон. Я решила, что это Слава, звонит, чтобы снова уточнить что-то. Каково же было мое удивление, когда в трубке раздался взволнованный голос Алены.

– Анна, ты можешь приехать?

Я почувствовала, что у меня затряслись руки.

– Что-то с Сашей? – с замирание сердца спросила я.

Мне казалось, что ответа я ждала целую вечность.

– Нет, с ним все в порядке.

Я облегченно выдохнула. Меня охватила досада. Если с Сашей все хорошо, то какого черта ты звонишь?

– Просто я так плохо чувствую себя, – щебетала Алена, – я знаю, это эгоистично, но ты единственная близкая мне подруга. Я боюсь, что с ребёнком что-то случится. С тобой мне не так страшно. – Алена говорила путано и сбивчиво из чего я поняла, что она действительно плохо себя чувствует.

Неудивительно, она такая хрупкая, а беременность требует сил и здоровья. Если ей плохо сейчас, то неизвестно что будет на более поздних сроках. Все может случится.

Вдруг, на одну короткую долю секунды я представила себе, что Алена потеряла ребенка. В таком случае, вряд ли что-то могло удержать Сашу рядом с ней и мы снова были бы вместе.

Я тряхнула головой, желая поскорее избавиться от этого видения. Я не допущу, чтобы с Сашиным ребёнком что-то случилось.

– Я сейчас приеду.

– Спасибо! – с благодарностью сказала Алена.

Набрав номер Славы, я в двух словах объяснила, почему не могу пойти с ним в кино. Слава уверил меня, что все в порядке, хотя я слышала по голосу, что он расстроился. Честно говоря, я тоже, ведь вместо того, чтобы провести день в компании красивого и веселого мужчины, мне предстоит нянчиться со своей счастливой соперницей.

Алена пошевелилась на кровати, чтобы сменить положение и застонала.

– Тише, тише! – старалась успокоить ее я, хотя боялась больше нее. – Врач скоро приедет.

Я уже десять раз набирала врачу и каждый раз он убеждал меня, что уже подъезжает.

– Может, позвонить Саше? – предложила я.

Алена отрицательно покачала головой. Не понимаю ее упрямства, ведь он ее муж! Я представила себя на ее месте, как бы я поступила? Подумав немного, я с прискорбием поняла, что точно так же. Я бы не хотела, чтобы Саша видел меня в таком состоянии. А состояние Алены, было, мягко говоря, не очень. Бледная, худая, с темными кругами под глазами, она казалась изнуренной месяцами тяжелой болезни, а не парой недель токсикоза.

– Может, тогда принести тебе воды? – спросила я, поправляя ей подушки. Честно говоря, я устала и мне хотелось хоть ненадолго улизнуть из комнаты. Тем более мысль о том, что это их с Сашей супружеская спальня сводила меня с ума.

Алёна кивнула и я почти бегом выбежала из комнаты.

Я спустилась на кухню и попросила помощницу отнести Алене воды. Сама же я еще раз набрала номер врача. Он заверил меня, что будет через пять минут.

Я решила не подниматься наверх и подождать его здесь, не хотелось снова слушать жалобы Алены. Я прошлась по гостиной, обставленной с большим вкусом, здесь чувствовалась женская рука. На каминной полке я заметила фотографии. Мне не нужно было даже подходить ближе, чтобы посмотреть что на них. Нет, я не хочу расстраиваться.

Наконец, приехал врач. Он осмотрел Алену, дал ей какие-то лекарства и успокоил ее, заверив, что с ребёнком все будет в порядке и что такое состояние на первых сроках беременности вполне нормальное явление. Алена испытала облегчение, а я досаду за то, что впустую потратила время на ее паранойю, вместо того, чтобы развлечься.

Я пошла провожать доктора. Не успели мы спуститься как в дом влетел Саша. Видимо, кто-то сообщил ему, его лицо было взволнованным. Увидев меня, он немного смутился.

– Доктор, что с ней?

– Обычный токсикоз, ну, может, немного сильнее обычного, плюс, страхи. В общем, ничего серьезного, но все же не нужно ее огорчать. Поменьше стресса, побольше положительных эмоций.

Я презрительно фыркнула. Побольше положительных эмоций! Да если бы я была на ее месте, то считала бы себя счастливейшей женщиной, а ей видите-ли эмоций не хватает! Моя совесть напомнила мне, что мы не в равных условиях, ведь Саша не любит Алену и неизвестно, чувствует ли она это.

Как только дверь за доктором закрылась, Саша кинулся по мне.

– Аня, что ты здесь делаешь?

– Твоя жена позвонила и попросила приехать, – устало сказала я. Скрестив руки на груди, я прислонилась спиной к стене. Честно говоря, я ужасно устала и морально и физически за последний месяц, а теперь мне еще приходится нянчиться с ними. Похоже они совсем не понимают, что я живой человек! Алена вечно звонит со своими проблемами, Саша твердит о своей любви и, несмотря на жену, хочет быть со мной. Я устала. Я просто хочу, чтобы кто-то заботился обо мне, чтобы кто-то интересовался как я себя чувствую, как у меня дела.

Даже моим собственным родителям нет до меня дела. Я забыла кода мы в последний раз нормально общались и когда они интересовались моими делами. Похоже, они решили, что раз я взрослая, то не нуждаюсь в их любви и поддержке.

Внезапно мне захотелось разрыдаться, прижаться к Саше, вдыхать его запах и чтобы он гладил меня по голове и успокаивал, нашептывая на ухо слова утешения.

Нельзя! – одернула я себя. Теперь нельзя.

– Иди к жене.– сдавленным голосом сказала я.

Саша начал колебаться. Он видел, что со мной что-то не то, но он также беспокоился за Алену. Это естественно, ведь она носит его ребенка. Сейчас я была настолько опустошена, что не чувствовала ревности.

– Иди же! – снова сказала я.

Саша еще немного помедлил, затем пошел наверх. А я, схватив сумку, выбежала из дома и направилась в единственное место, где меня могли пожалеть.

8

– Анна?

Брови Славы изумленно поползли вверх, когда он увидел меня на пороге своей квартиры. Я знала, что приехать к нему было не лучшим решением, но я нуждалась в нем, нуждалась в том, что он спросит…

– Ты в порядке?

Мои губы тронула улыбка.

– Ну, как сказать? Хочется напиться до беспамятства и заснуть. Как думаешь, я в порядке?

Слава нахмурился и серьезно посмотрел на меня, пытаясь понять шучу ли я.

– Может, пустишь меня?

– Да, конечно, – спохватился он и пропустил меня внутрь.

Я еще раз осмотрелась. В прошлый раз мне показалось, что в квартире много голубого и синего, но сейчас я решила, что это не чересчур.

Мне нравилось здесь, несмотря на то, что я была здесь всего второй раз.

Мы прошли на кухню. Слава открыл холодильник и достал зефир. Я издала изумлённый возглас.

– Ничего себе! Ты тоже любишь сладкое или купил специально для меня?

– Ты так говоришь, словно я не могу любить сладкое, – улыбнулся Слава, протягивает мне коробку.

Я взяла одну штуку и с наслаждением откусила почти половину.

– К тому же откуда мне было знать, что ты решишь заехать в гости?

Действительно, с его стороны было бы странно рассчитывать на это, хотя, судя по моему поведению у него могло сложиться неправильное мнение. Я вдруг почувствовала, что начинаю краснеть.

– А можно кофе? – попросила я.

Слава кивнул и начал готовить кофе. Он ничего не спрашивал, не старался развлечь меня, даже не шутил. Он просто молча готовил кофе, в то время как я поглощала зефир, но я чувствовала, что мне становится лучше.

Как я помнила, Слава готовил потрясающий кофе. Мы сидели и молча пили кофе, не испытывая при этом никакой неловкости. Хотя, если честно, то я ощущала потребность высказаться, ведь можно рассказать все Славе не называя имен. Я решила подождать пока он спросит, но Слава даже не думал об этом. Он просто пил кофе и смотрел на меня удивительно понимающим взглядом, способными читать у меня в душе.

– Я недавно рассталась с человеком, которого любила больше жизни! – вдруг выпалила я, не в силах сдержать накопившиеся эмоции.

Слава был крайне удивлен.

– Почему ты говоришь об этом мне? – спросил он.

Я пожала плечами.

– А разве ты не хочешь знать, что случилось?

Слава задумался. Хотел ли он знать, и нужно ли ему это?

– Знаешь, я не из тех людей, что пытаются залезть тебе в душу, – сказал он наконец, – да, мне интересно знать, что случилось с тобой, но не из любопытства, а потому, что я хочу помочь. Правда!

Да, я знала это. Он и вправду человек, готовый прийти на помощь и именно поэтому я здесь.

– Я не стану ничего расспрашивать, – продолжал Слава, – но если ты захочешь рассказать, я выслушаю. Но я правда не понимаю, почему ты решила рассказать это мне!

На секунду я задумалась, пытаясь понять это.

– Знаешь, у меня никогда не было подруг, – начала я, – не было никого, кому я могла бы довериться, с кем могла поделиться, даже с тем, кого я любила, я многого не рассказывала ему, оберегая его спокойствие. Это годами копилось внутри меня. Боль, страхи, отчаяние, одиночество… Иногда мне хотелось кричать. И никого с кем я могла бы просто поговорить. А когда появился ты..– при этих словах Слава чуть подался вперед.

– Я не знаю, но я чувствую, что могу доверять тебе.

– Ну, уж, конечно я не побегу рассказывать всем твои секреты! – усмехнулся Слава, желая приободрить меня. Было видно, что его тронули мои слова.

– Ты до сих пор его любишь? – неожиданно спросил он.

– Очень, – прошептала я.

– А он тебя?

– И он.

Я наклонила голову, стараясь скрыть навернувшиеся слезы.

– Тогда не понимаю, почему вы расстались.

Как же ему объяснить? Я решила рассказать все с самого начала.

– Мы были вместе много лет, через многое прошли. Казалось, мы будем вместе вечно, но… Недавно я узнала, что он изменил мне. Перед этим мы поссорились и не разговаривали. Он сказал, что был пьян. – я умолкла, стараясь прийти в себя и собраться.

– Если тебе тяжело, то не надо, – сказал Слава, накрыв ладонью мою руку.

От его прикосновения тепло разлилось по телу.

Я покачала головой. Я должна рассказать, возможно тогда мне станет легче.

– Он и раньше изменял мне, когда мы ссорились, но в этот раз все было по-другому. И боль была другая. Мне казалось, что она разорвет меня изнутри. Я отпустила его. Сама.

Несколько слезинок, несмотря на все мои усилия, все же скатились по щекам. Я быстро смахнула их.

– Поэтому ты начала пить? – тихо спросил Слава.

Я покачала головой.

– Нет, это началось гораздо раньше, когда у нас еще все было хорошо.

– Но когда хорошо, люди не пьют, – возразил Слава.

– Ты прав. Просто, случилось кое-что, что изменило мой мир, изменило меня…

Я вернулась на девять лет назад.

После того, как Саша представил меня своему отцу, как свою девушку, Павел Сергеевич, рассчитывающий, что его сын сделает блестящую партию, был просто взбешен. Он пригрозил Саше, что если тот не бросит меня, то останется без денег. Саша выбрал меня и уже на следующий день все его кредитки были заблокированы.

У нас с Сашей началась совместная жизнь. Мы сняли небольшую квартирку на окраине Москвы, такую крошечную, что, мне кажется, сегодня моя ванная вдвое больше. Тем не менее, на ее оплату уходила вся моя стипендия и подработка, я писала рефераты, а вечерами подрабатывала в кафе официанткой. Саша ничего не умел, он вырос белоручкой, с кучей прислуги и очень переживал, что ничего не зарабатывает. Я успокаивала его, уверяя, что после института он получит замечательную работу и будет обеспечивать семью, а я буду сидеть дома и воспитывать детей…

Мы были счастливы ровно до тех пор, пока мечты о детях неожиданно не стали явью. Я узнала, что беременна. Сказать, что я испытала шок, не сказать ничего. В мозгу одна лихорадочная мысль сменяла другую. С одной стороны я хотела ребенка, очень, но с другой, понимала, что сейчас мы с Сашей не в состоянии его вырастить. Не зная, как поступить, я рассказала Саше, ожидая, что как мужчина он примет решение.

Да, мы были молоды, еще не закончили институт, у нас не было своего жилья, нормальной работы и, даже несмотря на помощь моих родителей, мы еле сводились концы с концами, но я думала, что он что-нибудь придумает…

Вместо этого Саша предложил решать мне самой. Я до сих пор помню его бледное лицо, когда он убеждал меня в том, что этот ребенок сейчас не вовремя.

– Но решать, конечно тебе, – были его окончательные слова.

И я решила. 20 июня, в день своего рождения, я пошла и сделала аборт. Когда после, еле живая я притащилась домой, Саши там не оказалось. Я могла понять, что он не пошел по мной в больницу, даже, что не встретил, но уйти куда-то, когда я так нуждалась в поддержке, было выше моего понимания. Я сползла по стене в коридоре и разрыдалась. Я рыдала так, что казалось легкие разорвутся. Внутри меня начала расти пустота, заполняющая собой все. Так прошло несколько часов. Саша все не приходил. Я поднялась с пола и, пошатываясь пошла на кухню. В холодильнике я нашла бутылку водки и выпила ее всю. Боль притупилась и появилось уютное ощущение тепла.

Саша вернулся только на следующий день, с огромным букетом роз и бросился к моим ногам, умоляя о прощении. Несмотря на боль, которую он причинил мне, я простила. Я очень любила его…

Где-то через месяц, Павел Сергеевич помирился с Сашей. Он даже согласился на наши отношения, но поставил единственное условие, чтобы мы их не афишировали. Мы согласились и Саша был восстановлен в правах. Я видела, что он рад возвращению к привычной обеспеченной жизни и радовалась за него. Только внутри осталась пустота от произнесенных врачом слов:

– У вас больше никогда не будет детей.

– Анна! – позвал меня Слава и дотронулся до моей руки. Я тряхнула головой, возвращаясь в реальность.

– Я испугался за тебя, – сказал Слава, – у тебя было такое лицо, словно ты испытываешь страдания.

Как он понимает меня! Я внимательно посмотрела на него. Хочу ли я рассказать ему о том, что пережила? Об этом не знали даже мои родители, только я и Саша. Конечно, это не то о чем можно говорить кому угодно, но даже если бы у меня была близкая подруга или, как в случае со Славой – друг, я не сказала бы. Это было самой чудовищной ошибкой в моей жизни, за которую я буду ненавидеть себя до конца дней. И еще мне мучительно стыдно перед Славой. Да, с самого начала я не показала себя барышней из института благородных девиц, но мне кажется, узнай он об этом, он станет меня презирать.

Так хочу ли я рассказать ему? Однозначно, нет.

Я смогла выдавить улыбку и принять беззаботный вид.

– Просто неприятные воспоминания. Не хочу говорить! – я тряхнула головой и вскочила со стула.

Достав из сумки свои мобильный, я включила музыку и повернулась к Славе.

– Давай танцевать!

Слава двигался потрясающе и я позволила себе расслабиться и наслаждаться танцем, тем более, что можно было представить, что это Саша держит меня в объятьях. Я закрыла глаза и положила голову Славе на плечо. Он напрягся, но не отстранился. Я сосредоточилась на его руке, обвивающей мою талию, я чувствовала как от его ладони исходит жар.

«Представляй, что это Саша,»– твердила я себе.

Музыка закончилась и я, огорченно вздохнув, отстранилась от Славы. Все-таки игра в призраков довольно увлекательна.

– Мне, наверное, пора, – сказала я, посмотрев на часы.

Уходить не хотелось, мне было удивительно хорошо здесь. За пару часов, что я провела со Славой мне удалось даже отвлечься от своей драмы. Я понимала, что глупо хотеть этого, да и выглядело это более, чем странно, но мне хотелось остаться.

«Так, Анна, взяла себя за шкирку и выволокла из квартиры летчика!» – рявкнуло мое подсознание. Давненько его не было слышно, я даже соскучилась.

– Тебя проводить? – спросил Слава.

– Нет, спасибо, я на машине.

Перед тем как выйти я обернулась.

– Можно я еще заеду, ну, если мне понадобится твоя поддержка? – робко спросила я с надеждой глядя на Славу.

Он слегка улыбнулся.

– В любое время, когда я дома. А если нет, звони. Мы ведь друзья.

– Да, друзья, – подтвердила я и эти слова согрели мне сердце.

9

В течение следующего месяца в моей жизни не происходило никаких изменений. Я все так же каждый день обещала себе держаться подальше от Саши и каждый день нарушала это обещание. Я возилась с Аленой, выслушивала ее ежедневные отчеты о том, как протекает беременность, пару раз сопровождала ее к врачу и все так же приезжала по первому звонку, когда она плохо себя чувствовала.

Единственной отдушиной был Слава. Когда он не был в рейсе, мы встречались, ходили в кино, рестораны, гуляли, часами разговаривали обо всем, а когда он куда-то улетал, мне сразу становилось грустно и внутри появлялась пустота.

В один прекрасный день я вдруг осознала, что он стал неотъемлемой частью моей жизни. И я испугалась. Конечно же, я все еще любила Сашу и не было никаких шансов, что это изменится, но Слава стал для меня близким человеком.

Это была даже не дружба, а что-то большее, вроде духовной связи. Я знала, что он понимает меня без слов, так же как я старалась понимать его, что не всегда удавалось. Слава был очень закрытым. Все, что он делал, он делал с выражением задумчивой сосредоточенности буддистского монаха. Это иногда забавляло меня и я шутила на эту тему.

Нам было легко вдвоем. Но это была не любовь…

– Анна Сергеевна, Александр Павлович просил вас зайти. Срочно.

Почти каждое мое утро на работе начиналось с этих слов. Не успевала я дойти до кабинета, как появлялась Светлана и просила зайти к Саше.

Я вздохнула и собрала все силы, приготовившись выслушивать очередное объяснение в любви. Неужели Саша не понимает, как мне тяжело? Однажды я сломаюсь, уступлю ему…

А что дальше? Какое у нас будущее?

“Будете скрываться ото всех, прятаться. Саша будет бояться как бы твой волос не остался на его одежде или след от помады, будет бояться назвать Алену во сне твоим именем. А ты будешь проклинать себя и ненавидеть за то, что обманываешь ее и будешь медленно разрушать себя и сходить с ума.” – нарисовало радужную перспективу услужливое подсознание.

Я без стука вошла в кабинет Саши. Он стоял около окна и был очень взволнован. Вместо разговоров о любви, как я ожидала он сказал совсем другое.

– Аня, у нас серьезные проблемы.

Мне сразу бросилась в глаза его бледность и всклокоченные волосы. Я видела его в таком состоянии несколько раз в жизни и никогда это не предвещало ничего хорошего.

Я почувствовала слабость в ногах и опустилась на диван.

– Что случилось?– спросила я дрожащим голосом, желая не знать ответ на этот вопрос.

– Ты смотрела новости? – неожиданно спросил Саша.

Я вскинула голову и посмотрела на него в недоумении. При чём здесь новости? Он в своему уме?

– Ты же знаешь, я не смотрю телевизор, – с лёгким раздражением сказала я.

Саша молча взял пульт включил телевизор и сел рядом со мной. Я немного напряглась. Мы избегали находиться так близко, притяжение возникающее между нами, было сложно игнорировать.

Я постаралась сосредоточиться на новостном сюжете. Это оказалось несложно, потому что, как только я поняла в чём дело, то полностью погрузилась в просмотр.

В новостях говорили, что директор одной строительной фирмы с которой мы сотрудничали был арестован по подозрению в мошенничестве, пытаясь сбежать за границу.

– Еще вчера! – воскликнула я и повернулась к Саше. – Ты знал?

– Да.

Вот как! У меня отвисла челюсть. Он знал все и не сообщил мне. Почему?

– Я хотел сам во всем разобраться, – начал объяснять Саша, но я не дала ему договорить.

– Какого черта! – заорала я, вскакивая с дивана. – Какого черта! Как ты собирался разобраться? Нужно было сразу звонить мне!

Саша тоже поднялся.

– А разве ты могла бы разобраться? – спросил он и в его голосе слышалась обида.

Это сразу привело меня в себя. Я всегда давала Саше почувствовать, что он главный, что его решения всегда правильные и что наша компания держится в первую очередь на нем, но я прекрасно знала истину. Саша всегда только играл в крутого бизнесмена, разбирающегося в экономике. На самом дела все было не так. Мы ведь учились вместе и я знала, что у Саши никогда не было тяги к знаниям, а после, когда его отец дал денег на создание компании, мне пришлось заниматься всем самой, хотя я всегда сохраняла у Саши иллюзию его вклада.

Нет, я вовсе не считала его бездарным. Просто, это было не его.

– Послушай, я не говорю, что смогла бы все решить, – ласково сказала я, стараясь сгладить ситуацию, – но мы могли бы вместе что-то придумать.

– Что тут придумаешь? – устало сказал Саша. – Две компании с которыми мы собирались подписать договор, уже отказались от сотрудничества.

– Как?

Я снова села и обхватила голову руками.

– А что ты хочешь? Сейчас нас будут полоскать во всех СМИ и название нашей фирмы будут ставить рядом с этим мошенником. Представляешь, как это отразится на нашей репутации?

Саша начал мерить кабинет шагами. Это всегда служило признаком волнения.

– Но ведь мы не первый год работаем и у нас уже сложилась определенная репутация, не думаю, что один случай может существенно ей повредить, – попыталась успокоить его я.

Саша резко остановился и посмотрел на меня

– Думаешь? – с надеждой спросил он.

Я вздохнула. Какой же он порой ребенок! Ребенок, нуждающийся в моей поддержке, в моих утешения и в моей любви.

– Уверена.

Саша сел рядом со мной.

– Но из-за отказа этих двух компаний у нас сорвались важные проекты.

– Пускай, это были молодые компании и это они должны жалеть о том, что отказались работать с нами.

– Но теперь мы не сможем открыть филиал в Питере, – не унимался Саша. – А ведь мы планировали это уже давно.

– Подождем еще немного, – пожала плечами я. – Откроем через год. Не переживай!

Стараясь приободрить Сашу я неосознанно положила руку ему на плечо. Он вздрогнул и повернулся по мне всем телом. Нас разделяло всего несколько сантиметров и воздух мгновенно наполнился электричеством.

За одну секунду у меня из головы вылетело все: и проблемы компании, и Алена с ребенком. Был только Саша. Только его глаза, смотрящие на меня с любовью.

– Я соскучился! – прошептал Саша, наклонившись ко мне так, что его дыхание обожгло меня.

Я почувствовала как по спине пробежали мурашки. Как же давно я не чувствовала этого. И как, оказывается, мне этого не хватало.

Саша наклонился еще ближе…

Я сдалась.

Его губы были настойчивыми и требовательными.

Поцелуй длился невероятно долго и все же казалось недостаточно. Когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхания я почувствовала как по моим щекам текут слёзы.

– Что с тобой? – испуганно спросил Саша.

Я покачала головой, стараясь проглотить застрявший в горле ком. То, что я собиралась сказать сейчас казалось кощунством после того, что только что произошло. Я чувствовала, что предаю саму себя, но я была вынуждена сказать это.

– Этот поцелуй…

Боже, как же трудно! Как сказать ему, глядя прямо в глаза?

– Это ничего не значит. Это было ошибкой. Прости!

На последних словах мой голос дрогнул. Я вскочила с дивана и выбежала из кабинета, зажав рот рукой, стараясь сдержать рыдания, рвавшиеся из моей груди.

10

Весь день после злополучного, но такого восхитительного поцелуя я была как на иголках. Все ждала когда придет Саша. Почему-то мне казалось, что он обязательно должен прийти, ведь не мог же он поверить тому , что я сказала.

“Ты и сама не веришь! – подало голос мое подсознание. – Стараешься себя убедить, а все равно не веришь.»

Я устало вздохнула и почувствовала себя бессильной. Да, не верю. И у меня больше нет слов убеждать себя в чем-то. Я люблю Сашу, он любит меня. Присутствие в его жизни даже нескольких жен и дюжины детей этого не изменит.

Так, Анна, стоп! Куда тебя понесло? Если ты будешь думать в этом направлении, все закончится плохо!

Я достала телефон и набрала смс. Я знала, что Слава был в командировке и должен прилететь послезавтра, но мне нужно было услышать его.

“Ты можешь говорить?"

Через несколько секунд я получила ответ.

“Да, могу. Что случилось?"

Против воли я улыбнулась.

“Мне сейчас очень плохо."

Через секунду мой телефон зазвонил.

– Анна, что случилось? – раздался обеспокоенный голос Славы.

Мне стало немного стыдно, что я заставляют его переживать. В конце концов я не должна перекладывать на него свои проблемы.

“Ты и не перекладываешь, – успокоило меня мое подсознание. – Ты просто делишься со своим другом тем, что происходит в твоей жизни. Кто же виноват, что в ней сплошные проблемы?”

Усыпив таким образом свою совесть, я решила, как только появится что-то позитивное, Слава узнает об этом первым.

А пока проблемы.

– Я не знаю как поступить.

– Для начала расскажи мне, в чем дело.

Голос Славы звучал как всегда мягко и успокаивающе. Он оказывали на меня странное влияние. Казалось, даже если он будет читать справочник мне все равно станет легче.

Я немного подумала, прежде чем объяснить ему ситуацию.

Было стыдно признаться, что я целовалась с женатым мужчиной. Вдобавок, я не помнила, говорила ли я Славе, что человек, которого я люблю женат. Ведь узнав об этом он может легко догадаться, что речь идет о Саше. Я не могла допустить этого.

Так что мне сказать ему? Ложь не мой конек. Каждый раз, когда мне приходится врать Алене, глядя ей в глаза я испытываю отвращение к самой себе. Но Алена чужой для меня человек, а вот Слава…

Я не хочу ему врать, а рассказать правду не могу. Эта ситуация мучает меня уже не первую неделю и я не вижу выхода.

– Аня, не молчи!

Я вздрогнула и моментально пришла в себя. Нацепив маску взбалмошной и сумасбродной Анны, я протянула:

– Ну-у, мне просто захотелось с тобой поговорить. Надеюсь, я не сильно отвлекаю?

Слава облегченно перевёл дыхание. Мне удалось провести его.

– Не отвлекаешь. Только ты напугала меня. Я подумал, что что-то случилось и тебя нужно спасать.

– Но ведь ты сейчас… Кстати, где ты сейчас?

– В Марселе.

– Ну, и как бы ты стал меня спасать? Разве что угнал самолет? – с иронией спросила я.

– А что, думаешь не смог? – поддержал мой шутливый тон Слава.

Я задумалась, подыскивая что ответить, чтобы продолжить эту игру. Мое настроение заметно улучшилось, даже случай с поцелуем ушел на второй план.

– То есть, ради меня ты смог бы угнать самолет? – с недоверием спросила я.

– Ты что, сомневаешься? – с обидой спросил Слава.

Я рассмеялась.

– Что?

– Нет, ничего, – сказала я, закончив смеяться, – просто представила себе, как ты угоняешь самолет, чтобы прилететь ко мне, только потому, что я в очередной раз схожу с ума.

– Это забавно? – спросил Слава.

– Наверное. Не знаю. Раньше никто никогда не заботился обо мне так, и тем более не совершал безумных поступков.

“Саша уж точно не совершал,” – пискнуло мое подсознание и зажмурилось, приготовившись к моему гневу.

Никто не имеет права критиковать Сашу, даже мое собственное подсознание. Но на этот раз я позволила ему высказаться.

– А твой бывший парень? – осторожно спросил Слава

Он знал, что это запрещенная территория и никогда не задавал вопросов на эту тему. Но раз уж я дала сегодня волю подсознанию, то и Славе позволительно задавать вопросы.

– Ну, он… – как бы это сказать? – он заботился, конечно…

“Ты о том случае, когда он уехал на день рождения к другу отца, оставив тебя, когда ты болела гриппом? Или когда ты отравилась в Таиланде, а он срочно улетел в Москву по делам?” – подняло голову осмелевшее подсознание.

«У него были причины!» – возразила я.

Ну, да! Ну, да! Утешай себя!

Неужели, это действительно так? Нет, Анна, не думай об этом!

– Он заботился, – повторила я, стараясь уговорить саму себя.

– А как насчёт сумасшедших поступков?

Ну, этого-то хоть отбавляй! Взять к примеру случай, когда ты попала в больницу с приступом аллергии, а Саша принес тебе апельсины!

– Нет, сумасшедших поступков не было! – выпалила я.

– Но тогда какая же любовь без сумасшедших поступков? – неожиданно спросил Слава.

В его голосе уже не было иронии и веселья. Пожалуй, я никогда раньше не слышала, чтобы он говорил так серьезно.

И внутри меня возникло сомнение. Что если Слава прав, и любовь это и есть сумасшедшие поступки, ну, или, по крайней мере, какие-то поступки ради любимого человека. А что делал ради меня Саша?

Я ради него сломала свою жизнь, лишилась самой большой мечты в своей жизни – стать матерью, а теперь лишилась и самого Саши…

А что сделал он? Он вообще любил меня?

От этих мыслей голова пошла кругом. Я попыталась прогнать их. Я знала, что стоит мне хоть на секунду усомниться в Сашиной любви и мой мир рухнет. Я должна верить, что он любит меня, пускай это будет лишь моей иллюзией.

Вечером по дороге домой я не удержалась и купила бутылку вина. Слава прилетит только послезавтра, а мне необходимо отвлечься. Надеюсь, он об этом не узнает.

Приготовив ужин, я откупорила бутылку и налила вино в бокал. Конечно, к рыбе полагается белое вино, но какая мне сейчас разница.

Я залпом выпила весь бокал и только после этого приступила к рыбными стейкам.

По мере того, как пустела моя тарелка пустела и бутылка. В ней осталось меньше половины.

“Стоп, Анна, остановись!” – прозвучал в моей голове властный голос моего разума.

Где же ты был раньше, интересно? Скольких ошибок в моей жизни можно было избежать!

Мои мысли снова вернулись к Саше. Я пошатываясь встала из-за стола и принялась рыться в шкафу, отыскивая альбом с фотографиями.

В шкафу была куча хлама и я удивилась, как могла так запустить квартиру. Когда я в последний раз убиралась?

Наконец я нашла альбом. Устроившись на диване я несколько секунд сидела, положив альбом на колени. Открывать его было немого страшно. В этом альбоме одиннадцать лет. Наши самые важные, самые счастливые моменты. Встретиться с этим сейчас казалось мучительным.

Собрав всю свою волю, я раскрыла альбом. В глаза сразу же бросилась наша самая первая совместная фотография. На ней мы с Сашей в день нашего знакомства стоим на фоне Финакадемии счастливые и беззаботные, мечтающие о блестящем будущем, карьере, семье, детях.

Что из этого сбылось? У Саши сбылось все, у меня только карьера.

Одну за одной я пролистывала страницы нашей жизни, поражаясь тому как отличалась я сегодняшняя от той Анны, бесконечно влюбленной, терпящей, прощающей. На каждой фотографии я с обожанием смотрела на Сашу, уверенная в том, что он никогда не предаст меня, что мы всю жизнь будем вместе.

И что теперь? Он женат на Алене, а я потихоньку спиваюсь в пустой квартире.

Это любовь? Это ли любовь о которой я мечтала? А может это только плод моего воображения, выдумка, может, все это время я лишь строила воздушные замки и пряталась в них от реальности, в которой было лишь одиночество и пустота?

Я почувствовала как к горлу подступили слезы. Ужасно сознавать, что одиннадцать лет ты жила во лжи, которую сама придумала.

– Неужели он и вправду никогда меня не любил? – вслух спросила я.

С фотографии на меня смотрел загадочно улыбающийся Саша, точно знающий ответ на этот вопрос.

Я вытерла слезы и набрала Сашин номер.

О, Боже, Анна, что ты делаешь? Не выставляй себя полной идиоткой! Неужели ты и вправду позвонишь ему среди ночи, чтобы спросить любит ли он тебя? Конечно, он скажет, что “да”.

Я отложила телефон в сторону.

Я никогда не ощущала такого отчаяния и бессилия. Что мне делать? Как жить дальше?

Внезапно раздался звонок в дверь. Я вздрогнула. Кого там еще принесло в такой час?

Чертыхнувшись, я пошла открывать и вдруг замерла на полпути. А что если это Слава? Нет, мысль про угнанный самолет, полный бред, но зная его, я ничуть не удивлюсь, увидя его на пороге. Я почти хотела чтобы это был именно он. Хотя, почему почти, я хотела, чтобы это был он.

Какого же было мое изумление, когда я открыла дверь. На пороге стоял…

– Саша? – спросила я, не веря собственным глазам.

– Можно войти? – его голос прозвучал немного хрипло.

Я посторонилась пропуская его, гадая что же привело его ко мне. Внезапно в голове мелькнула догадка.

– С Аленой все в порядке? – никогда не думала, что для меня будет так важно знать это.

Саша немного вздрогнул и удивленно посмотрел на меня.

– Да, все хорошо, а почему ты спрашиваешь?

– Ну, ты так поздно приехал, я и подумала, что что-то случилось

Саша грустно усмехнулся.

– Раньше мои приезды не вызывали у тебя вопросов.

– Раньше мы были вместе и ты не был женат.

Честно говоря, я была совершенно без сил, чтобы выяснять отношения. Хватит того, что я выяснила отношения сама с собой.

Я развернулась и прошла в гостиную. Саша пошел за мной. Заметив на диване раскрытый альбом, он подошел, взял его и начал листать.

Я следила за ним, удивлено замечая, что я ничего не чувствую. Нет прежней одержимости, нет волнения и трепета от его присутствия. Неужели все изменилось за несколько часов? Или это началось еще давно, а я просто не замечала?

Но вот Саша поднял на меня взгляд своих задумчивых глаз и я вспыхнула. Словно в затухающий костер подбросили дрова. Чувства, обостренные алкоголем, забурлили в крови. Я смотрела на Сашу и не понимала как можно было сомневаться в его или моей любви.

Это был мой мужчина. Мужчина ради которого я забыла себя, свою гордость и достоинство, ради которого я готова все разрушить, все предать, даже саму себя, лишь бы быть с ним.

Словно прочитав мои мысли, Саша отложил альбом и шагнул по мне. В одно мгновение весь мир исчез. Как только он коснулся меня я забыла обо всем. Не было ни Алены, ни ребёнка, только мы вдвоем, сдающиеся друг другу и растворяющиеся среди объятий и поцелуев.

В какое-то мгновение передо мной всплыло осуждающее лицо Славы. Я вздрогнула, но Саша поцеловал меня с таким жаром, что я тут же забыла об этом.

– Ты моя, – прошептал мне Саша, увлекая меня в спальню.

– Твоя, – отозвалась я, тая от его прикосновений.

Я чувствовала, что то, что я делаю ужасно неправильно, но не могла остановиться. Я падала в бездну и наслаждалась этим падением…

11

Меня мучил кошмар. Рыдающее лицо Алены, упрекающей меня, сменялось укорами Славы. То по одиночке, то вдвоем они осуждали меня за то, что я сделала.

– Как ты могла? – рыдала Алена.

Слава просто молчал и смотрел на меня с презрением.

– Но я могу все объяснить – кричала я, – Я просто люблю его! Поймите!

Слава еще раз посмотрел на меня с отвращением и ушел. Вслед за ним пропала и Алена.

Я осталась одна в незнакомом месте. Здесь было очень холодно и пусто. Я дрожала и не могла согреться, но больше всего меня пугало одиночество. Я хотела, чтобы кто-то был рядом.

Я стала звать Сашу. Звала долго, пока не охрипший мой голос, но он так и не пришел. Я упала на колени и разрыдалась. Оставленная всеми я вдруг подумала, что не хочу жить.

Поднявшись, я побрела наугад, спотыкаясь и падая, раздирая руки в кровь, сама того не замечая. Я шла очень долго и почти выбилась из сил. Наконец я нашла то, что искала.

Я стояла на краю скалы, а внизу клубился туман. “Так даже лучше, – подумала я, – туман поглотит меня, не оставив даже воспоминания. Кто вспомнит обо мне? Кому будет больно потерять меня?»

Я никому не нужна, кроме самой себя, да и себе я противна. Так не лучше ли покончить с этим сейчас? Один шаг, и не будет ни страданий, ни сомнений, ни боли. Только спокойствие – единственное, чего я хочу

И я прыгнула…

Я проснулась от собственного вскрика. Резко сев в кровати, я с трудом осознала, что нахожусь в своей спальне. Я потерла лоб рукой, собираясь с мыслями.

Я вспомнила все, что было вчера и свой сон и мне стало стыдно. Как я могла так поступить с Аленой? Она так доверяет мне, считая меня не просто подругой, а скорее, сестрой.

Анна, Анна! Сможешь ли ты теперь спокойно смотреть в глаза своему отражению в зеркале?

Я застонала и снова упала на подушку.

– Проснулась?

Саша влетел в комнату словно вихрь. В голосе не было слышно ни нежности, ни ласки. Он был очень взбешен. Пожалуй, я никогда раньше не видела его таким.

Но больше всего была взбешена я.

В одно мгновение вскочив с кровати, я набросилась не него.

– Ты что здесь делаешь? Ты должен был уехать домой!

– Ты спала с ним? – заревел Саша и схватив меня за плечи, начал трясти так, что мою голову замотало из стороны в сторону.

Я опешила. Что? С кем? Что он имеет в виду?

Я не понимала ничего, а Саша продолжал повторять один и тот же вопрос.

– Ты спала с ним? Спала? Отвечай!

– Да объясни в чём дело? – спросила я, кода он перестал меня трясти.

– Ты спала с ним? – снова спросил он.

– Да с кем? – спросила я и тут же осознала нелепость своего вопроса. Если я спрашиваю с кем, значит, с кем-то спала, между тем, никого кроме Саши у меня нет.

– Слава! – заревел Саша. – Я спрашиваю, ты спала с Савеловым?

От изумления я потеряла дар речи и только открывала и закрывала рот, глупо хлопая глазами. Что за чудовищная идея пришла Саше в голову? Я и Слава…

Да, иногда я ловила себя на мысли, что он нравится мне, но он сам не раз говорил, что мы только друзья.

Вот только как убедить в этом Сашу.

– Саша, послушай, – начала я, стараясь, чтобы мой тон звучал убедительно, – у меня со Славой ничего не было. С чего ты вообще взял эту чушь?

– Ты во сне звала его! – прорычал Саша.

Я вспомнила свой сон. Черт! Это объяснить еще сложнее. Но почему я звала только Славу, а не Алену?

– Саша, ты не правильно все понял, – начала я.

– Я все правильно понял, не надо делать из меня дурака!

Саша сильнее сжал мои руки, так, что я вскрикнула.

– Что, больно? – ядовито поинтересовался он. – Мне тоже было больно слышать, как ты зовешь его, находясь в моих объятьях. Больно? Запомни, я никому не позволю отнять тебя у меня. Ты только моя. И ты должна помнить это.

Он еще сильнее сжал меня. На глаза навернулись слезы и меня прорвало.

– Хватит! – закричала я. – Хватит, Саша, пусти!

Я вырвалась от его и сделала несколько шагов назад. Во мне сейчас не осталось ничего от прежней любви, только гнев и ярость. Сейчас я почти ненавидела Сашу.

– Я долго терпела. Я терпела и прощала тебе все. Унижения, обиды, измены. Я простила даже Алену, но это… Это выше моих сил. Знаешь, у меня еще сохранилась капля достоинства и я не позволю тебе обращаться со мной как со шлюхой, которая прыгает из койки в койку. Я никогда тебя не обманывала, я любила тебя безоговорочно, забывая саму себя. Как ты мог хотя бы в мыслях допустить, что я могу быть с кем-то еще. Тем более со Славой. Он твой друг, и мой тоже. Да дело даже не в этом! Я любила тебя, понимаешь? Любила!

Высказав все, что накипело, я тяжело перевела дыхание. Саша стоял опустив голову и даже не собирался что-то возразить. Да и что тут скажешь? Есть ли слова, которые можно сказать сейчас?

Я почувствовала себя бесконечно усталой и сломанной.

– Уходи, – безжизненным голосом сказала я.

Не говоря ни слова Саша развернулся и ушел, а я забралась под одеяло и накрывшись с головой пожелала только одного – поскорее умереть…

12

Весь день я провела в кровати. Не поехала на работу, отключила телефон. Не хотела никого ни видеть, ни слышать. Сейчас мне просто нужно было побыть одной. Желательно скрасить это одиночество чем-нибудь вроде мартини или виски, но идти в магазин не хотелось.

Подумать только, я исполняют данное Славе обещание не пить только потому, что мне лень выйти из квартиры!

Вспомнив о Славе, я снова возвратилась к утреннем разговору. Как Саша мог даже подумать об этом? И может ли быть любовь его оправданием?

Я тоже ревновала его и сходила с ума, устраивала сцены, но у меня всегда был повод. Очередная его барышня либо звонила мне, либо присылала фотографии как доказательство измены, найдя мой номер в его телефоне, но я никогда не позволяла себе ревность на пустом месте.

“Ничего себе, пустое место! – возразило мое подсознание. – Ты во сне звала другого мужчину!”

Я вздохнула.

Да, это так, но Саша все равно достаточно знает меня, чтобы поверить в то, что я ему изменила.

Второе, что задело меня, это его реакция.

Хорошо, даже если допустить что я изменила ему , разве нормально набрасываться на меня чуть ли не с кулаками?

Когда я узнала про Алену, да я кричала, я била посуду, но в конце концов я приняла это. Я отказалась от Саши ради его счастья и возможности иметь семью. А готов ли он сделать то же самое для меня?

Ближе к вечеру раздался звонок в дверь.

Наверное, это Саша. Кто еще может прийти ко мне? Вероятно, он остыл немного и решил извиниться.

Я пошла открывать, попутно посмотрев в зеркало и с неудовольствием отметив красные опухшие от слез глаза.

Ну и пускай видит, до чего довел тебя! Пусть еще больше осознает свою вину и сильнее раскается!

Я набрала побольше воздуха, приготовившись к новому непростому разговору.

Открыв дверь, я застыла в изумлении. На пороге стояла заплаканная Алена.

– Что случилось? – спросила я, мысленно отметив, что это любимый вопрос Славы.

Алена всхлипнула и, шагнув ко мне, повисла у меня на шее.

– Ох, Анна… – сквозь рыдания говорила она, – мне так плохо…

А кому сейчас хорошо? Я сама чувствую себя так, словно по мне проехал поезд. И между прочим, все по вине твоего мужа!

Я обняла ее и повела в гостиную, попутно успокаивая ее, говоря какую-то чушь. Усадив ее на диван, я налила воды и предложила ей.

– Выпей, – мягко сказала я.

Несмотря на мое к ней отношение, мне было жаль Алену. Она была слишком слабой и хрупкой и не ее вина, что она встала между мной и Сашей.

Алена взяла стакан воды, но ее рука так дрожала, что она расплескала воду. Я взяла у неё стакан и помогла ей сделать несколько глотков.

Когда она немного успокоилась, я решила приступить к расспросам, тем более, что просто умирала от любопытства и страха.

– Ну, рассказывай! Что-то с ребенком?

В последнее время это очень беспокоило меня. Лишенная возможности иметь детей я погрузилась в беременность Алены, тем более, что этот ребенок – ребенок Саши, был очень важен для меня.

– Нет, с ребёнком все в порядке, – сказала Алена.

Я расслабленно выдохнула.

– Тогда что же такого могло случиться, что ты так убиваешься?

(Сказала та, что рыдает с утра, не останавливаясь!)

– Тебе сейчас нельзя волноваться, подумай о ребенке! – тоном учительницы сказала я.

Алёна улыбнулась и положила руку на живот. Во мне родилось жгучее чувство зависти и как я не уговаривал себя, что это плохо, ничего не могла с собой поделать.

– Ребенок, это единственная моя радость, – тихо сказала Алена, поглаживая живот.

Я так увлеклась наблюдением за ней, что не сразу сообразила, что она говорит.

– Подожди, как единственная? – спросила я, когда до меня наконец дошло. – А как же Саша?

На глаза Алены снова навернулись слезы и мое предчувствие, которое никогда меня не подводило, особенно когда дело касалось чего-то плохого, подсказало мне, что дело как раз-таки в Саше.

– Саша что-то натворил?– спросила я.

Алена низко опустилась голову и закусила губу.

– Та-ак, и что же он сделал? – я уперла руки в боки. Забавно, но я сейчас действительно сердилась на Сашу. Как он мог довести Алену до такого состояния?

– Мне кажется, он мне изменяет? – смущаясь сказала Алена тихим голосом.

У меня внутри все похолодело и сердце бешено забилось. Мне казалось, что даже Алена может слышать его бешеный стук.

У меня началась настоящая паника. «Она знает!» – промелькнуло в моей голове.

Что она знает? Откуда? Если она знает обо мне и Саше, то почему пришла по мне?

“Ну, это как раз логично! – лениво протянуло мое подсознание. – Жена пришла к любовнице мужа выяснять отношения.”

Ну, нет! Это совсем не похоже на Алену. Тем более, что если бы она что-то знала или, хотя бы, подозревала, то сказала бы сразу.

Я решила осторожно выведать у неё все.

– С чего ты взяла это, дорогая?

Алены вытерла слезы и сделала еще несколько глотков воды.

– Понимаешь, – начала она, – раньше у нас все было хорошо, а в последнее время, ну… Я не знаю, Саша изменился. Мне кажется, он старается избегать меня, словно я ему в тягость.

Я посмотрела на Алену так, словно видела впервые. Я и представить не могла что эта девочка, которую я всегда считала несмышленее ребенка окажется такой проницательной.

Но, несмотря на то, что она права, я должна убедить ее в обратном. Ради Саши и ради ребенка.

– Аленушка, я думаю ты преувеличиваешь! Просто раньше вы с Сашей все время были вместе, подготовка к свадьбе, медовый месяц, а потом начались будни, Саша вернулся к работе. Он очень устает, возможно из-за этого он может быть невнимательным к тебе, но он… любит тебя!

Последние слова дались мне с трудом. Настоящее насилие над собой – говорить такое.

– Нет, Анна! – покачала головой Алена. – Дело не в этом. Саша не любит меня! – в ее голосе прозвучала такая уверенность, что у меня мурашки побежали по коже.

Как убедить ее в обратном?

“А может не стоит? – подало голос лукавое подсознание. – Смотри, как все славно складывается, Алена с Сашей разведутся и он снова твой. Только подумай!”

Я встряхнула головой, отгоняя подобные мысли. Даже после сегодняшней ночи я знаю, что мы с Сашей не можем быть вместе. Я уже умираю от стыда перед Аленой.

– Тебе просто кажется! – уговаривала ее я. – Это все из-за беременности.

– Анна, он вчера не ночевал дома! – вдруг сказала Алена.

Это, конечно, не было для меня неожиданностью, так как я точно знала где и с кем он провел эту ночь, но слова Алены застали меня врасплох. Я покосилась на спальню и почувствовала как краска залила мое лицо.

Я встала и прошлась по комнате не зная что сказать и пряча от Алены покрасневшее лицо. Я буквально сгорала от стыда и от мысли, что сейчас нужно оправдывать Сашу перед Аленой и уверять ее в его верности.

Сделав круг по комнате, я опустилась на диван рядом с Аленой и взяла ее руки в свои.

– Алена, милая, – несмотря на то, что я собиралась врать ей, я заглянула в ее глаза. Чистые наивные детские глаза, глядящие на меня с доверием. Я осеклась. Как можно врать ей? Как Саша выдерживает?

«Так, Анна, соберись! – приказала я себе. – Думай о ребенке!»

Я скользнула взглядом по животу Алены и это придало мне уверенности.

– Алена, я знаю Сашу очень много лет и знаю, что он не может так с тобой поступать. Он… любит тебя.

Последние слова чуть не застряли у меня в горле, но я все же сказала это, мысленно поаплодировав себе.

Похоже сработало. Алена заметно оживилась и посмотрела на меня с надеждой.

– Ты думаешь? – робко спросила она.

– Я знаю, – сказала я с уверенностью.

Алена сразу же вытерла слезы и улыбнулась.

– Да, конечно, ты права. Я просто накручиваю себя. Наверное, это все из-за беременности, гормоны и все такое… Я и себя мучаю и Сашу, да и тебе надоедаю.

– Ничего подобного! – запротестовала я. – Я всегда рада помочь.

Ведь мне всегда надо быть в курсе того, что происходит у Саши в семье.

– Спасибо! – сказала Алена с такой теплотой в голосе, что мне стало неловко за то, что я притворяюсь перед ней.

Ведь если рассудить здраво, что она мне сделала, за что я должна ненавидеть ее? Она ничего не знала о моих отношениях с Сашей, она считала, что он свободен, соответственно, с ее точки зрения она его ни у кого не уводила. Если и есть кто виноватый, то это Саша. Уж он-то прекрасно знал о том, что я есть в его жизни! И если сердиться, то только на него.

Алена же чистая и светлая по-детски наивная, тургеневская барышня и она не заслуживает ни Сашиной нелюбви, ни моей ненависти.

Может мне стоит попробовать подружиться с ней? По-настоящему?

Почему бы не попробовать прямо сейчас?

Увидев, что Алена собирается вставать, я взяла ее за руку.

– Ты куда это?

– Я, наверное, поеду домой. Извини, что загрузила своими проблемами.

– Я же сказала – ерунда! Мы ведь подруги сама говорила!

– Ты для меня больше, чем подруга, ты почти как сестра!

Невозможно было не поверить в искренность Алены и я почувствовала как ком застрял в горле.

– Так, никуда ты не поедешь! – заявила я, вставая с дивана. – Сейчас будем пить чай и сплетничать. Согласна?

Алена улыбнулась и кивнула.

Я направилась на кухню и стала заваривать чай. Я хотела спросить что-то у Алены и, повернувшись, увидела, что она с любопытством рассматривает мою гостиную.

