Go to audiobook
– Как?! – делано изумился Кирьянов. – У лучшего в городе частного детектива могут так плохо идти дела? Не могу поверить!
– Ладно, Володька, кончай прикалываться, – притормозила я Кирю. – Дело есть.
– Не хочу дело есть, – продолжал веселиться Киря. – Хочу мясо!
– А конкретно – мне нужна твоя помощь, – не обращая внимания на Володькины приколы, проговорила я.
– Слушаю, – наконец посерьезнел Киря.
– Ты ничего не слышал об убийстве некой Марии Викентьевны Крамер? Это случилось на прошлой неделе. Ее убили дома и квартиру ограбили.
Киря подумал немного – видно, порылся в своей памяти, – а потом выдал отрицательный ответ:
– Нет, ничего не слышал. А что, ты работаешь по этому делу?
– Вроде того, – согласилась я. – По крайней мере, пытаюсь.
– А от меня что нужно?
– Официальная информация по данному делу.
– Я ничего не знаю, но могу разузнать. Для тебя, – доверительным тоном добавил Володька.
– Разузнай, не сочти за труд, – попросила я. – Мне нужно все, что есть у ментов по этому делу. Интересует любая информация.
– Как скоро?
– Чем скорее, тем лучше.
– Сегодня? – уточнил Киря.
– Да. Когда ты сможешь узнать?
– М-м-м… – задумчиво промычал Володька. – Через пару часиков сможешь подрулить?
– Легко, – ответила я.
– Тогда жду.
– Спасибо, – сказала я и положила трубку.
Вот и ладненько. В ближайшее время у меня будет дополнительная информация по делу об убийстве Марии Крамер. А пока… До встречи с Володькой оставалось немного времени, и я решила наведаться в дом, где жила мать Ирены. Надо же посмотреть, как там и что там.
Дом оказался и вправду самым обычным – заурядная панельная девятиэтажка с облупленными старыми стенами и разномастными остекленными лоджиями.
Мария Викентьевна проживала во втором подъезде, на последнем этаже. Поднявшись на лифте наверх, я вышла на площадку и осмотрелась. На лестничную клетку выходило четыре квартиры – никто из соседей почему-то не пожелал отделиться от подъезда собственной дверью, создав закуток на две квартиры. Осмотрев все четыре двери, я сразу поняла, которая принадлежала Марии Викентьевне. Это была единственная металлическая здесь дверь с красивым номерком посередине, затейливо украшенным узором. Остальные двери были деревянными и самыми обыкновенными. А я-то уж думала, что все давным-давно поменяли свои двери на металлические, более надежные. Но, по всей видимости, прогрессивные веяния не коснулись жильцов данного дома.
Дверь Марии Викентьевны уже не была опечатана – вероятно, туда наведывалась Ирена. Я не стала выяснять, есть ли кто сейчас в квартире убитой, а направилась к соседней двери.
Позвонив, я долгое время ждала, пока мне кто-нибудь откроет, но так и не дождалась. Вероятно, соседи были на работе.
Попытка побеседовать с другими соседями также не увенчалась успехом – за второй дверью тоже было пусто. У меня оставалась последняя надежда на третьих соседей. Я, слабо веря в чудо, все же надавила на кнопку звонка. Вслед за этим за дверью сразу же раздались шаги, и женский голос негромко спросил:
– Кто там?
– Откройте, пожалуйста, – проговорила я. – Я по поводу убийства вашей соседки.
Я поразмышляла некоторое время над тем, стоит ли мне представиться сотрудником правоохранительных органов или же сказать правду, чтобы поскорее открыли, но соседка без дополнительных вопросов открыла мне дверь.
Я увидела на пороге женщину лет пятидесяти с небольшим в легком домашнем халате. Волосы, заметно кое-где поседевшие, были заколоты наверх. В руках она держала газету, которой время от времени обмахивалась. Мне понравилось приятное и доброе лицо соседки Марии Викентьевны – оно располагало к доверительной и откровенной беседе.
– Здравствуйте, – улыбнулась я.
– Добрый день. Вы из милиции? – доверчиво спросила женщина.
Я решила не лгать ей и сказала правду.
