Read the book: «Притворись моей женой»

Глава 1. Предложение, от которого невозможно отказаться. Павел

Раздражение. Глухое, вязкое, как нефть из скважин, которые я так стремился заполучить. Оно стучало в висках в такт мерному тиканью антикварных часов на стене моего кабинета - единственного звука, нарушавшего идеальную тишину пентхауса, служащего мне и крепостью, и рабочим местом.

"Павел Мстиславович, поймите, партнеры - люди старой закалки. Для них репутация, стабильность... Семья - это показатель надежности", - вкрадчивый голос моего юриста, Максима Львовича, все еще звучал в ушах, хотя разговор закончился полчаса назад.

Семья. Чертово средневековье! Я, Павел Феофанов, построивший империю с нуля, человек, чье слово двигает рынки и решает судьбы многомиллионных контрактов, должен изображать примерного семьянина ради сделки с консервативными арабскими шейхами? Абсурд. Но сделка с "PetroDynasty" была слишком важна. Ключ к новому рынку, к ресурсам, которые выведут мою "FeofanovCorp" на недосягаемый уровень. И единственное препятствие - мое холостяцкое положение.

Мой взгляд упал на панорамное окно, за которым раскинулся город - мой город. Я привык все контролировать, просчитывать каждый шаг. И эту проблему я тоже решу. Быстро, эффективно, без лишних эмоций. Нужен был кто-то... незаметный. Кто-то, кому отчаянно нужны деньги и кто согласится на мои условия без лишних вопросов.

Раздался короткий звонок по внутренней связи. Моя помощница, Вероника.

- Павел Мстиславович, к вам... э-э-э... девушка. Говорит, у нее назначено. Но в вашем расписании... - в ее голосе слышалось замешательство.

Я нахмурился. Никаких встреч на это время не было.

- Как ее зовут? - холодно спросил я.

- Карина Лисичкина. Она... немного не в себе, кажется. Очень настойчивая, - Вероника понизила голос.

Лисичкина? Фамилия ничего мне не говорила. Наверняка очередная просительница или ошибка.

- Скажите, что я занят. Пусть запишется на прием, если ее вопрос так важен, - отрезал я, собираясь вернуться к своим невеселым мыслям о фиктивном браке.

Но не успел я положить трубку, как дверь моего кабинета распахнулась. Резко, без стука. Я поднял голову, готовый испепелить нарушителя спокойствия взглядом.

На пороге стояла девушка. Растрепанные рыжие волосы выбились из небрежного пучка, на щеке - пятнышко... кажется, от кофе. Одета она была просто: джинсы, какая-то растянутая футболка с дурацким принтом и легкая куртка. Но глаза... Большие, серые, мечущие молнии. В одной руке она сжимала бумажный стаканчик, в другой - телефон.

- Вы Феофанов? - голос у нее был звонкий, но дрожащий... от гнева? Или отчаяния?

Я медленно поднялся из-за стола, ощущая, как раздражение сменяется холодным любопытством. Нарушать мой покой таким образом - это либо крайняя степень глупости, либо отчаянной смелости.

- Я. А вы, смею предположить, Карина Лисичкина, которая немного не в себе? - мой голос прозвучал ровно, но с едва уловимой стальной хваткой.

Девушка вздрогнула, щеки залил румянец.

- Я не не в себе! Ваша... ваша охрана! Они меня не пускали! А ваш... этот... - она неопреденно махнула рукой в сторону двери, имея в виду моего помощника или охранника внизу, - он толкнул меня! Мой кофе! Прямо на новую блузку клиентки! Вы представляете?!

Она говорила быстро, сбивчиво, жестикулируя стаканчиком, из которого, к счастью, уже ничего не могло вылиться. Ситуация была комичной и абсурдной. Девушка врывается в кабинет одного из самых влиятельных людей города, чтобы пожаловаться на испорченный кофе и блузку какой-то клиентки?

- Мисс Лисичкина, - начал я ледяным тоном, намереваясь немедленно выставить ее вон. - Боюсь, вы ошиблись адресом. Компенсацией за испорченную одежду занимается отдел...

- Мне не нужна ваша компенсация! - перебила она, топнув ногой. Выглядело это по-детски, но в ее глазах была такая буря эмоций, что я невольно замолчал. - Мне нужна была эта работа! Курьерская доставка! Этот заказ был важен! А теперь меня уволят! Из-за вашего цербера! И из-за вас! Потому что вы тут сидите, как король на троне, а обычные люди...

Она вдруг осеклась, видимо, осознав, "где" она находится и "с кем" разговаривает. Румянец на ее щеках стал еще гуще, теперь уже от смущения. Она закусила губу, отвела взгляд.

И в этот момент меня осенило.

Отчаяние. Вот оно. Неподдельное, бьющее через край. Финансовые проблемы, страх потерять работу... Она была именно тем, что мне нужно. Не из моего круга. Достаточно импульсивная, чтобы ворваться ко мне, но, судя по всему, не глупая. И, что немаловажно, судя по ее виду и реакции, деньги ей явно не помешают.

Я обошел стол, приблизился к ней. Она инстинктивно отшатнулась, подняла на меня испуганный взгляд. Вблизи она выглядела еще моложе, чем показалось сначала. Уставшая, но с живым огнем в глазах.

- Карина Лисичкина, - повторил я ее имя, уже совсем другим тоном - спокойным, деловым. - Ваша проблема с работой меня не интересует. Но, возможно, я могу предложить вам другую работу. Или, скорее, проект. Очень... специфический.

