Read the book: «Пророчество черной земли»

Пролог.

20 лет назад.

– Не испытывай мое терпение, – недовольно воскликнул сидящий на гнедом коне мужчина и протянул руку вперед. – Отдай мне ее, сейчас же!

Стоящая на краю обрыва девушка, обернулась, испуганно всматриваясь в черную бездну, окутанную туманом.

– Ты уже давно заслуживаешь только смерти, – спокойно произнесла она. В руках девушка крепко сжимала кусок рваной ткани, из-под которой виднелся обтрепанный бумажный уголок. Сквозь небольшой туман, скопившийся снизу обрыва, отчетливо можно было различить тихие черные воды проклятого озера. Озера Мрад.

– Какой у тебя острый язык, – усмехнулся мужчина, сильнее вытянув руку вперед. – Но, я готов простить тебе все колкости, если ты пойдешь со мной.

– Этого не будет, никогда! – гордо вскинув голову, ответила девушка.

– Твое упрямство начинает меня изрядно раздражать. Гедимин, притащи ее ко мне, – мужчина отдал приказ начальнику дружины. Его взгляд стал более суровым, а голос наполнился легкой раздражительностью. – Ты все равно сделаешь то, что я хочу… всегда делала.

От этих слов, по телу девушки пронеслась болезненная дрожь.

Несколько дружинников, подчинившись приказу командира, двинулись в сторону девушки. Испугавшись, она еще крепче прижала кусок ткани к своей груди.

– Стой! – воскликнула девушка, заставив дружинников остановиться.

– Передумала? – наигранно улыбнулся мужчина.

– Я дам тебе то, чего ты так желаешь, – девушка вытащила из своего кармана небольшой сосуд, зажав его двумя пальцами. – Но…

– Но? – мужчина озадаченно вскинул свою бровь вверх.

– Ты должен остановиться, – с горечью в голосе, ответила девушка. – Все, чего ты так усердно добивался, теперь у тебя есть. Я прошу лишь об одном…Остановись!

Глаза мужчины недовольно сузились. Желваки на скулах задвигались от нарастающего внутри напряжения.

– Давай сюда! – мужчина вновь протянул руку вперед.

Немного замявшись, девушка тяжело выдохнула и кинула сосуд в сторону мужчины.

– Умница, – воскликнул мужчина, поймав сосуд двумя руками. Он поднес стеклянную колбу к свету, пробивающемуся сквозь серые тучи. Черная жидкость, что наполняла маленький сосуд, неровными каплями сползала по его стенкам. – А, теперь, тащите ее сюда!

Двое дружинников подскочили к девушке, схватив ее и скрутив ей руки.

– Мерзавец, ты же обещал! Что еще ты от меня хочешь? – сопротивляясь дружинникам, кричала девушка.

Она изо всех сил упиралась ногами в землю, стараясь вырваться из крепкой хватки. Только вот, все ее попытки оказались тщетными. Девушку приволокли, силой кинув на землю, прямо перед ногами, спрыгнувшего с лошади мужчины.

– Ты мне еще нужна, дорогая, – мужчина опустился перед девушкой на одно колено. – Так что решай, либо ты пойдешь со мной добровольно, либо я потащу тебя в Ярикту силой.

– Я предпочту умереть, – надменно посмотрев, ответила девушка.

– Какая же ты все-таки глупая, – мужчина тяжело выдохнул. Его взгляд опустился на женские губы. Свободной рукой, он схватил девушку за подбородок, чуть сильнее приподняв ее голову. – Думаешь, я позволю тебе умереть?

– Жить мне или нет, решать уже не тебе, – девушка встрепенулась, пытаясь отвернуться, но мужчина вновь повернул ее голову, заставляя посмотреть прямо ему прямо в глаза.

– Какой вздор, – в пол тона произнес мужчина, мягко проведя пальцем по нижней губе девушки. На мгновение, его взгляд смягчился. – Я никому не позволю тебя убить. Даже тебе самой.

– Я дала тебе то, что ты хотел? – уверенным, твердым тоном, спросила девушка.

– Более чем, – мужчина кивнул, отстранившись. Он выпрямился, поднявшись на ноги и вновь взглянув на стеклянную колбу, что была у него в руке.

Не в силах больше ждать, мужчина откупорил крышку, открыв сосуд. Щелчок, и по воздуху, эхом, пронесся женский шепот, громким звоном пронзая пространство.

Испуганные солдаты начали взволнованно осматриваться по сторонам. Лошади заржали, вставая на дыбы.

Мужчина неспешно поднес сосуд к губам, прикрыв глаза. На мгновение, его рука замерла у самого рта, а затем, одним, уверенным рывком, он опустошил все содержимое стеклянного сосуда.

Воспользовавшись этой заминкой, девушка вскочила на ноги. Она ловко выхватила нож из сумки, что висела у мужчины на поясе и ринулась в сторону обрыва.

– Черт! – завопил мужчина. – Хватайте ее!

Дружинники ринулись за ней. Стоя у самого обрыва, девушка обернулась, поднеся нож к руке. Сжав лезвие в ладони, она рывком разрезала руку, скорчившись от острой боли.

– Что, ты, черт возьми, делаешь?! – крикнул мужчина. Он поднял руку вверх, приказав дружинникам остановиться.

– Я это начала, – девушка раскрыла окровавленную ладонь, выставив порезанную руку над пропастью. – Я все это и закончу!

Девушка сильно сжала кулак. Алая кровь начала быстро падать в озеро, скрываясь в черной бездне его проклятых вод.

Земля затряслась. Испуганные и ничего не понимающие дружинники вцепились в рукояти своих мечей. Ошарашенные, они с ужасом наблюдали, как из озера вылетел черный вихрь, образуя воронку из воды.

Огромный столб взметнулся вверх и, через мгновение, камнем рухнул вниз, растворившись обратно в озере.

На месте вихря, образовался плотный, маслянистый сгусток, похожий на огромный, липкий комок черной смолы. Толстыми каплями она стекала вниз, превращая бесформенный ком в высокую, черную фигуру, очертания которой, напоминали человека. У него не было ни лица, ни ног. Только черная, смолянистая голова, покрытая капюшоном, да тело, стекающее в озеро.

– Тебе это не поможет! – крикнул мужчина, достав свой меч из ножен. – Ты все равно будешь…

Не успев договорить, мужчина замер, широко раскрыв глаза. Он громко зашипел, прижав к себе левую руку. Меч со звоном упал на землю. Мужское лицо побагровело, наливаясь кровью из-за нестерпимой боли. Не в силах стоять на ногах, мужчина рухнул вниз, упав коленями на землю.

– Господин! – воскликнул Гедимин, бросившись к мужчине.

Встав на четвереньки, в полусогнутом состоянии, мужчина содрал с руки перчатку, хрипло закричав.

– Что это? – в ужасе завопил мужчина, видя, как его рука покрылась сочащимися, кровавыми язвами. – Что ты со мной сделала?

– Дала тебе то, что ты так сильно хотел, – с сожалением, ответила девушка, чувствуя, как ее глаза наполняются слезами.

– Убери это, сейчас же! – вопил мужчина, морщась от боли.

– Без этого, проклятье Мрада невозможно снять, – уверенно заявила девушка, подняв над головой кусок перемотанной ткани. – Ты знаешь это, не хуже меня.

– Чертова ведьма! – разгневанно завопил мужчина.

– Ты же хотел стать бессмертным? – девушка горько улыбнулась краем губ. – Теперь ты будешь жить вечно с этим проклятьем. И, никто, не сможет тебя спасти. Уж, я об этом позаботилась.

– Ты… ты меня прокляла… – тяжело дыша, проговорил мужчина, посмотрев на девушку, стоящую у обрыва.

– Считай это моим прощальным подарком тебе, – девушка чувствовала, как по ее щекам потекли слезы. Мысленно, она ненавидела себя за то, на какие мучения обрекла мужчину. – Теперь, ты можешь меня ненавидеть.

– Что ты собралась делать? – чувствуя жгучую боль в руке, мужчина пристально посмотрел на девушку. Кровь в его голове бешено пульсировала, заложив уши. Воздух казался ему таким тяжелым, что невозможно было спокойно дышать.

– Знаешь, – глубоко вздохнув, девушка мягко посмотрела на мужчину своими темно-зелеными глазами. – Благодаря тебе я поняла, что прожила не бессмысленную жизнь. Все, что я сделала, было не жертвой, ради спасения. Все это было спасением, ради любви.

– Не смей! – напряженно закричал мужчина, стараясь подняться на ноги, но не устояв, упал.

– Однажды, мы с тобой снова встретимся, – девушка горько улыбнулась, крепче сжав в руке вещь, обернутую в кусок ткани. – До встречи во мраке смерти, Ивар.

Девушка раскинула руки в стороны. Сделав глубокий вдох и закрыв глаза, она откинулась назад.

Тело девушки рухнуло с обрыва, скрывшись за плотным массивом серого тумана. Секунда, две и тишину, скопившуюся в воздухе, разрезал негромкий звук всплеска воды. Черный силуэт, висевший над озером, растаял, рухнув вниз, следом за девушкой.

И, лишь отчаянный крик, впившегося пальцами в сырую землю мужчины, пронзительным эхом разнесся вдоль всего проклятого озера.

– Аглая-я-я-я…

Часть 1.

– Снова это место, – в недоумении, я осмотрелась по сторонам. Сплошная, кромешная тьма.

Как бы я ни старалась вглядеться в глубину мрака, за несколько верст ничего не было видно. Одна лишь темнота и… холод. Я делаю глубокий вдох, набрав в легкие холодный, морозный воздух и выдохнула уже теплый, густой пар, который расплылся во мраке легким, белым облаком.

– Как холодно, – я начала интенсивно дуть теплым воздухом на руки, чтобы хоть немного согреть заледеневшие пальцы.

– Анна-а-а, – раскатистое, глухое эхо пронеслось за моей спиной, изрядно меня напугав.

Я резко обернулась. Мрак стал потихоньку рассеиваться, постепенно превращаясь в сумрак. Я сделала шаг, ощутив, как под ногами хрустнуло что-то шероховатое и холодное.

– Мороз, – тихо прошептала я, всматриваясь в промороженную, черную землю, сверху покрытую тонким слоем наледи.

– Анна-а-а, – эхо усилилось, став гораздо громче, чем было в первый раз.

Я вновь огляделась по сторонам. Никого. Одна лишь пустота.

– АННА, – голос раздался прямо у меня за спиной. Холодное дыхание пронзило мое тело до дрожи. Меня затрясло, но дрожала я не от холода, а от страха.

Я отчетливо ощущала чужое присутствие у себя за спиной. Собрав остатки воли, я медленно повернула голову, вскрикнув от ужаса.

– А-а-а, – в испуге, зажав рот руками, я попятилась назад, но поскользнулась и не удержавшись, рухнула на промерзшую землю.

Передо мной, в пустоте сумрака, парили в воздухе два красных глаза. Сквозь темноту, едва различимо, виднелось очертание человеческого лица. Складывалось ощущение, что эти глаза сейчас меня полностью поглотят. Затянут в свое огненное пекло.

– Нет, – я попыталась отползти назад, но руки соскальзывали, из-за чего казалось, будто я еложу на месте.

– Анна, – лик вновь произнес мое имя своим раскатистым, холодным голосом, а затем, камнем кинулся на меня, разъяренно закричав. – Я ЖДУ…

– Боги, – вскрикнула я, поднявшись в кровати, стараясь осмотреться вокруг и убедиться, что проснулась у себя дома. – Снова этот сон.

В последнее время, он стал мне сниться гораздо чаще, чем обычно. Это было не удивительно, ведь мое совершеннолетие должно наступить всего через несколько месяцев. Для меня это означало лишь одно. Моя жизнь прервется, и я умру, навсегда покинув этот мир. Вот такая не завидная участь меня ожидает.

Впервые я увидела этот сон еще в детстве. Поначалу, он снился мне не часто, всего лишь раз в год, а именно, за три дня до моего дня рождения. Но, после того как, мне исполнилось восемнадцать, сон стал мне сниться каждое новолуние. А теперь, и вовсе, перед моим двадцатилетием, сон одолевает меня практически каждую ночь. Сегодня четверг, а значит валяться в кровати у меня времени нет.

Никогда не любила четверговые уборки. Поднявшись с постели, я хаотично закрутила свою копну медно-каштановых волос в жгут, туго перевязав их на макушке лентой. Накинула на голову белую косынку с голубыми цветами, надела свое самое удобное платье из серого льна, в котором я всегда убиралась и повязала на талии передник.

Первое, что я сделала поутру, так это сходила на реку и наносила воды, заполнив ею все кадки¹ в доме. Как-никак в полдень июльское солнце превратит все вокруг в настоящее пекло, поэтому, лучше всего всю работу сделать по утренней прохладе.

Дома я тщательно вымыла полы с солью, заглянув в самые дальние уголки своей избы. Перемыла всю кухонную утварь, натерла баночки для отваров, разложила высушенные травы по банкам, подмела крыльцо и даже вымыла в доме окна. Да уж, сегодня я не халтурила, как обычно.

Маленькая, деревянная изба, с двумя окнами и небольшой печкой. Дом принадлежал моей вдовствующей тети, которая меня вырастила. Но, она умерла шесть лет назад и с тех пор я живу в этом доме одна. Единственным живым воспоминанием, оставшимся от моей тети, стала посаженная ею возле дома белая акация. Сейчас было начало июля, и ее пышные, цветущие ветви, были густо усыпаны белоснежно-розовыми цветами, источающими сладкий, медовый аромат.

– Не забыть сегодня пустить по реке полынь, – я устало таращилась на деревянную лавку, на которой лежала обмотанная мятой тканью трава. Она была сильно залита воском и окроплена каплями крови белокурого мальчика трех лет, которого вчера ко мне принесли его же родители. Мальчишка был слаб и истощен, почти ничего не ел и уже перестал ходить. Со слов родителей, они перепробовали все, что могли, но никакие лекари не смогли помочь ребенку.

Тетя учила меня, что самые сильные ритуалы проводятся только с использованием крови вопрошающего. Ею мы платим откуп Высшим Силам за наше исцеление или приносим жертву, если хотим совершить что-то недоброе.

– Хорошо, что они пришли вчера, – я встала, сняв передник. – Река как раз хорошо смывает болезни только в четверг. Завтра мальчик уже будет бегать.

Я была уверена в своих колдовских познаниях, ведь единственное, что я хорошо умела делать, так это колдовать. Моя тетя научила меня магическому ремеслу, обучила травничеству, а перешедший от матери дар усилил способности. Женщину, которая меня родила я не помню. Слышала от тети лишь то, что она была сильной ведьмой, и что ее уже давным-давно нет в живых.

Я скинула на пол влажное от пота платье и выйдя в предбанник, окатила себя колодезной водой, смывая всю грязь. Идти на реку мне нужно подготовленной и чистой. Насухо вытерев тело, я надела на себя длинное белое платье, с опущенными плечами и длинными рукавами. Волосы я распустила, заплетя их в косу, а поверх платья надела серую накидку с капюшоном.

С момента ввода в Ярикте запрета на магию, всем ведьмам, знахарям и даже травникам, приходилось тщательно скрываться, дабы не быть пойманными и казненными за использование своего колдовского дара.

Прихватив с собой иглу от веретена и взяв в охапку полынь, босая, я оправилась на реку.

Пройдя сквозь покосившуюся, скрипучую калитку, я вышла на узкую тропинку, ведущую до самой реки. Где-то вдалеке было слышно гоготание птиц. Ветер гонял потоки едва ощутимого, свежего воздуха, в то время как жаркое солнце оживляло теплом всю природу вокруг.

Спустившись вниз по небольшому склону, я вышла к берегу широкой реки. Рядом с рекой собралось несколько молодых девушек. Они сидели на берегу, весело смеясь и напевая знакомую мне песню.

«Ой, ты ночь моя, да темная…

Да, река моя, глубокая…

– Анна! – одна из девиц, с распущенными черными волосами помахала мне рукой.

– Мира, – я помахала рукой в ответ, спустившись со склона к воде. Девушки продолжили задорно улыбаться, сидя на траве и вплетая цветы друг другу в волосы. – Вы чего здесь сидите?

«Дай мне свободы,

Дай мне свободы,

Дай, да отпусти меня…

– Решили вот погреть кости на купальском солнце, – улыбнувшись мне, ответила Мира. – Ты, как всегда, по делам?

– Само-собой, – устало выдохнула я, присаживаясь на траву рядом с девушкой и сняла с себя капюшон. – Я ведь больше ничего не умею.

– Анна, – Мира перевела на меня грустный взгляд, когда я вырвала травинку из земли. – Ты, в отличие от нас, хотя бы можешь ходить там, где пожелаешь.

Я повернулась к девушке, что сидела рядом, вытянув вперед свои бледные ноги. Она была спокойна и беззаботна, впрочем, как и всегда. Ее темные волосы искрились в свете яркого солнца, отливая серебристым цветом.

– Мои похождения скоро закончатся, и ты прекрасно об этом знаешь, – горько заявила я, недовольно обрывая листки на осоке, которую крутила в руках. – А, вот вы, могли бы и порадоваться. Вам ведь дана уникальная возможность спастись от возмездия Морены, которое грозит всем самоубийцам, спрятавшись от нее в водах рек и озер.

– Кстати о Морене, – девушка печально посмотрела на меня, немного наклонившись в мою сторону. – Ты так ничего и не нашла?

Я молча опустила голову, глубоко вздохнув и притянула колени ближе к себе.

– Понятно, – Мира тяжело выдохнула, откинувшись спиной на траву. – И, сколько еще времени у тебя осталось в запасе?

– Несколько месяцев, – надоедливая травинка, которую я, не переставая крутила в руке, пустила сок, пачкая мои пальцы. – В день своего совершеннолетия я умру.

– Не справедливо, – немного раздраженно бросила Мира. – Неужели твоя мать хотела для тебя такой участи?

– Не знаю, – я устало пожала плечами, разорвав травинку на две части. – Тетя говорила, что единственный способ все изменить кроется в рукописи Радимира, но никто даже не знает, существует она на самом деле или нет.

– Я слышала о ней, но никогда не встречала, – Мира приподнялась на локтях и посмотрела на меня сочувствующим взглядом. – Хотя живу я здесь на несколько десятков лет дольше тебя.

– Об этом я и говорю, – я согласно кивнула головой. – Остается просто смирится со своей судьбой.

– Анна, – Мира пристально на меня посмотрела, печально сузив глаза. – Может есть еще способы?

– Я уже устала их искать, – я встала, надев капюшон обратно.

– Но, ты не должна сдаваться, – Мира спешно поднялась на ноги вслед за мной. – Любая возможность, которую мы не использовали, это еще одно сожаление о том, что мы не сделали. Ты не должна сдаваться!

– Хватит уже об этом, мне нужно закончить работу.

Взяв в руки охапку полыни и больше ни сказав ни слова, я подошла к берегу широкой реки. Прозрачная водная гладь весело переливалась на солнце. Зайдя в воду по щиколотку, на мгновение, я прикрыла глаза. Легкая, приятная прохлада пронеслась по моим ногам. В небольшом течении струился длинный подол моего белого платья, слегка оголив мою ногу в месте небольшого разреза, который я все забывала заштопать.

– … унеси. Смой, омой, очисти, Одна, две, три… – я проткнула палец иглой от веретена и отсчитывая нужное мне количество, смотрела как капли красными гроздями падают в реку и тут же в ней растворяются.

На последних словах, я опустила полынь в воду и провожая взглядом, наблюдала, как ее уносит течение. Увидев оставшиеся на моем пальце следы крови, я опустила руку в воду, стараясь смыть их.

– Анна, – резко бросила Мира, подбежав ко мне, – они приближаются.

– Я чувствую, – распрямившись, обеспокоенно ответила я. – Бегите, быстро!

Скомандовав, я уставилась вперед, окидывая взглядом воду в реке, которая начала колыхаться от вбегающих в нее девушек. Они уверенно скользили по водной глади, все глубже заходя в воду и отдаляясь от берега.

– Анна, а как же ты? – обеспокоенно спросила Мира обернувшись ко мне, стоя по грудь в воде.

– За меня не переживай, – я махнула девушке рукой, жестом показывая, чтобы она продолжила идти. – Живо, живо.

Воздух вокруг реки был легким и слегка влажным. Ветра почти не было. Лишь редкое дуновение свежего воздуха, неторопливо раскачивало молодую траву. Солнце достигло своего пика, ярко освещая зеркальную поверхность воды.

Сложив ладони вместе, Мира улыбнулась мне на прощание и нырнула вглубь озера, полностью исчезая с моих глаз.

Несколько секунд я молча смотрела на тихую водную гладь, в которой только что скрылись русалки.

Обернувшись к берегу, я замерла, видя, как перед моим лицом застыло холодное острие стального меча, переливающегося на солнце.

Часть 2.

20 лет назад.

– Ты действительно вот так просто возьмешь и уйдешь? – взрослая женщина с проступающей в волосах сединой встала прямо перед дверью.

– Я уже все решила, даже не пытайся меня переубедить, – молодая девушка с растрепавшимися волосами темного медного оттенка, закрученными в хвост, устало вздохнула, перебирая в коробке колбы с разными жидкостями.

На улице почти стемнело. В комнату, сквозь распахнутые настежь окна, пробрался свежий, вечерний аромат только что закончившегося дождя. Свечи еще никто не успел зажечь, поэтому весь дом был окутан легкой пеленой сумрака.

– Ты что, не в себе? – взрослая женщина недовольно уперла руки в бока, – Как же ты можешь бросить своего ребенка?

– Да кто тебе сказал, что я его бросаю? – не выдержав, молодая девушка злобно заорала на весь дом, напугав кряхтящего на кровати младенца, который с большим удовольствием обсасывал свои пальцы, из-за чего, они моментально становились мокрыми от слюней. Ребенок тут же громко завопил, переключая на себя все внимание.

– Ну, вот, – взрослая женщина ткнула пальцем, указывая на малыша. – Посмотри, что ты сделала.

Молодая девушка сразу кинулась к своему ребенку. Взяв его на руки и начав усиленно покачивать, она стала напевать что-то мелодичное.

– Очнись безумная, – продолжила взрослая женщина, стягивая с себя запачканный жирными пятнами фартук. – Времени и так слишком мало, а ты готова все бросить и уйти ради несбыточной надежды?

– Да, хватит уже говорить об одном и том же, – молодая девушка старалась говорить громким шепотом, чтобы случайно не разбудить засыпающего на ее руках младенца. – У меня впервые появился шанс все изменить. Я костьми лягу, но не упущу данную мне возможность!

– Ты бежишь в неизвестность, – женщина недовольно сдвинула брови. – Ничему жизнь не научила? Мало тебе опрометчивых поступков было?

– Прошу, вот только не начинай, – девушка, укачивая малыша, озадаченно обвела глазами комнату, усиленно выискивая нужную ей вещь. – Я все уже давно решила.

– Аглая, ты так наивна, – взрослая женщина швырнула тряпку на стол. – Неужели ты и вправду веришь ему?

– Да! – уверенно ответила молодая девушка.

– Боги, – устало выдохнула взрослая женщина, рухнув на табурет. – Тебе разве не надоело ошибаться?

– Не забывай, что мы обе ошиблись, – пристально посмотрев на женщину, ответила Аглая, не желая дальше продолжать разговор.

Девушка положила заснувшего младенца на пуховую перину, встав рядом с кроватью на колени.

– Моя маленькая звезда, – сквозь проступающие слезы прошептала Аглая, аккуратно погладив ребенка по голове. – Мы обязательно увидимся с тобой снова, я обещаю тебе.

Сидящая на табурете женщина, горько вздохнула, отвернувшись в сторону, чтобы сдержать проступающие на глазах слезы.

Аглая привстала и легонько поцеловала свое дитя в лоб на прощание. Воспользовавшись моментом, пока женщина отвернулась, девушка плотно сжала в руке одну колбу с черной жидкостью, и не мешкая, хаотично замотала ее в ткань с потрепанными от времени краями, положив в свою сумку.

– Аглая, – женщина серьезно посмотрела на девушку. – Переступив порог этого дома, ты совершишь ошибку, которая будет тебе очень дорого стоить.

– Ты не можешь знать этого наверняка, – девушка неряшливо закрутила платок на голове, на мгновение замерев у приоткрытой входной двери. И больше ни сказав ни слова, вылетела на улицу, стараясь не оборачиваться назад, чтобы ненароком не вернуться обратно в дом, где она когда-то была по-настоящему счастлива.

– В том то и дело, что знаю, – тяжело выдохнула женщина, закрывая глаза ладонью. Но, этого уже никто не услышал.

Аглая бежала, пробираясь сквозь чащу леса, то и дело вытирая концом платка срывающиеся на ветру слезы. Девушка старалась успеть попасть в условленное место до того, как солнце окончательно сядет за горизонт.

И вот, когда лес уже почти закончился, она увидела того, кто мирно ждал ее, как и было оговорено.

Это был высокий мужчина, одетый в синий кафтан, подпоясанный черным кожаным ремнем, с боку от которого висели ножны, хранившие в себе длинный, стальной меч.

– Горд! – радостно окликнула мужчину Аглая, подбегая к нему.

– Наконец-то ты пришла, – мужчина близко подошел к девушке, положив руки на ее талию, – Больше не позволю тебе уходить от меня так надолго.

Он пылко притянул девушку к себе, крепко сжав в своих руках.

– Обещаю, что больше от тебя не уйду, – Аглая смущенно улыбнулась, чувствуя легкую дрожь, пробежавшую по ее телу.

Мужчина уверенно запустил руку под платок, сжав пальцами рыжие волосы и сильнее притянул к себе хрупкое женское тело. Он вожделенно впился в приоткрытые женские губы своими, жадно сминая их в грубом поцелуе, придерживая голову девушки за затылок. Его правая рука скользнула вверх к изящной женской шее, нескромно задержавшись на пышной груди, заставляя девушку вздрогнуть от неожиданности.

– Куда мы теперь? – Аглая разорвала поцелуй, немного отстранившись от мужчины. Ее слегка затуманенный взгляд будоражил сознание.

– Чистые воды, туда мы и отправимся, – уверенно заявил мужчина, вновь припадая к мягким женским губам в еще более яростном поцелуе.

Часть 3.

Существует легенда, что несколько лет назад, две огромные страны Стрижда и Ярикта схлестнулись в кровавой войне. Король Стрижды, обуреваемый желанием искоренить всех ведьм, напал на крупный, портовый город Мрад, принадлежащий Ярикте, который в свое время стал пристанищем для колдунов, знахарей и целителей.

Благородный и милосердный Царь Ярикты, боясь, что Стрижда зальет весь Мрад кровью, ввел запрет на магию. С тех пор, колдовать стало запрещено. Всех, кто обладал колдовскими способностями, обязывали являться в столицу Ярикты. Там, людей с даром отмечали в учетных книгах, замеряли их способности и клеймили. Использовать магию разрешалось лишь избранным с дозволения Гильдии магов и по личному согласию Царя. Ослушавшихся, непокорных и бунтарей казнили на месте.

– Сейчас же сними капюшон, – твердым, суровым тоном проговорил молодой парень, направивший на меня оружие.

Слегка приоткрыв рот, я замерла. Никогда прежде, я еще не видела, столь красивых, темно-зеленых глаз, что сейчас пристально старались рассмотреть мое лицо, скрытое под капюшоном. Высокий, темноволосый парень был одет в свободную, белую рубаху с длинными рукавами и черные штаны, подпоясанные кожаным ремнем с портупеей, к которой был пристегнут небольшой нож. Руки, облаченные в кожаные перчатки, и высокие сапоги.

– Димитрий, не так грубо, – с улыбкой на лице, сказал молодой человек, спрыгнув со своей белой лошади. Одетый в серую, льняную рубаху с прямым воротником, одной рукой он схватил коня под уздцы, а другой небрежно провел по своим длинным прямым волосам, завязанным в низкий хвост.

Красующиеся гербы на их одеждах говорили о том, что эти двое, относятся к княжеской знати. Признаться честно, их появление, меня ни капли не удивило. Уже давно по всей округе ходили досужие сплетни о том, что, якобы, повсюду слоняются князья из самой столицы Ярикты, выискивая провинившихся в колдовстве ведьм. А, если учесть то, что совсем недавно, я прилюдно трижды прокляла хозяина рыболовецкого хозяйства, факт того, что князья приедут и по мою душу тоже, был лишь вопросом времени.

Я стояла в воде, стараясь не шевелиться. Помимо этих двоих, прямо передо мной, стеной, стояли еще четверо дружинников, одетых в одинаковые ситцевые рубахи, подпоясанные кожаным ремнем с пристегнутыми к ним ножами. За спиной у них висели дубовые тульи, обтянутые телячьей кожей и украшенные резными рисунками. Их луки были изготовлены из березы, что считалось оружием высочайшего качества. Только самым опытным воинам доверялась стрельба из них.

– Живо, сними капюшон! – князь поднес лезвие меча вплотную к моей шее, – Иначе, твоя голова отлетит прямо сейчас!

Понимая, к чему все может привести, я решила подчиниться. Сделав глубокий вдох, я медленно подняла руки к голове. Зацепив края капюшона, что полностью скрывал мое лицо, я опустила его.

Зрачки в зеленых глазах молодого князя расширились. Слегка замешкавшись, он одернул меч, убрав его от моей шеи.

– Мира вам и здравия, княже, – я слегка поклонилась, стараясь выказать уважение и сохранить самообладание. – Чем могу быть вам полезна?

– Прошу прощение за поведение моего друга, – парень с длинными волосами подошел к зеленоглазому князю, хлопнув его по плечу. – Иногда, он бывает чересчур бесцеремонным. Мое имя Виктор, я наследный принц Ярикты. Думаю, вы уже слышали о нас. А, как вас зовут, прекрасная девушка?