– Нет. Но я тоже занимаюсь расследованием убийства вашей соседки. Я – частный детектив. Меня наняла ее дочь – Ирена.
– Проходите, – женщина широко распахнула дверь, приглашая меня войти.
Квартира была обставлена очень скромно: старая, но еще неплохо сохранившаяся мебель, на полу тонкие половики, а на окнах – тюлевые занавески.
Мы прошли в зал, и хозяйка предложила мне сесть.
– Разрешите представиться, – начала я. – Иванова Татьяна Александровна.
– Ольга Михайловна, – сказала в ответ хозяйка.
– Очень приятно, Ольга Михайловна, – кивнула я. – Я хотела бы задать вам несколько вопросов.
– О Маше?
– Да.
– Что ж, спрашивайте, – пожала плечами соседка.
– От кого вы узнали о случившемся?
– Да ни от кого, – удивленно подняла брови Ольга Михайловна. – Я сама и нашла Машу…
– Так это были вы?
– Ну, да.
– Расскажите, как это было, – попросила я.
– Да как… – пожала плечами женщина. – Возвращалась я из магазина, выхожу из лифта, а у нее дверь открыта. Ну, я еще вниз посмотрела, думала, она мусор выбрасывать пошла. Смотрю, на нижней плошадке никого нет. И тихо все… Я на всякий случай к двери-то подошла и прислушалась. Тишина. Я негромко так позвала по имени. Говорю: «Маша, ты дома?»
– А в каких отношениях вы были с соседкой?
– Да в хороших! Она здесь давно жила. Не сказать чтобы мы дружили, она занятая очень была, ей не до дружбы было. А так, когда увидимся, так она обязательно поздоровается, спросит, как дела. Она вот не так давно племяннику моему помогала квартиру обменять. Обмен подходящий нашла, хороший. Приятная женщина была, добрая…
– И что же дальше? – вернула я Ольгу Михайловну к нашему разговору.
– А дальше что… Я позвала, она не откликается. Ну, я подумала: может, случилось что. Решила зайти. Захожу, а там… – ахнула Ольга Михайловна и, прижав ладони к щекам, сокрушенно принялась качать головой. – Она лежит прямо в комнате, посередине. Руки-ноги в стороны раскинула, а вокруг головы лужа крови. Я-то перепугалась, понятное дело. Кинулась к ней, а она уже мертвая. Я тут же побежала к себе в квартиру – милицию вызывать. Ну, они скоро приехали, осмотрели все, меня допросили. Больше-то из соседей никого дома не было. Не поздно еще было, на работе все. Или на даче.
– А вы не могли бы описать поподробнее, что вы видели? Как все было в квартире? – попросила я.
– А пойдемте, я вам там прямо все и покажу, – неожиданно предложила мне соседка.
– Где – там? – не поняла я.
– А у Маши прямо и покажу. Мне Ирена ключи от ее квартиры дала. Там ведь сначала опечатано было, но потом, когда все обыскали, все следы сняли… или, как там говорят, отпечатки пальцев? – Ольга Михайловна посмотрела на меня вопросительно. Я кивнула. – Так вот, потом разрешили пользоваться квартирой. А мне Ирена оставила ключи, чтобы я рыбок кормила, пока она их к себе не перевезла. Она-то ведь квартиру теперь продавать будет, – вздохнула Ольга Михайловна.
– Пойдемте, – я поднялась с дивана.
Мы вышли из квартиры соседки, и она сноровисто вставила ключ в замочную скважину мудреного, как я успела заметить, замка Марии Викентьевны. Такой простой отмычкой не возьмешь.
– Проходите, – пригласила Ольга Михайловна и подбодрила: – Да вы не бойтесь, Ирена там все уже убрала.
Я ступила за порог квартиры, где не так давно случилось преступление. Воздух в доме был спертый и тяжелый – видимо, форточки никто не открывал.
Ольга Михайловна проворно прикрыла за мной дверь и прошла в гостиную. Я последовала за ней и осмотрелась. Все здесь было прибрано, нигде не было заметно ни одного следа недавней трагедии. Все вещи на своих местах. В доме чистота и порядок.
– Маша любила порядок, – словно прочитав мои мысли, тихо проговорила Ольга Михайловна. – Да вы проходите, смотрите, если что нужно. А я пока рыб покормлю.