Она смотрела на меня с недоумением, все еще сжимая свой несчастный стаканчик.

- Проект? Какой еще проект? Я... я не ищу работу у вас, - пробормотала она, явно сбитая с толку резкой сменой моего тона.

- Это не совсем работа в привычном понимании, - я указал ей на одно из кресел для посетителей перед моим столом. - Присаживайтесь. Разговор будет долгим. И конфиденциальным.

Она колебалась секунду, потом, словно не веря собственной смелости, медленно опустилась на краешек кресла. Поставила стаканчик на пол рядом.

- Итак, Карина, - я вернулся за свой стол, сел, сложил руки перед собой. Власть и контроль вернулись ко мне в полной мере. - Как вы относитесь к театру? К хорошей актерской игре?

Она моргнула.

- К театру? Я... не понимаю.

- Понимаете, у меня возникла одна проблема, - я решил говорить прямо, без обиняков. Этот тип людей обычно ценит прямоту, пусть и шокирующую. - Делового характера. Для ее решения мне срочно требуется... жена.

Глаза Карины расширились до предела. Она буквально вжалась в кресло.

- Ж-жена? - заикаясь, переспросила она. - Вы... вы что, предлагаете мне...?

- Не совсем, - я позволил себе легкую усмешку. - Я предлагаю вам роль. Роль моей жены. На определенный срок. За очень щедрое вознаграждение.

Молчание повисло в кабинете, густое, как то самое раздражение, с которого начался мой день. Карина смотрела на меня так, словно я только что предложил ей полететь на Марс без скафандра.

- Вы... вы шутите? - наконец выдавила она шепотом. Ее лицо было бледным, шок смешался с недоверием.

- Я никогда не шучу, когда дело касается бизнеса, мисс Лисичкина, - мой голос был абсолютно серьезен. - Это фиктивный брак. Деловой контракт. Вы играете роль моей любящей супруги на публике, посещаете со мной необходимые мероприятия. Взамен вы получаете сумму, которая решит все ваши финансовые проблемы. Надолго.

- Но... зачем? Почему я? - она все еще не могла прийти в себя, ее взгляд метался по кабинету, словно ища скрытую камеру.

- Зачем - это моя забота. Скажем так, этого требует обстоятельства, - я не собирался вдаваться в подробности о шейхах и контрактах. - Почему вы? Потому что вы оказались здесь и сейчас. Потому что вы, как мне кажется, отчаянно нуждаетесь в деньгах. И потому что вы не принадлежите к моему кругу, что значительно упрощает дело. Никаких лишних связей, никаких ожиданий.

- Но это же... это же безумие! Обман! - Карина вскочила, снова забыв о робости. - Я не могу... Я не актриса!

- А вам и не нужно быть великой актрисой, - спокойно парировал я. - Нужно лишь следовать сценарию. Улыбаться, когда нужно. Держать меня под руку. Иногда говорить правильные вещи. Всему этому можно научиться. А обман... В бизнесе многое - игра. Это просто еще одна партия. С очень высокими ставками и очень большим выигрышем для вас.

Я назвал сумму. Прямо, глядя ей в глазах. Сумму с шестью нулями.

Карина замерла. Ее дыхание стало прерывистым. Она снова медленно опустилась в кресло, обхватив себя руками. Сумма явно произвела впечатление. Отчаяние в ее глазах боролось с шоком и... искушением.

- Какие... какие условия? - тихо спросила она, почти неразборчиво, глядя куда-то в пол.

- Условия просты, - я наклонился вперед, понизив голос до доверительного тона. - Контракт на год. Полная конфиденциальность. Вы переезжаете... сюда, - я обвел рукой кабинет, имея в виду свой пентхаус. - Разумеется, у вас будут свои апартаменты. Никаких личных отношений, если это вас беспокоит. Чисто деловое партнерство. Публичные выходы, несколько поездок. По окончании срока - вы получаете оговоренную сумму и исчезаете из моей жизни. Полная свобода.

Она молчала, обдумывая. В кабинете снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов. Я видел, как ее голове идет борьба. Гордость против нужды. Страх против возможности изменить свою жизнь.

- Я... я должна подумать, - наконец проговорила она, поднимая на меня взгляд. В нем все еще был страх, но уже появлялась какая-то решимость.

- Разумеется, - кивнул я. Давить было нельзя. Она должна принять решение сама, иначе вся затея провалится. - У вас есть двадцать четыре часа. Вот, - я выдвинул ящик стола, достал визитку со своим личным номером, который знали лишь единицы. - Позвоните мне, когда будете готовы. С любым ответом.

Карина медленно взяла визитку. Ее пальцы слегка дрожали. Она поднялась, все еще выглядя ошеломленной, но уже не такой растерянной, как минуту назад.

- Я... позвоню, - сказала она и, не говоря больше ни слова, развернулась и вышла из кабинета, на этот раз прикрыв за собой дверь гораздо тише.

Я остался один. Отпил давно остывший кофе из чашки на столе. Вкус был отвратительным. Но на душе стало... легче? Нет, скорее азартнее. Я сделал ход. Рискованный, непредсказуемый, совершенно не в моем стиле. Поставил судьбу многомиллиардной сделки на растрепанную девчонку с бойким характером и отчаянным взглядом.