– Ты ведь первый раз у меня в гостях? – спросила я.

– Да, у тебя очень уютно.

– Брось! – отмахнулась я. – Я знаю, что у меня мрачная зловещая квартира. Как в каком-нибудь триллере.

Я поставила чашки на поднос и вернулась на диван.

Алёна села рядом и я протянулась ей чашку.

– Нет, у тебя правда очень уютно, – настаивала она.

Я сделала глоток чая, прежде, чем ответить.

– Мне раньше тоже так казалось, а теперь… Даже не знаю. Я столько времени делала эту квартиру, подбирал обои, краску, мебель, но так и не смогла вдохнуть в неё уют, несмотря на то, что здесь все сделано по моему вкусу.

Неожиданно я вспомнила о месте, где я как раз чувствовала себя уютно.

– А вот в квартире Славы очень даже уютно, несмотря на то, что там полно голубого и синего. Терпеть не могу эти цвета, но там все равно чувствуешь себя по-другому.

– Кстати, а как у тебя с Славой? – вдруг спросила Алена.

Я вытаращила глаза. Что значит, как у меня с Славой? Что за вопросы такие?

– Никак, мы друзья. С чего ты вообще взяла?

Я начала нервничать. Уже второй раз за день мне приписывают отношения со Славой. К чему бы это?

– Э-э, прости, – смущенно сказала Алена, – я просто думала, что вы встречаетесь.

– Ничего подобного! – возмутилась я. – Мы не встречаемся, то есть, встречаемся, но не так как ты думаешь, в общем, мы друзья!

Ну, по крайней мере, Слава всегда так говорит!

Я почему-то начала нервничать и это меня злило.

– С чего ты вообще взяла, что мы встречаемся? – спросила я.

Алена виновато пожала плечами. Ей явно было неловко, что она неправильно поняла, но я хотела узнать все.

– Когда я увидела вас в аэропорту, ну, помнишь, когда мы с Сашей улетали в свадебное путешествие?

Еще бы мне не помнить! Помню как все разглядывали меня, гордо шагающую в вечернем, достаточно откровенном платье, а также помню болезненное прощание с Сашей.

– Вы приехали вместе, вот я и подумала… К тому же Саша что-то говорил…

Я ушам своим не поверила.

– Саша говорил, что у меня отношения со Славой? – переспросила я.

Алена кивнула.

– Но, наверное, он тоже что-то напутал, – быстро добавила она, желая оправдать Сашу.

Но было уже поздно. Вот значит как! Саша давно уже вынашивает эту бредовую идею, да еще и обсуждает это с Аленой. Я была в бешенстве.

Не будь у меня накопленного в последнее время опыта самоконтроля и сдержанности я бы обрушилась на Алену ураганом и рассказала бы ей все…

Но я уже не была прежней Анной, способной на сумасшедшие поступки. Что-то во мне изменилось безвозвратно.

Поначалу я ненавидела Алену, теперь же у меня не было иного желания как оберегать ее, даже от самой себя.

Она настолько доверяла мне, что мне хотелось отплатить ей заботой и хорошим отношением.

“Ну, в этом ты преуспела! – подало язвительный голос мое подсознание. – Сегодняшняя ночь самое лучшее доказательство хорошего отношения к Алене!”

Хватит! Я вскинула голову и посмотрев Алене в глаза, мысленно поклялась самой себе, что больше никогда не сделаю ничего, чтобы стыдиться. Я буду без угрызений совести смотреть ей в глаза, я буду защищать ее и ребенка.

Я сделаю это. Я наконец-то покончу с тем, на что не решалась все это время. Я отпущу Сашу.

Я принесут в жертву себя, ведь я уже не раз это делала. Только теперь все по-другому.

Я приношу свое счастье в жертву той, кто сделала бы для меня то же самое, окажись она на моём месте.

Проводив Алену, я прошлась по квартире, словно впервые. Серые стены, темная мебель, даже бордовые портьеры раздражали меня, все это словно было не мое. Да еще жуткий беспорядок. И как я могла так запустить квартиру, ведь я всегда ненавидела бардак.

Если сегодня я решила начать новую жизнь, то начать стоит с квартиры. Я вздохнула и приступила к уборке. Но даже после нескольких часов, убранная до блеска квартира не вызывала во мне прежних ощущений. Мне не хотелось находиться здесь.

13

Единственным местом куда я могла бы поехать был Слава. Ах, если бы он только был сейчас в Москве!

Наступил вечер. Москва засветилась множеством ярких огней и я еще острее ощутила свое одиночество.

Мне некому даже позвонить. Странно, но у меня совсем не было друзей. Я не была замкнутой или сложной в общении и в институте дружила со многими однокашниками, но постепенно вся моя жизнь сосредоточилась только на Саше и все друзья исчезли из моей жизни. Наверное это было неправильно, но ничего уже не изменишь.

Через пару лет мне будет тридцать и ни семьи, ни детей, ни друзей.

– Жизнь удалась, Анна! – невесело улыбнулась я.

Утром я проснулась с ноющей головной болью и мыслью о том, что Саша вчера мне не позвонил.

Да, я прогнала его, да, мы поругались, но он видел в каком я была состоянии, к тому же наверняка он знает о подозрениях Алены.

Не то чтобы я ждала его звонка, просто это казалось мне естественным.

Я встала и поплелась в ванную, ожидая увидеть в зеркале привычное в последнее время лицо, опухшее от слез.

Я с неудовольствием отметила тёмные круги под глазами. Если и дальше так пойдет я состарюсь раньше времени.

Я скинула пижаму, собираясь принять душ и вдруг с ужасом обнаружила на руках черные отметины от пальцев. Несколько секунд я недоуменно разглядывала их не понимая откуда они могли взяться, но вдруг в памяти всплыло вчерашнее утро и все стало на свои места.

Мгновенно во мне вскипела ярость. Саша много раз делал мне больно, но не физически, а морально. Никто и никогда не поднимал на меня руку и пусть Саша и не ударил меня, но и это было уже слишком.

Он явно перешел черту. И вообще, может ли человек, причинить боль своему любимому или любимой?

Для меня ответ был однозначен. Нет.

Приняв душ, я собрала волосы в узел и надела первое, что попало под руку. Это оказался бордовый брючный костюм и кремовая блузка. Быстрыми широкими движениями замазывая тональным кремом тёмные круги я отмечала на своему лице все изменения, произошедшие со мной в последнее время. Я осунулась и постарела на несколько лет, уголки рта опустились. Я забыла когда в последний раз улыбалась, даже взгляд был потухший. И как я раньше не замечала?

Что стало с тобой, Анна? Ты сгораешь! Ты губишь себя из-за любви к человеку, который никогда не будет с тобой!

Эти мысли и синяки на руках помогали мне настроиться на нужный лад. Я собиралась окончательно порвать с Сашей и для этого мне была нужна вся моя решимость.

Перед работой я зашла в кафе, успокаивая себя мыслью, что мне просто нужно позавтракать и выпить кофе. На самом деле я оттягивала разговор с Сашей. Я понимала, насколько он будет сложным для нас двоих, но в то же время ясно осознавала необходимость этого разговора.

Я мучительно подбирала слова. Странно, ведь я уже несколько раз говорила ему, что все кончено…

Просто в этот раз все действительно кончено, Анна.

Раньше, каждый раз когда я это говорила, даже тогда, когда Саша женился у меня оставалась какая-то призрачная надежда, что мы сможем быть вместе, сможем придумать что-то, но теперь когда я осознала, что мы можем быть вместе только через обман, эта возможность стала для меня неприемлемой.

Все закончится сегодня…

Внутри у меня была пустота и я не знала сможет ли она когда-нибудь заполниться. Я любила Сашу какой-то одержимой любовью, я жертвовала ради него всем. Разве может это забыться?

Смогу ли я жить дальше? И как?

В голове крутилось множество вопросов, а ведь этот разговор еще даже не состоялся!

Было еще кое-что что тревожило меня. Я старалась гнать это от себя, но мои мысли снова и снова возвращались к этой теме.

Любит ли меня Саша? В последнее время в моей душе поселилось сомнение. Я ругала себя за это, но здравый смысл призывал смотреть на факты.

Может ли любящий человек изменять? До встречи с Сашей я однозначно ответила бы “нет", но любовь к нему заставила меня пересмотреть мои принципы. Я научилась мириться с его изменами. Это было больно, я рыдала в подушку, когда он не ночевал дома, но все равно прощала.

Может ли человек причинять боль своему любимому? Я задумчиво дотронулась до того места, где были синяки и покачала головой. Никогда не смирюсь с дурацкой поговоркой – бьет, значит, любит.

И в конце концов, самое главное, должен ли человек жертвовать своим счастьем ради счастья любимого? Этот вопрос даже не подлежал обсуждению.

Ради счастья Саши, ради его возможности иметь семью и детей я отпустила его, ушла в сторону. Когда он с виновато опущенной головой сказал мне о том, что Алена беременна и спросил что делать я раздумывала меньше секунды.

Было очень больно, слова застревали в горле, но я сказала Саше, что он должен жениться на ней.

А как поступил Саша? Вчера, когда он подумал, что у меня отношения со Славой, он будто взбесился. Он кричал, что я принадлежу ему и он никому меня не отдаст. Это любовь?

Люби он меня по-настоящему он давно сказал бы мне, чтобы я хотя бы попыталась устроить свою жизнь, и будь у меня действительно отношения со Славой или еще с кем-то, он скрепя сердце, отпустил бы меня. Ради моего счастья.

К тому же его недоверие. Как он мог подозревать меня в измене? Да, когда я назвала во сне имя Славы это был весомый повод для ревности, но еще раньше! До этого я не давала ни малейшего повода, но он все равно ревновал меня к Славе.

Четыре пункта. Четыре пункта, говорящие о том, что Саша не любит меня.

Господи, о чем я вообще думаю? Я обхватила голову руками. Я схожу с ума.

Любит, не любит, разве это важно теперь? Поскорее закончить это разговор и уехать домой. Вряд ли я останусь работать в компании. Слишком тяжело для нас обоих. Хотя, все равно нам придется видеться. Я не собиралась оставлять Алену с ребенком. Она нуждается во мне, в моей поддержке. Остается надеяться, что Саша будет много времени проводить на работе и мы практически не будем пересекаться.

Ну, что ж, кажется все решила. Пора. Я расплатилась и вышла из кафе. Сев в машину, я сделала глубокий вдох и надавила на газ.

Я вошла в кабинет Саши как всегда, без предупреждения. Саша читал какие-то документы. Вскинув голову и увидев меня, он отбросил их в сторону и, вскочив, подошел ко мне.

– Аня, что случилось? – взволнованно спросил он.

Не знаю что в этот момент он увидел на моём лице, но мое волнение мгновенно передалось ему.

– Аня?

Саша бережно взял меня под руку и усадил на диван. Пока он наливал воду в стакан я мучительно подыскивала нужные слова.

– Выпей, – сказал Саша протягивая мне воду.

В его голосе была такая нежность и забота, что у меня ком застрял в горле. Как я могла хоть на секунду усомниться в том, что он меня любит? Разве он не переживает за меня, разве эти прекрасные голубые глаза не смотрят на меня с любовью? Просто, мне было удобнее думать так. Если он не любит меня, то проще начать разговор. Но в моей жизни никогда ничего не было просто.

– Что случилось? – мягко спросил Саша, когда я допила всю воду, желая как можно дольше отодвинуть объяснение.

Что ж, дальше тянуть нельзя. Удачи, Анна…

– Саша, я хочу сказать тебе кое-что, – начала я, опустив голову. Если я буду смотреть ему в глаза я не смогу. Я и так знала Сашу настолько, что могла угадать каждую эмоцию, отражающуюся на его лице. Вот сейчас он нахмурился.

– Вчера у меня была Алена, она догадывается, что ты ей изменяешь.

Я не собиралась говорить этого и сейчас досадовала на себя. Зачем впутывать сюда Алену? Это касается только нас двоих.

– Саша, я приняла решение, нам нужно расстаться!

Я почти выкрикнула это, желая поскорее закончить, словно слова жгли мне горло. Впервые в жизни я чувствовала себя так плохо. Свадьба Саши была развлечением по сравнению с этим испытанием.

Я все еще не решалась поднять голову и посмотреть на Сашу. Он сидел молча. Что он сейчас чувствует? Боль, опустошение, отчаяние…

В моей душе все эмоции перемешались и образовали пустоту. Я думала, что разрыдаюсь, но слез не было. Не было ничего. Даже меня словно не существовало.

Но почему молчит Саша?

– Это из-за Алены? – наконец сказал он хриплым голосом. – Что она сказала тебе?

Значит, я не ошиблась и ему действительно сейчас больно.

– Алена здесь ни при чем, – устало сказала я. – Я решила это до нее.

Саша невесело усмехнулся.

– Интересно, когда же? Сразу после той ночи, что мы провели?

Я поежилась. Мне было стыдно за эту ночь и любое напоминание было мучительным.

– Значит, я был прав и ты со Славой…

– Нет! – я резко вскинула голову. – Нет! Ничего подобного! Я уже говорила тебе. Пожалуйста, не начинай снова.

– Да, что тут начинать, Аня?

Саша вскочил и начал ходить по кабинету.

– Все ведь было прекрасно и мы наконец-то смогли быть вместе, могли найти решение…

– Что? Найти решение? – потрясенно спросила я. Мне не верилось, что Саша это сказал.– Ты называешь это решением? Просто стать твоей любовницей!

– Нюта, ты же знаешь, что я люблю тебя! – сказал Саша, видимо решив, что это сильный аргумент.

Я поморщилась. Ненавижу когда он так меня называет, а Саша никак не может это запомнить.

– Я тоже люблю тебя, но пойми, я так не могу! – этот разговор все больше утомлял меня и я не желала ничего иного, кроме как поскорее закончить его и напиться до потери сознания, плюнувши на все обещания Славе.

Саша обхватил голову руками и уставился в окно. Несколько минут мы оба молчали. Видно было, что Саша что-то обдумывает, я же не думала ни о чем, я так устала от этой ситуации за последние месяцы, что мыслей не было. Да и о чем здесь можно думать? Я все решила. Так будет лучше для всех.

Вдруг Саша резко развернулся.

– Хорошо, возможно, ты и права, – неожиданно сказал он.– Мы слишком устали. Нам просто нужно время.

О чем он? Какое время, для чего? Я не стала задавать это вопросы, чтобы не затягивать разговор.

Я кивнула и поднялась.

– Заявление я напишу завтра, сегодня у меня нет сил, – устало сказала я.

– Какое заявление? – подозрительно спросил Саша.

– На увольнение, – будничным тоном произнесла я, уже представляя, что за этим последует новая буря.

Саша снова стал кричать и метаться по кабинету. У меня зарябило в глазах и я снова опустилась на диван.

– Аня, ты в своему уме? – кричал Саша. – Какое увольнение? Мы вместе поднимали этот банк, ты вложила сюда столько сил. Ты думаешь, я не знаю, что он существует только благодаря тебе? Если бы я был один, то банк давно бы рухнул.

Я изумленно посмотрела на Сашу. Так он знал? Я столько лет старалась поддерживать в нем иллюзию его гениальности, я всегда старалась повернуть все так, что все важные решения исходили будто от него. Выходит, это не очень-то мне удалось.

Саша закончил кричать и, переведя дух, сменил тактику. Он подошел и сел рядом. Взяв меня за руки, он заглянул мне в глаза.

– Анна, прошу, – начал он медовым голосом, перед которым я никогда не могла устоять, – не уходи. Я не справлюсь без тебя. Все, что хочешь, любые твои условия… Хочешь быть друзьями – будем, только не оставляй меня здесь одного, – почти умолял он.

Честно говоря, меня немного удивила его реакция. Он реагировал сильнее, чем когда я сказала, что между нами все кончено. Я решила спросить его об этом. Ответ Саши меня поразил.

– Просто я знаю, что мы все равно будем вместе, – пожав плечами сказал он. – У тебя очередной бзик и мне просто нужно подождать, когда он пройдет. И глупо из-за этого увольняться.

Я была поражена. Саша считает меня капризной истеричкой! Как плохо он меня знает! Это было немного обидно. За одиннадцать лет я изучила все его привычки, я замечала самые незначительные перемены в его настроении, а он не мог запомнить элементарных вещей обо мне.

Он не мог запомнить, что я ненавижу, когда меня называют Нютой. Он не мог запомнить, что мои любимые цветы тюльпаны, а не розы, которые он мне всегда дарил. Он не мог запомнить, что кофе я предпочитаю с молоком и обожаю сладкое.

– Ты останешься? – с надеждой спросил Саша.

“Уходя – уходи, Анна!” – настойчиво твердило мое подсознание. Я не держалась за эту работу. Да, я стала классным специалистом в банковском деле, я столько лет отдала этому банку и, хотя у меня всегда присутствовал азарт, внутри все же жило ощущение, что это не мое и недавний разговор со Славой о том, кем я хотела стать разжег почти угасшие искры. Мне опротивели эти цифры, счета, трансферы, но глядя сейчас на Сашу я не могла просто развернуться и уйти. Он казался таким беспомощным и я знала, что он прав, он не справится без меня.

Снова я думала не о себе. Похоже, это входит у меня в привычку или уже давно вошло, но я не могу поступить иначе.

– Хорошо, я останусь, – сказала я, – но только предупреждаю, не делай никаких попыток вернуть меня, мы просто друзья.

14

Разговор с Сашей отнял все мои силы и я решила поехать домой. По дороге я купила бутылку виски, несмотря на отчаянные протесты моей совести.

Разорвав отношения с Сашей, я решила больше не встречаться со Славой, чтобы Саша не думал, что я рассталась с ним из-за него. Глупо, конечно, какое мне теперь дело что Саша думает обо мне, моя личная жизнь его не касается, но мне это было важно. Важно было достойно закончить эти отношения. Я не хотела новых упреков и обвинений Саши, которые, я знала, обязательно последуют если он узнает о дружбе со Славой.

Поэтому, наливая виски в стакан, я почти не испытывала угрызений совести по поводу того, что я нарушаю данное Славе обещание. Была только горечь и грусть.

Мне нравилось наше общение со Славой, он определенно положительно влиял на меня, благодаря ему я почти два месяца не притрагивалась к спиртному, поэтому мне и было грустно. Но, разве это первая жертва?

К вечеру бутылка почти опустела, но боль все не утихала. Подстрекаемая каким-то невероятным чувством мазохизма, я нашла альбом с фотографиями и принялась их рассматривать.

На всех снимках мы с Сашей были такими беззаботными и счастливыми, что у меня на глазах навернулись слезы.

Было полное ощущение, что я не просто рассталась с любимым человеком, а словно похоронила его. Думали ли мы тогда, одиннадцать лет назад, встретившись в фойе университета что нас ожидает? А если бы знали, прошли бы через все это, ради такого короткого счастья?

Слезы уже буквально душили меня, застилали глаза, скрывая лицо Саши, смотревшего на меня со снимков.

Смогу ли я когда-нибудь оправиться, смогу ли стать счастливой? С этими мыслями я уснула на своей кровати среди разбросанных фотографий, немых свидетелей моего потерянного счастья.

Утром меня разбудил звонок телефона. Я посмотрела на часы. Было уже девять. Голова раскалывалась на части. Я вспомнила все произошедшее вчера и захотела снова уснуть, но телефон продолжал настойчиво трезвонить.

– Кому это неймется в такую рань? – заворчала я, прекрасно осознавая, что в эту “рань" я уже должна быть на работе.

Я ответила не глядя не номер о чем тут же пожалела.

В трубке раздался знакомый голос.

– Анна, здравствуй. Я только что прилетел.

Я с трудом удержалась, чтобы не застонать. Знай я, что это Слава, то не взяла бы трубку. Но теперь отключиться было бы слишком грубо.

– Привет, – хрипло сказала я, надеясь, что Слава не услышит перемен в моём голосе.

Напрасно, Слава сразу же все понял.

– Ты опять пила? – с горечью спросил он.

Мне стало немного стыдно перед ним, я ведь обещала, к тому же, это было нужно мне, а не ему. Несмотря на это, моя бунтарская натура взяла верх и я перешла в наступление.

– Это не твоё дело. Моя жизнь – это моя жизнь и не надо в неё лезть! – отрезала я.

Грубо? Ну, и пусть! Так даже лучше, разругаться со Славой сейчас, чтобы не придумывать потом кучу мучительных слов.

Но мой план был разбит вдребезги о бесконечное самообладание Славы.

Он молча выслушал меня и, когда я закончила говорить, спросил:

– Что снова случилось?

Мой запас мигом иссяк. В его голосе как всегда слышались искренняя забота и участие. В такие минуты я чувствовала себя маленькой девочкой, которая хочет забраться на колени и пожаловаться на свои невзгоды.

Всхлипнув, я тихо сказала:

– Я рассталась с ним.

– Но, разве вы не давно расстались? – неуверенно спросил Слава после секундного замешательства. – Или ты говоришь о ком-то другом?

– Нет, я говорю именно о нем, – сказала я. – Дело в том, что, да, мы расстались давно, но сейчас все… все кончено. Навсегда.

Я с трудом удержалась, чтобы не разрыдаться, хотя знала, что Слава поймет меня. Невольно он стал поверенным моего сердца, я многое рассказала ему об отношениях с Сашей, разумеется, не называя имен и скрывая те подробности по которым он мог бы догадаться.

– Тебе очень плохо? – тихо спросил Слава.

– Не знаю, – честно сказала я. – В последнее время я не знаю другого состояния. Сегодня мне плохо, завтра – еще хуже… Я не понимаю, что такое “очень плохо"! Я ощущаю только одиночество.

– Хочешь, я приеду?

Я отрицательно покачала головой и только потом спохватилась, что Слава меня не видит.

– Не сейчас, – выдавила я из себя. – Не сейчас.

Отключившись я почувствовала себя еще более разбитой, чем до звонка Славы. Мне очень хотелось бы чтобы он был рядом, я знала, что мне стало бы легче, но принятое решение не позволило мне согласиться.

У меня сильнее разболелась голова и я подумала, что глоток виски мне сейчас очень бы помог. Раньше меня не мучило такое похмелье по утрам и я всегда обходилась чашкой крепкого кофе, но не сегодня.

Поздравляю, дорогая, похоже ты превращаешься в законченную алкоголичку!

Я позвонила на работу и сказала, что не приду сегодня. Саше я отправила сообщение, что мне нужно время прийти в себя.

Что ж, осталось придумать чем занять этот день. Сперва я собрала разбросанные фотографии и решила немного прибраться, но все валилось у меня из рук и уборка в который раз отложилась на потом.

Побродив по квартире я остановилась перед одной дверью. Саша всегда шутил, что это комната Синей Бороды, потому что она всегда была заперта и даже он не знал, что там находится. Это был мой маленький секрет.

Я отыскала ключ и вошла. Меня сразу обдало запахом, присущим только мастерским художников. И это была моя мастерская. Вопреки воле родителей я не забросила занятия в художественной школе и достигла неплохих результатов. У меня в квартире даже висело пару моих работ, правда никто не знал, что они мои, но все находили их очень интересными.

Эта комната была гораздо светлее всей остальной квартиры, но здесь царил жуткий беспорядок. Наброски, эскизы, краски, холсты, кисти…

Но я всегда находила здесь утешение, даже просто находясь здесь пару минут. Вот и сейчас я совершенно не чувствовала в себе сил что-то рисовать, но мне нужно было успокоиться и прийти в себя. Я потрогала кисти, перебралась наброски и, с сожалением вздохнув, вышла и снова заперла дверь.

Дальше время потекло томительно долго. Чтобы чем-то занять себя я позвонила своей помощнице Дарье и попросила, чтобы она прислала мне на почту кое-какие документы, с которыми я могла поработать дома.

Это заняло мои мысли до самого вечера, но с наступлением сумерек я снова почувствовала удушающее чувство одиночества.

Мне захотелось, чтобы кто-то был рядом, ну, или, хотя бы позвонить кому-то. Я просмотрела список контактов.

Может, позвонить Алене? Нет, это бредовая идея! Не хватало еще жаловаться ей, что я страдаю от разлуки с ее мужем!

Мама? Когда я последний раз звонила ей? Я силилась вспомнить. Кажется, это было недели три назад, да, я поздравляла их с папой с каким-то праздником, на что мама сказала мне, что она спешит и что мы обязательно поговорим в следующий раз.

Было немного обидно, учитывая, что до этого мы созванивались еще до Сашиной свадьбы.

Значит, мама тоже отменяется. Кто остается? Слава.

Я занесла палец, чтобы позвонить ему.

«Анна, остановись! – приказала я себе. – Не впутывай его больше в твои проблемы. Да, тебе тяжело, но если ты нашла в себе силы отказаться от Саши, то отказаться от Славы не составит для тебя труда.»

Я со вздохом отложила телефон. Значит и сегодняшний вечер мне предстоит коротать в компании со своей болью. Эх, жаль, что виски закончился!

Я подошла к окну и распахнула его. В квартире было душно и я с удовольствием вдохнула ворвавшийся свежий воздух, если конечно, воздух в Москве можно назвать свежим.

Ветер приятно холодил кожу и я чуть высунулась из окна. Я всегда боялась высоты, но сейчас, глядя вниз, у меня не было страха, была только мысль о том, что один шаг и все мои мучения закончатся. Впервые мне в голову пришла мысль о самоубийстве.

Это было жутко и я отпрянула от окна.

Как глупо! Я нервно рассмеялась. Надо меньше пить!

А, может, это все-таки выход? Я покосилась на окно, но тут же отогнала эти мысли, встряхнув головой и закрыла окно.

Я посмотрела на часы. Только восемь. Еще столько времени до утра, когда можно пойти на работу и быть среди людей!

Как же я не хочу сейчас оставаться одной! Почему я сказала Славе не приезжать? А как бы я хотела, чтобы он оказался здесь! Пожалуйста!

Я закрыла глаза и обратилась сама не знаю к кому.

– Пожалуйста, пусть Слава приедет!

Буквально через секунду раздался звонок в дверь.

Я разинула рот. Неужели, сработало? Да нет, не может быть! Наверняка, это кто-то из тех, кто впаривает чудо-пылесосы или суперфильтры, но проверить все же стоит, хотя бы для того, чтобы успокоиться.

Не описать моего изумления когда открыв дверь, я увидела Славу. Он был как всегда безумно красив и я невольно залюбовалась.

– Привет. – сказал он мягким, бархатным голосом. – Ты просила не приезжать, но я подумал, что…

– Ты правильно подумал, – перебила его я. – Спасибо, что приехал.

Слава слегка нахмурился.

– Тебя снова надо спасать.

Я пожала плечами и посторонилась, позволяя ему войти. Только сейчас я заметила, что в руках у Славы была закрытая корзинка с бантом. По его наличию я догадалась, что это подарок.

Внутри сразу же проснулась маленькая девочка, визжащая от восторга. Я обожала подарки. Неважно, что именно мне дарили, мне нравилось само ощущение, волнение, когда ты вскрываешь упаковку…

– Это мне? – робко спросила я, кивнув на корзинку.

– Да, тебе. – Слава улыбнулся и хитро прищурился. – Идем на кухню и там я тебе его вручу.

На кухню?

– Только не говори, что там что-то съестное!– сказала я и, развернувшись, вприпрыжку поскакала в сторону кухни.

Я услышала как Слава рассмеялся.

– Нет, но там есть кое-кто, кому съестное не помешало бы.

Я не успела ничего сообразить, как Слава протянул мне корзинку. Я с волнением открыла ее и…

– Боже! – вскрикнула я.

Из корзинки показалась пушистая рыжая мордочка и ее обладатель при виде меня громко мяукнул.

Я буквально завизжала от восторга.

Выхватив котенка из корзинки, я прижала его к себе.

– Какой он маленький!– щебетала я. – Какой хорошенький! Слава, посмотри, правда он прелесть? – я сунула котенка Славе под нос.

Я была в таком восторге, что не замечала, что веду себя глупо. В конце концов, мне не пять лет. Но котенок…

– Знаешь, по-моему его нужно покормить, – сказал Слава.

Я спохватилась и поспешила к холодильнику, кажется, у меня было молоко.

– Наверное, надо подогреть? – спросила я.

– Конечно.

Я налила молоко в миску и поставила в микроволновку.

Через минуту котенок с удовольствием пил молоко, при этом громко урча.

Я сидела на полу, скрестив ноги по-турецки и наблюдала за ним.

– Знаешь, я всегда мечтала иметь кошку или собаку, – призналась я.

– Почему же до сих пор не завела?– тихо спросил Слава. Он тоже сидел на полу рядом со мной и я, ощущая его присутствие, уже не чувствовала себя такой несчастной.

– Родители были против, а потом… Не знаю, как-то не получилось.

“Говори прямо! – вмешалось мое подсознание. – Потом ты не завела домашнего питомца потому, что Саша их терпеть не может.”

– Ты утром сказала, что тебе одиноко, вот я и решил… – словно извиняясь сказал Слава.

– Ты правильно решил, как всегда. – я улыбнулась. – Спасибо. Он прелесть.

Котенок к этому моменту выпил все молоко и, забравшись ко мне на колени заснул.

– Ты уже решила, как его назовешь? – спросил Слава.

Я перебралась в памяти все кошачьи имена. Какое же подходит этому чуду? Я внимательно посмотрела на него и вдруг в памяти всплыл один эпизод.

– Я назову его Семен, – заявила я.

– Почему Семен? – удивился Слава. – Почему не Рыжик, или что-то подобное?

– Не-ет, Рыжик это банально. А Семен потому, что в моём детстве у нас во дворе жила противная старуха, которая ненавидела детей и когда мы играли во дворе она жутко злилась и все время пугала нас. Она говорила: “Придет рыжий Семен и заберет вас!"

Слава засмеялся.

– Ну, Семен, значит – Семен.

Котенок приоткрыл один глаз и громко мяукнул, словно соглашаясь с только что присвоенным ему именем.

Я рассмеялась и ласково потрепала его.

Когда я подняла голову, то увидела как Слава завороженно смотрит на меня. Он тут же встряхнул головой и принял обычный сдержанный вид.

Но меня трудно провести.

– Почему ты так на меня смотрел? – я почти требовала ответа.

Слава немного помолчал, наверняка придумывая ответ. Я предпочла бы, чтобы он ответил сразу, тогда, наверняка я узнала бы правду.

– Просто я впервые вижу тебя такой счастливой и слышу твой смех, – наконец сказал он и это было настолько искренне, что я не могла не поверить.

Я смутилась сама не знаю почему. Все это разговоры в последнее время о моих якобы отношениях со Славой как-то странно повлияли на меня. Мне и раньше нравился Слава, но сейчас… Сидя рядом с ним и касаясь его плечом я ощущала непонятное волнение и это беспокоило меня. Раньше мне было с ним хорошо и спокойно, теперь мне с ним было просто хорошо.

Чтобы отвлечься от мыслей о том, как близко мы находимся я поднялась с пола.

– Завтра надо отвезти Семена в ветклинику, – деловито сказала я.

Слава тоже поднялся. Чтобы не стоять рядом с ним я прошла и села на диван.

– Думаю, у него есть все необходимые прививки, – сказал Слава. – По крайней мере, в зоомагазине меня в этом заверили.

Я передернула плечами.

– Мало ли. К тому же, мне нужно узнать, что нужно купить для Семена, я ведь никогда не имела дело с кошками.

Я погладила пушистый комочек, свернувшийся у меня на коленях.

Слава подошел и тоже устроился на диване, к счастью чуть поодаль от меня. Возможно, он чувствовал мой дискомфорт.

– Хорошо, давай завтра вместе поедем, – предложил он.

Я удивленно посмотрела на него. Чего он так возится со мной? Приезжает по первому требованию, спасает от одиночества, подарив котенка, а теперь еще хочет поехать к ветеринару.

“Ох, неспроста все это, Анька, неспроста!” – подало голос мое подсознание.

Я шикнула на него. Этого мне еще не хватало! Достаточно одной любовной драмы в моей жизни. Я хочу, чтобы Слава оставался моим другом, без него я пропаду.

Но дистанцию все же стоит соблюдать. Что мне ему ответить? Я не нашла ничего лучше, чем спросить:

– Но у тебя ведь завтра последний выходной?

Слава кивнул. Это несколько воодушевило меня. Возможно, удастся отговорить его, найдя вполне подходящую причину.

– Тогда, думаю, тебе стоит отдохнуть. Я сама справлюсь. Ты и так много делаешь для меня. Мне неловко, что я отнимаю твое время.

– Все нормально, – ответил Слава. – Мне совсем не трудно.

Это означало, что он все же поедет со мной. Я подавила вздох. Если бы я продолжила возражать, это выглядело бы так, словно я пытаюсь отделаться от него.

“А разве нет?” – высунулось мое подсознание.

– На время!– мысленно ответила я.

Провожая Славу до двери, я думала о том, что еще утром собиралась больше не встречаться с ним, а сейчас договариваюсь с ним о том, во сколько он заедет за мной.

– С утра тебе удобно? Хочу успеть до работы, я и так забросила дела. Удивляюсь, как меня еще не уволили!

– Хорошо, я заеду за тобой.

15

Утром я проснулась от странного ощущения, будто что-то давило на мои ноги, несильно, но все же. Вдруг, тяжесть медленно начала перемещаться вверх. Сон как рукой сняло, я резко вскочила, ледянея от страха, но тут же рассмеялась. Это был Семен.

– Доброе утро! – поздоровалась я. – Удобно устроился?

Семен посмотрел на меня своими огромными глазищами.

– Ты голодный? Пойдем завтракать.

Я выбралась из постели и направилась на кухню.

Подогрев Семену молоко и сварив для себя кофе, я бросила взгляд на часы. Слава должен заехать в половине девятого, сейчас только семь. Не будь Семена, пожалуй, так рано я бы не проснулась.

“Не будь Семена, Слава бы не заехал сегодня, вряд ли вы бы с ним поехали в ветклинику!” – мое подсознание тоже проснулось.

Приняв душ и высушив волосы, я открыла гардеробную решая, что надеть. Остановив свой выбор на юбке-карандаш и белой блузке, я осталась вполне довольна.

Визит к ветеринару продлился недолго. Как Слава и сказал, у Семена были все необходимые прививки. Я узнала чем его нужно кормить и как часто приводить на осмотр.

Когда мы вышли из ветклиники Слава пошутил:

– Ты так беспокоишься о нем, словно о ребенке.

Если бы он знал какую больную для меня тему он сейчас затронул! Я постаралась выдавить улыбку.

– Слава, с моей стороны будет большой наглостью попросить тебя отвезти Семена домой?

“Еще какой наглостью!” – проснулась моя совесть. Что-то часто в последнее время она начала подавать голос.

– Конечно, – сразу же отозвался Слава.

Разве могло быть иначе? Я с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза.

– Почему ты это делаешь? – не удержалась и спросила я. Конечно, я была рада, что он помогает мне, но я хотела знать мотивы.

Слава не раздумывал ни секунды.

– Ну, кажется, я с самого начала стал твоим героем и должен до конца нести это бремя.

Теперь я улыбнулась по-настоящему.

– Держи ключи.

Когда Слава забирал у меня ключи, наши руки соприкоснулись и я почувствовала как разряд пробежал по всему телу. Что это?

Я посмотрела на Славу, он тоже был явно смущен, я не видела его таким раньше.

Впрочем, это длилось недолго и спустя секунду передо мной стоял привычный сдержанный Слава.

– Я завезу их тебе на работу.

Я кивнула. В тот момент я не могла даже представить чем это обернется.

Саша сдержал обещание и наше общение ограничилось коротким утренним совещанием после которого я ускользнула в свой кабинет. За несколько дней скопилось много дел и я погрузилась в изучение бумаг.

Ближе к обеду я почувствовала себя уставшей. Чтобы продолжить работать дальше мне было просто необходимо выпить кофе. Я решила сходить в кафе за углом, там был прекрасный кофе и вдобавок там были потрясающе вкусные пирожные.

Проскользнув к лифту так, что меня никто не заметил я, довольная собой и даже тихонько напевая что-то себе под нос, спустилась вниз и направилась в кафе.

По дороге я все время вспоминала то, что произошло утром, а именно мою реакцию на прикосновение Славы. Но больше всего меня удивляла его реакция, его замешательство. Почему?

Нет, отбросив ложную скромность, которая украшает только тех, кому больше нечего показать, я прекрасно осознавала, что я достаточно привлекательна и могу нравиться мужчинам. Хотя, что значит могу? Я нравлюсь, так правильнее. Но Слава…

“А разве он с другой планеты?” – ехидно вмешалось в ход моих мыслей мое подсознание.

В этот раз я была с ним полностью согласна. Слава был хоть и необычным, но все-таки мужчиной, и мысль, что я могу ему нравиться была волнительна и вместе с тем немного пугала.

Будь на его месте другой мужчина, я бы позволила себе легкий флирт, но Слава был слишком дорог для меня, он стал слишком важной частью моей жизни, он поддерживал меня, заботился, спасал…

Тат, так, так… Стой, Анна! Как ты до сих пор не поняла, что он любит тебя? Разве станет мужчина так себя вести по отношению к женщине, которая для него ничего не значит? Почему ты раньше не задалась этим вопросом?

Впрочем, задавалась и не раз, только я всегда отмахивалась, обещая подумать об этом потом.

Так неужели Слава действительно любит меня? Я задумчиво перемешивала уже остывший кофе, к которому я так и не притронулась. У меня голова шла кругом. Что теперь делать? Как себя вести со Славой?

Но, самый главный вопрос, который я старалась задвинуть куда-нибудь подальше все же постоянно вмешивался в мои мысли.

А что чувствую я?

Так и не сумев разобраться в своих чувствах, я вернулась в офис, надеясь, что работа отвлечет меня.

Все мои надежды рухнули, когда поднявшись на этаж и выйдя из лифта, я увидела широкую спину мужчины, о чем-то беседующим со Светланой.

Это был Слава. Я почувствовала как у меня подкашиваются ноги. Такое со мной было впервые, и ведь я еще толком не знала, это только мои догадки, а что если на самом деле все не так, ведь я сама говорила, что Слава необычный. Что, если такое обращение для него в порядке вещей?

Испытаю ли я облегчение?

Слава что-то сказал и Светлана улыбнулась и стрельнула глазками. Внутри тут же поднялась волна, мне захотелось подойти и выцарапать эти ее глазки.

Ну, вот ты и ответила на свой вопрос! Ты ревнуешь, Анна!

Ничего подобного! – Я покачала головой. – Я просто забочусь о друге и Светлана ему не пара!

Разозлившись на саму себя, я шагнула в приемную. Увидев меня, Светлана приняла деловой вид.

Слава обернулся и я увидела как радостно вспыхнули его глаза при виде меня. Это успокоило меня. Уверена, что на Светлану он так не смотрел.

И я вовсе не ревную.

– Я привез тебе ключи.

От звука его голоса у меня перехватило дыхание. Я судорожно сглотнула и кивнула, чувствуя себя круглой идиоткой.

Слава нахмурился и пристально посмотрел на меня. О, Боже, только не это!

– С тобой все в порядке?

Этот вопрос помог мне прийти в себя. Я усмехнулась и закатила глаза.

– Скажи лучше, как там Семен?

– В порядке, я покормил его и он уснул.

Краем глаза я заметила, что Светлана недоуменно переводит взгляд с меня на Славу.

Да, пусть знает, что у нас много общего. Я взяла Славу за рукав.

– Может зайдешь? Выпьем кофе.

Даже сквозь ткань рубашки я почувствовала как Слава напрягся. Я сразу же убрала руку к немалому удовольствию Светланы.

– В другой раз, – вежливо отказался Слава.

Светлана ухмыльнулась и мне захотелось влепить ей пощечину. Если бы я была точно уверена в чувствах Славы, то повернулась бы к ней и сказала, чтобы она закатала губу, что ей ничего не светит, этот мужчина мой!

Пока я предавалась мечтам, Слава протянул мне ключи. В этот раз я намерено постаралась, чтобы наши руки соприкоснулись и снова почувствовала как по венам пробежал ток.

Я вздрогнула и выронила ключи, но это была не реакция на прикосновение Славы. В дверях своего кабинета стоял Саша и смотрел на нас широко распахнутыми глазами.

Черт! Только вчера я убеждала его, что между мной и Славой ничего нет.

“Так, вроде бы и вправду ничего нет!” – вставило мое подсознание.

Только в глазах Саши все по-другому. Как объяснить ему?

Я чуть не рассмеялась от этих мыслей. С недавних пор я свободная женщина, которая вольна строить свою личную жизнь и которая не обязана ни перед кем отчитываться и оправдываться. Вот только привычка – вторая натура и я уже мысленно начала готовить оправдательную речь.

Слава же тем временем поднял ключи и протянул мне, при этом как всегда он был потрясающе грациозен, не будь ситуация такой напряженной я бы углубилась в это.

Я продолжала смотреть на Сашу, и Слава, заметив мой взгляд, обернулся.

Увидев Сашу, он шагнул к нему.

– Привет, – сказал он, протягивая руку.

– Какими судьбами? – спросил Саша, пожимая протянутую руку.

Внешне не было никаких признаков ревности, но я слишком хорошо знала его.

– Я привез Анне ключи.

Да чтоб тебя! Неужели не мог сказать, что просто заехал?

Я натянуто улыбнулась, словно ситуация была самой обыденной. В самом деле, что такого, если мужчина привозит тебе ключи от твоей квартиры?

– Я просила Славу отвезти Семена домой, – попыталась объяснить я.

Саша недоуменно нахмурился. Конечно, он ведь ничего не знает о моём питомце.

– Семён – это котенок, – пояснил Слава прежде, чем я успела раскрыть рот.

– Ты завела кота? – брезгливо поморщился Саша.

Мне это не понравилось. Если ты не любишь кошек, это еще не значит, что ты можешь говорить о моём котенке в таком тоне.

– Да, мне его подарил Слава, – с вызовом сказала я.

Саша понимающе кивнул. Я видела, что его переполняет ярость, которая вот-вот хлынет через край. Чтобы не допустить этого, по крайней мере при Славе, я поспешила сгладить ситуацию.

– Слава, еще раз спасибо и извини, у меня много работы.

Достаточно вежливо и в то же время видна дистанция.

– Хорошо, увидимся.

Неожиданно Слава наклонился ко мне и коснулся губами моей щеки. Я увидела, что глаза Саши полезли на лоб, но, держу пари, его реакция ни шла ни в какое сравнение с моей.

Я была настолько удивлена тем, что Слава это сделал, что даже не верила. А вдруг это все мне показалось? Впрочем, одного взгляда на Сашу было достаточно, чтобы поверить в реальность происходящего.

Но самым удивительным было то, что мое тело вдруг стало словно не моим, я не чувствовала ни рук, ни ног, я не ощущала пола под ногами, осталось только ощущение от прикосновения губ Славы, щека все еще горела.

“Ты раньше определенно не испытывала ничего подобного,” – заметило мое подсознание. Что ж, оно было право. Даже когда меня целовал Саша все было по-другому.

Тем временем Слава направился к лифту. Я ошарашенно смотрела ему вслед пока двери лифта не скрыли его от меня. Я сразу вернулась с небес на землю, где мне предстоял непростой разговор. Я как можно медленнее обернулась и встретилась с колючим взглядом Саши. Он смотрел на меня чуть сузив глаза – признак взвинченности.

Готова ли я сейчас к серьёзному разговору? Однозначно, нет.

– Ну, что ж, я пойду, у меня много дел, – скороговоркой выпалила я и прошмыгнула в свой кабинет.

У меня была слабая надежда на успех, но она растаяла ровно через пять секунд, когда следом за мной влетел Саша.

Он был похож на ураган, я впервые видела его таким взбешенным, даже в прошлый раз, когда он оставил синяки на руках, которые, кстати до сих пор не прошли, он не был таким.

Сейчас я по-настоящему испугалась его.

– Ты врала мне! – накинулся он на меня.

Я вжалась в стену и закрыла глаза. Единственное, чего мне сейчас хотелось, оказаться не здесь, быть как можно дальше и чтобы рядом был Слава, удивительно, но в этой ситуации я могла думать о нем. Что поделаешь если рядом с ним я чувствовала себя в безопасности.

– Ты врала мне! Ты спишь с ним! – орал Саша.

Еще неделю назад я стала бы успокаивать его, уверять, что это не так, но сейчас мне было странно безразлично, возможно я просто устала оправдываться.

Саша продолжал кричать, а я устало молчала, ожидая когда это наконец закончится.

Видя такую мою реакцию Саша опешил. Для него это тоже было непривычно.

– Почему ты молчишь?– удивленно спросил он.

– Мне нечего сказать,– пожала плечами я.

– Нечего сказать в свое оправдание? – злорадно спросил он.

– Мне не в чем оправдываться, это моя жизнь и тебя она не касается.

Я оттолкнула Сашу и пройдя через весь кабинет опустилась в кресло. Саша следил за мной изумленно.

– Аня, я не узнаю тебя! – воскликнул он.

Я промолчала. Подвинув к себе папки с документами, я дала понять, что разговор окончен, но Саша не спешил уходить.

– Что-то еще? – раздраженно спросила я не отрываясь от бумаг.

– Ты не можешь так со мной поступить! – прошептал Саша.

Я подняла глаза и увидела его умоляющий взгляд. У меня заныло сердце. Я пока не могла разобраться, что я чувствую к нему, но все же нас связывает очень многое и он дорог мне…

Нет, Анна, так дальше не может продолжаться! Он будет давить на жалость, ты будешь жалеть его и этот ад никогда не закончится. Если ставить точку, то сейчас самый удачный момент.

– Ты же смог. – мой голос прозвучал жестко, как раз то, что надо. – Я тоже любила тебя, Саша, и мне тоже было больно, но я смирилась и, знаешь, прошло. Я нашла силы жить дальше, со Славой или без, тебя не касается. Единственное, о чем прошу, оставь меня в покое. У тебя есть жена и скоро появится ребенок, обрати внимание на них.

Я видела как больно ему слушать все это, на глазах навернулись слезы, но усилием воли мне удалось загнать их обратно.

– Но, ведь мы любим друг друга.

– Саша, ты обещал! – вскинулась я.

Саша покачал головой.

– Я обещал, а ты говорила, что у вас с ним ничего нет, а сейчас, когда вижу как он смотрит на тебя и ты позволяешь ему себя целовать…

Я хотела возмутиться и уточнить, что поцеловал он меня в щеку, вполне по-дружески, но промолчала.

– Неужели, все это, чтобы отомстить мне?

Я удивленно вскинула брови.

– Ты с ума сошел? Ты не первый год знаешь меня, ты думаешь, я способна на такое?

– Я уже не знаю.

Саша устало прислонился к стене.

– Он нравится тебе?

Я поморщилась. Этот вопрос был личный, к тому же, я сама не знала ответа на него.

– По-твоему он не может нравится? – ответила я вопросом на вопрос.

Я давно привыкла к резким сменам настроения у Саши, но то, что произошло в следующую секунду поразило меня.

Саша резко оттолкнулся от стены и подошел к столу. Перегнувшись так, что наши лица разделяли всего несколько сантиметров и я могла ощущать его дыхание на своей коже, он прошипел:

– Ты думаешь он любит тебя? Черта с два! Он просто хочет отомстить мне!

Это уже походило на бред и я пропустила все мимо ушей.

– Не выдумывай. И оставь меня в покое.

– Ты увидишь! Я докажу тебе!

С этими словами Саша вышел из кабинета так же стремительно, как и ворвался сюда.

Как только дверь за ним шумно закрылась, я положила руки на стол и опустила на них голову. Подумать только, полгода назад я думала, что живу счастливой, размеренной жизнью, в которой все ясно и упорядоченно, думала, что люблю и любима. А что сейчас?

Постоянное выяснение отношений с Сашей и с самой собой. И как ни странно при этой жизни отдушиной для меня стала Алена, моя соперница, да еще, пожалуй, Слава.

Слава…

Я схватила телефон. Мне нужно сейчас же выяснить один важный вопрос.

Я быстро набрала сообщение.

“Почему ты это сделал?”

Через минуту пришел ответ.

“Что именно?”

Он что, издевается?

“Почему поцеловал?”

“Просто дружеский поцелуй. Мы же друзья?”

Он точно издевается! Я злилась все больше и больше еще и потому, что для него похоже, этот поцелуй не значил ничего, в то время как я и сейчас ощущала прикосновение его губ.

“Мы и раньше были друзьями, но почему-то только сегодня ты решил поцеловать меня, именно тогда, когда рядом был Саша!!!”

Прежде, чем я успела сообразить что я написала, я нажала “отправить” и только теперь в ужасе уставилась на телефон.

Несколько раз перечитав сообщение, я надеялась, что меня обманывает зрение или, хотя бы, что сообщение по счастливой случайности не дошло, но пришедший от Славы ответ разрушил мои надежды.

“При чем здесь Саша?”

Что мне теперь делать? Дура ты, Анька, какая же ты дура! Мне нужно время, чтобы придумать ответ.

Быстро набираю сообщение.

“Потом объясню. Много дел. Извини.”

Отключив телефон, я со злостью швырнула его на стол. У меня есть время до вчера, но что я могу придумать?

В голове крутилась только одна фраза:

“Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу!”

Может стоит рассказать все Славе? Наши отношения станут проще, ну, по крайней мере, для меня, не нужно будет врать и бояться сказать лишнего.

“Ага, давай! – вставило мое подсознание. – Если Слава узнает, начнет тебя презирать, тогда точно тебе не надо будет больше врать ему, потому что ты его больше не увидишь.”

Пожалуй, в этот раз оно право. Я не могу допустить, чтобы Слава узнал о нас с Сашей.

Что же придумать?

16

Вечером, сидя у себя в квартире, я с замиранием сердца ждала прихода Славы. Он не мог ни прийти, я знала. Несмотря на придуманное объяснение я боялась, боялась, что он обязательно узнает правду. Иногда мне казалось, что он может читать мои мысли.