Только сейчас я обратила внимание на огромных размеров плоский аквариум, расположенный вдоль одной из стен комнаты. Высотой он был едва ли не от пола до потолка, а длиной метра три, не меньше. Почти во всю длину комнаты.
В аквариуме плавали какие-то невиданные мною доселе экзотические рыбы. Значительно больше привычных и всем знакомых гуппи, красивее и ярче. Я невольно залюбовалась ими, в то время как Ольга Михайловна спокойно высыпала в аквариум светло-серый порошок, и все рыбешки, как по команде, ринулись наверх обедать.
Прочая обстановка в комнате также говорила о достатке хозяйки. Мебель была очень дорогая и красивая, вероятно, сделанная на заказ. По всему было видно, что здесь жил человек богатый и с хорошим вкусом.
Ольга Михайловна закончила с кормлением рыб и сделала шаг в центр комнаты.
– Вот здесь она и лежала, – тихо проговорила она, будто боясь разбудить кого-то, спящего в соседней комнате. – На спине, – на всякий случай уточнила она.
– А в комнате был беспорядок? – спросила я.
– Да, – согласилась Ольга Михайловна. – И еще какой! Все было перевернуто вверх дном, вот как я сказала бы. Из ящиков все повываливали, из шкафов с полок все на пол скинули… Искали деньги, – вздохнув, подвела итог женщина.
– А вы не заметили ничего странного? – спросила я, сама еще только смутно предполагая, что именно могло в тот момент показаться странным.
– Странного? – переспросила Ольга Михайловна. – А что вы имеете в виду?
– Ну, не знаю, – пожала я плечами. – Может быть, было что-то такое, что сразу же привлекло взгляд…
– Да тут все было странным! – выдала соседка. – Такой кавардак… Глаза просто разбегались. Я не знала, куда и смотреть-то. Вы знаете, Татьяна Александровна, может, что и было странное, только я была не в том состоянии, чтобы заметить что-либо. Перепугалась я страшно. И растерялась…
– Понятно, – кивнула я. – А можно посмотреть остальные комнаты?
– А тут их всего две, – Ольга Михайловна охотно принялась рассказывать мне о планировке. – Эта – вроде как гостиная. А та, другая, поменьше – спальня Машина была. Пойдемте, я вам покажу.
Мы прошли через коридор в другую комнату. Дизайн спальни соответствовал всей остальной обстановке квартиры. Здесь все было выдержано в бело-зеленых тонах. Белая двуспальная кровать с кожаным полукруглым изголовьем, пара белых тумбочек по бокам. Зеркальный шкаф-купе почти во всю длину спальни с подсветкой наверху…
Я обвела взглядом комнату. Сейчас и здесь все было прибрано. Кровать застелена темно-зеленым покрывалом в тон шторам. Никаких вещей не было видно.
– А здесь тоже был беспорядок? – уточнила я.
– Да. Везде, – кивнула Ольга Михайловна. – Они перевернули всю квартиру. Наверное, забрали все, что смогли…
– Ну, они же не взяли компьютер или телевизор, – пожала плечами я.
– Их труднее выносить. Слишком заметно.
– А никто из соседей не заметил, как выносили вещи?
– Да какие вещи? Крупного они ничего не взяли, а то, что унесли, можно было сложить в сумки, не сильно привлекая внимание.
– Но все-таки… Человек с сумками мог обратить на себя внимание. А тем более, если он был не один.
– Я не знаю, Татьяна Александровна. Я точно ничего не видела. Меня и дома-то не было. Вроде бы остальные соседи тоже ничего такого не заметили.
– Хорошо, спасибо вам, Ольга Михайловна, – поблагодарила я соседку и вышла из спальни.
– Вам еще что-нибудь показать?
– Да нет. Пожалуй, достаточно, – отказалась я. – Мне пора.
Мы вышли на лестничную площадку, и Ольга Михайловна принялась запирать дверь Марии Викентьевны на ключ.
– Если вы что-то еще узнаете или услышите, то позвоните мне, пожалуйста, – я протянула женщине свою визитку.
– Конечно, – Ольга Михайловна взяла карточку, бросив на нее короткий взгляд. – Обязательно позвоню.