Безумие? Возможно. Но что-то в ее реакции, в этом сплаве уязвимости и внезапной дерзости, подсказывало мне, что она может согласиться. А если согласится... игра начнется. И я, Павел Феофанов, всегда играю на победу. Даже если правила игры - фиктивный брак.

Глава 2. Цена свободы или золотая клетка? Карина

Ноги несли меня сами. Мимо роскошного холла с мраморным полом, на котором я чуть не растянулась полчаса назад. Мимо стеклянных вращающихся дверей, которые казались порталом в другой, недосягаемый мир. Мимо охранника, который теперь смотрел на меня с каким-то странным любопытством - видимо, слухи о сумасшедшей с кофе уже разнеслись.

Я вышла на улицу и вдохнула полной грудью прохладный весенний воздух, смешанный с выхлопными газами. Голова гудела. Руки мелко дрожали, сжимая в кармане плотный прямоугольник картона - визитку Павла Феофанова. Его личный номер. Словно ключ от ящика Пандоры.

Безумие. Абсолютное, чистое, концентрированное безумие. Человек, которого я видела только на обложках финансовых журналов, только что предложил мне... стать его женой? Фиктивной. На год. За деньги. За "такие" деньги.

Сумма, которую он назвал, все еще пульсировала у меня в мозгу, заглушая шум города. Шесть нулей. Этого хватило бы, чтобы погасить кредит за мамину операцию, выплатить долги за квартиру, помочь брату с учебой и... и еще осталось бы на жизнь. На нормальную жизнь, без вечного страха перед завтрашним днем, без подсчета копеек до зарплаты, которую я, скорее всего, уже потеряла из-за испорченной блузки и своего идиотского порыва ворваться к самому Феофанову.

Я брела по улице, не разбирая дороги, пока не наткнулась на кофейню - самую обычную, не пафосную, с пластиковыми стульями на улице. Заказала самый большой латте - ирония судьбы - и села за столик, пытаясь собраться с мыслями.

Павел Феофанов. Вблизи он оказался еще более... внушительным. Холодные серые глаза, которые, казалось, видят тебя насквозь. Идеально скроенный костюм, спокойный, властный голос, от которого по спине бежали мурашки. Он говорил о фиктивном браке так, будто обсуждал условия поставки нового оборудования. Ни тени смущения, ни намека на шутку. Чистый бизнес. Расчетливый, холодный, эффективный.

"Это фиктивный брак. Деловой контракт... Никаких личных отношений... По окончании срока - вы получаете оговоренную сумму и исчезаете из моей жизни."

Его слова эхом отдавались в голове. Исчезаю из его жизни. Словно я - временный актив, расходный материал. И ведь так оно и есть. Для него это просто решение проблемы. А для меня?

Я достала телефон и набрала номер Ленки, моей лучшей подруги со времен колледжа. Она единственная, кто знает всю подноготную моей финансовой катастрофы.

- Алло, Каринчик! Ну что, как доставка прошла? Удалось вручить той фифе ее тряпку? - весело защебетала Лена в трубку.

- Лен... - голос сел. Я откашлялась. - Там... такое случилось.

- Что? Опять проблемы? Тебя что, уволили? - в голосе подруги появились тревожные нотки.

- Почти наверняка уволят, - вздохнула я. - Но это сейчас не самое главное. Лен, ты сидишь?

- Э-э-э... да, на рабочем стуле. А что?

- Мне только что предложили выйти замуж, - выпалила я на одном дыхании.

На том конце провода повисла тишина. Потом раздался Ленкин сдавленный смешок.

- Карин, ты перегрелась? Или кофе был с коньяком? Кто предложил? Тот охранник, что ли, в качестве компенсации?

- Хуже, Лен. Гораздо хуже. И... лучше, - я закусила губу. - Мне предложил... Павел Феофанов.

Снова тишина. На этот раз - оглушающая.

- Тот самый? Феофанов? Миллиардер? Который владеет половиной города? - в голосе Лены слышалось чистое неверие. - Карина, это розыгрыш? Ты где?

- Я не шучу, Лен! Клянусь! Я к нему в кабинет ворвалась, наорала из-за кофе и охраны... А он... он предложил мне стать его фиктивной женой на год. За огромные деньги.

Я быстро, сбивчиво пересказала ей суть предложения, опустив точную сумму, но дав понять, что она астрономическая. Лена слушала, не перебивая, только изредка ахая.

- Фиктивная жена... - протянула она, когда я закончила. - Карин, это же... это как в кино! Или в дурацком романе! Ты уверена, что он серьезно? Может, он просто... псих?

- Не похож он на психа, Лен, - покачала я головой, хотя подруга этого видеть не могла. - Он похож на человека, который привык получать то, что хочет. Любой ценой. И сейчас ему нужна жена. Точнее, ее видимость. А я... я ему подвернулась. Отчаявшаяся, без денег, не из его круга.

- Но... играть роль жены? Жить с ним? Это же... это же Феофанов! Он же ледяная глыба! А если он потребует... ну... супружеских обязанностей? - понизила голос Лена.

- Он сказал - никаких личных отношений. Чисто деловое партнерство, - повторила я его слова, хотя сама не до конца в них верила. Может ли такой мужчина, как он, держать слова в "таком" вопросе? - Лен, я не знаю, что делать. Это безумие. Полный абсурд. Но деньги... Ты же знаешь, в какой я... ситуации.