Я слегка опешила, когда наследник царского трона опустился передо мной на одно колено и, положив правую руку на грудь, поклонился.

– Мое имя Анна, ваше светлость, – стараясь проявить как можно больше манер, я снова поклонилась.

– Вы что тут устроили? – за спиной дружинников раздался скучающий, мужской возглас. – Меня всего пару минут не было.

Сидя верхом на гнедой лошади, к нам подъехал парень со светлыми волосами, который выглядел чуть младше остальных. Он был одет в светлую, размашистую рубаху, с красной окантовкой, поверх которой был накинут какой-то широкий платок.

– Артур, познакомься, это Анна, – Виктор встал с колена. Он подошел ко мне протянув руку, чтобы я могла на нее опереться и выйти из воды.

– Та девушка из Глуши? – пробубнил парень, не слезая с лошади. – Это она ведьма?

Я догадывалась, что происходит, но до последнего надеялась, чтобы мои догадки, так и остались всего лишь моими домыслами. К сожалению, чуда не произошло.

– Судя по тому, что мы только что видели, сомнений не осталось. – Димитрий с лязгом вложил меч в ножны, направившись в сторону своего вороного коня.

– Ну, тогда хватайте ее и возвращаемся, – пожал плечами Артур, сидя в седле. – Чего тянуть то?

– Артур, хоть ты не веди себя как твой брат, – с долей иронии в голосе, произнес Виктор, закатив глаза. – Еще одного Димитрия я не вынесу.

– Ты что-то имеешь против… – начал было бубнить князь, но его тут же перебили.

– Красавица, – Виктор посмотрел на меня мягким и спокойным взглядом, продолжив держать за руку. – Местные нам сообщили, что единственную ведьму, живущую в деревне Глушь зовут Анна, и что ее дом расположен у леса на опушке. Мы нашли тот дом, но в нем было пусто, поэтому, мы проследовали по тропинке, ведущей к реке и, здесь, увидели тебя. Так, что, скажи нам, ты действительно та самая ведьма, о которой нам сообщили местные?

– Возможно, – напряженно ответила я, вырвал свою руку из ладони князя.

– Только вот не надо отрицать, – с равнодушием в голосе заявил Артур, устало потянувшись в седле. – Чем быстрее мы решим этот вопрос, тем быстрее сможем вернуться обратно в столицу.

– Я не отрицаю, – ровным тоном ответила я. – Просто не понимаю, что вы от меня хотите?

– Согласно утвержденного Царем Ярикты свода законов, использование магии вне стен столицы запрещено, – Димитрий, не глядя на меня, затянул у седла своей лошади пояс, прицепив к нему свой меч. – А, ты ее только что использовала прямо здесь, у реки.

– Серьезно? – удивленно спросил Артур, уставившись на меня.

– Я лишь помогла больному ребенку избавиться от болезни, – спокойно ответила я, отстегнув заклепку моего плаща, который тут же упал на землю.

Обнажив худые ключицы и тонкие плечи, я сгребла подол платья в руку, слегка приподняв его, чтобы удобнее было идти.

– Это не оправдание, – крепкая мужская хватка Димитрия развернула меня, как только я попыталась уйти. – Никому нельзя нарушать закон.

– Димитрий, ну, ты чего, – Виктор схватил друга за запястье, окинув его холодным взглядом. – Не надо вести себя настолько грубо.

В воздухе повисло немое напряжение. Димитрий перевел взгляд на меня, пристально всматриваясь в мое, полное недовольства лицо. А, затем, переведя взгляд на руку, разжал пальцы, выпустив меня из своей хватки.

– Разбирайся с ней сам, – Димитрий направился в сторону своего коня, напоследок одарив друга суровым взглядом.

– Анна, – Виктор подошел ко мне. – Нам донесли, что ты колдуешь. В учетных книгах о тебе ничего нет…

– Я знаю, кто донес на меня в Ярикту, – перебила я, князя. – Это хозяин рыболовецкого хозяйства в Сарпах. Я отказала его жене в приготовлении отвара, дарующего молодость. Он сказал, что я пожалею о своем решении и обещал превратить мою жизнь в кошмар. Видимо, обещание свое он сдержал.

– Тем не менее, мы не могли оставить этот донос без внимания, – Виктор протянул ко мне руку. – Тебе нужно поехать с нами в Ярикту, иначе…

– Иначе? – не подав руки, переспросила я, приподняв одну бровь.

– Иначе нам придется тебя казнить, чего бы делать очень не хотелось, – спокойно ответил Артур, недовольно скрестив руки на груди. – Вдруг, твои способности опасны.

– В этом нет необходимости, – повернувшись на князя, ответила я. – Поверьте, через несколько месяцев, я не буду ни для кого представлять никакой угрозы.

– Закон есть закон, – ровным, холодным тоном произнес Димитрий, запрыгнув на свою лошадь. – Тебе придется поехать с нами, хочешь ты этого или нет.

– Что, если я откажусь ехать в Ярикту?

– Тогда, – Димитрий обхватил рукой рукоять своего меча, пристегнутого к поясу. – Нам придется тащить тебя в Ярикту силой. И, поверь, тебе это не понравится.

Тяжело сглотнув образовавшийся в горле комок, я посмотрела на вытянутую руку наследника Ярикты и, словно в тумане, протянула свою ладонь ему навстречу.

Часть 4.

20 лет назад.

– Мы на месте, – Горд жестом руки приказал своим дружинникам остановиться.

– Здесь ничего не изменилось, – спрыгнув со своей лошади на траву, Аглая с восхищением оглянулась по сторонам, ощущая под ногами хлюпающую воду.

Закрытая от посторонних глаз густорастущими ракитами невысокая гора с белым рельефом, предстала прямо напротив девушки, неглубоко утопая в целебных водах самого чистого озера из существующих, которое местные так и прозвали «Чистые воды». Согласно преданиям, хозяйкой источника была богиня судеб – Макошь, которая и даровала людям целебный источник.

Из самой горы, небольшой струей текла кристально чистая вода, заполняющая озеро. Переполняясь, она выходила из берегов, разливаясь и затопляя землю вокруг. Тропинка к горе была выложена несколькими гладкими камнями, что простирались вдаль от самого берега.

– Хочешь сказать, эта вода особенная? – Горд попытался въехать в озеро на лошади.

– Не смей! – грубо крикнула Аглая. – Эта вода священна. Хочешь пить, набери воды в кадку, но попусту входить в нее не смей.

Горд опешил, замерев в недоумении. Раньше, Аглая ни разу не повышала на него голос. Мужчина потянул поводья на себя, заставив лошадь отшагнуть назад.

– Все слышали? – Горд, наконец, спрыгнул со своей лошади и, обернувшись к дружинникам, громко скомандовал. – Сейчас отдыхайте, напоите лошадей, и будем выдвигаться дальше.

Аглая подошла к краю берега озера, приподняв подол платья. Немного покопавшись в недрах своей сумки, женщина достала пустую стеклянную колбу, закрытую деревянной щепкой.

– Справишься? – в голосе Горда промелькнуло беспокойство.

– Конечно, – Аглая мягко улыбнулась мужчине, когда он нежно провел ладонью по ее щеке. – Не в первый раз ведь уже.

Девушка ступила на первый камень, сразу ощутив босыми ногами приятный холод, исходивший от них. Глубина озера была чуть выше щиколотки, но входить в его воды было категорически запрещено.

– Иди осторожнее, – Горд стоял у края берега, крепко прижав скрещенные руки к себе. – Камни очень скользкие.

Аглая аккуратно перешагнула на второй, затем на третий и на четвертый камень, стараясь сохранять равновесие. Девушка крепче сжала в руках колбу, боясь, что та выскользнет из руки.

– Почти, уже почти, – шептала себе под нос девушка, перепрыгивая с камня на камень.

– ПОЛУЧАЙ, СВИНЬЯ!

Горд и Аглая резко обернулись на крик, раздавшийся позади них. Двое дружинников сцепились друг с другом, что-то не поделив. Один из мужчин сильно толкнул другого, ударив его ладонью в грудь, отчего второй повалился на пропитанную водой землю, промочив себе одежду.

– Вы что устроили, идиоты? – закричал рассвирепевший Горд, бросившись, вслед за остальными, разнимать дружинников.

Но, не успел он приблизиться к зачинщикам, развязавшим драку, как лежащий на земле дружинник, схватил за рубашку своего соперника и, уперев ногу ему в живот, перекинул мужчину через себя, отправив его прямиком в озеро.

– Сукин, ты, сын! – зарычал Горд, обернувшись на Аглаю.

Земля затряслась. Камни, что были выложены дорожкой к горе, начали расшатываться. Не удержавшись, Аглая соскользнула, ступив ногами в воду.

– Черт, – выругалась девушка, ощущая, как вся земля вокруг начала ходить ходуном.

– Аглая, беги сюда, сейчас же! – завопил Горд, махнув рукой.

– Надо взять воды! – уперлась девушка, стараясь удержаться на ногах.

Земля настолько расшаталась, что в некоторых местах начали образовываться трещины.

– А, вот это уже плохо, – Аглая замерла, посмотрев себе под ноги. Вода, в которой она находилась, медленно начала холоднеть и покрываться наледью, нарастающей от краев к центру озера.

Аглая, ринулась к горе, на бегу сорвав крышку с колбы. Подбежав к струе чистой воды, девушка, трясущейся от волнения рукой, старательно пыталась наполнить емкость жидкостью. Оглянувшись, она заметила, как лед стал нарастать быстрее и сильнее.

– Аглая, Аглая, – не унимался Горд, уже намереваясь ступить на образовавшийся у краев берега толстый слой льда, – Я иду!

– Стой! – крикнула девушка, жестом руки показав Горду остановиться, – Я закончила!

Как только сосуд был набран до краев, девушка, развернулась, намереваясь бежать и тут же замерла, опустив руки. Огромная ледяная волна стеной возникла прямо перед ней, преграждая путь к берегу.

– Аглая… проклятье… Аглая… – с берега доносился охрипший вопль Горда.

Как только волна окончательно выросла, из ее верхней толщи, с хрустом, вылезли острые, словно копья, ледяные колья, отливающие на солнце разными цветами, словно самоцветы. Волна резко двинулась вперед, замораживая оставшуюся нетронутой воду в озере.

Аглая сделала шаг назад, тут же уперевшись спиной в каменную гору ровно в том месте, где тонкой струей стекал источник. Платье сразу намокло, обдав кожу спины холодом и неприятной сыростью. Женщина вжалась в гору, спешно пытаясь придумать, что предпринять. Она крепко сжала в кулаке колбу, больно закусив зубами нижнюю губу.

Ледяные колья почти коснулись ее лица, когда Аглая резко рухнула в воду, придавленная чем-то тяжелым.

– Набери как можно больше воздуха, – лежащий сверху женщины Горд, надавил на голову Аглаи, погрузив все ее тело в воду.

Колья с грохотом вонзились в гору, пробивая в ней глубокие дыры. Скалистые камни посыпались вниз, больно ударяясь о спину Горда. Несколько мгновений и все прекратилось.

– Аглая? – Горд резко убрал руки с головы девушки, позволив ей вынырнуть лицом из озера, – Ты как? Жива?

– Кхе, кхе, – прокашлявшись, девушка шумно задышала, протирая ладонью глаза от воды, – Вроде, да.

– Надо выбираться, – Горд попытался пошевелиться, но был плотно придавлен сверху камнями. – Вот же черт. Похоже, мы застряли.

– Совсем никак не выбраться? – тяжелым тоном спросила девушка, стараясь повернуть голову в сторону мужчины.

– Надо разбить эти глыбы, – Горд поерзал, в надежде выпутаться из-под толщи завала. – Но, я даже не могу пошевелиться.

– Мне нужна моя рука, – Аглая с большим трудом пыталась высвободить руку, придавленную ее же телом. – Я разобью лед, только, здесь большая толщина, понадобиться много силы.

– Сейчас, чуть-чуть, – Горд напрягся, стараясь как можно выше приподняться над девушкой, чтобы она смогла вытащить руку, – Нам все равно надо как-то выбираться.

– На восстановление силы уйдет несколько дней, – Аглая наконец-то высвободила руку, немного стряхнув ее, чтобы сбить онемение. – С обрядом придется подождать.

– У нас особо нет выбора, – с досадой усмехнулся Горд, уткнувшись Аглае в затылок. – Так что, действуй.

Девушка, лежа на животе, вытянула вперед руки, широко растопырив пальцы. Она тихо бубнила себе под нос невнятные слова до тех пор, пока ее ладони не начали светиться ярким, белым светом. С каждым новым словом, свечение усиливалось, заполняя то небольшое пространство, которое осталось у них после обвала.

Смотреть на свет уже становилось невыносимо, отчего Горд крепко зажмурил глаза. Его слух уловил отчетливый треск льда, начавший постепенно усиливаться. Мужчина немного приоткрыл глаза, разглядев сквозь прищур и образовавшиеся в толще льда трещины, проступающее голубое небо.

– Ну, давай же, – закряхтела Аглая, стиснув зубы от напряжения. Руки девушки начали потряхиваться, с трудом удерживая такое большое количество магической силы.

Лед трещал, с грохотом обваливаясь и тут же растворялся, едва коснувшись воды озера.

– Они живы! – закричали дружинники, кинувшись спасать пленников из заточения.

Как только последний кусок льда рухнул в воду, дружинники спешно приступили к откапыванию Горда из-под толщи земли и каменной крошки.

– Вот так, – наконец освободившись, тяжело выдохнул Горд, всем телом рухнув в воду. – Ты цела?

– Вроде бы, да, – обессиленная Аглая, почувствовав освобождение, перевалилась на спину, несколько раз глубоко вздохнув.

– Мы чуть не закончили с тобой эту жизнь, – иронично усмехнулся мужчина, переплетя свои пальцы с пальцами девушки.

– Погоди, – рассмеялась Аглая, повернув голову к Горду, и подмигнув ему. – Еще не вечер.

Уставшие и вымотанные, они вдвоем начали безудержно смеяться, продолжая лежать в озере.

Часть 5.

– Как же хочется как следует отоспаться, – устало пробубнил Артур, сгорбив затёкшую от езды верхом спину. – Когда доберемся, первое, что я сделаю, это завалюсь спать на мягкую, пуховую перину.

Прошло уже семь дней, как я покинула свою родную деревню Глушь и отправилась в столицу Ярикты.

Прошло семь дней, как я неустанно продолжала трястись в открытой повозке, сопровождаемая тремя князьями и их дружинниками.

Семь дней, как я стала пленницей только потому, что занималась тем, что помогала людям, используя свой магический дар.

Все эти дни мы шли разбросанным строем и порядком выбились из сил.

За время в дороге, единственная картинка, что сменялась у нас перед глазами – это маленькие, скудные деревеньки, насчитывающие не более 20 небольших деревянных, крестьянских домиков, слепленных из толстых, хорошо просмоленных сосновых или дубовых бревен. Все дома располагались на достаточно близком расстоянии друг от друга, давая возможность соседям в доли секунды разнести слухи о том, что на их земли ступила нога знатных особ. Все, от мала до велика сбивались в кучи вокруг нас, не давая нам спокойно пройти.

Каждый раз мы наблюдали одну и ту же картину, как с полей, спотыкаясь о земляные глыбы, к нам на встречу бежали молодые девушки, наспех стараясь стереть пыль с лица, отряхнуть подол длинной, ситцевой юбки, да поправить сбившийся от работы платочек. Они бежали, спешно обгоняя заплетающихся в собственных ногах мужиков с граблями на перевес. Все, даже старики, старались выйти на улицу, чтобы внимательнее рассмотреть потревоживших их незнакомцев.

И так было в каждой деревушке. Мы привлекали слишком много внимания, возгласов и восторженных криков. В нескольких деревнях мы задерживались на ночь, чтобы самим перевести дух, пополнить провизию и дать отдохнуть лошадям. А, поскольку, постоялых дворов почти нигде не было, нам приходилось напрашиваться на ночлег к местным крестьянским семьям.

Хотя, к нашему большому удивлению, люди не только охотно соглашались нас приютить, но еще и спорили, кто именно это сделает.

В целом, ночлег в каждой деревушке был достойным. Единственное, что все омрачало, это жесткие, дубовые кровати, с настолько тонкими, пуховыми перинами, что казалось, ты спишь на голых досках.

Ужин из раза в раз не отличался обилием блюд. В основном это была ячменная или пшенная каша, сваренная на коровьем молоке, запеченная в печи редька, немного серого хлеба с салом и бочонок кваса. Один раз подали зажаристую в печи утку. Бывало, что даже предлагали медовуху. И тогда, под натиском уговоров, мы соглашались отведать малость холодного, освежающего напитка, который немного помогал забыть о жесткой кровати, что ждала каждого из нас ночью.

Провизия, собираемая в дорогу, тоже, была достаточно скудной – ломти высушенного хлеба в виде сухарей, кукурузные лепешки, да пирожки с ягодами, которые надо было съесть как можно быстрее, потому что в такую жару они быстро портились. Радовало, что хоть колодезной воды можно было вдоволь набрать.

Несмотря на такое скромное гостеприимство, князья всегда щедро благодарили приютившие их семьи, оставляя им значительные суммы серебром.

В остальном, все что нас постоянно сопровождало, так это раскинутые во все стороны, нескончаемые поля, засеянные пшеницей или рожью, одинаковые березовые рощи, да маленькие озерца и мелкие речушки, заросшие вдоль берега высокой травой.

Князья рассказали мне, что когда ехали за мной, то останавливались в основном в открытом поле, чтобы не стеснять местных сельчан своим непрошеным визитом. Из удобств с собой у них были только смятые спальники. Они разжигали костер, чтобы пожарить собранные грибы или пойманную рыбу, а еще оставляли одного смотрящего, который сменялся каждые два часа. Со мной же, они старались не позволять себе подобные ночевки, объясняя это тем, что я не подготовлена для ночлегов в открытом поле.

– Осталось еще три дня, и мы прибудем в Ярикту, – спокойно произнес Димитрий, стараясь подбодрить своего брата.

За все время в пути, Димитрий со мной практически не разговаривал. Он ехал впереди всех нас, прокладывая путь до Ярикты. Мне была не понятна причина такого отстраненного отношения князя ко мне. Даже его брат Артур с легкостью поддерживал со мной беседы, не говоря о Викторе, который практически не отъезжал от моей повозки и смешил меня всю дорогу забавными историями про Артура, отчего тот начинал злиться и краснеть, словно вареный рак.

– Какая она, Ярикта? – с интересом спросила я, стараясь представить в голове ее образ.

– Ну, какая, какая… – задумался Виктор, вскинув глаза к небу. – Большая, наверное, и сильная.

– Сильная? – удивленно переспросила я, посмотрев на князя, получив от него в ответ милую улыбку.

– Ярикта большая, могущественная страна, по силе уступающая лишь Стрижде, – Виктор пристально посмотрел в спину, едущему впереди Димитрию. – В этом году, в Ярикте, пройдет одна из самых больших ярмарок, приуроченная к празднованию Купалы.

– На которую, мы, кстати, можем не успеть, – огорченно пробубнил Артур, недовольно скрестив руки на груди.

– Не говори ерунды, – отмахнулся Виктор. – Праздник не начнется без нас. По крайней мере, без твоего брата точно.

– Димитрий как-то связан с празднованием Купалы? – удивленно спросила я, неловко подскочив в повозке, когда одно из колес наехало на камень.

– Осторожно, Анна, – громко воскликнул Виктор, стараясь поддержать меня за плечо.

На мгновение, мне показалось, что голова Димитрия дрогнула, обернувшись.

– С праздником Купалы Димитрий вряд ли связан, – зевая, ответил Артур. – А, вот свою помолвку он пропустить точно не сможет.

– Он помолвлен? – оживленно спросила я, привлекая к себе озадаченные взгляды Виктора и Артура. – Просто, интересно. Я ведь об этом ничего не знаю.

Плотно сжав зубы, я прикусила язык, стараясь больше не ляпнуть лишнего.

Димитрий, интересно, какой он? Наследник трона Стрижды, будущий Король. Мне князь показался высокомерным и надменным. Он не скрывал своего презрения ко мне за то, что я обладала колдовскими способностями. Даже не зная меня, как человека, кем я являюсь, по каким принципам живу, он взялся судить меня только по моей принадлежности к магии. Этот человек не был достоин ни капли моего внимания, ни грамма моего интереса к нему. Но, все равно, при упоминании помолвки, я почувствовала волну неприятного жжения в груди. Обычно, такое чувство у меня возникало, когда я понимала, что ничем не могу помочь неизлечимо больному человеку. Именно так, внутри меня, ощущалась безысходность.

– Брат помолвлен со сводной сестрой Виктора, – без интереса ответил Артур.

– Скоро мы с тобой тоже станем братьями, – задорно улыбнулся Виктор, обхватив рукой шею Артура. – Теперь и у меня будет свой собственный младший брат, за которым я буду присматривать.

– Ах, ты псина! – недовольно рявкнул Артур, стараясь отпихнуть Виктора. – Зачем за мной присматривать то?

– Чтоб ты на ярмарке, спьяну не начал силой со всеми подряд мериться, – усмехнувшись, произнес Виктор, лукаво прищурив взгляд в сторону друга.

– Это когда такое было? – Артур злобно шикнул в сторону Виктора.

– Всегда, – спокойно парировал Димитрий, поровняв свою лошадь с лошадью младшего брата.

– Вот видишь, друг мой, я прав, – Виктор вновь поравнялся с Артуром и хлопнул его рукой по плечу.

– Да, пошли вы к черту, оба! – Артур стряхнул руку друга со своего плеча. – Спелись вдвоем против меня.

– Это мы еще умолчали, как ты в прошлом году приперся в замок с поросенком в руках, назвав его своим сторожевым псом. Команды пытался ему давать, а когда наигрался, отпустил бегать. Слуги его потом битый час поймать не могли, – рассмеялся Виктор, подмигнув мне.

– Кстати, Димитрий, – Артур перевел удивленный взгляд на брата. – Не знал, что официальная дата помолвки уже назначена. Почему ты мне ничего об этом не сказал?

– Потому что никакая дата еще не назначена, – отмахнулся Димитрий, слегка потупив взгляд. – Дай вначале добраться до Ярикты.

– Получается, Стрижда и Ярикта объединятся? – стараясь сохранять равнодушие, спросила я, посмотрев на князя.

– Можно и так сказать, – холодно ответил Димитрий, услышав мой вопрос. – Это мероприятие позволит нам урегулировать некоторые дипломатические вопросы между нашими странами.

– Мероприятие? – с нотами презрения в голосе, спросил Виктор. – Ты так к этому относишься, Димитрий? Моя сестра без ума от тебя, ты ведь это знаешь.

Димитрий потянул поводья на себя, заставив свою лошадь остановиться. Вместе с ним, остановились и все мы.

– Не читай мне нотаций, Виктор, – твердо заявил, Димитрий. – Ты не хуже меня понимаешь, что династические браки заключаются ради улучшения отношений между странами и достижения большего влияния над территориями. Я не клялся в любви твоей сестре, и ты это знаешь.

Виктор посмотрел на друга напряженным взглядом, от которого хотелось провалиться сквозь землю. Кожа перчаток князя заскрипела, когда он с силой сжал в руке поводья.

– Пусть так, – с легкой долей напряжения, ответил Виктор, скорчив на лице едва заметную улыбку. – Но, обижать свою сестру я тебе не позволю.

– Я и не собирался этого делать, – не дожидаясь ответа, Димитрий дернул поводья, дав команду лошади пойти вперед.

– Я надеюсь, – негромко произнес Виктор, легко стегнув поводьями. Последовав примеру князей, мы вновь продолжили путь в сторону столицы.

Некоторую часть дороги, нас сопровождало напряженное молчание.

Династический брак – это брак не по любви, и по реакции Димитрия, это хорошо было видно. Однако, если верить словам Виктора, его сестра питала к будущему Королю Стрижды особые чувства.

Не стану скрывать, но мысль о том, что целью помолвки должна стать лишь взаимная выгода для обеих стран, а не настоящие чувства Димитрия к наследнице Ярикты, слегка воодушевила меня. Однако, мне было странно осознавать, что все мои мысли сейчас были заняты князем. Безусловно, наследный Король был очень красив. Раньше, я никогда не вглядывалась во внешность парней, которые жили в Глуши или приходили ко мне за помощью. Все они были для меня лишь вопрошающими со своими проблемами, вопросами и недугами.

Однако, когда я впервые увидела Димитрия, то с трудом могла отвести взгляд. Вот уж никогда бы не подумала, что кто-то может мне понравиться. Хотя, я прекрасно понимала, что мои рассуждения сейчас были сродни рассуждений незрелого ребенка, нежели девушке, переступающей порог совершеннолетия. Насколько же это было глупо с моей стороны, уделять внимание мыслям о князе. Ведь, его род всегда ненавидел таких, как я, и почти несколько лет пытался нас искоренить. К тому же, всего через пару месяцев я отправлюсь в Царство Нави, обретя там вечный покой.

В какой-то момент, мне показалось, что я слишком зациклилась. Слегка тряхнув головой, чтобы отогнать непрошенные мысли, я вернулась к главному вопросу, который непосредственно касался именно меня.

– Что будет со мной, когда мы приедем в Ярикту? – оторвавшись от мечтаний, с легким напряжением в голосе, спросила я.

– Для начала, мы отведем тебя в Гильдию магов, – ответил на мой вопрос Артур. – Они замеряют уровень твоих сил, поставят на руке отметку с гербом Ярикты и внесут тебя в учетную книгу, а затем, просто отпустят домой.

– Не переживай, Анна, – спокойно ответил Виктор, улыбнувшись мне. – Я стану твоим личным сопровождением в Ярикте, а потом, помогу тебе добраться обратно до твоей деревни. Даю слово, одну я тебя не оставлю.

Виктор, пристально посмотрел на меня, а затем подмигнув, развернул своего коня, пустив его рысью в другую сторону. Буквально через несколько секунд, князь и вовсе скрылся из вида.

Слова князя немного смутили меня. До сих пор, еще никто не горел желанием мне помочь. Его внимание и забота, были мне приятны, хоть раньше, я подобного обращения к себе и не знала. Сколько себя помню, всегда приходилось со всем справляться самой.

– Ну, и куда этот полоумный встрепенулся? – вглядываясь в даль, Артур прикрыл глаза ладонью, пряча их от палящего солнца.

– Получается, колдовать я больше не смогу? – с нескрываемой печалью в голосе, спросила я.

– Ты и так не должна была колдовать, – ровным тоном ответил Димитрий, едущий впереди, который даже не удосужился обернуться ко мне.

Однако, я заметила, что князь немного натянул поводья своей лошади, дав ей команду замедлиться.

– Это все, что я умею, – с досадой сказала я, отвернув голову немного в сторону. – Магия дает мне возможность зарабатывать на жизнь. К тому же, практически все, кто ко мне обращались, были мне благодарны.

– И, все же, магия вне столицы и без разрешения Царя запрещена, – устало ответил Димитрий, поравнявшись со мной. Он легко похлопал своего вороного коня по шее. – В Ярово сделаем привал, надо накормить и напоить лошадей.

До заката нам необходимо добраться до Ярово, где мы, наконец-таки, сможем сделать долгожданный привал. В противном случае, нам придется продолжить ехать ночью, чтобы к утру добраться до нужного места, где мы сможем дать лошадям возможность передохнуть и набраться сил. А, пока, впереди нас ждала лишь бесконечная полоса не заканчивающихся полей.

– Кстати, Анна, почему ты отказала той женщине? – с любопытством спросил Артур. – Я про жену хозяина рыболовецкого хозяйства.

– Я… помогаю лишь тем, кто этого заслуживает, – задумчиво ответила я, вспомнив ту размалёванную женщину с вульгарным внешним видом.

– А, как же заработок? – с иронией в голосе, спросил Димитрий, проведя рукой по своим волосам. – Думаю, та женщина могла достойно тебя отблагодарить.

– Что? – чувствуя нарастающий внутри гнев, шикнула я, словно змея.

– Сама же сказала, что магия помогает тебе зарабатывать себе на жизнь, – самодовольно заявил князь, приподняв одну бровь.

– Я не об этом говорила! – гневно вскрикнула я, вскочив на ноги в движущейся повозке. С трудом сохраняя равновесие, я качалась из стороны в сторону, так и норовя рухнуть вниз. – Хорошо тебе, князь, говорить о заработке, когда сам живешь на всем готовом?

– Извини? – Димитрий остановил лошадь, в недоумении нахмурив брови.

– Ты слышал, что я сказала! – я потянула поводья, остановив лошадь, тянущую мою повозку. – Князь, наследник, Король! Тебе не нужно задумываться, что ты будешь есть на завтрак или, что будет в твоей тарелке на ужин. Бьюсь об заклад, ты даже не знаешь, сколько у тебя рубашек. Каждый день тебе просто приносят свежую и новую.

Димитрий не ответил. Его взгляд стал холодным. Казалось, и так темно-зеленые глаза приобрели еще более темный оттенок.

– Анна, ты чего? – отошедший чуть поодаль от нас Артур, тоже остановился, развернув лошадь в нашу сторону.

– Что такое, князь? – я легка вскинула голову вверх, приподняв подбородок. – Удивлен, что простым крестьянам приходится зарабатывать себе на жизнь собственным трудом? Не всем блага даются только за наличие княжеского титула.

– Я удивляюсь не этому, Рыжуля, – спокойно ответил Димитрий. На его лице промелькнула отчетливо заметная полуулыбка.

Рыжуля? Не ожидав такого обращения, я вскинула вверх брови.

– И, все-таки, Анна, – задумчиво пробубнил Артур, уставившись на меня своими голубыми глазами. – Что было не так с той женщиной? Почему ты ей отказала?

– Она уродует своих служанок, – уверенно бросила я, плюхнувшись вниз в повозку. – Бьет их, мучает, изгаляется над ними как только может.