Раздался звонок в дверь и я вздрогнула. Семен, лежавший у меня на коленях, недовольно мяукнул. Положив его на диван, я пошла открывать, как можно медленнее, разумеется.

Слава с неизменной чуть заметной улыбкой и теплым взглядом карих глаз был так привычен, что я сразу же успокоилась. В нем не было и тени беспокойства, так почему же мне волноваться? Конечно же, он поверит мне, иначе и быть не может.

– Знаешь, из твоих сообщений я не совсем понял, ты сердишься, что я поцеловал тебя? Но ведь это был невинный поцелуй, по дружбе.

Я растерялась. Ожидая, что Слава с порога набросится на меня и станет требовать объяснений, я приготовилась выдвинуть свою версию, но Слава и словом не обмолвился о Саше.

– Я… э-э… я не злюсь, – начала мямлить я, – просто, это неожиданно, ты раньше никогда… и вдруг… как раз, когда Саша…

Черт! Второй промах за день. Мне захотелось дать себе затрещину. Ведь был шанс, что Слава забыл про Сашу. Но теперь он непременно захочет узнать.

– При чем здесь Саша я не понимаю?

Слава скрестил руки на груди, приготовясь слушать.

Анна, твой выход! Я расправила плечи и перекинула волосы через плечо. Если врать, то с полной самоотдачей и самозабвенно.

– Понимаешь, Саша обязательно расскажет об этом Алене,– многозначительно сказала я.

Слава нахмурился и пожал плечами. Я вздохнула, делая вид, что удивляюсь, как это он не понимает.

– Мне неловко говорить об этом, но Алёна с Сашей сватают нас с первого дня. Глупости, конечно! – поспешно вставила я. – В общем, Алёна постоянно твердит, что мы хорошая пара и все в таком духе. Бесполезно ее переубеждать, я говорила Саше, но он разделяет ее мнение. Поэтому я и не хотела, чтобы в его присутствии происходило что-то, что могло бы дать новую пищу для этой темы.

Пока я говорила лицо Славы оставалось непроницаемым. Никакой реакции даже когда я говорила о том, что существует слух о наших отношениях. Мог бы возмутиться, на самом деле!

Наконец, он видимо расслабился и кивнул. Я облегченно выдохнула.

– Хочешь кофе? – предложила я.

– Хочу.

То ли оттого, что он сказал это как-то по-особенному, то ли из-за сегодняшнего как мы уже выяснили, дружеского поцелуя, я почувствовала как меня бросило в жар. Господи, Анна, что с тобой?

– Не возражаешь если я открою окно?

– Тебе жарко?

Еще как!

– Открой, конечно. И сними кофту, так будет лучше.

Вот уж нет. Я прекрасно помнила, что на предплечьях красуются синяки и демонстрировать их Славе я не собиралась, хотя и чувствовала себя в кофте некомфортно.

Открыв окно, стало чуть легче и я принялась готовить кофе, краем глаза наблюдая как Слава играет с Семеном.

– Вот и кофе!

Я подала Славе чашку, наши руки снова соприкоснулись и снова разряд. Слава внимательно посмотрел на меня и я почувствовала, что краснею как школьница.

– Ну, как твоя командировка? – спросила я, чтобы отвлечься. – Ты еще ничего не рассказал. Ты ведь кажется, был в Африке?

Слава кивнул и принялся рассказывать о своих впечатлениях. Я любила слушать его, он всегда рассказывал очень интересно, даже если тема раньше и не занимала меня.

– А оттуда мы полетели в Каир и там…

В этот момент Семён, носившийся вокруг дивана, вдруг, прицелившись, прыгнул по мне на колени. От неожиданности я дернулась, и кофе, расплескавшись, пролился на меня.

– Вот, черт!

Я быстро вскочила, но Слава все же оказался быстрее.

– Ты не обожглась? Снимай скорее, нужно застирать.

Все еще помня о синяках, я направилась в ванную.

Сняв кофту и засунув в стиральную машину, я поразилась своей несообразительности. Прежде чем идти в ванную нужно было взять другую кофту. Теперь же мне надо незаметно проскользнуть мимо Славы, чтобы добраться до гардеробной.

Приоткрыв дверь, я высунула голову, чтобы убедиться, что Славы нет рядом и почти сразу услышала:

– Ты в порядке?

Я чуть не прищемила себе голову дверью. Слава стоял рядом и смотрел на меня с беспокойством. От растерянности я не могла проронить ни слова и даже никак не помешала Славе когда он взялся за ручку двери и открыл ее шире.

Когда его взгляд скользнул по моим рукам, я почувствовала как внутри все похолодело. Глаза Славы сначала расширились, затем превратились в две узкие щелки, на скулах заходили желваки. Я впервые видела его в состоянии ярости.

– Это он сделал? – сквозь стиснутые зубы спросил он.

Честно говоря, я не очень понимала кого он имеет в виду, видимо того человека про которого я ему рассказывала, то есть Сашу.

– Он не хотел, он не специально, – почему-то начала его оправдывать я.– Просто мы поссорились и он вышел из себя…

– Вышел из себя? – загремел Слава. – Анна, да ты посмотри на себя!

Он поднял руки, словно собираясь прикоснуться к синякам, но передумал.

– Как он мог поднять на тебя руку? Как можно причинить боль женщине, которую любишь?

Я виновато пожала плечами. Этого я и сама не понимала, вернее, не хотела понимать, но слова, сказанные сейчас Славой достучались до моего рассудка. Мужчина никогда не причинит боль женщине, которую любит по-настоящему, а Саша смог.

В последнее время я часто задумывалась над этим, но всегда в конце концов гнала от себя эти мысли, а сейчас словно прорвало плотину и я от осознания того, что столько лет Саша обманывал меня, разрыдалась.

Я знала, что Слава видел меня в разном состоянии, но мне не хотелось бы, чтобы он видел меня, проливающей слезы из-за Саши, но я ничего не могла с собой поделать.

Слава сгреб меня в охапку и, опустившись на диван, усадил меня к себе на колени. Никогда еще я не чувствовала себя так уютно. Уткнувшись ему в грудь, я продолжала рыдать, а Слава все сильнее сжимал меня в объятиях.

Не знаю сколько это продолжалось, но постепенно рыдания стали стихать, я снова стала соображать и вдруг осознала, что Слава очень близко и я ощущаю тепло его тела, вдыхаю его запах, ощущаю прикосновение его губ к моим волосам.

Как и в день нашего знакомства у меня родилось желание найти эти губы, и сейчас я не могла противостоять ему, это было выше моих сил.

Я подняла лицо, прекрасно осознавая, что выгляжу сейчас не лучшим образом, но мне было все равно. Слава смотрел на меня так, словно я была самой прекрасной женщиной на земле. От этого взгляда у меня закружилась голова. Я обвила Славу за шею и притянула к себе. Между нами оставались всего несколько сантиметров, его дыхание обожгло мне кожу…

– Анна, не надо.

Эти слова прозвучали как выстрел. В одну секунду волшебство растаяло. Слава резко отпрянул от меня и отвернулся.

Я потрясенно смотрела на него. Всего пару секунд назад он был совершенно другим, он хотел поцеловать меня, я знаю, а теперь…

Я была почти готова снова заплакать от досады и недоумения. Встав, я сделала круг по комнате, чтобы успокоиться. Не помогло. Я остановилась перед Славой .

– Почему? – почти потребовала я ответа.

Слава тоже поднялся и с сожалением покачал головой.

– Это неправильно. Я не хочу разрушать нашу дружбу, мне хорошо с тобой и я не хочу это терять.

Вот как! Значит, мне только показалось, что он чувствует то же, что и я. Для него мы просто друзья. Никогда не думала, что буду ощущать такое разочарование по этому поводу.

А самое главное, я чувствовала себя сейчас круглой дурой оттого, что сама вешалась ему на шею.

– Я… Извини, мне показалось…

Я попыталась объяснить, но не могла найти подходящих слов.

Впрочем, Славе не нужно было ничего объяснять. Он понимающе кивнул и я поняла, что к этой теме мы больше не будем возвращаться.

Мы действительно больше не поднимали эту тему, Слава сделал вид, будто ничего не произошло. Мне ничего другого не оставалось, как принять правила игры, хотя для меня это было мучительно. Меня тянуло к Славе и я ничего не могла поделать с этим.

На следующий день он улетел и у меня было два дня, чтобы хорошенько все обдумать и решить как быть дальше.

17

Сегодня я пораньше приехала на работу, было запланировано совещание, затем несколько деловых встреч. Дела в компании, как я и говорила Саше, начали налаживаться и мы снова вернулись к планам на новый филиал.

– Светлана, ты подготовила документы, которые я просила?

Мой голос звучал подчёркнуто холодно, я не забыла, как Светлана смотрела на Славу.

– Конечно.

Она протянула мне папку с вежливой улыбкой. Так же она улыбалась Славе…

Я сделала несколько глубоких вдохов, не хватало еще наброситься на Светлану, а сейчас я, кажется, была недалека от этого.

Надежда на то, что в отсутствие Славы я успокоюсь, растаяла, я не видела его меньше суток, но уже скучала по нему. Было сложно сосредоточиться на работе, в памяти все время всплывал наш несостоявшийся поцелуй. Почему Слава так повел себя? Почему оттолкнул меня? Эти мысли не давали мне покоя.

Я нравилась ему, это я знала точно, так почему же он так поступил? Его слова о том, что он не хочет терять нашу дружбу не особо убедили меня.

Какие еще могут быть причины по которым мужчина не может поцеловать женщину, которая ему нравится?

“Только если он совершеннейший дурак!” – ответило мое подсознание.

В последнее время мы были с ним в ладу, но с этим утверждением я согласиться не могла. Слава далеко не дурак, здесь что-то другое и я это обязательно выясню.

– Анна Сергеевна, вас просил зайти Александр Павлович.

Голос Светланы сейчас казался мне неприятным и я поморщилась. Удивительно, как я раньше не ревновала ее к Саше! Или она так не смотрела на него?

Я попыталась вспомнить, но не смогла.

Войдя в кабинет я сразу удивилась тому, как сдержан был Саша. Даже взгляд был деловой.

Может оно и к лучшему. Я прошла и села в кресло напротив.

– Ты хотел меня видеть?

Саша кивнул и вновь углубился в бумаги, которые он просматривал до моего прихода. Я молча ждала.

Прошло пару минут, Саша казалось совсем забыл о моём существовании.

Вдруг он оторвался от бумаг и устремил на меня такой взгляд, словно это я позвала его и держу в неведении.

– Что? – недоуменно пожала плечами я.

– Как у тебя со Славой?

О, Боже! Только не это! Я была готова биться головой о стол. Я думала, что мы закроем эту тему.

– Нет, Аня, пойми, я не собираюсь вмешиваться в твою жизнь! – Саша поднял руки.– Просто Слава тебе не пара.

– А кто пара? – устало спросила я. – Мне кажется, что любой мужчина, который будет рядом со мной не будет тебя устраивать.

– А разве может устраивать? – невесело усмехнулся Саша.

– Почему ты так взъелся на него?

Саша немного подумал прежде чем ответить.

– Я уже говорил тебе, что он просто использует тебя, чтобы насолить мне…

Бред! Я презрительно фыркнула и, откинувшись на спинку, скрестила руки на груди.

– Во-первых, он не знает о нас и поэтому это глупо, и во-вторых, если бы он даже и хотел насолить тебе, то…

Тут я осеклась, мне совершенно не хотелось рассказывать Саше о недопоцелуе, но для себя я сделала вывод о несостоятельности Сашиной теории. Если бы Слава хотел насолить Саше через меня, то он поцеловал бы меня.

– То – что? – перегнувшись через стол, спросил Саша.

– То он вёл себя более настойчиво, – нехотя сказала я. – А с его стороны не было ничего такого.

Саша снова усмехнулся.

– Ему и не надо делать “ничего такого”, он просто прикинулся благородным рыцарем, ты и растаяла, я же видел как ты на него смотрела, да и он на тебя…

Может, оттого, что мне хотелось, чтобы Саша был прав, а я знала невозможность этого, я окончательно вышла из себя.

– Послушай, я не знаю, что ты там себе нафантазировал, но ты глубоко заблуждаешься! Слава не собирается мстить тебе через меня, да и за что ему тебе мстить, подумаешь, какие-то детские обиды! Он не из тех людей, что годами будут вынашивать планы мести. И, главное, он не знает о нас, поэтому давай не будем возвращаться к этому вопросу. Я понимаю, тебе неприятно видеть меня с ним, но не надо придумывать всякий бред.

– Аня, я…– попытался что-то возразить Саша, но я не дала ему договорить.

– И вообще, как там Алена? С ней все в порядке? Как проходит беременность?

Я понимала, что пора с этим покончить, поэтому прибегла к самому последнему и самому больному средству, я напомнила Саше о том, что у него есть семья.

Это сработало. Саша сразу напрягся, его лицо стало непроницаемым. Он опустил голову и сделал вид, что что-то ищет в бумагах. Затем он поднял голову и посмотрел на меня.

– Раз уж ты заговорила об Алене, она просила передать тебе, чтобы ты заехала.

Потрясающе! Бывший любовник просит меня навестить его жену! Раньше я бы разразилась истерическим смехом, но теперь только кивнула и поднялась.

– Это все? Я могу идти?

– Иди.

Саша снова углубился в изучение документов.

Вечером я, как и обещала, заехала к Алене. Выглядела она неважно, но глаза светились счастьем. Я завидовала ей. Я отдала бы всю свою красоту, чтобы быть на ее месте, не в смысле быть женой Саши, а испытать радость материнства, почувствовать как внутри зарождается жизнь, как бьётся крохотное сердечко…

“А кого бы ты назначила на роль счастливого отца?” – лукаво прищурилось мое подсознание.

Этот вопрос застал меня врасплох. С одной стороны, здесь и думать нечего, я люблю Сашу и столько лет хотела подарить ему ребенка, прошла лечение в лучших клиниках…

А с другой стороны теперь в моей жизни появился Слава и я не могла до конца понять что я чувствую к нему. Он нравился мне, даже слишком, но отец моего ребенка… это уже перебор.

Не напрягайся так, ведь никакого ребёнка у тебя быть не может. Ни от Славы, ни от Саши, ни от кого-то еще.

Я огорченно вздохнула.

– У тебя что-то случилось?– спросила Алена. Она всегда была очень чуткой и я удивляюсь как она до сих пор не догадалась о моих отношениях с ее мужем.

– Ты лучше скажи, что у тебя стряслось? Саша сказал, чтобы я срочно заехала к тебе.

Алёна закатила глаза.

– Я же просила только узнать почему ты так долго не приезжаешь, а он вечно все переворачивает!

Да уж, есть у него эта черта!

– Я надеюсь, ты не бросила все свои дела, чтобы сломя голову примчаться сюда?

– Конечно, нет. Я и так собиралась заехать. – соврала я.

Алёна улыбнулась и эта улыбка озарила подурневшее лицо. «Наверное, у неё будет девочка!» – внезапно пришло мне в голову. В народе ведь кажется говорят, что дочь забирает у матери красоту…

– Что у тебя нового, рассказывай! – защебетала Алена, усаживая меня на диван рядом с собой.

Я на миг задумалась. В последнее время много чего произошло, я окончательна рассталась с Сашей, поняла, что увлеклась Славой, но как оказалось, он не разделяет этого чувства, ну, и я завела кота.

Пожалуй, ей стоит рассказать только про кота.

Когда я показала Алене фото Семена она пришла в восторг.

– Какой милый! Знаешь, у меня в детстве был котёнок Снежок, совсем белый.

Снежок! Я еле сдержалась, чтобы не фыркнуть.

– Жалко, что Саша не любит животных, а я очень бы хотела завести котенка или щенка, думаю, для ребенка это было бы полезно. Как ты считаешь?

Я промычала что-то невразумительное, впрочем, Алёна перешла к другой теме. Теперь мы снова обсуждали ее страхи перед предстоящими родами.

– Успокойся, все будет хорошо. – твердила я, снова мысленно примеривая на себя ее роль. Как бы вела себя я, неужели тоже так боялась?

Нет, Анна, ты другая! Если бы ты даже и боялась, то уж точно никому об этом не рассказывала, ты бы шутила о том, как в роддомах меняют детей и как женщины рожают сами, ты была бы веселой и жизнерадостной, но никогда не показала бы свой страх ни одной живой душе.

Я вдруг задумалась, а правильно ли это. Я никогда не была слабой перед Сашей, точнее, не показывала ему свою слабость, и к чему это привело…

Вот Алёна – хрупкая, нежная, ее хочется оберегать и у неё есть все, а я со своим сильным характером медленно схожу с ума и спиваюсь в одиночестве. Была одна надежда, когда я подумала, что мы со Славой… но даже здесь облом!

Что за судьба такая?

Алёна дотронулась до моей руки и вывела меня из раздумий.

– Аня, с тобой все в порядке?

Этот вопрос напомнил мне о Славе и, неожиданно для Алены, а тем более для себя я разрыдалась. Я не могла понять причину этих слез, со мной это было впервые, я ощущала некую потерю, словно что-то важное ушло из моей жизни, то, что я отчаянно хотела получить, но упустила.

Алёна не говоря ни слова, ласково обняла меня и стала гладить по волосам. Никто давно меня так не утешал, даже мама, у нас в семье вообще не были приняты такие сантименты. А мне порой так хотелось прижаться к маме, спрятать лицо у неё на груди и выплакать своё горе, чтобы она утешила меня и сказала, что в моей жизни все еще будет хорошо…

Сейчас эту роль играла Алена, вернее, не играла, она была искренна и я рассказала ей все.

Я рассказала о своих чувствах к Славе и как он категорично заявил, что мы только друзья.

Я не рассказала бы об этом ни одной подруге, даже если они бы были у меня, но Алёна совсем другое дело. Она не делала вид, что сострадает мне, она внимательно слушала чуть нахмурив брови. Когда я закончила она вдруг сказала:

– Он тоже любит тебя.

Это прозвучало как непреложная истина. Я несколько опешила, во-первых, потому что она сказала, что Слава любит меня, а во-вторых, потому что сказала “тоже”. Это означало, что и я люблю Славу, но ничего подобного я не говорила, я лишь сказала, что испытываю к нему некие чувства, симпатию, влечение, но никак не любовь. Это невозможно!

– Почему? – удивилась Алена.

– Потому что я люблю другого, – сказала я прежде, чем успела подумать. Черт! Теперь она наверняка станет расспрашивать об этом. Уж я-то точно стала бы!

Но я забыла какой тактичной может быть Алена, она словно пропустила мои слова мимо ушей.

– Нет, – покачала она головой, – если бы ты по-настоящему любила кого-то, то у тебя не возникло бы никаких чувств к Славе. Нельзя любить двоих.

Я возмутилась. Меня задели ее слова, ведь она прямо говорила о том, что я не люблю Сашу. Да что она вообще понимает? Нельзя любить двоих! Еще как можно! Я еле сдержалась, чтобы не начать доказывать ей это, вовремя вспомнив кто передо мной, в таком состоянии я легко могу наговорить лишнего, да и не стоит волновать беременную женщину, тем более, беременность у Алены тяжелая.

Я решила сменить тему и спросила о недавнем визите к врачу. Как я и рассчитывала, перейдя к своей любимой теме, Алёна уже больше не возвращалась к вопросу моих сложных взаимоотношений со Славой.

18

Я проснулась с дикой головной болью и постаралась припомнить что я делала когда уехала от Алены.

“Ты поехала домой, а по дороге заехала в клуб и позволила себе пару коктейлей.” – наябедничало мое подсознание.

Но не может быть, чтобы с двух коктейлей я чувствовала себя так паршиво.

“Потом ты зашла в магазин рядом с домом и купила коньяк.”

Я закрыла лицо руками словно стыдясь саму себя. Но почему я снова сорвалась? Разговор с Аленой или с Сашей так подействовал?

А может, все дело в Славе? Я до сих пор не могла прийти в себя от того как он отпрянул от меня. А еще я дико соскучилась. Меня определённо не хватало его, мне была нужна его поддержка, только увидев его я чувствовала в себе силы жить дальше.

“И что, скажешь это не любовь?” – ехидно спросило подсознание.

«Конечно, нет!– отмахнулась я. – Это дружба.»

«Ну-ну!»

Я сердито отмахнулась и поплелась в ванную. Увидев свое отражение, я пришла в ужас. Красные глаза дополнялись жуткими мешками под глазами, я походила на чудовище.

В голове сразу всплыла мысль о том, что Слава прилетает вечером и я вряд ли смогу привести себя в порядок, для этого нужно как минимум часов шесть здорового сна, горячая ванна, кофе и вода с лимоном, а мне нужно идти на работу. Вывод: придется сказать Славе, что мы не сможем сегодня увидеться, хотя это и тяжело для меня, тем более я знаю, что уже завтра он снова улетает на два дня. Ничего не поделаешь, у меня нет другого варианта, показаться Славе в таком виде я не могу.

“А Саше, значит, можешь?” – ехидно спросило мое подсознание.

"Саша здесь ни при чем! – отмахнулась я. – Просто мне нужно ехать на работу, вот и все.»

Густо замазав чёрные круги тональным кремом я стала немного походить на человека, а не на голодного вампира. Решив надеть что-нибудь светлое, я остановилась на бежевом платье, мне показалось, что в нем я выгляжу свежее.

Я все еще чувствовала себя не достаточно адекватно, поэтому до работы добралась на такси. Перед тем как войти в офис еще раз пожевала жвачку, ненавидя себя за вчерашний срыв. Раньше такого не было, в смысле, я и раньше напивалась, но меня никогда не мучали угрызения совести. Похоже, сказывается положительное влияние Славы…

День на удивление прошел очень спокойно и даже когда меня вызвал Саша, признаться я немного напряглась, но мы говорили исключительно о работе. Я решила, что это добрый знак. Кто знает, может через пару лет мы сможем общаться как настоящие друзья!

В общем, день прошел неплохо, если бы не преследующая меня головная боль. Я выпила уже целую упаковку обезболивающего, но оно давало лишь временный эффект. Я знала чем вызвана эта боль, и знала как можно избавиться от нее.

В голове постоянно вертелась мысль о том, что от одного стакана коньяка ничего страшного не случится, зато я стану чувствовать себя гораздо лучше.

В конце концов не выдержав, я достала припрятанную бутылку.

Только один стакан! – строго напомнила я себе.

Через десять минут боль стала утихать и я блаженно откинулась на спинку кресла. Как назло в дверь постучали.

– Войдите! – раздражённо крикнула я, проклиная того, кто стоял за этой дверью. Человек только начал приходить в себя, имейте совесть!

Дверь открылась и вошла Светлана, нагруженная папками. Мое раздражение при виде ее усилилось, хотя я знала, что она принесла документы, которые я просила.

– Клади сюда, – сказала я, расчищая место на столе.

Светлана сгрузила папки и как-то странно на меня покосилась.

Черт! Запах…

Я задержала дыхание и кивнула Светлане, давая понять, что она может идти. Как только дверь за ней закрылась я шумно выдохнула. Может один стакан коньяка и ничего страшного, но окружающие все равно замечают, что ты пила.

Так дело не пойдет! Я бросила взгляд на часы, рабочий день заканчивается через час, думаю, я могу позволить себе уйти чуть раньше.

Вызвав такси, я решила спуститься и подождать на улице, неизвестно, с кем еще можно столкнуться, ведь в таких случаях всегда начинает действовать закон подлости, к тому же, заодно и подышу воздухом.

Такси приехало через пять минут, так что особо подышать не получилось, зато, забравшись на заднее сидение я с наслаждением подумала о том, что скоро окажусь в своей квартире, убежище ото всех, где я могу быть собой и не притворяться.

Зазвонил телефон. Я вздрогнула и тихонько выругавшись, полезла в сумку, пытаясь отыскать его, что никак не удавалось, я начинала все больше раздражаться.

Наконец, найдя телефон и вытащив на свет божий, я посмотрела кто же так настойчиво хочет со мной поговорить. Бросив взгляд на дисплей, я замерла.

Слава! Я почему-то начала паниковать, хотя ожидала этого звонка и еще утром решила, что буду ему говорить.

Сделав несколько глубоких вдохов, я ответила.

– Привет! – я постаралась, чтобы мой голос звучал естественно.

– Привет! – эхом отозвался знакомый голос, и мне отчаянно захотелось оказаться рядом с ним, захотелось больше всего на свете…

Нельзя! – напомнила я себе.

– Ты уже прилетел?

– Да, мы приземлились полчаса назад. Как ты?

Я почувствовала как внутри потеплело от заботы, прозвучавшей в его голосе.

– Все в порядке.

Надеюсь, достаточно убедительно.

– Мы встретимся сегодня?

Вот, тот самый вопрос! Я должна была взять себя в руки и вежливо, но чётко сказать, что сегодня, к сожалению, не получится, вместо этого я начала мямлить.

– Э-э… я сейчас на работе, много дел… Мы открываем филиал в Петербурге… много бумаг… вряд ли… Я не знаю, когда освобожусь…

– Хорошо, я понял, – перебил меня Слава.

Мне показалось, что его голос прозвучал расстроенно и я ненавидела себя в этот момент.

– К тому же, тебе нужно отдохнуть, ведь у тебя всего один выходной, – непонятно для чего добавила я. Наверное, таким образом и я хотела проявить заботу о нем.

– Да, завтра вечером я опять улетаю на два дня и мне хотелось бы увидеть тебя.

А уж как мне-то хотелось!.. Я подавила глубокий вздох.

– Ну, в следующий раз…

Когда такси подъехало к дому, настроение у меня было намного ниже нуля. Подумать только, сегодняшний вечер я могла провести со Славой, а теперь вместо этого я снова буду одна в четырёх стенах, угнетаемая своей депрессией, а все из-за того, что вчера я сорвалась.

Расплатившись и выйдя из машины, я принялась искать в сумочке ключи, но учитывая бардак, царивший в моей сумке, это занятие могло затянуться надолго. Прошло минуты две прежде, чем мои поиски увенчались успехом. С ликующим видом я достала ключи и гордо вскинула голову, но тут же впала в ступор, выронив ключи и открыв от изумления рот. Передо мной стоял Слава.

Я испытала целую гамму чувств, мне было стыдно, что он увидел меня в таком виде, и было стыдно за то, что я ему врала, мне было страшно, потому, что его нахмуренные брови и осуждающий взгляд не предвещали ничего хорошего, но несмотря на все это я была рада, что вижу его. Глупо, наверное, но я ничего не могла с собой поделать.

– Анна, что ты творишь? – в голосе Славы прозвучала горечь.

Чувство стыда разгорелось все больше, я не знала куда смотреть, лишь бы не ему в глаза.

– Почему ты здесь? – спросила я, чтобы не отвечать. – Я же сказала, что буду на работе.

Слава невесело усмехнулся.

– Ты прекрасно умеешь врать, но когда ты разговаривала, я слышал шум от машин, значит, ты была не в офисе.

Ну, по крайней мере, есть логическое объяснение, а то я уже начала серьёзно задумываться, а не читает ли он мои мысли.

– Почему ты обманула меня?

Я тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Что сказать ему? Любое оправдание прозвучит глупо, и тем не менее, я решила сказать правду.

– Не хотела, чтобы ты видел меня такую.

– Ты снова пила. Что случилось на этот раз?

– Вчера или сегодня?

Слава изогнул бровь.

– Сегодня у меня жутко болела голова, – не знаю зачем, пустилась я в объяснения, – а вчера мне просто было паршиво.

– Ну разве обязательно пить? – как-то отчаянно воскликнул Слава.

Я поежилась от сильного порыва ветра, легкое пальто не рассчитано для долгих вечерних прогулок.

Это не укрылось от глаз Славы.

– Тебе холодно? Давай поднимемся в квартиру.

Наконец-то я услышала в его голосе знакомые нотки, раз он продолжает заботиться обо мне, значит, не все потеряно. Пока мы поднимались в квартиру чувство стыда выросло настолько, что я начала шмыгать носом. Слава покосился на меня, но ничего не сказал, возможно решив, что это пьяные слезы. “Ничего подобного, я выпила всего стакан коньяка!” – хотелось возразить мне и я с трудом удержалась.

Мы зашли в квартиру, я щелкнула выключателем и зажмурилась от яркого света. Навстречу выбежала Семён и начал тереться о мои ноги. Слава начал помогать мне снять пальто, и в тот момент когда он коснулся меня, я вдруг снова вспомнила как он отстранился от меня и его слова и, наконец, поняв, что терзало меня последние дни, разрыдалась.

Слава бережно обнял меня за плечи.

– Тише, Аня, ну-ну, не надо! – шептал он, гладя меня по волосам и даже не представляя какую боль причиняет мне сейчас, когда он так близко и такой далекий…

Слава повел меня в гостиную и усадил на диван, налив в стакан воды он протянул его мне. Я выпила и мне стало чуть легче, но я все еще продолжала всхлипывать.

Слава сел напротив и терпеливо ждал, когда я приду в себя настолько, что смогу разговаривать.

Наконец, я почувствовала себя способной на это.

– Прости меня, – прошептала я.

Слава вздохнул и устало прикрыл глаза рукой.

– Анна, тебе не у меня надо просить прощения. Что ты делаешь с собой? Ты разрушаешь себя!

Я виновато потупилась.

– Знаю, – сказала я, разглядывая свои руки.

– Тогда почему?

Виной всему ты! Ты так нужен мне!

Но как не хотелось мне сказать это, я лишь пожала плечами.

– Снова он виноват? – горько спросил Слава.

Я резко вскинула голову. Конечно, нет! Я не хочу, чтобы он даже думал о том, что я переживаю из-за другого.

– Нет! – как-то слишком резко и поспешно воскликнула я. – Он здесь ни при чем.

– Тогда из-за чего? – развел руками Слава.

Я скорее умерла бы если бы призналась ему.

– Я… я, в общем, вчера была у Алены....

– И?..

Я вздохнула, снова уставившись на свои руки. Как же противно врать ему! Успокаивала лишь мысль, что я сейчас собираюсь сказать не совсем ложь.

– Понимаешь, я… я завидую ей…

Мне показалось, что Слава слегка побледнел.

– Понимаешь, она такая счастливая, у неё скоро будет ребенок, – попыталась объяснить я.

– Тебе тоже хотелось бы иметь ребенка? – недоверчиво спросил Слава.

Я несколько обиделась, неужели он считает меня неспособной на такие желания. Женщина-калькулятор…

– Да, хотелось бы! – с вызовом ответила я. – Но, к сожалению, это невозможно.

Я снова сникла. Даже мысли на эту тему причиняли боль.

– У тебя все впереди, – ободряюще сказал Слава.

Я невесело усмехнулась и покачала головой.

– Ты многого не знаешь…

И я рассказала ему все, ну, за исключением имени главного героя моего повествования. Когда я закончила, в комнате воцарилось тяжелое молчание. Я всегда ненавидела такую тишину, она казалось наваливается на тебя и ты не можешь дышать. Стало ли мне легче? Да, но я также испытывала чувство стыда, кажется, ставшее для меня привычным когда дело касалось Славы. Он идеальный, даже представить не могу, чтобы он мог когда-то поступить плохо или совершить ошибку. Я же просто женщина, обыкновенная земная женщина, совершающая в день сотню ошибок.

Мне было стыдно и я не могла поднять голову, чтобы посмотреть на реакцию Славы. Наверное, он презирает меня сейчас.

Вдруг я почувствовала, что Слава поднялся и я напряглась. Сейчас он уйдет и я больше его не увижу! От этой мысли внутри все похолодело.

“По-прежнему будешь утверждать, что это не любовь?” – как-то совсем не вовремя вмешалось мое подсознание.

Но я не могла сейчас даже рассердиться на него потому, что сама не знала ответа на этот вопрос. Слава дорог мне гораздо больше, чем я подозревала, за последние дни я в этом убедилась, если он сейчас уйдет, я лишусь воздуха, солнце для меня зайдет, я знала только это.

Приготовившись к худшему, я кусала губу, чтобы не разрыдаться.

Но Слава никуда не ушел. Он опустился передо мной на колени и, взяв меня за подбородок, поднял мою голову и заглянул в глаза. В его взгляде не было осуждения, скорее, жалость, то, что я всегда ненавидела по отношению к себе, но сейчас, от него, даже жалость я принимала.

– Анна, ты очень сильная, ты столько перенесла и продолжаешь переносить, одна, молча, ни с кем не делясь своей ношей. Ты – исключительная женщина!

Это он сейчас сказал? Я не ослышалась? Я незаметно ущипнула себя, чтобы проверить не сплю ли я.

– Да, ты исключительная, именно поэтому мне жаль, что ты губишь себя. Пожалуйста, прекрати, ради себя, прекрати.

Слава почти умолял. Я почувствовала как на глаза навернулись слезы, я несколько раз моргнула, чтобы загнать их обратно. Достаточно я плакала перед ним, теперь я буду действительно сильной. Ради него, и ему не придется смотреть на меня с презрением и стыдиться за меня. Я перестану пить, я возьмусь за себя, я налажу свою жизнь, я все исправлю, я буду счастлива, только пускай он будет рядом и я все смогу. Ради него.

19

Утром, впервые за долгое время, я проснулась с желанием жить, даже не просто жить, а изменить свою жизнь и жить счастливо. Помня данное вчера Славе обещание, я достала припрятанную бутылку виски и без сожаления вылила ее в раковину – хороший признак, значит, я еще не стала зависима от алкоголя. Следующим шагом я наметила немного сменить мрачную обстановку квартиры, на это, конечно, потребуется время, но я сделаю это, жить здесь больше невыносимо, эти стены съедают меня! Может быть даже стоит поменять квартиру, нужно обдумать это.

В ванной я долго крутилась перед зеркалом, стараясь разглядеть улучшения на лице, наивно полагая, что следы последних месяцев, а точнее, даже нескольких лет, исчезнут за одну ночь от сильного желания измениться.

«Ничего! – успокаивала я себя. – Нужно время, и ты снова станешь красавицей.»

Я приняла душ, оделась и накрасилась, сегодня все эти привычные дела доставляли мне удовольствие, словно, раньше я была во сне и теперь проснулась и наслаждаюсь каждой минутой.

Вдохнув аромат свежесваренного кофе, я даже прищурилась от удовольствия. На телефон пришло сообщение.

Я посмотрела на дисплей и улыбнулась.

– Слава, – прошептала я, наслаждаясь звуком его имени.

“Доброе утро! Как ты?"

Я знала, что у Славы только один выходной, вечером он снова улетает, а значит, сегодняшний день он должен потратить на отдых, вместо этого он проснулся с утра пораньше, чтобы узнать как у меня дела. Меня затопила волна нежности. Было сложно признавать это, но Саша никогда не относился ко мне с такой трепетной заботой.

Я набрала ответ, но потом передумала и решила позвонить. Я хотела услышать его голос.

– Привет, – робко сказала я, когда после двух гудков Слава снял трубку.

– Привет. Как ты?

– Все хорошо. Тебе не стоило беспокоиться.

Сейчас я конечно лукавила. Мне было чертовски приятно его беспокойство, потому что оно означало, что я ему не безразлична.

– Ты сейчас на работу? – спросил Слава.

– Да, – тоскливо отозвалась я. – Честно говоря, не очень хочется, но…

– Тогда, может, прогуляешь сегодня? – предложил Слава, и я даже могла представить как озорно сверкнули прищуренные глаза.

– Ах, ты не представляешь, как хотелось бы, но у нас новый проект и мне нужно быть в офисе. Вообще, думаю, что в связи с этим будет много хлопот, в Питер придется летать по нескольку раз в неделю.

Я раздражалась все больше и больше. Моя мечта открыть филиал в Питере воплощалась, но она же отнимала у меня время, которое я могла провести со Славой.

– Ну, может, тебе повезет и ты окажешься в моём самолете! – весело сказал Слава.

– Ага, сейчас! Ни за что!

– Почему? – удивился он. – Сомневаешься в моих профессиональных способностях?

– Конечно, нет. Просто… – я не могла объяснить свой страх, я боялась летать вообще, а мысль о том, чтобы оказаться в самолете, пилотируемом Славой, приводила меня в ужас.. – Просто.

Летчики для меня были каким-то невероятным явлением, сверхлюдьми, и я никак не могла поверить, что лично знакома с одним из них.

Слава озадаченно хмыкнул.

– Ну, хорошо, ты тогда собирайся, не буду мешать.

– Мы увидимся через два дня? – с надеждой спросила я.

– Если будет мягкая посадка.

У меня внутри все похолодело.

– Даже шутить так не смей! – прошептала я.

Слова сказанные Славой в шутку, заставили меня задуматься о том, что раньше мне не приходило в голову, и внутри родился страх, всеобъемлющий, всепоглощающий страх, страх потерять Славу.

После работы я решила заехать с торговый центр. Идея сменить квартиру требовала обдумывания, а пока я решила немного изменить интерьер с помощью текстиля. Я купила белое постельное белье, кардинальное решение для меня, ведь у меня в шкафу только черное, шоколадное или же серое, также я купила лёгкие светло-зеленые шторы, не уверена, что заставлю себя повесить их, но настроение у меня улучшилось настолько, что я завернула в магазин отделочных материалов и купила валики и банки с краской.

Домой я ехала в потрясающе приподнятом настроении, предвкушая удивление Славы, когда он увидит небольшой, но кардинальный ремонт в моей квартире. Главное, успеть до его возвращения…

Выгрузив пакеты и с трудом втиснувшись с ними в лифт, я прикинула что Слава сейчас не в воздухе, значит, можно ему позвонить. Зайдя в квартиру, я свалила покупки в угол и достала телефон.

– Привет. Не отвлекаю? – спросила я, когда Слава взял трубку.

– Привет. Нет, не отвлекаешь.

– Мне захотелось поговорить с тобой, вот и решила позвонить.

– У тебя похоже хорошее настроение? – удивлённо спросил Слава.

– Угу! – довольно отозвалась я.

– С чего бы это?

– А ты не рад? – обиженно спросила я.

– Рад, конечно, – поспешил успокоить меня Слава. – Знаешь, я бы сейчас дорого отдал, чтобы увидеть тебя, я ведь ни разу не видел тебя в хорошем расположении духа.

– Неправда! – возмутилась я, но мое подсознание вынудило меня признать, что Слава прав.

– В любом случае, я рад, что у тебя все хорошо.

Будет еще лучше, когда ты прилетишь!

– Знаешь, у меня для тебя сюрприз! – таинственно сообщила я.

– Да? И что же это? – Слава был явно заинтригован.

– Узнаешь, когда прилетишь.

– Хотя бы намекни! Это приятный сюрприз?

– Ну-у… – я сделала вид, что задумалась, – думаю да, но ни слова больше. Прилетишь – увидишь!

– Ну, хорошо! – засмеялся Слава.

Прекрасно понимая, что до послезавтра я не успею перекрасить все квартиру я решила ограничиться одной зоной и почему-то решила, что этой зоной будет спальня. Сдвинув мебель в середину и открыв банки с краской, я почувствовала себя невероятно живой и способной на сумасшедшие поступки, то есть самой собой, настоящей Анной, той, которой я была одиннадцать лет назад, той Анной, которую так тщательно прятала, подавляла в себе.

– Ну что, приступим? – спросила я у Семена, взирающего на меня с удивлением.

Налив краску и окунув в неё валик, я торжественно сделала первый мазок. Отойдя на шаг назад, я полюбовалась на произведение своих рук, как художник оценивает свою картину.

Получилось не так уж ужасно.

“Но почему спальня?” – вдруг спросило мое подсознание.

И тут я растерялась. В самом деле, было бы логичнее покрасить стены в гостиной, как теперь показывать это Славе, ведь я сказала, что делаю ему сюрприз. Что мне сказать ему: “ Твой сюрприз это ремонт в моей спальне?"

Это уже даже не двусмысленно!

Но начало уже было положено и отступать было некуда и я продолжила красить стены, надеясь, что Слава в конце концов поймет все правильно.

20

Итак, сегодня прилетает Слава. Стены покрашены, новое светлое, пушистое покрывало покоится на моей кровати и даже повешены зелёные шторы вместо тяжелых бордовых портьер.

Еще раз критически оглядывая свою спальню, я думала, что с дизайнерской точки зрения это полный кошмар, но мне нравилось, сочетания цветов было очень даже жизнерадостным, исчезла давящая мрачность. В конце концов, во мне прочно укрепилась мысль о переезде, а значит, в любом случае, мне не успеет надоесть.

Уйдя с работы чуть пораньше, я навела в квартире порядок и приготовила роскошный ужин. До прилета оставалось два часа плюс время, чтобы Слава доехал до моего дома…

Я поняла, что не выдержу, я слишком соскучилась. Я вызвала такси и, захватив пальто, стала спускаться.

Самолет приземлился и я почувствовала как бешено заколотилось сердце. Сейчас я увижу его!

Я дала волю своей фантазии и представила, что если бы Слава не оттолкнул меня тогда, то сейчас я побежала бы ему навстречу, раскинув руки, и, визжа от восторга, повисла бы у него на шее, а потом впилась поцелуем и....

Тут я была вынуждена прервать свою фантазию, потому что я увидела Славу. Он шел как всегда двигаясь очень грациозно. Высокий, красивый…

Залюбовавшись на него я не сразу заметила, что он был не один. Рядом с ним была та самая блондинка, что и в прошлый раз, стюардесса. Она мило щебетала что-то и только что не висла на нем.

Хорошее настроение вмиг улетучилось. Добрая, милая Анна уступила законное место Анне, готовой придушить эту стюардессу прямо здесь, а потом, раскланявшись публике, взять Славу под руку и уйти, на прощание пообещав заглядывающимся девушкам, что так будет с каждой!

Вот эта нахалка коснулась его руки…

Я шагнула вперед, чтобы меня поскорее заметили.

Увидев меня, Слава остолбенел, была поражена и стюардесса, правда, неприятно поражена, было видно, что она меня узнала.

Слава шагнул ко мне и слегка приобнял, по-дружески, но даже это короткое полуобьятие возымело своё действие и я почувствовала головокружение.

– Анна, что ты здесь делаешь? – удивлённо спросил Слава. – Что-то случилось? – встревоженно добавил он.

Я засмеялась и покачала головой.

– Успокойся, ничего. Просто решила сделать сюрприз.

– А-а, так это и есть сюрприз? – улыбнулся Слава.

– Слава, может познакомишь нас? – раздался голос, противнее которого я в жизни не слышала, словно кто-то царапал гвоздем по стеклу.

Я с трудом удержалась от гримасы.

Слава казалось, был в некотором замешательстве, впрочем, сразу же овладел собой.

– Конечно. Анна, это – Лиза, Лиза, это – Анна.

– Я коллега Славы, мы вместе летаем, в одном экипаже, – пояснила Лиза, так как Слава не назвал наши статусы.

В ее словах прозвучал некоторый вызов, словно она сообщила, что они поженятся через неделю.

Ну, что ж, лови!

– А я друг Славы!

Прозвучало так, словно ей уже нечего ловить.

– Ну что, поехали? – я посмотрела на Славу.

Он кивнул и повернулся к Лизе, чтобы попрощаться, но она опередила его.

– Слава, ты ведь на машине, подбросишь до метро?

Вот приставучая дылда! Я засунула чешущиеся руки в карманы.

Пока мы шли к машине Лиза не переставала тарахтеть о забавных случаях из летной практики, как бы давая понять, что у них со Славой много общего.

Конечно, я не могла похвастаться тем, что могу поддержать разговор о самолетах, поэтому я шла молча.

Подходя к машине, я сообразила, что нужно пойти чуть вперед, иначе эта прилипала несомненно займет переднее пассажирское сидение, чтобы быть ближе к Славе.

Я конечно же этого не позволю! Прибавив шагу, я обогнула машину и, ухватившись за ручку, бросила на Лизу торжествующий взгляд.

Что, съела?

Лиза даже в лице переменилась, она явно поняла мои намерения в отношении Славы, но, в любом случае, ей пришлось сесть сзади. Я торжествовала.

Мне казалось, что еще никогда машина не ехала так медленно. Конечно, если бы мы со Славой были вдвоем я бы не жаловалась, но с нами была Лиза – хищница, нацелившаяся на Славу.

– Я так испугалась, – продолжала очередной рассказ Лиза, которую до этого я не слушала, – но потом поняла, что за штурвалом Слава, а значит, ничего плохого не случится!

Она кинула кокетливый взгляд в зеркало. Мне захотелось развернуться и выколоть ей глаза.

Наконец мы доехали до метро. Я с большим удовольствием распрощалась с Лизой, желая больше никогда не видеть ее, тем более рядом со Славой. Судя по ее выражению на лице, у нее было то же желание в отношении меня.

Теперь, когда мы со Славой были одни, настроение у меня заметно улучшилось, чего нельзя было сказать о Славе. С Лизой он шутил и улыбался, сейчас же был задумчив и даже несколько мрачен.

Я серьезно задумалась. Возможно ли, что она нравится ему? Я тут же откинула эту дикую, непонятно как пришедшую в мою голову, мысль.

Ну не может Славе нравится такая девушка как Лиза! У неё лицо один сплошной ботокс, наращенные волосы и ресницы! Руку даю на отсечение, что если её умыть она окажется страшной как смертный грех!

“Да, Аннушка, – укоризненно покачало головой мое подсознание, – до такой степени ревности ты дошла впервые! Можно сказать, что до этого ты вообще не ревновала.”

С этим пришлось согласиться. И все же было странно, казалось, со Славой меня не связывают никакие обязательства, он свободный мужчина, волен встречаться с кем ему вздумается, он сам не раз подчеркивал, что мы только друзья, то есть, теоретически, у меня нет никакого права его ревновать, и в то же время я ревную его, ревную как сумасшедшая, даже когда он не дает мне повода! А с Сашей, с которым меня связывали одиннадцать лет отношений и вечной, как казалось, любви, этого не было, хотя поводов было больше, чем достаточно.

Вот этого я не могла понять. Разве я не любила Сашу? Этого я не могла допустить, конечно, любила.

Тогда что же творится со мной сейчас?

– Аня, что с тобой? – словно повторяя мои собственные мысли донесся до меня голос Славы.

Я встряхнулась, чтобы отогнать от себя эти мысли. Повернувшись к Славе, я хотела улыбнуться ослепительно улыбкой и заверить его, что все хорошо, но вдруг в памяти так некстати всплыл образ Лизы , и я сказала совсем другое:

– Что у тебя с Лизой? Вы встречаетесь?

Я знала, что не имею права задавать эти вопросы, тем более таким тоном, и Слава имел сейчас полное право послать меня.

Но, как не странно… Хотя, конечно, не странно!

– Нет, с чего ты взяла? – удивился Слава. – Мы просто коллеги.

Я сразу поверила ему и успокоилась. А вот Слава – нет.

– Так с чего ты взяла? – не унимался он.

– Показалось, – нехотя сказала я, – ну, и я хотела уточнить, знаешь, я жутко любопытная.

Слава недоверчиво покосился на меня.

– Хорошо, а что там с моим сюрпризом? – сменил он тему разговора.

После столкновения с Лизой я снова впала в раздражительность и меланхолию одновременно. Если кто-то думает, что эти чувства несовместимы, так как одно исключает другое, то он глубоко ошибается. Я яркий пример как эти чувства могут уживаться вместе, правда, не одновременно, меланхолия сменялась раздражительностью и наоборот, но порой это происходило молниеносно, так что практически одновременно.

Вот и сейчас, когда Слава спросил меня про сюрприз я раздражённо передернула плечами.

– Ничего особенного, пустяки. И, вообще, разве то, что я приехала встретить тебя в аэропорт не достаточный сюрприз?

Я все больше и больше раздражалась.

Слава удивлённо смотрел на меня, словно не узнавая. Это тоже жутко раздражало.

– Но, если для тебя это было так трудно, то могла бы не приезжать! – резонно заметил он.

Это окончательно вывело меня из себя. Я повернулась к нему с быстротой ошпаренной кошки и сразу же накинулась на него.

– Ну конечно! Могла бы не приезжать! Ты думаешь, я не понимаю в чем дело? Прости, что помешала вам! Вам ведь наверняка хотелось побыть наедине, а тут я! Какая досада, не правда ли!

В расширенных глазах Славы я видела отражение своих глаз, сверкающих безумным огнем, но даже понимая, что перехожу уже всякие границы, я не могла остановиться и продолжала нести бред.

– Знаешь, я одного не пойму, если у тебя есть Лиза, чего ты ко мне таскаешься, почему возишься со мной, вместо того, чтобы больше времени проводить с ней? Разве она не ревнует? Или, может она не единственная, есть еще? Конечно, я ведь видела как девушки вешаются тебе на шею, выбирай любую!

– Все? – резко оборвал меня Слава, слушавший эту ахинею довольно спокойно, вернее, мне так казалось. Сейчас же я заметила, как вздулась вена у него на виске и ходили желваки. Он с трудом сдерживался.

Я притихла, мне стало стыдно. И в то же время, мой безумный буйный нрав не позволял мне показать этого. Я тряхнула головой и дерзко посмотрела на Славу, собираясь сказать очередную чушь. Но Слава меня опередил.(Не в плане “сказать чушь”, конечно.)

Он посмотрел на меня не то строго, не то укоризненно.

– Анна, Анна! – сокрушенно покачал он головой. – Я думал, что ты изменилась, наконец взялась за ум…

Я была пристыжена, но какой-то чертенок, живущий внутри меня и всегда толкающий на совершение безумств, похоже сегодня был в ударе.

“У него нет права отчитывать тебя! – шептал он мне. – Только друзья! Он сам так решил! “

– Я не обязана меняться! – как-то зло сказала я. – Я такая, какая есть. Не нравится – скатертью дорога, к твоей Лизе!

Слава тяжело вздохнул и прикрыли глаза рукой.

– Она не моя, – тихо сказал он, словно устав повторять мне одно и то же.

Конечно, так и поверила!

Я презрительно усмехнулась и скрестила руки на груди.