Долг за мамину операцию висел дамокловым мечом. Арендная плата за квартиру снова просрочена. Хозяин уже намекал на выселение. Брат звонил вчера, просил помочь с оплатой общежития. А теперь еще и потеря работы...

- Я знаю, Каринчик, знаю, - вздохнула Лена. - Но это... это же продать себя, по сути. На год. Этому... айсбергу.

- А разве то, что я делаю сейчас - не продажа себя? - горько усмехнулась я. - Бегаю курьером за копейки, терплю унижения от клиентов и начальства, живу в вечном страхе... Чем это лучше? Там хотя бы цена достойная. Цена за то, чтобы вылезти из этой ямы раз и навсегда.

- Но это ложь, Карина. Ты будешь жить во лжи. Улыбаться, когда хочется плакать. Изображать любовь к человеку, который тебя просто... купил.

- А что, если это мой единственный шанс? - я смотрела на визитку в руке. - Шанс помочь маме, брату, себе. Год. Всего лишь год. Разве это такая уж большая цена за свободу от долгов и страха?

Мы поговорили еще немного. Лена была полна сомнений, страхов, но понимала мое отчаянное положение. Она не отговаривала, но и не подталкивала. Решение должно было быть моим.

Повесив трубку, я долго сидела над остывшим латте. Взвешивала все "за" и "против".

Против: Гордость. Моральные принципы. Страх перед неизвестностью. Страх перед Феофановым. Риск, что все пойдет не так. Год жизни в золотой клетке, играя чужую роль.

За: Деньги. Огромные деньги. Решение всех моих проблем. Возможность помочь близким. Конец вечной нужде. Свобода... парадоксально, но именно эта сделка могла дать мне финансовую свободу. И... может, капля авантюризма? Доказать себе, что я могу?

Я вернулась домой, в свою крошечную, унылую съемную однушку на окраине. Стопка неоплаченных счетов на тумбочке в прихожей. Сообщение от хозяина квартиры с очередным напоминанием об оплате. Старая фотография мамы на столе - она улыбалась, но я знала, как ей тяжело после болезни.

Отчаяние подкатило к горлу. Лена права, это ложь. Это страшно. Это неправильно. Но альтернатива... Альтернатива была еще страшнее. Медленное угасание в тисках бедности, невозможность помочь самым дорогим людям.

Двадцать четыре часа. Он дал мне сутки. Но я знала ответ уже сейчас. Его диктовало не сердце и не разум. Его диктовала нужда.

Рука сама потянулась к телефону. Пальцы набрали номер с визитки. Дрожали так, что я едва попадала по кнопкам. Гудки. Один, второй... На третий ответил его ровный, спокойный голос, который я уже, кажется, никогда не забуду.

- Феофанов.

- Это... это Карина Лисичкина, - выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Секундная пауза. Я почти физически ощутила, как он переключился с каких-то своих дел на меня.

- Я слушаю, Карина, - тон был нейтральным, но я уловила в нем нотку... ожидания?

Сердце колотилось где-то в горле.

- Я... я подумала над вашим... предложением, - я сделала глубокий вдох. - Я согласна.

Еще одна короткая пауза. Не удивление, нет. Скорее, удовлетворение. Словно результат был предсказуем.

- Хорошо, - просто сказал он. Никаких эмоций. - Я ожидал вашего звонка. Мой юрист свяжется с вами завтра утром для обсуждения деталей контракта. Будьте готовы приехать в мой офис к десяти. Адрес тот же. Вероника вас встретит.

- К десяти... да, хорошо, - пролепетала она.

- И, Карина, - добавил он, прежде чем я успела что-то еще сказать. Голос стал чуть жестче. - С этого момента конфиденциальность - ваше второе имя. Никто не должен знать истинную природу наших... договоренностей. Вы меня поняли?

- Да, - прошептала я. Значит, Ленке придется соврать что-то еще.

- Отлично. До завтра, - и он повесил трубку.

Я осталась стоять посреди своей комнаты с телефоном в руке. Тишина давила на уши. Решение принято. Шаг сделан. Я только что продала год своей жизни ледяному королю этого города. Стала пешкой в его большой игре.

Страшно? До ужаса. Но где-то в глубине души, под слоем паники и сомнений, шевельнулось странное, незнакомое чувство. Смесь облегчения и... вызова? Я согласилась на безумную авантюру. И теперь мне предстояло сыграть свою роль до конца. Цена свободы оказалась ценой в золотую клетку. По крайней мере, на год.

Глава 3. Правила моей игры. Павел

Десять утра. Ровно. Я сидел за своим столом, просматривая утреннюю сводку по биржевым индексам. Все шло по плану. Цифры вели себя предсказуемо, рынок реагировал на мои последние маневры именно так, как я и рассчитывал. Контроль. Я ценил его превыше всего. И вчерашний хаос, ворвавшийся в мой кабинет в виде растрепанной девицы с кофе, был досадным, но, как выяснилось, потенциально полезным отклонением от нормы.

Ее звонок вчера вечером не стал сюрпризом. Я просчитал ее реакцию с вероятностью в девяносто процентов. Отчаяние - сильный мотиватор, особенно когда на другой чаше весов лежит сумма, способная перевернуть жизнь. Она согласилась. Ожидаемо. Но какая-то часть меня все же отметила скорость ее решения. Значит, ситуация действительно критическая. Это хорошо. Чем меньше у нее пространства для маневра и сомнений, тем проще будет ею управлять. Она - актив, который должен выполнить свою функцию.