– Ты уверена? – пораженный этой новостью, переспросил Артур.

– Все они в разное время обращались ко мне, – я задумчиво уставилась в пустоту, стараясь сильно не погружаться в те неприятные воспоминания. – У одной от хлыста была рассечена вся спина, у другой – ноги проткнуты до костей из-за того, что барыня приказала ей стоять на металлических спицах, а у третьей была обожжена половина лица. Как, по-вашему, я должна была помочь той женщине, чтобы заработать себе несколько серебряных или же нет?

– Нет… – промямлил Артур, резко покачав головой. – Определенно, нет.

– Я помогаю лишь тем, кто этого заслуживает, – холодным, тяжелым тоном, произнесла я. – И, плату я беру такую, какую люд сам даст. У некоторых даже нет денег, чтобы себя куском хлеба обеспечить. Приходится им помогать даром.

– Думаешь, если спросить тех девушек о побоях, они признаются? – поинтересовался у меня Димитрий. Я заметила, что его взгляд стал глубоким и задумчивым.

– Не думаю, – я отрицательно качнула головой. – Вы же все равно, кроме как словесного и денежного наказания ничего этим хозяевам рыболовецкого угодья предъявить не сможете. А, они, в свою очередь, за донос, отыграются на тех девушках сполна.

– Вот и вся сила Ярикты… – тихо прошептал Димитрий, отвернув голову в сторону простирающегося вдаль поля.

Я плохо разбиралась в дипломатических вопросах, и мне было невдомек, какую именно выгоду получат Ярикта и Стрижда после династического брака. Однако то, что Димитрия, как будущего Короля, не все устраивало в управлении Яриктой, было видно сразу.

– Куда делся Виктор? – пробубнил Артур, вспомнив про запропастившегося друга. Он вновь вгляделся в даль, прикрывая ладонью голубые глаза от яркого света. Его короткие, светлые волосы то и дело переливались в лучах полуденного солнца. – Как же хочется есть, уже живот к горлу подступает. Сейчас бы все отдал за жареного гуся.

– Ты скоро лошадь продавишь своим весом, – усмехнулся внезапно появившийся позади нас Виктор. Князь поравнялся со мной, встав рядом с моей повозкой. Он лукаво улыбнулся, протягивая мне синий василек. – К твоим зеленым глазам, Анна, больше бы подошли маки. Жаль, что они уже отцвели.

Я с благодарностью приняла цветок, слегка смутившись от неожиданности и довольно улыбнулась. Мне никто раньше не дарил цветов.

– Если будем продолжать собирать цветочки, то так и до зимы не доберемся до Ярикты, – недовольно парировал Димитрий, и не дожидаясь ответа, пустил свою лошадь резко вперед. Клубы пыли стеной выросли вокруг нас, заставляя отмахиваться от нее руками, словно от мошкары.

– Не обращай на него внимание, Анна. У него большие проблемы с воспитанием. Видимо в Стрижде не учат, как следует вести себя с девушками, – ухмыльнулся Виктор. Парень перевел на меня внимательный взгляд своих карих глаз. В свете дневного солнца, они казались немного светлее, чем в действительности. Едва ощутимый ветерок, легко касался его длинных, темных волос, собранных в хвост, а полуденное солнце умело подчеркивало слегка загорелую кожу на его лице.

Мы неспешно ехали в открытом поле. Солнце сейчас находилось в самом зените и пекло так, что можно было сгореть. Положив руку на голову, я ощутила, как она быстро нагрелась.

– Какое же пекло, – простонал Артур, скривившись в усталой гримасе.

– Почти середина лета, – Виктор посмотрел на мои пальцы, в которых я крутила подаренный цветок. – Анна, все нормально?

– Да, просто… – я слегка замялась, обдумывая ответ. – Почти двадцать лет я не покидала родную деревню. За эти годы все, что я видела, это крестьяне со своими проблемами и болезнями, да дорога от дома до реки. А, сейчас, я еду в столицу Ярикты и, впервые в жизни, мне подарили цветок, но…

– Но? – Виктор сильно потянул руки вверх, чтобы растянуть затекшие мышцы в спине.

– Я не знаю, что будет потом, – устало ответила я, одарив цветок печальным взглядом.

– Потом? – в недоумении переспросил Артур. – А, что будет потом?

– Ты про запрет на использование магии? – обеспокоенно спросил Виктор, дав команду лошади подъехать ближе к повозке.

Ничего не говоря, я просто кивнула. Все, что я до сегодняшнего момента умела, это использовать свои колдовские силы. Если мне запретят пользоваться силой, то я даже не смогу попытаться изменить пророчество Морены. Хотя, в глубине души я понимала, что времени что-либо исправить у меня почти не осталось.

– Я отведу тебя к Царю Ярикты, – уверенно заявил Виктор, протянув мне ладонь. – Даю слово, Анна. Я добьюсь того, чтобы отец разрешил тебе использовать магию за пределами Ярикты.

– Не бросай на ветер обещаний, которые не сможешь сдержать, – усмехнулся Димитрий, поравнявшись с нами. – Тебе, как будущему Царю, это чести не прибавляет.

– С какой целью, ты все время меня цепляешь? – сквозь зубы процедил Виктор, выдавив из себя нечто, смутно похожее на ухмылку.

– Я знаю тебя почти всю твою жизнь, Виктор, – иронично ответил Димитрий. – И, твою слабость к симпатичным девицам тоже.

– Девицам? – переспросила я, нахмурившись.

– Не слушай его, Анна, – раздраженно бросил Виктор. – У моего друга очень длинный язык и совсем отсутствуют манеры. Он способен только мечом махать, да приказы дружине раздавать.

– Хоть кто-то, из нас двоих, умеет мечом махать и правильные приказы дружине давать, – колко бросил Димитрий. – Не всем же цветочки собирать.

– Замолчите оба! – громко воскликнула я, резко вскочив на ноги.

Князья и дружинники остановились, в недоумении посмотрев на меня. Я стояла в повозке, замерев на месте и внимательно всматривалась вдаль. Мой нос сморщился от сильного, мерзкого запаха, принесенного ветром с дальнего конца поля. Я сразу поняла кому он принадлежит, ведь его невозможно было ни с чем спутать.

– Анна? – растерянно спросил Виктор, намереваясь пустить лошадь ближе ко мне. В ответ, я резко вскинула ладонь, останавливая его и отрицательно покачав головой.

– Что происходит? – Димитрий настороженно приподнял бровь, крепче сжав в руках поводья.

– Все замолчите! – грубо огрызнулась я, почувствовав, как Она бежит на нас, сминая ногами зеленые побеги молодой пшеницы. – Сколько сейчас времени?

– Около полудня, – растерянно ответил Виктор, – Сейчас самый солнцепек.

– Вот же, проклятье, – я злобно выругалась, спрыгнув с повозки. – Полудница!

– Какая еще к черту Полудница? – Димитрий озадаченно переспросил, повернув голову назад.

– Я думал они всего лишь выдумка, чтобы детей пугать, – Артур первый спрыгнул со своей лошади. Вслед за ним, это сделали Виктор с Димитрием.

– Поверь, лучше бы они были просто выдумкой, – я быстрым шагом ринулась вперед, чтобы попытаться перехватить Полудницу раньше, чем она сможет добежать до нас.

– Живо встань за мной! – скомандовал Димитрий, остановив меня и схватив за руку.

– Что? – я озадаченно посмотрела на князя, грубо схватив его за ворот рубахи. – Ты серьезно? Лучше сам встань за мной, если жить хочешь.

Я понимала, что только для меня Полудницы были не опасны. Раньше, я уже встречалась с ними, однако, мной эта нечисть никогда не была заинтересована. Ведь единственные кто, по-настоящему был интересен этим тварям – это люди, а точнее мужчины, которым она вначале вскруживала головы, а затем перекусывала шеи.

Выдернув руку из хватки князя, я вышла вперед, встав напротив Артура.

– Группируемся! – Виктор скомандовал, но было уже поздно. Прямо перед ним возникла Она.

Почти разложившийся труп молодой девушки жадно смотрел на князя мутными, красным глазами. По сохранившимся очертаниям лица можно было судить, что при жизни эта девушка могла быть очень красивой.

– Все еще думаешь, что Полудницы выдумка, дружок? – я иронично толкнула Артура локтем в бок.

– Человек, – Полудница протянула к Виктору свою гниющую руку с проступающими на запястье костями. Посеревшая кожа, щека разорвана до дыры. Грязное, перепачканное землей платье было изорвано и свисало с плеч. Единственное, что сохранилось у нечисти таким же, как и при жизни это ее волосы. Увенчанные венком из васильков и ромашек, они игриво блестели на солнце, переливаясь золотистым цветом.

– Для тебя здесь ничего нет, уходи, – твердо бросила я, пытаясь перевести внимание Полудницы на себя.

– Человек, – но она не обратила на меня ни малейшего внимания, сосредоточившись на Викторе.

Неожиданно, в воздухе послышался треск дерева. Дружинники, съедаемые страхом, натянули тетиву своих луков, наводя стрелы в сторону Полудницы.

– Стойте и не шевелитесь, – подняв палец вверх, я предостерегла дружинников не делать глупостей.

– Ну, и запашок от нее, – скривился Виктор, говоря в нос. Он попытался медленно нагнуться вниз, стараясь дотянуться до лежащей на земле палки.

Полудница замолчала, наклоняя голову с одного бока на другой. Она внимательно изучала каждое движение, стоящей перед ней жертвы.

– Есть идеи? – раздраженно бросил Димитрий. Его рука замерла в паре сантиметров от меча, который был приторочен к седлу.

– Просто стойте, – напряженно ответила я.

– И долго нам так стоять? – с испугом в голосе, спросил Артур. Он застыл без движения возле меня и Димитрия, стараясь подавить нарастающую дрожь в теле.

– Облака, – я перевела взгляд в небо. – Как только солнце скроется за ними, Полудница исчезнет, и у нас появится немного времени, чтобы убраться от сюда.

– А, до тех пор что? – выдавив из себя наигранный смешок, спросил Виктор.

Не успела я ответить, как воздух тут же пронзил рассекающей гул. Один из дружинников не удержал запотевшими пальцами конец стрелы. Она выскользнула у него из руки и вонзилась Полуднице в грудь.

– Ну, все. Нам конец, – пропищал Артур перед тем, как нечисть сорвалась с места.

Она с безумной скоростью стала нарезать круги вокруг дружинников, поднимая вокруг них столбы пыли. Полудницы бегали гораздо быстрее любого человека или зверя, угнаться за ними было практически невозможно. В какой-то момент, дружинники закашлялись из-за нехватки воздуха.

Димитрий выхватил свой меч, и вместе с Артуром ринулся к Полуднице, чтобы помочь дружинникам.

Внезапно, нечисть остановилась, высматривая для себя новую жертву. Поднятая вверх пыль еще не успела осесть, как все дружинники без сознания, с грохотом, рухнули на землю.

Не мешкая, Полудница кинулась на Виктора, повалив князя на землю. Извиваясь над парнем, она изо всех сил пыталась дотянуться до его горла.

– Мерзкая тварь! – выругался Виктор. Он уперся руками Полуднице в лицо, стараясь скинуть ее с себя.

Я настолько растерялась, что не понимала, что мне нужно было сейчас делать. Ноги прилипли к земле, не давая сделать ни шагу.

Подбежавший к другу Димитрий, обхватил рукой Полудницу за шею и оттащил ее, заваливаясь вместе с ней на землю. Нечисть грубо брыкалась, истошно крича. В какой-то момент, она сильно ударила локтем парня в живот, вырвавшись на свободу.

Артур, подбежавший к Виктору, помог ему как можно быстрее подняться на ноги. Тут, на них вновь налетела Полудница, отшвырнув парней в разные стороны. Меч Артура отлетел, с лязгом ударяясь об землю. Нечисть хищно улыбнулась, приседая вниз. Она сильно оттолкнулась от земли, прыгнув в сторону князя. Артур успел увернуться, перевернувшись на живот. Перекатившись, он заметил ту самую палку, которую хотел взять Виктор.

И, только Полудница, вновь, прыгнула на князя, как Артур со всей силы врезал ей деревяшкой по голове, случайно скинув с ее макушки венок. Нечисть резко отпрянула от парня, быстро вскочив на ноги. Видя, как ее красивый венок валяется растрепанный на земле, Полудница истошно завопила на всю округу.

– Вот, теперь, нам точно конец, – отряхиваясь от пыли, иронично сказал Виктор. Вся его светлая рубаха была испачкана в грязи.

– Если так пойдет дальше, я боюсь, что мы не доживем до прихода облаков, – Димитрий внимательно следил за каждым движением нечисти. – Может есть другой способ убрать ее?

– Она не воскресший мертвец, а не упокоенный дух молодой девушки, – взволнованная сложившейся ситуацией, я судорожно пыталась придумать, что делать.

– Да? А почему тогда этот дух имеет вполне себе явственное тело и пытается сожрать нас? – Виктор потянулся к своему сапогу.

– Это одна из их способностей, чтобы можно было охотиться на людей. А, точнее, на мужчин, – мои глаза с любопытством наблюдали, как князь аккуратно запустил ладонь в сапог и вытянул из него маленький кусок заостренного, но необработанного лезвия.

– Вот это нам повезло, – усмехнулся Димитрий плотно сжав рукоять своего меча. – Как вам девушка, парни?

– Думаю, Артуру она должна прийтись по вкусу, – усмехнулся Виктор. – Смотри какие красивые волосы, а фигура… просто мечта.

– Идите вы к черту! – с отвращением, крикнул парень. – Дайте только выберемся отсюда, я вам тогда точно, как следует всыплю за такие шутки.

Полудница зарычала еще громче. Она раздвинула свои тонкие пальцы, приготовив гниющие когти к атаке. Нечисть сильно оттолкнулась от земли, прыгая в сторону Виктора. Князь быстро отшагнул в сторону, перехватив одной рукой нечисть сзади за шею, а другой воткнул лезвие ей в плечо. Полудница ничего не почувствовав, кинула беглый взгляд на торчащий из ее тела кусок металла, готовая продолжить нападение.

Облака за все время так и не приблизились к солнцу, словно нарочно обходя его стороной.

Не дав нечисти опомниться, Димитрий подбежал сзади, замахнувшись на нее мечом. Ударив со всего маха, парень отрубил Полуднице одну руку, камнем рухнувшую на землю. На месте разреза не выступило ни единой капли крови. Не придавая значения своей потери, нечисть рывком развернулась, сильно полоснув ногтями Димитрию по лицу. Из глубокой раны, тут же потекла алая кровь.

– Ааа, – я вскрикнула от испуга, зажав рот ладонью.

Почувствовав сильный запах крови, нечисть рассвирепела еще сильнее. Она схватила князя за шею оставшейся рукой, крепко сдавив ее и приподняла Димитрия над землей. Князь захрипел, скорчившись от боли. А затем, она отшвырнула его прямо на бегущего к ней Артура, отчего оба князя повалились на землю. Схватив Виктора, нечисть проделала с ним тоже самое, отшвырнув его прямо ко мне. Князь упал на землю, больно ударившись спиной о край повозки.

Больше не раздумывая, я закрыла глаза, сплетая пальцы между собой и стала тихо шептать:

«Матушка моя, мать сыра Земля,

Я здесь перед тобой,

Ладони свои мне раскрой,

И, силу твою мне открой»

В это мгновение в моих руках вспыхнул белый, яркий свет. А, когда я открыла глаза, в них больше не было зрачков. Их полностью заволокла плотная пелена, сменившая цвет моих глаз на белый. Князья застыли от удивления, лежа на земле.

Полудница раздраженно зарычала, переведя на меня свой хищный взгляд. Слегка присев, я замерла, готовясь к нападению. В тот момент, когда стопы нечисти оторвались от земли и Полудница полетела на меня, я в одно движение ударила ее в грудь, сильно обжигая ее. Полудница жестко рухнула на землю, поднимая вверх клубы земляной пыли. Быстро опомнившись, она вновь кинулась на меня, побежав в мою сторону на огромной скорости.

– Анна! – завопил Димитрий, скидывая с себя брата. Князь кинулся в мою сторону, но, развернувшись, я успела пробить тело Полудницы светящейся рукой, отчего нечисть закричала, впервые почувствовав боль. Из раны, что прорезала ей живот потекла густая, бордовая жижа, похожая на смолу. В эту же секунду, солнце, наконец, закрыли облака. Все поле заволокло легкой полутенью. Став почти прозрачной, тело Полудницы растворилось в тени.

– Наконец-то, – облегченно выдохнув, я стряхнула остатки вязкой, бордовой жидкости с ладони, и свет в моих руках исчез. – Тень, я же говорила, что она нам поможет.

– Как ты… – Виктор, поднялся с земли, стараясь растереть ушибленную поясницу, – … это сделала?

Но, отвечать на его вопрос я не стала. Вспомнив про лежащих без сознания дружинников, я ринулась к ним, чтобы помочь.

– Они живы? – поинтересовался Димитрий после того, как я их осмотрела.

– Да, – спокойно выдохнула я, положив руку одному из них на голову. Короткая вспышка яркого света в моей ладони, и дружинник начал шевелиться, морщась от неприятных ощущений. – Они просто под мороком.

– Ты как? – спросил Димитрий у подошедшего к нему Артура.

– Что это вообще, черт возьми, было? – парень огляделся по сторонам. – Впервые вижу подобную тварь.

– Если продолжим лазать под полуденным солнцем, встретимся с ней еще раз, – приведя в сознание последнего дружинника, я поднялась на ноги.

– Получается, ты нас спасла? – Артур озадаченно почесал затылок.

– И снова использовала магию, – негромко произнес Димитрий, не глядя на меня.

– А, ты что, хотел, чтобы эта тварь нас всех разорвала? – не дав мне сказать, уверенно заявил Виктор, положив свою ладонь мне на плечо. – Анна, ты спасла нас. Пусть, и не без помощи магии.

– Да, этот свет в твоих руках, – Артур взял меня за руку, покрутив мою ладонь из стороны в сторону. – Я ни разу ничего подобного у ведьм не видел.

– Это родовой дар, – я аккуратно выдернула свою руку из ладони князя. – С помощью этого свечения, я также лечу людей.

– Вот, значит, как, – улыбнулся Виктор, посмотрев в сторону Димитрия. – Пока одни пытаются искоренить магию, другие с ее помощью, спасают.

Димитрий стоял спиной к нам, внимательно наблюдая за своими дружинниками. Князь слышал, что сказал Виктор, но на его фразу отвечать не стал.

– Лучше живее собирайтесь, – Димитрий, повернулся к нам. – Впереди проходит полоса леса. Если не хотим умереть в открытом поле, нам нужно добраться до нее как можно быстрее.

– Твоя щека, – заметив кровящую рану на щеке князя, я машинально протянула ладонь, чтобы осмотреть ее.

Димитрий жестко перехватил мою руку, крепко сжав запястье, отчего кожа на его перчатках еле слышно заскрипела.

– В этом нет необходимости, – холодно бросил князь, развернувшись в сторону своей лошади. – Быстро в повозку, мы уходим отсюда.

Часть 6.

Мы остановились переночевать у самого края леса. По решению Димитрия, мне был выделен отдельный спальный шатер, в котором я могла немного обустроиться и спокойно спать.

С чем мне придется иметь дело в Ярикте по прибытию туда, я мало понимала. К тому же, во всей этой суматохе с отъездом, я забыла дома почти все свои снадобья, которые могли бы мне пригодиться в столь длинном путешествии. Провалявшись с бессонницей половину ночи, я решила попробовать успеть изготовить часть нужных мне отваров, прежде чем мы вновь двинемся в путь. Съедаемая чувством тревоги, я встала еще до прихода зари и принялась за работу.

И вот, по прошествии нескольких часов, я так и не успела ничего довести до конца. Одну кору дуба измельчить в пыль никак не получалось. А еще столько всего хотелось успеть сделать.

Я как сумасшедшая носилась по шатру, гремя банками и колбочками, пытаясь отрыть в своем бардаке нужные мне ингредиенты. Кругом все валялось разбросанным в разные стороны и, кажется, я даже успела что-то разбить.

– Черт бы тебя побрал! – раздосадовано завопила я в голос. – Почему сейчас?

Очень не кстати, у меня закончилась полынь, и листьев подорожника почти не осталось. Поэтому, мной было принято решение срочно бежать в лес.

Босая, я перекинула через себя плетеную сумку и спешно вылетела наружу, замерев прямо на выходе из шатра.

– Ты, что творишь? – опешив выругалась я, недовольно уставившись на дружинника, который приставил меч к моему горлу.

– Нам велено вас никуда не пускать, – каменное лицо дружинника было непроницаемым.

– Убери это, – я отшагнула назад, пытаясь рукой отодвинуть оружие от себя. – Сейчас же.

Но, мужчина так и остался стоять на месте, продолжив держать свой меч в направлении меня.

Получается, все это время, я просто находилась под пристальным вниманием стражи Димитрия. Видимо, я действительно не больше, чем просто пленница. Похоже, князь настолько сильно мне не доверяет, что ему проще держать меня под постоянным наблюдением. Только вот интересно, чего он больше боится? Того, что я сбегу? Или же, того, что я нападу?

Почувствовав, как внутри меня нарастает гнев, я внимательно посмотрела на дружинника своими белыми глазами, которые очень сильно походили на глаза мертвеца. Стражник побледнел от страха, отступив на шаг назад, в то время как я, сделала уверенный шаг прямо на него.

Я продолжила наступать, видя, как он неуклюже пятится от меня. Его перекошенное страхом лицо начало забавлять меня. Еще секунда, и я бы громко рассмеялась, но мое веселье прервал внезапно раздавшийся за спиной голос.

– Достаточно, – позади дружинника стоял Димитрий с недовольным лицом. Его рана на щеке больше не кровила, но все еще оставалась глубокой. – Оставь ее, пусть идет.

Мои глаза вернули свой обычный цвет. Теперь я точно знала, что еще мне нужно найти в лесу. Ни слова не говоря, я гордо вскинула подбородок и спешно прошмыгнула мимо князя, даже не посмотрев на него.

Зайдя в самую чащу леса, я остановилась возле кустарников дикой ежевики, рядом с которыми росла та самая, нужная мне трава. Находиться в лесу в это время дня мне нравилось больше всего. Большие кроны зеленых деревьев создавали в чаще легкую тень, заставляя горячий летний воздух сильно охладиться.

Несмотря на столь умиротворенную обстановку вокруг, спокойно заниматься сбором трав у меня никак не получалось, ведь я ощущала, что мою спину неустанно прожигает пара пристально смотрящих за мной темно-зеленых глаз.

– Так и будешь за мной ходить? – я обернулась, недовольно посмотрев на Димитрия. – Мне не нужны сопровождающие.

– Теперь, по твое милости, мой дружинник сильно напуган, – спокойно бросил он, рассматривая куст дикой ежевики. – Ты ведь понимаешь, что снова использовала магию за пределами Ярикты?

– Нечего было стоять у меня на пути, – опустившись на колени, я вырвала тысячелистник, легонько стряхивая куски грязи с кореньев об землю. Затем, готовые растения, я аккуратно сложила к себе в сумку. Чем именно князь был занят, я не видела, поскольку он стоял ровно позади меня.

– Это вынужденная мера в целях безопасности, – спокойно ответил Димитрий, однако, его слова меня сильно напрягли. – Пока мы ночуем в открытом поле, мы должны быть уверены, что за ночь с тобой ничего не случится.

Я задумалась над словами князя, как позади, отчетливо услышала хруст отрывающейся ветки.

– С трудом верится, что ты беспокоишься о моей безопасности, – я старалась сохранять спокойствие и не смотреть на князя, продолжая обрывать цветки тысячелистника.

– Я должен сохранить жизнь любого человека, живущего на землях Ярикты, независимо от того, кем он является, – за моей спиной послышался еще один хруст.

– Вот тебе они нужны были? – разозлившись, я повернула голову, недовольно уставившись на князя

– Ты о чем? – в недоумении, Димитрий нахмурил брови, замерев с отломанной веткой в руке.

Быстро встав на ноги, я подошла к князю, выхватив эту самую ветку у него из руки.

– Я говорю об этом, – я помахала веткой перед лицом Димитрия. Князь нахмурился, не понимая смысла моего недовольства. – Прекрати уничтожать все, что вздумается. Независимо от того, кем или чем оно является.

Не дожидаясь ответа, раздраженная поведением князя, я пошла вперед. Но, ступив лишь шаг, я почувствовала, как мужская рука схватила меня за локоть. Сильно потянув на себя, князь развернул меня к себе лицом.

– А, ты у нас спасаешь не только людей, но и защищаешь кустики с деревьями? – Димитрий иронично улыбнулся, не скрывая свою откровенную насмешку надо мной.

– Ну, кто-то же должен, – съязвила я, скривив на лице гримасу презрения. – Не всем же только мечом махать, да приказы дружине раздавать.

– Хм, – улыбнулся Димитрий, демонстративно разжав пальцы и выпустил мою руку из своей хватки. – У тебя чересчур острый язык. Осторожней, Рыжуля, а то однажды, сама уколешься об него.

– Приму к сведению, – уперев руки в грудь князя, я отпихнула его, отступив на шаг назад. Моя нога неловко покосилась. Споткнувшись о какую-то корягу, я начала сильно размахивать руками, чувствуя, что вот-вот потеряю равновесие. Не удержавшись, я полетела вниз. Почти в самом низу Димитрий ловко перехватил мою руку, не давая мне грохнуться на землю.

– Уверена, что тебе не нужен сопровождающий? – князь демонстративно хмыкнул, потянув меня вверх, чтобы я могла встать, – Как ты вообще способна хоть кого-то спасти, если путаешься в собственных ногах?

– Спасибо, – равнодушно бросила я, высвободившись из хватки князя. Расправив подол платья, я направилась в сторону разбитого нами лагеря. – До свидания.

Я была почти уверена, что князь посмеялся мне в спину. Такой жалкой, я себя еще никогда не чувствовала. Мало того, что Димитрий презирает меня за мой дар, так еще и ставит под сомнение мою способность помогать людям.

Пока я брела погруженная в собственные раздумья, полоса леса уже закончилась. Я спокойно возвратилась в лагерь. Дружинники копошились возле котелка, выскребая из него остатки вчерашней каши. При взгляде на меня, они заметно напрялись. Видимо, об утреннем происшествии они все уже были осведомлены. Виктора и Артура нигде видно не было. Солнце уже взошло, но еще не начало так сильно печь.

Воспользовавшись отсутствием князей, я возвратилась обратно в свой шатер. Достав из сумки сорванный тысячелистник, я грубо порвала его на куски, сложив получившуюся массу в глубокую, глиняную миску. Зачерпнув ковшом из ведра принесенной с вечера воды, я как следует окатила ей растения. Тщательно промыв их, я переложила чистую траву в глиняный кувшин. Достав из сумки забранный из дома корень лопуха, немного высушенного зверобоя и крапивы, я также вытащила пустую стеклянную банку и тонкую, деревянную ложку. Собрав в охапку все это добро, я вышла из шатра на улицу.

– Разожги костер, – пытаясь ничего не уронить, попросила я, увидев Артура.

– Анна? – князь спешно подбежал ко мне, перехватив часть трав. – Что ты собралась делать? И, зачем тебе костер днем?

– Буду делать то, что умею, – ссыпав все ингредиенты на траву, я распрямилась, уперев руки в бока. – Давай, помогай мне.

С лицом полным недоумения, Артур принялся разжигать костер. Оглядевшись по сторонам, я заметила, что дружинники тоже испарились.

– А, где Виктор? – с любопытством поинтересовалась я.

– Димитрий позвал его осмотреться, – ответил Артур, сильно подув на начавшие тлеть ветки, чтобы они сильнее разгорелись. – Нужно понять, какой дорогой лучше ехать.

– Я, так понимаю, дружинники с ними пошли? – я осмотрелась по сторонам, приметив две крупные палки. Обхватив ими горлышко глиняного кувшина с тысячелистником внутри, я осторожно перенесла его, поставив прямо на тлеющие ветки.

– Да, – Артур озадаченно почесал затылок. – Что ты все-таки делаешь?

– Пытаюсь приготовить мазь, которая быстро вылечит щеку твоего брата. Грязь на ногтях Полудницы заразна, – открыв колбу, я высыпала перемолотый корень лопуха в кувшин. – Если рану не лечить, она может начать гноить.

– Не думаю, что Димитрий этим воспользуется, – Артур громко выдохнул, сев напротив костра возле меня. – Мой брат слишком гордый.

– Если мазь вручу ему я, то он конечно откажется, – я закинула в кувшин крапиву и зверобой. – Поэтому, лекарство отдашь ему ты.

– Чего? – спросил Артур, обреченно на меня посмотрев. – И, давно ты этот план придумала?

– Только что, – растерев ладони друг об друга, я сложила их вместе, сосредоточившись. – Все, не мешай.

Закрыв глаза, я старалась сконцентрировать все внимание на своих руках. Замедлив дыхание, я начала ощущать, как по моему телу бежит энергия, как кровь гонит ее по всему телу, скапливая эти потоки у меня в ладонях. Открыв глаза, я начала медленно разводить руки в стороны, ощущая между ними нарастающее тепло. Пронзительный белый свет зажегся между моих ладоней, становясь все ярче.

Сконцентрировав энергию в ладонях, я задержала ее над закипающей травяной жижей, а затем, погрузила свет внутрь кувшина. Яркая, мгновенная вспышка и все рассеялось.

– Это, что такое было? – завороженный увиденным, спросил Артур, стараясь заглянуть внутрь кувшина.

Взяв все те же палки, я сняла горячий отвар с огня. Зачерпнув ложкой полученную мазь, я соскребла ее в банку.

– Мазь готова, – я протянула Артуру баночку с зеленой жирной массой. – Держи.