Попрощавшись с женщиной, я спустилась вниз. У подъезда сидело несколько пожилых женщин, которых не было, когда я приехала. Я решила поговорить на всякий случай еще и с ними. Вдруг да удастся что-нибудь прояснить?
– Добрый день, – вежливо поздоровалась я, желая сразу же расположить старушек к себе.
– Добрый, – кивнула одна из них, придирчиво и с недоверием разглядывая меня.
– Вы живете в этом доме? – Я указала на подъезд.
– В этом, – снова ответила бойкая бабулька с проницательным взглядом. – А что хотели-то?
– Поговорить, – честно призналась я. – По поводу убийства вашей соседки. Крамер Марии.
Бабушки тут же принялись охать и вздыхать, приговаривая что-то. А самая словоохотливая старушка, та, что первая поздоровалась со мной, спросила:
– А вы из милиции?
– Нет. Я занимаюсь расследованием смерти Марии Викентьевны в частном порядке. Я – частный детектив.
– Частный детектив? – изумленно уставилась на меня говорливая бабка. – Что, теперь и у нас, как в Америке, частные детективы имеются?
– Имеются, – ответила я. – Могу я задать вам несколько вопросов?
– Да задавайте, конечно, чего ж? – Бабулька выпрямила спину и приготовилась к интервью.
– В тот день, когда произошло убийство, вы тоже находились во дворе?
– Да, – уверенно ответила бабка.
– Вы точно помните?
– А как же! Мы тут, почитай, каждый день сидим. Как сериалы посмотрим, так ближе к вечеру и выходим подышать… И в тот день, конечно, тоже сидели.
– А вы не заметили никого подозрительного, выходившего из вашего подъезда? Вы ведь, наверное, всех тут в лицо знаете? Был в тот день кто-то чужой?
– Да тут каждый день кто-то чужой приезжает, – с готовностью проговорила старушка.
– Как это? – не поняла я.
– А вот так. Все, кто жил тут давно, поумирали. Вот, остались только мы, – женщина обвела взглядом товарок. Те согласно закивали. – Так что тут чужих полным-полно.
– Но ведь вы все равно знаете в лицо тех, кто живет в этом доме… – попробовала я уговорить старушку.
– Да разве ж всех упомнишь? – нахмурилась она. – Тут половину квартир хозяева сдают. Так что у нас новые жильцы чуть ли не каждодневно. А если еще учесть всех их родственников и друзей… у-у-у… – махнула она рукой. – Да разве всех упомнишь? – повторила она.
– Значит, даже если здесь и были посторонние, то вы их не заметили?
– Не заметили, – с вызовом произнесла бабка. – Тут весь день ходят. Туда-сюда, туда-сюда… Голова кругом пойдет, если всех запоминать.
– А вы не заметили, не выходил ли кто в тот день с большими сумками?
– Да вроде бы нет. Ну, ходят, конечно, люди из магазина с покупками. Вот уже и сумка.
– Да нет. С большими пакетами. Возможно, со спортивной сумкой.
– Да вроде бы нет… – неуверенно покачала головой старушка, а ее соседка слева более уверенно мотнула седой головой в цветастом платке и заявила:
– Нет, никого не было. Человек с большой сумкой сразу привлекает внимание. Тем более чужой.
– Значит, не заметили?
– Да вроде бы не было никого, – пожала плечами вторая старушка. – Может, кто и выходил с сумкой, но с большим багажом точно никого не было.
«Да багаж там не особенно большим был, – подумала я. – Может, пара сумок. Но это бабки вряд ли могли заметить».
– Спасибо, – сказала я, поняв, что местные старушки помочь мне ничем не могут.
– Да не за что, – слегка обиженно произнесла первая старушка. – А вы бы к Ольге зашли. Они с Машей соседками были. Может, она чего вам подскажет…
– Да нет, спасибо, я уже была у нее. Всего доброго.
Я направилась к машине, а бабуськи, пошептавшись немного за моей спиной, быстро остыли к этой теме и принялись обсуждать неожиданную беременность Розы Альварес из нового мексиканского сериала про душераздирающую любовь…
Киря наверняка уже успел что-то разузнать по делу Крамер, и мне пора было ехать в управление. Туда-то я и направилась.