И тут случилось невероятное. Говоря “невероятное” мне хотелось бы поведать о том, как Слава, чтобы убедить меня, обхватил мое лицо и поцеловал…

Но, увы!..

Невероятным было то, что Слава вышел из себя и потерял свой суперконтроль. Он повернулся ко мне и я увидела как в сузившихся глазах заплясали злые огоньки.

– Послушай, – сказал он и его голос дрожал от гнева, – я не собираюсь оправдываться перед тобой. Если ты решила закатить сцену ревности, то не по адресу! У тебя даже нет никакого права обвинять меня в чем-то!

“Но ты сам не дал мне этого права!”– хотелось возразить мне, но я сдержалась. Слава действительно был зол сейчас.

“Но и ты не под забором себя нашла!”

Наконец-то! Мое подсознание проснулось, а то я уже начала беспокоиться.

Не говоря ни слова, гордо вскинув подбородок, я подхватила сумочку, открыла дверцу и собиралась выйти из машины.

Слава схватил меня за рукав. Я обернулась и недоуменно посмотрела на него. Он смотрел мне прямо в глаза, но я ничего не могла в них прочесть. Почему он остановил меня? Разве он не видит как я отношусь к нему? И разве он только что не сказал прямо, что у меня нет никаких прав? Тогда зачем он мучает меня, или это развлечение всех мужчин, которых я люблю?

Вот так впервые я призналась сама себе, что люблю Славу…

Слава же тем временем потянул меня за рукав, затаскивая обратно в машину, затем перегнулся через меня и закрыл дверь. У меня перехватило дыхание.

Расшалившаяся фантазия уже рисовала картины как он притянет меня к себе, и вот я уже забралась к нему на колени и запустила пальцы в его волосы. Интересно, какие они на ощупь?..

Конечно же всего этого не произошло, к моему огромному, невыразимому сожалению.

Слава вернулся в прежнее положение и с минуту о чем-то раздумывал, потирая подбородок.

Я украдкой следила за ним, но делала вид, что занята изучением своего маникюра.

Наконец, Слава прервал молчание, становившееся невыносимым.

– Анна, прости, мы оба погорячились. Я не должен был говорить всего этого… Просто, тяжелый перелет, мы попали в грозовой фронт…

Я вскинула голову и с тревогой посмотрела на него, словно делая убедиться, что с ним все в порядке. Боже мой, какая же я дура! Если бы я внимательно слушала, что говорила Лиза, то никогда бы не вела себя так.

Мне стало стыдно. Я опустилась голову, но потом все же решилась посмотреть Славе в лицо.

– Прости меня, я не знаю, что на меня нашло. Иногда мне кажется, что я превращаюсь в ведьму.

– Ну, ты очень красивая ведьма!

Слава улыбнулся и я поняла, что мир между нами восстановлен.

Когда мы вошли в квартиру, я почувствовала как от волнения вспотели ладони. Казалось бы, чего страшного сказать, что я сделала ремонт! Но меня смущало, что ремонт я сделала именно в спальне. И ведь не скроешь теперь, вряд ли перегородка сможет скрыть свежевыкрашенные стены.

– Проходи, сейчас будем ужинать. Я приготовила ужин, надеюсь, тебе понравится, – лепетала я, сама не понимая что и зачем говорю. Я чувствовала как слабеют ноги.

Да чего тут страшного? Ну, ремонт, ну, в спальне…

– Ты сделала ремонт?! – раздался удивлённый возглас Славы.

Я думала, что тут же упаду в обморок. Но этого не случилось, как всегда в таких случаях я если и не обретала решимость и уверенность, то, по крайней мере, надевала маску.

Я пожала плечами, как будто это было незначительно.

– Да, решила покрасить стены, надоели мрачные тона. Между прочим, все сделала сама.

– Своими руками? – недоверчиво покосился на меня Слава.

Я фыркнула и закатила глаза, словно оскорбившись. Разве не могу я что-то сделать своими руками, к чему эти сомнения?

– Но, почему желтый?

Вот на этот вопрос ответить я не могла. Решение купить именно желтую краску возникло в магазине спонтанно и я не смогла противиться ему, хотя еще тогда понимала всю странность своего решения.

– Сказала же, надоела мрачность, захотелось солнца.

Слава засмеялся и покачал головой.

– Вот уж не думал, что ты способна на такие сумасбродства!

Я гордо вскинула голову и слегка поклонилась.

Слава продолжал изучать видимые из гостиной стены, но было видно, что ему любопытно взглянуть на всю комнату в целом.

– Если хочешь, можешь пройти и посмотреть, – будничным тоном предложила я, чувствуя, как бешено заколотилось мое сердце. Слава резко обернулся. – Если хочешь, конечно, – снова, неизвестно зачем, прибавила я.

Слава кивнул и вошел в спальню. Я последовала за ним, конечно же, вместе со своим неуемным подсознанием.

Оно постоянно твердило мне о том, что Слава сейчас в моей спальне. Как будто я не в курсе!

“Воспользуйся моментом!”– сердито шипело оно, досадуя на мою нерешительность.

– Ты и занавески сменила? А я думал, бордовые портьеры ты очень любила.

Я не сразу поняла, что говорит Слава, сражаясь со своим подсознанием, которое учило меня как совратить Славу.

– Э-э… да, но я же говорила, новая жизнь – новый ремонт.

Взгляд Славы упал на покрывало на постели. Снова вмешалось мое подсознание и я почувствовала, что краснею.

Наверное, мое волнение передалось и Славе, потому что он как-то быстро закончил осмотр и вышел в гостиную.

– Давай ужинать, – предложила я, – я приготовила рыбу.

Ужин прошел легко и весело, впрочем, со Славой не может быть по-другому. Кажется, он невероятный оптимист, и мне рядом с ним хочется быть счастливой.

Я кормила рыбой Семена, устроившегося у меня на коленях. За кусочек рыбы рыжий попрошайка приподнимался на задние лапки, а передние складывал вместе, словно умоляя меня наконец отдать ему лакомство.

Это было забавно и я решила обратить внимание Славы. Подняв голову, я увидела как Слава задумавшись уставился в одну точку. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять куда именно он смотрит. За моей спиной находилась спальня и Слава несомненно смотрел туда. Но вот почему? Не могли же его преследовать те же мысли, что и меня! Он сам сказал, что это невозможно.

Я кашлянула, чтобы отвлечь Славу. Он вздрогнул и несколько раз моргнул, словно очнувшись ото сна.

– Куда ты смотришь? – хитро прищурившись спросила я.

Слава в задумчивости потер подбородок.

– Вот думаю, возможно ли жить в таком ярком интерьере.

Да будь ты неладен! Я ожидала что он смутится и это будет косвенным подтверждением моих подозрений.

Может, пора уже перестать лелеять в сердце несбыточные надежды, смириться и быть просто друзьями? Ведь Слава ясно дал понять, что иначе не будет, а он из тех людей, которые не меняют своих решений.

21

Итак, отношения со Славой были налажены, все недоразумения выяснены, но я все равно не могла успокоиться. У меня внутри было странное чувство, что-то должно случиться и хотя я гнала его от себя и списывала на расшалившиеся нервы, оно порядком портило мне жизнь.

Сегодня я проснулась с ощущением того, что сегодня выходной, и мне было очень интересно кто же в этот выходной, с утра пораньше трезвонит мне в дверь.

Я всегда тяжело просыпаюсь по утрам, поэтому по выходным отсыпаюсь минимум до полудня.

Сейчас, приоткрыв один глаз, я увидела, что на часах восемь и тихо застонала. Звонить не переставали, и я нехотя выбралась из теплой постели и потащилась открывать, опасаясь, что этот ненормальный перебудит всех соседей.

Мне под ноги попался Семен, он тоже был явно спросонья. Он жалобно мяукнул и вопросительно посмотрел на меня.

– Да, мне тоже очень хотелось бы знать кто это в такую рань! – раздражённо сказала я.

Я открыла дверь приготовившись блеснуть своим скромным запасом “великого и могучего”, но как только я увидела того, кто стоял на пороге, мои намерения резко изменились, даже раздражение, что меня разбудили так рано ушло.

Мои губы растянулись в счастливой улыбке.

– Привет.

– Привет. Я, кажется, рано? – с тревогой спросил Слава, оглядывая мой растрепанный, заспанный вид.

– Нет, нет, все нормально! – заверила я его, приглаживая волосы руками.– Я уже проснулась, просто не успела привести себя в порядок.

Мы прошли в гостиную, и только тут я сообразила, что что-то не так, иначе зачем Славе заявляться ко мне с утра пораньше, да еще без предупреждения.

– Что-то случилось? – спросила я, даже не предполагая, что могло произойти.

Слава улыбнулся, чем невероятно разозлил меня. Я беспокоюсь, а ему смешно!

– Ничего не случилось. Просто, я решил пригласить тебя на прогулку.

Я растерянно моргала. Это что, шутка? Какая прогулка? Я привыкла планировать заранее и сегодня у меня по плану спать. Нет, я никуда не поеду!

Мое подсознание поддакнуло, ему тоже не нравится, что его будят и тащат на какую-то прогулку!

Нет, никуда не поеду!..

Через час я была уже в Славиной машине и выбирала музыку в дорогу, которая, по заверениям Славы, должна быть не очень долгой.

Действительно, не очень долго, “всего-то” полтора часа!

– Нам еще повезло, – заверил меня Слава, – не было пробок.

Я вылезла из машины, чувствуя себя убитой. Мы были определённо за городом и я хотела понять где именно, так как по дороге мой организм взял свое и я задремала.

Вдруг я услышала гул, это напомнило мне гул взлетающего самолета, я обернулась и действительно увидела как взлетает небольшой самолет. С ужасом я осознала, что мы на аэродроме.

– Нет, нет, нет! – завопила я. – Даже не думай! Вези меня обратно!

Я метнулась к машине, надеясь забаррикадироваться, но Слава оказался быстрее. Схватив меня за плечи, он развернул меня и я увидела его смеющиеся глаза.

– Ну, чего ты боишься, я же с тобой? Я не собираюсь выполнять мертвую петлю, мы просто полетаем немного, я покажу тебе небо.

Он держал меня в своих объятиях и я чувствовала как моя воля слабеет и я начинаю поддаваться.

– Я боюсь, – дрожащим голосом прошептала я.

– Вот я и хочу, чтобы ты преодолела этот страх! – с жаром сказал Слава.

Ну как объяснить ему, что я боюсь даже влезть на стремянку, чтобы вытереть пыль с верхних полок!

– Анна, я рядом. Ты веришь мне?

Ох, а вот это уже запрещённый прием! Как я могла отказать, когда он вот так заглядывает в глаза. Я кивнула и почувствовала как дрожат колени.

Слава взял меня за руку и куда-то повел. Я ничего не соображала, в голове словно была вата, пропитанная страхом.

Навстречу нам вышел мужчина лет пятидесяти, подтянутый с широкой улыбкой и приветственно раскинул руки.

– Слава, – чуть хрипловатым голосом заревел он, – давненько не заглядывал, думал уж забыл! Ох ты, красоту какую себе отхватил! – воскликнул он, заметив меня.

Я смутилась, а он тем временем сжал Славу так, что мне показалось, что сейчас он переломает ему все кости, но Слава только смеялся.

– Познакомься, это – Анна. Аня, а это Алексей Семенович, повелитель всего этого, – он сделал жест в сторону аэродрома.

Алексей Семёнович почему-то нахмурился и сердито посмотрел на Славу.

– Что еще за “Алексей Семенович”? Анечка, зови меня просто “Семеныч”, договорились?

Я кивнула.

– А моего кота, кстати, зовут Семен! – неизвестно к какой такой “кстати” брякнула я. Наверное, виной всему недосып. Я спохватилась и жутко смутилась, однако, Семеныч громко расхохотался и пожал мне руку. Я поняла, что мы с ним подружились.

– Значит, решили полетать? – спросил Семеныч когда мы шли к самолетам.– Слава, я всегда говорил, что у тебя странный способ ухаживать за девушками!

Я впервые была на аэродроме, поэтому все время крутила головой, но при этих словах я украдкой посмотрела на Славу, он смущённо покосился на меня. Да ладно, неужели его можно смутить? Браво, Семеныч!

Мы остановились у одного из самолетов.

– Вот на нем мы полетим? – робко поинтересовалась я, чувствуя, что обморок уже близок.

– Да, нравится? – спросил Слава, восхищённо разглядывая самолет.

– Очень, – пискнула я, и вдруг вцепилась в Славу. – Славочка, милый, давай не полетим, я не готова! Нужно было заранее предупредить, я бы настроилась…

Слава нахмурился. Было видно, что он что-то обдумывает.

– Ты правда так сильно боишься?

Я кивнула. Внутри затеплилась надежда, что обойдется.

Слава посмотрел на меня, бросил взгляд на самолет и, вздохнув, с сожалением погладил его.

– Видно, действительно, не судьба. Прав, Семеныч..

Последние слова он произнес еле слышно, они не были предназначены для моих ушей, но смысл который они несли в себе…

Даже невыспавшаяся, я все равно была финансовым аналитиком, поэтому мне ничего не стоило сопоставить недавние слова Семеныча о своеобразном способе ухаживания с тем, что только что сказал Слава. Вывод, сделанный мной, поразил меня. Слава решил поухаживать за мной!

Конечно, все последние разговоры исключали это, но сейчас я здесь, значит…

Собственно, я не до конца понимала, что это значит, но чувствовала, что Слава притащил меня сюда в мой выходной, выдернув из постели, не просто так. Может, еще не все потеряно?

От этой мысли кровь бросила мне в голову и, прежде, чем успев что-либо сообразить я выпалила:

– Я согласна, летим!

Все, что происходило дальше я помню не очень хорошо. Помню, что пока готовили самолет, на котором мы собирались лететь, сердце у меня уходило в пятки и я испуганно хватала Славу за руку, помню как несколько раз порывалась развернуться и дать деру, даже если бы мне пришлось пешком идти до Москвы.

Когда меня с большим трудом, но все же запихнули в самолет, я вообще перестала что-либо соображать. Впервые в жизни я поняла что такое безотчётный страх. Я понимала, что рядом первоклассный пилот, что самолет, как меня заверили, в полной исправности, но все равно ничего не могла с собой поделать.

– А нам дадут парашюты? – спросила я Славу.

Думаю, только из уважения ко мне он лишь улыбнулся, а не расхохотался.

– Аня, уверяю, парашюты нам не нужны. Все будет хорошо. Не бойся! Ты мне веришь?

Я кивнула и закрыла глаза. Потом мы взлетели....

Это было потрясающе! Раньше я никогда не смотрела в иллюминатор из-за боязни высоты, мне казалось, что увидев проплывающие облака я лишусь сознания. Также я думала и теперь, и когда Слава попросил меня открыть глаза, я наотрез отказалась.

– Анна, не будь ребенком! – строго сказал он. – Я хотел показать тебе небо, чтобы ты полюбила его, а не просто прокатить тебя еле живую на самолете!

Я понимала, что веду себя глупо, мы уже взлетели и не имеет значения открыты у меня глаза или закрыты. После долгих уговоров я сдалась и приоткрыла один глаз.

Первое, что я увидела был лес, верхушки деревьев, проплывающие внизу. Потом лес исчез и его сменила сверкающая в утреннем осеннем солнце лента реки. Теперь я уже во все глаза рассматривала это великолепие. Осень придала природе невероятные краски и теперь мне посчастливилось увидеть это с высоты птичьего полета.

Я забыла обо всех своих страхах. Я отдалась совсем новым для меня ощущениям. Увидев летящих птиц я вдруг почувствовала себя сродни им. Я чувствовала себя свободной и счастливой.

– Выше! – закричала я.

Слава улыбнулся и потянул на себя штурвал. Самолет легко набрал высоту и я взвизгнула от восторга.

Слава смотрел на меня и продолжал улыбаться широкой улыбкой, которой я никогда раньше не видела. Наверное, только сейчас я видела его настоящего. Он был в своей стихии.

“Я хочу чтобы и ты стала частью этой стихии!”– говорил его взгляд.

Мы поднялись еще выше, все внизу стало таким маленьким, а вокруг был простор, свобода…

Когда мы приземлились Семеныч помог мне выбраться из самолета. Увидев, что я улыбаюсь он, хитро прищурился.

– Понравилось? Во-от! А ты лететь не хотела!..

Он посмотрел на Славу и они оба заулыбались. Я не пыталась понять, что кроется за этими улыбками. Я была в восторге.

Чтобы как-то выразить раздирающие меня эмоции, и понимая, что слов недостаточно, я, прежде чем успела сообразить, подбежала к Славе и бросилась ему на шею.

В первую секунду я пожалела, что поддалась этому порыву, опасаясь, что Слава оттолкнет меня, но, к моём удивлению, Слава тоже обнял меня.

– Ведь не страшно? – прошептал он мне в волосы.

– Нет, ты же рядом, – ответила я, нежась в его объятьях.

Пока мы возвращались в Москву я только и говорила, что о своих впечатлениях.

– Я чувствовала себя словно птица, знаешь.... Это трудно объяснить…

– Ну, кажется мне не надо объяснять, – усмехнулся Слава.

– Да, ты каждый день видишь эту красоту. Знаешь, я теперь даже завидую тебе!

– Вот как? – удивлённо поднял бровь Слава. – А по-моему, в моей профессии нечему завидовать. Разве можно завидовать водителю маршрутки?

В голосе Славы звучала ирония, было ясно, что он не хотел упрекнуть за мои слова, сказанные при нашей первой встрече, но я снова ощутила чувство стыда.

– Неужели, ты всегда будешь припоминать мне это? – с поддельным негодованием спросила я. – Я была, ну, скажем, не в себе… И, вообще, я же не припоминаю тебе, что ты назвал меня калькулятором!

– Сдаюсь, сдаюсь! – Слава смеясь поднял руки.

– Эй, следи за дорогой! – испуганно вскрикнула я.

– Ты же сказала, что не боишься когда я рядом! – хитро сощурился Слава.

В ответ я показала ему язык. Слава засмеялся. Я впервые слышала его смех.

В тот день мы веселились и дурачились, словно подростки. Я не помнила, когда в последний раз столько смеялась.

Только когда Слава провожал меня домой, мое настроение ухудшилось.

После сегодняшних объятий я ожидала, что он поцелует меня на прощание, хотя бы в щеку. Этого не произошло.

Разглядывая своей отражение в лифте, я пробормотала:

– Ничего, он обнял меня, это уже прогресс.

22

Слава снова улетел. Сопоставив его график с моими планами слетать в Петербург, я с ужасом обнаружила, что мы не увидимся целую неделю.

Целую неделю. Семь невыносимо долгих дней!

Уже через сутки я поняла, как это долго. Я старалась с головой уйти в работу, чтобы отвлечься, но приходя домой, я чувствовала себя такой одинокой. Семен смотрел на меня с такой жалостью…

На следующий день, не выдержав, удивляясь самой себе, я катила к дому Демидовых.

Алёна была просто в восторге, и, что более удивительно, я тоже была рада видеть ее. Сегодня меня не утомляли ее разговоры, я даже с сочувствием выслушала ее жалобы и страхи.

Чтобы как-то поддержать ее я рассказала ей про полет.

– Представляешь, вначале я чуть не умерла, я жутко боюсь высоты! Но это было потрясающе!

Алёна улыбалась.

– Значит, у вас со Славой все налаживается? – робко спросила она.

Сегодня я не стала возмущаться и отрицать, только наклонила голову и смущённо улыбнулась.

– Аня, я так рада за тебя!

Алёна бросилась мне на шею. Я с удовольствием обвила ее хрупкую фигуру руками. Какая странная штука жизнь! Несколько месяцев назад я ненавидела ее, сегодня же она второй близкий мне человек, после Славы.

– Знаешь, только кажется я ему безразлична, – как уже близкой подруге жаловалась я, за чашкой чая.

Алёна недоверчиво покачала головой.

– Не знаю, какой мужчина может быть к тебе равнодушен. А вот, кстати, Саша. Сейчас у него и спросим!

При этих словах я резко обернулась. Действительно, в гостиную входил Саша, я не рассчитала время, чтобы уехать до него. Он бросил взгляд на меня, недоумевая, что я здесь делаю.

Алёна поднялась ему навстречу, нежно обняла его и поцеловала.

Я прислушалась к тому, что творится у меня внутри. Ничего. Никакой реакции. Хотя, нет! Я почему-то чувствовала жуткую обиду за Алену, ведь я знала, что говорит Саша у неё за спиной. Алёна достойна быть любимой! Если бы я могла силой заставить Сашу любить свою жену! Но я заставлю по крайней мере, уважать ее.

Я не позволю ему больше говорить о ней и о ребёнке с пренебрежением. Алёна так хочет моего счастья, а я постараюсь устроить ее. Я уже однажды пожертвовала ради этого смыслом своей жизни, ну, тогда мне казалось так, теперь-то я знаю, что истинный смысл моя жизнь обрела после того как я избавилась от химерных ценностей. Я поняла, что смысл жизни не в том, чтобы жертвовать собой ради других и страдать, а в том, чтобы быть счастливой.

23

Я мчалась на своей машине, намного превышая скорость и нарушая все правила движения. Я не думала о том, сколько уведомлений о штрафе мне придет, не думала о том, что меня могут лишить прав, когда я развернулась через двойную сплошную. В голове пульсировала только одна мысль, похожая на молитву: “Господи, пускай он будет жив! Пусть с ним все будет в порядке!”

Со всех сторон раздавались сигналы, я видела как водители гневно жестикулируют и что-то говорят, наверняка о том, что женщина за рулём это обезьяна с гранатой. Откуда им знать, что я прекрасно вожу и ни разу не попала в ДТП. К тому же обычно я жалею свою любимую машинку, но сейчас я выжимала из неё все, что возможно.

Господи, пусть с ним все будет хорошо!

До аэропорта я домчалась за полчаса, хотя обычно на это ушло бы чуть не вдвое больше, но и эти полчаса показались мне вечностью. С тех пор как я увидела по телевизору репортаж о том, что самолет, летящий рейсом из Праги неисправен и из-за этого совершил жесткую посадку и что пострадало несколько человек, мое сердце остановилось, а затем понеслось с бешеной скоростью, далеко обгоняя мою машину.

Я выбежала из кабинета, не слушая Светлану, которая говорила что-то о назначенном совещании. На меня смотрели как на сумасшедшую. Что они знают! В этом самолёте моя душа, мой воздух, моя жизнь…

Переключая радиостанции я старалась найти новую информацию. Сердце продолжало колотиться…

Вот я уже в здании аэропорта. Обратившись в справочную я узнала, что серьёзно никто не пострадал и, что важнее для меня, экипаж в полном порядке.

Я облегченно вздохнула и прислонилась к стене.

– Вам плохо? – участливо спросила девушка, давшая мне справку.

Я покачала головой.

– Нет, все нормально. Я просто очень испугалась.

– У вас этим рейсом кто-то летел? – участливо спросила она.

– Человек, которого я очень люблю…

Снова бешеная гонка. Пошел дождь и меня чуть не занесло на мокром асфальте. Вот и дом Славы.

Ни секунды не раздумывая я поднялась на этаж и позвонила в дверь. Я знаю как он относится ко мне, но то, что я сегодня пережила сделало меня невероятно смелой. Я не боялась быть отвергнутой, я хотела всего лишь обнять его, убедившись таким образом, что он рядом и что все хорошо, и плевать, что будет дальше…

Послышался звук отпираемой двери и я почувствовала, что у меня дрожат колени.

Слава очень удивился увидев меня. Он был в летной форме, видимо еще не успев переодеться.

– Анна!

Он отступил на шаг назад, пропуская меня. Не говоря ни слова я влетела внутрь и захлопнула дверь. Сегодня я поняла, что жизнь может оборваться в любую минуту, а значит, нельзя терять драгоценные мгновения, которые мы можем провести рядом с любимыми.

Я бросилась к Славе и, обвив его шею руками, поцеловала. Раньше, когда я думала об этом, меня охватывал страх. А что если он оттолкнет меня и посмотрит с отвращением? Сейчас же все стало неважно, было лишь ощущение его губ…

И, вдруг, Слава вопреки всем моим ожиданиям ответил на мой поцелуй. Я почувствовала словно земля уплывает из-под ног и я парю высоко… Ощущение полета…

Вдруг Слава отстранился и, схватив меня за руки, посмотрел на меня дикими глазами.

– Анна, что ты делаешь? Ты пьяна?

Хорошенький вопрос! Что я делаю! А разве ты пять секунд назад не делал то же самое?

Прежняя Анна непременно сказала бы это, поссорилась с ним и была вынуждена уйти. Но теперь я была другой, я испытывала новые ощущения, я даже дышала по-другому. И все из-за него, поэтому на его вопрос я просто пожала плечами.

– Нет, я не пьяна.

– Тогда, что ты делаешь? – прошептал Слава. Его глаза горели, он все еще тяжело дышал.

– Люблю тебя.

Эти два слова окончательно сломили сопротивление Славы. Он шагнул ко мне и, обхватив мое лицо руками, впился в мои губы с такой силой и страстью, словно путник в пустыне наконец-то нашедший источник после долгих скитаний.

Я поняла, что и он любит меня. Моему сердцу стало тесно в груди. Я вцепилась в Славу с такой силой, что даже если бы он вдруг одумался и попытался оторваться от меня, ему это вряд ли удалось. Впрочем, он не собирался этого делать.

Слава одной рукой обвил меня за талию, а вторую запустил мне в волосы и тихонько потянул вниз, запрокидывая мою голову.

Я почувствовала, что мне не хватает воздуха, но не рискнула прервать поцелуй, опасаясь, что как только я оторвусь от губ Славы, все окажется сном и я не смогу пережить этого.

Но вот Слава сам прервал поцелуй. Несчастный! Я почти сердилась на него за это, но, увидя, как он смотрит на меня, забыла обо всем на свете. В его глазах было столько обожания, даже, поклонения, что мне стало страшно, страшно когда-нибудь потерять это.

“Дурочка, – вздохнуло мое подсознание, – ты на пороге счастья, радуйся и выкинь эти мысли из головы!”

Да, это правда, я сейчас была счастлива, пожалуй, впервые я поняла что такое настоящее счастье. Счастье это быть любимой вот так и любить самой вот так.

Слава все продолжал смотреть мне в глаза, словно пытался найти в них какую-то разгадку.

– Анна, это правда, ты сказала, что… Это правда? Повтори!

Я рассмеялась его недоверию. Это, скорее, мне нужно сомневаться, а не ему. Разве он не замечал, как я отношусь к нему, особенно в последнее время. Наверняка, он все понимал, так почему же требует у меня подтверждения!

Но Слава смотрел на меня с таким выражением, что я была готова тысячу раз повторить:

– Люблю тебя! Люблю!

Улыбнувшись, Слава привлек меня к себе и снова поцеловал. Сложно описать что я ощущала сейчас, но, если бы я сейчас умерла, мне было бы не жаль, ибо я умерла бы от счастья.

Слава тем временем стаскивал с меня пальто и когда оно упало на пол, я схватила его за руку и повела за собой. Слава повиновался, но тут, как назло, я забыла где находится спальня, а именно туда я и направлялась. Странно, ведь у Славы не такая большая квартира и в любой другой ситуации я бы просто по очереди заглянула в комнаты, но сейчас я хотела знать наверняка.

– Что? – лукаво спросил Слава. Конечно же он все понял, просто хотел немного подшутить надо мной.

Но, с самой первой встречи я привыкла быть перед ним смешной и нелепой, быть настоящей, поэтому, ничуть не смутившись я спросила:

– Где у тебя спальня?

На губах Славы появилась чуть заметная улыбка, которую он тут же спрятал, но его глаза так сверкнули, что меня словно обдало огнем. Через мгновение я оказалась у него на руках…

24

Я проснулась утром с ощущением абсолютного счастья. Еще не открывая глаз я вспомнила все события прошедшей ночи и, улыбаясь, сладко потянулась. Открыв глаза, я увидела памятный мне потолок и засмеялась. Да, сколько воды утекло с тех пор, как я впервые проснулась в этой постели, тогда мне казалось, что моя жизнь закончилась, теперь же я уверена, что она только началась. Наверное, само небо послало мне Славу в тот день…

Стоп, а где Слава? Я вскочила и стала озираться вокруг. Смятая подушка, мои разбросанные вещи и аккуратно сложенная футболка. Натягивая футболку я вспомнила, что это та самая, которую я надевала в прошлый раз, вернее, которую надевал на меня Слава.

Слава! Я выскочила в коридор, терзаемая смутными предчувствиями.

Слава стоял возле окна и задумчиво разглядывал горизонт.

– Слава! – вырвался у меня вздох облегчения.

Он обернулся и посмотрел на меня как-то странно. Я хотела подойти и обнять его, но теперь мне почему-то казалось это неуместным.

Я посмотрела на Славу, пытаясь понять что происходит, но он отвел взгляд и опустил голову. Страшное подозрение молнией пронеслось в моём мозгу. Он жалеет о случившемся! Конечно! Иначе он не отворачивался бы сейчас.

Эта мысль сотнями крошечных лезвий впилась в мое сердце. Я опустила голову и закусила губу, чтобы не расплакаться, но предательские слезы все равно потекли по щекам. Я быстро смахнула их и шмыгнула носом. Этот звук привлекает внимание Славы.

– Аня, что с тобой, ты плачешь?

В его голосе было столько заботы и нежности, что я разрыдалась.

Слава быстро подошел ко мне и обнял за плечи.

– Ну, что с тобой? Что? – повторял он.

Я уткнулась ему в грудь, стараясь насладиться последними секундами с ним рядом. Сейчас он скажет, что все это ошибка и мы не можем быть даже друзьями. Тогда я, наверное, умру.

– Аня, посмотри на меня! – повелительно сказал Слава и слегка встряхнул меня. – Мы сделаем вид, что ничего не было, можешь не беспокоиться об этом.

Я подняла голову и недоуменно уставилась на него. Почему он успокаивает меня, и о чем он вообще.

– Что ты имеешь ввиду? – спросила я.

Слава опустил глаза и тихо сказал:

– Я о сегодняшней ночи. Ты жалеешь…– он замолчал не в силах говорить дальше.

Меня осенило. Он думает, что это я жалею! Поэтому так странно ведёт себя, укоряет себя за то, что поддался искушению!

От этого озарения я была готова петь и танцевать. Обхватив Славу за шею, я принялась покрывать его лицо поцелуями, чем привела его в замешательство.

– Дурак, какой же ты дурак! – шептала я между поцелуями. – Как ты мог подумать?..

Наконец, до него дошло. Слава чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза, похоже для него они были лучше всякого детектора лжи.

– То есть, ты пришла ко мне не от отчаяния, разочарования или чего-то другого? – все еще с недоверием спросил он.

Я закатила глаза и цокнула языком.

– Я столько раз вчера повторила тебе почему я пришла!

Лицо Славы прояснилось, к немалому моему удовольствию, и он улыбнулся.

– Скажи это еще раз, – попросил он.

Я уже была готова сказать ему, но тут проснулось мое подсознание.

“Имей гордость! Он ведь тебе так и не сказал, что любит!”

И вправду, а мне так хотелось бы услышать это.

– Скажи же.

Я отрицательно покачала головой и упрямо надула губы. Слава изумленно уставился на меня, ожидая объяснений.

Я повела плечами.

– А что ты хочешь? Я уже много раз сказала тебе, а ты так и ни разу не сказал, что испытываешь ко мне хоть какие-то чувства.

С видом оскорбленного достоинства я отвернулась и скрестила руки на груди, ожидая реакции Славы. Честно говоря, мне было немного страшно, а что если он ничего не скажет, но, как я и предполагала, Слава подошел ко мне и, обняв за плечи развернул к себе. Его глаза лучились нежностью и любовью, но я все равно хотела услышать это из его уст.

– Аня, Анечка, – нежно произнес он, – милая моя, радость моя. Я не говорил тебе о своих чувствах потому, что то, что я испытываю к тебе невозможно описать словами, это настолько сильно, что порой мне становится невыносимо… Я люблю тебя…

С первых же его слов у меня перехватило дыхание. Мне казалось, я нахожусь в каком-то удивительном сне, я была счастлива как никогда в своей жизни. Я поднялась на цыпочки и поцеловала Славу.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

Начался самый счастливый период моей жизни. Я впервые поняла, насколько раньше заблуждалась, живя в мире придуманных чувств. Я впервые узнала, что такое любовь. Любовь – это просыпаться по утрам рядом с любимым и, слушая его дыхание, ловить себя на мысли, что ты дышишь с ним в унисон. Любовь – это не бояться выглядеть перед ним глупо и неприглядно, зная, что он всегда смотрит на тебя с обожанием. Любовь – это на огромной кровати занимать лишь одну подушку, сплетаясь в тесный клубок. Любовь – это часами не сводить друг с друга влюбленных глаз, болтая о пустяках или вовсе молча. Наконец, любовь – это яркие краски.

Спустя некоторое время я взяла Славу за руку и подвела к той самой двери, которая однажды заинтересовала его.

– Я хочу показать тебе что там, – торжественно сказала я.

– Может, не стоит? – шутливо спросил Слава. – Вдруг там пыточная, учти, мои хрупкие нервы не выдержат!

Я ткнула его локтем в бок, но не смогла удержаться от улыбки. Щелкнул ключ и я широко распахнула дверь, жестом приглашая Славу пройти внутрь.

Слава сделал шаг и замер на пороге.

– Ну, проходи! – подтолкнула я его и сама зашла внутрь.

Мы оказались в ослепительно белой комнате, залитой светом, которая была завалена незаконченными картинами, эскизами, набросками, подрамниками, кистями, карандашами и прочими мелочами.

Слава осматривая все это качал головой.

– Что это? – потрясенно спросил он.

– Моя мастерская, – с гордостью сказала я.

Слава удивленно посмотрел на меня.

– Я думал, ты давно забросила рисование.

– Художники не рисуют, а пишут, – оскорбленно заметила я. – Хотя, я не совсем художник, так что можешь говорить, что я рисую, – философски рассудила я.

Слава вышел из оцепенения и начал ходить по комнате и рассматривать рисунки.

– Почему ни одна картина не закончена? – спросил он.

– Не знаю, – неопределённо пожала я плечами, – не было вдохновения.

– А вообще есть законченные работы?

– Были. Я сожгла их.

Я вспомнила как после того, как я узнала о Саше и Алене в приступе бешенства собрала картины, отвезла за город и устроила большой костер.

Слава посмотрел на меня с сожалением и сочувствием.

– С ними связаны плохие воспоминания?

Я кивнула. Слава сразу перевёл разговор на другую тему.

– Давно ты вернулась к этому?

– По большому счету, я никогда и не бросала, просто скрывала от родителей, да и вообще от всех. Но рисование помогает мне, я приношу в картины свои эмоции, выражаю их.

Наверное, поэтому я и сожгла все картины, желая избавиться от всего, что связывало меня с Сашей.

– У тебя здорово получается, – заметил Слава, рассматривая один из набросков.

На нем был изображен Спас на крови, я сделала его две недели назад в Питере.

– Да, только жалко, что я не могу уделять этому много времени.

Слава уловил нотки сожаления в моём голосе.

– Ты жалеешь, что не стала художником?

Я вздохнула и задумалась. О многом в жизни я сейчас жалела, возможно, если бы я настояла и пошла учиться в художественное, моя жизнь сложилась бы иначе. Я не встретила бы Сашу и не было бы этих мучительных отношений, не было бы аборта, я не заливала бы тоску и одиночество алкоголем… Но, с другой стороны, если бы не было всего этого, то я не встретила бы Славу. Взвесив все, я решила, что ради него стоило пройти через все это.

– Не жалею, – сказала я. – Возможно благодаря этому я встретила тебя.

Улыбнувшись, я подошла к нему и обняла. Слава чуть наклонил голову и наши губы слились в поцелуе.

Сейчас, в этой комнате, где я всегда чувствовала себя собой, рядом со Славой я ощущала себя полноценной. Я была счастлива.

– Знаешь, а ты ведь первый человек, которому я позволила войти сюда, – сказала я оторвавшись от него.

– Правда? – спросил Слава, поглаживая мои волосы. – А как же тот… – он сделал паузу, словно решая, говорить или нет, – тот человек, которого ты любила.

Этот вопрос не причинил мне боли, просто стало неприятно и досадно, что Слава спрашивает об этом, что он до сих пор помнит. Я высвободилась из его объятий и уселась на столик.

– Когда я сказала, что ты первый человек, который вошел сюда, я имела в виду, что ты первый, – несколько раздражённо сказала я. – И даже он не входил сюда, он вообще не знает, что я рисую. Никто не знает!

Мой голос сорвался на крик, я закрыла лицо руками. Слава неслышно подошел ко мне и обнял.

– Прости, я не хотел тебя обидеть. – в его голосе прозвучало раскаяние.

– Ты не обидел, – зашептала я, – обвивая его шею и вдыхая его запах, – просто, не надо об этом, не надо о нем… Это было в другой жизни. Ничего не было до тебя, только с тобой я начала жить. Не оставляй меня…

– Не оставлю, – пообещал Слава, зарываясь лицом в мои волосы.

25

Говорят, любовь всегда отражается на лице женщины, особенно выдают ее глаза. Смотря на себя в зеркало, я замечала насколько похорошела в последнее время. Исчезли круги под глазами, появился румянец, а глаза стали сверкать счастьем.

Эти перемены заметили окружающие и на работе, особенно после того как Слава пару раз забирал меня из офиса. Поползли слухи, но я не обращала никакого внимания, до тех пор, пока это не дошло до Саши.

Приехав домой после работы и покормив Семена, я стала слоняться по квартире, думая чем бы заняться. Слава должен был прилететь завтра утром. Целая вечность.

Я решила пойти в мастерскую и немного поработать. Воровато оглянувшись, как будто кто-то кроме Семена мог увидеть, я достала начатый портрет. На меня смотрели лучистые глаза Славы. Я начала его неделю назад, и давно бы закончила, но мне казалось, что что-то не так и я уже несколько раз переделывала его.

Поставив портрет на мольберт, я стала рассматривать его. Несмотря на то, что я рисовала по памяти, я точно передала все черты лица, иначе и быть не могло, ведь я знала их наизусть, но мне все равно казалось, что что-то не так.

Который раз я критическим взглядом рассматривала его, но никак не могла найти неточность. Вдруг в дверь позвонили.

Я закрыла дверь в мастерскую и пошла открывать, гадая кто же это мог быть. Посмотрев в глазок я отшатнулась. За дверью стоял Саша. Он был в бешенстве.

Первой мыслью было не открывать, но я хорошо знала Сашин характер, он мог поднять шум, а мне бы этого не хотелось.

Дрожащими руками я открыла дверь. Саша влетел в квартиру и, пройдя мимо меня начал метаться по квартире.

– Где он? – кричал он. – Где он?

Всегда, когда я видела его в таком состоянии, я становилась жутко спокойной, понимая, что только так смогу противостоять ему. Вот и сейчас, скрестив руки на груди, я спокойно спросила:

– Кто? Кого ты ищешь?

Саша подлетел ко мне, его лицо исказила гримаса гнева.

– Слава! – прошипел он. – У вас отношения. И не смей отрицать! – предостерегающе поднял он палец.

Я поняла, что до него дошли слухи. Этого и следовало ожидать, но я, увлеченная только своим счастьем, совершенно забыла об этом.

– Почему ты молчишь? – закричал Саша.

Я сжалась, мне вспомнилось как он обошелся со мной, когда во сне я назвала имя Славы, и мне стало страшно. Я пожалела, что пустила его, в таком состоянии Саша может натворить что угодно. Надо попытаться успокоить его, для этого надо самой изображать спокойствие.

Я равнодушно повела плечами, с трудом сдерживая дрожь.

– Да, мы со Славой вместе, но тебя это не касается.

Похоже, Саша не ожидал такого ответа, возможно, в нем теплилась надежда, что я буду отрицать все и клясться ему в вечной любви и верности.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – потрясенно спросил он.

– Саша, милый, пойми, между нами все кончено, – попыталась я воззвать к его разуму, – у каждого из нас своя дорога.

– И ты решила, что тебе по пути со Славой! – зло усмехнулся Саша.

– Да, – твердо сказала я, – мне с ним по пути, а ты живи своей жизнью, живи настоящим, будущим, а о прошлом забудь, как будто ничего и не было…

– А ты смогла забыть? – с жаром спросил он.

– Забыла. Забыла, потому что для меня началась другая жизнь.

– Ты мстишь мне! – Саша никак не хотел слышать меня.

Как ему объяснить! Я использовала последний аргумент.

– Я люблю его.

Саша вздрогнул и как-то сразу сник. Он сделал несколько шагов и опустился на диван. Несколько минут он сидел молча, низко опустив голову. Я стояла прислонившись к стене и тоже молчала. Вдруг Саша резко вскинул голову и начал озираться, словно впервые видел мою квартиру.

Заметив выкрашенные в желтый цвет стены, он усмехнулся.

– Похоже, ты сошла с ума! Откуда в тебе эта безвкусица, да еще и зелёные шторы!

Я гордо выпрямилась и посмотрела ему прямо в глаза.

– Я просто изменила свою жизнь.

– Выкрасив стены в этот дурацкий цвет? Аня… А Славе нравится? – неожиданно спросил он.

Не успела я ответить, как Саша поднялся и сделал несколько шагов по направлению к спальне. У перегородки он остановился, словно обдумывая, идти ли дальше, и вошел.

– Вы с ним здесь?..– он обвел спальню широким жестом.

От звука его голоса мне стало противно.

– Убирайся!

– Ну, что ты, Анечка, я еще не все сказал! – Саша сделал несколько шагов ко мне.

Я хотела убежать, но сдержалась. Быть слабой перед ним мне не хотелось.

– Чего ты хочешь? – устало спросила я.

Саша подошел ближе, теперь нас разделяли всего несколько шагов. Я чувствовала себя некомфортно.

– Ты думаешь, он любит тебя? – злорадно ухмыльнулся Саша и покачал головой. – Не-ет! Он просто хочет отомстить мне, для этого и охмурил тебя, это, как оказалось, дело нехитрое.

Я с трудом сдержалась, чтобы не дать ему пощечину. Никогда не думала, что он может разговаривать со мной в таком тоне. Но что за глупости он несет?

– Даже если бы у Славы и был повод мстить тебе, он не стал бы этого делать, – уверенно сказала я.

Саша снова усмехнулся.

– Уверена?

– Уверена. К тому же, он не знает о нас, поэтому твоя версия рассыпалась на глазах. Умей достойно проигрывать.

Внезапно глаза Саши налились кровью.

– Проигрывать! – заревел он. – Я никогда не проигрываю! А тебе я докажу, я не позволю, чтобы он использовал тебя! Вы не будете вместе!

Несмотря на то, что сейчас Саша внушал мне страх, я устало закатила глаза. Увидев это, он еще больше впал в бешенство.

– Вы не будете с ним! Ты моя! Моя!

С этими криками он выбежал из комнаты. Хлопнула входная дверь. Я сползла вниз по стене. Меня колотило. В последних словах Саши было столько уверенности, что мне стало страшно. А что если он выполнит свою угрозу?

26

К возвращению Славы портрет был закончен и я с гордостью демонстрировала его ему. Нет нужды говорить, что он был в восторге. Мне иногда казалось, что все, что я делаю ему заранее нравится.

– Ты подаришь его мне? – спросил Слава обвивая меня сзади и прижимаясь губами к моим волосам. Как всегда я таяла в его объятьях, но нашла в себе силы возразить.

– Никогда. А что я буду делась, когда ты улетаешь? А так я поставлю портрет перед собой и буду любоваться.

Ухо обдало теплым воздухом, Слава тихо смеялся.

– Для этого я могу подарить тебе свою фотографию.

– Даже если всю квартиру обклею твоими фотографиями, будет мало. Все равно буду скучать, – возражала я.

– А с портретом не будешь? – лукаво спрашивал Слава.

– И с портретом буду, – вздохнула я. – Даже когда ты рядом, я скучаю, не могу насмотреться на тебя.

Я повернулась к нему и, обвив шею руками, крепко прижала к себе. Если бы можно было никогда его не отпускать!..

– И все же, я думаю, что было бы справедливее отдать портрет мне, – не унимался Слава.

Я уже готова была снова возражать, но следующие его слова, сбили меня с толку.

– Все равно, скоро он будет украшать наш дом.

Я не стала уточнять, какой смысл он вложил в подчеркнутое слово “наш”, но я почувствовала как внутри разлилось теплой волной что-то волнующе-радостное, затопляя всю меня.

Сегодня утром позвонила Алёна и сообщила, что в субботу они устраивают вечеринку по случаю дня рождения Саши. Я удивилась, ведь Сашин день рождения только через пять дней, но ничего не сказала, торжественно пообещав три раза, что приду.

По правде говоря, после нашего последнего разговора мне не очень-то хотелось идти туда, отношения с Сашей были окончательно разорваны, пелена спала с моих глаз и я увидела его таким, какой он есть на самом деле. Единственным связующим звеном между нами была Алена, к которой я успела привязаться как к родной сестре.

Я позвонила Славе и оказалось, что он тоже приглашен. Это стало для меня сюрпризом, Саша вряд ли пригласил бы его по собственной воле. Наверняка, Алёна настояла.

В субботу у Славы должен был быть выходной, и я обрадовалась, что не придется идти одной. Несмотря на то, что вряд ли мы останемся с Сашей один на один, я все же испытывала безотчётный страх, а присутствие рядом Славы придавало мне уверенности. Если бы я знала, что задумал Саша…

Я долго думала что надеть и в конце концов остановилась на бледно-розовом платье в пол. Оно отлично подчеркивало фигуру и, глядя на себя в зеркало, я предвкушала как на меня будет смотреть Слава.

Реальность превзошла все мои ожидания. Увидев меня, он широко раскрыл глаза, его челюсть отвисла. Я сделала поворот.

– Ну как тебе?

– Потрясающе! – прошептал он, окидывая меня взглядом полным обожания. – Может, никуда не поедем? – шутливо предложил он, обнимая и целуя меня.

– Ты серьезно? – ухватилась я за его предложение. – Давай останемся.

Если бы Слава согласился, мне было бы плевать на все, и на Сашу, и даже на Алену. Когда он был рядом ничего другое не имело значения.

Подсознание уже блаженно прикрыло глазки, предвкушая как Слава снимет с меня это платье…

– Мы должны пойти, Саша наш друг, – голос Славы вывел меня из приятных мечтаний.

Я огорченно вздохнула, утешив себя мыслью, что все, о чем я думала просто немного откладывается.

Празднование решили устроить в ресторане. Из-за пробок мы со Славой немного опоздали.

– Анечка, дорогая, мы вас уже заждались!

Алёна встретила меня искренней и ласковой улыбкой. Она обняла меня и кивнула Славе.

– Прости, пробки, – прошептала я, сделав вид, что не замечаю радости, вспыхнувшей в ее глазах, при виде нас со Славой.

– Алена, ты прекрасно выглядишь. – сделал ей комплимент Слава.– Беременность невероятно украшает женщину!

Меня словно ударили. Я шумно выдохнула. Алёна сразу бросилась ко мне.

– Аня, ты в порядке?

Я кивнула и попросила не беспокоиться, сославшись на легкую головную боль.

– А где же виновник торжества? – поинтересовался Слава.

– Саша сейчас придет, – расцвела Алена.

И действительно, спустя минуту мы услышали звонкий голос Саши.

– А вот и главные гости!

Мы со Славой резко обернулись. Саша подходил широко раскинув руки. Подойдя ближе, он заключил нас в объятья. Зная Сашу, я была уверена, что он делает это намеренно. Я первая высвободилась из его объятий и попыталась улыбнуться.

– Поздравляю тебя, хотя немного странно, что ты решил отпраздновать заранее.

– Ну, осталось всего пять дней, – отмахнулся Саша. – К тому же, ведь вас так трудно собрать всех вместе, то один не может, то другой…

– Ох, чуть про подарок не забыли! – спохватилась я.

Я взяла у Славы небольшую коробку и протянула Саше.

– Это от нас, – особенно подчеркнула я.

Лицо Саши на короткий миг перекосила гримаса, но он тут же справился с эмоциями и даже выдавил улыбку и сказал спасибо.

Слава сдержанно поздравил его и пожал руку. С его стороны я тоже заметила некую натянутость.

Я поспешила увести Славу, предоставив Сашу законной жене.

Мы со Славой весь вечер провели в стороне от всех. Пару раз я ловила на себе острые взгляды Саши и каждый раз меня бросало в дрожь. Я успокаивала себя тем, что он не станет закатывать публичный скандал, да еще в присутствии Алены.

Вечеринка близилась к концу и я уже расслабилась и выдохнула, как вдруг меня кто-то окликнул.

– Захарова! Анька!

Я обернулась и застыла. Сердце сжалось в недобром предчувствии. Ко мне спешил Леонид Марков, мы вместе учились в университете и не виделись с окончания. Что он здесь делает?

– Анька, дорогая, привет! – обнял меня Леонид.

Я растеряно поздоровалась.

– Сколько же лет мы не виделись? – спросил Леонид и не успела я ответить, как он продолжил. – А я на несколько дней прилетел в Москву… Тут такие пробки, что я только сейчас добрался! Ты же знаешь, что я живу в Америке? Так вот, я прилетел, и звонок от Саши, я обалдел… Столько лет, столько лет! Кстати, поздравляю тебя!

– С чем? – холодея спросила я.

Леонид сделал круглые глаза.

– Ну, ты, мать, даешь! Со свадьбой, конечно! И знаешь, я обиделся, что вы не прислали мне приглашение…

– Ты что-то напутал, – почти умоляюще сказала я, пытаясь его остановить.

Краем глаза я заметила что Слава чуть прищурив глаза внимательно наблюдает за нами.

– Как напутал? – загремел Леонид. – Я когда услышал, что Сашка женился, знаешь, позавидовал ему, еще бы, такую жену отхватил.

