Volume 140 pages
2003 year
16+
About the book
«Когда плачут псы» – третья книга из трилогии «Братья Волф» Маркуса Зусака.
Наши чувства странны нам самим, поступки стихийны, а мысли обо всём на свете: о верности крови, о музыке девушек, о руках братьев. Мы улыбаемся родителям, чтобы они думали: всё в порядке. Не всякий поймет, чем мы живем: собачьи бега, кража дорожных знаков в ночи или и того хлеще – тайные поединки на ринге.
Мы голодны. Голод терзает нас изнутри, заставляет рваться вперед. Мы должны вырасти; ползти и стонать, грызть, лаять на любого, кто вздумает нам помешать или приручить. Мы братья Волф, волчьи подростки, мы бежим, мы стоим за своих, мы выслеживаем жизнь, одолевая страх. И если не справимся, винить некого.
Genres and tags
Reviews, 7 reviews7
Книга о становлении личности подростка и о большой любви. Попытка ответить на извечные вопросы: Кто мы и зачем пришли на свет. Все это описано в очень романтичном стиле. Давно не читала такой книги. Попробуйте, не пожалеете.
В этой части все стало сложнее, чем в предыдущей. Мысли стали шире, эмоции откровение. Излюбленная тема, которая не давала ответа многие века (и сейчас молчит), это тема о нашем существование: для чего мы живем, все ли мы делаем правильно. Эта книга о рвение выбиться в люди, приручить внутреннего волка, утолить голод.
Финальная часть трилогии о братьях Волф. Это история о мальчике, который боится быть слишком мягким для этого мира, но всё же не отказывается от себя. Зусак создаёт удивительно тонкий портрет подростка, который впервые пробует любовь, боль, смелость и настоящее принятие.
Довольно хорошее произведение, очень жизненно. Особенно могу выделить главного героя при прочтении он напомнил мне меня можно сказать я побывал в его шкуре:)
Я моем списке это уже пятая книга автора. И я продолжаю восхищаться умением необычно описывать обыденные события. Хорошие по сути подростки хотят казаться плохими, оба брата импонируют. Если брать книгу отдельно от серии то определённо не хватает сюжета. Ни начала – ни конца. Но язык конечно прекрасен, не отнять.
— ...в жизни меня не волнует ничего, кроме меня самого, тебя, мамы, отца, стива и сары. ну, и, может, пушка. остальной мир для меня ничего не значит. хоть он провались.
— а я такой же?
— ты? ни фига. — узкий просвет в словах. — в этом твоя беда. тебя всё заботит.
Я говорю:
– Не потеряй своего стержня, Руб.
И, не пошевелившись, мой брат чеканит в ответ.
Он говорит:
– Я не собираюсь его терять, Кэм. Мне бы его найти.
Засада в том, что собачка – козявка в космах по кличке Пушок. Пушок, Боже ты мой. Ну и кличка. Он шпиц, и гулять с ним – полное позорище. Так что мы ждем, пока стемнеет. Потом идем к соседям, где Руб тонюсеньким голоском зовет:– Пушок, Пушо-ок! – Скалится. – Выйди к дяде Рубу.И эта ходячая лохматая срамота скачками мчит к нам, будто клятая балерина. Уверяю вас: когда мы с ним гуляем и замечаем знакомого, сразу нахлобучиваем капюшоны и смотрим в другую сторону. Я к тому, что пацанам вроде нас далеко не все сходит с рук. Прогулка со шпицем, которого кличут Пушком, точно не сойдет. Вот представьте себе. Улица. Мусор. Машины. Люди орут друг на друга, перекрикивая телевизоры. Шатаются металлюги и шпана бандитского вида… и тут два юных дебила ведут на поводке комок шерсти.
Забавно, есть такие вещи, от которых одни неудобства, но ты знаешь, что будешь по ним скучать, если они исчезнут.
Мы стоим, привалившись к стене, и солнце на горизонте вопит от боли. Горизонт медленно заглатывает его, пожирает целиком.