Кирьянова я застала в приподнятом расположении духа. Он находился в собственном кабинете и разбирал какие-то бумаги. Когда я вошла, Володька оторвался от документов и улыбнулся.
– Прибыла? Проходи, садись.
– Чего такой веселый?
– На совещании был, – пробасил Кирьянов. – Наш отдел занял четвертое место по области. Среди лучших, – на всякий случай уточнил он.
– Рада за тебя, – улыбнулась я. – А что по моему делу?
– Кое-что есть, – Киря принялся рыться в своих бумагах. – Сейчас… – пробурчал он.
Наконец он выудил из кипы документов один и положил перед собой.
– Вот, – сказал Володька. – Только ты не слишком-то обольщайся, – увидев мое довольное лицо, «обрадовал» Кирьянов.
– Ну, не пугай меня, – заныла я, поняв, что новости не самые утешительные. – Что там у тебя?
– Значит, так, – важно сказал Кирьянов. – Все, что можно было, я узнал. Однако сведений не слишком много. Крамер Мария Викентьевна, – принялся читать Володька, – была убита в собственной квартире, расположенной по адресу…
– Адрес я знаю, – бесцеремонно перебила я Володьку. – Что конкретно по делу?
– А конкретно по делу следующее, – Кирьянов поискал глазами по тексту нужное место и, найдя его, снова принялся читать: – Из дома исчезли вещи на общую сумму…
– Что исчезло, я тоже знаю, – снова перебила я. – Что по самому убийству?
– Ну, ты, похоже, и сама все знаешь, – развел руками Володька. – Чего я тебе буду рассказывать?
– Больше я ничего не знаю, – проговорила я. – Рассказывай.
– Ну так вот. Смерть Крамер Марии Викентьевны наступила в результате удара затылочной частью головы о металлический край столика, на котором имеются следы крови. Смерть наступила мгновенно. Следов преступников в квартире не обнаружено. Все было тщательно вытерто. Собака след тоже не взяла, – Киря поднял на меня глаза. – Дальше читать?
– Да, – кивнула я. – Что по поводу соседей?
– Соседей опросили. Никто ничего не видел, кроме одной соседки. Она-то и нашла труп. Врагов, по словам соседей и прочих опрошенных, у покойной не было.
– А что-нибудь пытались предпринять по поиску похищенных вещей? – спросила я.
– Насколько я смог понять, да, – кивнул Кирьянов. – Вот тут у меня написано, – он снова заглянул в листочек, – что никакие вещи из похищенных у убитой пока нигде не всплывали. Разве что преступники воспользовались украденными деньгами… – пожал плечами Володька.
– То есть стандартный «глухарь», – невесело вздохнула я.
– Так точно, – сочувственно произнес Киря.
– Ни вещей, ни преступников нет. Убийц никто не видел, следов они не оставили. А вещи сбыть пока не пытались… – перечислила я главные факты из сообщенного Кирей.
Кирьянов ничего не ответил, только молча кивнул головой.
– У тебя же есть точный список похищенных вещей? – уточнила я на всякий случай у Кирьянова.
– Ну да.
– Володька, если где-то что-то узнаешь – я имею в виду сбыт краденого, – сообщи, пожалуйста, мне.
– Не вопрос, – кивнул Киря.
– И еще. У меня скоро будет подробное описание всех украденных вещей, а может, даже фотографии некоторых из них. Я тебе принесу копии – чтобы легче было опознать. А заодно можешь отдать их следователю, который расследует дело.
– Да там и не расследуют почти ничего, – неопределенно махнул рукой Володька. – «Глухарь» стопроцентный, чего расследовать-то… Ни следов, ни подозреваемых. Обнесли хату по наводке, попробуй теперь выяснить, кто обнес и кто навел… Так что шансы весьма и весьма невелики… – Киря помолчал немного, потом посмотрел на меня. – Хотя, – добавил он после некоторой паузы, – если за дело взялась ты, я могу почти с полной уверенностью сказать, что рано или поздно ты все равно раскопаешь этих отморозков и вцепишься им в глотку.