Во мне сейчас боролись два противоречивых чувства, мне хотелось заплакать и убежать и, в то же время, хотелось заткнуть Леонида, но он все продолжал.

– Но, тут ведь без шансов. Все на курсе знали про вас. Еще тогда было ясно…

– Леня, познакомься, это Слава – мой жених! – срывающимся голосом почти закричала я.

Леонид несколько раз непонимающе моргнул, переводя взгляд с меня на Славу.

– Слава, а это Леонид – мой однокашник.

Слава с улыбкой протянул ему руку. Леонид растерянно пожал ее.

– Э-э… я думал…

Я не дала ему договорить.

– Думаю, тебе нужно поскорее найти Сашу, а то все закончится, а ты не успеешь его поздравить. Заодно и с его женой познакомишься, Аленушка просто прелесть.

Леонид кивнул и, неловко попрощавшись, ушел.

Я не смела посмотреть в лицо Славы. Леонид сказал достаточно, чтобы сделать выводы. Но я могу все превратить в шутку или все отрицать. Почему я не могу рассказать ему всю правду, разве так не было бы легче? Эта мысль уже давно не давала мне покоя, но я всякий раз отметала ее. Если Слава узнает о моих отношениях с Сашей он начнет презирать меня, за то, что я обманываю Алену, а теперь еще и его.

Я должна что-то придумать, сделать вид, что все это глупость.

Я собралась с духом и подняла голову. Слава смотрел на меня как всегда мягко. Это придало мне уверенности.

– Похоже, Лёня изрядно выпил, – улыбнувшись сказала я. – Нес какую-то чушь.

На секунду мне показалось, что в глазах Славы вспыхнуло пламя, но сразу же потухло. Он улыбнулся и привлек меня к себе.

– Не стоит обращать внимания. Поехали домой!

Я с радостью согласилась.

27

Вопреки моим ожиданиям Слава отвез меня ко мне домой. Он никогда не оставался на ночь в моей квартире и это насторожило меня.

– Мне завтра рано вставать, рейс утром, – как бы оправдывался он.

Я понимающе кивнула, но не удержалась от вздоха. Поднимаясь к себе я думала, действительно ли так совпало, или же на Славу подействовали слова Леонида.

Ночью мне снова приснился этот жуткий сон. Слава снова уходил от меня, наградив взглядом полным презрения. Я проснулась в холодном поту. Включив свет, я схватила телефон. Первым импульсом было позвонить Славе, услышать его голос, чтобы он сказал мне, что все хорошо, но, посмотрев на часы, я передумала. Звонки в три ночи по таким пустякам просто глупость.

Остаток ночи я провела без сна, в компании крепкого кофе и Семена, которому я жаловалась и высказывала свои опасения. Семен делал вид, что слушает меня, изредка поводил ушами и приоткрывал один глаз.

К тому времени как рассвело, я приняла решение поехать в аэропорт, чтобы увидеть Славу и убедиться, что слова Леонида никак не повлияли на него.

Быстро приняв душ и приведя себя в порядок, я надела первое, что попалось под руку, джинсы и светлая водолазка. Засунув ноги в ботинки и схватив куртку, я выбежала из квартиры. Теперь главное успеть.

В аэропорту меня почему-то ошеломило оживление, царившее здесь, хотя это было естественно. Я посмотрела на часы и сверилась с табло. Еще есть время. Я набрала номер Славы.

– Анна? – раздался удивлённый голос Славы. – Почему ты так рано, что-то…

– Нет-нет, ничего, – перебила его я. – Просто, я сейчас… э-э… в общем, мы можем сейчас увидеться?

Я могла себе представить как Слава удивлённо вскинул брови.

– Увидеться? Сейчас? – переспросил он.

– Да, я сейчас в аэропорту. Это важно.

Через несколько минут я увидела спешащего ко мне Славу. Он был взволнован. Я еще раз отметила как идет ему форма.

– Аня!..– начал он.

– Успокойся, успокойся!– предостерегающе подняла я руки. – Все в порядке! Просто мне захотелось увидеть тебя и я не смогла удержаться.

Слава несколько раз моргнул, недоверчиво глядя на меня. Я напряжённо следила за ним, пытаясь угадать его мысли и настроение. Если сейчас он поведет себя холодно, то…

Я не докончила мысли, как Слава улыбнулся своей широкой улыбкой и обнял меня за плечи. Учитывая, что мы были не одни, это не так уж плохо.

– Аня, ты сумасшедшая! – глядя мне в глаза, прошептал он.

Все мои страхи и опасения, терзавшие меня всю ночь, исчезли, растворившись в его взгляде, полном любви.

– Я люблю тебя, – прошептала я.

– И я люблю тебя, – отозвался Слава и запечатлел на моих губах легкий поцелуй. Но даже этого хватило, чтобы сердце начало бешено колотиться.

28

Разъяснив ситуацию со Славой, я не успокоилась. Мне было совершенно ясно, что то, что произошло вчера не было случайностью. Все было тщательно спланировано, от начала и до конца.

Выйдя из здания аэропорта, я воровато оглянулась, словно боясь, что Слава может услышать, и набрала номер главного “режиссера”.

– Через два часа жду тебя на нашем месте, – металлическим голосом отчеканила я и отключилась.

“Нашим местом” была скамейка на Патриарших, где Саша впервые признался мне в любви и где рассказал мне о том, что у него будет ребенок от Алены.

Не знаю почему для этого разговора я выбрала именно это место. Возможно, эта скамейка, где были сказаны самые судьбоносные слова, самое подходящее место для того, что я хочу сказать.

Я сидела на скамейке, спрятав руки в рукава, и смотрела перед собой невидящим взглядом, думая о том, что сделал Саша.

Я не могла оправдать этого. Да, сколько раз мне самой хотелось рассказать Алене о наших отношениях, но каждый раз я сдерживала себя. Ради Саши. Я хотела, чтобы у него была семья, чтобы он был счастлив. Почему же он не может сделать для меня то же самое?

– Анюта!

Я вздрогнула.

Саша остановился около скамейки и глядел на меня почти со страхом. Я молча указала ему на место рядом с собой.

Саша присел, выжидающе глядя на меня. Видимо, догадываясь о чем пойдёт разговор, он не решался заговорить первым.

– Ты любишь меня? – нарушил тишину мой резкий голос.

Краем глаза я увидела как изумленно вытянулось лицо Саши. Он несколько раз растерянно моргнул.

– Аня, что за вопрос? Конечно… я всегда любил тебя. И сейчас люблю! – с жаром воскликнул он.

Я резко развернулась к нему.

– Тогда почему ты не хочешь, чтобы я была счастлива? – со злостью спросила я.

– А-а, – протянул Саша, – значит, ты хочешь быть счастлива с ним?

В его голосе звучала ирония, но я не стала обращать внимания.

– Именно, – подтвердила я.

Саша вдруг рассмеялся каким-то неестественным, истерическим смехом. Я ждала пока закончится этот припадок. Терпение начинало изменять мне.

Смех замер на губах Саши так же резко как и начался. Его глаза внезапно стали злыми, а улыбка ледяной.

Приблизив ко мне лицо, он прошипел:

– Ты думаешь, это возможно? Не-ет, не надейся! У вас нет будущего, он бросит тебя, как только узнает, какая ты на самом деле.

Я удивлённо вскинула брови. Какая я на самом деле?

– Да, – продолжал Саша, – он ведь думает, что ты милая, добрая, чистая, но это не так, и только я знаю… Анечка, а ты не думала, что будет если он узнает, что ты спала со мной уже после того, как я женился? Ай-яй-яй! Слава ведь у нас такой правильный, он никогда не простит!

Это было так неожиданно, что я задохнулась. Я ловила ртом воздух, не в силах не только что-то сказать, но и просто вздохнуть полной грудью. Да, за последнее время я на многое раскрыла глаза и поняла, что Саша вовсе не такой романтический герой, каким я его себе нарисовала, но это было уже за гранью. Подлости я от него не ожидала.

– Какая же ты сволочь! – наконец выдохнула я.

Поднявшись со скамейки, я смерила Сашу гневным и презрительным взглядом. Сейчас я не понимала как могла испытывать какие-то чувства к этому человеку, мучиться из-за него! Нет, передо мной был совершенно другой Саша, и сейчас совершенно точно внутри меня окончательно сложилось отношение к нему.

– Я даже не ненавижу тебя. Тебя для меня просто нет.

Это было сказано абсолютно бесстрастно. Я окончательно поняла для себя, что это “все”, теперь не может быть никаких отношений между нами.

Я повернулась и собралась уходить. Вдогонку мне полетели слова:

– А я всегда буду любить тебя! И знаю, что и ты…

Я ускорила шаг и обрывок фразы не долетел до меня.

Я всю жизнь тяжело принимала решения, привыкла все взвешивать и рассчитывать. Я так привыкла. Но настоящая Анна была другой, и благодаря Славе я это поняла. Прежняя Анна никогда бы не решила так круто поменять свою жизнь, как я сейчас.

Я гнала Ауди по Москве, обдумывая лишь детали. Когда лучше забрать вещи? Заявление написать сегодня или подождать до завтра?

Решив, что на сегодня я слишком устала, да и в таком состоянии не стоит показываться в офисе, я поехала домой.

Семен встретил меня радостным мяуканьем. Я нагнулась и подхватила его на руки.

– Ну, что, начинаем новую жизнь? – весело спросила я. – Как насчет того, чтобы сменить эту мрачную берлогу?

Я открыла ноутбук и стала штудировать сайты недвижимости. Погрузившись в эту бездну, я зависла там до глубокого вечера. Подойдя к окну, я смотрела на Москву с высоты пятнадцатого этажа, представляя как я променяю этот вид на тихий и уютный таунхаус в элитном жилом комплексе. Я была счастлива.

29

Утром я проснулась совершенно разбитая. Тело ломило, а голова словно горела. Я кое-как доплелась до кухни и взяла градусник. Измерив температуру, я присвистнула – тридцать девять и две. О том, чтобы поехать в офис и отвезти заявление и речи быть не могло, я стояла-то с трудом. Приняв таблетку, я снова легла и закуталась в одеяло, меня знобило. Через несколько минут таблетка начала действовать и я стала засыпать. Вдруг раздался телефонный звонок.

Я тихонько выругалась. Кого это несет? Я написала своей помощнице, что заболела и не приду, зная мой характер она вряд ли станет меня беспокоить. Саша после вчерашнего разговора – тем более, Слава еще не прилетел. Я решила не отвечать и с головой закуталась в одеяло. Уже через минуту я провалилась в беспокойный, бредовый сон.

Снова я в каком-то непонятном помещении и длинным коридором. Меня одолевает паника. Здесь так холодно и неуютно, мне хочется, чтобы кто-нибудь пришел и забрал меня отсюда. Словно в ответ на мои мысленные просьбы, появляются Слава и Алена. Я обрадованно протягиваю к ним руки, уж они не оставят меня! Но, они оба смотрят на меня с презрением и отвращением, затем Алёна поворачивается и уходит. Я с мольбой протягиваю руки к Славе, силясь что-то сказать…

Слава уходит. Я смотрю ему вслед и все сильнее ощущаю холод и страх, в тот момент, когда Слава исчезает из моего вида, я падаю на бетонный пол и испускаю нечеловеческий крик, не выражающий и десятой доли боли, которая разрывает меня. Затем, медленно поднимаюсь и, пошатываясь, иду куда-то. Неожиданно я оказываюсь на краю скалы и я уже знаю что будет дальше…

Я проснулась от шума, кто-то звонил и стучал в дверь, словно случился пожар. Я встала и пошла открывать, гадая, что же случилось.

– Анечка! – Слава ворвался как вихрь и сгреб меня в охапку. – Все в порядке… Как же я испугался! – бормотал он, уткнувшись в мои волосы. – Почему ты не отвечала на телефон? – спросил он, заглядывая мне в лицо.

Я не успела ответить. Видимо, мое состояние сразу бросилось Славе в глаза – он встревожено приложил руку к моему лбу. Не говоря ни слова, он взял меня на руки и понес в спальню. Уложив меня и закутав как маленького ребенка, он строго спросил:

– Как давно ты заболела?

– С утра.

– И чем ты лечишься?

Я помялась прежде чем ответить. Мой ответ конечно не понравится Славе.

– Ну-у… я выпила жаропонижающее…

Слава укоризненно покачал головой.

– Аня, ну разве так можно? У тебя высокая температура, нужно вызвать врача…

Я начала протестовать и Славе пришлось отказаться от этой идеи, чтобы я успокоилась.

– Тогда я сам буду лечить тебя.

– Мм, хочешь поиграть в доктора? – игриво протянула я.

– Ага, в Айболита! – отозвался Слава и пошел на кухню.

Через полчаса я, укутанная Славой в одеяло, пила чай с медом и оттого, что этот чай был приготовлен руками любимого, мне сразу стало лучше.

– Не представляешь себе как я волновался, – говорил Слава, гладя меня по волосам. – Я звонил все утро, а ты не брала трубку… Что я только не передумал, и потом, когда звонил в дверь…

Слава покачал головой и закрыл глаза. Я чувствовала себя провинившейся школьницей, и вроде бы и не было моей вины, но мне все равно было стыдно.

– Извини, – тихо сказала я.

– Просто никогда так больше не пугай меня.

– Но я же не знала, что это звонишь ты! – возразила я. – По моим подсчетам ты должен был в это время быть в воздухе.

– Ты, видимо, немного ошиблась, – пояснил Слава.

Я допила чай, но не согрелась. Меня била дрожь. Слава молча скинул ботинки и забрался на кровать рядом со мной. От его тела исходило тепло и я придвинулась как можно ближе. Слава обнял меня. Впервые в жизни я подумала, что болеть – может быть очень даже приятно.

Я тихонько засмеялась.

– Что? – улыбаясь спросил Слава.

– Ничего, мне просто очень хорошо.

В этот раз у Славы выпало два выходных и оба он провел со мной, ухаживая и выполняя роль терпеливой сиделки при капризном больном.

Основным моим капризом был недостаток присутствия Славы непосредственно рядом со мной. Он постоянно или готовил мне чай, или варил бульон, или кормил Семена. Этот рыжий попрошайка постоянно околачивался возле Славы и смотрел на него голодными глазами, несмотря на то, что только что поел. Я начинала ненавидеть его.

– А ну, брысь отсюда! – не выдержала я когда Семен запрыгнул на кровать где мы лежали со Славой. – И не стыдно тебе, ведь ты ел полчаса назад! Куда в тебя только влезает?

Слава засмеялся.

– По-моему, ты просто ревнуешь?

– Конечно, ревную, – согласилась я. – Этот рыжий обжора крадет у меня твое внимание!

Слава приподнялся на локте и заглянул мне в глаза.

– Никто не сможет украсть меня у тебя, – серьезно, как умеет только он, сказал Слава. – Запомни это, никто!

Я рассказала Славе о том, что хочу бросить работу. Вдаваться в подробности не стала, сказала, что хочу наконец заняться любимым делом.

– Ты добилась успеха в финансовой сфере, занимаясь делом, которое тебе не по душе, – сказал Слава,– а теперь, не сомневаюсь, что ты станешь знаменитой художницей. Того и гляди, забудешь про меня!

Хотя он и говорил шутливым тоном, мне стало не по себе.

– Не говори так,– поежилась я. – Никакие деньги и слава не смогут заставить меня отказаться от тебя. Я люблю тебя.

Всегда, когда я говорила подобные вещи, лицо Славы неуловимо менялось. Было ощущение, что ему приятно слышать это, но в то же время, он будто боится поверить в мои слова, боится что все это окажется неправдой. Поначалу я обижалась на это, но со временем смогла понять, что Слава имеет на это право, сколько раз я рассказывала ему о своей любви к другому мужчине, и как я теперь ругала себя за это! Моей целью стало доказать Славе, что я люблю его, сделать так, чтобы он поверил, но как это сделать я пока не понимала.

Время рядом с любимым летит быстро, особенно когда это время всего лишь два невыносимо коротких дня. Выходные Славы закончились.

Я хотела проводить его до аэропорта, но еще не до конца выздоровела, поэтому ограничилась лишь крепкими объятьями у дверей. Я не хотела отпускать Славу, поэтому висела у него на шее и с удовольствием вдыхала его запах.

– Аня, ты меня задушишь! – ворчал Слава. – И я уже опаздываю.

– Ну еще чуть-чуть! – умоляюще хныкала я.

Не знаю почему, но в этот раз мне было особенно тревожно. Я предчувствовала, что в ближайшее время должно случиться что-то плохое.

Чтобы избавиться от этого предчувствия я решила чем-нибудь заняться. Поразмыслив немного, я решила начать потихоньку собирать вещи, хотя я еще и не нашла подходящего варианта для переезда. Но, в конце концов, сам факт переезда вещь решенная, это дело времени и вещи вполне можно собрать заранее.

Таким образом, я раздобыла коробки и начала укладывать вещи. Решив начать новую жизнь, я не захотела приносить в неё свое прошлое. Я собрала только самые ценные для меня вещи: мои картины и рисунки, кисти и карандаши, детские фотографии и любимые книги. Все вещи подаренные мне Сашей я складывала в отдельную коробку. Взяв со стола шкатулку с драгоценностями, я долго стояла с ней, не решаясь открыть. Наконец, я открыла ее и высыпала содержимое на кровать. На светлом пушистом покрывале заискрились всеми цветами радуги бриллианты, изумруды, сапфиры… Почти все здесь подарено Сашей. У меня никогда не было маниакальной тяги к драгоценностям, поэтому я взирала на всю эту красоту почти равнодушно, единственным чувством была обида, я чувствовала, что всем этим от меня откупались, как откупаются от маленького ребёнка сладостями, пытаясь успокоить его.

Я выбрала несколько украшений, которые покупала себе сама, остальное сложила обратно в шкатулку. Подарки Саши я отнесла на мусорку, шкатулку с драгоценностями решила вернуть ему, когда напишу заявление.

После всех этих дел я почувствовала себя спокойнее. Я знала, что сегодня стала еще чуть ближе к своей мечте – быть рядом со Славой.

Слава… При одном воспоминании о нем внутри разливалась теплота. Как же прекрасно любить!

Зазвонил телефон. Я взяла трубку и услышала голос Даши. Она вежливо поинтересовалась о моём самочувствии, а затем спросила когда я собираюсь появиться в офисе.

– Это Александр Павлович просил узнать? – спросила я.

Даша слегка замялась.

– Э-э… Анна Сергеевна, только он просил не говорить…

– Хорошо, – перебила ее я. – Передай Александру Павловичу, что я буду в офисе через несколько дней.

30

К возвращению Славы почти все вещи были собраны. Он очень удивился.

– Ведь ты пока еще не нашла другое жилье?

– Пока нет. Но есть несколько вариантов. Я уже поговорила с риелтором и мы решили выставить квартиру на продажу, а я пока поживу в съемной, – как бы между прочим сказала я.

Расчет был верный.

– Не нужно никакой съемной квартиры! – сказал Слава. – Ты будешь жить у меня.

Мне хотелось бы немедленно переехать к Славе и обосноваться там, чтобы заявить свое безоговорочное право, но я решила, что начать новую счастливую жизнь нужно с абсолютно чистого листа. Сначала мне нужно закончить все дела с Сашей.

В тот день я приехала в офис с бешено колотящимся сердцем, шла к своему кабинету на трясущихся ногах. Все сотрудники с любопытством смотрели на меня, что было крайне досадно.

Не успела я войти в кабинет, как появилась Дарья.

– Анна Сергеевна…

– Передайте Александру Павловичу что я сейчас зайду, – перебила ее я.

Дарья кивнула и скрылась за дверью. Пожалуй, она единственный сотрудник по которому я буду искренне скучать.

Я села в кресло и, обведя взглядом кабинет, взяла лист бумаги и ручку.

Через десять минут я вошла в Сашин кабинет. Я была спокойна как и всегда перед сложной битвой.

– Анна, здравствуй!

Саша поднялся мне навстречу с радостной улыбкой. Я сухо поклонилась ему и села. Улыбка исчезла с лица Саши.

– Говорили, что ты заболела. Я переживал.

Саша сел напротив меня пристально всматриваясь в меня. Он словно не верил, что это действительно я, что я могу так холодно вести себя с ним. Он будто ожидал, что я брошусь к нему на шею как раньше. На короткую долю секунды мне стало его жаль, Саша заглядывал мне в глаза с такой собачьей преданностью. Но я взяла себя в руки, не надо забывать какой Саша на самом деле.

– Я выздоровела, все в порядке, – сказала я и протянула Саше сложенный вдвое лист.

Он настороженно взял его.

– Что это?

– Прочти.

Я скрестила руки на груди и стала медленно вдыхать и выдыхать, готовясь к буре. Вдох-выдох…

Саша развернул листок и начал читать. По мере того, как он читал выражение его лица менялось, он то бледнел, то краснел.

Вдох-выдох…

– Аня, что это? – воскликнул Саша и швырнул заявление на стол.

Я пожала плечами, как бы удивляясь его вопросу.

– Там все написано.

– Здесь написано, что ты собираешься уволиться.

Саша явно начинал выходить из себя и только каким-то чудом все еще держался.

– Да, Саша, я увольняюсь, – медленно произнесла я.

Вдох-выдох.

Грянула буря. Саша вскочил и, схватив мое заявление, стал метаться по кабинету, сопровождая это отборнейшей руганью.

– Ты сошла с ума! – кричал он. – Мы столько лет строили все это вместе… Теперь ты бросаешь меня ради этого…

Я бросила на Сашу предупреждающий взгляд. Этой темы не надо касаться, я никому не позволю говорить о Славе плохо.

– Ну, хорошо, – продолжил Саша, – но куда ты пойдешь? Чем ты собираешься заниматься? Из-за каких-то предрассудков ты хочешь бросить карьеру, которую строила много лет! Аня, одумайся, ты ведь мечтала об этой карьере!

– Мечтала, говоришь? – не выдержала я. – Да что ты знаешь о моих мечтах! Тебя это вообще не интересовало. Тебя не интересовало что я думаю, что чувствую, чего хочу. Я была для тебя всего лишь удобной любовницей, которая к тому же помогает тебе в твоей работе, а точнее, делает ее за тебя. Ты мог исчезнуть на несколько дней, не звонить, не писать, а потом появлялся как ни в чем не бывало, даже не задумываясь о моих чувствах… Я все прощала, Саша, и терпела, потому что думала, что ты единственный человек в мире, которому я нужна, который любит меня…

– А теперь появился Слава! – злорадно ухмыльнулся Саша. – Еще один человек, которому, как ты думаешь, ты нужна!

– Он мне нужен! – одной фразой я поставила точку.

Саша прислонился спиной к стене и уставился на меня.

– Аня, я не понимаю как мы пришли к этому? Всего полгода назад мы…

– Мы жили в своих иллюзиях.

– Я любил тебя, – возразил Саша. – И сейчас люблю!

– Ты не знаешь, что такое любовь! – воскликнула я, поднимаясь. – Если бы твой отец не был против наших отношений, мы бы давно расстались. А так, я была для тебя что-то вроде запретного плода к которому тебя всегда тянуло. Это не любовь. И мне жаль тебя.

Саша слушал меня едва сдерживая дрожь. Когда я закончила, он подошел ко мне и посмотрел в глаза.

– Аня, это не так, – начал было он, но я замотала головой, не желая больше слушать.

Саша умолк. Мне показалось, что буря уже миновала и я с удовольствием подумала о том, что скоро все закончится, приедет Слава и отвезет меня домой…

Несколько минут Саша молчал. Затем снова заговорил, но уже спокойно.

– Значит, ты не веришь в мою любовь? – спросил он.

Я устало покачала головой.

Саша грустно улыбнулся.

– А в его, значит, веришь!

– Не начинай!

– Я не начинаю, – поднял руки Саша. – Просто очень скоро наступит момент, когда ты увидишь истинное лицо Славы и ты будешь очень разочарована. И это мне жаль тебя.

В ответ я лишь усмехнулась. Я знаю Славу, знаю, что он любит меня, и я его люблю. Какую бы чушь не нес сейчас Саша, я знаю, что мы со Славой будем счастливы.

Но я не стала спорить.

– Подпиши заявление.

Саша еще раз посмотрел на листок.

– Ты уверена? – с робкой надеждой спросил он.

Я кивнула.

Саша сел в кресло и, взяв ручку, задумался на секунду. Я затаила дыхание, боясь спугнуть его. Одно неосторожное слово или движение и начнётся второй раунд, а у меня уже не осталось сил.

Наконец Саша подписал заявление и протянул его мне.

– И что же позволь узнать, ты думаешь делать дальше? – с притворной иронией спросил он.

– Буду рисовать, – ответила я, беря заявление.

Саша недоверчиво рассмеялся.

– Ты серьезно?

– Да.

Саша задумался, нахмурив брови. Как же много он обо мне не знает. И знает ли что-то вообще?

Я поднялась, собираясь уходить. Когда я подошла к двери Саша окликнул меня:

– Аня!

Я обернулась.

– Если передумаешь, твое место всегда готово для тебя.

– Вряд ли, – покачала я головой.

– Просто знай, – сказал Саша. – И еще, я все же всегда буду любить тебя.

Я шла по коридору, терзаемая сомнениями, слабыми, но достаточными для того, чтобы испортить мое настроение. Я думала о том, что сказал Саша. А что если он и вправду любит меня, и все выводы, что я сделала в последнее время неверны? Ведь любовь бывает разная и каждый проявляет ее по-своему. Почему я решила, что если Сашина любовь не подходит под мои стандарты, то это и не любовь вовсе? Конечно, он совершил много глупостей за последнее время, но, возможно, все это лишь из-за ревности.

Так любит он меня или нет? Боже мой, я сойду с ума! Я кивнула Дарье и зашла в свой кабинет. Внутри начиналась буря, чувства и мысли смешались, единственным выходом была бы рюмка коньяка…

Я вспомнила про Славу. Это не выход! Я достала телефон и набрала его номер.

– Ты можешь забрать меня?

– Конечно, сейчас приеду. Что-то случилось? У тебя расстроенный голос.

– Просто устала. Приезжай скорее.

Я собрала все свои вещи в коробку и в последний раз обвела взглядом свой кабинет. Жалею ли я о том, что ухожу? Нисколько.

Вдруг я вспомнила о шкатулке с драгоценностями, я же должна отдать ее Саше. Желательно успеть сделать это до приезда Славы, иначе у него могут возникнуть вопросы. Я вышла из кабинета и направилась на парковку, ругая себя за то, что забыла сразу взять шкатулку.

Вернувшись в офис я торопливо направилась к кабинету Саши. Для этого мне нужно было пройти мимо своего кабинета. Вдруг, я заметила, что дверь моего кабинета чуть приоткрыта, Дарьи на месте не было. Я остановилась в недоумении, я отлично помню, что закрывала дверь. Машинально я сделала несколько шагов к кабинету. До меня донеслись голоса, настолько знакомые, что у меня по спине побежали мурашки. Я застыла в ужасе, прислушиваясь, и леденела от каждого произнесенного ими слова.

– Ну что, ты доволен? – задал вопрос Саша. – Ты забрал у меня Анну, заставил ее ненавидеть меня. Радуйся, у тебя получилось отомстить! Только скажи мне, Савелов, неужели все это из-за детского увлечения?

– Это не было для меня детским увлечением, – раздался голос Славы. – Мы с Таней собирались пожениться после школы…

– Так ты должен радоваться, что так все получилось! – перебивая Славу, воскликнул Саша. – Подумай, если она так легко побежала за мной, стоило мне лишь позвать ее, разве стоила она того, чтобы стать твоей женой? Ты еще спасибо мне должен сказать, что я уберег тебя от такой жены!

Я услышала как Слава усмехнулся.

– А Таня тоже должна сказать тебе спасибо за то, то ты поигрался с ней и бросил? – голос Славы начинал звучать немного резко. – Ты ведь даже не замечал ее до того, как мы стали встречаться! Ты просто всегда хотел получать все, даже то, что принадлежит другим!

– А-а, значит, вот в чем дело! – иронично протянул Саша. – Значит, ты решил отомстить мне не только за себя, но и за Таню? Захотел получить то, что принадлежит мне?

– Анна была несчастна с тобой, – сказал Слава. – Ты и ее жизнь испортил.

– Я люблю Анну! – возразил Саша. – Я делал для неё все.

– Именно поэтому ты женился на Алене? – язвительно заметил Слава. – От большой любви к Анне?

– Ты ничего не знаешь! – возразил Саша.

– Ошибаешься, я знаю все. Ты никогда по-настоящему не любил Анну, но все равно мне доставляет удовольствие видеть твое поражение. Ты проиграл! Теперь Анна никогда не будет с тобой!

– А с тобой?

С этими словами я ворвалась в кабинет. Слава и Саша резко обернулись и, поняв, что я все слышала, смотрели на меня со страхом. Саша знал меня слишком долго, а Слава слишком хорошо, чтобы понять, что происходит сейчас со мной.

Я переводила взгляд с одного на другого, раздираемая изнутри болью и надвигающимся чувством пустоты. Передо мной стояли двое мужчин, которых я любила и оба, как оказалось, обманывали меня.

“Что со мной не так? – промелькнуло в голове. – Неужели меня нельзя искренне любить?»

Несколько секунд мы все трое молча смотрели друг на друга.

Первым в себя пришел Слава. Он шагнул ко мне и протянул руки.

– Аня!

От звука его голоса я задрожала, но все же у меня хватило сил предостерегающе вскинуть руку. Слава остановился, я увидела как в его глазах вспыхнула боль. Увидев это, внутри меня вспыхнула надежда. Возможно, Слава узнал о нас с Сашей только что, возможно, Саша решив привести в исполнение свою угрозу разлучить нас во что бы то ни стало, рассказал все Славе, а значит, что вся эта история с местью просто Сашина выдумка и Слава действительно любит меня.

Эти мысли согревали мою душу. Я не сомневалась что все именно так, но я хотела подтверждения.

– Слава, как давно ты все знаешь? – дрожащим, не своим голосом спросила я.

Я затаила дыхание и не сводя глаз с лица Славы, стала ждать ответа. Ответа от которого зависело все мое будущее.

Я увидела как Слава опустил глаза, чтобы не встретиться со мной взглядом. Я все поняла. Рухнули все надежды. Неожиданно я вспомнила свадьбу Саши, тогда я подумала, что мир рухнул, но тогда остались хотя бы руины этого мира, и мне удалось выбраться из-под обломков и построить новый мир. Теперь же осталась только пустота и боль, заполнившие мое сознание. Я почти не расслышала как Слава ответил на мой вопрос.

– Давно.

31

Я открыла глаза и обвела взглядом комнату. Желтый цвет стен, который еще так недавно поднимал мне настроение, сейчас ужасно раздражал. Я протянула руку и взяла с тумбочки бутылку виски, с досадой отметив, что она почти пуста. Сделав несколько глотков, я снова закрыла глаза.

Алкоголь притупил чувство боли, я уже не рыдала скорчившись на кровати. Я просто лежала без мыслей, с одним единственным желанием умереть, и из-под сомкнутых ресниц катились слезы.

На меня навалилось пьяное отупение, и я даже была рада этому. Уснуть и не просыпаться…

Вдруг возле меня раздалось жалобное мяуканье. Семен забрался на кровать и, увидев меня в таком состоянии, стал тыкаться мордочкой мне в лицо. Я открыла глаза и увидела его сочувствующий взгляд.

– Маленький, ты один только меня и любишь! – сказала я, прижимая его к себе.

Раздался звонок в дверь. Моё сердце чуть не выскочили из груди. В голове моментально пронеслась: “Слава!”

Я не успела подумать о том, что после того, что сегодня произошло Слава вряд ли придёт ко мне, и о том, что я должна ненавидеть его за то, что он использовал меня. Я не думала об этом, просто в одно мгновение я выскочила на ноги и помчалась открывать.

Дрожащими от волнения руками я открыла дверь и…

На пороге стоял Саша. На меня словно упала бетонная плита.

– Аня, я… – начал было Саша.

Я устало отмахнулась от него и прошла в гостиную. Саша прошел за мной.

– Я не мог оставить тебя одну в таком состоянии, – решил все же объяснить свой визит Саша.

Я усмехнулась и плюхнулась на диван.

– Сашенька, ты меня в состояниях и похуже оставлял, – напомнила я.

Саша опустил голову, мои слова больно задали его, но я была рада этому. Сейчас я находилась в таком состоянии, что сама испытывая боль наслаждалась болью других. Я продолжила.

– Тебе всегда было наплевать на меня. Ты оставил меня одну когда я сделала аборт, а перед этим заставил меня принять это решение в одиночку… Потом Алена, и я снова осталась одна. Мне не привыкать!

– Аня, пожалуйста! – умоляюще прошептал Саша, но меня было не остановить.

– Знаешь, я одного не понимаю, зачем ты сюда пришел? Или может ты думаешь, что раз со Славой все закончилось, то я вернусь к тебе? – со злой иронией спросила я.

Саша отрицательно покачал головой.

– Нет, не думаю.

Это стало для меня неожиданностью. Я ожидала, что Саша снова начнёт разговоры о своей любви, о том, что мы должны быть вместе… Вместо этого такой спокойный тон!

– Аня, – тихо сказал Саша, – я сегодня понял , что ты действительно любишь Славу. В твоих глазах было столько боли…

Саша сокрушенно покачал головой.

Я смотрела на него широко раскрыв глаза и не могла понять что происходит. Саша, сидящий сейчас передо мной, определённо не мог быть Сашей, которого я знала.

– Это что, твоя очередная уловка? – спросила я.

Саша невесело усмехнулся.

– Интересно, как мы дошли до этого?

Я пожала плечами. Мы шли к этому одиннадцать лет.

Саша встал и подошёл к окну. Я с нетерпением следила за ним, ожидая ответа.

Наконец Саша повернулся ко мне. На его лице отразилась усталость и горечь.

– Аня, дорогая, милая… Аня, пойми, все, что я говорю сейчас это не уловка. Я знаю, что мы никогда не будем с тобой. Я осознал это сегодня со всей остротой, и знаешь, мне жаль, что я не понял этого раньше, сколько всего мы могли бы избежать!

В этом я не могла не согласиться с ним, но мне по-прежнему было непонятно к чему он ведёт.

Саша снова замолк и тяжело вздохнул, видимо собираясь с мыслями. Когда он снова заговорил голос звучал глухо, слова давались ему с трудом.

– Знаешь, все это время у меня еще была надежда, что все наладится, будет как раньше…

Я презрительно фыркнула. Какая могла быть надежда?

– Да, я надеялся, – повторил Саша. – Мне казалось, что наша любовь преодолеет препятствия. Когда появился Слава, – Саша тяжело вздохнул, – я думал, что ты всего лишь хочешь позлить меня или отомстить. Ты твердила что любишь его и я сходил с ума, тем более я знал, что Слава… что у вас нет будущего.

Я почувствовала как подступают слезы, но рыдать сейчас перед Сашей мне не хотелось. Я подавила горло пальцами и кивнула Саше, предлагая ему продолжить.

– Я знаю, я сделал много глупостей, особенно за последнее время, и мне очень стыдно, поверь… Аня, я не знаю простишь ли ты меня когда-нибудь, но я сожалею. Я всего лишь хотел уберечь тебя…

Я анализировала все сказанное Сашей. Это действительно не было похоже на уловку, он был искренен. Но одно оставалось невыясненным.

– Почему ты поверил в мою любовь к нему только сегодня? – глухо спросила я.

Снова тяжелый вздох.

– Никогда, никогда, даже у самые тяжелые для нас моменты я не видел в твоих глазах столько боли. В какой-то момент мне показалось, что ты вот-вот лишишься чувств.

– Как было бы хорошо! – невесело усмехнулась я. – А то сейчас я для этого вынуждена прибегать к помощи различных средств.

– Да, я заметил, – поморщился Саша. – Но, Аня, это не выход!

Я вспомнила как Слава говорил мне что-то подобное и новая боль резанула меня изнутри. Не в силах больше сдерживаться я заплакала. Саша, не говоря ни слова, подошёл ко мне и, сев рядом, обнял. Это не были объятья любовника, в них не было страсти, это были объятья друга, который переживает за тебя и желает утешить. Я даже представить не могла, что между мной и Сашей возможны вот такие отношения. Мне было тепло и уютно когда он обнимал меня, при этом я не ощущала неловкости или опасений, что со стороны Саши начнутся какие-то притязания.

Не знаю сколько прошло времени прежде чем звонок в дверь вернул меня к реальности. Я отстранилась от Саши и вытерла слезы.

– Кого там еще принесло? – пробормотала я, поднимаясь с дивана.

– Аня, не беспокойся я открою, – голос Саши звучал заботливо и мягко.

Я благодарно улыбнулась ему и закуталась в теплый плед. Спиртное и стресс сделали свое дело и мои глаза стали слипаться.

Вдруг, сквозь наваливающийся сон, до меня долетели голоса. Я не могла разобрать о чем шла речь, но тон был довольно резким. Затем я услышала как захлопнулась дверь, и спустя несколько секунд появился Саша. Он был очень взволнован .

– Что случилось? – испуганно спросила я.

Саша покачал головой и прошел через комнату, затем развернулся. Мое беспокойство начинало нарастать.

– Саша, кто это был? – дрожащим голосом спросила я, уже подозревая каким будет ответ.

Саша как-то виновато посмотрел на меня и сразу отвел глаза. Сомнений не оставалось. Это приходил Слава.

– Как ты мог? – я моментально протрезвела и вскочила на ноги. – Как ты мог не дать мне с ним поговорить? Что ты ему сказал?

Я бросилась к Саше и, схватив его за грудки, принялась трясти.

– Что ты ему сказал? Сказал, что я вернулась к тебе?

Я грубо оттолкнула его.

– Да тебе ведь даже и говорить ничего не надо, достаточно, что Слава видел тебя здесь. Господи, ну почему я сама не открыла эту чертову дверь!..

Я закрыла лицо руками. Мысли путались в голове, от того, что я могла сказать Славе, до того, почему он пришел.

Теперь я уже вряд ли это узнаю.

– Аня, если ты успокоилась, то можно я наконец скажу?

Я удивленно посмотрела на Сашу. Разве тут есть о чем говорить?

– Да, это был Слава, – сказал Саша. – И мне правда очень жаль, что все так получилось, но я честно пытался ему все объяснить!

Слова Саши звучали искренне, я не могла ему не поверить после нашего недавнего разговора. Я кивнула.

– Прости, это все нервы.

– Все в порядке, – сказал Саша и подошел ко мне.

– Давай лучше подумаем зачем Слава приходил к тебе.

Я вскинула голову. А действительно, зачем? После того, что случилось сегодня, это имеет смысл только в одном случае…

– Да-да, – подтвердил мою невысказанную догадку Саша. – Не знаю какие намерения были у Славы изначально, но он любит тебя.

Я почувствовала как мои губы расплываются в улыбке. Я снова вернулась к жизни.

После того как Сашу ушел, я стала думать как мне лучше поступить. Поехать к Славе прямо сейчас или подождать до утра? Я решила отложить до утра, пускай помучается, подумает, даже поревнует. А утром я появлюсь у его порога и обниму его так крепко, чтобы больше никогда не опускать…

Я мечтательно прикрыла глаза. Все плохое кажется осталось позади. Дальше только счастье.

32

Утром я проснулась с радостным волнением. Сделав прическу и макияж, я перебрала весь свой гардероб, решая что же надеть. Неожиданно на глаза мне попалась, пожалуй, единственная вещь синего цвета в моем шкафу – платье-футляр. Я не помню когда покупала его, видимо, давно, но так ни разу и не надела, даже этикетка не была сорвана.

Я вытащила это платье и улыбнулась. Очень символично.

Покрутившись перед зеркалом полчаса, я послала воздушный поцелуй Семену и выпорхнула из квартиры навстречу своей любви.

Первым дурным предзнаменованием было то, что я попала в пробку. Затем я долго не могла припарковаться возле дома Славы, мне пришлось оставить мою малышку на стоянке неподалеку.

На этом все не закончилось, зайдя в подъезд, я увидела объявление о том, что лифт не работает и что управляющая компания приносит свои извинения за доставленные неудобства и обещает в ближайшее время исправить ситуацию.

Я мысленно выругалась и стала подниматься по лестнице, радуясь хотя бы тому, что Слава живет на шестом этаже, а не на шестнадцатом.

Поднявшись, я торопливо оправила платье и прическу и, сделав глубокий вдох, чтобы унять бешеное сердцебиение, позвонила в дверь.

Прошла минута, вторая.

Я позвонила еще раз. Может я приехала слишком рано и Слава еще спит? Я посмотрела на часы и отбросила эту мысль. Но то, что за дверью было тихо начинало меня раздражать.

Спустя еще несколько минут я уже не убирала палец с кнопки звонка. Вдруг раздался звук отпираемой двери, только это была дверь соседской квартиры. Из-за двери показалась голова довольно неприятной старухи, ну, или просто я была на грани бешенства, и поэтому она показалась мне таковой.

Старуха смерила меня презрительным взглядом и уже открыла рот, собираясь мне что-то сказать, но я опередила ее.

– Скажите, вы не знаете, Слава дома?

Снова этот презрительный взгляд. Некоторое время старуха помолчала , словно обдумывая стоит ли со мной говорить.

– Славы нет, он еще вчера улетел.

Голос у нее был противный и скрипучий, под стать внешности.

Однако, ее слова поразили меня.

– Как улетел? Ведь у него должен быть вылет только сегодня, – растерянно пробормотала я.

– Ничего не знаю, – проскрипела старуха. – И хватит здесь трезвонить!

С этими словами она скрылась за дверью.

Мне ничего не оставалось, как показать ей вслед язык и, тяжело вздохнув, направиться вниз, проклиная всех лифтеров.

Я вышла из подъезда и почувствовала себя бесконечно усталой, радостное возбуждение , придававшее мне силы прошло. Я медленно побрела к стоянке по пути раздумывая как быть дальше. Слава улетел. Возможно, я ошиблась и что-то перепутала, но факт есть факт. Когда он вернется? Все зависит от того, какой рейс он совершает, он может вернуться сегодня вечером или завтра утром, а то и вообще это длительная командировка, в общем, когда угодно. И что делать?

“А ты не можешь просто позвонить ему и узнать?” – подало голос мое подсознание.

Я отмахнулась от него. Позвонить это глупо, что я скажу ему? Такие вещи не объясняются по телефону, мне нужно видеть его лицо, его глаза…

Только сейчас я вдруг поняла как соскучилась по нему, мне казалось, что прошло уже много лет с тех пор как я видела его в последний раз. Сейчас я остро ощущала потребность в его голосе, в его объятьях, в его запахе…

Я понимала, что настолько люблю Славу, что у меня не осталось гордости, я готова закрыть глаза даже на то, что он использовал меня чтобы отомстить Саше. Но бывает ли вообще гордость в любви?

Размышляя над этим вопросом я добрела до стоянки и села в свою малышку. Заведя мотор, я точно знала ответ. Нет, не бывает.

На следующее утро я снова поехала к Славе и снова столкнулась лишь с закрытой дверью, даже противная старуха не вышла. Лифт так и не починили, и я, спускаясь, уже не стеснялась в выражениях.

Я становилась крайне раздражительной, и Семен, которому доставалось от меня, кажется молился своему кошачьему богу, чтобы Слава поскорее вернулся.

Несколько раз звонил Саша, хотел приехать, но я отказалась. Нет, конечно, наши отношения наконец-то переросли в дружбу, и я знала, что он хочет поддержать меня, и я даже нуждалась в этой поддержке, но я знала, что Алена плохо себя чувствует, и конечно я не могла допустить, чтобы Саша оставил её.

На третий день я настолько потеряла надежду, что не стала особенно наряжаться, натянула джинсы и водолазку.

Как ни странно день выдался тёплым, редкость для начала ноября. Я посмотрела на ясное небо, чуть прищурившись от солнца, и решила, что это добрый знак.

Еще вчера я обнаружила где можно припарковать машину поближе к дому Славы, так что если лифт все еще не починили, мне не придется тащиться на стоянку.

Итак, я припарковалась, взяла сумочку и уже ухватилась за ручку, чтобы открыть дверь, но тут…

Единственное, чего я хотела это чтобы все оказалось дурным сном. Я не могла поверить своим глазам, я смотрела вперед через лобовое стекло, пытаясь убедить себя, что это обман зрения.

У подъезда остановилась машина Славы. Слава вышел из машины и, грациозно обогнув ее, открыл дверь с пассажирской стороны и подал руку, помогая кому-то выйти. Этой “кто-то” оказалась Лиза.

Она просто светилась от счастья и постоянно смеялась. Я неотрывно следила за их действиями. Вот Слава открыл багажник и достал сумку и чемодан. Сумка, как я знала, принадлежала Славе, а вот чемодан…

От этих мыслей перед глазами все поплыло. Эта стерва приехала к нему с вещами! Так значит я была права и между ними действительно что-то есть? Получается, они обманывали меня все это время! А эта Лиза наверняка потешалась надо мной от души!

Внутри заклокотало от гнева. Планка упала и я перестала себя контролировать. Прежде чем успеть что-либо сообразить, я выскочила от машины и помчалась по направлению счастливой пары.

– Ба! Как я вовремя! – заорала я, оказавшись рядом.

Слава резко обернулся, как только услышал мой голос, и его лицо вытянулось от изумления, так же как и лицо Лизы.

Я же продолжала комедию, войдя в роль сумасбродки.

– Вас можно поздравить? Лиза, я всегда говорила Славе, что вы очень красивая пара!

Я заключила Лизу в объятья, желая только одного – задушить ее.

– Знаете, я тут недалеко была, решила заехать, как оказалось, очень удачно. От Славы ведь никогда не добьешься откровений, а тут я сама своими глазами… Лиза, я так за вас рада!

Слава молча взирал на этот спектакль, лишь в его глазах жарко полыхало. Лиза же выглядела вконец растерянной и вопросительно смотрела на Славу.

– Анна, зачем ты приехала? – вдруг спросил Слава хриплым голосом.

Теперь настала моя очередь удивляться. Я не ожидала такого резкого тона, думала, что Слава сохранит хотя бы внешние правила приличия, я же сдержалась и не вцепилась в крашенные волосы Лизы!

Я захлопала ресницами.

– Я… Я же сказала, что ехала мимо… Но, наверное, лучше в другой раз? – я повернулась к Лизе, делая вид, что обращаюсь к ней, не в силах выносить пылающий взгляд Славы.

Лиза облегченно кивнула, похоже окончательно потеряв дар речи.

Попрощавшись, я направилась к своей машине, стараясь идти прямо и не согнуться пополам от разрывающей меня изнутри боли. Нет, Анна, не сейчас! Позже ты можешь хоть по полу кататься, но не сейчас, сейчас ты никому не покажешь как тебе больно.

Осталось несколько метров, я прижала руку к груди.

Звук приближающихся шагов и резкий оклик:

– Аня!

Я замерла в то же мгновение, хотя разум твердил, что я должна бежать со всех ног, но я не могла пошевелиться.

Слава догнал меня и остановился рядом со мной. Нас разделяло меньше метра, но даже этого казалось для меня много. Как я хотела прижаться к нему, чтобы он обнял меня…

Нельзя! Забудь!

Я тряхнула головой и посмотрела ему в лицо с вызовом.

Слава внимательно всматривался в меня, словно старался не упустить ни одну деталь. Наконец я поняла.

– Не беспокойся, я не пила. По крайней мере сегодня.

– Аня, зачем ты здесь? – повторил свой вопрос Слава, но уже гораздо мягче.

Сейчас в его голосе звучали такие родные интонации, что и я стала прежней Анной. Я устало посмотрела ему в глаза и тяжело вздохнула.

– Разве теперь это имеет значение?

– Для меня – да.

Эти слова снова пробудили во мне надежду, что то, что сказал Саша правда и Слава действительно любит меня.

Но вдруг я заметила Лизу, ожидающую возле машины и признание, готовое сорваться с моих губ, застряли в горле. Я откашлялась, тем самым дав себе время, чтобы придумать подходящий ответ.

– Я приехала сказать тебе, чтобы ты не думал что победил. – ледяным тоном сказала я. – Ты думал, что отомстил Саше уведя меня, но это невозможно, потому что невозможно забрать то, чем человек не обладает. Я не знаю как долго ты вынашивал этот план мести, но он не удался, только теперь вместо одного врага у тебя их двое. Я никогда не прощу, что ты так поступил. Я до конца своих дней буду ненавидеть тебя, Савелов!

Мое подсознание буквально задохнулось от распирающей его гордости. Я вскинула голову и прошла мимо Славы. Уже возле машины я не удержалась и бросила на него мимолетный взгляд. Мне показалось, что в его глазах блеснули слезы.

По дороге я заехала в ресторан. Решив, что если сжигать мосты, то уж дотла, я заказала стакан виски, потом ещё один, и ещё…

Когда я уже была близка к отключке, бармен, которому я два часа изливала душу, предложил вызвать мне такси, но я отказалась, вспомнив о своей малышке.

– Я на машине, – заплетающимся языком сказала я.

– Но вы не можете сесть за руль в таком состоянии! – испуганно округлил глаза бармен.– Воспользуйтесь хотя бы “трезвым водителем”.

На это я согласилась.

Добравшись до дома, я рухнула на кровать и забылась пьяным отупляющим сном.

Не знаю когда начался этот кошмар. Неожиданно сбивчивые, смутные образы стали приобретать четкость, и вот я уже снова переживала день, который когда-то назвала самым худшим в моей жизни. Какой же наивной я тогда была, сколько всего не знала!

Как бы то не было, но я снова стояла в том самом московском ЗАГСе и видела перед собой ту самую регистраторшу. Странно почему её лицо я помнила в мельчайших подробностях, даже морщинки вокруг глаз. Возможно, все дело в хорошей зрительной памяти отличающей художников, а может, просто тот день врезался мне в память.