Ровно в десять Вероника доложила по внутренней связи:

- Павел Мстиславович, мисс Лисичкина прибыла. Максим Львович так же ожидает в приемной.

Голос Вероники был как всегда безупречно нейтральным, но я уловил в нем тень любопытства. Неудивительно, ситуация выходила за рамки стандартных бизнес-процессов.

- Пригласите обоих, - бросил я, закрывая финансовый отчет. Нужно было завершить эту формальность как можно быстрее и вернуться к настоящим делам.

Дверь открылась. Первым вошел Максим Львович Залесский - мой бессменный юрист, акула в своем деле, человек, которому я доверял самые сложные и деликатные вопросы. Немного суховатый, всегда безупречно одетый, с непроницаемым лицом. Он коротко кивнул мне. В его взгляде читался вопрос, но он был слишком профессионален, чтобы задавать его напрямую. Я ввел в курс дела рано утром, опустив комичные детали знакомства и сосредоточившись на сути - срочный фиктивный брак для сделки с PetroDynasty, кандидатка найдена, условия согласованы устно. Ему этого было достаточно.

Следом за ним неуверенно шагнула Карина Лисичкина. Сегодня она выглядела иначе, чем вчера. Растрепанность сменялась старательной аккуратностью. Просто темно-синее платье, которое, очевидно, было лучшим в ее гардеробе, но смотрелось на ней немного скованно. Волосы собраны в хвост. Никакого кофе, никакого боевого блеска в глазах. Только плохо скрытая нервозность и растерянность. Она выглядела как человек, идущий на свою собственную казнь, а не на подписание выгодного контракта. Что ж, в каком-то смысле так оно и было - казнь ее прежней жизни и свободы. Это меня устраивало. Ее уязвимость была моей гарантией.

- Доброе утро, Павел Мстиславович, - голос Максима Львовича был как всегда ровен.

- Доброе утро, Максим Львович. Карина, - я кивнул ей, мой голос звучал холодно и отстраненно. Я указал на кресло напротив себя, рядом с тем, что уже занял юрист. Она села на краешек, положив старую потертую сумку на колени и сцепив пальцы так, что костяшки побелели.

- Итак, - начал я без предисловий, не видя смысла в светской болтовне. Время - деньги, а эта процедура отнимала его слишком много. - Вчера мы с Кариной достигли предварительной договоренности. Максим Львович подготовил контракт, который юридически закрепит наши условия. Максим, прошу.

Юрист открыл тонкую кожаную папку и положил перед Кариной несколько листов плотной бумаги.

- Карина Николаевна, - обратился он к ней официальным тоном. - Я прошу вас внимательно ознакомиться с каждым пунктом данного соглашения. Если у вас возникнут вопросы - задавайте. Павел Мстиславович желает полной ясности и прозрачности.

"Прозрачности в фиктивном браке?" - эта мысль мелькнула у меня в голове с долей иронии, но внешне я остался невозмутим. Важно было, чтобы она понимала свои обязательства и последствия их невыполнения.

Карина взяла контракт. Я видел, как ее взгляд забегал по строчкам. Руки слегка дрожали. Максим Львович начал методично, пункт за пунктом, пояснять основные положения, его голос звучал монотонно, как на читке завещания. Я следил за реакцией девушки.

- Пункт первый: Срок действия договора - один календарный год с момента официальной регистрации брака... инициатива пролонгации может исходить только от Павла Мстиславовича.

Ее плечи едва заметно напряглись. Правильно. Она должна понимать, кто здесь диктует условия.

- Пункт второй: Предмет договора... исполнять роль супруги... поддерживать имидж благополучной семейной пары... соблюдать согласованную легенду...

Легенда. Этим я займусь позже. Нужно что-то правдоподобное, но простое. Без лишней романтической чепухи.

- Пункт третий: Финансовые обязательства... - Максим Львович назвал сумму вознаграждения. Я видел, как у Карины на мгновение перехватило дыхание. Деньги. Главный рычаг. - Выплата двумя переводами: пятьдесят процентов после регистрации, пятьдесят - по окончании срока при условии надлежащего исполнения... - Это гарантирует ее усердие до самого конца. -... ежемесячное содержание на личные расходы... - Достаточно, чтобы она чувствовала себя комфортно, но не слишком много, чтобы забыть о своей зависимости от основного вознаграждения.

- Пункт четвертый: Условия проживания... отдельные жилые помещения... Доступ в личные комнаты друг друга без предварительного согласия запрещен. - Четкие границы. Никаких недоразумений, никаких попыток сократить дистанцию. Это - деловое соглашение, не более.

- Пункт пятый: Конфиденциальность, - Максим Львович поднял на нее серьезный взгляд. Я тоже посмотрел на нее внимательно. Это был самый важный пункт. -... сохранять в полной тайне... Это обязательство бессрочное. Нарушение... влечет за собой немедленное расторжение... требование возврата всех выплаченных сумм и штраф в размере... - Юрист назвал сумму штрафа, значительно превышающую ее гонорар.

Карина резко вскинула голову, лицо стало еще бледнее. Глаза расширились от испуга.

- Бессрочно? И такой штраф? - прошептала она, голос дрогнул.