– Если ты таким образом пытаешься подбодрить меня, – невесело улыбнулась я, – то ничего у тебя не выйдет. Я и сама понимаю, что дело мертвое. Но раз уж назвался груздем… Ладно, – махнула я рукой. – Поеду. Есть еще дела. Спасибо и за это.
– Не кисни, Танюха, – бросил на прощание Кирьянов. – Все будет хорошо. Если что, я звякну. Пока.
Сразу от Володьки я направилась в фирму Марии Викентьевны, чтобы поговорить с ее сотрудниками. По дороге я обдумывала полученную от Кири информацию. В свете последних новостей мне начало казаться, что убийство Марии Викентьевны не было простым ограблением. Слишком многое говорило против этого. Возможно, я ошибалась, но все же решила пока отбросить эту версию и поработать над другой.
Во-первых, преступники, как оказалось, не намеренно убили хозяйку дома. Вероятно, ее толкнули или же она сама упала, так как смерть наступила в результате удара головой о столик. Я видела этот столик. Он стоял почти посередине комнаты. Низкий журнальный столик из стекла, обрамленный металлической рамкой. Возможно, Марию Викентьевну и не собирались убивать.
Во-вторых, все следы были стерты. Именно стерты! Грабители, идя на дело, скорее всего, наденут перчатки, чтобы потом не терять время на то, чтобы уничтожать свои отпечатки. Мда-а, интересно… Да и похищенные вещи до сих пор нигде не обозначились. Вполне вероятно, конечно, что преступники просто выжидают время, чтобы история поутихла. Но меня все это навело на иные мысли.
Оставив машину на стоянке перед входом, я поднялась по ступенькам на крыльцо, где курили, беседуя о чем-то, двое мужчин. Один из них – типичный самец, который окинул меня сальным взглядом и явно хотел что-то сказать, но я сделала каменное лицо, чем сразу же отбила у красавца желание заигрывать со мной.
Пройдя в офис, я сразу же наткнулась на секретаршу – немолодую женщину с усталым, даже, я бы сказала, изможденным лицом.
– Здравствуйте, чем я могу вам помочь? – произнесла она заученную фразу.
– Добрый день, – приветливо улыбнулась я. – Я бы хотела приобрести квартиру.
Решив сразу не выдавать своих намерений, я прикинулась покупательницей, чтобы для начала оценить обстановку в фирме, а уж потом решать, как действовать дальше.
– Сейчас я приглашу агента, – поднялась со своего места секретарша. – Присядьте.
Я села на указанный стул, а женщина выглянула на крыльцо, где стояли мужчины, и сказала им что-то. В ту же секунду молодые люди завершили разговор и вошли в офис. Тот, что пытался приставать ко мне, прошел мимо, снова одарив меня призывным взглядом, а другой занял стул напротив и улыбнулся.
– Здравствуйте, – произнес он. – Что вас конкретно интересует? У нас множество вариантов.
Он взял со стола толстую тетрадь для записей и принялся листать ее.
– Меня интересует большая однокомнатная квартира в старом жилом фонде, – начала я, осматриваясь в офисе. – Мне бы хотелось в «сталинке». Или даже в старинном особняке. Главное, чтобы квартира была в хорошем состоянии.
Агент по недвижимости слушал меня и одновременно просматривал имеющиеся варианты. А я тем временем продолжала:
– Этаж любой, кроме первого. Площадь не меньше двадцати пяти метров. Я имею в виду жилую, – уточнила я.
– О! – поднял на меня глаза агент. – У вас большие запросы. Такую квартиру нелегко найти.
– Я готова хорошо заплатить, – я взглянула ему прямо в глаза и подчеркнула: – Очень хорошо! Если квартира будет полностью удовлетворять моим потребностям, я не постою за ценой.
– А может быть, вас устроит подобная квартира в отличном новом доме в районе СХИ? – попробовал предложить мне один из вариантов агент.
– Нет, – отрезала я. – Я же сказала: мне нужна квартира в старом жилом фонде. Кроме того, меня не устраивают чертовы кулички, что вы предлагаете. Мне нужен только центр города.
– Но такая квартира действительно будет стоить немало, – предупредил сотрудник агентства.