– Фу, – Артур поднес банку к носу и тут же сморщился, ощутив неприятный запах. – А, почему у этой мази такой мерзкий запах?

– А, кто сказал, что она должна хорошо пахнуть? – недовольно пробубнила я, вытерев сажу с руки.

– Чем вы тут опять занимаетесь? – услышав недовольный вопрос за спиной, мы с Артуром быстро обернулись.

Прямо позади нас стоял Димитрий, недовольно скрестив руки на груди. Рядом с ним, в ироничной полуулыбке стоял Виктор.

– Ничем таким, что требует внимания, – ответил Артур, вскочив на ноги. Он быстро спрятал банку с мазью в карман, сделав вид, что отряхивает штаны от пыли.

Я недовольно нахмурилась, продолжив стирать сажу с руки.

– Да, мы так и поняли, – усмехнулся Виктор, подойдя ко мне. – Анна, помочь тебе?

Я не еще успела ничего ответить, а князь уже забрал из моей руки кусок ткани, которым я вытирала испачканную руку, начав это делать за меня.

– Все в порядке, – я резко выдернула свою руку. Виктор молча поднял на меня свои серые глаза.

– Хватит копаться, – холодно бросил Димитрий, жестом показав дружинникам седлать лошадей. – Мы выдвигаемся.

Артур взял за поводья лошадь и повел ее к моей повозке, чтобы запрячь.

Быстро собрав вещи, сложив шатер и прикопав землей дотлевающий костер, мы заняли свои места.

– Готовы? – спросил Виктор, едва заметно улыбнувшись мне.

– Да, – суетливо ответил Артур.

– Давайте, наконец, убираться отсюда, – взобравшись на своего коня, Димитрий отдал команду выдвинуться вперед.

Часть 7.

Мы достаточно быстро пересекли полосу леса, что отделяла от нас самую большую реку Яргу, по которой ходили торговые ладьи.

Я уставилась на спины, едущим впереди меня князьям. Димитрий о чем-то увлеченно болтал с хохочущим Виктором.

– Виктор и Димитрий всегда себя так ведут друг с другом? – с любопытством спросила я у едущего возле меня Артура, пока мне представилась такая возможность.

– Ты про то, что эти двое то и дело колют друг друга словами, а потом, снова, разговаривают, будто ничего не случилось? – князь довольно ухмыльнулся.

– Да, – ответила я, с интересом ожидая повествования от Артура. – В какой-то момент, мне даже показалось, что они друг друга недолюбливают.

– Мы с Димитрием почти все свое детство провели в Ярикте, – князь прищурил глаза, слегка погрузившись в воспоминания. – Вначале, мы приезжали всего на пару недель, потом на все лето, а затем, прибывание в Ярикте начало затягиваться все дольше и дольше. Пока мы были детьми, все время напролет бегали втроем. Мы бесились, вечно что-то разбивали, ломали, уничтожали. Все слуги постоянно жаловались отцу Виктора, Царю Ярикты, на нашу непослушную троицу. Мы вместе росли, учились, постигали все нюансы военного дела. И, хоть я младше этих двоих на три года, они везде и всюду таскали меня с собой. Не обращай внимание, что Виктор и Димитрий то и дело собачатся. Если будет нужно, они оба, не раздумывая отдадут свои жизни, чтобы спасти друг друга.

– Вас разве не тянуло домой? В Стрижду? – удивившись рассказу Артура, спросила я.

– Поначалу, тянуло, – печально выдохнул Артур, но затем, довольно улыбнулся и добавил. – Но, с годами, эта тяга понемногу испарилась. У нас не настолько добрый и заботливый отец, как у Виктора. Иногда, нам казалось, что мы с братом ему, наоборот, только мешали. Нашего отца волновали исключительно внутренние вопросы страны и бесконечный контроль за реализацией запрета на магию.

– Почему ваш отец так сильно хотел, чтобы магия исчезла? – настойчиво спросила я, нахмурившись.

– А, пес его знает, – обреченным тоном, бросил Артур, тут же замявшись.

– Но, а как же ваша мать? Разве по ней вы не скучали? – ответ на это вопрос был мне особенно интересен.

– Она тоже особой заботой не отличалась, – с досадой в голосе, сказал Артур, скривив на лице нечто похожее на вымученную улыбку. – С рождения нами с Димитрием занимались няньки.

– И, чем же она тогда занималась? – я хотела протянуть руку и прикоснуться к ладони Артура, чтобы попытаться немного утешить князя, но осеклась, сочтя свой жест бестактным.

– Наверное, как и все Королевы, – Артур легко пожал плечами, – Устраивала приемы, отбирала и учила слуг, всегда старалась быть подле отца и во всем его поддерживала.

Я поймала себя на мысли, что чувства Артура мне были очень хорошо знакомы. Ведь несмотря на то, что их с Димитрием мать была жива, они тоже росли в полном одиночестве также, как и я.

– Ты поддерживаешь этот запрет на магию? – осторожно поинтересовалась я у князя, украдкой взглянув на него.

– Даже не знаю, – Артур, вновь, равнодушно пожал плечами. – Я нормально отношусь к людям со способностями, но до конца не понимаю, насколько они могут быть опасными. Наверное, введение ограничений на колдовство это лучшее, что на данный момент можно было придумать.

– А, твой брат? – еще более осторожно спросила я. – Как он относится к магии?

– Не думаю, что он заостряет на ней сильное внимание, – уверенно ответил Артур. – Димитрий сосредоточен лишь на своем долге, который ему необходимо отдать Стрижде. Для брата нет ничего важнее, чем соблюдение договоренностей. Когда, воюющие между собой Ярикта и Стрижда заключали мирное соглашение, гарантией его исполнения, должен был стать брак между Димитрием и наследной княжной Ярикты, а также, введение запрета на магию. Такие условия поставил наш отец. Думаю, брат сделает все, чтобы сохранить текущее положение обеих стран. Для него это вопрос справедливости и чести.

– Я все хотела спросить, – осторожно начала я, посмотрев на Артура. – Почему за мной приехали именно вы? Разве во всей Ярикте не нашлось тех, кто мог бы сделать это вместо наследных князей?

– Так решил Димитрий, – задумавшись, ответил Артур. – Не знаю почему, но известие о ведьме, живущей в деревне Глушь, озадачило брата. Поэтому, он и решил, что поехать за тобой должны именно мы.

Ненадолго, я задумалась. Если Димитрию нет никакого дела до магии, почему он так рьяно реагирует на людей с колдовскими способностями?

– Знаешь, – опустив глаза вниз, я почувствовала ту самую обиду от предательства, которая шла за мной прямо из детства, – а, моя мать бросила меня.

– Серьезно? – удивленный Артур, уставился на меня.

– Угу, – я утвердительно кивнула, глубоко вздохнув. – Еще в младенчестве она оставила меня на воспитание тете, а сама сбежала, влюбившись в какого-то мужика.

– И, ты не знаешь, где она сейчас? – с досадой, спросил князь.

– Я знаю лишь то, что она умерла.

Мы не успели закончить наш разговор, как Димитрий поднял руку вверх, подав знак всем остановиться. Мы наконец дошли до той самой деревни, которая располагалась ближе всех к Ярикте. Местные назвали ее Ярово, в честь Бога плодородия Ярило. Вдоль окраины деревни проходило зауженное русло реки Ярги, пересечь которую можно было только здесь.

Все до единого слезли с лошадей, чтобы было безопаснее пройти по воде.

– Кого ты пытаешься там увидеть? – усмехнулся Виктор, подойдя к Артуру, который стоял на коленях у края берега.

– Говорят, в этой части реки живут русалки, – парень внимательно вглядывался в ровную водную гладь. – Может нам повезет, и мы их тоже увидим?

– Не стоит в это верить, Артур, – улыбнулась я, потягивая руки вверх. – Русалок не существует. Это всего лишь выдумки.

– Откуда тебе знать? – недовольно пробубнил Артур, но сразу замолчал, увидев, как я удивленно вскинула брови.

– Думаю, она знает, о чем говорит, – Димитрий похлопал по плечу своего брата в знак сочувствия.

– Ничего не хочу слышать, – недовольно пробубнил Артур, поднявшись на ноги и отряхнув колени. – Пока я верю, все возможно.

– Анна, принести тебе воды? – Виктор подошел ко мне, легонько коснувшись моего плеча, ожидая от меня ответа.

Я молчала, словно в тумане, засмотревшись на Димитрия, который прямо в сапогах вошел в воду и снял с себя перепачканную Полудницей рубаху. Его слегка загоревшая, влажная от пота кожа блестела на солнце. Князь молча крутил рубаху в реке из стороны в сторону, стараясь как можно тщательнее выполоскать из нее грязь. Крепкие мышцы красиво двигались в свете солнечных лучей, отчего я почувствовала легкое смущение. Опустив глаза, я отвела взгляд на водную гладь реки, стараясь не смотреть на князя.

– Черт, Димитрий, – я вздрогнула, когда Виктор вскрикнул прямо рядом с моим ухом. – Хватит уже здесь барахтаться голышом. Вылезай быстрее.

– Ревнуешь? – улыбнувшись, Димитрий с вызовом посмотрел на Виктора и выжав рубаху, надел ее на себя. Мокрая ткань моментально облепила его стройное, подтянутое тело.

– Солнце почти село, – Виктор сделал вид, что проигнорировал вопрос Димитрия. Схватив меня за руку, князь настойчиво потащил меня к повозке. – Нам надо еще найти ночлег.

Часть 8.

20 лет назад.

– Через пару дней праздник, – Горд ворошил дубовой палкой угли, сидя возле костра под покровом ночи. – Скоро мы будем у цели.

Праздник Купалы, что намечался в Ярикте, всколыхнул массу разговоров вокруг себя. Не смотря на тяжелое положение и недостаточное количество средств, возникшее в результате войны со Стриждой, действующим Царем Ярикты было принято решение устроить торжество по всей стране, чтобы дать людям возможность слегка отдохнуть от тяжелого бремени, которое они были вынуждены нести несколько лет на своих плечах. Подписанное со Стриждой соглашение, позволило Ярикте взять в долг несколько сотен мешков пшеницы и чуть больше сотни голов молочного скота, который несколько месяцев взращивался на плодородных полях, богатых клевером и люцерной, чтобы в этот знаменательный день, стать подарком для крестьян. Столицу украшали без особых изысков, стараясь не тратить много средств на убранства. Постепенно Ярикта приходила в себя после ожесточенной войны, надеясь в скором времени вернуть себе былую славу.

– Застанешь всех врасплох? – Аглая присела на бревно напротив Горда, накинув льняной платок на плечи.

Ночь выдалась достаточно холодной. Темная пелена, усыпанная сотнями серебряных, светящихся точек, заволокла все небо вокруг. На несколько верст ничего не было видно. Лишь сплошная, кромешная тьма. И, только янтарные блики пламени, разрезающие темноту этой ночи, освещали силуэты двух душ, потерявшиеся в иллюзиях.

– У меня нет цели уничтожить Ярикту, – Горд слегка повернул голову, прислушиваясь к гулкому ауканью совы. – Мне нужен лишь один человек.

– Что будет, когда ты получить его? – Аглая пристально посмотрела на Горда.

– Никаких «если», моя дорогая, – мужчина довольно усмехнулся. – Я обязательно отомщу этому мерзавцу. Это единственное, что мной сейчас движет.

– Как же я? – с вызовом посмотрев на мужчину, девушка усмехнулась, вытянув босые ноги поближе к костру. – Смотри Горд, я не такая добрая, как ты думаешь. Могу и обидеться.

Мужчина довольно улыбнулся, быстро встав на ноги. Он обогнул кострище, подойдя к Аглае и сел рядом с ней, закинув женские ноги на свои.

– Знаешь, – Горд склонился к ногам девушки, поцеловав их немного выше колен. – Еще никому не удавалось насколько сильно заполнить мои мысли.

– Это просто хмель от медовухи ударил тебе в голову, – девушка вскинула бровь, надменно улыбнувшись.

– Нет, – Горд мотнул головой, серьезно посмотрев на Аглаю. – Это ты, чертовка, забрала мою душу и стала ее хозяйкой. И, я никому не намерен тебя отдавать.

Мужчина медленно провел пальцами одной руки по бедру девушки, плотно сжав его. Другой рукой он обвил женскую талию, приблизив ее тело к себе. Слегка помедлив, он стянул девушку с бревна, медленно уложив на траву, а затем, нежно поцеловал ее губы, озаряемые мерцанием костра.

Часть 9.

– Думаешь, это она? – спросил Артур у брата, привязывая своего коня к торчащему из изгороди брусу.

– Не знаю, – спокойно ответил Димитрий, не поднимая глаз. Князь отстегнул от своего пояса ножны с мечом и закинул их себе на плечо. – Но, если эта девушка окажется той, кого мы так долго искали, придется все рассказать Виктору и…

– И? – напряженно спросил Артур, сузив глаза.

– Приказ есть приказ, – на одном дыхании ответил Димитрий, крепко сжав пальцами ремень от ножен. – Ты знаешь, что я должен буду сделать в случае опасности!

– Черт, ты сообщил в Стрижду? – нахмурив брови спросил Артур, ближе подойдя к брату.

– Да, вчера ночью отправил одного дружинника с донесением, – Димитрий, снял перчатки, отряхнув пальцы о штаны.

– Виктор ничего не спрашивал? – Артур внимательно посмотрел на брата.

– Спрашивал, – тяжело выдохнув, ответил Димитрий. – Я сказал, что отправил дружинника прочесывать местность на случай появления очередной нечисти.

Братья стояли возле калитки одного из местных домов, в котором им предстояло сегодня заночевать.

– Что отец написал в последнем письме? – поинтересовался Артур.

– Что все должны до последнего верить в то, что Стрижда и Ярикта друг другу не враги и собираются объединиться, – Димитрий кинул короткий взгляд в небо, когда прямо над ним пролетал черный ворон.

– Лада? – состроив недовольную гримасу, спросил Артур.

Димитрий промолчал, утвердительно кивнув головой.

– Что будешь делать? – поинтересовался Артур.

– Не знаю, но нужно будет сделать так, чтобы это смогли увидеть все, – тяжело выдохнув, ответил Димитрий.

– А, Виктор? Что с ним делать? – Артур повернул голову, посмотрев на стоящего поодаль князя.

– Он в любом случае должен знать правду, – ровным тоном ответил Димитрий. – Но, пока мы во всем не убедимся окончательно, лучше ему ничего не говорить.

На мгновение, в воздухе повисло молчание. Оба брат стояли рядом друг с другом, молча наблюдая за Анной с Виктором.

– Думай, что хочешь, но ты слишком груб с Анной, – Артур прервал минутное молчание.

– Знаю, – немного хриплым голосом отозвался Димитрий, наблюдая за тем, как Виктор подал Анне руку, помогая ей спуститься с повозки. – Так проще! Не хочу привязываться к тому, кого потом, вероятнее всего, нужно будет убить.

– Да, нет, не проще, – Артур шумно выдохнул. – Мы пока не знаем, кто такая Анна на самом деле. Но даже, если она окажется той, кого мы ищем, не думаю, что мы сможем ее убить.

Димитрий промолчал. Глубоко вздохнув, князь кинул на землю ножны, а затем недовольно скрестил руки на груди, в очередной раз пытаясь понять свои собственные эмоции. Ведь, когда он смотрел на Анну, в нем одновременно сражались интерес и раздражение.

Димитрий хорошо понимал, что сейчас его основная задача, выполнить приказ отца, ведь на кону стоит судьба и благополучие не только Ярикты, но и Стрижды. Цель определена, и несмотря ни на что, должна быть исполнена. Если того потребуют обстоятельства, Димитрий должен будет лишить эту девушку жизни.

Однако, когда Димитрий смотрел на Анну, он чувствовал к ней то, чего сам объяснить не мог. Каждый раз глядя на эту девушку, князя окутывало непонятное, странное чувство. Ему одновременно хотелось протянуть ей руку и прикоснуться к ней, хотелось стоять рядом и защищать ее. Но, разрывающее чувство долга, возникающее внутри, сбивало Димитрия с толку, вызывая в нем раздражение.

– А, ты ничего не хочешь мне рассказать? – улыбнулся Артур, когда посмотрел на брата, пребывающего в собственных размышлениях.

– О чем? – Димитрий слегка тряхнул головой, отгоняя заполонившие его мысли.

– Да у тебя на лице все написано, – продолжил улыбаться Артур, приобняв брата за шею. – Что, бесит тебя, когда Виктор вокруг Анны крутиться, да?

Димитрий, молча состроил недовольный взгляд и медленно повернул голову к брату.

– Значит, я прав! – Артур еще больше заулыбался, слегка рассмеявшись. – Вот это новости, братец.

– По-твоему, это смешно? – сквозь зубы процедил Димитрий, пытаясь оттолкнуть висящего на нем брата.

– Ну, и валенок же ты у меня, – рассмеялся Артур, хлопнув Димитрия по спине. – Всегда все усложняешь.

– Чего?

– Ты пока тут мнешься, вон тот кучер, твою Анну и окучит, – Артур залился смехом, согнувшись пополам. – Схватил бы ее давно и сбежал с ней. Нет Анны, нет проблем.

– Когда ты уже станешь серьезнее? – внутри Димитрия закипела злость. Он не сильно толкнул Артура, отчего тот упал на колени, продолжая заливисто смеяться.

При всем спокойствии, единственным, кто мог вывести Димитрия из себя, был его родной брат.

– Какая муха его укусила? – улыбаясь, спросил подошедший к изгороди Виктор.

– По всей видимости бешенная, – недовольно бросил Димитрий, неосознанно взглянув на Анну.

Девушка стояла рядом и довольно улыбалась, глядя на хохочущего Артура. Повернув голову, Анна поймала на себе взгляд Димитрия. Князь пристально смотрел на нее, даже не пытаясь отвести глаза в сторону. И, только девушка приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, как почувствовала, что Виктор приобнял ее сзади за плечи.

– Ну, что, пойдемте в дом, – радостно проговорил наследник Ярикты, уводя Анну следом за собой.

Проводив их обоих недовольным взглядом, Димитрий подошел к Артуру, опустившись рядом с ним на корточки.

– Когда-нибудь, я отрежу тебе твой идиотский язык!

– Зато, я честен с собой, чего и тебе желаю, – улыбаясь, проговорил Артур, вытирая рукавом скопившиеся в глазах слезы. – За свое бороться надо, если уж ты выбрал. Она ведь тоже смотрит на тебя, и ты это знаешь.

– Жизнь и будущее сотен людей в противовес собственному счастью, – Димитрий выпрямился, протянув руку брату. – Какой выбор, по-твоему, я должен сделать?

– Тот, который потом не заставит тебя залезть в петлю! – серьезно ответил Артур, приняв руку брата и поднявшись на ноги. – Идем.

Больше ничего не говоря, Артур поплелся к дому, в котором им сегодня предстояло заночевать. Через пару минут молчания, Димитрий направился следом за братом, попутно прихватив ножны с собой.

Часть 10.

– Боги, как вкусно, – Артур жадно выгребал из тарелки остатки еды. – Это лучшая каша, которую я ел.

Мы остановились у местных сельчан в Ярово, чтобы переждать очередную ночь. Оказалось, что хозяев дома, к которым мы постучались, я знала. Однажды, они приезжали ко мне за помощью, когда их корова вывихнула ногу и не смогла ходить. Как выяснилось, приготовленное мной лекарство помогло животному выздороветь. И, теперь, без малого половина деревни Ярово, были наслышаны про мои чудодейственные способности.

– В голодный год тебя не прокормишь, – усмехнулся Виктор. Закончив ужинать, князь сел на свою койку, закинув руки за голову.

– У меня просто здоровый аппетит, – Артур довольно замычал от удовольствия, дожевывая остатки ржаной лепешки, пока хозяйка дома неторопливо убирала со стола.

– Если не будем нигде задерживаться, то уже через день, прибудем в Ярикту, – Димитрий поднял глаза, оторвавшись от письма, которое составлял сидя на своей перине. К нему на колени запрыгнула красивая рыжая кошка.

– И моя судьба будет решена, – тяжело вздохнув, выпалила я, опустив голову.

Виктор с Артуром неоднозначно переглянулись, застыв в безрадостном молчании.

– Что ты хоть там все время пишешь? – без капли стеснения, спросил Виктор, указав пальцем в сторону Димитрия.

Сердце болезненно закололо от осознания, что вскоре меня могут лишить того, чему я училась всю свою жизнь.

– Видимо перечень тех, за кем вы отправитесь сразу после меня, – с вызовом в голосе, сказала я, скрестив руки на груди.

Плотно сжав губы, я посмотрела на Димитрия и тут же наткнулась на его пристальный взор, уставившийся на меня. Князь сидел, неспешно поглаживая кошку и, буквально, прожигал меня молчаливым взглядом. Его вскинутая вверх бровь, говорила о том, что Димитрий был явно недоволен моими словами. И лишь мурчащая кошка, что мирно лежала у него на коленях, разбавляла сложившуюся вокруг нас тягостную атмосферу.

– Ладно, хватит трепаться, – спокойно проговорил Артур, стараясь разорвать повисшее в комнате молчание и плюхнулся на свою перину. – Давайте спать. Завтра нас ждет ранний подъем.

– Впервые поддержу тебя, – шумно выдохнул Виктор, откинувшись на подушку.

Ничего не говоря, Димитрий взял спящую кошку на руки, а затем, не выпуская ее из рук, развернулся ко мне спиной и лег спать.

Сидя за столом, с чашкой остывшего чая в руке, я без интереса оглядела свой сегодняшний ночлег.

Одна большая комната со скромным убранством внутри. В углу стоял большой деревянный сундук с потертыми от времени углами, накрытый широким льняным рушником с расшитыми на нем красными узорами. Рядом с рукомойником стояли две кадки, доверху налитые колодезной водой, а прямо напротив стояла выбеленная печь с аккуратно сложенными на ней пустыми чугунками. В другом углу комнаты стояли две раздельных хозяйских кровати, на которых тихо спали Виктор и Димитрий. Сами хозяева, оставив дом на нас, ушли спать в сарай на сеновал, где вместе с ними разместились и сопровождающие нас дружинники. Артур же вызвался ночевать на расстеленной на полу перине, надеясь на то, что в душные летние ночи, так ему будет прохладнее спать. Мое спальное место было отделено потрепанной занавеской, изъеденной в нескольких местах молью.

Из-за заполнившего меня изнутри волнения, спать я не могла. В голове судорожно перескакивали мысли о том, что же ждет меня в будущем. Почувствовав приступ страха, я ощутила, как ужин начал подступать к моему горлу, вызывая неприятное чувство тошноты. Больше сидеть на одном месте я не могла. Аккуратно поставив чашку на стол, я медленно вышла из-за стола. Приподняв подол платья, я постаралась как можно тише ступать босыми ногами по скрипучим доскам деревянного пола. И, наконец, добравшись до выхода, быстро выскочила из дома, еле слышно захлопнув за собой дверь.

– Нужно спуститься к реке, – шепотом произнесла я, выпустив изо рта едва заметный клубок бледного пара.

Сырой, пропитанный свежестью воздух, мягко щекотал кожу. Хоть Ярово располагалось вдоль берега реки, к моему удивлению, надоедливого жужжания комарья нигде не было слышно.

Ступая босыми ногами по прохладной траве, я старалась неторопливо спускаться с пригорка, чтобы ненароком не поскользнуться и не упасть.

Подойдя к берегу реки, я с любопытством оглядела спокойную, ровную гладь воды, над которой зависли клубы мягкого, пушистого тумана. Глубоко вздохнув свежий, вечерний воздух, я подняла голову вверх, с восхищением взглянув на красивое, ночное небо, которое было усыпано звездами.

– Как тихо, – мягко ответила я, подобрав длинный подол своего платья и присела на сырую траву.

Легкое умиротворение заполнило меня изнутри. На душе вдруг стало спокойно. Наслаждаясь такой долгожданной тишиной, я с удовольствием прикрыла глаза, вслушиваясь в мелодию ночи, что окутала небо. Недалеко стрекотали кузнечики, легкое дуновение ветра колыхало ветки ив, что свисали и утопали в водах реки. Где-то вдалеке, было слышно ауканье совы.

– Мира, вот бы ты была здесь, – при воспоминании русалки, на меня нахлынула волна тоски. – Мне даже поговорить не с кем. Я совершенно запуталась и совсем перестала понимать свой внутренний голос. Здравый смысл исчез, оставив мне только страх. Я совершенно не понимаю, что со мной будет дальше? Смогу ли я изменить пророчество? И, когда я вообще теперь вернусь домой?

Дом, мой дорогой и родной дом. Моя родная деревня, мои друзья. У меня не так много времени, чтобы успеть насладиться своей прежней жизнью. А, эта поездка в столицу, совсем не входящая в мои планы, попросту отнимает у меня драгоценные крупицы оставшегося времени. Нужно как можно скорее с этим закончить и вернуться домой, в свою родную Глушь, где нет никаких князей, запретов и Димитриев.

– Хватит тратить время на то, что тебе не предначертано судьбой, – сказала я себе под нос. – Ты все равно его больше никогда не увидишь.

Я печально улыбнулась, подчеркивая про себя, насколько же глупо я сейчас выглядела. И, с чего бы мне, вообще, думать про Димитрия? Самоуверенный, холодный, все время чем-то недовольный.

– Хватит, пора заканчивать эти глупости, – поднявшись, я отряхнула подол платья. И, только я обернулась, чтобы направиться к дому, как увидела стоящего на пригорке князя.

Вокруг его ног вилась та же рыжая кошка, мягко перебирая лапками. Он стоял со скрещенными на груди руками и спокойно смотрел на меня.

– Чего бродишь по ночам одна? – спросил у меня Димитрий, когда я взобралась на пригорок.

– Захотелось, – бросила я мимолетно, пройдя прямиком мимо князя. Смотреть ему в глаза мне было до сих пор стыдно.

– Хорошо, что среди нас есть хоть кто-то, кто может делать то, что хочется. Да, Рыжуля? – с иронией в голосе, сказал Димитрий. Слова князя заставили меня остановиться, но оборачиваться я не стала.

– Не знаю, князь, – спокойно ответила я, повернув голову боком. – Мне ты право выбора не дал.

Я услышала, как сапоги Димитрия зашуршали. Князь подошел, встав прямо позади меня настолько близко, что я практически ощущала его дыхание на своем затылке.

– Выбор нужно успевать делать вовремя, – холодным, томным голосом сказал Димитрий. – Вот, я, свой, уже сделал.

Обойдя меня, Димитрий наклонился, подняв кошку на руки. Ни сказав больше ни единого слова, князь побрел в сторону нашего ночлега.

Я стояла не шевелясь, глядя, как силуэт Димитрия медленно утекает вперед.

Повернув голову то вправо, то влево, я оглядела деревню. Редкие огни тускло светили в оконных рамах, из нескольких печных труб шел белый, едва различимый в ночи дым. Как давно я останавливалась, чтобы просто посмотреть на окружающий меня мир?

Сделав глубокий вдох, я неторопливо поплелась следом за князем.

Часть 11.

20 лет назад.

– Нужны еще чистые тряпки, – Аглая снова и снова перечисляла список необходимых вещей, стараясь ничего не пропустить.

– Сейчас принесут, я уже распорядился, – Горд сидел напротив девушки, внимательно наблюдая за тем, с какой осторожностью она расставляла на столе емкости. – Я говорил, что у тебя очень красивые руки?

Мужчина притянул к себе девушку, утыкаясь носом в ее талию. Крепко обняв ее, он медленно и глубоко вдохнул сладкий медовый аромат, исходящий от ее тела.

Они сняли небольшую комнату в одном из постоялых дворов. Обилием мебели она не отличалась. В углу стояла скрипучая, старая кровать, а рядом с ней потертый от времени, изъеденный насекомыми дубовый стол. Пыльные занавески, съеденные молью, растрепанно висели до самого пола, неумело прикрывая окна. Углы были окутаны паутиной, а на столе валялась перевернутая маленькая ваза, перепачканная внутри высохшей от времени, позеленевшей водой.

– Ну, нет, – Аглая легонько оттолкнула мужчину от себя, отходя на шаг назад. – Даже не думай, что я лягу в эту кровать. Она наверняка кишит клопами.

Горд встал, подходя к девушке с хитрой улыбкой.

– Мы можем обойтись и без кровати, – только Горд хотел поцеловать Аглаю, как в дверь громко постучали. – Черт бы вас разодрал. Что еще?

– Доброго полудня, господин. Я нашел чистые тряпки, – дверь отворилась, и в комнату вошел худой мужчина с лысой головой. Он был одет в длинный, синий кафтан, свисающий немного ниже колен, из-под которого виднелись черные штаны.

– Давай сюда, – Горд протянул руку, продолжив стоять возле девушки. – Что-то еще, Гедимин?

– Дружинники интересуются, когда мы будем выступать? – мужчина слегка наклонил голову, опустив взгляд в пол. Его голос излучал полное спокойствие и непоколебимость.

– Скажи им, что до рассвета у них есть время. Пусть как следует подготовятся, потому что права на ошибку у нас нет, – серьезно ответил Горд.

– Могу идти? – Гедимин поклонился, отступив в сторону двери.

– Ступай, – бросил Горд, махнув рукой.

Дверь со скрипом закрылась. Мужчина тут же повернулся к девушке, грубо притянув ее к себе за талию. Только он попытался прильнут к алым губам, как Аглая ловко увернулась, выскользнув из-под его руки.

– Нам нужно доделать работу, – немного нервничая, Аглая распрямила подол платья, якобы стряхивая с него несуществующую пыль. – Или ты передумал?

– Не передумал, – протяжно произнес Горд, присаживаясь на свое прежнее место. – Я ни за что не отступлюсь.

– Тогда, мы можем начинать, – облегченно выдохнув, Аглая приставила поближе к себе глиняную чашу. Горд лишь кивнул в знак согласия.