- Именно так, Карина Николаевна, - подтвердил я ледяным тоном, не давая ей возможности усомниться в серьезности моих намерений. - Любая утечка информации, любое неосторожное слово - и вы не только вернете все до копейки, но и останетесь должны сумму, которую не сможете выплатить до конца жизни. Я надеюсь, вы это четко уяснили?

Она сглотнула, отвела взгляд и медленно кивнула. Страх - надежный предохранитель.

- Пункт шестой: Публичное поведение... Демонстрация теплых чувств... Список обязательных мероприятий... Инструктаж по этикету и стилю... - Предстояло много работы. Придется вложиться в ее трансформацию. Еще одна статья расходов в этом проекте.

- Пункт седьмой: Ограничения... не рекомендуется заводить романтические отношения, ограничиваются контакты с представителями вашего прошлого круга общения... Контакты с прессой - исключительно через мою пресс-службу. - Изоляция. Необходимая мера предосторожности. Чем меньше связей с прошлым, тем меньше риск утечки.

- Но... мои друзья? Семья? - снова подала голос она, на этот раз с ноткой паники.

- Общение с близкими родственниками - матерью, братом - не запрещено, при условии, что вы сможете гарантировать их молчание. Объясните им что-то правдоподобное - выгодная работа за границей, например, - ответил я ровно. - Что касается друзей... придется ограничить общение до минимума. Вы должны понимать, Карина, вы вступаете в совершенно другой мир. Старые связи могут стать проблемой. И для вас, и для меня.

Она опустила голову, видимо, смиряясь.

- Пункт восьмой: Расторжение договора... - Максим Львович зачитал условия, при которых я мог разорвать контракт, оставив ее ни с чем и с огромным долгом. Полный контроль над ситуацией.

- Вопросы есть? - спросил я, когда юрист закончил.

Карина молчала с минуту, невидяще глядя на контракт. Потом тихо спросила, не поднимая глаз:

- Максим Львович сказал... легенда знакомства... у вас уже есть... наброски? - ее голос был едва слышен.

- Есть, - коротко ответил я. - Обсудим позже. Ничего сложного. Выучите. Я не собирался посвящать ее в детали раньше времени.

- Если вопросов больше нет, - Максим Львович пододвинул ей контракт и положил рядом свою ручку. - Прошу вас ознакомиться с текстом еще раз внимательно и, если вы согласны со всеми условиями, подписать оба экземпляра вот здесь и здесь.

Карина посмотрела на ручку, потом на меня. В ее глазах на секунду мелькнуло что-то похожее на отчаянную мольбу - или на попытку найти хоть каплю человеческого участия в моих глазах. Но я смотрел на нее как на делового партнера, подписывающего важный документ. Без эмоций. Без сочувствия. Это бизнес. Ее личные переживания меня не касались.

Она взяла ручку. Пальцы слегка дрожали. Медленно, словно выводя не буквы, а приговор, она поставила свою подпись внизу каждого листа: "Карина Николаевна Лисичкина". Затем Максим Львович завизировал документы со своей стороны, и я поставил свою размашистую, уверенную подпись последним. Чернила легли на бумагу, скрепляя сделку.

Дело сделано. Контракт подписан. Актив обеспечен.

- Поздравляю с заключением соглашения, Карина Николаевна, - сказал Максим Львович с профессиональной вежливостью, собирая бумаги. Один экземпляр он оставил ей. - С этого момент соглашение вступает в силу.

- Вероника свяжется с вами сегодня днем по поводу переезда и прочих организационных моментов, - сообщил я Карине, поднимаясь из-за стола, давая понять, что аудиенция окончена. - Переезд нужно осуществить в ближайшие два дня. Также она передаст вас аванс, оговоренный в контракте, после того как вы предоставите ей свои банковские реквизиты. И будьте готовы к тому, что нам предстоит много работы над вашим... образом и легендой. Времени мало. Мой тон не допускал возражений.

Она молча поднялась, прижимая к себе папку с контрактом, как спасательный круг или бомбу замедленного действия - мне было все равно. Выглядела она совершенно потерянной, словно не понимала, где находится.

- Я... поняла. Спасибо, - пробормотала она и, бросив короткий, испуганный взгляд на меня и юриста, быстро вышла из кабинета. Дверь за ней закрылась почти бесшумно.

Максим Львович подождал, пока шаги в коридоре стихнут.

- Павел Мстиславович, - начал он осторожно, поправляя очки. Я видел, что он подбирает слова. - Вы уверены в этом... решении? Девушка кажется... неподготовленной. И весьма эмоциональной. Фиктивный брак сам по себе несет риски, а с такой кандидатурой... Она выглядит так, будто может сломаться под давлением.

- Она согласилась на условия, Максим Львович, - прервал я его, подходя к окну. - Ее отчаяние - лучшая гарантия ее лояльности и молчания. А эмоциональность... Это можно скорректировать. Она обучаема, я думаю. Главное, что у меня теперь есть формальное прикрытие для шейхов. Остальное - технические детали, которые мы решим. Я смотрел на город, раскинувшийся внизу. Мой город, моя империя. Я не позволю каким-то старомодным причудам арабских партнеров или сомнениям юриста разрушить мои планы. Карина Лисичкина - просто инструмент. Необычный, рискованный, но необходимый на данном этапе. Инструмент, который будет делать то, что мне нужно.

- Займитесь регистрацией брака как можно быстрее и тише, - распорядился я, не оборачиваясь. - Минимум огласки до нужного момента. Только необходимые формальности.