– Я же сказала, что деньги не проблема. Проблема – найти такую квартиру. Но если для вас это невыполнимая задача, то я обращусь в какое-нибудь другое агентство по недвижимости, – равнодушно произнесла я и демонстративно взялась за ручку сумки, лежавшей у меня на коленях.
– Нет-нет, – остановил меня агент. – Постойте! Я же не сказал, что это невозможно. Просто потребуется какое-то время, чтобы найти подходящий вариант. И кроме того, возможно, будут еще и дополнительные затраты.
– Нет проблем, – пожала я плечами. – Мои деньги, ваша квартира.
– Скажите, а на какую сумму вы рассчитываете? – вкрадчиво спросил агент.
– Я очень примерно представляю, сколько может стоить такая квартира, но тем не менее я заплачу, сколько потребуется. Думаю, что миллиона будет достаточно, – беспечно проговорила я.
Агент при этих моих словах едва не поперхнулся. Он даже подскочил на месте, когда услышал цену, которую я готова была выложить за квартиру.
– Вы не могли бы подождать пару минут? – заискивающе спросил он. – Мне кажется, у нас есть то, что вы ищете.
– Да, конечно, – бросила я и откинулась на спинку стула.
Молодой человек поднялся с места и понесся в глубь офиса, туда, куда удалился его коллега, с которым он курил на крыльце. Через несколько минут он вернулся и поманил меня за собой.
– Пойдемте, – сказал он, кивая головой на дверь в дальнем конце коридора.
Я взяла сумочку и направилась следом за агентом.
Мы подошли к двери с табличкой «Директор», и мой гид без стука открыл ее.
– Проходите, – распахнул он дверь передо мной, и я вошла в кабинет, ранее, очевидно, принадлежавший Марии Викентьевне.
И каково же было мое изумление, когда за директорским столом я увидела того самого сексуально озабоченного самца, что строил мне глазки. Он вальяжно раскинулся в кожаном кресле с высокой спинкой и курил.
– День добрый, милая барышня, – вульгарно начал он разговор. – Проходите, сделайте милость. Располагайтесь.
Я уселась на стул напротив его кресла, а агент, приведший меня, бесшумно удалился.
– Мне известно, что вас интересует, – с легкой полуулыбкой проговорил он. – Давайте побеседуем на эту тему поконкретнее.
– Вы что-то можете предложить мне? – Я нахально уставилась на и. о. директора, всем своим видом давая понять, что он ни капельки не заинтересовал меня как мужчина.
Самца это обстоятельство ничуть не смутило, и он продолжал сверлить меня настойчивым взглядом.
– Разумеется, – не отрывая глаз от выреза на моей блузке, произнес он. – Для такой красивой девушки мы сделаем все, что только в наших силах. – Потом подумал немного и многозначительно добавил: – И все, что выше сил.
Меня подобное заявление нисколько не тронуло, и я спросила:
– Когда я могу посмотреть варианты?
– Если вас устроит, то уже сегодня вечером.
– Меня устроило бы и прямо сейчас, – нагло заявила я.
– Прямо сейчас… м-м-м… несколько затруднительно, – неопределенно промычал самец. – Хозяева той квартиры, которую я имею в виду, будут дома только во второй половине дня. И потом, нам же надо позвонить им, договориться… Если пожелаете, то сегодня же вечером я лично покажу вам… пожалуй, даже два варианта.
– Да что вы! – всплеснула руками я. – Но думаю, вам не стоит так беспокоиться. Со мной мог бы поехать и агент. Тот, с которым я разговаривала. А вы же директор, у вас, наверное, и без того забот хватает.
– Что вы! – в тон мне ответил самец. – Такими VIP-клиентами, как вы, занимаюсь лично я. И потом, я не директор, а пока всего лишь исполняющий его обязанности. А если быть более точным, то заместитель. Да, простите! – вдруг спохватился сексуально озабоченный зам. – Я ведь даже не представился. Разрешите отрекомендоваться, – приложив руку к груди, театрально склонил голову он. – Остапчук Виталий Владимирович. А вас как зовут?
– Татьяна Александровна, – представилась в свою очередь и я.
– Очень приятно, – Остапчук перегнулся через стол и протянул мне руку, нарушая все правила этикета.