Она читала свою речь, а я пыталась понять, почему же именно эта свадьба, почему не мой обычный кошмар?

Регистраторша прервала мои мысли, спросив невесту согласна ли она взять в мужья и быть вместе и в горе, и в радости.

Я отлично помнила этот момент, помнила как ненавидела тогда Алену. Как же все изменилось! Сейчас я готова была порадоваться за неё.

– Да, согласна! – прозвучал радостный голос невесты.

Стоп! Это не голос Алены, но я готова поклясться, что слышала его прежде. Самый противный голос, который мне приходилось слышать…

Страшная догадка мелькнула у меня в голове. Я повернула голову, чтобы увидеть лицо невесты. Она тоже повернулась ко мне и откинула фату, сияя ехидной победоносной улыбкой. Это была Лиза.

Регистраторша же тем временем задала вопрос жениху. Нет, Господи, нет! Пожалуйста, дай мне проснуться прежде, чем я это услышу!

Я силилась проснуться, но никак не получалось. Тем временем я чувствовала, что жених собирается ответить.

Я зажмурилась и заткнула уши, но даже так до меня долетели слова, разорвавшие мое сердце.

– Да, согласен!

Сколько счастья звучало в словах, произнесенных Славой.

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественно вещала регистраторша. – Скрепите ваш союз поцелуем!

Я почувствовала как пол под ногами стал уходить в сторону и через пару мгновений я рухнула в пропасть.

33

Жизнь продолжалась, если это можно было назвать жизнью. Я целые дни проводила дома, напиваясь, чтобы забыться. Мне не хотелось ничего, даже мимо мастерской я проходила с отвращением.

Приезжал Саша. Увидев меня в таком состоянии, он пришел в ярость и порывался поехать к Славе, но я категорически запретила ему, сказав, что если он поедет, то обо мне может забыть.

Я больше ничего не хотела слышать о Славе. У него своя жизнь, параллельная моей, и я желаю ему счастья, а себе желаю забыть что он был в моей жизни и разрушил ее.

Саша предложил мне снова вернуться на работу.

– Только не отвечай сразу, подумай. Мне очень нужна твоя помощь и поддержка.

Я проснулась резко и в первую секунду не могла понять какое сейчас время суток. Бросив взгляд на часы и сопоставив вид за окном, я определила, что сейчас вечер.

Что же меня разбудило? Я села на кровати, обхватив разламывающуюся от боли голову, и попыталась вспомнить. Резкий толчок…

Вдруг одеяло зашевелилось и показался Семен. Он жалобно мяукнул и посмотрел на меня с сочувствием. Этого я стерпеть не могла.

– А ну, брысь отсюда, наглая морда! Попробуй, попадись мне на глаза и я утоплю тебя в ванной!

Семена как ветром сдуло. Мой сон тоже.

Я встала и подошла к окну. В вертикальном положении голова болела еще больше.

Я пошла на кухню, чтобы выпить немного коньяка, но бутылка оказалась пустой. Я поставила ее на пол, рядом с несколькими пустыми бутылками, накопившимися за эту неделю.

Только сейчас я заметила, что их, пожалуй, слишком много.

“Аня, прошу тебя, не пей!” – прозвучал в голове голос Славы.

Я со злостью тряхнула головой. Больше никаких воспоминаний о нем!

Но это легко сказать, на самом деле мне нужно было себя чем-то отвлечь, нельзя же все время пить.

Я собрала все бутылки в мусорный мешок. Приоткрыв дверь квартиры, я высунула голову и осмотрелась. Со стороны это наверное выглядело по-дурацки, но я не хотела, чтобы соседи видели как я выношу из своей квартиры бутылки в таком количестве.

Благополучно добравшись до мусорки я запустила мешок в контейнер и стала думать что же дальше.

А дальше еще неделя и снова такой же пакет, затем еще…

“Анна, ты губишь себя!”

“Тебе-то что?” – мысленно огрызнулась я.

В это время из подъезда вышли две девушки. Обе были одеты ярко и безвкусно, что дополнялось вульгарным макияжем. Когда они прошли мимо меня, я услышала обрывок фразы из которой были понятны их планы на вечер, и я решила, что на сегодня наши планы должны совпасть.

Я выбрала клуб в который мы с Сашей раньше часто ходили. Мне всегда не нравились подобные места, я любила покой и уединение, но сегодня громкая музыка помогала мне отвлечься, как и алкоголь. Я потягивала уже третий коктейль и чувствовала себя все лучше и лучше, даже мысли о Славе причиняли меньше боли. А может она просто чуть притупилась.

Но вот я разворошила эту еще не зажившую рану и боль вспыхнула с новой силой, пронзая мое сердце острым лезвием. Я поставила стакан на стол и прижала руку к груди.

Сможет ли когда-нибудь эта боль пройти? Смогу ли я вспоминать о нем без боли? Ведь с Сашей же получилось!

Нет, не нужно себя обманывать. Никогда не пройдет, эта рана так и будет кровоточить. И не нужно сравнивать эту боль с той, которую я испытывала когда потеряла Сашу, это разные вещи – тогда мне было больно потому что меня предал любимый человек, потому что я осталась одна со сломанной жизнью и разрушенными мечтами, теперь же мне было больно оттого, что я умерла, да, умерла, у меня не осталось ничего, даже желания жить, впрочем как и самой жизни. Я умерла, духовно, а вопрос уничтожения физической оболочки стал вопросом времени.

На следующее утро позвонила Алена.

– Анечка, дорогая, что у тебя случилось? – обеспокоенно спросила она.

– Ничего, – коротко сказала я, рассчитывая на ее тактичность.

Но в этот раз Алена решила изменить своим правилам.

– Аня, Саша рассказал мне кое-что…

Вот трепло! Что ж, если она все знает…

Я рассказала Алене все подробности, в конце концов, мне нужно было кому-то пожаловаться и поплакаться. Алена выслушала меня и сказала:

– Я сейчас к тебе приеду, жди.

Через час она уже была на пороге моей квартиры. Я испытывала некоторую неловкость оттого, что Алена, на последних сроках беременности, носится с моими проблемами.

“Но ведь ты ее не звала, она сама так решила!”– успокоило мою совесть подсознание.

Я предложила Алене чай.

– Если можно, зеленый.

Я старалась как можно больше затянуть процесс приготовления чая, но не могло же это длиться вечность. Наконец, я подала чай и оказалась лицом к лицу с Аленой, которая тут же начала задавать неудобные вопросы.

– Знаешь, я все понять не могу почему вы вдруг так расстались, – задумчиво сказала она. – Слава так любил тебя, это было видно с первого взгляда.

От этих слов в сердце словно начали вращать вонзенный клинок. Я прижала руку к груди и съежилась.

– Ты до сих пор любишь его?

Этого вопроса я точно не ожидала от Алены, но, возможно потому, что она застала меня в врасплох, я все же ответила.

– Да, люблю.

Это не было откровением для меня, но слова произнесенные вслух произвели на меня сильное впечатление. Если я признаю это после всего случившегося, значит это действительно любовь.

– Да, это действительно любовь, – повторила мои мысли Алена.

Я слегка вздрогнула, как и раньше, когда мои мысли угадывал Слава.

– И Слава любит тебя! – не унималась Алена. – Не знаю, что случилось, но мы должны все выяснить!

– Не нужно ничего выяснять, – устало сказала я. – На этот раз ты ошиблась. У Славы есть девушка, которую он любит, они вместе, я даже знакома с ней.

Алена выглядела потрясенной.

– Может, ты всё-таки ошибаешься? – с надеждой спросила она.

Я покачала головой.

– Я сама видела как она переехала к нему с вещами.

Алена тяжело вздохнула. Против этого ей нечего было возразить, она только сочувствующие смотрела на меня.

Надо же, как все переменилось, ведь это я раньше так на неё смотрела, ну, после того, как перестала её ненавидеть, теперь её очередь жалеть меня. Жутко неприятно.

– Сколько тебе до родов осталось? – переменилась я тему.

– Два месяца. – сразу оживилась Алена. Как и всегда, когда речь заходила о ребенке, все проблемы для неё уходили на второй план.

Если бы и для меня это было возможно!..

Грусть и безысходная тоска сжали моё сердце. Я обречена быть одной.

34

Прошла еще одна неделя. Днем я почти все время спала, а ночи проводила в клубе, напиваясь до беспамятства.

Знакомый бармен, который частенько бросал на меня сочувствующий взгляд, всегда вызывал мне такси и отправлял домой.

Я не думала о том, что разрушаю себя, я вообще не думала о том, что будет дальше. Для меня вообще не существовало никакого “дальше”, жизнь остановилась и никакого будущего. У меня не может быть детей и никогда не будет мужа, потому что единственный мужчина который мог бы им стать любит другую.

Мысли о Славе и Лизе сводили меня с ума, услужливое подсознание рисовало картины их счастья, это разрывало меня, но не думать о них я не могла. Заколдованный круг…

Это был своего рода мазохизм, но только боль, которую причиняли эти мысли, напоминала мне о том, что Слава не плод моего воображения. В последнее время мне казалось, что я схожу с ума и все, что я переживаю лишь фантазии, рожденные больным подсознанием. Порой мне казалось, что я сошла с ума еще на свадьбе Саши, а Славу и эту любовь выдумала, чтобы заглушить боль. Эти мысли все чаще возникали в моей голове и казалось, что разум потихоньку покидает меня. Это было бы идеальным вариантом!

Но иногда мне становилось страшно. Несмотря на жгучее желание вычеркнуть Славу из своей жизни, я сильнее всего боялась забыть все пережитое с ним.

Да, воспоминания причиняли боль, но мысль о том, что огромная любовь, все еще живущая внутри меня, была лишь иллюзией убивала меня. Мне нужно было какое-то подтверждение реальности и я решилась на отчаянный шаг. Я решила увидеть Славу.

“Боже мой, ну что ты за дура! – причитало мое подсознание, когда я ехала к Славе.– Тебе мало боли? Хочешь увидеть его с Лизой? Не помнишь как убивалась при виде Саши с Аленой? А сейчас будет гораздо хуже! Не говори, что я не предупреждало! “

Я отмахнулась от него. Главное, увидеть Славу. Неважно как он относится ко мне, для меня эта встреча глоток воздуха, только рядом с ним я чувствую что живу…

Подъехав к дому, я долго не решалась выйти из машины. Я сидела и обдумывала свои дальнейшие действия. Что я скажу ему? А если его нет дома? А если там Лиза?

Эти вопросы калейдоскопом мелькали в моей голове, аналитический ум, которым я всегда так гордилась отказывался работать.

Соберись, тряпка!

Сделав несколько глубоких вдохов, я вышла из машины. Я вдруг заметила, что падает снег, первый в этом году, а может и нет…

Поднимаясь в лифте, который починили, я размышляла о том, сколько всего пропустила за последнее время, я даже не замечала какая погода на улице,, вся моя жизнь превратилась в боль и страдание… Какое сегодня число?

Вот квартира Славы. Сердце учащенно забилось, а в голове снова начала пульсировать мысль:

“Зачем я здесь? Что я ему скажу?”

Я нажала кнопку звонка. Прошла целая вечность, прежде чем я услышала шаги за дверью. Ноги стали словно ватными.

“Еще есть время убежать!”– шепнуло малодушное подсознание, но я только крепко стиснула зубы и сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

Это помогло собраться, и я даже изобразила на лице улыбку, которая была как нельзя более неуместной.

Наконец дверь открылась и…

Передо мной предстала Лиза, одетая по-домашнему, волосы небрежно собраны в узел. Вывод напрашивался сам собой – она здесь не в гостях.

В первую секунду я удивилась, но потом вспомнила как Слава вытаскивал из багажника ее чемодан. Значит, они и вправду живут вместе! Перед глазами поплыло. Чтобы не упасть я ухватилась за дверной косяк.

Сквозь туман на меня смотрело лицо Лизы, она явно недоумевала что я здесь делаю.

Эх, милая, я сама хотела бы знать это!

Приехала увидеть Славу? А для чего, чтобы потом еще больше страдать?

– Я… я ошиблась,– выдавила я осипшим голосом и повернулась, собираясь уйти.

– Анна! – раздался голос Лизы.

Я остановилась, но не повернулась. На глаза навернулись слезы, я не хочу чтобы она это видела.

– Ты действительно ошиблась, – сказала она, – пойми наконец, что мы со Славой вместе, мы любим друг друга! Не приходи сюда больше.

Я почувствовала, что задыхаюсь. Рванувшись к лифту, я начала колотить по кнопке. Когда двери лифта раскрылись и я заскочила в него в каком-то безумном отчаянии, чтобы скорее убраться отсюда, подальше от самодовольного выражения лица Лизы.

Вырвавшись на улицу я начала хватать ртом холодный воздух, рыдания душили меня.

“Мы со Славой любим друг друга!” – продолжало раздаваться у меня в голове.

Еще совсем недавно я думала, что это мы со Славой любим друг друга, мы строили планы, мечтали… И все это было лишь частью его плана, чтобы отомстить Саше?

Несмотря на все происходящее, я отказывалась до конца поверить в это, даже несмотря на наличие Лизы в его квартире.

Дура? Возможно, но как можно было поверить в то, что человек, который смотрел на меня так, словно я самая прекрасная женщина в мире, обманывал меня и все это время лишь притворялся?

Но самым невыносимым было то, что я до сих пор любила его, несмотря ни на что. Я хочу видеть его, слышать его голос, вдыхать его запах, в конце концов, я хочу просто хотя бы говорить о нем с кем-то.

Было лишь два человека с которыми я могла бы говорить о Славе. Саша естественно отпадал, это было бы полным маразмом. Оставался лишь один и я недолго думая, села в машину и поехала на аэродром.

35

Семеныч очень удивился, увидев меня.

– Анна? Вот так сюрприз! Не ожидал!

Он подошел ко мне быстрым, энергичным шагом и обнял меня по-отечески добро. Странно, этот человек видел меня второй раз в жизни, меж тем как мой родной отец никогда не позволил бы себе бурно выражать эмоции. Подозреваю, что он их вообще не испытывает.

От такого приема на глаза навернулись слезы. Увидев это, Семеныч нахмурился.

– Это еще что такое? – загремел он, но когда я зарыдала он моментально смягчился. – Ну-ну, успокойся девочка!– он явно растерялся и не знал что делать.

Кашлянув, он усадил меня на стул и предложил чаю.

– У меня знаешь какой чай? У-у, ты такой в жизни не пробовала, с травами…

Семеныч начал суетиться, заваривая чай, а сам украдкой посматривал в мою сторону. Наконец он решился и спросил:

– А Слава почему с тобой не приехал?

Не знаю что отразилось на моем лице, только Семеныч снова закашлялся и отвернулся, совсем сбитый с толку.

Я понимала, что таким образом разговор не получится, если я хочу получить ответы на свои вопросы, то должна быть откровенной.

– Мы со Славой расстались! – выпалила я и сжалась от этих слов, впервые произнесенных вслух.

Семеныч резко обернулся и посмотрел на меня, затем, не говоря ни слова, подошел к шкафчику и достал бутылку коньяка и два стакана.

– Только закусывать придется бутербродами с колбасой, – предупредил он.

Я улыбнулась. Мне нравилось, что он ничего не спрашивает, не причитает как Алена, но тем не менее готов поддержать и, если понадобится, выслушать.

Мы молча выпили по рюмке, затем по второй.

– А ничего что вы на работе? – шепотом поинтересовалась я.

– Ну, ты же никому не скажешь?– тоже шёпотом спросил Семеныч.

– Я – могила! – торжественно пообещала я.

Семеныч заговорщически подмигнул мне и налил еще по одной.

Честно говоря, я была бы не прочь напиться до бесчувствия, но сначала мне нужно было узнать одну вещь, это было очень важно для меня.

– Алексей Семеныч, – начала было я, но Семеныч остановил меня.

– Что это еще за “Алексей Семеныч?”– недовольно спросил он. – Я же говорил, чтоб звала меня просто Семеныч, а уж после этого можно вообще на “ты”!

Он кивнул на полупустую бутылку. Я улыбнулась в ответ.

– Хорошо. Семеныч, я могу спросить кое-что?

Семеныч вмиг стал серьезным и как будто трезвым.

– О Славе?

Я кивнула.

– И что же ты хочешь знать? – Семеныч отодвинул рюмку.

Я не знала как начать, поэтому немного помялась.

– Э-э… вы давно его знаете?

– Опять “вы”? – сурово сдвинул брови Семеныч.

Я вмиг исправилась.

– Ты… ты давно его знаешь?

– Да с детства, – сказал Семеныч. – Я много лет дружу с отцом Славы, так что можно сказать, что он рос на моих глазах.

Вот это новость! Человек, который знает Славу с самого детства, сколько всего я могу от него узнать!

Любопытство взяло верх над разумом и я начала задавать вопросы, не имеющие отношения к цели моего визита, но я не могла остановиться.

Слава не так много рассказывал о своем детстве и сейчас я узнавала много нового, мне была интересна каждая деталь. Мне было интересно узнать как в пять лет Слава сбежал из дома, чтобы поехать в путешествие и как милиция нашла его через пару часов у входа в метро.

Семеныч рассказал как Слава еще будучи ребенком впервые оказался на аэродроме.

– Он был в таком восторге, ты не представляешь! Смотрел на все такими огромными глазищами!

Я попыталась представить себе глаза Славы полные удивления, но я редко видела его таким.

– Тогда он и решил, что станет летчиком, – продолжал Семеныч.

Когда он замолчал, чтобы перевести дух, я решилась спросить.

– Семеныч, скажи, как по-твоему, Слава может совершить подлость, обмануть, предать?

Слова застревали в горле, я давилась ими, наверное, сама до конца не веря, что все это имеет отношение к Славе.

Семеныч выслушал мой вопрос и сурово сдвинул брови, вмиг превратившись из балагура в строгого учителя.

– Вон оно как! – задумчиво потер он подбородок.

Семеныч встал, засунул руки в карманы брюк и сделал круг по небольшому кабинету. Меня всегда бесила эта черта в Саше, а сейчас я была настолько напряжена ожиданием ответа, что едва не закричала.

Наконец Семеныч сел и посмотрел на меня. Я ощутила волну осуждения, исходящую от него.

– Знаешь из-за чего его из армии поперли? – вдруг спросил он.

Я недоуменно покачала головой. Слава говорил как-то, что раньше был военным летчиком, но всегда думала, что он сам ушел в гражданскую авиацию, никогда не думала, что его могли выгнать.

– Так вот, – продолжил Семеныч, – Слава был блестящим летчиком, настоящим асом, единственным недостатком было лишь обостренное понятие чести и справедливости, что он определенно унаследовал от отца. И вот однажды, на праздновании чего-то там, неважно чего, начальник Славы выпил лишнего и стал приставать к какой-то девушке.

– К девушке Славы? – уточнила я. Это был важный для меня пункт.

– Да он ее впервые в жизни видел! – воскликнул Семеныч. – Но чертово воспитание не позволило ему пройти мимо. В общем, сделал он замечание начальнику, тот что-то резкое ответил, Слава не сдержался и съездил ему по морде. Все бы может и обошлось, но у этого майора дядя в минобороны большой начальник, Славу и выперли.

– Он очень переживал?

– Переживать-то оно конечно, – пожал плечами Семеныч, глядя на меня,– вот только он ни секунды не жалел, что заступился за ту девушку, потому что пройди он мимо, он перестал бы считать себя офицером. А ты говоришь – подлость! – подытожил он.

Это было сказано с таким укором, что мне стало стыдно. В самом деле, может ли человек, заступившийся за незнакомую девушку и поплатившийся за это карьерой, быть подлецом?

И все же я не могла до конца избавиться от съедающих меня изнутри сомнений.

Почему если Слава с самого начала знал о моих отношениях с Сашей, почему он молчал?

А еще эта Лиза! Если первое еще можно было как-то объяснить, то как объяснишь его отношения с этой пигалицей? Еще и домой ее к себе притащил!

У меня голова шла кругом, я выпила еще одну рюмку, и еще…

Наступившее отупение было настоящим спасением. На секунду в голове всплыла мысль о том как я поеду домой, но ее тут же заволокло туманом.

Этот туман окутал меня, я уже плохо соображала где вообще нахожусь, да разве это важно сейчас. Единственно важным было то, что боль притупилась и мне стало легче. Кроме этого мне было на все плевать, даже на Семеныча, смотрящего на меня то с укором, то с сочувствием. Он кажется несколько раз куда-то уходил, но мне было все равно. Я даже не испытывала неловкости от того, что приехала к нему на работу и отвлекаю его.

Отупение стало переходить в сонливость, я с трудом разлепляла веки, боясь заснуть прямо здесь, на стуле.

“Не лучше ли поехать домой?” – вежливо поинтересовалось мое подсознание. Я уже была готова в кои-то веки согласиться с ним.

Но в следующую секунду произошло то, от чего моя сонливость мгновенно улетучилась (или, может, я просто наконец заснула!).

Как бы там не было, но дверь открылась и на пороге кабинета появился Слава.

Я широко раскрыла глаза и уставилась на него. Не может быть, это галлюцинация! Я тряхнула головой, но эта “галлюцинация” не исчезла, а напротив, подошла ко мне и сердито посмотрела.

Следом в кабинет вошел Семеныч.

– Я подумал, что тебе нужно знать, – обратился он к галлюцинации.

Я облегченно выдохнула, если он видит то же, что и я, значит меня не посетила “белочка”. Это самый настоящий Слава!

Забыв даже рассердиться на Семеныча за то, что он позвонил ему, я во все глаза смотрела на Славу, впитывая каждую его чёрточку, я и представить не могла как соскучилась, как мне не хватает его.

– Спасибо, Семеныч, – сказал Слава. От звука его голоса у меня побежали мурашки, но вот он повернулся ко мне и сурово сдвинул брови.

– Ну, и что ты творишь, Анна?

Голос Славы звучал сейчас жестко, но для меня и это было счастьем. Я почувствовала как губы расплываются в улыбке.

“Дура!” – вздохнуло мое подсознание.

Слава тоже вздохнул, видимо отчаявшись добиться от меня вразумительной речи.

– Поднимайся! – скомандовал он мне.

К своему удивлению я повиновалась моментально, но не удержалась на ногах и, покачнувшись, схватилась за стол.

Слава посмотрел на меня и покачал головой. Мне стало невыносимо стыдно. Я закусила губу и опустила глаза. Медленно натянув пальто, я взяла сумку и направилась к двери изо всех сил стараясь не споткнуться и не упасть.

– Семеныч, еще раз спасибо, и… извини.

– Ну что ты, о чем речь?

– До свидания, – пробормотала я заплетающимся языком. – Я еще как-нибудь заеду, если вы не против конечно.

– Еще чего! – сердито воскликнул Слава.

– Заезжай, дочка! – улыбнулся Семеныч.

Когда мы вышли на улицу, ноги окончательно перестали слушаться и Славе пришлось буквально тащить меня до машины. По правде говоря, если бы мне не было стыдно за мое состояние, то я была бы на седьмом небе от счастья. Прикосновения Славы остро ощущались даже через пальто. Я старалась заглянуть ему в лицо, чтобы понять чувствует он что-то похожее, но это мне никак не удавалось.

Мы подошли к моей машине.

– Давай ключи! – коротко сказал Слава, по-прежнему пряча от меня лицо.

– От моей малышки? Еще чего! – возмутилась я. Никогда и никому я не позволяла садиться за руль моей девочки.

– Тогда поедем на моей, – предложил Слава.

– И оставим малышку здесь, одну?

– Анна, прекрати! – вспылил Слава. – Я не намерен нянчится с тобой и твоими пьяными капризами, либо ты даешь мне ключи от машины и я везу тебя домой на твоей машине, либо везу на своей, а твоя “малышка” остается здесь!

Он был настроен решительно, видно было, что он очень устал, под глазами пролегли темные круги. Мне стало совестно что я действительно заставляю его возиться со мной. Еще чего доброго он рассердится и уедет, бросив меня здесь одну.

“Слава никогда так не сделает.” – возразило мое подсознание.

С каких это пор оно перешло на его сторону? Раздумывать об этом я не стала, просто открыла сумочку и стала рыться в ней в поисках ключей. Куча косметики, расческа, жвачка, пачка печенья, разная ерунда, кошелек…

– Где же они? – бормотала я, выходя из себя. Было холодно и я уже начинала замерзать, к тому же я ощущала на себе нетерпеливый, раздраженный взгляд Славы и это жутко нервировало.

Наконец Слава потерял терпение.

– Давай помогу.

Он схватился за сумочку, но я почему-то рванула ее к себе, в итоге сумочка выпала и все содержимое рассыпалось.

Я выругалась.

Слава сокрушенно покачал головой.

– Анна, я не узнаю тебя!

Он наклонился и стал собирать мои вещи. Я очень хотела помочь ему, но чувствовала, что если наклонюсь, то точно потеряю равновесие, не хватало ещё растянуться самой!

Казалось, прошла целая вечность прежде чем Слава выпрямился.

– Здесь нет ключей, – сказал он.

– Что за глупость! Они были там. Ищи лучше!

– Знаешь что, поищи сама! – вспылил Слава, вручая мне сумку.

Я пожала плечами и принялась рыться в сумочке только для вида, я знала, что Слава прав, ключей в сумочке действительно не было, теперь я видела это, но не признавать же этого!

Слава тем временем снова присел на корточки, чтобы еще раз осмотреть снег, возможно ключи выпали и он их не заметил. Стало еще холоднее, я поежилась и засунула руки в карманы.

Упс! Как можно медленнее я достала из кармана ключи.

“Можно незаметно бросить их на землю, пока Слава отвернулся!” – предложило подсознание, но было уже поздно, Слава вдруг повернулся и заметил ключи у меня в руках.

– Ты издеваешься?

Он резко выпрямился. Я чувствовала себя жуткой идиоткой, особенно когда пробормотала:

– Я не специально.

Слава шагнул ко мне и вырвал ключи.

Его движения были резкими и стремительными, он еле сдерживался, чтобы не сорваться.

Обогнув мою малышку, он сел на водительское сиденье, даже не удосужившись открыть мне дверь. Ну, что ж, я не гордая! Не без труда, но я забралась в машину, мысленно отметив, что впервые оказалась на месте пассажира в своей машине.

Слава завел мотор и тронулся.

– Только осторожней, прошу! – в панике воскликнула я, когда он слишком резко развернулся. Слава метнул на меня горящий взгляд, но промолчал. Я поежилась под этим взглядом и решила, что не пророню ни слова до конца поездки. А украдкой смотреть на него мне никто не запретит.

Но мне пришлось нарушить свой обет, ибо Слава заговорил первым.

– Что за цирк ты устроила? – спросил он не глядя на меня.

Я сделала вид, что не понимаю о чем идёт речь.

– Какой цирк? О чем ты?

Слава вздохнул, борясь с гневом.

– Зачем ты приехала к Семенычу и напилась? – едва сдерживаясь, спросил он.

Я видела как у него ходят желваки, что-то подсказывало мне, что лучше не злить его, будь я трезвой я бы прислушалась к этому ощущению, но пьяной Анне море было по колено.

– Он сам предложил мне выпить!

– И ты конечно не отказалась! – съязвил Слава.

Его слова и тон обидели меня, я скрестила руки на груди и отвернулась.

– Хорошо, – немного помолчав сказал Слава, – но зачем ты вообще поехала к нему, и зачем задавала какие-то дурацкие вопросы?

– Он тебе и об этом рассказал! – резко повернулась я.

Интересно, когда же он успел?

– Ты объяснишь или нет? – нетерпеливо спросил Слава.

На какую-то секунду мне захотелось, чтобы он сорвался, чтобы накричал на меня, сказал те слова, которые возможно, в силу воспитания, не смог сказать раньше, возможно, после этого мне стало бы легче свыкнуться с мыслью, что его больше не будет в моей жизни. Потерять что-то плохое всегда легче, чем расстаться с абсолютным идеалом. Но Слава имел железную выдержку.

Итак, он задал мне вопрос. Алкоголь сильно притупил мою способность соображать, поэтому мне потребовалось время, чтобы придумать ответ.

– Я… э-э… захотела полетать, вот и вспомнила про Семеныча.

Браво, Анна! Самая нелепая ложь в твоей жизни.

Слава хохотнул.

– Полетать? Ты? Анна, ты же боишься высоты!

Я хотела снова обидеться и надуть губки, но не стала. Мне нравилось говорить со Славой, даже если мы спорим и ругаемся.

– С тобой же я летала, – напомнила я. – Может мне понравилось, и вообще я собираюсь прыгнуть с парашютом!

“А ты не загнула? – встревоженно спросило мое подсознание. – Я вообще-то еще пожить хочу!”

– Прыгнуть с парашютом? – недоверчиво покосился на меня Слава. – Аня, это опасно.

– А какое тебе дело? Это моя жизнь и тебя она не касается! – я перешла в наступление. Мой любимый маневр!

Но на Славу он не подействовал.

– Так почему все-таки ты расспрашивала Семеныча обо мне?

Черт! Черт! Черт! Я была готова биться головой о приборную панель. Если Семеныч рассказал ему о чем конкретно я спрашивала… А, может, пронесло?

– Да я уже и не помню о чем спрашивала, так, ерунда всякая, чтобы поддержать разговор, – стараясь говорить как можно более простодушнее и невиннее, отмахнулась я.

– Хочешь я напомню тебе? – предложил Слава.

Значит, не пронесло. На секунду перед глазами все заволокло туманом, но я сумела справиться с собой.

– Не надо, – выдавила я.

– Так зачем ты его об этом спрашивала? – с каким-то невероятным отчаянием в голосе воскликнул Слава, словно от ответа на этот вопрос зависело что-то очень важное в его жизни. Иначе зачем он так настойчиво хочет узнать ответ?

– Почему тебя это интересует? – спросила я.

– А не должно?

Я растерянно пожала плечами, я вообще потеряла способность соображать.

– Анна… – прежде чем продолжить, Слава сделал несколько глубоких вдохов. – Я просто хочу знать зачем ты задавала Семенычу эти вопросы, почему ты хотела узнать способен я на подлость или нет?

Ну что сказать ему? Признаться, что я все еще люблю его и не верю в то, что он мог обманывать меня и что мне нужно чтобы кто-то подтвердил это? А может просто расплакаться? Или истерику закатить?

Видя, что я не тороплюсь с ответом, Слава кивнул.

– Ты спрашивала потому, что сама не веришь в это! – сказал он с торжеством в голосе. – Не веришь, что я мог использовать тебя!

– Но ведь ты использовал! – неожиданно воскликнула я.

Слава резко затормозил. Я не успела среагировать и ударилась о приборную панель.

– Ай! – вскрикнула я.

– Боже мой! Аня! Больно? – в его голосе было столько заботы, тревоги и нежности, что я растерялась

Слава попытался отнять мою руку, чтобы посмотреть не разбила ли я лоб. Я позволила ему осмотреть лоб, каждый раз вздрагивая от его прикосновений. Наконец, решив, что дело ограничится лишь шишкой, Слава отстранился.

Наступила тишина. Мы никуда не ехали. Мне хотелось, чтобы это длилось вечно, чтобы во всем мире остались только мы вдвоем, и ни о чем не думать, не думать о том о чем мы спорили пять минут назад. Но провидение никогда не было склонным исполнять мои желания, еще пару мгновений и Слава пришел в себя.

– Ты правда считаешь, что я использовал тебя ради мести? – глухим голосом спросил он.

Я столько раз говорила это самой себе, растравляя еще не зажившую рану, но сказать это ему не могла. Я лишь кивнула не глядя на него, на это я так и не нашла сил.

Я услышала тяжелый вздох, затем Слава завел машину.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча, говорить было не о чем. Остановившись на парковке, Слава вышел из машины, обогнул ее и открыл дверь, чтобы помочь мне выйти, но я отвергла его помощь и не без труда, но выбралась сама. Если бы он еще раз прикоснулся ко мне, я бы разрыдалась.

Слава молча протянул мне ключи, я взяла их очень осторожно, стараясь, чтобы наши руки не соприкоснулись.

Я уже повернулась, чтобы уйти когда Слава негромко окликнул меня:

– Аня!

Сложно сказать отчего я задрожала, от холода или от звука его голоса, с таким трепетом произносящего мое имя.

Сделав над собой усилие, я обернулась. Наши глаза встретились, впервые за сегодняшний день, и я почувствовала что меня словно обдало пламенем. Я задрожала еще сильнее.

– Замерзла? – спросил Слава и, спустя секунду колебаний, шагнул ко мне и обнял за плечи.

Сердце сдалось и разум отключился. Мои руки обвились вокруг его шеи, послушный этим рукам, Слава чуть наклонил голову и наши губы встретились…

Я словно взорвалась изнутри, от меня ничего не осталось, любовь затопила меня, не оставив места другим чувствам. Я никогда не думала, что могу так опуститься. Когда Саша предал меня, да, я еще любила его, но я не допускала даже мысли о том, чтобы потеряв гордость, забыть обо всем, сейчас же я была готова пойти за Славой куда угодно, задвинув свою гордость, вернее, все, что от нее осталось, куда подальше, я была готова предать саму себя, ради человека разбившего мое сердце и мою жизнь. Возьми он меня за руку и я пойду с ним, даже не спросив куда. Я была готова стать его рабыней, его тенью, лишь бы быть с ним. Вцепившись в его волосы, я с еще большей жадностью прижалась к его губам, не менее жадным и настойчивым чем мои.

Руки Славы обвивали меня с такой силой, что становилось больно…

В одну секунду все изменилось. Слава прервал поцелуй и, высвободившись из моих объятий, посмотрел на меня виноватым и в то же время обвиняющим взглядом. Так умел только он.

– Что ты делаешь? – тяжело дыша спросил он.

Я потрясенно смотрела на него.

– Что я делаю? Интересно, а что ты только что делал? Не было похоже, чтобы ты был против! – запальчиво сказала я.

Это был редкий случай когда мне удалось застать Славу врасплох, ему нечего было ответить мне, он лишь смотрел на меня, и смотрел, и смотрел…

Меня охватила необъяснимая ярость, и как всегда в такие моменты, я потеряла контроль над собой. Я стала хохотать как безумная. Слава нахмурился, пытаясь понять что это значит. Я остановилась и посмотрела на него лукавым взглядом.

– Знаешь, ты такой забавный! – игриво сказала я. – Расслабься, я шучу, просто мне скучно, к тому же мне нужно было как-то отблагодарить тебя за хлопоты…

Я видела как мои слова задели Славу, боль и разочарование, вспыхнувшие в его глазах, передались и мне, когда он развернулся и зашагал прочь. Я ненавидела себя.

36

Такая желанная встреча со Славой, еще больше осложнила ситуацию, слова, которые я ему сказала были слишком резкими, теперь он мог испытывать ко мне лишь отвращение.

Я сама себе была отвратительна. Посмотрев утром в зеркало, я увидела бледное, осунувшееся лицо, под глазами были темные круги, я походила на голодного вампира.

Кстати, о голоде. Пошарив в холодильнике, я не обнаружила там ничего съестного. Выходить из дома не было желания, поэтому я заказала еду в ресторане. Парень, который привез заказ, выглядел несколько ошеломленным, наверное, мой внешний вид не вязался у него с моими условиями жизни.

Наскоро проглотив завтрак и покормив Семена, ибо этот демон не признавал корма для кошек, я решила все же выйти из дома и прогуляться.

Надев первое, что попалось под руку, я вышла из квартиры и сразу же столкнулась с соседкой, дамой бальзаковского возраста.

– Анечка, что-то давно вас не было видно! – противным дребезжащим голосом запела она, с головы до ног окидывая меня критическим взглядом. – Что-то вы неважно выглядите, проблемы со здоровьем? – осведомилась она.

– Ага. Свиной грипп. Жутко заразная вещь! – сказала я, с удовольствием отметив как она испуганно шарахнулась в сторону.

Этот эпизод немного развеселил меня, отогнав мрачные, тяжелые мысли. Я вновь почувствовала себя прежней Анной, и на волне этого настроения, сама не заметила как оказалась возле офиса.

Светлана поперхнулась кофе, увидев меня. Она глупо моргала наращенными ресницами, недоуменно таращась на меня. Растрепанная, ненакрашенная, в старых джинсах, свитере и серой куртке, такой меня здесь никогда не видели, поэтому я простила Светлане ее шок.

– Александр Павлович у себя? – спросила я.

Светлана кивнула. Улыбнувшись ей, я прошла мимо и открыла дверь в кабинет Саши.

Увидев меня на пороге своего кабинета, Саша растерянно моргнул, словно увидя приведение, затем он поднялся и снова сел, раскрыв рот.

Я не выдержала и рассмеялась.

– Ты словно призрак увидел!

Я подошла к дивану и плюхнулась на него.

– Аня! – наконец смог произнести он.

– Ну, наконец-то, а то я уж думала, что ты меня не узнал!

– Да уж, сложно узнать.– Саша быстро окинул меня взглядом. Я сделала вид, что не заметила и улыбнулась самой лучезарной улыбкой, на которую только была способна.

Эта улыбка вывела Сашу из оцепенения, он встал и подошел ко мне. Я поднялась и он тепло обнял меня. В этих объятьях не было страсти, это были объятья друга и я была благодарна ему за это.

– Я рад что ты улыбаешься, – тихо сказал он.

Я чуть отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо. В его глазах читалась тревога, он конечно переживает за меня.

– Как там Алена? – спросила я пока мы ждали кофе.

Саша не изменился в лице, не вздрогнул от этого вопроса, и это тоже был добрый знак.

– Нервничает, переживает, боится, – шутливо ответил Саша.

– Ой-ой-ой, посмотрела бы я на тебя если бы тебе пришлось рожать! – поддразнила его я. – Вы мужчины думаете, что это так просто.

Саша вмиг стал серьезным.

– Нет, я так вовсе не думаю, если честно, то я и сам боюсь не меньше, – признался он.

– Не переживай, все будет хорошо, – постаралась успокоить его я.

Светлана принесла кофе, еще раз удивленно посмотрев на меня.

– Алена все время спрашивает о тебе, – отхлебнув кофе, сказал Саша.

– Да? – оживилась я. – А почему она не позвонила?

Саша замялся.

– Я сказал, что не нужно тебя беспокоить после… всего этого.

Он замолчал. Я понимающе кивнула. Мысль о Славе больно резанула, я с трудом удержалась, чтобы не прижать руку к груди. Саша поспешил переменить тему.

– Я надеюсь, ты приехала чтобы сообщить мне свое положительное решение?

Я недоуменно уставилась на него, не имея никакого понятия о чем речь.

– По поводу работы, – уточнил Саша, видя мое замешательство.

– А-а, – протянула я, – у меня как-то из головы выскочило.

– Значит, решение еще не принято. – разочарованно констатировал Саша. – Ну, и когда ты дашь ответ? Аня, милая, я без тебя здесь совсем пропадаю! Учти, разорюсь – будет на твоей совести!

Я улыбнулась и пообещала дать ответ в самое ближайшее время.

Мы весело болтали о всяких пустяках, и я чувствовала себя лучше (насколько это вообще было возможно).

– Я собиралась заехать к вам на выходных, – сказала я перед тем как собралась уходить. – Надеюсь, вы никуда не собираетесь, я не нарушаю ваши планы?

– Нет, что ты! Алена будет очень рада, да и я тоже. – заверил меня Саша.

Итак, я решила продолжить жить. У меня есть друзья, есть работа (я все же решила вернуться, к неописуемой радости Саши), возможно еще есть возможность склеить какое-то подобие нормальной жизни.

С трудом, но я заставила себя отказаться от алкоголя. Не то чтобы я стала зависимой, просто я понимала, что это единственный способ унять боль, а она становилась порой просто невыносимой, особенно когда я была одна.

Алена и вправду очень обрадовалась, увидев меня.

– Анечка! – воскликнула она, тепло обнимая меня.

Я тоже с удовольствием обняла ее, заметив про себя, что соскучилась.

Из гостиной вышел Саша, он был чем-то встревожен и, увидев меня, виновато опустил голову.

– Так, идём в гостиную! – скомандовала Алена, взяв меня за руку.

Я не сразу заметила Павла Сергеевича, лишь когда он поднялся нам навстречу. Улыбка тутже погасла на моем лице, зато расцвела на его. Наглая, самодовольная…

Я поздоровалась со всей вежливостью, которую только удалось выдавить из себя, думая о том, что не будь здесь Алены…

– Аня, ты, я слышал, вернулась в банк? – с ехидной ухмылкой спросил Павел Сергеевич за обедом.

– А вы что – против? – с вызовом спросила я.

Саша бросил на меня умоляющий взгляд.

– Нет, ну что ты! – вскинул руки Павел Сергеевич. – Я только рад, ты прекрасный специалист, и я рад, что ты будешь рядом с Сашей, как и раньше!

Скрытый намек в его последних словах поняли только трое из нас. Алена, будучи слишком чистой для всего этого, посмотрела на меня с благодарностью и сказала:

– Я тоже очень рада что ты вернулась. Надеюсь, теперь Саша не станет пропадать на работе допоздна.

– Ну, это как сказать! – буркнул себе под нос Павел Сергеевич.

Я метнула на него убийственный взгляд. Что ты творишь, старый козел, она же носит твоего внука!

Подали горячее, но я даже не притронулась к еде, один вид Павла Сергеевича отбивал у меня аппетит.

Алена обеспокоенно поинтересовалась все ли в порядке, я заверила ее что все хорошо, лишь немного болит голова. На этом тема могла бы быть закрыта, если бы не вмешался Павел Сергеевич.

– Анечка, дорогая, я понимаю конечно, расставание со Славой Савеловым далось тебе не легко, но нельзя же так! – за заботой в его голосе скрывалось столько яда, что мне захотелось выколоть ему глаз вилкой, которую я судорожно сжимала в этот момент.

Саша, словно прочитав мои мысли, снова кинул на меня полный мольбы взгляд. Алена сконфуженно опустила голову, с ее тактом и деликатностью ей было неловко от того, что Павел Сергеевич заговорил на эту тему, но и сделать замечание отцу мужа она не решалась.

Что же до меня, то упоминание о Славе болью отозвалось в груди, хотелось завыть, но я никогда не доставила бы этого удовольствия этому старому ублюдку, сидящему напротив меня с самодовольным и наглым видом. Да, Павел Сергеевич торжествовал, он был просто в восторге от того, что испортил всем обед.

Мы все молчали. Алёна мучительно покраснела. Ну что ж, кто-то должен решиться исправить ситуацию. Побуду-ка я сегодня героем, и спасу если не мир, то хотя бы обед. При мысли о герое в памяти всплыли воспоминания о том как я называла Славу супергероем… Нет, не думать об этом! Я тряхнула головой. Ну что, мой выход!

Нацепив самую сумасбродную маску, к которой прилагалась ослепительная улыбка, я громко расхохоталась.

– Ах, Павел Сергеевич, Павел Сергеевич, нашли что вспомнить! – весело воскликнула я. – Когда это было? К тому же, – продолжила я игривым тоном, – я тут подумываю о том, чтобы вернуть прежние чувства, первая любовь она, знаете ли, не забывается!

Есть! Прямо в яблочко! Павел Сергеевич изумленно раскрыл рот, отчего его лицо стало еще омерзительней. Он хлопал выпученными глазами, силясь понять действительно ли я сказала это.

Теперь была моя очередь улыбаться. Я обвела глазами остальных, проверяя как моя выходка подействовала на них. Саша прятал улыбку, он конечно знал, что я сказала это для того, чтобы позлить его отца. Даже Алёна была довольна.

В глазах же Павла Сергеевича я как и всегда была настоящей стервой, охотницей, которая заманит его сыночка в свои сети и даже не посмотрит на наличие жены и ребенка, который должен скоро появиться.

37

Итак, я снова вернулась к офисной работе, чему были рады все сотрудники, за исключением Светланы. Вообще, с тех пор как она увидела меня со Славой, она стала меня недолюбливать.

Зато Саша был на седьмом небе и даже не пытался это скрыть.

– Аня, ты не представляешь что здесь творилось! Я думал, что с ума сойду! Все эти бумаги, договора… Я и не представлял, сколько всего ты брала на себя!

Я снисходительно улыбалась. Да, я никогда не была в восторге от этой работы, но делала ее хорошо, как и все за что бралась.

Я знала, что за спиной говорили будто я знаю секрет успеха и у меня все всегда получается. Эх, если бы можно было поменять этот чёртов успех на простое семейное счастье…

Мысли о Славе отходили на второй план пока я была на работе, дел накопилось столько, что я была загружена целый день, но когда я возвращалась домой, снова ощущала себя бесконечно одинокой и сломленной.

Вместе с работой в мою жизнь снова вернулись бордовые портьеры, только канареечно-желтые стены я так и не решилась перекрасить, но даже они не могли развеять тоску и одиночество, не говоря уже о том, чтобы помочь справиться с болью, и я вновь прибегла к проверенному способу.

Музыка грохотала так, что я чувствовала легкий дискомфорт, что впрочем было даже неплохо, ибо ничто не отвлекает от мыслей так, как ощущение дискомфорта. Концерт модного диджея собрал много народу. В последнее время мне, странно, но нравилась толпа, в ней можно было быть незаметной и в то же время создавалась иллюзия, что ты не одна.

Я сидела на своем обычном месте – на диванчике в самом углу, и взирала на всех поверх стакана с коктейлем, не первым за сегодняшний вечер. Это было мое любимое место, мой любимый клуб. Не только из-за диджея и коктейлей, помимо этого была еще одна причина.

Это случилось неделю назад. Ко мне просто подсел парень и заговорил. Я не совсем вежливо объяснила ему что не расположена к знакомствам и послала его к черту. К моему удивлению, парень ничуть не обиделся, только улыбнулся и сказал что знает как улучшить мое настроение. Так я впервые попробовала… нет, это не были наркотики (по крайней мере, так я себя убеждала), всего лишь небольшая таблетка, от которой и вправду улучшалось настроение и почти забывалось все плохое. Даже мысли о Славе не так терзали меня… Жаль только что действие этой таблетки длилось совсем недолго.

38

Питерский проект, затормозившийся из-за истории с банкротством нашего партнера, наконец сдвинулся с места. Мне снова предстояло лететь в Петербург для переговоров и подписания контракта. Я летела с опаской, ведь по-настоящему наши со Славой отношения начались именно после прошлой командировки. Кто знает как повернулась бы моя жизнь не окликни я его тогда.

Мне стало не по себе еще на подъезде к аэропорту. Было странное ощущение что что-то должно случиться. Я никогда не верила в предчувствия, но сейчас буквально впадала в панику. Лишь усилием воли мне удалось загнать себя в самолет.

Три дня переговоров. Все прошло более, чем успешно, казалось бы, что переживать, но чувство испытанное мной перед вылетом из Москвы, не покидало меня, не спасла от него даже волшебная таблетка, принятая мной и, поднимаясь на борт рейса Санкт-Петербург – Москва, я ощущала нервную дрожь.

Когда я заняла свое место, меня буквально начало колотить, я списала это на стресс, возможно, если выпить рюмку коньяка, мне станет легче, но с этим придется подождать, по крайней мере, до того как мы взлетим.

Взлетим. Меня даже передернуло от этого слова. В прошлый раз, когда я летела сюда, у меня началась настоящая паника как только мы оказались в воздухе. Я и раньше боялась летать, но сейчас этот страх стал неконтролируемым. Чтобы как-то отвлечься я закрыла глаза и принялась медленно и глубоко дышать.

Я полностью сосредоточилась на дыхании и отгородилась от внешнего мира, как вдруг до моего слуха долетел голос.

– Добрый день, уважаемые пассажиры! Говорит командир экипажа, пилот международного класса Вячеслав Савелов. Мы рады приветствовать вас…

Дальше я уже ничего не слышала. Кровь гулко стучала в ушах. Лихорадочно расстегнув ремень, я вскочила и бросилась по проходу в поисках выхода. Я плохо соображала, перед глазами стоял туман. “Главное, выбраться отсюда!” – пульсировала одна мысль.

И вдруг передо мной из тумана выплыло взволнованное лицо стюардессы. Я вспомнила о Лизе, наверняка она тоже здесь.

С еще большим отчаянием мне захотелось выбраться отсюда.

– Девушка, куда вы? Сядьте! Мы сейчас будем взлетать!

– Я не полечу! – выкрикнула я и, оттолкнув ее, стала пробираться дальше, не обращая внимания, что некоторые пассажиры достали телефоны и начали снимать.

– Девушка, подождите! Так нельзя! Сядьте на место! – продолжала увещевать меня стюардесса.

Я лишь отмахнулась. Только бы выбраться…

Я чувствовала как у меня кружится голова и плохо слушаются ноги. Я была близка к обмороку.

Вдруг я наткнулась на что-то, вернее, на кого-то, преградившего мне дорогу. С трудом подняв голову, я увидела перед собой мелово-бледное лицо Славы.

– Аня…– с болью и потрясением прошептал он.

И тут я потеряла сознание, успев перед этим заметить, как Слава метнулся ко мне, чтобы не дать упасть.

Сознание вернулось ко мне постепенно. Я уже могла мыслить и слышать что происходит вокруг, а вот раскрыть глаза все никак не получалось. Я решила пока обойтись слухом.

Где-то рядом разговаривали женщина и, судя по голосу, пожилой мужчина. Слов я не могла разобрать, видимо говорили очень тихо.

Интересно, где я? Что произошло?

Я попыталась вспомнить. Самолет, голос Славы, я пытаюсь выбраться из самолёта, стюардесса, пытающаяся остановить меня, наконец, сам Слава, и я лишилась чувств.

“Ну, точно институтка какая-то!”– мысленно отчитала себя я. Браво, Анна! В глазах Славы ты выглядела полной дурой. Застонав от досады, я открыла глаза.

Надо мной склонилось лицо немолодого мужчины, оказавшегося, судя по наличию белого халата, врачом.

– Ну, и как мы себя чувствуем? – спросил он.