- Будет сделано, Павел Мстиславович, - ответил юрист и, помедлив секунду, тоже вышел.

Я остался один. Взглянул на свой экземпляр контракта, лежащий на столе. Подпись Карины Лисичкиной - мелкая, немного неуверенная, рядом с моей твердой и размашистой.

Игра началась. И правила в ней устанавливаю я. Точка невозврата пройдена. Теперь только вперед.

Глава 4. Примеряя чужую жизнь. Карина

Я вышла из кабинета Феофанова, чувствуя себя себя так, будто только что пробежала марафон. Ноги были ватными, в ушах шумело, а папка с контрактом в руках казалась неподъемной. Подписала. Я действительно это сделала. Продала год жизни, свою свободу, свое право на правду - все ради суммы с шестью нулями и бессрочного обязательства молчать под страхом чудовищного штрафа.

В коридоре меня ждала Вероника. Ее лицо было таким же безупречно-непроницаемым, как и час назад. Ни тени сочувствия или хотя бы любопытства. Просто идеальная маска деловой помощницы.

- Карина Николаевна, - ее голос вырвал меня из ступора. - Павел Мстиславович просил передать вам дальнейшие инструкции. Вам необходимо освободить ваше текущее жилье и переехать в апартаменты Павла Мстиславовича в течение ближайших сорока восьми часов. Завтра утром к девяти по вашему адресу будет подан автомобиль для перевозки ваших вещей. Пожалуйста, будьте готовы.

Сорок восемь часов. Два дня на то, чтобы упаковать свою старую жизнь в коробки и шагнуть в новую, пугающую неизвестность. Голова шла кругом.

- Да... хорошо. Я буду готова, - пролепетала я.

- Отлично, - кивнула Вероника. - Также мне необходимы ваши банковские реквизиты для перечисления авансового платежа согласно пункту 3.2 вашего контракта.

Пункт 3.2... Она даже помнила номер пункта. Машина, а не человек. Я продиктовала ей номер своей карты, на которой уже несколько месяцев не было суммы больше пары тысяч. Вероника аккуратно записала все в свой планшет.

- Аванс поступит на ваш счет в течение сегодняшнего дня, - сообщила она сухо. - Автомобиль завтра в девять. Если возникнут неотложные вопросы организационного характера, можете связаться со мной по этому номеру, - она протянула мне визитку, не такую лаконичную и пугающую, как у Феофанова, но не менее официальную. - На этом пока все. До свидания.

И она ушла, оставив меня одну посреди роскошного, но холодного коридора "Feofanov Corp". Я посмотрела на визитку в руке, потом на папку с контрактом. Реальность начала наваливаться со всей своей безжалостной конкретностью.

Первым делом, выйдя из здания, я позвонила Ленке. Нужно было придумать хоть какое-то объяснение моему внезапному исчезновению и переезду. Сердце колотилось от страха и чувства вины - я впервые собиралась солгать лучшей подруге по-крупному.

- Алло! Каринка! Ну что?! Как прошло?! - голос Лены был полон надежды и нетерпения.

- Лен, привет! - я постаралась придать голосу максимум энтузиазма, хотя хотелось просто разреветься. - Представляешь... меня взяли! Прямо сразу!

- Да ладно?! Серьезно?! Вот это да! Я же говорила! А что за работа? Куда? - засыпала меня вопросами подруга.

- Работа... очень крутая, Лен. Очень ответственная, - я подбирала слова, чувствуя, как краснеют щеки. - Личный помощник... у одного очень... очень влиятельного бизнесмена. И... там главное условие - проживание у него. Ну, там отдельное крыло для персонала, все дела. И зарплата... Лен, ты не поверишь, какая зарплата! Я смогу мамин долг сразу погасить!

- Обалдеть! Каринка, я так рада за тебя! - искренне воскликнула Лена. - Наконец-то! А что за бизнесмен? Имя скажешь? Может, я знаю?

- Ой, Лен, там такая подписка о неразглашении, ты себе не представляешь! - затараторила я, хватаясь за спасительную соломинку лжи. - Имя пока вообще нельзя называть, очень строго все. Конфиденциальность - первое правило. Поэтому я и переезжаю так срочно, уже завтра! Представляешь, машину пришлют за вещами!

- Ух ты! Прямо как в кино! - восхитилась Лена. Немного подозрения в ее голосе все же промелькнуло, но она, видимо, списала это на мою удачу и собственное незнание мира больших денег. - Ну, ты хоть звонить-то будешь? Не пропадешь совсем в своей секретной миссии?

- Конечно, буду! Обязательно! Просто... возможно, не так часто первое время, пока освоюсь, - пообещала я, чувствуя себя последней предательницей. - Ладно, Ленусь, мне бежать надо, собираться! Целую!

Я быстро закончила разговор, пока не наговорила лишнего или не разрыдалась прямо в трубку. Ложь легла тяжелым камнем на душу, но пункт и конфиденциальности в контракте и сумма штрафа не оставляли мне выбора.

Вернувшись в свою крошечную однушку, я обвела ее тоскливым взглядом. Старая мебель, выцветшие обои, стопка неоплаченных счетов... Это была не жизнь, а выживание. Но это была "моя" жизнь. Понятная, привычная. А теперь мне предстояло сменить ее на... что? На золотую клетку?

Я начала собирать вещи. Их оказалось удручающе мало. Несколько стопок одежды, книги, старые фотографии, пара любимых кружек... Все это легко уместилось в две большие сумки и пару коробок. Пока я паковала свои скромные пожитки, на телефон пришло СМС-уведомление из банка.