Девушка взяла в руки свежесрезанный стебель крапивы и еле слышно нашептывая, начала срывать с него колкие листья, забрасывая их в чашу. Следом за крапивой последовал чертополох, с которого Аглая оборвала еще нераскрывшиеся бутоны. Поднеся чашу ближе ко рту, девушка начала шептать немного громче.

Горд настороженно наблюдал, недовольно сдвинув брови.

– Дай мне свою ладонь, – девушка, не переставая шептать, взяла в руки небольшой нож и быстрым движением, сковырнула кожу на безымянном пальце мужчины, пустив кровь. Собрав несколько капель на кончике ножа, Аглая стряхнула их над чашей, возвратив ее обратно на стол.

Плотно обхватив своей ладонью лезвие, девушка резко дернула нож, разрезав себе ладонь. Алая кровь плотным потоком полилась в чашу. Накрыв ее все той же порезанной рукой, девушка громко произнесла последние слова заговора, четко проговаривая каждое слово:

«Да будет так в Нави, да будет так в Яви, и нерушимо мое слово именем Прави».

Стол, со стоящей на нем чашей заходил ходуном. Ваза тотчас скатилась со столешницы, со звоном разбиваясь об пол. Кровь на руке девушки засияла белым светом. От неожиданности, Горд вскочил на ноги. Спустя несколько мгновений, мужчина заметил, что порезанный палец на его руке тоже сияет белым блеском.

Рана затянулась, словно ее никогда и не было. Сияющий свет сошел с рук Горда и Аглаи, плавно перетекая по столу и растворяясь прямиком в глиняной чаше. Как только стол перестал шататься, и напряжение в воздухе спало, чаша негромко хрустнула, расколовшись пополам точно посередине. Внутри нее больше не было ни трав, ни крови, ни того самого света. Лишь два одинаковых осколка с черными как смоль краями.

Часть 12.

– Наконец-то, родные стены, – довольно воскликнул Виктор, спрыгнув с лошади. Князь опустился на одно колено, коснувшись рукой земли.

Спустя несколько дней пути, мы все же достигли столицы Ярикты. Прямо передо мной стоял огромный, величественный замок с несколькими смотровыми башнями и каменной стеной, растянувшейся вдоль всего периметра замка. Яркий флаг с гербом страны, развивался на шпиле, сразу привлекая к себе внимание.

Впереди виднелись громадные, стальные ворота с выкованной на них мордой медведя. Они отделяли подъезд к самому замку, располагавшемуся сразу за ними. Высокие стены из белого камня вздымались вверх плотной, непроходимой стеной. А, четыре круглые башни, буквально обнимали замок, плотно прижимаясь к его стенам.

– Это замок Ярикты? – пребывая в восхищении, спросила я, оглядываясь по сторонам. Виктор подал мне руку, чтобы я смогла спуститься с повозки.

–Ты еще замок в Стрижде не видела, – уверенно заявил Артур, уперев руки в бока. – Вот, он точно огромный.

– Мальчики, наконец-то вы приехали, – раздавшийся позади веселый женский голос, заставил нас обернуться.

– Сестрица, – воскликнул Виктор, окинув взглядом девушку, которая прошмыгнула мимо него и побежала прямиком к Димитрию.

Я с любопытством оглядела княжну с выбеленной кожей и светло-русыми волосами, отливающими на солнце золотистым цветом. У нее были большие голубые глаза и пухлые, розовые губы. Длинное голубое платье с серебряной вышивкой удачно подчеркивало ее тонкую талию, а небольшая диадема на голове с сияющими, голубыми камнями, придавала ее виду изящества. Нам на встречу она вышла в сопровождении высокого, худого мужчины, голова которого была опущена в поклоне, а также двух служанок, которые все время стояли молча, также опустив головы вниз.

– Димитрий, добро пожаловать домой. Я очень рада, что с тобой и остальными все хорошо, – девушка протянула князю свою изящную руку.

– «Остальные» тоже очень рады, Лада, что с ними все в порядке, – холодно бросил Виктор, даже не посмотрев в сторону своей сводной сестры. Резким движением, он отстегнул подпругу, освободив свою лошадь от седла.

– Благодарю, – Димитрий слез со своей лошади, приняв ладонь девушки и поцеловав ее тыльную сторону.

– Я сейчас же прикажу накрыть праздничный стол и нагреть вам парные, – княжна жестом показала служанкам убраться и заняться делами.

– Наконец-то отдохнем, – воодушевился Артур, получив одобрительный хлопок по плечу от своего брата.

– Что мне прикажете делать? – многозначительно спросила я, скрестив руки на груди.

– Анна, – подойдя ко мне, Виктор улыбнулся и протянул мне ладонь, – как и обещал, позволь мне сопроводить тебя до Гильдии магов.

– Для чего вы притащили сюда эту ведьму? – недовольно нахмурившись спросила Лада, внимательно осмотрев меня с ног до головы. – Разве отец вам такое указание давал?

– А, как по-твоему, мы должны были поступить? – раздраженно бросил Артур.

– Разобрались бы с ней на месте, как и с остальными, – отмахнулась Лада, гордо вскинув голову. – Зачем нужно было тащить ее в столицу?

– Разобрались? – с нотами злости в голосе, переспросила я. – И, много было тех, с кем вы разобрались.

– Не мели чепухи, Лада, – Виктор сейчас был очень напряженным и, не дожидаясь моего разрешения, схватил меня за запястье, крепко сжав его своей рукой. – Никто ни с кем не разбирался. Идем, Анна!

Я попыталась вырвать руку, но в ответ, пальцы князя чуть сильнее сдавили мое запястье. Димитрий окинул нас холодным, недовольным взглядом, но ни слова не проронил. И тут мой взор задержался на щеке князя. Его раны словно и не было. Так быстро сама она не смогла бы зажить. Это значило, что Димитрий все-таки воспользовался моей заговоренной мазью.

– Ваше Высочество, – высокий, худой мужчина подошел к Виктору и вновь поклонился. – Ваш отец просил вас явиться к нему сразу по прибытию.

– Вот черт, – устало выдохнул князь, наконец выпустив мою руку. – Передай отцу, что я скоро приду.

Мужчина, положив руку на грудь, вновь сделал короткий поклон головой, а затем удалился, пройдя через ворота.

– Я тоже пошел. Мне надо как следует отдохнуть от вас ото всех, – кинул Артур, перебросив через плечо свою походную сумку и уверенно прошел сквозь высокие, металлические ворота.

– Димитрий, – тяжело выдохнул Виктор, обратившись к князю, – ты может отвезти Анну в Гильдию магов вместо меня?

Димитрий лишь молча кивнул в ответ.

– Хорошо, – Виктор повернулся ко мне и, взяв мою руку, поднес ее к своим губам. – Прости, Анна, я не смогу сопроводить тебя. Прошу, только ни о чем не переживай. Как только я разберусь с делами, сразу же найду тебя.

Князь медленно прикоснулся своими губами к моим пальцам, вогнав меня в легкое смущение.

– Разве девчонка не может дойти сама? – злобно шикнула Лада. – Будет еще Димитрий тратить время на эту ерунду.

– У нее есть имя, Лада, – твердо бросил Виктор, схватив сестру под руку. – И, она моя гостья.

– Гостья? Эта ведьма? – усмехнулась Лада, широко улыбнувшись.

– Достаточно, – Виктор дернул сестру за руку, уводя в сторону замка. – Лучше сходи проверь, как там идут дела с подготовкой праздничного ужина.

– Но…

Не дав договорить сестре, Виктор провел Ладу сквозь открытые ворота.

Поняв, что мне здесь не рады, я молилась лишь о том, чтобы побыстрее закончить вопросы в Ярикте и вернуться к себе домой.

– Мы тоже пойдем, – Димитрий отступил в сторону, пропуская меня вперед. Князь подал мне руку, также, как это недавно сделал Виктор. – Говорил же Виктору, не давать обещаний, которые не сможешь выполнить.

– Я в состоянии идти самостоятельно, – уверенно ответила я, пройдя мимо князя.

– Хорошо, – ровно ответил князь, проследовав прямиком за мной.

Мы шли рядом друг с другом уже довольно продолжительное время. И, если князь был абсолютно спокоен, то я то и дело суетливо крутила головой по сторонам, стараясь рассмотреть открывшиеся передо мной пейзажи столицы.

Широкая улица, вымощенная брусчаткой, вдоль которой расположились различные ремесленные мастерские, поражала своим масштабом.

В воздухе витали самые разнообразные ароматы. Сладкий, слегка пряный запах свежеиспеченно хлеба, тянущийся из соседней пекарни, перемешивался с резким речным запахом, доносящимся из коптильни, где потрошили и солили свежую рыбу, чтобы продлить срок ее хранения.

Пока Димитрий застыл возле одной из лавок, я с интересом рассматривала все вокруг.

На соседней улице располагалась лавка мясника. Перетянутые льняными жгутами мясные деликатесы, лежали на прилавке, источая пряный, копченый аромат.

– Надень, – князь вложил мне в руки красивые тапки, расшитые золотыми нитями.

– Что это? А, главное, зачем? – удивленно пробубнила я, засмотревшись на обувь.

– Здесь тебе не чистое поле, чтобы бегать босиком, – забрав тапки у меня из рук, Димитрий бросил их на брусчатку. – Давай, надевай.

Не дожидаясь, пока я закончу надевать обувь, князь молча пошел вперед. Быстро всунув ноги в тапки, я побежала вслед за князем, ощутив приятную мягкость в ногах.

На другом конце улицы, рядом друг с другом располагались дубильня, где изготавливалась кожа из овечьих шкур и прядильня, где обрабатывали состриженную с овец шерсть. Следом за ними, стоял пергаментный цех, в котором, по словам Димитрия, из овечьей кожи делали высококачественный пергамент, предназначенный специально для Царя Ярикты.

– Пришли, – Димитрий встал перед небольшой, деревянной дверью, петли которой очень сильно проржавели.

– Это Гильдия магов? – я окинула место неодобрительным взглядом. По правде говоря, я ожидала увидеть красивое, отдельно стоящее, большое здание, соответствующее масштабам столицы Ярикты. Однако, перед моими глазами застыла унылая, неприметная дверь, расположенная в стене, соседствующей с ремесленными мастерскими. Ни одной таблички о том, что это Гильдия магов не было. По сравнению с этим местом, даже хлев выглядит куда более привлекательным.

– Проходи, – Димитрий отворил скрипучую дверь.

Я прошла, застыв на пороге. Большая комната с двумя витражными окнами и высоким потолком. Признаться, внутри это место выглядело гораздо интереснее, чем снаружи.

Прямо по середине комнаты, стоял высокий, покатый стол. На деревянных полках, прибитых к каменным стенам, мирно лежали сложенные стопками книги. В дальнем углу расположился «спящий» камин, перед которым стоял широкий деревянный стул, с накинутым на него одеялом.

Сама комната была достаточно темной из-за недостаточного освещения ее уличным светом. Взглянув на потолок, я замерла, раскрыв рот. Прямо над нашими головами было натянуто огромное, темное полотно, на котором, сияющей, серебряной краской, были детально нарисованы звезды, что зажигались каждую ночь на небе. Складывалось впечатление, словно сам кусок ночного неба вырезали и поместили под потолком в этой комнате.

– Хрюч, ты тут? – громко воскликнул Димитрий, пройдя внутрь.

– Хрюч? – удивилась я, услышав имя.

– Этот старик бесится, когда его называют старым хрычем, поэтому, когда-то давно ему было придумано менее обидное прозвище – Хрюч, – довольно усмехнулся Димитрий.

– Думаешь, Хрюч звучит менее обидно, чем Хрыч? – не переставая удивляться, спросила я, немного пройдя внутрь.

– Может и не меньше, – пожал плечами Димитрий, легко усмехнувшись. – Главное, что старика это устроило. Так, он и стал Хрючом.

Не успели мы закончить свои рассуждения, как в комнате раздался громкий хлопок.

– Ааа, – вскрикнула я, присев на корточки и обхватила голову руками. – Что это такое?

– Чертовы эксперименты, – недовольно бросил Димитрий, бросившись к маленькому, старому деду, лежащему на полу. – Хрюч, ты там живой?

Князь поднял голову старика, уложив ее к себе на колени. Отпустив страх, я распрямилась, пройдя чуть дальше в комнату.

– Едрить твою, наперекор, – довольно энергично, выругался старик, лежащий на ногах у князя, и звонко хлопнул себя ладонью по лбу. – А, ведь почти получилось! О, Димитрий… дружок мой…

Старик бодро вскочил на ноги, отряхнув от пыли рукава своей синей рубахи, вышитой красными узорами. Он был маленького роста, с длинными, седыми волосами, перевязанными тугим, коричневым шнурком. Его длинная, белая борода свисала до груди.

– Ты что там такое делал? – Димитрий встал, отряхнув штаны от пыли.

– Я на пороге нового открытия, мальчик мой, – старик кинулся собирать рассыпанную на полу, черную пыль. – Мне почти удалось создать огненный лист.

– Огненный лист? – удивленно спросила я, сделав еще один шаг вперед.

– Да, он самый. Идемте, – старик так легко ответил мне, словно знал меня всю жизнь.

Он побежал, спешно перебирая ногами в сторону большого комода, из которого вытащил металлический скребок, внешне походящий на совок.

– Мое изобретение позволит огню загораться без использования огнива и трута. Когда я закончу, огонь можно будет добывать только лишь по щелчку, – подойдя ко мне, старик быстро вложил мне в руку скребок. – На, собери.

От такой простоты, я слегка опешила. Уставившись на скребок, я раздула щеки, ощущая нарастающее внутри меня раздражение. Шумно выдохнув, я направилась в сторону той черной кучи пыли, что лежала на полу.

– Разве, магия не дает возможность разжигать огонь по щелчку пальцев? – Димитрий рукой преградил мне путь, заставив остановиться. Князь забрал у меня из рук скребок и передал его обратно старику.

– Не всем, друг мой, магия доступна, – старик удивленно уставился на скребок в своих руках, а затем перевел на нас взгляд, полный извинений. – А, нужда каждый раз чвиркать огнивом по труту, чтоб зажечь ту же свечку, любого здравого человека до безумия доведет.

– Не проще ли обучить людей магии, если она уже существует, чем придумывать нечто новое? – с большим любопытством спросила я, окинув князя взглядом. Мне очень хотелось увидеть его реакцию на это мое предложение. Однако, Димитрий стоял со равнодушным взглядом, уставившись в окно.

– Милая моя, я начал изучать магию, когда вас обоих еще и в помине не было, – старик опустился на колени, принявшись соскребать в одну кучу разбросанную по полу пыль. – Поверь мне, дорогая, скоро магия уйдет, а ее место займет наука.

– Магия не может просто так взять и исчезнуть, – уверенно заявила я, подойдя к старику и опустилась на колени рядом с ним. Я начала старательно собирать руками черную пыль, чтобы помочь быстрее все убрать.

– Благодаря стараниям вон того вредного типа, – с нескрываемой иронией сказал старик, наклонившись ко мне и указал пальцем на князя, стоящего позади, – магия скоро прекратит свое существование. По крайней мере, доступной и видимой, она точно перестанет быть.

Я замолчала, задумавшись над словами старика. Его рассуждения очень походили на правду, ведь если запрет на колдовство продолжит существовать, магия просто исчезнет.

Когда последние остатки разбросанной пыли были собраны в мешок, все мои руки были полностью черными, словно побывали в саже.

То и дело сваливающиеся на лицо волосы, сильно щекотали мою щеку.

– Готово, – я распрямилась и больше не в силах сдерживаться, сильно потерла перепачканными пальцами зудящую кожу.

– Димитрий, это очаровательная девушка твоя? – рассмеялся старик, взглянув на мое измазанное лицо.

– Нет, она не моя, – спокойно ответил князь, подойдя ближе.

– Жаль, – с досадой заявил старик, протянув мне влажную тряпку, чтобы я могла вытереть руки. Прищурившись, он внимательно вглядывался в мое лицо. – А мы с вами раньше нигде не встречались?

– Это вряд ли, – я пожала плечами, стараясь тщательно оттереть свои руки.

– Может… – старик обхватил пальцами бороду, серьезно задумавшись, – Как насчет ежегодной ярмарки? Возможно, я мог видеть тебя там?

– Анна впервые в Ярикте, – князь ответил за меня, присев на выдвинутый из-за стола, деревянный стул.

– Интересно, – старик начал перечислять варианты. – А, кажется знаю. Не вы ли помогали мне держать ту свинью, которую я на днях, чик… ну вы поняли.

– Нет, – я озадаченно покачала головой.

– Хрюч, прекрати, – устало потерев глаза, Димитрий откинулся, уперевшись спиной в высокую спинку стула. – Анна здесь для того, чтобы ты замерил ее силы и внес в учетную книгу.

– А, так у девушки дар? – восторженно воскликнул старик, убежав в другой конец комнаты. – Что ж ты сразу не сказал!

Он начал активно рыться на полках, пытаясь что-то отыскать.

– Вот же, невыносимый старик, – тихо пробубнил себе под нос Димитрий.

– Забавный, – я довольно улыбнулась.

Старик начал активно рыться в ящике. Вытащив из него красное, спелое яблоко и потрепанную, пыльную книгу, он положил их на стол.

– Ну ка, милая, – старик, указал пальцем на яблоко, немного отойдя в сторону. – Покажи нам свою силу.

Я не совсем понимала, что мне нужно делать с этим яблоком. Заставить его парить в воздухе? Переместить силой мысли на другой конец стола? Варианты роились в голове, но зацепиться ни за какой я не могла.

Взглянув на князя, в голове всплыла картина, когда он одним ударом меча, отсек руку Полуднице.

Больше не мешкая, я прикрыла глаза, соединив ладони вместе. Сосредоточившись на ощущениях в руках, я открыла белые глаза, а затем, из возникшего в моей руке света, сотворила нечто похожее на клинок.

Один удар, и я рассекла яблоко на две части.

Пораженный, Димитрий молча перевел настороженный взгляд с разрезанного яблока на меня.

– Быть того не может, – пораженный увиденным, пробормотал старик.

– Что-то не так? – озадаченно спросила я, поочередно посмотрев на изумленно старика и, нахмурившегося князя.

– Такую силу я видел лишь однажды, – старика словно подменили.

Тон его голоса выровнялся и перестал дрожать. Он посмотрел на меня серьезным взглядом и, подойдя ближе, схватил за руку. – Пойдем ка, прогуляешься со мной.

Часть 13.

20 лет назад.

– Аглая? – хриплым голосом отозвался Горд, приоткрыв глаза. – Ты здесь.

– Да, я рядом, – девушка смочила тряпку в холодной, колодезной воде и положила ее на лоб мужчине. – Как ты себя чувствуешь?

– Тело ломит, – смутно бормотал Горд, лежа в постели.

Сразу после проведенного обряда, Горд рухнул на пол, потеряв сознание. Чуть более суток, мужчина мучился от жара, пребывая словно в агонии. Его тело периодически трясло от лихорадки, а сам он то и дело бормотал что-то бессвязное себе под нос.

– Нужно еще немного потерпеть, – Аглая смачивала тело мужчины отваром из смеси трав, смешанных с алкоголем, чтобы сбить температуру.

– Я думал, что будет гораздо легче, – мужчина плотно сжал глаза, ощутив ноющую боль в голове.

– Еще не поздно отказаться, – мягко произнесла Аглая, все еще пытаясь отговорить мужчину от задуманного. – Тогда и мучиться не придется.

– Даже не надейся, что я отступлю, – в своей манере произнес Горд.

– Значит, терпи, – с легким раздражением в голосе, бросила Аглая.

– Вот уж не мог предположить, что, чтобы получить вечную жизнь, нужно оказаться на грани смерти, – усмехнулся Горд, тут же закашлявшись.

– А, ты думал вечная жизнь дастся тебе легко? – Аглая иронично усмехнулась, сменив компресс.

– Только, если ты будешь рядом, – Горд довольно улыбнулся, тут же прикрыв глаза от болезненных ощущений в теле.

– Не забывай, что это лишь первый этап. Без рукописи, я не смогу до конца доделать обряд, – Аглая внимательно посмотрела на мужчину.

– Как только доберемся до Ярикты, можешь считать, что рукопись уже у тебя в руках, – Горд посмотрел на Аглаю из-под приоткрытых глаз.

Девушка сидела все это время возле него, стараясь далеко не отлучаться. Она старательно ухаживала за ослабевшим мужчиной, постоянно контролируя его состояние.

Через силу, Горд протянул руку и сжал пальцы девушки в своей ладони.

– Спасибо тебе, – прошептал Горд, проваливаясь в сон.

Аглая осторожно выдернула руку из-под ладони мужчины, посмотрев на него тяжелым взглядом. Сглотнув образовавшийся ком в горле, девушка опустила тряпку в отвар, оставив ее чашке.

– Меня не за что благодарить. Скоро, ты будешь меня ненавидеть, – негромко произнесла Аглая.

Встав с места, девушка направилась к двери и вышла из комнаты.

Часть 14.

Когда мы вышли из Гильдии магов, на улице уже вечерело.

Прямо перед нами, на несколько верст простиралась огромная земля, со своими черноземными полями, зелеными пастбищами и стоящем на возвышенности царским замком, который даже с дальнего расстояния, казался мощным и большим.

– Мы направляемся в замок? – озадаченно поинтересовалась я, видя, что мы идем в ту сторону.

– Надо кое-что проверить, – немногословно ответил старик, стараясь быстро перебирать ногами. Он держал, перекинутый через плечо кулек со сложенными в него травами.

Вечерело. Солнце почти достигло горизонта. Ремесленные лавки были уже закрыты. Чтобы улица не осталась не освещенной, повсюду были зажжены факелы, вставленные в кованные держатели.

– Тебе не обязательно идти с нами, – сказала я, обратившись к Димитрию. Князь молча шел рядом со мной, запихнув руки в карманы.

– Я всего лишь хочу знать, что задумал этот старик, – Димитрий равнодушно ответил, даже не взглянув на меня.

Сумерки становились все гуще, и в тот момент, когда мы достигли замка, на улице окончательно стемнело.

Войдя в замок, мы последовали за стариком. Он шел быстрыми шагами, сменяя один коридор на другой, несколько раз свернув то влево, то вправо, и наконец вышел в большой зал с высоким полком, в центре которого висело огромное, кованное паникадило с зажженными на нем десятками свечей. Впереди перед нами предстала широкая лестница из белого камня, зовущегося плитняком.

– Этот замок такой огромный, – разувшись, я взяла тапки в руки и начала подниматься по ступеням босыми ногами, ощущая исходящий от них холод.

– Зачем ты разулась? – в недоумении, спросил идущий позади меня Димитрий.

– Ну, как же, – замялась я, не поняв сути вопроса. – Здесь так чисто, а мы только с улицы пришли.

– Просто надень обратно, – натянуто сказал Димитрий, пройдя мимо меня.

Поднявшись по лестнице, мы прошли еще немного вперед и, наконец, остановились напротив высокой двери, возле которой стояли двое крепких стражей в синих кафтанах. Они вскинули головы и выпрямили спины, выпячивая грудь вперед, как только мы появились в поле их зрения.

– Мы на месте, – суетливо сказал старик, подбежав к двери. – Давай, Анна, сюда.

Старик жестом показал мне подойти ближе и толкнул дверь руками.

Войдя внутрь, я покрутила головой по сторонам, стараясь осмотреться. В комнате было одно огромное окно, хорошо пропускающее дневной солнечный свет. Все стены и потолок были разукрашены нежными узорами приглушенных оттенков, а внутреннее убранство было изысканным и богатым. В каждом углу комнаты стояли вазы, заполненные пышными пионами, розами и ромашками.

В комнате стояла большая кровать с балдахинами, которые также были украшены живыми цветами.

Повернув голову в сторону, чтобы внимательнее все разглядеть, я внезапно встретилась взглядом со взглядом Димитрия. Князь молча всматривался в мои глаза, стараясь отыскать в них ответ на какой-то, мучающий его вопрос.

Его прекрасные, темно-зеленые глаза… У меня не хватило сил, чтобы справиться с тяжелым взглядом князя, откровенно изучающим меня без всякого стеснения. Я отвела взгляд, отвернув голову, ощущая, как мои уши, загорелись, словно их обожгло огнем.

– Анна, подойди, – позвал меня старик, стоя возле кровати. Он небрежно бросил на пол свой кулек.

Аккуратно подойдя, я вздрогнула, широко распахнув глаза. Передо мной лежала худая, обтянутая посеревшей кожей маленькая девочка. Сквозь ее длинные волосы отчетливо пробивалась седина, а тело, с ног до головы было покрыто язвами. Находясь словно в бреду, она все время жмурила глаза от мучавшей ее боли. Рядом с ее кроватью сидела пожилая женщина, постоянно смачивающая в холодной воде повязку, что лежала у ребенка на лбу.

– Это княжна Есения, – старик посмотрел на ребенка печальным взглядом. – Младшая дочь Царя.

– Что с ней случилось? – я протянула руку, желая прикоснуться к девочке, но меня остановила рука Димитрия.

– Не касайся ее, – холодно бросил князь. – Это может быть опасно.

– Княжна не встает с постели около года, – старик стоял напротив нас, по другую сторону от кровати и задумчиво гладил себя по бороде. – С тех пор, как эта зараза пристала к ней, никто так и не смог помочь девочке. Моя магия бессильна, а снадобья и травы помогают лишь на время унять ее боль.

– Как с ней это случилось? – скрестив руки позади себя, чтобы ненароком не коснуться девочки, спросила я.

– Воды Мрада, – твердо ответил Димитрий, с сожалением посмотрев на ребенка. – Ее отравили.

– Зачем кому-то понадобилось травить маленького ребенка? – спросила я, нахмурив брови и ощутив, как внутри, меня начала обуревать ноющая боль несправедливости.

– Они не ребенка хотели отравить, а ее мать, Царицу Ярикты, – ответил Димитрий, скрестив руки на груди.

– И, у них это получилось, – отвернув голову к окну, сказал старик. – Царицу отравили. Она умерла сразу, а Есения стала жертвой случайно, сделав глоток из маминого кубка.

– Но, для чего? – в ужасе, я покачала головой. – А, главное, кто мог такое сделать?

– Мы думаем, что это сделали мятежники, восставшие против Царя, – Димитрий посмотрел на старика пустыми глазами. – Однако, никаких доказательств своим домыслам, мы так и не смогли найти. Единственное, что нам оставалось, это выслеживать главарей, учиняющих мятежи и отлавливать их.

– Неужели никто так и не сознался в содеянном? – я бросила на князя короткий взгляд.

– Ни один из пойманных, – устало выдохнул Димитрий.

– Понятно, – печально ответила я.

– И, царской дочери, мы так и не смогли помочь, – с досадой, проговорил князь.

– Мы не смогли, но Анна сможет, – уверенно заявил старик, подлетев ко мне.

– Чего? – в недоумении, уставилась я на старика. – Чем я могу ей помочь?

– Хрюч, если это твой очередной эксперимент… – Димитрий грозно заворчал, но старик перебил его, сжав мои ладони своими руками.

– Поверьте, я знаю о чем говорю, – старик выдвинул мою руку, задержав ее над ребенком. – Давай, Анна, осмотри ее.

Слегка колеблясь, я подчинилась. Прикрыв глаза и сосредоточившись на руках, я зажгла в ладони белое свечение. Задержав руку над грудью ребенка, я зажмурила глаза. Прямо под моими пальцами белый свет вспыхнул еще ярче, заставив пожилую женщину, сидящую возле кровати, от испуга, начать читать молитвы.

– Она холодная, словно лед, – высвободив руку, я сделала шаг ближе к кровати и провела рукой над телом девочки. – Ее кровь становится холоднее.

– Что это значит? – поинтересовался Димитрий, внимательно наблюдая за моими действиями.

– Это значит, что времени у нас крайне не много, – резко отпрянув от кровати, я схватила лежащий на полу кулек старика и вывернула его наизнанку.

Внимательно изучив вытряхнутое содержимое, валяющееся на полу, я схватила стоящую на столе миску и принялась ладонями растирать нужные мне травы. Получив сухую смесь, я залила ее водой из кувшина, а затем поднесла емкость к губам и резко дунула. Из чаши сразу пошел густой белый дым, а по комнате распространился сильный аромат жженой травы.

– Дай мне свой нож, – настойчиво попросила я у Димитрия, обратившись к князю.

Будущий Король Стрижды без лишних колебания протянул мне маленький, острый ножик.

Взяв его в руку, острым краем я проткнула свой палец, отсчитав ровно три капли крови, которые капнула в миску.

«Кровь ты моя – водица,

Матушка моя – сестрица.

Смой все болезни и хворь несчастную,

С тела этого хрупкого и прекрасного.

Останови болезнь лютую и ужасную,

Даруй жизнь этой душе долгую и ясную».

Вспыхнувший свет в моей ладони моментально превратил содержимое миски в густую, серую массу.

– Надо покормить ее этим снадобьем, – уверенно заявила я.

Пожилая женщина вскочила, подбежав к комоду и достала из него деревянную ложку.

Набрав ложкой немного полученной массы, я поднесла ее к губам девочки.

– Она поправится? – с надеждой в голосе спросила женщина, заставив меня остановиться.

– Молитесь, – не оборачиваясь, ответила я, вложив снадобье в рот ребенку.

В комнате застыла гнетущая тишина. Я внимательно всматривалась в лицо тяжело дышащей девочки, с тревогой ожидая результата. Переживания оказались настолько сильными, что я неосознанно сжала руки в кулаки, напрягшись всем телом.

Старик выжидающе закряхтел, зависнув над кроватью.

Я вздрогнула, неожиданно ощутив легкое прикосновение холодной кожи к моей ладони. Опустив голову, я увидела, как рука Димитрия касается моей руки. Спешно подняв голову, я посмотрела на князя. Его внимательный взгляд был направлен в сторону ребенка.