Я тем не менее ответила на рукопожатие. Виталий Владимирович задержал мою ладонь в своей руке чуть дольше, чем положено, и заглянул мне в глаза.
– Очень приятно, – более проникновенно повторил он, но я сделала вид, что не поняла его намека.
– Взаимно, – холодно бросила я и выдернула руку.
– Вы не дадите мне свой телефон, чтобы я мог позвонить вам, как только договорюсь с хозяевами квартир?
– Да, конечно, – ответила я. – Запишите.
Продиктовав номер своего сотового, я распрощалась с назойливым замом и покинула агентство «Рубин».
Не успела я сесть в машину, как зазвонил телефон. Взглянув на неизвестный мне определившийся номер, я сказала в трубку:
– Алло, слушаю.
– Татьяна? – Женский голос показался мне знакомым.
– Да.
– Это Ирена. Я нашла то, что вы просили. Я имею в виду фотографии и описание пропавших вещей. Мне к вам приехать?
– Нет, я не дома, – отозвалась я, наблюдая за крыльцом «Рубина». Остапчук вышел на лестницу и, закурив, остановился, разглядывая мою машину. – Давайте встретимся в кафе на набережной. Через пятнадцать минут. Вы сможете?
– Да, конечно, – согласилась Ирена.
Мы условились о месте встречи, и я завела двигатель. Виталий Владимирович все еще стоял на крыльце, провожая мою «девятку» мечтательным взглядом.
Когда я приехала в кафе, Ирена уже ждала меня там.
– Вот, – она выложила на стол белый конверт. – Здесь несколько снимков и описание остальных вещей, фотографии которых я не нашла.
– Спасибо, – я взяла конверт и вытащила из него фотографии. Разглядывая их, я решила задать Ирене вопрос: – Ирена, а вы не знаете зама вашей матери?
– Виталия? – спросила она.
– Да. Остапчук Виталий Владимирович.
– Знаю, – брезгливо поморщившись, произнесла девушка. – Неприятный типчик.
– Почему?
– Скользкий он какой-то, – неопределенно пожала она плечами. – И приставал ко мне…
– А что вы о нем знаете? Расскажите, – попросила я, укладывая обратно в конверт бумаги.
– Да практически ничего. Я с ним мало знакома. Виделась только несколько раз, когда приезжала к маме на работу. Он все пытался приставать ко мне. Напрашивался в гости, пытался назначать свидания… По-моему, он просто кобель, извините за выражение! – неожиданно резко высказалась она.
– По-моему, тоже, – согласилась я с Иреной. – А не может быть смерть вашей матери как-то связана с ее работой? Я имею в виду агентство.
– С чего это? – неопределенно пожала плечами Ирена. – Да нет, не думаю. На работе у нее проблем особых не было.
– А бизнес Марии Викентьевны приносил хороший доход? – решила я зайти с другой стороны.
– Неплохой, – снова в голосе Ирены прозвучала какая-то неопределенность. – Не сказать, чтобы мама имела золотые горы, но ей вполне хватало. Изредка она и мне помогала деньгами. Но в общем-то я и сама неплохо зарабатываю. Поэтому особой нужды в деньгах не было.
– А кроме квартиры, у вашей матери была еще какая-то недвижимость?
– Нет. Только небольшая дача на Волге. Но там ничего особенного, – увидев мою реакцию, поторопилась с пояснениями Ирена. – Обычный одноэтажный домик и небольшой участок. В общем-то это все, что мама смогла купить на прибыль от «Рубина». У нее даже машины не было. Так что вы не подумайте, пожалуйста, будто бы мама занималась какими-то «левыми» сделками, как это часто делают другие фирмы. Никакого криминала в «Рубине» не было.
Но несмотря на заверения Ирены, во мне почему-то поселилось сомнение относительно честности риелторского бизнеса Марии Викентьевны. Нет, я не думала наверняка, что госпожа Крамер занималась темными делишками на фирме, просто должность директора компании по торговле недвижимостью, на мой взгляд, должна приносить гораздо больший доход, нежели тот, о котором рассказывала Ирена.
– Извините за нескромный вопрос, – проговорила я. – А вы наследуете по завещанию все имущество матери или только «Рубин»?