"Зачисление на ваш счет: 35000000.00 RUB. Доступный остаток: 348000000.00 RUB".

Сумма. Та самая, первая половина моего гонорар. Сумма с шестью нулям после первых двух цифр. Я смотрела на экран телефона, и у меня дрожали руки. Это были не просто цифры. Это была свобода от долга за мамину операцию. Это была возможность помочь брату. Это была арендная плата за несколько лет вперед. Это была... цена моей души?

Я села на пол среди коробок и просто смотрела на сообщение. Потом, решительно тряхнув головой, открыла банковское приложение. Нашла реквизиты клиники, где оперировали маму. Ввела сумму долга до последней копейки. Нажала "Оплатить". Секунда ожидания - и операция подтверждена. Все. Главный кошмар, висевший надо мной последние полтора года, исчез. Плечи сами собой расправились. Стало легче дышать. Может, эта сделка - не такое уж и зло?

Остаток дня и вечер я провела, разбирая последние мелочи, выбрасывая ненужное, прощаясь со своим прошлым. Ночью почти не спала, ворочаясь на старом диване и представляя, что ждет меня завтра.

Ровно в девять утра под окнами просигналил черный седан представительского класса. Водитель, молчаливый мужчина в строгом костюме, помог мне загрузить мои немногочисленные сумки и коробки в багажник. Я в последний раз оглядела пустую квартиру, заперла дверь и села на заднее сиденье с кожаным салоном, пахнущим дороговизной и чужой жизнью.

Мы ехали долго, поднимаясь все выше и выше по извилистым дорогам престижного района, где я никогда раньше не бывала. Наконец, машина въехала через внушительные кованые ворота на территорию... нет, не дома, а целого поместья, скрытого за высоким забором и зеленью. А потом остановилась перед небоскребом, который я видела раньше только издалека - башня "Feofanov Corp" была его младшей сестрой. Это был жилой комплекс ультра-люкс, и, судя по всему, мы направлялись на самый верх.

Лифт несся верх с такой скоростью, что заложило уши. Когда двери открылись, я шагнула в... холл? Гостиную? Зал? Пространство было огромным, залитым светом из панорамных окон от пола и потолка, за которыми раскинулся весь город как на ладони. Минималистичный дизайн, дорогие материалы - мрамор, стекло, темное дерево, - идеальная чистота и... абсолютная тишина. Ни души.

- Ваши вещи доставят в ваши апартаменты, Карина Николаевна, - раздался за спиной знакомый голос Вероники. Она появилась так же бесшумно, как и исчезала. - Прошу за мной.

Она провела меня через часть этого необъятного пространства - мимо огромного камина, который выглядел так, будто им никогда не пользовались, мимо скульптур современного искусства, мимо длинного обеденного стола, за которым могла бы разместиться небольшая армия. Все было стильно, дорого, безупречно и... абсолютно безжизненно. Холодно. Как и хозяин этого дворца.

Наконец, она остановилась перед массивной дверью из темного дерева в дальнем крыле.

- Это ваши апартаменты на время действия контракта, - сообщила Вероника. - Спальня, ванная комната, гардеробная и небольшой кабинет. Общая площадь - около ста квадратных метров. Все необходимое для жизни имеется. Кухня и столовая - общие, расположены в центральной части пентхауса. Павел Мстиславович предпочитает ужинать ровно в восемь, если он дома. Вам рекомендуется придерживаться этого графика для поддержания видимости.

Сто квадратных метров... Моя старая квартира была сорок. Я робко толкнула дверь. Передо мной открылась не просто спальня, а роскошный номер люкс в пятизвездочном отеле. Огромная кровать, панорамное окно с тем же захватывающим видом, зона отдыха с диваном и креслами, дверь в гардеробную, размером с мою прежнюю кухню, и еще одна дверь - видимо, в ванную. Все в спокойных, бежево-серых тонах. Снова безупречно, стильно и холодно.

- Ваши вещи уже здесь, - Вероника указала на мои скромные сумки и коробки, которые смотрелись сиротливо и нелепо посреди этой роскоши. - Располагайтесь. Павел Мстиславович вернется поздно. Завтра утром он хотел бы обсудить с вами вашу... легенду и ближайшие планы. Я сообщу вам время дополнительно. Если вам что-то понадобится - на стене у входа есть панель вызова персонала.

Персонал... Значит, я здесь не одна?

- Спасибо, Вероника, - выдавила я.

Помощница кивнула и так же бесшумно удалилась, оставив меня одну в моей новой золотой клетке. Я медленно прошла по комнате, коснулась шелковистого покрывала на кровати, провела рукой по гладкой поверхности дизайнерского комода. Подошла к окну. Город лежал у моих ног. Мир, который раньше был так далек, теперь был прямо передо мной.

Я достала из сумки папку с контрактом и положила ее на прикроватную тумбочку. Вот она, цена этого вида. Цена этой роскоши. Год моей жизни. Год лжи.

Я была здесь. В самом сердце империи Павла Феофанова. В его доме. Почти его жена. И я была совершенно, абсолютно одна. Одиночество в этих огромных, роскошных апартаментах ощущалось гораздо острее, чем в моей тесной, но родной однушке.

Примерка чужой жизни началась. И первый же день показал - это будет непросто. Очень непросто.