У него была забавная манера говорить – полушутливо, с иронией и при этом улыбаться. Мне всегда казалось, что именно так должны говорить врачи в клиниках для душевнобольных.

Так, стоп!

– Где я? – несколько испуганно спросила я.

– Вы в больнице? – ответил врач все так же улыбаясь.

– В сумасшедшем доме?

Неужели Слава мог позволить, чтобы меня упекли в психушку? Хотя, наверное, здесь мне и место.

– Почему же в сумасшедшем доме? – удивился врач. Медсестра тихонько хихикнула. – Вы в обычной больнице, вас привезли на скорой из аэропорта, вам стало плохо на борту… Вы что же, ничего не помните?

– Нет, я… помню.

Я облегченно выдохнула.

– Так как ваше самочувствие? – еще раз осведомился доктор.

– Нормально.

– Нормально, – повторил он и повернулся к медсестре. Та подала ему какие-то документы, он бегло просмотрел их и перевёл взгляд на меня.

– И давно вы страдаете аэрофобией?

Аэрофобией? Я непонимающе и немного испуганно уставилась на него. Может, с таким диагнозом мне действительно надо в сумасшедший дом?

– Боязнь высоты, полетов, – пояснил доктор.

– А, это… ну, кажется, с детства, – с облегчением призналась я. Все, оказывается не так страшно.

Доктор кивнул и сделал в бумагах какую-то пометку.

– А панические атаки у вас раньше бывали? – спросил он.

Я вспомнила свое поведение в самолёте и испытала неловкость и стыд.

– Нет, – залепетала я, – раньше такого не было, это впервые.

Доктор снова кивнул и снова сделал пометку.

– Что ж, Анна, – сказал он, глядя на меня проницательным взглядом, от которого я слегка поежилась, – кстати, меня зовут Степан Львович,– представился он.

– Очень приятно, – кивнула я, осознавая, что приятного в данной ситуации мало.

Степан Львович продолжал глядеть на меня в упор.

– Если раньше у вас, несмотря на аэрофобию, не случалось панических атак, то рискну предположить, нет, даже утверждаю, что ваше состояние и обморок были вызваны наличием у вас в организме наркотических веществ.

Я почувствовала что краснею. Одно дело когда тебя считают алкоголичкой, хотя это тоже не слишком-то приятно, но когда тебе говорят, что ты наркоманка…

Когда я училась в Финансовой академии, употребление “легких”, как их называли, наркотиков считалось модным и было круто и многие знакомые баловались. Саша же, несмотря на то, что принадлежал к “золотой молодежи”, никогда не соглашался на многочисленные уговоры попробовать, и я была солидарна с ним. До недавнего времени.. Но привычка считать наркотики чем-то дурным осталась и мне было стыдно.

– Я… я…

Какие тут можно найти слова для оправданий? Впрочем, Степану Львовичу не нужны были мои оправдания, за свою карьеру он повидал много таких как я. Он лишь посоветовал мне серьезнее относиться к своему здоровью и отказаться от употребления “сомнительных”, как он выразился препаратов.

В аэропорту, в Москве меня уже ждал взволнованный Саша. Увидев меня, он бросился мне навстречу.

Когда водитель, посланный в аэропорт чтобы встретить меня, позвонил и сказал, что я не прилетела, Саша встревожился не на шутку и стал названивать мне. Все мои вещи, включая телефон, находились в приемном покое и соответственно, ответить я не могла.

Когда меня выписали и отдали вещи, я с ужасом обнаружила тридцать семь пропущенных от Саши звонков.

– Тебе нужно отдохнуть, съездить куда-нибудь к морю. – втолковывал мне Саша пока мы шли к машине.

Я сказала ему лишь, что мне стало плохо в самолёте из-за переутомления, подробности я естественно опустила.

– Ничего мне не нужно! – отмахнулась я почти сердито. – Я только что отдохнула, и могу сказать тебе, единственное, что поможет мне это работа.

– Аня, это не шутки! Ты слишком много пережила за последнее время! – начинал кипятиться Саша.

Я остановилась и посмотрела ему в глаза.

– Саша, – мягко сказала я, – ты прав, но все, что мне сейчас нужно – это работа. Работа, работа и еще раз работа! Иначе, если я останусь наедине с собой, то сойду с ума. Понимаешь?

Мои слова подействовали на Сашу. Он кивнул, и я знала, что к этой теме мы больше не вернёмся.

Пока я была в Петербурге, Семён гостил у моей соседки Людмилы Петровны, единственной из соседей с кем я находила общий язык. У неё было три кошки, поэтому я решила, что четвертый кот не станет для неё обузой на пару дней.

Людмила Петровна с радостью согласилась, а когда я пришла забирать к ней Семена, она чуть ли не со слезами расставалась с ним.

– Я так привязалась к нему! – говорила она. – Анечка, ты же знаешь как я люблю кошек!

У меня не было времени выслушивать излияния о ее любви к кошкам. Я поблагодарила и, сославшись на срочные дела, улизнула.

Оказавшись в своей квартире, за закрытой дверью, я облегченно выдохнула. Здесь мне не нужно притворяться, держать лицо, и теперь я могу спокойно обдумать то, что произошло в самолете.

Почему я так испугалась, узнав, что самолет пилотирует Слава? Разве я уже не летала с ним и разве мне не нравилось? Так почему же у меня началась паника?

“Потому что, как сказал Степан Львович, ты злоупотребила сомнительными препаратами! – выступило мое подсознание. – Кончай, Анна, иначе это действительно может закончиться плохо. Да ты скоро на людей начнешь кидаться!”

Этот протест и возмущение были вполне понятны, ведь в последнее время моему подсознанию приходилось туго – таблетки буквально выключали его. Но они также выключали и боль… Непростой выбор.

“А по-моему, проще некуда, – вздохнуло мое подсознание. – Ты не можешь выносить эту боль, а без голоса разума в моём лице вполне можешь обойтись. Так что, прощай, милая Анна! Не поминай лихом!”

Я чуть улыбнулась от этих мыслей. Пожалуй, мне будет не хватать язвительного, наглого, ироничного подсознания, но боль – это слишком. Итак, решение принято.

Я хлопнула себя по коленями, и поднялась.

Семён не стал есть, видимо обидевшись, что я забрала его от Людмилы Петровны.

– Знаю-знаю, тебе там было лучше, чем у меня, – кающимся тоном, обратилась я к нему, – но только мне вот без тебя будет совсем плохо, ты единственное существо о котором я могу заботиться, не всегда хорошо, но…

Семён внимательно выслушал, а потом подошел когда мне и, задрав мордочку, понимающе мяукнул. Я наклонилась и взяла его на руки.

Неожиданно раздался звонок в дверь. Я вздрогнула. Я никого не ждала, да и кто может прийти в такое время. Может Людмила Петровна, забыла что-то? Я пошла открывать, по-прежнему держа Семена на руках. Справившись с защелкой одной рукой, я распахнула дверь и застыла в немом изумлении. Даже в самых нелепых фантазиях я не могла представить этого.

На пороге стояла моя мать.

39

Ольга Игоревна Захарова, двадцать три года проработала преподавателем высшей математики в институте. Сколько я себя помню, она всегда была чопорной и донельзя педантичной, у неё все всегда было распланировано, и любое отклонение от этого плана повергало ее в ужас.

Спонтанность была ее врагом, поэтому я не могла допустить даже мысли, что она может приехать не предупредив меня, как минимум за неделю. Да, что там, я не могла представить что она вообще может приехать! За те три года, как я купила эту квартиру они с отцом были здесь всего два раза – сразу после покупки и сразу после ремонта, причём оба раза сопровождались критикой. Так что, сказать, что я очень удивилась, увидев мать, не сказать ничего. Я впала в ступор. Первой мыслью было: “Что-то случилось! Что-то страшное!”

Если мама здесь, то…

– Что-то с папой? – срывающимся от страха голосом спросила я.

Мама критически изогнула бровь.

– С чего ты взяла?

Ее тон был спокойным и холодным, как и всегда, поэтому я моментально успокоилась, значит, с папой все в порядке, а все остальное… я столько пережила за последнее время, что одной проблемой больше, одной меньше…

– Анна, может ты все же пригласишь меня войти или будешь продолжать держать меня на пороге?– нетерпеливо и чуть резко спросила мама.

Она всегда была верхом учтивости и хороших манер, чтобы не случилось, она всегда следовала четким правилам этикета, и выходила из себя когда кто-либо их нарушал. Неудивительно, что сейчас она смотрела на меня с раздражением, как ни старалась она привить свои правила и мне, ничего не вышло. Я определённо не была леди.

– Конечно, прости. Проходи!

Я посторонилась, пропуская маму внутрь. Она прошла мимо меня с неудовольствием покосившись на Семена. Безо всяких церемоний, мама обошла квартиру, оценивая все критическим взглядом и даже не скрывая своего осуждения.

Странно, но сейчас я чувствовала себя девчонкой-подростком, которая не убралась в своей комнате и сейчас получит нагоняй. Даже Семён у меня на руках притих.

– Что за жуткий цвет? – воскликнула мама, увидев стены в спальной зоне. – Анна, это же безвкусица!

– А мне нравится. – угрюмо отозвалась я, пожав плечами.

Мама одарила меня таким взглядом, словно я умалишенная.

– Да, Анна, – сказала она, покачав головой, – я конечно думала о том, что тебе тяжело после расставания с Александром, но я даже представить не могла, что из-за этого ты начнешь сходить с ума! Посмотри, что творится у тебя в квартире! – она повела рукой. – Да Бог с ним! Ты посмотри на себя, в кого ты превратилась!

Мама говорила это чуть повысив голос, что было для неё невероятным проявление эмоций.

– Саша здесь ни при чем, – тихо сказала я.

Глаза мамы округлились.

– Ни при чем? Тогда может объяснишь, что все это значит? И потрудись объяснить все внятно, и для начала отпусти, наконец, это жуткое чудовище! – поморщилась она.

– Это Семен. – обиженно сказала я, но все же опустилась его на пол. Семён тут же исчез под кроватью, видимо решив, что отсидеться там будет безопасней.

– Итак, я слушаю.

“Наверное, так же она разговаривает со своими студентами – холодно и свысока, – вдруг подумала я. – Но я не ее студентка, я – ее дочь!”

Я вдруг поняла, что по большому счёту всегда испытывала страх перед матерью, всегда подчинялась, делала то, что она говорила мне, и так как она говорила. Но теперь я такая же взрослая женщина как и она, со своими ошибками и проблемами, со своим опытом. Так не пора ли говорить с ней на равных?

От этих мыслей весь страх ушел и я почувствовала как мои мышцы расслабились.

– Зачем ты приехала? – спросила я.

Мама опешила. Такого она явно не ожидала от меня. Несколько секунд она то открывала, то закрывала рот.

– Что значит “зачем приехала”? – наконец смогла произнести она. – Я – твоя мать!

– Я помню, – кивнула я. – Жаль только, что ты так часто забывала об этом, ну, или просто не хотела вспоминать.

Мама недоуменно уставилась на меня. А меня уже понесло.

– Говоришь, не представляла как мне хреново после расставания с “Александром”? – с сарказмом спросила я. – Мамочка, мы с ним расстались полгода назад. И если ты думала, что мне может быть плохо, да просто, в конце концов, больно, то почему же ты не приехала сразу?

Мама попыталась что-то ответить, но я знаком остановила ее.

– Да-да, я знаю – экзамены, зачеты или что там еще? Я знаю все твои причины и отговорки! Но знай, если бы ты выкроила немного времени в своем плотном рабочем графике, и все же приехала, то увидела бы, что мне не было и вполовину так хреново как сейчас! Да, мне было больно, обидно, но я пережила это и моя жизнь тогда не закончилась! А сейчас, единственное чего мне хочется – сдохнуть! Но тебе ведь неинтересно! – нервно усмехнулась я. – Не знаю что толкнуло тебя приехать, но можешь считать, что свой материнский долг ты выполнила и с чистым сердцем можешь вернуться к своим привычным делам. А меня оставь в покое! Я не хочу фальшивых сочувствий и фальшивой любви, мне ее и так достаточно!

Внутри меня все клокотало от злости. Где-то в глубине души я понимала, что веду себя как маленькая девочка, которая обижена из-за того, что ей не хватает материнской любви и заботы, и которая так нуждается в этом. Как мне иногда хотелось, чтобы мама просто обняла меня, погладила по голове, сказала что-то в утешение. Но она никогда бы не позволила себе этого, и я ненавидела ее за это, за ее сдержанность, за ее правильность… так же как ненавидела себя за свою слабость, за то, что нуждалась в матери.

Меня раздирало изнутри. Перед глазами плавали круги, от слёз или от гнева… Я не сразу смогла увидеть, что моя мама как-то вдруг сгорбилась, ее ссутуленные плечи вздрагивали, голова была низко опущена. Я вдруг с ужасом поняла, что она плачет.

Весь мой гнев в одну секунду улетучился. Я почувствовала, что тоже дрожу.

– Мама! – осторожно позвала я.

Мама подняла лицо, по ее щекам текли слезы, и вся она вдруг как-то постарела.

– Анечка… – прошептала она совершенно неузнаваемым голосом.

Из глаз брызнули слезы, а в груди стало тесно. Секунда колебаний и я рыдая бросилась к ней.

Мама обняла меня. Всхлипывая и захлебываясь от рыданий, я рассказала ей все. Получалось сбивчиво и путанно, но она поняла меня.

– И ты так сильно любишь этого Славу? – спросила она, гладя меня по волосам. Сейчас ее голос звучал совсем по другому – с нежностью и теплотой.

Я подняла голову и посмотрела ей в глаза.

– А что значит “сильно”? Разве можно любить сильно или не очень? Я люблю его, и все!

Мама улыбнулась и вытерла мне слезы ладонью. Сейчас она была совсем не похожа на мою маму, и мне это нравилось.

– Прости меня, милая. – вдруг сказала она.

– За что?

Она немного помолчала прежде чем ответить.

– Я, наверное, была плохой матерью. Я всегда была строгой к тебе и слишком требовательной. Я не смогла стать для тебя мамой-подружкой, которой ты могла бы рассказать все, что у тебя на душе. – Мама сокрушенно покачала головой. – В первую очередь я думала о своей карьере, а о тебе думала – если ты состоялась в работе, то чего же еще желать? Я думала, что все остальное неважно, все как-нибудь само уладится… Анечка, доченька моя родная, прости!

Мама схватила мои руки и стала покрывать их поцелуями. Она заплакала и я вместе с ней. Не знаю сколько мы так прорыдали, но после мне стало легче. Слава всегда говорил, что откровенный разговор облегчает душу.

Мысль о Славе заставила меня помрачнеть.

– А почему ты считаешь, что он использовал тебя ради мести? – спросила мама. – Разве он не мог полюбить тебя?

Ах, как бы мне хотелось чтобы это было так!

– Нет, мама, – грустно покачала я головой, – у него есть другая. А я… он всего лишь хотел отомстить.

Мама сочувственно посмотрела на меня.

– Знаешь, это очень жестоко – играть чувствами другого человека ради детской обиды.

– Ну, может, для него это не просто детская обида, – раздражённо сказала я. Развивать эту тему дальше мне не хотелось. Но этот аргумент подействовал на меня. В самом деле, нужно быть циничным и жестоким негодяем, чтобы поступить так, и Слава определенно на эту роль не подходил. Но как быть с Лизой? Если бы не она, то все остальное было объяснимо, но она есть! Если Слава действительно любил меня, то он не мог так быстро забыть и переключиться на другую, а он перевез ее к себе, значит, они вместе уже достаточно давно и все время что он был со мной…

Эта мысль болью отозвалась в груди и я согнулась. Мама обняла меня за плечи.

– Все в порядке, – успокоила ее я.– Кстати, ты так и не сказала почему ты приехала.

Мама наморщила лоб, вспоминая что-то.

– Да, в самом деле, – пробормотала она, – как же это? Ах, да! Мне позвонил какой-то мужчина и сказал что ты нуждаешься в помощи близкого человека.

Это был новый и достаточно неожиданный поворот. Теоретически, позвонить могли лишь двое – Саша и Слава, но голос Саши мама знает, к тому же после нашего с ним разговора он не стал бы звонить моей матери. А что касается Славы… он конечно мог, хотя зачем это ему? Да он и не знает номера ее телефона. А если бы знал, позвонил бы?

Я вспомнила выражение его лица в самолете, он явно был потрясен моим состоянием, и, зная как я с ним справляюсь, он мог позвонить маме.

“Скорее, он приехал бы сам, – возразило мое подсознание.”

Да, это так, Слава приехал бы сам, но только в том случае если он в Москве.

У меня голова пошла кругом от этих размышлений. Мог или не мог Слава позвонить? И если не он, то кто?

– Анечка, не зацикливайся на этом, – посоветовала мама. – Кто бы ни позвонил, главное, что мы наконец-то поговорили как мать и дочь! Я больше никогда не оставлю тебя одну. Обещаю!

От этих слов у меня на душе потеплело. Я обняла маму и прошептала:

– Мне так не хватало тебя.

40

После разговора с мамой мне стало немного легче, но уже через день я вновь ощутила давящую боль в груди, и вновь прибегла к проверенному способу борьбы с этой болью.

На этот раз я решила ограничиться лишь бутылкой виски, после больницы и того, что сказал мне Степан Львович, я решила и впрямь не злоупотреблять таблетками.

Я почти прикончила бутылку сидя на кровати и уставившись в телевизор, по которому крутили какое-то тупое шоу. Вдруг зазвонил телефон. Я поморщилась, но взяла его и взглянула на экран – вдруг что-то важное.

Мама! Я чуть не поперхнулась, испугавшись так словно она звонит не по телефону, а в дверь, и сейчас застукает меня с бутылкой. Откашлявшись, я ответила:

– Алло, мам, привет!

Голос получился почти нормальным, да раньше мы не так часто общались, чтобы мама заметила неладное. Хотя Слава всегда замечал… Стоп! Стоп, не думать о нем!

– Алло, Аня. Ну, как ты?

Странно было слышать такую заботу в ее голосе.

– Все нормально. Ну, более-менее, – я почувствовала как язык немного заплетается.

– Аня, милая, у меня никак не выходит из головы этот Слава, – вдруг сказала она.

Я тяжело вздохнула.

– У меня тоже.

– Что-то здесь не так, – продолжала мама, – если он действительно встречался с тобой, чтобы отомстить Александру, то почему так долго тянул, почему не открыл ему все сразу как вы… ну-у, ты понимаешь?

– Угу. – промычала я.

– К тому же, ты сама говорила, что он казался тебе честным и благородным, и я не думаю что ты могла ошибаться. И вообще, каким негодяем надо быть чтобы играть чувствами девушки, которая только что рассталась с любимым человеком?

Алкоголь к этому времени уже успел сделать своё дело и я плохо соображала.

– К чему ты клонишь, я не пойму?

– Эх, Анечка, а еще финансовый аналитик! – вздохнула мама. – Посуди сама, что в этой истории так много нестыковок, что это более чем странно! Может, все совсем не так, как ты думаешь.

– И что? – все еще не могла сообразить я. – Что ты предлагаешь?

– Поговори с ним!

– С кем?

Я уже сама себя начинала чувствовать дурой.

В телефоне послышался вздох. Маму наверняка бесила моя тупость, но она мужественно сдерживалась, боясь испортить едва наладившиеся отношения. Спустя секунду, видимо, успокоившись, она ответила:

– Со Славой.

От удивления я даже протрезвела.

– И как ты себе это представляешь?

– Очень просто – позвони ему, а лучше поезжай к нему и поговори.

Мысль конечно была заманчивой, но как быть с Лизой?

– Да, это проблема, – согласилась мама. – Тогда позвони ему и договорись о встрече. И научись наконец бороться за своё счастье!

41

Научись бороться за своё счастье! Эти слова не выходили у меня из головы. Я почти не сомкнула глаз, и к утру все не могла решить как поступить.

Ну, позвоню я Славе, а что скажу? Мне и в лицо было бы не просто подобрать слова для этого разговора, а уж по телефону…

Но всегда есть выход, и я решила написать сообщение.

“Мне нужно поговорить с тобой. Мы можем встретиться сегодня?”

Затаив дыхание, я ждала ответа. А что если он не захочет? Нет, отмахнулась я от этой мысли, Слава в любом случае встретится со мной, ведь он понимает, что если я прошу об этом, то это очень серьёзно.

Пришел ответ. Сердце бешено заколотилось и руки вспотели. Я вытерла их о штаны и открыла сообщение.

“Хорошо, давай встретимся. Где?”

Что-то смутило меня когда я читала это сообщение, но радостное волнение от предвкушения встречи со Славой, затмило все прочее.

Я написала ему название кафе и позвонила на работу, предупредив, что приду попозже, или вообще не приду.

С особой тщательностью я подобрала одежду. Перерыв весь гардероб, я остановилась на белых узких брюках и белой водолазке, с массивными колье смотрится просто сногсшибательно. Волосы я собрала в высокую прическу, чтобы шея казалась длиннее. Умелый макияж, и от темных кругов не осталось и следа. Если бы не осунувшееся лицо, то можно было бы смело сказать, что выгляжу я потрясающе.

“От скромности ты не умрешь!” – ехидно заметило мое подсознание. Я мысленно показала ему язык и улыбнулась своему отражению.

Полюбовавшись на себя еще немного, я решила, что пора ехать. До встречи еще довольно много времени, но лучше уж подождать Славу, чем опоздать.

Сделав несколько глубоких вдохов, я снова улыбнулась своему отражению.

– Удачи, Анна!

Кафе, в котором я назначила встречу, было одним из моих любимых. Здесь всегда было много народу, но кофе, подаваемый здесь и шоколадные пирожные, извиняли все.

Сегодня я была слишком взволнованна, чтобы есть, поэтому ограничилась только кофе. Я пила его не спеша, маленькими глотками и, чтобы скоротать время и упокоиться, смотрела в окно. Оставалось еще где-то полчаса.

“А ведь я впервые жду мужчину!” – вдруг промелькнуло у меня в голове.

“Да уж, раньше (благословенное было время!) ты бы плюнула и ушла!” – поддакнуло мое подсознание.

Но сейчас, когда дело касалось Славы, я была готова ждать сколько угодно. Каждый раз, когда двери открывались, я с замирание сердца поворачивала голову, но это был не Слава.

“Успокойся!”– приказала я себе. Усилием воли я заставила себя больше не смотреть в сторону двери, и целиком погрузилась в процесс подготовки речи.

Дело шло откровенно плохо и я не продвинулась дальше первой фразы, уж “здравствуй, Слава” я скажу уверенно! Был соблазн предоставить действовать Анне-сумасбродке, говорящей все, что взбредет в голову, которая никогда не стесняется в выражениях, но для этого мне пришлось бы выпить чего-нибудь покрепче кофе и Славе это бы не понравилось. К тому же, перед ним было бесполезно надевать маски – он знал меня настоящую. Значит, придется действовать самой, по ситуации. Сердце подскажет!

Я уставилась в окно. Не знаю сколько прошло времени, но вдруг, краем глаза я увидела, что возле моего столика кто-то остановился.

На мгновение сердце перестало биться. Я повернула голову и…

Передо мной стояла Лиза. И тут я поняла, что же так смутило меня в полученном сообщении – сам текст. Это было слишком непохоже на Славу, слишком сухо, если бы он прочитал сообщение, в котором я, после всего, прошу о встрече, то минимум он спросил бы что случилось, но, вероятнее всего, он бы позвонил.

Не дожидаясь приглашения, Лиза присела напротив меня, скользнув по мне оценивающим взглядом. Во мне родилось уже такое знакомое желание выцарапать ей глаза.

– Я вижу ты не ожидала меня здесь увидеть?

Я уже и забыла насколько у неё противный голос.

– Не скрою, тебя – не ожидала. – ответила я, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Нужно казаться уверенной в себе. – Тебя я вообще не желала бы видеть никогда.

Лиза презрительно усмехнулась. Я пожалела, что допила кофе, он бы сейчас очень пригодился, интересно, как бы ей понравилось, если бы я выплеснула его ей в лицо?

– Знаешь, я тоже желала бы никогда не видеть тебя, ни в моей жизни, ни в жизни Славы.

Я оперлась подбородком на руку и приняла вызывающий вид.

– Ну-у, первую часть твоего желания я с радостью выполню, а вот за вторую – не обещаю. Я не собираюсь отказываться от Славы.

На секунду мне показалось, что в глазах Лизы промелькнул страх, но даже если и так – она быстро совладала с собой.

– А придется! – нагло заявила она.

Я изумленно вытаращила глаза.

– С чего вдруг?

По лицу Лизы скользнула торжествующая улыбка, она выпрямилась и приняла такой вид, словно сейчас настал час ее триумфа.

– С того, что мы со Славой любим друг друга, – нараспев сказала она. – И скоро мы поженимся!

“Это действительно час ее триумфа,” – печально вздохнуло мое подсознание.

Нет, не может быть! Лицо Лизы скрыл туман, застилавший глаза, я с ужасом осознала, что это слезы. Нет, Анна, не сейчас! Прошу тебя, ты не должна показать ей свою слабость. Усилием воли я загнала слезы назад. Но как же сдержать крик, рвущийся из груди? Забывшись, я прижала руку к груди. Господи, как же больно!

Это движение не укрылось от Лизы, и она продолжала улыбаться, глядя как я корчусь от боли.

42

Господи, как же больно! Я лежала на кровати, завернувшись в одеяло с головой, чтобы ничего не видеть и не слышать. Это слабо помогало, от себя сложно спрятаться.

В ушах продолжали звенеть слова Лизы:

“Мы со Славой любим друг друга. И скоро поженимся!”

Как странно устроен мир, я встретила Славу, на свадьбе Саши, когда мне было очень плохо и больно, я не думала, что такое может когда-нибудь повториться. И вот пожалуйста!

Хотя в этот раз все намного хуже, намного больнее. В прошлый раз мне удавалось заглушать боль алкоголем, в этот раз и это не получалось. Я выпила уже почти бутылку вина, но по-прежнему ощущала боль.

Сердце разрывалось. Слава стал для меня смыслом жизни, самой жизнью, как бы пафосно это ни звучало. Я люблю его, люблю так, что задыхаюсь когда его нет рядом. Он мой воздух, мое солнце…

Разве можно жить без воздуха или без солнца? И будет ли это жизнью? Я прожила так месяц, ставший для меня тысячелетием, кошмаром. Смогу ли я прожить в этом кошмаре всю жизнь?

“Мы скоро поженимся!”

Из груди вырвались рыдания. Ну, почему, почему я? Почему со мной? Разве это справедливо? Справедливо что несчастной всегда остаюсь я? Что со мной не так? Красивая, молодая, успешная…

Алёна с Лизой и рядом не стояли, но их обеих предпочли мне!

Я почувствовала тяжесть на ногах, потом эта тяжесть стала перемещаться по мне вверх. Не сразу я сообразила, что это Семен. Высвободивши голову из-под одеяла, я шикнула на него. Семён жалобно мяукнул.

Ну, нет, не хватало еще, чтобы меня жалел кот!

Взбесившись, я вскочила и спихнула Семена так, что он пролетел полкомнаты и, приземлившись, снова мяукнул, но на этот раз – обиженно.

Ах, вот как! Неблагодарная скотина!

Я вскочила на ноги с единственным желанием поймать этого паршивца и выкинуть вон. Семён был подарен мне Славой и я хотела уничтожить все, что напоминало бы о нем, возможно, от этого стало бы легче.

Целых полчаса я безуспешно пыталась поймать Семена, даже принесла швабру, чтобы достать его из-под дивана, но ему все время удавалось ускользнуть. Отчаявшись выиграть это сражение, я бросила швабру в угол и плюхнулась на диван, тяжело дыша. Вдруг я вспомнила, что Семён не единственное напоминание о Славе.

Вскочив на ноги и ощутив новый прилив бешеной ярости, я понеслась в мастерскую, гонимая жгучим желанием уничтожить портрет, которым так гордилась.

Рисунок стоял на мольберте посреди мастерской. На секунду я невольно залюбовалась, это была одна из самых удачных работ, возможно из-за того что я любила каждую черточку оригинала.

Я засомневалась.

“Смелее!” – подбодрило подсознание.

Я шагнула к мольберту, сорвала рисунок и стала рвать его, с каким-то остервенением. Бумага была довольно плотной и я чуть не поломала ногти, но не остановилась, пока от рисунка не остались мелкие клочки. Тогда я принялась топтать их.

“Мы скоро поженимся!”

Как ты мог, Слава? Как ты мог?

Боль и обида душили меня, хотелось уничтожить все вокруг. Я носилась по мастерской словно фурия, разбрасывая все и швыряя картины и рисунки. Погром длился минут десять. Наконец, я устала и остановилась. Ноги тряслись и я упала на колени. Проведя рукой по лбу, я стала озираться вокруг. Царство хаоса. Краски, кисти, карандаши, рисунки, картины – все валялось на полу.

“Ну, и зачем?” – спросило вдруг мое подсознание.

Нормально! А не ты ли подстрекало меня к этому?

Подсознание трусливо спряталось, чтобы уйти от ответа.

На глаза мне попались клочки от рисунка Славы. Трясущимися руками я попыталась собрать их, но ничего не вышло. Может, это и к лучшему. Я обхватила себя руками и закрыла глаза, пытаясь успокоиться.

Вдруг раздался звонок в дверь. Я вздрогнула. Кого там еще принесло?

Позвонили еще раз, уже настойчивей. Я поднялась и пошла открывать. На пороге стояла незнакомая женщина лет пятидесяти, довольно крупна, в дурацком халате и бигуди.

“Это еще что за явление?” – удивлённо вскинула я брови.

– Я ваша соседка снизу, – пояснила женщина, недовольно нахмурившись. – Мы слышали грохот. У вас все в порядке или полицию вызвать?

А не пошла бы ты к черту, милая!

Но вслух этого говорить я не стала. У меня не было сил скандалить.

– Все в порядке, – улыбнувшись самой фальшивой улыбкой, сказала я. – Просто у меня ремонт.

Женщина окинула меня взглядом.

Это ты зря, милая, я сейчас в таком состоянии, что лучше не раздражать меня!

– Ну, хорошо, только постарайтесь не затягивать свой ремонт допоздна. После одиннадцати шуметь запрещено!

– Учту, – ответила я, и уже стала закрывать дверь, как услышала:

– А вообще, приличные люди объявление в подъезде вешают. Вот вызову в следующий раз полицию…

Ну, ты сама нарвалась!

– Да? Ну, тогда советую вам прямо сейчас обратиться в риелторске агентство, чтобы продать квартиру, жить вы здесь вряд ли сможете. Согласитесь, невыносимо когда вас затопляют через день?

Не дождавшись ее реакции, я сердито захлопнула дверь и выругалась. Бывают же такие стервы!

Вернувшись в гостиную, я заметила Семена, выглядывающего из-под дивна.

– Вылезай, лишенец! Вместо тебя пострадала мастерская, так что живи!

С радостным мяуканьем Семён вылез из своего убежища и направился к миске.

“Интересно, какое сейчас время суток?” – подумала я.

По всей квартире шторы были зашторены, чтобы свет не проникал. Я подошла к окну и отодвинулась штору. Уже ночь, а значит, самое время поехать в ночной клуб.

43

Громко и ярко. Я кивнула бармену:

– Мне как всегда, Эдик!

Эдик кивнул и начал готовить коктейль. Он как-то сказал мне, что я непохожа на остальных посетителей, потому что не жалуюсь и не изливаю душу.

– Просто я берегу твою нервную систему, Эдик! – ответила тогда я.

Эдик видимо решив, что это шутка, улыбнулся.

Взяв коктейль, я направилась на своей излюбленное место в дальнем углу. Не успела я сесть, как рядом кто-то плюхнулся. Мне не нужно было даже поворачивать голову, слишком резкий парфюм выдавали своего хозяина.

– Здравствуй, Леша.

– Хэллоу! Что-то тебя давно не было видно.

Манера общения Алексея была несколько развязной, но я уже привыкла и не обращала внимания.

Я только пожала плечами и сделала глоток коктейля.

Алексей брезгливо скривился.

– Неужели ты всю ночь собираешься хлебать это?

Я знала куда он клонит, но прикинулась дурочкой.

– Он очень вкусный. Хочешь попробовать?

Я протянулась ему стакан, но Алексей протестующие вскинул руки.

– Нет, уж, благодарю! – усмехнулся он. – Я предпочитаю кое-что другое.

Оглянувшись, он достал из кармана пакетик и потряс им.

– Хочешь? – заманчиво предложил он.

Мне вспомнился Степан Львович, но я была слишком измучена болью, которая никак не желала утихать, а таблетки дарили лёгкость и радость…

– Хорошо, давай! – сдалась я после короткой внутренней борьбы, и протянула руку.

Алексей тут же отдернул свою. Я недоуменно посмотрела на него. Он хитро прищурился и облизнул губы. Еще раз оглянувшись, он наклонился когда мне и зашептал в ухо:

– У меня есть еще кое-что, новенькое. Вещь – огонь! Не пожалеешь! Вставляет не по-детски!

Что ему сказать? Я и так была недовольна собой что поддалась искушению, так пускай это будет знакомое искушение. Большего я пока не хочу. Пока…

44

Жизнь шла дальше. Днем я пропадала на работе, ночью – в клубе, пытаясь заглушить боль проверенными средствами. Мама звонила каждый день по несколько раз и уже через пару дней я поняла как можно устать от чрезмерной заботы.

Саша, видя, что со мной что-то твориться, несколько раз пытался поговорить, но я мастерски уходила от ответа.

Да, жизнь продолжалась. Но по утрам я не хотела просыпаться, а проснувшись, лежала и бездумно смотрела в потолок, у меня не было желания что-либо делать.

Сегодняшний день не стал исключением. Разбудивший меня будильник закончил свое бренное существование после того, как я швырнула его в стену. Повернувшись на другой бок, я снова провалилась в сон.

Не знаю сколько прошло времени, но меня снова разбудил звонок. На сей раз это был телефон.

Черт! Взять бы и отправить его по стопам будильника, но контакты я так и не скопировала.

«Вот сделаю это и обязательно запущу тебя а стену!» – пообещала я.

Телефон, несмотря на угрозу, продолжал звонить.

– Алло! – рявкнула я в трубку.

– Анечка, я не вовремя? – раздался робкий голос.

Алена!

– Нет, милая, ну что ты! – я постаралась как могла смягчить голос. Алена очень впечатлительна, а ей сейчас нельзя волноваться. – Просто я только что проснулась, а с утра я бываю злее самой злющей собаки!

– Так я разбудила тебя? – снова забеспокоилась Алена. – Прости, пожалуйста, я думала, что ты уже на работе.

Я бросила взгляд на часы. Без четверти десять. Теоретически, я, конечно, должна быть сейчас на работе…

«Если бы ты работала где-то в другом месте, тебя бы давно уволили!» – самодовольно сделало вывод мое подсознание.

– Я проспала, – честно призналась я. – Знаешь, последнее время все время хочу спать. Может, осенняя хандра?

– Так вроде бы зима! – удивилась Алена.

Вот те раз!

– А какое сегодня число? – спросила я, почему-то ощущая себя полной идиоткой.

– Тринадцатое декабря.

Ну, тогда не удивительно, что мне так хреново! Чего еще ждать когда на дворе тринадцатое декабря?!

– Я, собственно, и звоню тебе по этому поводу, – продолжала Алена. – Ты уже планировала где будешь праздновать Новый год?

Ха! Нашла что спросить! Я прям тут сижу и планирую! Да я даже не помню какое сегодня число!

Не дожидаясь моего ответа, Алена сказала:

– Я хочу пригласить тебя встречать Новый год у нас.

Я даже присвистнула от удивления. Нет, я конечно раньше всегда встречала Новый год с Сашей, но теперь это было как-то неуместно…

– Алена, дорогая, я…

– Нет, нет, нет! – запротестовала Алена. – Отказ я не принимаю! И так из-за беременности мы никого не приглашаем. Саша боится, что шум и суета вредны для меня. Мы решили, что отметим в тесном семейном кругу. (Интересно, какое отношение я, по ее мнению, имею к этому кругу?) – Я с ума сойду, если всю новогоднюю ночь проведу в скучной мужской компании. Нет, Аня, пожалуйста! – взмолилась она.

Алена умела просить так, что было неловко ей отказывать, даже мне. И все же я не могла. «Семейный круг» предполагал и Павла Сергеевича, и тут уже я либо сойду с ума, либо покалечу его. К тому же, как Новый год встретишь, так его и проведешь. Брр! Даже подумать страшно.

Нужно срочно что-то придумать. Ну, вот и где сейчас мое подсознание? Когда оно необходимо до него не достучишься.

– Э-э… Алена, я, конечно бы с радостью, но…

Боже мой, что же придумать?

И вдруг меня осенило.

– Алена, прости, но я уже пообещала родителям, что буду встречать у них. Понимаешь, мы только недавно наладили отношения…

– Да, конечно, я понимаю, дорогая, – упавшим голосом сказала Алена и вздохнула.

Мне было жаль расстраивать ее, но даже ради нее и ребенка я не могла заставить себя терпеть Павла Сергеевича.

– Дорогая, ты не обижаешься? – обеспокоенно спросила я.

– Нет, ну что ты!

Столько искренности было в ее голосе, что я успокоилась. Конечно, она не обижается, она – ангел! И как я когда-то могла удивляться почему Саша выбрал ее?

На работу я приехала к обеду. Увидев меня, Светлана презрительно поджала губы.

Крыса!

– Александр Павлович у себя?

– У себя, – нехотя ответила она. – Уже несколько раз про вас спрашивал.

Я прошла мимо и открыла дверь в кабинет.

Саша сидел за столом и просматривал какой-то журнал, откинувшись на спинку кресла. Когда я вошла, он поднял глаза и, увидев меня, радостно воскликнул:

– Аня, ну наконец-то! Я думал, ты сегодня вообще не придешь!

Саша встал и тепло обнял меня.

– Я всегда предупреждаю, если не приду, – заметила я. – А чего ты не позвонил?

Саша вернулся в кресло, я села напротив.

– Ну-у, мало ли в каком настроении ты можешь быть, – протянул он.

– Ах, вот как! – вспыхнула я. – То есть по-твоему, я злобная гарпия?

Он засмеялся и поднял руки.

– Ну, что ты! Ты красавица и умница, но временами, как и любая женщина, превращаешься в ведьму!

Я сузила глаза и укоризненно покачала головой.

– Ай-яй-яй, как не стыдно!

– Я только констатирую.

Ладно, пошутили и хватит.

– Ну, и зачем я тебе понадобилась?

– Странный вопрос. Ты мой заместитель. Ну, а если серьезно, то вот. Он приподнял журнал, который листал перед моим приходом.

Я протянула руку и взяла его. Каталог ювелирных изделий.

– Выбираю подарок Алене на Новый год, – пояснил он, когда я недоуменно посмотрела на него.

– Только не говори, пожалуйста, что просишь меня помочь!

Это было бы за гранью.

Саша промолчал и низко опустил голову.

– Не-ет! – простонала я. – Саша!

Он поднял голову и посмотрел на меня взглядом полным мольбы.

– Анечка, ну, ты же знаешь, что я никогда не разбирался в этом. (Что правда, то правда! Мне всегда приходилось самой подбирать себе украшения, затем говорить Саше что и где купить, и приходить в восторг, когда он преподносил мне их в подарок.) – У меня уже голова кругом идет! И если ты откажешься, я куплю какую-нибудь безвкусицу, Алене не понравится, она расстроится, а ей это вредно…

Я слушала Сашу и улыбалась. Под конец я не выдержала и расхохоталась.

– Что? – спросил Саша.

– Просто, это очень забавно! – сквозь смех выговорила я. – Ты, наверное, первый мужчина, который просит бывшую помочь выбрать подарок для жены!

Саша тоже улыбнулся. Да уж, полгода назад мы даже предположить не могли подобную ситуацию, все было настолько остро и больно, что даже намеки мы старались обходить, а сейчас можем спокойно обсуждать его семейное счастье с Аленой.

А смогу ли я, спустя время, так же спокойно думать о Славе с Лизой?

Внутри больно резануло. Вряд ли…

– Так ты поможешь? – вывел из раздумий голос Саши.

Я снисходительно улыбнулась и принялась изучать каталог.

45

По мере приближения Нового года, город словно сошел с ума. Все куда-то спешили, громко что-то обсуждали, радовались. Веселье и суета…

Одна я взирала на все это, не охваченная предпраздничным волнением. Как можно радоваться тому, что наступит еще один год в котором я буду несчастной, без Славы?

– Аня, нельзя так! – убеждала меня мама. – Тебе необходимо развеяться! Давай пойдем по магазинам, купим подарки!

В торговом центре было не протолкнуться. Все были обвешаны разноцветными пакетами и коробками. Все улыбались.

Мама купила подарок для папы, для меня, для друзей, коллег и знакомых. Я же не купила ничего.

– Ты не собираешься никому ничего дарить? – спросила мама.

Я пожала плечами.

– Вам с папой я купила путевку в Египет, вы же давно хотели посмотреть пирамиды, а больше – кому?

Мама сокрушенно покачала головой.

– Ну, а друзья?

Я снова пожала плечами.

– Для Саши с Аленой лучший подарок что я буду встречать Новый год у них.

Я сказала маме, что буду встречать праздник у Демидовых таким образом обеспечив себе уютное одиночество.

– Знаешь, дорогая, – нахмурилась мама, – мне не очень-то нравится что ты так сблизилась с их семьей.

Я чуть заметно улыбнулась. Это, конечно, странно, но объяснить сложно.

– Мам, если ты думаешь, что я общаюсь с Аленой, чтобы быть поближе к Саше, ты ошибаешься.

– Ничего такого я не думаю! – возмутилась мама. – Но все равно странно!

Я вздохнула.

– Мам, мы с Сашей друзья, веришь ты или нет. А Алена самый замечательный человек, которого я встречала в своей жизни, она относится ко мне как к сестре. Знаешь, может это покажется тебе сверхстранным, но я очень полюбила ее и я очень рада, что Саша попал в такие руки!

Мама посмотрела на меня долгим взглядом.

– Знаешь, дочка, ты самое необыкновенное существо, какое я когда-либо видела!

– Аня, я понимаю, что ты не можешь находиться рядом с моим отцом, – снова повторял Саша, – но Алена расстраивается. Она думает, что ты на нас обиделась.

– Что за глупости! На что я могла обидеться? – отмахнулась я.

– Я-то знаю, но ведь ей не объяснишь причину!

Я устало вздохнула. Да уж, действительно. Что ей сказать?

«Прости, дорогая, но я не хочу встречать Новый год в компании отца своего бывшего, потому что мы ненавидим друг друга!»

– А вообще, ты где будешь встречать? Только не говори, что у родителей! – предупредил он меня.

Я состроила рожицу.

– Почему же, я ведь говорила, что мы наладили отношения?

– Думаю, не настолько, чтобы умереть от скуки в их чопорной интеллигентной компании, – съязвил он.

– Ладно, – сдалась я. – Я хочу просто побыть дома, одна, ну, с Семеном, он просто отличная компания! Он будет просто молча сидеть рядом. Правда, он не пьет, но с этим я как-нибудь справлюсь. А может, поеду в клуб.

– В клуб? – удивился Саша.

Ах, ну да! Я ведь не рассказывала ему о своем новом развлечении.

– Да, знаешь, я последнее время часто бываю в том клубе, ну, помнишь мы там студентами зажигали?

– Да, было время! – мечтательно улыбнулся Саша. – Но, должен признаться, ты меня удивила. Я даже представить не мог, что ты так проводишь время.

Это ты еще про наркотики не знаешь!

– Так, ладно, мне пора, – сказала я, поднимаясь. – Кстати, – спохватилась я, – ты забрал серьги из салона?

– Да, – кивнул Саша. – Спасибо тебе еще раз, без тебя я бы до сих пор думал что подарить, а то и вовсе Алена бы осталась без подарка!

– Ну, думаю, ей понравится. Все-таки, у нас, похоже, одинаковый вкус! – лукаво подмигнула я.

46

31 декабря. Сообщения на телефон начали приходить с самого утра, разбудив меня. На каждое из них хотелось ответить лишь одно.

Идите к черту!

Но остатки воспитания дали о себе знать, поэтому я набрала дежурное сообщение и разослала всем .

Итак, я не выспалась, у меня жутко болела голова и было отвратительное настроение. Прекрасное стечение обстоятельств для встречи Нового года!

Нехотя я выбралась из кровати и направилась к плите, чтобы сварить кофе.

Тут же прибежал Семен и начал громко мяукать, требуя, чтобы я накормила его.

– На, держи, дармоед! – проворчала я, отдавая ему сосиску.

Больше в холодильнике ничего не было. Я порыскала в шкафчиках и нашла печенье. Прекрасно!

Кофе с печеньем на завтрак для меня вполне достаточно, а позже можно сделать вылазку за продуктами.

Позавтракав, я подумала, что неплохо навести порядок в квартире, но, оценив фронт работы, решила, что у меня не такой уж и бардак.

В конце концов, два месяца я как-то жила с пылью толщиной в палец и среди разбросанных вещей, и ничего, не умерла же!

Махнув рукой, я стала собираться за продуктами.

Ох, уж лучше бы я сидела дома и ела печенье!

Народу было столько, что мне отдавили ногу еще при входе в магазин. Все словно обезумели, сметая продукты с полок. Словно объявили что началась война или конец света, вот люди и запасаются. Я впервые видела такое, может потому, что впервые выбралась из дома 31 декабря. Раньше мы с Сашей в этот день наряжали елку, готовили еду…

Как же хотелось встретить так Новый год со Славой!

Я вздохнула и покатила тележку дальше, наполняя ее скорее механически. Мне было все равно что есть, я даже не помнила когда в последний раз ощущала вкус еды, да что там вкус еды, за последние два месяца я не ощущала что вообще живу! Только боль в груди напоминала, что я пока жива. Жива и несчастна…

А впереди еще один год, а потом еще один и еще…

« Так не закончить все это прямо сейчас?» – вдруг мелькнула мысль.

Я поспешила отогнать ее, зная, что если начну всерьез думать об этом, то поддамся искушению избавиться от боли раз и навсегда.

Как же обрадовался Семен, увидев меня нагруженную пакетами.

– Всегда знала, что нужна тебе только для того, чтобы приносить еду! – упрекнула его . – Бьюсь об заклад, если бы я пришла с пустыми руками, ты бы даже не посмотрел на меня!

Разобрав пакеты, я села за стол , подперев подбородок рукой. Вот и Новый год, а настроение на нуле. Может, проблема в том, что у меня нет елки?

Я снова оделась и пошла за елкой. Елочный базар был недалеко. Я выбрала самую большую и с трудом дотащила ее до дома и запихнула в лифт, оцарапав руки и лицо. Когда я, наконец, втащила ее в квартиру, настроение было хуже некуда. Я злилась сама на себя.

– Дура, на хрена тебе эта елка?

Я бросила ее в угол и со злостью пнула ногой. Надо было раньше подумать, что елку нужно наряжать, а игрушки в коробке в мастерской. Вспомнив что там творится, я поморщилась. Нет, я ни за что туда не пойду.

Чем же занять себя? Может, все же прибраться и настрогать салаты?

Поразмыслив секунд пять, я тряхнула головой. Что за глупости иногда приходят в голову?

А кто вообще сказал, что в Новый год нужно сидеть дома? Почему бы не поехать в клуб и, если и не веселиться самой, то хотя бы смотреть как веселятся другие? К тому же, Леша в прошлый раз говорил что-то об отличном средстве от хандры.

Итак, решено. Я вскочила и понеслась в гардеробную, чтобы выбрать что-нибудь красивое и праздничное. Я остановила выбор на блестящем черном платье в пол с разрезом на бедре, том самом, которое я надевала на свадьбу Саши и Алены, то самое, в котором познакомилась со Славой. Завитые локоны и смелый вечерний макияж и я почти узнала в зеркале прежнюю Анну, вот только глаза были потухшими.

47

Все мои знакомые в клубе были удивлены, увидев меня. Леша даже присвистнул.

– Да ты настоящая красотка!

– Жаль только, что эта красота не приносит счастья! – грустно улыбнулась я.

– Зато я могу принести тебе счастье! – тихо прошептал Леша, наклонившись к моему уху.

– Надеюсь, – ответила я, протягивая ему деньги.

Получив от него таблетку, я сразу отправила ее в рот и запила коктейлем.

– Эй, ты поосторожнее с этим! – предупредил он , но я лишь отмахнулась.

Мне необходимо заглушить боль и забыться.

Веселье было в разгаре. Я танцевала и флиртовала направо и налево, ощущая необыкновенную эйфорию. Да, Леша был прав, эти таблетки действительно помогали чувствовать себя почти счастливой, надо будет выпить еще одну.

Ноги сами несли меня на танцпол, я ощущала легкость и радость, голова только немного кружилась, но это ничего, возможно, это просто от выпитого алкоголя. Я уже успела поднять пару бокалов шампанского за наступающий год.

Кстати, о Новом годе!

Надо как-то поздравить родителей и Сашу с Аленой. Звонить мне не хочется, сообщение слишком сухо, но можно отправить видео!

Поздравив себя с удачной идеей, я полезла в сумочку за телефоном. Подготовившись, я включила камеру и стала нести какую-то ахинею.

– Дорогие мои, любимые! Я поздравляю вас с Новым годом! Счастья вам, любви много-много! Простите, если я чем-то обидела вас, я не со зла, правда. Я очень люблю вас, вы – то немногое, что еще осталось у меня, ради чего мне хотелось бы жить. Мне жаль, что я приношу в вашу жизнь боль и горе, но ничего не могу поделать с этим, потому что это и есть моя жизнь! И я так устала от этого…

Почувствовав, как к глазам подступают слезы, я несколько раз моргнула, загоняя их обратно. Что-то я не то несу!

– Но, вы не обращайте внимания, что я жалуюсь. Я люблю вас. С Новым годом!