Боковым зрением, я увидела нарастающее свечение. Вначале шея, затем руки с ногами, а потом, и все тело девочки, покрылись светящимися белыми лучами света. Потоки нарастали, заставляя ребенка буквально светиться. От волнения, я неосознанно, сильнее сжала ладонь князя, почувствовав, как его рука, в ответ, плотнее сжала мою.

Грудь девочки немного взметнулась вверх. Весь свет стал сжиматься, скапливаясь в области грудной клетки ребенка. Выйдя из тела, поток света превратился в пылающий белым огнем шар. Он завис над маленькой княжной, а затем резко вонзился в грудь ребенка, пройдя внутрь тела девочки и мгновенно растворился.

– Получилось? – обеспокоенный результатом старик встрепенулся, начав быстро крутить головой по сторонам.

– Сейчас посмот… – я не успела договорить, как двери комнаты с грохотом отворились. Князь тут же выпустил мою руку, встав на шаг впереди меня.

– Что здесь такое происходит? – грозно рявкнул взрослый мужчина, влетевший в комнату.

Он был крупного телосложения, высокий и с широкими плечами. На нем была надета одежда темно-бордового цвета, напоминающая цвет крепкого красного вина. Рукава его рубашки были расшиты золотыми нитками, а с плеч свисал длинный шлейф от мантии. Его проступающая на плечах барма была выделана красными самоцветами. Точно такие же самоцветы украшали корону, что торжественно возвышалась на голове мужчины. Поверх кожаных перчаток были надеты пара колец с вставками из драгоценностей. Седые пряди в волосах, покрытая морщинами кожа и пустые, усталые глаза, давали понять, что этот мужчина точно прожил больше половины века.

– Ваше Величество, – почти одновременно произнесли Димитрий и Хрюч, склонив головы в почтительном поклоне.

Опешив, я застыла, глупо уставившись на Царя Ярикты!

Я не знала, как правильно девушка должна выражать свою уважение Царю. Оценив ситуацию, я спешно повторила поклон за князем, стараясь сделать его правильно.

– Анна, Димитрий? – вошедший следом за отцом Виктор, удивленно на нас посмотрел. – Что вы здесь все делаете?

– Ваше Величество … – старик начал было что-то бормотать, но его тут же, грубо перебили.

– Хрюч, ты совсем из ума выжил? – гневно закричал Царь. – Как ты посмел привести сюда посторонних?

Воздух буквально задрожал от скопившегося вокруг напряжения. Двое стражников, что ранее стояли возле входа в комнату, вошли в покои, встав прямо позади Царя.

В моей голове, тут же, пронеслась шальная мысль о том, что моя голова точно скоро отлетит с моих плеч.

– Ваше Величество, – Димитрий сделал несколько уверенных шагов вперед, – эта девушка здесь, чтобы помочь…

– Димитрий, будь хотя бы ты благоразумен, – холодно бросил Царь, понизив тон своего голоса. – Ладно, этот доживающий остатки разума старик никак не уймется, но ты то, как допустил постороннего в княжеские покои!

– Позвольте вам объяснить… – Хрюч мялся от волнения, переступая с ноги на ногу.

– Не желаю ничего слышать! – отсек Царь, вскинув руку вверх, тем самым, отдав приказ страже, выкинуть нас из комнаты.

Один из стражников быстро схватил меня за руку, потащив за собой наружу.

– Отец, погоди, – Виктор встал, на проходе перед Царем, и преградил выход из комнаты. – Пусть они все расскажут. На самом деле Анна ведьма и, кстати, очень сильная ведьма. Мы своими глазами видели ее в деле, когда, по дороге в Ярикту, столкнулись с Полудницей.

– Это правда, – уверенно заявил Димитрий, подтвердив слова Виктора.

Я растерялась, не поверив тому, что Димитрий встал на мою сторону.

– Ваше Величество, да послушайте же… – Хрюч отскочил от второго стражника, когда тот попытался схватить старика.

– Мама, – все резко обернулись на ребенка, который сидел в кровати, устало потирая сонные глаза. – Мама…

Я увидела, как Царя, взрослого, грозного правителя, затрясло. Не веря собственным глазам, мужчина тихонько подошел к кровати. Не в силах стоять на шатающихся ногах, Царь опустился перед ребенком на колени.

– Есения, – Царь боязливо протянул руку, погладив девочку по щеке.

Старик кинулся к кровати, громко и восторженно рассмеявшись.

Даже стражники замерли, пораженные увиденным. Выгадав для себя момент, я выдернула свою руку из хватки стражника, освободившись.

– Папа, – сонно пробубнила девочка. – Где мама?

– Все хорошо, – спокойно ответил Царь, погладив ребенка по голове.

– Еся, – тихо произнес Виктор, улыбнувшись сквозь накатывающие на глаза слезы. Димитрий ненавязчиво приобнял друга за плечи, чтобы поддержать и выразить радость.

– Как? Как вы это сделали? – Царь обернулся к Хрючу. Мужчина очень старался контролировать свои эмоции, не давая им вырваться наружу, чтобы суметь сохранить самообладание. – Как ты понял, что эта девушка сможет помочь Есении?

– Ваше Величество, – подойдя ко мне, старик уверенно заявил. – Дело в том, что Анна… это дочь Аглаи!

Часть 15.

20 лет назад.

– Добро пожаловать в Сарпы, – весело произнес старик, раскинув объятья перед девушкой. – Аглая, как давно я тебе не видел? Ты стала еще красивее.

– А, ты, все такой же надоедливый, – равнодушно кинул Горд, войдя в Требный дом.

Это была небольшая постройка, сложенная из каменных блоков. Требный дом был единственной постройкой в Ярикте, которая стала пристанищем для магов и колдунов. О нем знали лишь немногие. Это было тайное место, созданное в обход введенного запрета на магию. Требный дом существовал сравнительно недавно, но за это время, в нем обучилось немалое количество людей, обладающих колдовской силой. В основном, это были молодые юноши и девушки, которые по воле судьбы, были одиноки и не знали, куда пойти, либо не могли сами обуздать силу, что засела у них внутри. Главенство в Требном доме передавалось между старшими колдунами. Сейчас, его возглавлял взрослый мужчина в летах, которому его ученики дали забавное прозвище Хрюч.

– С каких пор гостеприимство воспринимается тобой как надоедливость? – шутливо пробубнил старик, проводя гостей внутрь дома.

– Да, ладно вам, – улыбнулась Аглая, обняв старика в ответ. – Рада, что ты жив и здоров.

– Вашими молитвами, – старик довольно улыбнулся, подмигнув Горду.

– Только вот давай без лести, – иронично бросил мужчина, заострив внимание на группе молодых мальчишек. Одетые в простую, рабочую одежду, они стояли в кругу, активно над чем-то споря. Один из них тряс в руках куст какой-то травы, другой сильно размахивал руками, стараясь что-то доказать, третий стоял молча, дожевывая кусок лепешки.

– Признаться честно, не думал, что увижу вас вместе, – старик указал рукой в сторону, отводя Аглаю и Горда за угол.

– Меня не волнуют запреты моей семьи, – Горд приобнял Аглаю за плечи. – Я сказал, что она будет со мной, я сдержал свое слово.

– Разве это… – старик осекся, когда Аглая резко нахмурилась и поджала губы. Хрюч понял, что продолжать не стоит.

– Ты о чем? – в недоумении спросил Горд.

– Разве это правильно, что мы в коридоре стоим? – Хрюч постарался выкрутиться. – Столько времени прошло, а я вас даже чаем не напоил.

– Некогда нам чаи гонять, – серьезно ответил Горд, чуть ближе подойдя к старику. – Собирайся. Поедешь с нами в Ярикту.

– Вы с ума сошли? – встрепенулся Хрюч. – Что вы, вообще, там забыли? Если вас поймают, вы оба мигом в петле окажитесь.

– Нам нужна рукопись, – тихо ответила Аглая, вымученно посмотрев на старика.

– Радимира чтоль? – Хрюч широко распахнул глаза. – Да, как вы собираетесь ее получить? Один изгнан и числится предателем, вторая меченая и попала под запрет на магию. Вы красться тайком туда собрались?

– Угомонись уже, – грубо скомандовал Горд. – Никто красться не собирается. Мы за своим придем. Я не отдам ему Ярикту! Это мой трон и моя страна!

Ничего не говоря, Аглая вытащила из сумки колбу с прозрачной жидкостью и показала ее Хрючу.

– Нет, – обомлел старик, схватившись за сердце. – Только не говорите, что вы…

Хрюч не договорил, когда Горд достал из сумки, привязанной к поясу, нож. Вытянув вперед руку, мужчина резанул себя, оставляя на руке ровный, кровавый порез. Пара мгновений, и след засиял, полностью затянув рану на руке.

– Мы начали этот обряд, – спокойно сказала Аглая, мрачно улыбнувшись. На мгновение, девушка погрузилась с свои мысли, но опомнившись, перевела взгляд на старика. – К тому же, Горд собрал армию.

– Горд? – в недоумении переспросил старик.

– Аглая, – Горд перебил Хрюча, не дав ему договорить. – Могла бы ты сообщить дружинникам, чтобы они пришли сюда. Отведем их в трапезную. Нужно дать им немного передохнуть.

– Конечно, – девушка согласно кивнула, удаляясь в сторону улицы.

Как только она скрылась за углом, Горд резко схватил одной рукой старика за шиворот, ближе притянув его.

– Она не знает, – сквозь зубы шикнул мужчина, гневно посмотрев на старика. – Пока не знает. Так что, держи язык за зубами.

Горд грубо отпустил Хрюча, отчего старик едва не упал.

– Как же ты можешь так поступать с ней, – с сожалением произнёс старик.

– Не вижу в этом ничего плохого, – холодным тоном произнес Горд. – Я не собираюсь причинять Аглае вред и другим не позволю. Она…моя!

– Прошу, не втягивай меня в это, – вымученно прошептал старик, опустив глаза. – Я знаю, чего ты хочешь, но я тебе в этом не помощник.

– Поздновато ты опомнился, старик, – Горд скрестил руки на груди, с высока посмотрев на Хрюча. – Быть может, ты хочешь, чтобы про это место узнали в Стрижде? Они с превеликим удовольствием загонят в петлю тебя и всех твоих подопечных.

– Да, ты точно не он, – старик обессиленно прикрыл глаза, понимая, что выбора ему не оставили.

– Слава Богам, что это так, – усмехнувшись, бросил Горд, развернувшись в сторону улицы, – Даю тебе час на сборы. И, Хрюч, поменьше трепи языком. Не заставляй меня тебе его отрезать.

Сказав последнюю фразу, Горд уверенным шагом направился в сторону улицы, оставив побледневшего старика на едине с собственными мыслями.

Часть 16.

– Я все никак не могу поверить в то, что ты ее дочь, – Царь устало прикрыл глаза рукой, сидя на своем камнерезном троне с высокой спинкой. – Просто в голове не укладывается, что Аглая твоя мать!

Оставив княжну Есению отдыхать под присмотром нянек, мы все переместились с Большой тронный зал.

По обе стороны от царского трона были зажжены два больших камина, на которых стояли мраморные скульптуры стражников, держащие в руках настоящие мечи. Несмотря на бушующую днем жару, стены каменного замка плохо прогревались, из-за чего, вечерами в помещениях было достаточно прохладно. За спиной Царя висел, вышитый на огромном полотне, разноцветный герб Ярикты.

Чтобы осветить такое большое помещение, на стенах висело множество зажженных факелов, а под потолком зависли три больших канделябра с горящими свечами.

– Признаться честно, Ваше Величество, я и сама очень удивилась, когда услышала, что вы знали мою мать, – немного робко произнесла я, в смятении посмотрев на Хрюча, который смиренно стоял возле Царя.

– Мое имя Горд, – обычным тоном представился Царь, пробежавшись по мне беглым взглядом. – Стало быть, тебя Анной зовут?

– Да, – вначале я просто ответила на вопрос, но тут же вспомнив о манерах, сделала краткий поклон головой.

– Может, кто-то нам объяснит, что все это значит? И, как Анне удалось вылечить Есению? – с недовольством бросил Виктор, уперев одну руку в бок. Князь стоял рядом с Димитрием, каменное лицо которого было пронизано выжидательной терпимостью.

– Я ее не вылечила, – с досадой, ответила я, крепко сжав ладони в кулаки.

– Не понимаю, – Виктор внимательно посмотрел на меня, в недоумении раскинув руки в стороны. – Еся ведь пришла в себя, поднялась на кровати и даже начала говорить.

– Анна все правильно сказала, – Хрюч, неспешно перебирая ногами, вышел вперед. – Вашей сестре стало легче лишь на время. Если ничего не предпринять, она снова упадет без чувств и погрузиться в горячку.

– Так, давайте что-то предпримем! – взбешенный услышанным ответом, вскрикнул Виктор, взмахнув руки вверх.

– Сын, – сердито произнес Царь, хлопнув ладонью по ручке трона, – прояви терпение. Мы здесь для того и собрались, чтобы решить, как нам поступать дальше.

– Пока мы здесь языками чешем, Еся может снова… – возмутился Виктор, замявшись на последнем слове. Тело князя заметно напряглось, а одна из ладоней сжала рукоять меча, что был приторочен сбоку к поясу.

– Что нужно, чтобы вылечить маленькую княжну? – Димитрий, что до сих пор молчал, обратился к старику с вопросом.

– Нужно разрушить проклятье Мрада, которое отравляет ее, – Царь сам ответил на вопрос, следом обратившись ко мне. – Анна, тебе приходилось раньше сталкиваться с водами Мрада?

– Нет, никогда, – почувствовав напряжение от заданного мне вопроса, я машинально скрестила руки на груди, вспомнив зараженную болезнью девочку.

– Никогда не сталкивалась, но по сравнению с предыдущими лекарями, твоей силы хватило, чтобы с первого раза исцелить княжну, пусть даже и на время, – слегка наклонив голову в бок, констатировал Димитрий, с интересом посмотрев мне в лицо. – Что такого особенного в твоих способностях?

– Да, именно! – Виктор поддержал Димитрия, скрестив руки на груди точно также, как это сделал будущий Король Стрижды. – И, кто такая, это Аглая?

– Это мать Анны, – простодушно ответил старик, разведя руки в стороны.

– Серьезно? – напряжение в голосе Виктора возросло. – Ты еще смеешь шутить?

– Довольно, Виктор, – вымученным тоном произнес Царь. – Прекрати.

– Не собираюсь, – громко заявил Виктор, указав пальцем на старика. – За целый год, этот старик так ничего и не сумел сделать. Но, зато шутки из него льются только так.

Я набрала в легкие побольше воздуха, надув щеки. Я всегда так делала, когда не понимала, как поступить. Машинально повернувшись, я поймала на себе озадаченный взгляд Димитрия. Князь, глядя на мое раздутое лицо, вскинул брови, искренне усмехнувшись. Растерявшись, я выпустила воздух изо рта, сдув щеки. От осознания того, насколько сейчас я глупо выглядела, меня кинуло в жар. Приложив тыльную сторону руки к своей щеке, я ощутила, насколько она стала горячей. Дыхание участилось, вызывая внутри меня легкую дрожь.

– Мы все прекрасно понимаем серьезность происходящего, – Димитрий решил остановить словесную перепалку, обратив свой непроницаемый взор на Виктора. – Не вижу смысла начинать прения на ровном месте.

– Анна, – обращение Царя, привело меня в чувства. – Что ты знаешь про свою мать?

– Немного, – я задумалась, стараясь вспомнить все, что слышала из рассказов тети. – Знаю, что она сбежала, влюбившись в какого-то мерзавца, и бросила меня.

– Влюбившись… – еле слышно, прошептал Царь себе под нос. Его взгляд, всматривающийся в одну точку, словно растворился в пространстве.

– Еще знаю, что мой колдовской дар перешел ко мне от нее. Пожалуй, это все, что мне известно, – я пожала плечами, тем самым показав, что больше ничего не знаю.

– Аглая обладала не просто колдовским даром, – старик поднял вверх указательный палец, привлекая к себе внимание. – Она была потомком сильного рода, отмеченного самой Макошью – Богиней судеб.

– Что вы имеете в виду? – я напряглась, услышав такую подробность о своей матери.

– Понятно, – тихим и усталым голосом произнес Царь. – Видимо, ты ничего не знаешь ни про свою мать, ни про род, к которому принадлежишь.

Внутри меня начало зарождаться неприятное чувство обиды, подпитанное странным ощущением недосказанности. Оказалось, что за всю свою жизнь, я ни на шаг не приблизилась с своим корням. Я не знала, кто я, кем была моя мать на самом деле, какая именно сила передалась мне по роду. Все, что я знала, это короткие истории, рассказанные моей тетей. Но, самым обидным для меня стало то, что посторонние люди, которых я видела практические впервые в жизни, знали о моих корнях больше, чем я сама.

– Чуть больше ста лет назад, на границе Гривчатого леса, Царь Радимир, с благословения Богини Макоши, основал маленькое поселение Мрад, которое, в кратчайшее время, превратилось в крупный торговый город. Поговаривали, сама Макошь благоволила Царю Радимиру, даровав ему священную рукопись, – Хрюч прервался, услышав мой вопрос.

– Рукопись Радимира? – не в силах сдерживать эмоции, спросила я.

– Да, – кивнул мне в ответ старик, продолжив повествование. – Мрад быстро рос, став самым крупным торговым городом. Но все закончилось, когда в него вошли наемники, пожелавшие его разграбить. Они оставили от Мрада руины, уничтожили постройки, а семью Радимира прилюдно сожгли на костре в центре площади. Убитый горем Царь, отрекся от Макоши, обвинив ее в своих горестях и поклялся отомстить захватчикам. Тогда же, Радимир решился на сделку с Мореной. Богиня смерти даровала Царю свою Нетленную армию, которая за секунду уничтожила всех захватчиков. Отмщение Радимира состоялось, однако, пришло время платить по счетам. В тот день, Морена превратила огромный город Мрад в бездонное озеро с черной, убивающей все живое, проклятой водой, навсегда сделав Царя Радимира своим слугой и хранителем этого самого озера. Сама же Нетленная армия, была погребена в черных водах вместе с рукописью, – Хрюч рассказал настоящую историю, которая до сих пор мне не была известна.

– Получается, это не Стрижда напала на Мрад? – недоумевая, спросила я, посмотрев на молчащего Димитрия.

– В этом есть доля правды, – Царь слегка нахмурился. – Однако, это произошло гораздо позже событий тех лет.

– Я не знал, что Радимир был благословлен Макошью, – озадаченно ответил Виктор, посмотрев на отца.

– Я тоже об этом раньше не слышала, – нахмурившись, произнесла я.

– Об этом практически никто не знает, – Царь закинул ногу на ногу и плотнее прижал спину к спинке трона. – Нам с Хрючом об этом, в тайне, поведала Аглая.

– Которая, к тому же, являлась правнучкой Царя Радимира, – довольно улыбнувшись, произнес старик, чуть приподняв голову вверх.

– Быть того не может! – ошеломленный услышанной новостью, Виктор встрепенулся.

Словно молнией пораженная, я застыла без движения, уставившись глазами в пол. Действительно, как такое возможно? И, почему я раньше об этом ничего не слышала? Если верить тому, что я сейчас узнала, Аглая являлась потомком великого рода, к тому же, обладающего сильными магическими способностями.

– Значит, особенность силы Анны кроется в ее принадлежности к роду Радимира? – уточнил Димитрий, сделав шаг ближе ко мне. Из оцепенения меня вывело прикосновение руки князя к моей спине, которую он тут же убрал.

– Именно так, – ответил Царь, облокотившись головой о руку. – Благословив Радимира, Макошь даровала ему способности, которыми сама обладала.

– Исцелять, возрождать к жизни и менять судьбы, – уверенно добавил Хрюч. Старик подошел ко мне, взял за запястье и повернул руку ладонью вверх. – В твоих ладонях, Анна, сокрыта сила, способная перекроить жизнь любого человека. Ты, как Богиня Макошь, можешь плести полотна людских судеб.

– Но, я… – робко выдернув руку из ладони старика, я ощутила испуг за ту силу, которой обладала, – я даже… со своей судьбой то справиться не могу, а тут…

Я мгновенно осеклась, поняв, что сболтнула лишнего. Ощутив на себе пристальные взгляды, я как можно скорее попыталась развить диалог дальше.

– Как вы познакомились с моей матерью? – неуверенно спросила я, взглянув на Царя.

– Аглая была среди тех, кто во время восстания, помогал захватить Ярикту, – на последних словах, Царь сделал протяжную паузу, посмотрев на меня тяжелым взглядом.

Я ужаснулась, оцепенев от услышанного. Одна новость невероятнее другой. Узнать за один вечер столько всего нового о своей семья и о своих корнях оказалось гораздо труднее, чем я могла себе предположить. Всю свою сознательную жизнь, я существовала с мыслью, что моя мать была обычной женщиной, просто искренне желающей любви. А мой дар, это всего на всего обычные колдовские способности, доступные любой ведьме.

– Однако, именно Аглая, спасла его Величество, Царя Горда в ту ужасную ночь, – отчеканив каждое слово, заявил старик, утвердительно кивнув головой.

– Как это произошло? – пребывая в замешательстве, спросил Виктор. Видя подавленное состояние друга, Димитрий положил руку князю на плечо, хлопнув по нему пару раз. – Почему я раньше ничего об этом не слышал?

– Видимо, потому что время узнать правду, пришло только сейчас, – Царь поднялся с места, начав ходить из стороны в сторону, терзаемый событиями прошлого. – Двадцать лет назад, между Яриктой и Стриждой бушевала война за власть над озером Мрад. Отец Димитрия, Король Стрижды желал уничтожить проклятое озеро, боясь, что однажды, кто-то из ведьм и колдунов попробует разбудить Нетленную армию Морены. В конечном счете, и Ярикта, и Стрижда приняли решение сохранить Мрад, введя повсеместный запрет на магию. Однако, как только мирное соглашение между нашими странами было подписано, на Ярикту снова напали.

– Тот мерзавец, который назвал себя Иваром, ты ведь так сказал мне отец? – сквозь зубы прошипел Виктор. Я посмотрела на князя, который стоял, опустив голову, плотно стиснул зубы от злости.

– Да, – Царь утвердительно кивнул, продолжив. – Кем именно был тот человек, нам не удалось выяснить. Наверное, очередным наемником, желавшим власти. В тот день, почти половину домов в столице сожгли. Солдаты Ивара казнили всех без разбора. Тогда же убили мою жену, Елену и мать Виктора.

– Но, Ивару не Ярикта нужна была, – загадочным тоном произнес старик, покосившись на меня. – Он преследовал другие цели.

– Например? – с серьезным выражением лица, задал вопрос Димитрий.

– Хотел рукопись Радимира, – уверенно ответил Царь. – Считал, что она хранилась в Ярикте. В то время, как рукопись мирно прозябала на дне проклятого озера.

– Получается, моя мать, помогала этому Ивару захватить Ярикту? – с досадой констатировала я, сжав руки в кулаки.

– В начале, так и было, – Царь неспешно направился ко мне. Подойдя ближе, мужчина положил руки на мои плечи, заглянув мне в глаза. – Но, увидев, какие страшные вещи творил этот подонок, Аглая пошла против него. Анна, твоя мать, в ту ночь, спасла меня.

– Правда? – округлившимися от удивления глазами, я уставила на Царя.

– Именно так, – мягко улыбнувшись, ответил Царь, отпустив меня. – При захвате замка, Ивар облил меня проклятой водой из Мрада, но твоя мать, смогла меня вылечить.

– Подождите, как это возможно? – встрепенулся Виктор, подойдя чуть ближе к нам с Царем.

– Действительно, как это возможно? – окончательно запутавшись, я почти перестала понимать, суть происходящего. – Хрюч, вы же сказали, что Есения отравлена водами Мрада, так?

– Верно, – с прискорбием в голосе, произнес старик.

– Насколько я знаю, лекарство от проклятья Мрада не известно никому. Как тогда моя мать смогла вылечить его Величество?

– Лечение от проклятья существует, – Хрюч многозначительно вскинул брови. – И, оно сокрыто в рукописи Радимира.

Я чувствовала, что еще немного, и меня начнет трясти от переизбытка эмоций. Все вокруг меня всё время твердили про эту самую рукопись, способную исцелять, даровать блага и менять судьбу. Но, раз даже русалки, живущие по несколько столетий, никогда не видели рукопись, я полагала, что она являлась не более чем простой выдумкой.

– Погодите, – мысли окончательно спутались, и я затрясла головой. – Хотите сказать, что рукопись Радимира действительно существует?

– Да, это так. Я сам ее видел, – утвердительно ответил Царь, подойдя к своему сыну. – Однако, прочитать рукопись не дано никому, кроме благословленных Макошью.

– Получается… – поняв смысл происходящего, Виктор широко распахнул глаза, вытаращив их на меня.

– Будучи единственным потомком князя Радимира, только Аглая могла читать рукопись, – Хрюч стал задумчиво перебирать между пальцами свою седую бороду. – С помощью заклятья, написанного в рукописи, она должна была помочь Ивару воскресить Нетленную армию. Но, Аглая не стала этого делать. Она исцелила Царя от проклятья, однако, в ту ночь, сама она спастись не смогла.

– Значит, мать Анны погибла в ту ночь? – Виктор пристально посмотрел на своего отца.

– Да, – с горечью, подтвердил Царь. – К сожалению, в ту ночь Аглая погибла и, вновь, унесла рукопись с собой на дно проклятого озера.

– Но, откуда рукопись появилась у моей матери? – нахмурившись, спросила я.

– Этого мы не знаем, – спокойно ответил Горд. – Когда Аглая прибыла в Ярикту, рукопись уже была у нее на руках.

– Получается, если рукопись существует, и вы знаете, что она в озере, ее можно достать? – Виктор хлопнул кулаком по ладони.

Все находящие в Большом тронном зале молча посмотрели на меня.

– Раз моя мать является потомком Радимира и во мне течет ее кровь, получается, я могу поднять рукопись со дна проклятого озера, – медленно проговорила я, выжидательно наблюдая за реакцией всех присутствующих в зале.

Впервые за несколько лет, внутри меня стала зарождаться надежда на спасение. Если я смогу заполучить рукопись Радимира, у меня появится шанс изменить свою судьбу. Тогда, я смогу избежать пророчества Морены и своей смерти.

– Ты готова это сделать? – спросил Царь, выжидательно посмотрев на меня.

– Я согласна поднять рукопись со дна Мрада, если, после спасения княжны, я смогу забрать рукопись себе, – уверенно заявила я. Мне нужно было любым способом завладеть рукописью, ведь речь шла о моей жизни.

– Зачем она тебе? – настороженно спросил Димитрий.

После слов о том, что моя мать, двадцать лет назад помогала захватить Ярикту, Виктор еще ни разу не посмотрел на меня. Складывалось ощущение, что князь сторонился моего присутствия, по возможности, стараясь всячески меня игнорировать. И, лишь вопрос о спасении его сестры, заставил Виктора вновь заговорить со мной.

– Раз Радимир был моим прапрадедом, рукопись, это все мое наследство. Я бы хотела оставить ее себе, в память о своих предках, – естественно, рассказывать об истинных причинах, по которым я хочу забрать рукопись себе, я не стала.

Мне и так было достаточно презрения со стороны Димитрия за то, что я обладаю колдовскими способностями. А теперь, мне хочется провалиться сквозь землю от стыда перед Виктором, который из-за действий, которые творила моя мать, лишился своей собственной матери. Если вдобавок князья узнают, что я отмечена пророчеством Морены, наложенным на меня еще с рождения, я точно могу впасть в немилость и лишиться возможности получить рукопись.

– Что ж, меня полностью устраивает это предложение, – Царь протянул мне руку. – Я согласен.

– Я достану, – тихо, но отчетливо произнесла я, пожав протянутую мне руку. Я гордо вскинула голову вверх и уверенно посмотрела Царю Ярикты в глаза.

Состроив на лице добрую улыбку, Царь направился к своему трону.

– Чтобы достать рукопись, нам еще нужно добраться до Мрада, – Димитрий посмотрел на садящего в трон Царя. – До озера около двух недель пути в одну сторону. Если хотим успеть помочь княжне, нужно выдвигаться в путь.

– Нет! – Хрюч резко оборвал князя, вызвав у всех негодование. – Я должен кое-что подготовить для Анны. Это ей понадобится, когда она будет доставать рукопись.

– И, сколько времени займет подготовка? – уточнил Димитрий.

– Хрюч, что ты собрался делать? – твердым тоном, спросил Царь, недовольно посмотрев на старика.

– Ваше Величество, – Хрюч подбежал к Царю. – Это всего лишь заговор для призыва Хранителя озера. Без него, ничего не получится.

– Даю тебе два дня на твои проделки, – Царь раздраженно начал хлопать ладонью по ручке трона. – К тому же, послезавтра уже наступит Купала, а завтра, пройдет большая ярмарка. Будут кулачные бои, соревнования на мечах и стрельба из луков.

– Значит, отправимся сразу после праздника, – тон Димитрия стал более мягким и спокойным.

Я молча кивнула, поддержав идею князя. На самом деле, разницы мне особой не было, когда ехать за рукописью, кроме того факта, что в Ярикте я чужая. Мне здесь ничего не знакомо, я никого не знаю. Чем занять себя эти два дня, я смутно представляла.

– Кстати, отец, – воскликнул Виктор, подойдя ко мне. Князь впервые посмотрел на меня. На его лице нарисовалась легкая полуулыбка. – Я дал слово Анне, что попрошу тебя, разрешить ей применять магию вне Ярикты для лечения людей.

– Это серьезная просьба, Виктор, – было видно, что Царь напрягся, мельком посмотрев на Димитрия. – Я не могу дать подобного разрешения, без согласия Стрижды.

– Стрижда не против, – спокойно ответил Димитрий. – Пусть колдует на здоровье, но только для лечения людей.

Я широко распахнула глаза от изумления. Все дорогу до Ярикты, я представляла себе самые неприятные итого моего посещения столицы. Признаться честно, в какой-то момент мне показалось, что я уже смирилась с тем, что магия мне больше доступна не будет.

– Я же обещал, – Виктор подмигнул мне, толкнув локтем в бок. От смущения, я опустила глаза, почувствовав, как мое лицо заполыхало. – Будущий Царь Ярикты всегда должен держать свое слово.

Ничего не говоря, Димитрий иронично усмехнулся, вызвав на лице Виктора недовольство.

– Анна, ты пока можешь жить у меня, – Хрюч так резко дернул меня за руку, что я аж отлетела от Виктора. – Койку я тебе выделю.

– Ни в коем случае, – Царь Ярикты вмешался, обратившись ко мне. – Анна, я бы хотел, чтобы ты стала моей почетной гостьей здесь в замке. Комнату тебе подготовят, я распоряжусь.

– Благодарю, Ваше Величество, – я поклонилась Царю, – это честь для меня.

– Рад, что ты согласна, – Царь кивнул, легонько улыбнувшись мне.

Часть 17.

– Вот здесь, твоя комната, – Димитрий, стоя ко мне спиной, остановился возле высокой, деревянной двери, обитой стальными листами по краям.

– Как думаешь, Виктор теперь будет меня ненавидеть? – не отреагировав на слова князя, я с грустью потупила взгляд, уставившись на огонь, исходивший от горящего на стене факела.

Когда все вопросы в Большом тронном зале были решены, Виктор молча покинул помещение никому ничего не сказав. Несмотря на то, что князь старался сохранить самообладание, он все равно выглядел расстроенным.

Димитрий хотел было его догнать, но Царь Ярикты его остановил, попросив сопроводить меня до моих покоев.

– С чего такие мысли? – Димитрий нахмурился, обернувшись ко мне. – Разве, в чем-то есть твоя вина?

– Ну, как? – я слегка замялась, вспомнив каким взглядом меня окинул Виктор, когда узнал правду о моей матери. – Это же Аглая виновата в том, что мать Виктора погибла.

– Ты не твоя мать, Анна, – Димитрий сделал шаг вперед приблизившись ко мне, отчего я подняла на него глаза. – Не нужно примерять на себя чужие грехи.

– Что, если я не смогу достать рукопись? – я обхватила себя рукой, словно ощутив холод, исходивший из моих внутренних сомнений. – Знаю, что она нужна, чтобы найти лекарство от проклятья, но …

– Но? – вопросительно посмотрел на меня князь, приподняв бровь.

– Вдруг никакой рукописи на самом деле не существует? Может моя мать придумала еще один способ обмануть всех, но не более того, – от одной мысли об этом, страх пронзил мое сердце, заставив съежиться от неприятных ощущений, как вдруг я ощутила, как теплые ладони князя обнимают меня за плечи.

– Рыжуля, – услышав его спокойный голос, я перестала дышать, ведь сейчас Димитрий был от меня слишком близко. – Для чего тебе рукопись?

– Я же сказала, чтобы лечить людей, – озадаченная вопросом князя, я стояла, глупо хлопая глазами.

– Вот только не надо врать, – самодовольно усмехнулся князь. Пальцы Димитрия мягко обхватили мою шею. – Кому угодно, но не мне. Пусть у меня нет магического дара, но ложь я чувствую сразу.

– Я не вру, – я испуганно вздрогнула, когда Димитрий еще сильнее приблизил свое лицо ко мне. Инстинктивно отпрянув назад, я почувствовала, как уперлась затылком в стену.

– Тогда зачем она тебе? – выделив каждое слово, спросил князь.

– Я все уже сказала, – я старалась не показывать, что мое тело начало слегка потряхивать от прикосновений князя.

Я не смела шевелиться, на какое-то время забыв, что нужно дышать. Казалось, я лишилась рассудка, прыгнув в бездну его темных, зеленых глаз. Я никогда не видела приспешников нечисти, но если слухи о том, что они до безумия красивы и могут затуманить сознание правдивы, то Димитрий точно черт.

– Что… ты… – пропищала я, когда князь двумя пальцами приподнял мою голову вверх.

Мне бы сейчас отвернуться, оттолкнуть его и убежать, но… как же я не хотела этого делать. Бушующие внутри эмоции словно кричали: «Анна, ты сошла с ума! Он ведь обручен, у него невеста есть!»

Пребывая словно под чарами, я желала, чтобы князь не останавливался, чтобы сделал то, что задумал. Я понимала, что скоро губы князя коснуться меня, ведь уже чувствовала их тепло и то, как они едва уловимо соприкасаются с кожей моих губ, приятно щекоча ее и вызывая по телу волну мурашек. Я понимала, что сама желаю получить этот поцелуй. Закрыв застеленные пеленой глаза и приоткрыв губы, я замерла в ожидании.

– Советую, присмотреться к Виктору, – голос князя полушепотом раздался возле моего уха.

Моментально, я распахнула глаза. Уперев руки в грудь князя, я силой толкнула его. Как только расстояния между нами стало чуть больше, воздух прорезал хлесткий звук влепленной пощечины.

– Обязательно прислушаюсь к твоим словам, – с вызовом воскликнула я, отчеканив каждое слово. Мои глаза, наполненные злостью и сжатые в кулаки руки, открыто демонстрировали бушующий внутри меня гнев.

Димитрий с интересом наблюдал за мной, приложив ладонь к щеке, на которой явственно отпечатался красный след.

– Думаешь он поможет тебе продолжать пользоваться магией? – со злостью улыбнулся князь. Словно не обращая внимания на мой гнев, Димитрий схватил меня за руку и одним рывком, притянул к себе.

– Пусти! – огрызнулась я, прошипев сквозь зубы, стараясь выдернуть руку из крепкой хватки. – Я получила разрешение Царя. Ты тоже был не против. Что еще тебе от меня нужно?

– Правда! – Димитрий, не выпуская моей руки, еще плотнее придвинул меня к себе.

– Да, какая правда? – я подняла на князя свирепый взгляд.

– Про тебя, Рыжуля, – Димитрий слегка ослабил хватку, стараясь не причинять мне боль. – А, именно то, зачем ты согласилась помочь достать рукопись, зная, что это практически невозможно.

– Я, кажется, уже сказала, – я наконец-то выдернула руку, несколько раз потерев запястье. – Твое право не верить, князь. Я знаю, что ты презираешь таких как я, а твоя страна, вообще, пыталась уничтожить всех, кто обладает колдовским даром.

– Презираю? – князь растерянно уставился на меня. – Это не то… я не…

– Димитрий, я везде тебя ищу, – позади нас раздался красивый, женский голос.

Я обернулась, услышав шорканье, доносящееся от центральной лестницы. От неожиданности, я резко отпрянула, увидев подходящую к нам Ладу.

– Лада. Что ты хотела? – переведя недовольный взгляд на княжну, раздраженным тоном спросил Димитрий.

– Ужин почти накрыт, не хватает только тебя за столом, – княжна провела своей изящной ладонью по плечу князя, вплотную приблизившись к нему. – Кстати, твой брат просил тебе передать, что ужинать он с нами не будет. Артур направился в трактир.

– Опять напьется, – недовольно выдохнув, Димитрий скинул со своего плеча руку княжны и медленно провел рукой по волосам, зачесав их назад. – Хорошо, мы скоро спустимся. Спасибо, что сообщила.

– Ты не забыл, что завтра ярмарка? – состроив милую улыбку, спросила княжна. Лада словно змея, обмотала предплечье князя своей рукой. – Ты ведь идешь?

– Мой брат твердил об этом всю дорогу до Ярикты, – недовольно ответил Димитрий, тяжело выдохнув, – при всем желании, об этом не забудешь.

– Вы тоже идете на ярмарку, Ваше Высочество? – спросила я у Лады, натянув на лицо показную улыбку.

– Конечно, – высокомерно ответила Лада, приведя пальцами по плечу князя, – ведь я иду туда не одна. Да, Димитрий?

– Да, – твердо и холодно ответил князь.

– Я рада, что мои мужчины успели к празднику, – княжна довольно улыбнулась, пристально посмотрев на меня. – Ведь это я провела кучу бессонных ночей, дожидаясь их возвращения.

– Охотно верю, – иронично бросила я, кивнув княжне в ответ.

Димитрий стоял, не отводя от меня взгляда.

– Да, Анна, совсем забыла, – княжна прищурила глаза, приподняв краешек губ и легко улыбнулась. – Ты, наверное, устала с дороги, да еще и лечение Есении навело много суеты. Так что, я распоряжусь принести ужин прямо в твои покои. Тебе не обязательно спускаться вниз.

– Вы так заботливы, госпожа, – я натянула на лицо наигранную улыбку, посмотрев на княжну исподлобья. – Я удивлена.

– Конечно, – голосом, пронизанным самодовольства, сказала Лада. – Как говорит мой отец: «Милосердие украшение сильных».

– А, моя тетя всегда говорила, что: «Лучше быть правдивым палачом, чем милосердным лжецом», – с видом, полным безразличия, я прошла мимо Димитрия и Лады, проследовав до двери, ведущий в мои покои. Обхватив металлическую ручку пальцами, я остановилась, обернувшись. – Признаться, я удивлена, что про свою сестру, вы вспомнили гораздо позже, чем про завтрашнюю ярмарку.

Глаза Димитрия округлились от удивления. С легкой улыбкой на улице, ни говоря ни слова, князь отстранился от Лады, и молча направился в сторону гостиной, где его ждал праздничный ужин.

Проводив взглядом удаляющегося князя, я с безразличием взглянула на Ладу, тут же начавшую гневную тираду в мою сторону.

– Да как у тебя хватает дерзости, мне так хамить! – взвинчено завопила Лада, сжав пальцами подол своего длинного платья.

– У меня богатый опыт, – спокойно ответила я, откинув прядь рыжих волос назад.

– Оборванка с босыми ногами, – Лада побледнела от переполняющей ее злости. – Ты обычная дикарка, которая ничего в жизни дальше своей деревни не видела. Что ты можешь вообще?

– Могу порчу снять, – язвительным тоном ответила я, посмотрев на княжну своими белыми глазами. – А, могу ее и навести!

Лада вздрогнула, слегка приоткрыв рот. Я тяжело выдохнула, прикрыв глаза и повернулась к княжне спиной. Вести с ней диалог я больше не хотела, да и накатывающая после дороги усталость начинала брать верх. К тому же, две последние ночи, я почти не спала. Больше не обращая внимания на княжну, я дернула за ручку, приоткрыв дверь.

– Не смей стоять ко мне спиной, мерзавка! – к моей неожиданности, Лада подлетела ко мне, пытаясь схватить меня за руку.

Стараясь увернуться, я не рассчитала силы и со всего маху ткнула локтем в живот княжне, отчего та запищала от боли и согнулась пополам.

– Даже не вздумай прикасаться ко мне, – холодным тоном бросила я. – Быть может я не росла в замке и изящных поклонов делать не умею, но за себя постоять точно смогу.

Морщась, Лада осела на каменный пол, держась за живот.

– Все равно я поставлю тебя на колени, дрянь.

– Не в этой жизни, дорогая, – демонстративно перешагнув через Ладу, я толкнула дверь своих покоев, переступив порог и с грохотом захлопнула ее.

Войдя в комнату, я окинула ее изучающим взглядом.

За окном уже давно стемнело, из-за чего, в спальне практически ничего не было видно.

Увидев лежащую в углу металлическую полосу, я подняла ее и силой провела ее по кремню. От камня отлетело несколько искр, удачно упавших на тарелку с пергаментом, который сразу же вспыхнул. Обойдя комнату по кругу, я зажгла все свечи, до которых смогла дотянуться.

– Теперь то, что нужно, – довольная собой, я выглянула в окно. Я не любила темноту, из-за чего всегда оставляла пару свечей гореть рядом с кроватью. Тьма, конечно, красива, но не настолько, чтобы собственными руками приближать встречу с ней.

– Какая огромная, – удивилась я, осмотрев восхищенным взглядом свою спальню. По привычке, я разулась, оставив обувь у двери.

Оценив ширину комнаты и высоту потолков, я пришла к выводу, что мой домик в лесу был просто мелкой хижиной по сравнению с этой спальней.

Пройдя внутрь, мой нос сразу же уловил едва ощутимый запах отсыревших досок и еловых веток. Прямо у стены, располагалась широкая кровать с большим количеством накиданных на нее подушек, и водруженным под самый потолок, высоким резным балдахином со свисающей в разные стороны тяжелой тканью светлого оттенка. На краю кровати лежал свежий сарафан зеленого цвета, расшитый жемчугом.

– Красота, – я воодушевленно вздохнула, проведя пальцем по краю рукава нового платья.

Рядом с кроватью, у самого окна стоял небольшой круглый стол с приставленным к нему деревянным креслом, на котором лежала подушка.

Я опустила голову вниз, когда вместо прохладных деревяшек пола, ступнями ощутила нечто мягкое и пушистое. Под ногами у меня лежал светлый ковер с вышитым на нем гербом Ярикты. Сама комната была разделена на две части непрозрачными занавесками.

Откинув в сторону легкую ткань занавеса, я обратила внимание на то, что во второй части комнаты был немного покатый пол. Возле стены, под небольшим наклоном, стояли две деревянные кадушки, наполненные до краев водой. В противоположную сторону от стены была врезана чугунная заслонка, через которую, по всей вероятности, уходила вода. Рядом с кадкой стояла невысокая лавка, над которой висели деревянный корец² и вихотка³ из лыка.

Обрадовавшись, что наконец могу смыть с себя многодневную пыль, я начала раздеваться, когда в мою дверь громко постучали.

– Погодите, не входите, – крикнула я, поправляя сползшее с плеча платье.

– Госпожа, Анна, – из-за двери показалась голова молоденькой девушки, покрытая голубой косынкой. – Ее Высочество, княжна Лада, отправила меня вам в помощь.

– Как же вовремя, – недовольно пробубнила я себе под нос, жестом показывая девушке, чтобы она быстрее вошла внутрь. – Заходи скорее.

Я скинула свое грязное платье и залезла в кадушку, ощущая, что вода уже успела стать прохладной.

– Госпожа, все, наверное, уже остыло. Давайте я принесу горячей? – быстро затараторила девушка, тут же подбежав ко мне.

– И такая сойдет, – я принялась тереть руки, чтобы, наконец, смыть с себя всю грязь.

– Что вы госпожа, это должна делать я, – служанка попыталась выхватить у меня из рук вихотку. Я перехватить запястье девушки, не дав ей к себе прикасаться.

– Лучше стой спокойно, – я остановила ее. – Я тебе не какая-то там барыня. Так что, если можно, давай по-простому. Меня Анна зовут, а твое имя как?

– Софья меня звать, – девушка по привычке поклонилась.

Со стороны, Софья не выглядела забитой или напуганной. В ее голосе сквозила какая-то уверенность и откровенность. Четко ощущалось, что она была не из тех, кто боится сделать что-то не так, стараясь угодить.

– Скажи, ты не боишься меня? – в лоб спросила я, прищурив глаза.

Девушка удивленно уставилась на меня своими карими глазами, но так ничего и не ответила на мой вопрос. Она лишь зачерпнула чистой воды и молча начала лить мне ее на голову.

– Мне сказали, что вы ведьма, – Софья прервала свое молчание, только когда я почти закончила купаться.

– И, тебя это не беспокоит, даже несмотря на действующий запрет на магию? – я стояла посреди комнаты, вытираясь насухо.

– Поговаривают, что тех, кто вам не по нраву, вы в козлов превращаете, – девушка помогла мне надеть банное платье и аккуратно завязала на нем пояс.

– Глупости, никого я в козлов не превращаю, – рассмеявшись, я плюхнулась на край кровати, откинувшись на мягкую пуховую перину. – Просто сразу проклинаю.

– Что ж, иногда можно и проклясть, – Софья легонько улыбнулась и уселась в деревянное кресло напротив меня. – Знаю я парочку таких, по ком проклятье плачет.

– Неожиданно, – я устало зевнула, приподнявшись на локтях. – Признаюсь честно, я думала, что напугаю тебя своими словами.

– А, правда, что вы приехали сюда, чтобы вылечить княжну Есению от хвори проклятой? – спросила меня Софья, с интересом слушая, что я ей говорю. Я лишь натянуто улыбнулась, отмечая про себя, что девушка вела себя очень спокойно.

– На самом деле, я не хотела сюда ехать. Меня привезли в Ярикту не по доброй воле, и лишь для того, чтобы поставить отметку в учетной книге, – я вновь легла на постель, раскинув руки в стороны и устало таращилась в потолок. – Я, равно как и остальные, стала пленницей запрета на магию.

– Но, как же? – недоумевая спросила Софья, поднявшись со стула. Она подняла, валяющееся на полу полотенце и аккуратно свернула его. – Все вокруг только и говорят, что из далекой, глухой деревни приехала сильная знахарка, способная исцелить маленькую княжну.

– Интересные, однако, у вас тут люди, – я села на кровати, жестом прося Софью подать мне яблоко со стола. – Ждут от меня спасение, при этом утверждая, что я людей в козлов превращаю.

– Получается, вы здесь и вправду пленница? – тихо промямлила Софья, смущенно опустив голову, когда протянула мне яблоко.

– Навроде того, хотя… я уже, и сама не знаю, – я сидела на кровати, поджав под себя ноги, смачно надкусив яблоко, которое тут же брызнуло мне на колени соком. – Какая же это все-таки глупость, вначале делать из ведьм и колдунов злодеев, запрещать им колдовать, а следом ждать от них спасения.

– Может это не глупость, а… зависть? – предположила Софья, взяв с постели платье, чтобы его расправить. – Если обычный человек ничем особенным не выделяется, ему проще сделать того, кто сильнее злодеем, чем самому стать лучше.

Моя рука, держащая яблоко, застыла около рта.

– Для этого тебя Лада прислала ко мне? – я пристально уставилась на Софью. – Чтоб ты слух по столице разнесла, что я злая ведьма?

– Помилуйте, госпожа, – Софья опешила, крепко прижав руки к груди. – Не было такого. Никто мне таких распоряжений не давал.

– Не верю, чтобы княжна прислала тебя только потому, что решила обо мне позаботиться, – я пристально посмотрела на девушку, стараясь понять, врет она или же говорит правду.

– Так это и не она вовсе позаботилась, – спокойно ответила Софья, продолжив возиться с платьем.

– Не поняла? – слова девушки вогнали меня в недоумение.

– Я в кухне помогала к ужину готовиться, – Софья повесила платье на спинку стула. – Его Высочество, князь Димитрий, попросил княжну Ладу отправить к вам одну служанку, чтоб помогать могла, а она, не раздумывая, первую попавшуюся к вам и отослала.

– И, этой попавшейся оказалась ты, – я шумно выдохнула скопившейся в груди воздух.

– Кстати, вы собираетесь идти на ужин? А, то вам уже пора бы спуститься в обеденный зал, – спокойно произнесла Софья, собрав в охапку мои грязные вещи. – Если вы опоздаете, госпожа Лада точно будет недовольна.

– У меня нет желания идти на ужин, – я глубоко зевнула, отчего в уголках глаз проступили слезинки. – Да и княжна, не особо рада будет моему появлению за столом. Так что, сегодня сделаю ей подарок и просто завалюсь спасть.

– Как пожелаете, – Софья сделала прощальный поклон, слегка наклонив голову вниз и вышла из комнаты.

Прямо так, не снимая платья, я с ногами расположилась на кровати, утопая в ее мягкой перине. Уставшая, почти без сил, я несколько раз хлопнула глазами, прежде чем мое сознание провалилось в сумрак, в котором я провела до самого утра.

Часть 18.

– Ваше Высочество, – молоденькая девушка, выронив из руки ковш, подпрыгнула от неожиданности, когда вошла в кухню.

– Прости, – Артур слегка привстал. – Испугалась?

Не став задерживаться в трактире, Артур без настроения вернулся в замок.

– Фуф, – тяжело выдохнула девушка, поднимая ковш с пола. – Не ожидала кого-то здесь увидеть в столь поздний час.

– Да я вот хотел себе молока согреть с медом, а то заснуть никак не могу, – молодой князь устало опустился на лежащие горкой мешки с зерном, покрытые изорванной холщовой тканью. – Да так и не разобрался как у вас печь разжигается.

Артур окинул девушку внимательным взглядом. Светлые волосы, спрятанные под голубым платком, и перекинутая через плечо русая коса с выбившимися из нее локонами. Посеревшее от времени платье в пол, да пара аккуратных лаптей из бересты на маленьких ножках. Ее внешний вид ничем особенным не отличался от остальных крестьян, что служили в замке.

– А ты чего здесь так поздно делаешь? – спросил князь, вглядываясь в заспанное девичье лицо, судорожно пытаясь вспомнить ее имя. – Эээ…

– Меня Софья зовут, Ваше Высочество. Госпожа Лада пить захотела, я носила ей воды, – девушка сполоснула ковш и повесила его на металлический крючок, вбитый в деревянные полки.

– Могла бы и сама прийти попить, – Артур недовольно хмыкнул, сплетая руки в замок.

– Что вы Ваше Высочество, это моя работа, – девица умело копошилась в посуде, лежащей на полках, что-то усиленно ища. – Вот и вас я сейчас напою.

Она поставила на шесток⁴ небольшой, но глубокий чугунный ковш и принялась разжигать печь.

– Ты чего, не надо, – князь подбежал к девушке и перехватил ее запястье.

– Не оставлю же я вас с бессонницей один на один, – она мягко улыбнулась, пытаясь скрыть удивление и высвободить свою руку.

– Извини, – улыбнувшись, Артур неспешно отпрянул от девушки, поднимая свои ладони вверх. – Перешел черту.

Князь вернулся обратно на свое место, с интересом наблюдая за тем, как молодая девица ловко крутилась на кухне. Она достала молоко и аккуратно перелила его в чугунный ковш, уже успевший раскалиться на печи. А затем, намотав на ложку добрую горсть ароматного липового меда, опустила его в закипающее молоко. Издалека было видно, как на белой поверхности образовалась тонкая пленочка из молочной пенки, которую Артур так сильно не любил.

– Давно ты здесь? – князь с облегчением выдохнул, когда девушка вытащила ненавистную пенку и выкинула ее.

– Так я после вас пришла, – Софья, смущенно пожала плечами, тут же обернувшись и посмотрев своими удивленными глазами на засмеявшегося парня. Артура умилила ее детская непосредственность.

– Нет, давно ты работаешь на кухне?

– А, вы об этом. Уже второй год пошел, – она схватила плотный кусок ткани, используя его в качестве прихватки, чтобы не обжечься о горячую ручку и начала переливать вскипевшее молоко в глиняную кружку. – При Госпоже работаю всего ничего, только лишь несколько месяцев.

– Сильно она тебя достает? – князь взял в руки кружку с горячим напитком и вдохнул его душистый, сливочный аромат.

– Все мы с характером. Тут главное подход к человеку найти.

– А ты значит нашла? – Артур аккуратно прикоснулся к краю кружки, едва касаясь губами обжигающего, сладкого молока.

– Наверное, мне так кажется, – девушка пожала плечами. – В любом случае, мне грех жаловаться. Эта работа кормит меня и мою семью.

– Далеко твоя семья?

– Они живут недалеко от Сарп, в небольшой деревне. Отсюда почти десять дней езды.

– Муж? Дети? – князь отхлебнул первый глоток, ощущая, как в животе разливается мягкое тепло.

– Что вы князь, – смущенно запротестовала девушка, рукой спешно поправив прядь выбившихся из-под косынки золотистых волос. – Рано мне еще замуж. Родители меня пока не выдают, да и я не хочу.

Артур удивленно приподнял брови. Ему было дико услышать от молодой девушки, что та не хочет выходить замуж. Обычно, все девицы стремятся как можно быстрее найти себе женихов и создать семьи. Ведь еще со времен прапрадедов считалось, что если девушка незамужняя, то она наверняка больна и не может иметь детей, а значит ей уготована только одна судьба – стать знахаркой или ведуньей.

– А чего же ты хочешь тогда? – князь с интересом прищурился, наблюдая за девушкой, которая замерла на месте. – Я что-то не то спросил?

– Нет, Ваше Высочество, – девушка вытерла руки о рушник. – Просто меня раньше никто об этом не спрашивал. По правде говоря, я хотела бы вырезать игрушки из дерева. Этим можно и на жизнь заработать, и семью накормить.

– Игрушки из дерева? – переспросил удивленный Артур, понимая, что это занятие больше подходит для мужчин, поскольку требует определенной сноровки и силы в руках.

– Наверное это странно, но да, именно игрушки из дерева.

– Так что тебе мешает, раз нравится это занятие? – молодой парень отпил еще немного напитка, отмечая, как красиво прозрачный тягучий пар неспешно поднимается вверх из кружки, которую он крепко сжимает в руках.

– Я собираю деньги на инструменты. Чурбачки повсюду можно найти, везде их полно, а вот на хороший инструмент нужно долго работать.

– И много тебе не хватает? – спросил князь с искренним интересом.

– Чуть больше половины. Я почти все деньги передаю родителям, самой то мне много не надо.

– И сколько ты здесь получаешь? Какое у тебя жалование?

– Целых десять серебряных монет и еще 3 сверху от Госпожи теперь получаю. Это большие деньги, – девушка все время копошилась, раскладывая по полкам чашки, да ложки.

– Десять серебряных… – Артур задумался о величине этого жалования, ведь за один вечер в постоялом дворе князь мог оставить две такие суммы. – Ты сказала, что тебя пока не выдадут замуж, но почему? Разве твои родители не хотят устроить твое будущее?

– Родители еще не нашли мне жениха.

– А сама ты выбрать не можешь? – князь посмотрел на опустевшее дно кружки.

– Нет, к сожалению, это или к счастью, не знаю даже, – на лице девушки промелькнула горькая улыбка. – Для крестьянских детей это чудо, если они сами выбирают себе пару. Почти всегда за нас это делают родители. Находят, как им кажется, подходящего жениха и все. Вот мои родители тоже сведенные, а прожили они вместе плохо, все время ссорились. Но, пока я работаю и передаю им деньги, они не выдадут меня замуж, иначе, все заработанное мной станет получать семья мужа.

– Да, хорошего здесь мало, – Артур разочарованно наклонил голову, печально усмехнувшись. – Хотя, чему я удивляюсь. Княжеские браки ничуть не лучше ваших. Мы тоже женимся по принуждению и исходя из выгоды.

Артур поставил пустую кружку на пол возле себя.

– Ты сегодня спасла меня от бессонницы.

– Рада была вам помочь, Ваше Высочество, – девушка слегка присела в поклоне. – Если я вам больше не нужна, могу я идти?

– Да, конечно. Добрых снов тебе, – девушка, не проронив больше ни слова, еще раз мимолетно поклонилась князю, а затем опустив голову, спешно вышла из кухни, оставляя молодого парня наедине с собственными мыслями.

Артур довольно улыбнулся, отметив про себя насколько легким было их общение. До этого момента, он почти ни с одной из девушек с таким интересом не разговаривал. Разве что, с тетушкой Милушкой, которая нянчила его еще в детстве. Она работала на кухне старшей кухаркой. Взрослая женщина, с полной фигурой и небольшим ростом, всегда с большим интересом слушала Артура, заваривая ему крепкий чай из «холодка⁵», от которого князю становилось спокойно на душе.

– Вот я кретин! – парень подскочил на ноги, готовый бежать, но остановился в дверях, понимая, что было уже поздно. – Я ведь даже не поблагодарил ее.

Часть 19.

20 лет назад.

– Ты правда уверен, что она там? – Аглая, не скрывая своей озабоченности, нервно перебирала пальцами содержимое своей сумки.

– Ни секунды в этом не сомневаюсь, – Хрюч тяжело вздохнул, стараясь не показывать внутреннюю тревогу. – Мне сейчас больше тревожит то, почему ты не рассказала Горду о своем обещании.

Девушка перевела растерянный взгляд на стоящего рядом с ней старика.

– Зачем ему знать об этом?

– Ты играешь с огнем, Аглая, – старик рассерженно покачал головой. – Что за игру вы оба затеяли?

– Мне всего лишь нужна рукопись, – девушка крепко сжала в руках сумку, с сожалением оглядев старика. – Я знаю, чего именно хочет Горд, но, если он приведет меня к писаниям Радимира, я готова следовать за ним до конца.

– Почему ты так упорно хочешь ее получить? – старик боком повернул голову, повысив голос. – Зачем она тебе?

– Она нужна Горду, – Аглая обняла себя руками, чувствуя тревогу от этого разговора.

– Зачем она нужна Горду, я прекрасно знаю, – Хрюч плотно сжал кулаки. – Но, вот зачем тебе помогать ему, я никак понять не могу. Неужели ты его настолько сильно любишь?

– Да, я люблю его, – Аглая, тяжело дышала от переполняющего ее беспокойства. – Но, желание заполучить рукопись гораздо сильнее моих чувств к нему.

– Боги, я не понимаю, зачем ты так рискуешь, – Хрюч схватился руками за голову, тяжело рухнув на землю. – Что тобой движет, девочка моя?

– Любовь, – Аглая замялась, ласково улыбнувшись.

– Эта любовь может тебя погубить, – прошептал Хрюч, положив свою ладонь поверх руки девушки.

– Пусть так, – отпустив все размышления, Аглая довольно улыбнулась, поднявшись на ноги. – Зато она спасет человека, который мне действительно дорог.

Часть 20.

Солнце только успело взойти, а приготовления к празднованию Купалы уже шли во всю. Еще до рассвета, служанки начали убирать замок и украшать его торжественными убранствами, готовясь к завтрашнему визиту высокопоставленных гостей. Кухарки во всю корпели над праздничным ужином, готовя десятки разнообразных яств.