Я не стала даже пересматривать. Уж как получилось, так и получилось. Я зашла в сообщения, чтобы заранее сделать черновик.

То ли телефон заглючило, то ли у меня стало расплываться перед глазами, я нажала не туда и отправила видео Саше. Телефон радостно оповестил меня, что сообщение доставлено.

Да чтоб тебя! Никогда не получается так, как я задумываю.

– Криворукая! – обругала я себя.

Нужно позвонить Саше и предупредить, что видео надо смотреть после боя курантов.

Открыв список контактов, я поняла, что телефон все же не виноват, это у меня перед глазами плывет.

Так, где здесь буква «С»? Вот она!

Пошли гудки. Никто не берет. Неудивительно, может, он сейчас наряжает елку, мы с ним всегда наряжали перед самым Новым годом.

Я уже собиралась отключиться, но тут все же ответили.

– Аня, что случилось? – раздался быстрый взволнованный голос, от которого меня словно полоснуло по животу.

Я отняла телефон от уха и изумленно уставилась на него. Что это, галлюцинации? Может, это от таблеток? Я стала трясти головой, пытаясь прийти в себя.

– Не может быть! – бормотала я. – Не может быть!

А из трубки продолжал нестись все тот же голос.

– Аня, Аня, ответь! Не молчи! Что случилось? Аня!

Слава уже орал в трубку. В его голосе слышались тревога и испуг.

Я растерянно поднесла телефон к уху и спросила:

– Почему ты? Я не понимаю… Я звоню Саше!

«Дура! Какая же ты дура, Анна!» – вздохнуло мое подсознание, хлопнув в отчаянии себя по лбу.

– Саше? – переспросил Слава упавшим голосом. – Наверное, ты просто перепутала.

Ясное дело!

– Хорошо, тогда я отключаюсь… С Новым годом тебя.

– Подожди, подожди! – перебила я .

Дело в том, что во мне неожиданно проснулась та самая стерва Анна, которая не привыкла молчать и стесняться в выражениях.

– Раз уж мы сейчас говорим, то я хотела бы сказать все, – продолжала я. – И будь добр выслушать! – угрожающе предупредила я.

Набрав в грудь побольше воздуха, я решилась.

– Я ненавижу тебя, Савелов! – почти выкрикнула я. – Ненавижу, слышишь! Ты испортил мне жизнь! Хотя, нет, даже не испортил, ты просто уничтожил ее! Ты заставил меня поверить в то, что ты любишь меня, я отдала тебе свое сердце, свою душу, а ты все растоптал. Ты просто посмеялся надо мной!

– Аня, я не… – попытался было что-то возразить он, но меня понесло.

– Молчи! Я ничего не хочу слушать! Не осталось никаких оправданий. Мое единственное желание – забыть что ты был в моей жизни, но это невозможно! Ты причинил мне такую боль, что это никогда не пройдет. А ты будешь спокойно и счастливо жить дальше… Твоя шутка удалась! Забавно, не правда ли? – я засмеялась рыдающим злым смехом. – А ты живи, Савелов, живи счастливо со своей Лизой, если сможешь! И знай, что я ненавижу тебя! Ненавижу! – выкрикнула я последний раз и отключилась.

Меня трясло. От недавней эйфории не осталось и следа. Сейчас мне было хреново как никогда. Чтобы успокоиться я заказала виски.

«Что же я наделала? – думала я, обхватив голову руками. – Зачем наговорила ему все это? Но разве он не заслужил? Да и какое значение для него имеет моя ненависть?»

Мысли неслись хороводом, пьяным нестройным хороводом, наступая друг другу на пятки. Самое ужасное, что я до сих пор любила его, несмотря ни на что любила его! Только от одного звука его голоса мое сердце забилось в бешенном ритме и внутри словно вспыхнуло пламя. Нет смысла лгать себе.

Я люблю его! Люблю его! Люблю!

Сердцу внезапно стало тесно в груди. Перестав на секунду биться, оно стало расти, заполняя всю грудную клетку. Я попыталась вздохнуть, но словно разучилась дышать. Сердце распирало грудную клетку изнутри, а снаружи меня словно сдавило стальным обручем.

Мне стало так больно, что я согнулась пополам. Больно и страшно.

На секунду мне показалось, что я сейчас умру, и мне отчаянно захотелось еще раз услышать голос Славы, захотелось сказать ему, что я люблю его…

Боль отступила так же внезапно как и родилась. Я выпрямилась и стала хватать ртом воздух. Какое же блаженство – дышать!

О чем я только что думала? Сказать Славе что я люблю его? Какие глупости! У меня еще осталась гордость, точнее ее остатки, но все же достаточно, чтобы не унижаться. Только не теперь, когда он женится на Лизе.

От этой мысли мне снова стало больно, но это была уже привычная боль и я знала как избавиться от нее.

Я купила еще одну таблетку.

А вдруг недавний приступ вызван именно этими таблетками? Степан Львович ведь предупреждал меня.

Я внимательно посмотрела на маленькую таблетку на моей ладони. Неужели эта кроха способна меня убить?

Я презрительно фыркнула. Если не эта таблетка, то меня добьет боль, которую не заглушить ничем кроме этой самой таблетки. Выходит, тут и думать не о чем.

Я положила таблетку на язык и запила остатком виски. Ну и плевать, что это несовместимо!

Вдруг кто-то вырвал стакан у меня из рук.

– Это еще что за?.. – начала было возмущаться я, но, подняв глаза, потеряла дар речи.

Передо мной стоял…

48

Слава! Злой как черт, со сверкающими глазами.

– Сколько этих таблеток ты приняла? – дрожащим от ярости голосом спросил он.

Я могла бы послать его куда подальше, но в его виде было что-то, что я помимо воли, ответила.

– Две.

– Пошли! – скомандовал он , грубо потянув меня за руку.

Тут взыграла моя гордость, подкрепленная алкоголем. По какому праву он так со мной обращается?

– Я никуда с тобой не пойду! Иди к черту! Пусти!

Слава никак не отреагировал, продолжая тащить меня за собой. Возле барной стойки он остановился и, оставив меня, подошел к бармену. Воспользовавшись случаем, я попыталась улизнуть, но выпила слишком много, да и каблуки были слишком высокие, поэтому я успела сделать всего несколько шагов, прежде чем Слава снова схватил меня за руку. И снова я против воли шла за ним, спотыкаясь и матерясь.

Довольно грубо Слава втолкнул меня в туалет. Если бы я не усела схватиться за раковину, то упала бы.

– Что ты творишь? – возмущалась я.

Слава молча закрыл дверь, подошел к раковине и, открыв воду, стал набирать ее в стакан.

«Вот зачем он подходил к бармену! – мелькнуло у меня в мозгу. – Но зачем ему пустой стакан?»

Прежде, чем я успела ответить на этот вопрос, Слава развернулся ко мне и, протянув стакан, скомандовал:

– Пей!

Я недоуменно уставилась на него. Это что – шутка?

– Пей! – снова сказал он уже настойчивей.

– Ну уж нет! – фыркнула я, скрестив руки на груди. – Еще чего! Неужели ты думаешь, что я стану пить воду из-под крана? И вообще…

Не успела я договорить, как Слава шагнул ко мне с перекосившимся от злости лицом. Одной рукой он обхватил мою голову и поднес стакан к моим губам, заставляя меня пить.

Я пыталась было отплевываться, но Слава крепко держал мою голову и сильно прижимал стакан к губам. Волей-неволей, мне приходилось пить. Вода была противной и отдавала хлоркой и ржавчиной, часть воды все же проливалась мимо и стекала по подбородку на грудь.

Когда Слава, наконец, отнял стакан, я стала хватать ртом воздух и материться.

– Ты с ума сошел? Что ты творишь?

И вдруг я с ужасом заметила, что Слава снова набирает воду в стакан.

– Нет! Нет! Умоляю…

Пытка повторилась сначала, но в этот раз я приноровилась и воды мимо пролилось гораздо больше, чем в прошлый раз. Платье намокло и мне было холодно. Я чувствовала, что третий раз не выдержу. Да и что это такое, в конце концов, новый род пыток?

Когда Слава не стал набирать воду в третий раз, я вздохнула с облегчением, но то, что произошло потом было в сто раз хуже и унизительнее.

Слава подтолкнул меня к раковине и заставил согнуться.

– Что ты делаешь? – уже в который раз спросила я, хотя уже начала догадываться.

– Тебе нужно сделать промывание желудка, – сказал Слава. – И не упрямься больше, я все равно могу заставить тебя силой. Так что, давай сама.

Я знала, что он не шутил, он действительно может заставить меня, поэтому лучше покориться.

– Только не смотри! – дрожащим голосом прошептала я и ниже склонилась над раковиной.

Вызывая рвоту, я думала, что меня вырвет всего один раз, но приступы продолжались, казалось, целую вечность. Слава проигнорировал мою просьбу не смотреть, за что я ненавидела его. Одной рукой он придерживал мои волосы, второй поддерживал меня за талию.

С каждым новым приступом я все больше слабела, ноги тряслись, в животе были спазмы.

Когда, наконец, этот кошмар закончился, я осторожно выпрямилась и ухватилась за край раковины. Увидев свое отражение в зеркале, я ужаснулась. Белая, как полотно с землистым оттенком, безумные, ввалившиеся глаза. Встретившись взглядом со Славой, я прошептала:

– Ненавижу тебя!

Голос был хриплый и показался чужим.

– Это я уже слышал сегодня, – спокойно ответил Слава. – Тебе нужно умыться.

Он снова собрал мои волосы. Сейчас я ощущала его прикосновения и досадовала на свое тело, отзывающееся на его близость. По коже бегали мурашки, и напрасно я пыталась убедить себя, что это от холода.

Умывшись, я почувствовала себя немного лучше, хотя слабость все еще ощущалась, да и голова стала кружиться гораздо сильнее, но я не хотела показывать это Славе. Оттолкнув его, я пошатываясь побрела к двери.

– Давай, помогу, – предложил Слава, взяв меня за руку.

Я со злостью посмотрела на него.

– Иди к черту, Савелов!

Идя по залу, я размышляла:

«Что он вообще возомнил о себе? Приехал, испортил вечер, сделал это жуткое промывание! Кем он себя считает? По какому праву?»

Предавшись негодованию, я не замечала никого вокруг и очень удивилась, наскочив на какого-то мужчину.

– Ой! Извините! – пробормотала и направилась дальше.

– Постой-ка! – мужчина, явно нетрезвый, схватил меня за руку. – Красавица, в качестве извинений я принимаю только поцелуи!

Не успела я опомниться, как он положил свою руку чуть пониже моей спины и потянулся ко мне своими слюнявыми губами.

Меня охватило отвращение. Я отвернула голову и уперлась руками ему в грудь, пытаясь вырваться. В эту же секунду мужчину резко и грубо оторвало от меня.

– Что за…? – начал он .

– Еще раз протянешь к ней свои руки…

Остаток фразы я не расслышала, Слава сказал это очень тихо, но, судя по тому как мужчина ретировался, сказано было что-то очень доходчивое.

Когда Слава повернулся ко мне, на его лице еще были видны следы гнева.

«Да это он на меня злится!» – вдруг осенило меня.

Ну, конечно, в его понимании я веду себя как распутная девица. Ну, и что? Какая ему разница? Пускай смотрит за своей Лизой!

– Анна, идем! – сказал он стальным голосом.

– Я никуда с тобой не пойду! – упрямо тряхнула я головой.

Слава явно терял терпение. Было видно, что он еле держится, чтобы не сорваться.

– Хочешь, чтобы повторилось что-то подобное? Одного пьяного урода тебе мало? – резко спросил он.

– Я не просила меня спасать!

Слава сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Его непросто было вывести из себя, но у меня неплохо получалось.

– Анна! – в голосе уже звучала угроза.

«Я мог бы заставить тебя силой!»

«Если ему придется применить силу, значит придется прикасаться к тебе!» – мелькнула соблазнительная мысль.

– Не пойду! – пряча улыбку, повторила я.

Слава снова вздохнул и закатил глаза.

К тому моменту как мы выбрались из клуба, Славе пришлось буквально тащить меня. Я была счастлива, ощущая его прикосновения.

«Дура!» – устало вздохнула мое подсознание.

«Да, но счастливая дура!» – возразила я.

Правда, это счастье длилось недолго. Как только мы оказались на улице, Слава отпустил меня и одарил взглядом полным отвращения.

По коже побежали мурашки. Я плотнее запахнула меховое манто, но это не помогло – холод забирался под платье, да и в туфлях было довольно неуютно в мороз.

– Ты что, приехала в туфлях? – потрясенно спросил Слава, уставившись на мои ноги. – Решила отморозить ноги?

Черт! Если бы я не перескакивала с одной ноги на другую, возможно, он бы и не заметил. А теперь придется выслушать проповедь. Хотя, с какой стати? Пускай пилит свою Лизу!

– Тебя это не касается! – как можно грубее отрезала я.

На секунду мне показалось, что его это задело, но от тут же овладел собой.

– Идем, я отвезу тебя домой.

– Еще чего! – возразила я. – Я поеду на такси!

Снова вздох.

– Анна, сегодня 31 декабря. Пока ты будешь ждать такси, отморозишь ноги.

Это был убийственный аргумент. Ноги уже заледенели, но упрямство взяло верх.

– Тебе-то что? – буркнула я. – Это мои ноги!

Слава провел рукой по лицу.

– Аня, я все равно посажу тебя в эту машину и…

Зазвонил телефон. Я взглянула на дисплей и злорадно усмехнулась.

Есть шанс отомстить Славе, хотя, вряд ли сейчас это затронет его.

– Да, Сашенька! – медовым голосом пропела я, с удовлетворением отметив как напрягся Слава. Но в следующую секунду я почувствовала как меня охватывает паника.

– Где? В какую больницу? – закричала я в трубку. – Да, сейчас приеду!

– Что случилось? – встревоженно спросил Слава, тронув меня за рукав.

– Алена рожает. – прошептала я.

49

Мне казалось, что мы едем слишком медленно и я не переставала говорить об этом Славе.

– Аня, такое ощущение, что без тебя она не родит! – иронично заметил он.

– Ничего ты не понимаешь! – раздраженно отмахнулась я. – Я обещала Алене, что буду рядом, да и Саше сейчас нужна поддержка. Представляю, как он нервничает!

– Ах, ну, да! Конечно! – буркнул себе под нос Слава.

– А как ты узнал где я? – вдруг спросила я. Неужели, он действительно читает мысли?

– Позвонил Саше, он сказал. – поспешил успокоить меня Слава.

– А он откуда знает? – удивилась я.

– Не знаю, он сказал, что ты прислала ему какое-то видео из клуба.

Мне показалось, что ему не хочется развивать эту тему, но мне необходимо было выяснить еще кое-что.

– А почему ты позвонил ему?

Слава тяжело вздохнул.

– Подумал, а вдруг ты где-то рядом! – язвительно и немного резко ответил он.

Оставшуюся часть пути мы ехали молча.

Наконец мы доехали. Торопясь вылезти из машины, я запуталась в платье и упала на четвереньки. Снег был покрыт коркой наста и я больно оцарапала ладони и колени.

Слава торопливо помог мне подняться.

– Дай посмотрю, – сказал он, взяв мои руки и повернув ладонями вверх.

Тут во мне проснулась стерва.

– От твоего взгляда что, царапины заживут? – грубо спросила я и отдернула свои руки.

Слава поджал губы и передернул плечами.

– Идем.

Нам понадобилось время, чтобы добиться от противной тетки в приемном покое информации. К тому моменту, когда мы увидели в коридоре бледного, взволнованного Сашу, я чувствовала себя абсолютно трезвой, и мне ох как хотелось это исправить!

– Аня!

Увидев меня, Саша бросился мне навстречу. Я обняла его, желая успокоить и поддержать. Он мой друг, и плевать что сейчас подумает Слава. Его это не должно касаться!

– Все будет хорошо! – прошептала я, стараясь, чтобы голос прозвучал спокойно, хотя сердце бешено колотилось.

Но на Сашу это подействовало. Он отстранился и посмотрел мне в глаза.

– Ты думаешь? – спросил он.

– Я знаю!

Саша улыбнулся, но когда он посмотрел мне за спину, улыбка сползла с его лица.

– Зачем ты здесь? – резко спросил он.

– Я привез Анну, – спокойно ответил Слава.

Саша перевел на меня изумленно-вопросительный взгляд.

– Нет, – ответила я на его немой вопрос. – Просто он помог мне добраться.

Потянулись томительные минуты ожидания. Саша мерил коридор шагами – привычка, которая всегда меня раздражала.

Я постукивала по полу носком туфли, отбивая ритм какой-то мелодии.

И только Слава выглядел абсолютно спокойным.

– Пойду куплю кофе. Вам захватить?

Мы с Сашей одарили его такими взглядами, что он только пожал плечами.

– Как хотите.

Через пару минут он вернулся со стаканом дымящегося кофе, распространяющего такой потрясающий аромат, что я пожалела, что не попросила захватить и для меня.

Минуты тянулись как часы.

– А сколько это, вообще, может продлиться? – вдруг спросил Саша.

Я удивленно уставилась на него. Я что, мать троих детей?

– Откуда я знаю?

– У всех по-разному, – сказал Слава и сделал глоток кофе.

Я сглотнула слюну. Может, все же пойти и купить себе кофе? Нет, не стоит оставлять Сашу, тем более наедине со Славой.

– Два часа до Нового года, – вдруг сказал Слава, ни к кому конкретно не обращаясь.

Мы с Сашей посмотрели на него. К чему это он? Если намекает на то, что из-за нас он может опоздать к своей мымре, которая наверняка ждет его дома, то никто его здесь не держит!

Но он продолжал как ни в чем не бывало пить кофе.

Наконец, дверь распахнулась и вышла женщина-врач. Саша метнулся к ней, я поднялась, но не двинулась с места. И только Слава продолжал сидеть с невозмутимым видом.

– Ну, что, доктор? Как она? Все в порядке? – взволнованно тараторил Саша, только что не тряся доктора за плечи.

Она улыбнулась.

– Не волнуйтесь. Все в порядке. Поздравляю, у вас родился мальчик! И малыш и мама чувствуют себя превосходно.

У Саши вырвался радостный крик. Он сделал круг и счастливо рассмеялся.

– Мальчик! Сын! Аня, ты слышала?

Я кивнула, не в силах произнести ни слова и двинуться с места. Меня переполняли эмоции, я была так рада за него и Алену.

Саша подлетел ко мне и, заключив в объятья, закружил.

– Сын! – радовался он. – Аня, у меня сын! Мой сын!

– Пусти! – вопила я. – Пусти, у меня голова кружится!

– У меня сын! – все повторял Саша, поставив меня на пол.

– Поздравляю тебя! Я рада. Правда, – искренне сказала я. – А сейчас лучше иди к Алене, ты ей нужен.

– А можно? – повернулся он к врачу.

– Да, конечно, идемте!

Саша снова посмотрел на меня и радостно прошептал:

– Сын!

Когда он вместе с врачом исчез за дверью, я вдруг почувствовала как по моим щекам текут слезы. Что это? Почему? Я ведь правда рада за него. А Алена… Она стала для меня сестрой!

Так что же тогда? Может, это всего лишь слезы радости? Но разве от радости так щемит сердце?

К чему я обманываю себя? Я плачу оттого, что в моей жизни этого никогда не будет, я никогда не рожу ребенка, не прижму его к своей груди, не вдохну его запах…

Из груди рвались рыдания, но я смогла подавить их, так как сзади подошел Слава. Я незаметно смахнула слезы.

– Саша, похоже, очень счастлив, – сказал Слава.

Я кивнула, опасаясь, что мой голос может предательски дрогнуть и он может неверно истолковать это.

– А уж как он спешил разделить это счастье с тобой!

В его голосе прозвучали язвительные нотки. Я резко повернулась и посмотрела ему в глаза.

– Что тут удивительного? Мы – друзья, а Алена мне как сестра.

– Сестра? – саркастически усмехнулся он. – Если так, то тебе не противно обманывать свою «сестру»?

О чем он? Мне казалось, что я перестала вдруг соображать, но Слава поспешил все разъяснить.

– Ты спишь с ее мужем, а потом изображаешь из себя добрую, заботливую подругу! Тебя совесть не мучает?

Я с шумом выдохнула, словно меня ударили под дых. Я ожидала чего угодно, но это обвинение… Я силилась сказать что-то, но только задыхалась.

– Что, нечего сказать? – язвительно спросил Слава. – Ну, да , конечно, что тут скажешь!

– Ты сошел с ума! – удалось давить из себя.

Слава снова усмехнулся.

– Сошел с ума? Нет, дорогая, теперь я наконец-то могу соображать. Знаешь, когда я впервые увидел тебя, я подумал, что ты необыкновенная женщина. Да, ты была пьяной и грубой, бесконечно несчастной, но от тебя словно исходил какой-то свет. Ты была неземной! – Слава грустно улыбнулся и покачал головой. – Я ошибался. Сейчас я вижу, что ты ничем не отличаешься от других женщин, нет, ты даже хуже, ты – настоящая шлюха!

Раздался громкий, звонкий шлепок. Я не сразу поняла что произошло. Я просто не могла поверить, но, судя по тому, что моя ладонь загудела, а щека Славы покраснела, я действительно сделала это. Я дала ему пощечину.

Это значит, что его слова… О, Господи! Он действительно сказал это!

Что я раньше знала о боли? Когда Лиза сказала, что они собираются пожениться, я думала, что хуже быть не может. Казалось, куда уж больнее? А сейчас я поняла, что может. Я уже не пыталась сдерживать слезы и они ручьями текли по лицу. Меня трясло, я чувствовала, что вот-вот упаду.

Осознав что произошло, Слава испуганно смотрел на меня. В его широко распахнутых глазах читалось раскаяние, но сейчас для меня это не имело значения. Это нельзя простить!

– Аня! – Слава шагнул ко мне и протянул руку.

Я собрала все силы и отступила на шаг назад, предостерегающе вскинув руку.

– Не смей! – глухим мертвым голосом предупредила я. – Никогда… Ненавижу тебя! – прошептала и, развернувшись, спотыкаясь и держась за стену, чтобы не упасть, поспешила убраться подальше.

50

Я шла по улице, не замечая мороза и пронизывающего ветра. Вокруг все веселились, город был украшен километрами гирлянд.

А моя жизнь это сплошная темноты и пустота. Да, и есть ли она, эта жизнь? Нужна ли она мне?

Рядом затормозила машина.

– Девушка, садитесь я подвезу вас!

Я даже не повернула головы. Куда мне ехать? Зачем?

«Ты обыкновенная шлюха!» – эхом пронеслось у меня в голове.

Боль с новой силой сжала сердце и я согнулась пополам.

– Вот черт!

Водитель выскочил из машины и подбежал ко мне.

– Вам плохо? Давайте я отвезу в больницу, тут недалеко!

Я отрицательно покачала головой.

– Я только что оттуда.

Мужчина озадаченно почесал затылок.

– Ну-у, давайте я тогда домой вас отвезу. Вы вон вся замерзли!

Я кивнула, замерзнув настолько, что была не в силах говорить. Мужчина помог мне сесть в машину. Он ни о чем не спрашивал, за что я была ему благодарна.

– Спасибо вам, – сказала я, когда он довез меня до дома.

– Пустяки! – отмахнулся он смущенно.

– Нет, ну что вы! – возразила я. – Вы могли бы проехать мимо, спеша отпраздновать Новый год, а вместо этого помогли мне, да еще от денег отказались!

Как я не уговаривала, он наотрез отказался брать деньги.

– Считайте мою помощь новогодним подарком! – весело сказал он. – И, вообще, может, помогать красивым девушкам, попавшим в беду, это мое хобби!

Супергерой! Я мгновенно вспомнила о Славе и помрачнела. Увидев, что сказал что-то не то, мужчина неловко попрощался и уехал.

Я подняла голову и посмотрела на небо. Падали редкие снежинки и, тая, стекали по лицу. Я уже приняла решение, не знаю, в какую секунду, но оно было принято твердо и окончательно. Единственное правильное для меня.

Слезы душили меня. Я раскрыла окно и морозный воздух вихрем ворвался в квартиру. Мне безумно захотелось выпить. Отыскав бутылку виски, я налила полный стакан и уже поднесла ко рту, как вдруг передумала. Я приняла слишком важное решение, и будет лучше если я буду трезвой. Я немного прибралась в квартире, решив, что будет не очень хорошо, если после меня останется бардак.

Нужно ли писать записку? Наверное, надо. Я нашла листок бумаги и ручку и уселась за стол, обдумывая, что написать.

На ум приходили высокопарные фразы о том, что я так больше не могу, что моя жизнь не имеет смысла, но, нацарапав «я очень устала», я поняла, что все это глупо. Нет, я не отказалась от своего решения, лишь передумала писать записку. Скомкав листок, я оставила его на столе и поднялась, смахнув слезы.

Только сейчас я заметила Семена, смотрящего на меня с подозрением. Возможно, он чувствовал мое состояние. Я наклонилась к нему и ласково погладила.

– Не грусти, дружок, тебе найдут хозяйку получше, которая не будет забывать кормить тебя.

Семен жалобно мяукнул.

Ну, все…

Я еще раз обошла квартиру, проверяя все ли в порядке, а может просто оттягивая время. Наконец я подошла к окну.

Медленно и не без труда забравшись на подоконник, я вдруг вспомнила, что не сняла манто. Нужно ли снять или нет? Смешно, но это и вправду было сейчас важно для меня. После минутного колебания, я все же сняла его и бросила на пол. Холодный воздух окутал меня ледяными объятьями и кожа мгновенно покрылась мурашками.

Правильно ли я поступаю? Неужели, это действительно единственный выход?

Словно на быстрой перемотке я прокрутила всю свою жизнь. С самого детства эта жизнь словно была не моей, словно я пыталась примерить на себя чужое неудобное платье. Я хотела рисовать, а стала финансистом, я мечтала о муже и детях, а вместо этого была вынуждена сделать аборт и скрывать свои отношения несколько лет.

А когда я впервые в жизни полюбила по-настоящему и почувствовала себя счастливой, то оказалось, что меня просто использовали.

«Ты самая настоящая шлюха!»

Что ж, ты и отнесся ко мне соответствующе…

Значит, конец! Ничего не осталось, за что стоило бы держаться, за что стоило бы бороться. Обидно только, что я сама, своими руками построила для себя эту жизнь. Красивая, успешная, самодостаточная…

Да подавитесь вы все этим! Все, что я хотела – Слава, просто жизнь с ним, но и этого у меня никогда не будет.

«Аня!»

Голос Славы, прозвучавший у меня в голове был встревоженным. Я потрясла головой, чтобы избавиться от галлюцинаций.

Нет, Слава, ты уже не сможешь ничего сделать, не сможешь помешать мне, не сможешь спасти! Решение принято.

Я вздохнула, зажмурилась и сделала шаг.

51

Странно, полет продолжался всего одну секунду и, что более странно, падала я назад.

Решившись открыть глаза, я обнаружила себя в своей квартире, на руках у…

Черт! До меня, наконец, дошло что случилось. Этот супергерой как всегда прибыл вовремя! Голос, который я приняла за галлюцинацию, был голосом Славы. Видимо, он вошел через предусмотрительно оставленную открытой дверь и позвал меня, затем прошел внутрь и увидел меня, стоящую на подоконнике.

О, Господи! Он думает, что спас меня! Что же он наделал? Зачем?

Все это пронеслось у меня в голове в какую-то долю секунды. Я начала биться у него в руках, изрыгая проклятья.

Слава опустил меня на пол и прижал к себе с такой силой, что мне стало больно. Я чувствовала как бешено колотится его сердце, так же как и мое.

– Анечка, милая, родная, любимая! – шептал он мне в волосы. – Как ты могла? Как я стал бы жить без тебя?

Он просто пытается отвлечь меня! Его словам нельзя верить!

– Ненавижу тебя! – закричала я. – Ненавижу! Зачем ты пришел, зачем спас меня? Неужели ты не понимаешь, что единственное, чего я хотела – это закончить все это! Я устала. Я не могу так больше!

Я зарыдала и Слава сжал меня еще сильнее.

– Жизнь моя… Это я виноват… Прости меня… прости… я должен был раньше, но я боялся, что ты… Ох, Аня!

Я не разбирала половину из того, что он говорил, но в целом понимала, что он винит себя.

– Да, это ты виноват! – резко крикнула я. – А теперь убирайся к своей Лизе!

– При чем здесь?.. – нахмурился он, но не договорил.

Я вырвалась и попыталась вцепиться ему в лицо, но Слава успел схватить меня за запястья и притянул к себе.

Разозлившись, я боднула его головой и разбила губу. Он застонал и на секунду разжал руки. Воспользовавшись моментом, я развернулась и побежала к двери, но не успела сделать и двух шагов, как снова оказалась в тисках сильных рук Славы.

– Прошу тебя, не убегай! Дай мне все тебе объяснить! – его дыхание обжигало щеку. Больше всего на свете мне вдруг захотелось повернуться и найти его губы.

Вдруг я почувствовала как подкосились ноги, я обмякла и повисла на руках у Славы. Голова закружилась и я почти потеряла сознание.

«Это все от стресса!» – мысленно сказала я себе.

Конечно же, за одну только эту ночь я пережила слишком много. Я уже не сопротивлялась, когда Слава усадил меня на диван и накинул на плечи свое пальто. Я уютно завернулась в него, пытаясь согреться и вдыхая знакомый запах.

Я смутно соображала, что он закрывает окна. То и дело я проваливалась и почти не помнила что происходило.

Последнее, что я запомнила, это как Слава нес меня на руках к своей машине.

52

Во сне я падала. Долго, слишком долго. Вокруг была темнота. Почему-то мне казалось, что у этой пропасти нет дна. Я помнила почему прыгнула, Слава и Алена отвернулись от меня, одарив презрительными взглядами. Они ушли… Вспомнив это, я заплакала, и вдруг ощутила мягкий толчок.

Вокруг в одно мгновение стало светло, и я обнаружила себя не на дне пропасти, а на руках у Славы. Он улыбался такой знакомой, такой любимой мною улыбкой. Его глаза мягко светились.

– Разве я мог оставить тебя? – с легким укором прошептал он, целуя меня.

Даже от этого легкого поцелуя у меня закружилась голова. Я зажмурилась и счастливо рассмеялась.

– Аня! – окликнул меня другой знакомый голос.

Я открыла глаза и увидела Алену. Рядом с ней стоял Саша, а на руках у нее был ребенок. Они улыбались и махали мне рукой.

Я была счастлива.

Но вдруг приступ боли оборвал этот прекрасный сон. Я проснулась и чуть не заплакала от досады. Ну, почему этот сон не мог продлиться еще немного?

Голова раскалывалась, даже глаза я открыла с трудом, но когда открыла их, то забыла о боли.

Я лежала на спине, а надо мной… Нет, этого просто не может быть! Я несколько раз закрывала и открывала глаза, трясла головой, но ничего не менялось, я все по-прежнему видела над собой такой памятный в моей жизни потолок.

Поняв, что это больше не сон, я резко поднялась и огляделась. Да, это действительно была квартира Славы, фотографии на стенах, мое платье на стуле… То самое платье, в котором я была на свадьбе Саши. Все было точно так же, как в то утро, когда я впервые проснулась здесь.

А вдруг все это лишь дурной сон? Все, что происходило последнее время. Свадьба Саши, на самом деле, была вчера, я выпила и Слава привез меня к себе домой. И я никогда не влюблялась в него, хотя против этой мысли все внутри взбунтовалось. Но, как бы там не было, сейчас я уеду домой и никогда больше не увижу его!

Эти мысли мелькали в моей голове и я знала, что даже если все действительно лишь приснилось мне, то все равно у меня не хватит сил уйти. Я люблю его, даже если полюбила его во сне!

Бред! Все это бред, и все, что говорил Слава вчера было лишь для того, чтобы успокоить меня. Его слова ничего не значат, сколько бы мне не было приятно вспоминать как он называл меня любимой.

Сегодня все будет по-другому, мне стало легче и он снова станет чужим, возможно, даже скажет, что любит Лизу, что они поженятся…

Нет, я не вынесу этого! Я вскочила на ноги, не обращая внимания на головокружение и на то, что на мне лишь футболка Славы, что я не захватила с собой ни пальто, ни денег. Главное, выбраться отсюда! Я кинулась к двери. Повернув ручку, я с налета наскочила на Славу.

– Аня? – удивленно и испуганно воскликнул он. – Что с тобой?

Сколько же заботы было в его голосе!

– Пусти! – слабо сказала я. От вчерашнего буйства не осталось и следа. Я чувствовала стыд.

Слава взял меня за плечи и легонько тряхнул.

– Что случилось? Что с тобой? – повторил он.

– Я хочу уйти, – прошептала я, низко опустив голову, пряча слезы.

Слава вздохнул, взял меня за подбородок и приподняв мою голову, заглянул в лицо.

– Посмотри на меня! – скомандовал он и, к своему удивлению, я повиновалась. – Я больше никогда не позволю себе уйти! Все это чуть не закончилось трагедией. Когда я увидел тебя, стоящую на подоконнике…

Слава устремил взгляд поверх меня и я видела как его глаза расширились от испуга. Он сжал меня в объятьях.

– Нет! – прошептал он мне в волосы. – Я не могу потерять тебя из-за глупых обид и недоразумений. Ты, конечно, имеешь право обижаться на меня, ненавидеть, как ты вчера твердила, ты можешь разнести квартиру, можешь биться и брыкаться сколько тебе угодно, но ты никуда отсюда не уйдешь, пока не выслушаешь, пока не простишь и не поймешь, как сильно я люблю тебя!

С этими словами, он обхватил мое лицо ладонями и поцеловал.

“Биться, брыкаться? Зачем?” – думала я отдаваясь поцелую и обвивая шею Славы руками.

В одну секунду все стало неважно, исчезли обиды, гордость. Он был рядом, и это все, что мне нужно для счастья.

Если это сон, то я желала бы никогда просыпаться. И все же меня вырвали из этой сказки. И сделал это Слава.

Он прервал поцелуй и слегка отстранился. Я видела как тяжело ему было оторваться от меня, он тяжело дышал, а глаза горели диким, первобытным желанием. Я ощущала то же самое, поэтому недоуменно смотрела на него.

– Я хочу, чтобы сначала ты выслушала меня! – прерывающимся голосом сказал он.

Какие глупости!

– Ты сказал, что любишь меня и этого достаточно! Все остальное, если хочешь, можешь рассказать потом, а сейчас единственное, чего я хочу – это ты! И вообще, – обвивая его шею руками, продолжила я, – женщина после долгого воздержания становится дикой и неуправляемой, словно кошка, так что лучше не спорь! – сказала я, накрывая его губы своими.

Еще очень долго Слава не мог рассказать мне то, что хотел. Он соскучился по мне ничуть не меньше, чем я по нему и, осознавая это я чувствовала себя абсолютно счастливой.

Правда, пару раз перед глазами всплывало самодовольное лицо Лизы.

«Он любит меня и мы скоро поженимся!»

Нет, уж, дорогая, любит он как раз-таки меня, в этом я теперь не сомневаюсь! А что касается того, что вы поженитесь…

Я уже однажды отдала своего мужчину другой, и хотя как оказалось, это было к лучшему, но больше я не сделаю этого. Я никому не отдам Славу! И буду бороться.

Мы почти весь день провели в постели, и единственным желанием было не покидать ее никогда. Но человек, испытывающий даже абсолютное счастье, все же рано или поздно возвращается к земным заботам.

– И все же нам надо поговорить, – мягко сказал Слава, с неохотой прерывая поцелуй.

Я состроила недовольную гримасу.

– Может, это уже не имеет смысла?

– Нет, Аня, – покачал он головой, – мы уже однажды начинали с недомолвок, как видишь, ни к чему хорошему это не привело. Я не хочу еще раз проживать подобное.

– Я тоже. – прошептала я.

Слава улыбнулся и поцеловал меня в висок. Я посмотрела ему в глаза, сколько же нежности, любви и даже поклонения было в его взгляде! Неужели я когда-то могла думать, что эти глаза могут глядеть на меня с отвращением?

Да, Слава прав, нам действительно нужно выяснить все раз и навсегда.

– Я хочу задать тебе один вопрос, – сказала я. – Когда ты узнал… ну, обо мне и Саше?

– С самого начала. – спокойно ответил он.

Такого ответа я явно не ожидала. От удивления я раскрыла рот и, кажется, перестала соображать, я даже не могла спросить как такое возможно. Откуда? Не может же быть, чтобы Саша сам ему рассказал! Но больше некому!

Я правда не понимала как такое возможно, но тут Слава поспешил мне все разъяснить.

– Ты сама рассказала мне все по дороге, когда я вез тебя со свадьбы. Ты плакала, очень много плакала, и говорила, говорила… Ты говорила как сильно любишь его, – Слава невесело усмехнулся. Было видно, что даже сейчас это причиняет ему боль. Мне стало так стыдно перед ним.

– Прости меня! – горячо зашептала я, обняв его. – Я тогда ничего не знала о любви. И только благодаря тебе… Я так люблю тебя!

– Знаю! – улыбнулся он. – Но тогда все было иначе. Знаешь, единственным моим желанием было вернуться и набить ему морду! Я не понимал, как он может так поступать с тобой! Да еще в памяти всплыла эта история с Таней.

– Ты любил ее? – затаив дыхание, спросила я, боясь услышать ответ.

Слава на секунду задумался.

– Тогда думал, что – да. Мы собирались пожениться после окончания школы. Наверное, тогда это было серьезно. Еще долго я страдал и считал, что уже никогда не смогу полюбить.

– Даже так! – я обиженно отвернулась. Слава любил другую женщину! Пускай это было задолго до меня, но это факт. И зачем я только спросила это? Мне захотелось заплакать.

– Но все это было давно, – продолжил Слава, обвивая меня руками. – А потом в моей жизни появилась ты.

– Ну, да, пьяная, вульгарная, матерящаяся хамка, едва стоящая на ногах! – усмехнулась я. – И хочешь сказать, что полюбил меня такую?

– Нет, – честно признался он. – Нет, такую я тебя пожалел. А полюбил когда всю ночь сидел около тебя, наблюдая как ты спишь. Знаешь, я смотрел на тебя и вдруг поймал себя на мысли, что не могу отвести от тебя глаз. – Слава улыбнулся, видимо вспоминая свои ощущения. – А думал, насколько же ты несчастна и тогда я понял, что твое поведение это просто защитная реакция.

– Но, если ты все знал, то почему делал вид, что не знаешь?

Этого я никак не могла понять. Слава вздохнул, словно удивляясь моей тупости.

– Аня, ты рассказала мне все, когда была пьяной, а утром ничего не помнила!

– Да уж, я даже не помнила как тебя зовут! – засмеялась я. – Знаешь, я была готова сгореть со стыда, особенно когда думала, что ты воспользовался моим положением. Кстати, – вскинулась я, – теперь ты можешь честно признаться, у нас что-то было?

– Аня, – укоризненно покачал головой Слава, – как ты могла подумать?

– Ладно-ладно, я пошутила!

Я чмокнула его в щеку.

– Продолжай!

– Когда ты проснулась и я понял, что ты ничего не помнишь, я решил не смущать тебя. Я ждал, что ты расскажешь мне все, потому, что сама этого захочешь, захочешь поделиться со мной, будучи трезвой. Но этого так и не случилось! – грустно улыбнулся он.

– Я не рассказала тебе потому, что боялась потерять тебя, боялась, что ты начнешь презирать меня, – тихо сказала я, опустив голову. – Я думала, что если ты узнаешь, то уйдешь. Глупо, наверное?

– Еще как! – согласился Слава. – Я никогда бы не оставил тебя. Я готов был прощать все. Даже когда я увидел в твоей квартире Сашу…

Он замолчал и сжал кулаки. Я недоуменно нахмурилась, не понимая о чем он говорит, но тут меня осенило.

– В тот день когда мы поругались? Но Саша просто приехал поддержать меня! Я сошла бы с ума, оставшись в тот вечер одна. И я не спала с ним! – выкрикнула я и, вскочив с кровати, подбежала к окну, чтобы скрыть слезы.

Ну, как он может, как может думать так обо мне? Разве я заслужила? Слезы покатились из глаз и я торопливо смахнула их. Слава подошел сзади и осторожно дотронулся до моего плеча.

– Аня, милая моя, прости! Просто, я жутко ревновал тебя к нему. Ты столько раз говорила, что в своей жизни любила только одного человека…

– Все это было до того, как я полюбила тебя! – шмыгая носом, сказала я. – Только с тобой я поняла, что значит любить!

Я повернулась к нему и, обхватив его лицо ладонями, заглянула ему в глаза.

– Я люблю тебя! Мне не нужен никто кроме тебя, и ты должен запомнить это!

Слава посмотрел на меня с восхищением.

– И я люблю тебя! – отозвался он и потянулся ко мне за поцелуем.

Но я отпрянула, чем привела его в замешательство. Честно говоря, больше всего мне хотелось послать к черту все эти объяснения, но Слава прав, начинать новую жизнь с недомолвок неправильно. Оставалось еще одно обстоятельство, которое мне необходимо было выяснить.

– А как быть с Лизой? – увидев, за Славы расширились от удивления, я пояснила. – Ну, с вашей свадьбой!

Теперь Слава смотрел на меня как на сумасшедшую.

– Чьей свадьбой? О чем ты вообще?

Да! Я всегда в глубине души знала, что все это ложь, ну, не мог Слава любить ее! Сейчас видя искреннюю реакцию Славы, я испытала невероятное облегчение. Я рассказала ему как написала сообщение и попросила о встрече, но вместо него пришла Лиза и сообщила о свадьбе.

– Как она могла прочитать сообщение, которое я отправила тебе? – с подозрением спросила я.

Слава пожал плечами и задумчиво потер подбородок.

– На самом деле такое возможно, мы вместе работаем, общаемся, возможно, я просто оставил телефон без присмотра и…

– Хорошо, допустим, – перебила его я, – но как ты объяснишь что привез ее сюда с чемоданом?

Это было уже серьезное обвинение и ответ на этот вопрос был крайне важен для меня. Я знала, что я все равно буду со Славой, несмотря ни на что, но я хотела знать.

Я ждала, что этот вопрос поставит Славу в тупик, но он даже бровью не повел.

– Лиза жила здесь какое-то время, – просто сказал он.

От удивления я открыла рот. Просто жила здесь! Замечательно!

– Ну, да, – продолжал он, – ее квартиру затопило, вот я и предложил пожить у меня.

– Ну, конечно! – язвительно я, чувствуя как ревность клубком змей зашевелилась внутри. – Ты же у нас супергерой, спаситель молодых красивых девушек!

Слава улыбнулся и привлек меня к себе, не обращая на мои слабые попытки отпихнуть его.

– Ревнивица ты моя! – прошептал мне на ухо. – Да, я предложил пожить ей здесь, потому что мы друзья, ну, вернее, я так думал. Но сам я в это время жил у родителей.

Я вскинула голову. У родителей? Это меняет все! С визгом, набросившись на него, я повалила его на кровать.

– Давай больше не будем ревновать друг друга? – предложила я между поцелуями.

– А ты сможешь? – лукаво улыбнулся он.

53

Алену выписали пятого января. Встречать ее из роддома мы приехали вместе со Славой.

Увидев нас вместе, она так и просияла, а когда я обняла ее, она прошептала:

– Я очень рада за вас!

– Я сама рада! Я самая счастливая женщина! Ну, может, кроме тебя. Покажи-ка мне малыша!

Ребенок был на руках у Саши, которого уже окружила толпа родственников и друзей, но я смогла протиснуться.

Я заглянула в конверт, перевязанный синей ленточкой, и увидела сморщенную, синюшную мордочку. Я ожидала чего-то другого, поэтому разочарованно отстранилась.

– Правда, он красавец? – восхищенно спросила Алена, оказавшись рядом.

Я повернулась к ней. Она что, ополоумела? Что там красивого? Хотя, думаю, если бы это был мой ребенок, то я считала так же. Но разве это нормально, чтобы ребенок выглядел таким?

– Нет, конечно, в начале они страшненькие, я даже испугалась, впервые взяв его на руки, но потом, глядя на него, я начала замечать, что он чудо, и очень похож на Сашу!

Пока все поздравляли Алену, восхищаясь малышом, я вдруг заметила, что Саша что-то сказал Славе и они отошли в сторону.

Я напряглась. О чем им говорить? Тревожно забилось сердце, хотя, казалось бы, не осталось никаких тайн… Но зачем он его отозвал?

Я перестала слушать Алену и напряженно следила за двумя мужчинами. Саша жестикулировал.

И вдруг, к моему неописуемому удивлению, Саша улыбнулся и протянул Славе руку, а уж когда Слава пожал ее, моя челюсть и вовсе оказалась на полу. Словно решив добить меня, они тепло обнялись и похлопали друг друга по плечу.

Я поморгала, думая, что это все мне привиделось, но, нет. Они вернулись вместе, оба довольные и улыбающиеся. Саша приобнял Алену и заглянул в конверт с ребенком.

Я рада за него. Я всегда знала, что он хотел настоящую полноценную семью, которую я никогда бы не могла ему дать.

“А Слава?” – внезапно мелькнуло у меня в голове.

Хочет ли он детей? Разумеется, не может не хотеть, как и любой мужчина! А это значит, что рано или поздно в его жизни тоже может появиться какая-нибудь “Алена”, которая сможет родить ему ребенка!

Внутри сердце болезненно сжалось. Мне захотелось зарыдать. Ну что со мной не так? Едва обрести счастье и понять, что оно не продлится долго! Не слишком ли жестоко?

– Я люблю тебя! – прошептал Слава, обвивая сзади мою талию.

– И как долго ты будешь любить меня? – замирая от страха, спросила я.

Слава прикоснулся губами к моему виску и прошептал:

– Всю жизнь!

Эпилог

Мы со Славой решили, что уж если нам не удалось нормально встретить Новый год, то надо исправить это.

Поэтому на Старый Новый год мы нарядили елку у него в квартире, завели “Иронию судьбы” и настрогали оливье.

– В двенадцать будем речь президента ставить? – спросил Слава, помогая накрывать мне на стол.

– Конечно! – отозвалась я, отпихивая Семена, крутившегося под ногами . – Все должно быть по правилам!

Под бой курантов мы открыли шампанское, загадали желания.

Я загадала самое заветное.

“Пожалуйста, пускай я никогда не расстанусь с этим мужчиной! Я так люблю его!”

Не знаю, что загадал Слава, но, загадывая желание, он смотрел на меня с невероятной нежностью и любовью.

Настала пора дарить подарки.

Слава преподнес мне большую коробку. Он заметно нервничал. Я впервые видела его таким.

– Что там? – настороженно спросила я.

– Открой – узнаешь! – уклончиво ответил он.

О, Господи! Почему он так нервничает? Что там может быть! В этот момент я поняла, что ненавижу сюрпризы.

Его волнение передалось и мне, поэтому когда я разрывала оберточную бумагу, мои руки слегка дрожали.

Наконец, я открыла коробку. Внутри оказалась коробка поменьше.

– Очень смешно!

– Открывай дальше! – улыбнулся Слава.

У меня мелькнула мысль, что он вообще ничего туда не положил, только коробки, и когда я доберусь до последней, то он скажет, что коробки и есть подарок!

Так и есть! В следующей коробке оказалась еще коробка. Я подняла глаза на Славу, но он взглядом пригласил меня открывать следующую.

Я почти разочарованно открыла ее и…

А-а-а! Я обожаю сюрпризы!

В этой коробке оказалась открытая красная бархатная коробочка с потрясающе красивым кольцом и рядом лежала записка.

“Ты выйдешь за меня замуж?”

– Да! Да! Да! Миллион раз “да”!

Я бросилась ему на шею и страстно поцеловала.

– Даже не думала, что мое желание так быстро сбудется! – сказала я.

Слава хитро прищурился.

– Возможно, когда двое загадывают одно и то же желание, оно и сбывается быстрее!

Я улыбнулась. Настала моя очередь дарить подарок, и хотя после подарка Славы вряд ли можно было чем-то поразить (а я рассчитывала на это), но все равно надеялась, что ему понравится.

Я долго думала, что же ему подарить, даже присматривала модели самолетов, но решила, что это банально.

Идея пришла совершенно неожиданно, когда я собирала свои вещи для переезда к Славе. Пять дней назад.

В мастерской мне на глаза попался истерзанный портрет Славы. С сожалением я поняла, что восстановлению он не подлежит. Ну, ничего, я сделаю новый!

Еще раз обойдя квартиру, я вдруг случайно задела кипу журналов. Они упали и я наклонилась, чтобы собрать их. Вдруг, мне на глаза попался клочок бумаги. На нем был записан номер Славы и подпись:

«супергерой (хоть у меня и нет обтягивающих лосин!)»

Я улыбнулась, вспомнив как называла его так. Он ведь и вправду всегда спасал меня. И тут я поняла что подарю ему!

Протягивая коробку Славе, я нервничала ничуть не меньше, чем он.

– Ну, и что там? – спросил он.

– Открой – увидишь! – улыбнулась я, прищурившись.

Слава взял коробку в руки и легонько потряс. Освободив ее от упаковки, он открыл крышку и замер от удивления.

Я тихонько засмеялась, наблюдая его реакцию.

Слава растерянно посмотрел на меня и вытащил костюм супергероя.

– Ты с самого начала был моим героем. Ты всегда спасал меня, даже от меня самой. Я хочу, чтобы ты всегда оставался моим супергероем.

– Я никогда не устану спасать тебя! – сказал Слава, взяв мое лицо в ладони. – Я никогда не перестану любить тебя! Я люблю тебя, моя милая, моя родная, моя сумасшедшая и самая удивительная будущая жена!

– Я тоже очень люблю тебя, мой герой! – прошептала я.

Слава улыбнулся самой сияющей, самой счастливой улыбкой и поцеловал меня.