Ранним утром, чтобы успеть до подъема Анны, молодая служанка Софья, с корзинкой на перевес, побежала в поле, чтобы срезать молодых перьев зеленого лука, необходимых для блюд.

– Какая красивая девка, – позади копошащейся в земле Софьи, раздался насмешливый мужской голос. Девушка мигом развернулась, подскочив на ноги. – Ну, зачем? Даже не дала толком полюбоваться.

Передо Софьей стоял мужчина средних лет, одетый в синюю рубашку, перепачканную какими-то жирными пятнами. С косой на перевес, он довольно скалил свои кривые зубы.

– Иди куда шел, – напряженно ответила Софья, сжав руки в кулаки. – Нечего здесь шарахаться без толку.

– Еще и дерзишь. Люблю таких, – мужик, шмыгнув носом, набрал в рот слюны, а затем смачно харкнул ее прямо перед собой. Софья отвернулась, ощутив, как ком подкатил к горлу, вызывая рвотный позыв.

– Чего нужно то? – сквозь зубы процедила девушка, строго нахмурив брови.

– Ну, как что, – наглая улыбка на его лице стала еще шире. – Дай полюбоваться хоть на тебя красивую.

– Ты, что мужик, ополоумел? – недоумевая, Софья крепко сжала в руке корзинку, очень сильно напрягшись.

– Ты ж девка, – мужик скинул косу со своего плеча, отбросив ее на землю и направился в сторону девушки. – Так порадуй мужика.

Сделав пару шагов навстречу, мужик замер. Воздух разрезал хлесткий свист стрелы. Мгновение, и мужик схватился за разорванную щеку, из которой текла кровь и истошно заорал от боли.

– Ну, что, порадовался? – подлетевшая к мужику гнедая лошадь встала на дыбы. Артур спрыгнул с коня, обхватывая рукоять меча, торчащего из ножен. – Что-то не вижу радости на твоей поганой роже!

– Ваше Высочество, – перепуганный мужик, уткнулся головой в землю, кланяясь князю. – Просите, я…

– Пошел вон! – Артур выхватил меч, поднеся его к мужскому горлу.

Держась за окровавленную щеку, мужик схватил косу и, спотыкаясь о земляные глыбы, скрылся за пологим спуском.

– Хорошо, что вы целились этому мужику в щеку, – удивленная неожиданным появлением князя, сказала Софья. – Еще бы немного и стрела вошла бы ему прямо в лоб.

– На это и был расчет, – Артур убрал меч и вытащив стрелу из земли, уставился на ее острие.

– Вы в самом деле хотели убить его? – Софья вытерла скатывающийся по лицу пот, поздно вспомнив о том, что ее рука была вся вымазана в грязи.

– Одним выродком стало бы меньше, – Артур перевел на Софью задумчивый взгляд. Уголки его губ приподнялись, одаривая мрачное выражение лица, уставшей улыбкой.

– Благодарю, – Софья мило улыбнулась, слегка поклонившись.

– Да, брось, – спокойно ответил Артур, приблизившись к девушке. – Какая тут благодарность. Возможность защитить девушку, это честь для любого мужчины. А, ты, чего в такую рань здесь делаешь?

– Вот, к празднику готовимся на кухне, – Софья указала на корзинку, наполненную луковыми перьями. – Вы сами то, чего так рано на ногах?

– Сегодня же соревнования по стрельбе из лука. Вот решил потренироваться с утра, – Артур, заметив черный след на лице Софьи, протянул руку, намереваясь пальцем стереть грязь с девичьей щеки.

– Перепачкалась вся, – отведя смущенный взгляд в сторону, Софья чуть отвернула голову, начав интенсивно тереть щеку.

– До дыры дотрешь, – усмехнулся Артур, перехватив девичью руку. – Дай, помогу.

Князь вытащил из кармана хлопковый платок и принялся стирать грязь. От касания Артура, девушка вздрогнула, почувствовав себя очень неловко.

– Ваше Высочество, вы мне уже второй раз помогаете, – Софья ощущала, как ее щеки начали гореть от стеснения.

– И, еще помогу, если нужно будет, – довольно произнес Артур, немного отстранившись от девушки. – Кстати, давай договоримся, что с этого момента, ты будешь называть меня просто Артур, хорошо?

– Да, что вы! – опешила Софья, замотав головой. – Как можно, то.

– Можно. Поэтому, и прошу, – Артур спокойно улыбнулся. – Ты закончила здесь?

– Да, – согласно кивнула Софья. – Побегу сейчас в замок. Сегодня еще столько всего нужно успеть сделать, а времени совсем не хватает.

– Так, давай я тебя подвезу, – Артур в один рывок взобрался на лошадь.

Князь довольно улыбнулся, окинув девушку изучающим взглядом. Вчера ночью, когда Артур увидел Софью в кухне, в тусклом свете свечей, у него не было возможности как следует рассмотреть ее. Только сейчас князь заметил, что девушка была невысокого роста, худощавого телосложения и очень недурна собой. Ее большие, голубые глаза были похожи на чистое, светлое небо. Длинные, русые волосы, были заплетены в густую косу, что свисала у нее с плеча. При всей загруженности работой, девушка выглядела опрятно и ухоженно.

– Давай же, – видя, что Софья колеблется, Артур протянул ей руку.

– Так и быть, – Софья махнула рукой, подойдя к лошади. Она вставила ногу в стремя и, протянув руку Артуру, оттолкнулась от земли. Князь рывком усадил девушку в седло впереди себя.

– Спасибо за одолжение, – рассмеялся Артур. Он обвил талию девушки рукой, притянув ее к себе чуть ближе, чтобы она не слетела с лошади. Видя, что Софья плотно сжимает корзинку в руках, князь легко шлепнул поводьями, пуская своего коня рысью в сторону замка.

Часть 21.

Я стояла на площади, посреди ярмарки в жару на самом солнцепеке. Неподалеку развернулся небольшой кукольный театр, со стороны которого постоянно доносились довольные смешки собравшихся вокруг зевак. По всей площади развернулись торговые палатки со всевозможными яствами, привезенными со всего света. Одни купцы торговали мехами, оружием, другие самоцветами, самодельной посудой из глины и всем тем, что просто невозможно было перечесть.

Как ни странно, но выспаться на новом месте у меня получилось отлично. Поскольку Софья принесла мне еду в комнату, естественно, к завтраку я спускаться не стала. Желания кого-либо видеть у меня тоже не возникло. Тем более, что добрую половину утра, мы с Софьей провели за разговорами в моей комнате и от души посмеялись над разными историями из нашего прошлого.

Ближе к полудню, чтобы как-то себя занять, я потащилась на ярмарку, организованную в честь празднования Купалы.

– Сегодня за завтраком все о тебе спрашивали, – обратилась ко мне Софья. Девушка пошла на ярмарку вместе со мной под предлогом купить продукты для завтрашнего праздничного приема, который вечером пройдет в замке.

– Не думаю, что прямо все, – без интереса ответила я, задержавшись возле палатки с разными самоцветными камнями, которыми торговал мужчина с большим пузом, одетый в белый кафтан и с куском сложенной бересты на голове.

– Ну, – Софья слегка замялась, смущенно улыбнувшись, – может и не все, но его Высочество, князь Артур, точно за тебя интересовался.

– А, Виктор? – внезапно спросила я, обернувшись к девушке. – Он спрашивал?

– Его Высочество, князь Виктор, не присутствовал на завтраке, как и ты, – удивленная моим вопросом Софья, повесила на руку плетеную корзинку, в которую складывала купленные продукты. – Он еще на рассвете уехал с Царем на охоту.

– Понятно, – пробубнила я, отвернувшись, безучастно начав рассматривать камни, лежащие на прилавке.

– Вон там щипаные гуси, – радостно воскликнула Софья. – Побегу, пока все не разобрали.

Даже не посмотрев, в какую сторону рванула Софья, я задержала свой взгляд на одном камне черного цвета, отливающим на солнце разными цветами.

– Необычный камень, – обратилась я к торговцу, посмотрев на переливающийся то красными, то зелеными, то синими оттенками камень. – Как зовется?

Не услышав ответ, я повернула голову к торговцу и тут же дрогнула от испуга, выронив камень из рук. Вместо того мужчины с берестой на голове, передо мной возникла плотная черная тень, не имеющая ни лица, ни тела.

– Рукопись не спасет, – мимолетным эхом прозвучал голос в моей голове, прежде чем я испуганно вздрогнула от того, что на мою голову упала накинутая сверху ткань.

– Надень, – раздался позади меня знакомый мужской голос.

Обернувшись, я увидела Димитрия, который накрыл мою голову расшитым хлопковым платком.

– Это еще что? – состроив недовольную гримасу на лице, я сдернула с себя платок.

– На улице жара. Хочешь, чтобы голову напекло, – князь посмотрел в сторону, помахав рукой в толпу, по-видимому, заприметив кого-то знакомого.

Опомнившись, я судорожно замотала головой из стороны в сторону. Мой взгляд пытался отыскать эту самую тень, которая исчезла также внезапно, как и появилась.

– Анна, – сквозь зевок поприветствовал меня, подошедший к нам Артур, – ты тоже тут. Как тебе ярмарка?

– Все отлично, – я продолжила крутить головой, надеясь отыскать то, сама не знала что.

– Ты кого-то ищешь? – поинтересовался у меня Артур.

– Похоже, уже никого, – недовольно шикнула я.

– В полдень начнется поединок по стрельбе из лука, – словно не замечая моего испорченного настроения, Артур отстранился от меня, указав большим пальцем в сторону толпы. – Мы с парнями участвуем.

– Здорово, – равнодушно бросила я, когда сзади на меня завалилась Софья.

– Анна, ты все еще здесь, – радостно завопила девушка, схватив меня за руку, отчего я недовольно забубнила. – Идем скорее, поединок вот-вот начнется. Ваше Высочество?

Увидев, стоящих рядом со мной князей, Софья вытянулась, прижав руки по бокам и сразу же поклонилась.

– Софья? – улыбнулся Артур, почесав затылок. – Не ожидал сегодня снова тебя увидеть. Думал, ты в замке работаешь.

– Да, я, тут, вот… – Софья смутилась, чуть протянув корзинку с продуктами.

– Где это вы уже виделись? – я с интересом разглядывала Софью с Артуром, которые неловко переглядывались.

– Идем, – Димитрий равнодушно шлепнул брата по животу. – Поединок начинается.

Как по волшебству, на всю площадь загудели жалейки,⁶ возвещая начало турнира. Димитрий с Артуром удалились, скрываясь в стекающейся к площади толпе.

– Анна, идем и мы тоже, – Софья потянула меня за руку.

– Что еще за поединок? – я уперлась, не желая идти. – Не собираюсь я тратить на это время.

– Да ладно тебе, идем, – Софья, словно не слышала меня. Не реагируя на мои препирания, девушка тащила меня сквозь собирающуюся в круг толпу к месту сбора участников.

Быстро пробравшись сквозь людей, мы встали в самом первом ряду, где отлично открывался вид на соревнование. К поединку все уже было готово. Две мишени в виде чучел из соломы и четыре участника, окруженных десятками зевак. Шустрые парнишки, вскарабкались на деревья, чтобы оттуда было удобнее наблюдать.

Окинув изучающим взглядом собравшуюся толпу, я заметила, что слева от нас на табурете, приставленном к срубленному пню, сидел высокий, полноватый мужчина, который собирал монеты у местных жителей. Переполняемые азартом, все без разбора, мужчины и женщины, парни и девушки, и даже старики делали ставки на участников, желая сорвать свой куш.

– … тот получит 30 серебряных и бочонок медовухи, – из размышлений меня выдернул голос смотрителя, который объявлял награду за победу в турнире.

Я оглядела толпу справа и только сейчас заметила, стоящую в первом ряду Ладу в окружении двух молодых девушек, одетых также богато, как и сама княжна. Она мило хихикала, перешептываясь с ними о чем-то. Их служанки стояли моча возле них, со слегка опущенными головами.

– Прошу участников занять места, – скомандовал смотрящий, и к установленным местам напротив мишеней подошли двое молодых парней, одетых в простые ситцевые рубахи с отворотом и темные, широкие штаны.

Они натянули тетиву своих луков и, по команде, отпустили стрелы, которые попали чучелам в шею и в плечо. Оба участника выбыли.

– Надо чучелу в сердце попасть, – тихо прошептала Софья, близко наклонившись ко мне.

–…в сердце, – я задержала взгляд на Димитрии, готовившемуся к стрельбе. Его свободная белая рубашка слегка оголяла грудь парня, плотно облепив его мышцы, когда князь натянул тетиву своего лука. Я была почти уверена, что если бы стояла чуть ближе, то могла бы расслышать скрип рукояти лука, ведь сила, с которой оттягивалась тетива впечатляла. По толпе пронеслись восхищенные возгласы.

Секунда, две… и шум толпы заглушил пронесшийся гул от цоканья копыт и лая собак, заставив участников турнира остановиться. Толпа громогласно разошлась, пропуская в середину наследника Ярикты.

– Успел все-таки, – довольно улыбнулся Димитрий, приветственно протянув руку спрыгнувшему с лошади другу.

– Я же не мог позволить вам выиграть, – Виктор поприветствовал толпу, начавшую хлопать в ладоши. – Ну, что Артур, готов проиграть?

– Не боитесь, что это вы вдвоем сегодня проиграете? – насмешливо спросил Артур, стукнув оконечником лука по земле.

– Исключено, – усмехнулся Виктор, широко улыбнувшись. – Не родился еще тот человек, который смог бы победить меня в стрельбе из лука.

– Попридержи коней, дружок, – Артур подмигнул Димитрию, слегка ткнув его локтем в бок. – Знаю я тут одного непобежденного мастера. Не думаю, что ты сможешь его одолеть.

– Хочешь поспорить? – улыбнувшись, уверенно заявил Виктор.

– А, что, можно, – распрямившись, Артур протянул руку Виктору. – Давай поспорим.

– На что спорить то будете? – Димитрий облокотил свой лук себе на ногу, растерев затекшие запястья.

– Давай на любое желание? – уперев руки в бока, весело предложил Артур. – Проигравший выполнит все, что ему скажут.

– Может лучше на поцелуй прекрасной девицы поспорим? – улыбнулся Виктор, помахав стоящим в толпе девушкам, которые тут же смущенно заулыбались.

– Определитесь уже, – Димитрий занял свое место, вглядываясь в мишень.

– Да какой, к черту, поцелуй? – расстроенно нахмурился Артур, недовольно топнув ногой. – Что за ерунда такая!

– Хорошо, – Виктор, сузив глаза, пристально посмотрел на Димитрия. – Значит, поцелуй станет моим персональным выигрышем.

– Для начала, тебе нужно выиграть, – Димитрий обернулся, ехидно взглянув на князя Ярикты и лукаво приподняв вверх бровь. – А, этого я тебе, уж прости, не позволю.

– Извиняться будешь после поражения, – довольно усмехнулся Виктор, направившись к своем месту для участия в турнире. – Тогда я с удовольствием тебя послушаю.

– Не дождешься, – Артур занял место возле Димитрия, встав рядом с Виктором. – Я не отдам тебе победу.

Непринужденный спор друзей норовил перерасти в насмешливую схватку двух соперников. Наблюдая за князьями, я все никак не могла понять, отчего они так рьяно не хотят уступать ни в чем друг другу. Несмотря на то, что они оба были княжеских кровей и, казались мне неуступчивыми и скрытными, понять Виктора мне было гораздо проще. В моих глазах, князь Ярикты хоть и был довольно вспыльчивым, острым на язык и мог совершать необдуманные поступки, однако, я заметила, что он был всегда честен, очень заботлив и до скрежета зубов верен своим принципам. Чего нельзя было сказать про Димитрия. Будущий Король Стрижды оставался для меня загадкой. Высокомерный, неразговорчивый, выжидающий. Его хладнокровие и презрительная улыбка, каждый раз вгоняли меня в ступор. Но, несмотря на строгий характер князя, все слуги в замке были в восторге от него, с восхищением отмечая его справедливый и рассудительный темперамент, а также щедрое и внимательное отношение к людям.

И, единственный, кому я искренне завидовала, был Артур. Из-за своего легкого отношения к жизни, этот парень мог показаться человеком недалекого ума, рассеянным и поверхностным. Но, чем больше я за ним наблюдала, тем глубже он начинал мне открываться. Искренний, волевой и упертый. Если Артур дает обещание, то готов в лепешку расшибиться, но сдержать его. А, еще князь умел жить легко, радоваться мелочам и не придавал большого значения тому, что о нем говорят другие. Он открыто демонстрировал свои желания, не скрывая при этом своих настоящих чувств и эмоций. Он не боялся быть высмеянным или уличенным во лжи, всегда оставался честным с собой и окружающими, верил в собственные силы и открыто следовал за своей мечтой.

Глядя на этого парня, я поняла, что не количество знаний, а именно глубина наших мыслей определяет то, насколько счастливую жизнь мы проживем. Ведь можно выпячивать ум, но быть глупцом, а можно выглядеть глупым, оставаясь мудрецом.

На этот раз, в руках парней было сразу по три стрелы, которые они должны были вонзить в мишень. Тетива натянута и по сигналу смотрящего, стрелы четким строем достигли цели, вонзившись в чучела.

– Да, черт бы тебя побрал, – заорал Артур, увидев, что одна из его стрел просто отвалилась и рухнула на землю.

– Это судьба, друг мой, – засмеялся Виктор, пытаясь приобнять за плечи злящегося парня.

Мужики из толпы ликовали, музыканты играли на жалейках, молодые девушки смущенно перешептывались, восхищаясь участниками. Во всей этой суматохе, я потеряла счет времени. Мне нужно было срочно разузнать, что за тень я сегодня увидела, а помочь мне в этом, мог только один человек.

– Анна, – неожиданно, Виктор подскочил ко мне. Князь поймал меня за руку, не дав сбежать. – Почему ты уходишь?

– Виктор? – удивилась я, ведь до сих пор была уверена, что князь не хочет со мной общаться. – Я думала, ты…

– Что, я? – улыбнулся парень.

– Не важно, – я тряхнула головой, отогнав непрошенные мысли. – Поздравляю с победой.

– Главная победа еще впереди, – Виктор мотнул головой в сторону Димитрия, который недовольно смотрел на нас. – Останешься меня поддержать?

– Д-да, – я смутилась, сжав зубы, ведь оставаться здесь у меня не было ни времени, ни желания. – Хорошо.

Внезапно, к моей большой неожиданности, Виктор просто взял и без предупреждения поцеловал меня в щеку на глазах у целой толпы жителей Ярикты, собравшихся на площади.

– Эта победа будет в твою честь, – довольный и победно улыбающийся, князь вернулся на свое место, оставив меня стоять, словно громом пораженную, с широко распахнутыми глазами.

– Приступим, – Виктор сделал первый выстрел, попав точно в цель.

– Я, смотрю, девицу ты себе уже выбрал, – съехидничал Артур, стоя позади Виктора.

Димитрий схватил лук и с нескрываемым недовольством натянул тетиву, пустив стрелу чучелу прямо в сердце. Острие прошло насквозь, разбросав в стороны ошметки соломы. Счет был равный.

Чтобы быстрее определить победителя, смотрящий усложнил задание. Теперь князьям нужно было, оставаясь на своих местах, попасть в мишень соперника.

По команде, стрелы был спущены перекрестно друг друга. Но, стрела Димитрия будто бы задержалась, заставив зрителей застыть в напряжении, ведь подобная задержка могла привести князя к проигрышу. И, как только расстроенные возгласы пронеслись по толпе, стрела Димитрия, ровно в середине своего полета, насквозь пробила летевшую к мишени стрелу Виктора, сломав ее и воткнулась чучелу соперника ровно в сердце.

Не сразу поняв, что произошло, толпа сорвалась, начав неистово ликовать, возвещая победу в поединке наследника Стрижды.

Я сочувственно улыбнулась, взглянув на расстроенного Виктора. Князь с грустью усмехнулся, подмигнув мне в ответ. Смотрящий вышел к толпе объявить победителя. Однако, Димитрий, не дожидаясь награждения, ринулся в сторону толпы, выцепив из нее княжну и резко поцеловал Ладу прямо в губы на глазах у всех. Народ пришел в восторг от увиденного, начав еще сильнее галдеть.

– Идем, – холодно бросила я Софье, почувствовав, как внутри меня все сжалось от омерзения. – Нам пора.

Больше находиться здесь я не желала ни секунды. Спешно прошмыгнув вглубь занятой зрелищем толпы, мы вместе с Софьей, скрылись из вида.

Часть 22.

– Может не стоит? – я нервно улыбнулась, подойдя к лошади.

– Тебе надо научиться ездить верхом, – сказал Артур, видя, как я отшатнулась от приближающегося ко мне крупа коня. – Давай, я тебя подсажу.

Вечером того же дня, мы с Артуром встретились на главной конюшне, чтобы князь мог научить меня держаться в седле. Переодевшись в светлую сорочку с расшитыми красными нитками рукавами, то и дело сползающую с плеча, а также нацепив темные ездовые штаны и высокие верховые сапоги, я пыталась унять внутреннее волнение от мысли, что мне нужно залезть на лошадь.

Рядом с нами сидела Софья. Девушка молча натирала мои сапоги, предназначенные для поездки, щеткой с мягкой щетиной. Рядом с ней, как всегда, стояла ее корзинка.

Встав рядом, Артур присел вниз, сложив свои ладони одна на другую. Поставив ногу на руки князя, я своей рукой схватилась за седло, готовая взобраться. Почувствовав, как Артур распрямляется, поднимая руки вверх, я сильно потянулась и не рассчитав силы, перевалилась через лошадь, падая вниз с другой стороны.

– Черт, – выругалась я, кряхтя приподнявшись на локтях.

– Я, почему-то, не удивлен, – Артур выдохнул от безысходности, протягивая мне руку. – Тебя так и тянет к земле.

– Анна, ты жива? – Софья вскочила на ноги.

– Вроде, да, – встав, я отряхнула свои штаны от пыли.

– Мы не можем каждый раз таскать повозку за собой, – решительно настаивал Артур. – Поэтому, тебе придется научиться ездить верхом.

Князь вновь присел вниз, сложив ладони друг на друга. Недовольная и уставшая, я молча наступила на руки князю и, сделав рывок, уместилась прямо на спине лошади.

– Другое дело, – заулыбался Артур, уперев руки в бока.

– Я точно разобьюсь, – я испуганно зажала в руках поводья, до конца не понимая, как с ними управляться.

– Не ерунди, – Артур, удивленный моими словами, покачал головой и, подойдя к Софье, положил руку девушке на плечо. – Все у тебя получится.

Я заметила, как Софья немного сжалась от прикосновения князя, а ее щеки покраснели.

– Сильно сомневаюсь, – состроив недовольную гримасу, ответила я.

– А, ты чего такая расстроенная? – сдвинув брови к переносице, поинтересовался Артур.

– Да, так, – замялась я, стараясь спешно придумать, что ответить, – что-то о рукописи задумалась. Как мы ее доставать будем.

Внутреннее напряжение немного спало, когда я увидела, что Артура удовлетворил мой ответ. Конечно, сказать правду о том, что, на самом деле, я расстроена тем поцелуем на ярмарке его брата и княжны, я не могла.

– Интересно, какой он, этот Мрад? – задумчиво спросила Софья, наблюдая за тем, как я пытаюсь управлять лошадью. Девушка поставила на землю начищенный сапог и принялась натирать другой.

– Чего это ты вдруг спрашиваешь? – Артур подошел к моей лошади, чтобы помочь мне с нее слезть.

– Я волнуюсь, – Софья растерянно отвела глаза.

– За меня? – внезапно выпалил Артур, самодовольно улыбнувшись.

Мы с Софьей переглянулись. Притворившись, что ничего не поняла, я нагнулась, чтобы снять тапок и вытряхнуть застрявший в нем камушек.

– За вас, за всех, – пожав плечами, спокойно ответила Софья, слегка опустив глаза от смущения.

– Софьяяяя! – донесся из далека раскатистый женский голос. – Софьяяяя!

– Главная кухарка зовет, – девушка вскочила на ноги. – Похоже, княжна Лада вернулась с ярмарки.

– Разве это проблема? – Артур напрягся, видя, как разволновалась девушка.

– Побегу я, а то влетит мне, – Софья переминалась с ноги на ногу, от волнения плотно сжимая подол своего платья в руках.

Не успели мы с Артуром и рта открыть, как девушка ринулась с места прямиком в сторону замка.

– Софья! – громко крикнул Артур ей в след, но она даже не обернулась.

Окинув взглядом место, где Софья недавно сидела, князь заметил стоящую на земле корзинку. Поняв, что девушка попусту ее забыла, Артур молча подлетел к ней и, схватив, кинулся бежать в след за Софьей.

– А, – это все, что я смогла из себя выдавить, так и оставшись с приоткрытым от удивления ртом.

Все произошло настолько быстро, что я даже не сразу осознала, что осталась на конюшне в гордом одиночестве, да еще и сидя верхом на лошади.

– Ну, здорово, – недовольно пробубнила я, посмотрев вниз.

Высоко! В голове тут же пронеслась куча мыслей о том, как мне теперь спуститься. Растерянно поерзав в седле, я попыталась воспроизвести в памяти картинки о том, как слезали со своих лошадей дружинники.

Оперевшись рукой о седло, я аккуратно вытащила одну ногу из стремени, намереваясь перекинуть ее через круп лошади, и уже спрыгнуть вниз.

Однако, мои ожидания в миг рассыпались, когда лошадь внезапно заходила подо мной.

– Пожалуйста, стой! – нервно произнесла я, крепче вцепившись в поводья. Все оказалось сложнее, чем я предполагала.

В этот момент, в воздухе резко раздался громкий хлопок, схожий с ударом хлыста. Заржав, лошадь тут же вскочила на дыбы. Не удержавшись, я вылетела из седла, полетев прямиком на землю.

– Что? Ноги не держат? – легонько усмехнулся Димитрий, прижимая меня к себе.

Немного переведя дух после падения, я наконец поняла, что князь стоит прямо позади меня, приобнимая за талию одной рукой. От неожиданности я вздрогнула.

– Не сидится тебе на месте, Рыжуля, – словно на одном дыхании сказал Димитрий, почти прошептав эти слова возле моей шеи. В этот момент, я явственно ощутила, как напряглось его тело.

– Спасибо, что помог, – вытянувшись струной, я спешно распрямилась, стараясь при этом не оборачиваться.

– Лошадь чувствует страх, – спокойно проговорил Димитрий. Он убрал свою руку с моей талии, однако, не отошел, а так и продолжив стоять вплотную ко мне. – Тебе нужно научиться с ней договариваться, а не бороться.

– Ну, да, конечно, – мое лицо расплылось в грубой полуулыбке. – то, что ты умеешь со всеми договариваться, это я уже поняла.

– Злишься?

– Что ты! Разве есть причина? – не оборачиваясь, с нескрываемой иронией спросила я, сделав вид, что стряхиваю пыль со своей сорочки.

– Думаю, что есть.

Я замерла, когда внезапно почувствовала, как князь перекинул прядь моих волос на одну сторону, обнажив мое плечо.

– Тогда, – Димитрий сделал небольшую паузу, – просто позволь мне извиниться.

– За победу на турнире? – дрожащим голосом, спросила я. От такой близости, сердце начало бешено колотиться, а дыхание стало обрывистым и неровным.

– За то, что случилось сразу после этой самой победы, – низким, холодным тоном, ответил Димитрий.

Поцелуй. Каждый раз, когда перед глазами всплывает картина целующегося князя с княжной, мои губы сами собой поджимаются, а челюсти плотно смыкаются.

– Это ваши дела, – стараясь сохранять самообладание, ответила я. Потряхивающейся от волнения рукой, я откинула прядь волос назад. – Не впутывай меня в них.

Не дожидаясь ответа, я шагнула вперед, намереваясь просто закончить этот разговор и спокойно уйти.

– Анна! – не дав мне сделать и шага, князь обхватил мою талию рукой, обвив ее словно змея, и притянул обратно к себе. – Я должен объяснить.

В воздухе зазвенело от напряжения. Я начала чаще и глубже дышать, стараясь унять колотящееся сердце.

– Разве, когда целуешь того, кого любишь, нужно что-то объяснять? – выдавила я из себя, почувствовав внутри волну горечи.

– Только если это тот, кто тебе безразличен!

– Зачем тогда это делать?

Димитрий демонстративно усмехнулся, покоробив меня своей выходкой до самых жил.

– Тебе смешно? – я резко обернулась, сурово взглянув на князя.

– Нет, – на лице Димитрия застыла легкая полуулыбка, – просто не помню, когда в последний раз мне приходилось оправдываться за свои действия.

– Я тебя об этом не просила, – я вновь отвернулась, стараясь не смотреть на князя. От такой близости, по моему телу пробежала волна напряжения.

– Знаю. Я сам хочу тебе все рассказать, – князь сделал глубокий вдох, а затем, на выдохе, приблизился своими губами к моему уху и негромко произнес. – То, что произошло на ярмарке, было вынужденной мерой. Я пока не могу рассказать тебе всего, но хочу, чтобы ты знала, что нас с Ладой ничего не связывает.

Расстояние между мной и князем практически не осталось. Мы стояли прижатые друг к другу посреди конюшни стараясь не шевелиться. Я глубоко вздохнула, пытаясь выпустить напряжение, скопившееся в моем животе. Непрекращающееся волнение стрекотало в груди, натягивая мои чувства, словно струны. Я чувствовала, как моя спина плотно прижимается к груди Димитрия. Я ощущала, как его пальцы сжимают мою талию, а рука еще сильнее старается прижать меня к телу князя. От этих мыслей я разволновалась еще сильнее. Слегка приоткрыв рот, я облизала языком пересохшие губы, и глубже и чаще задышала.

– Не понимаю я тебя, Димитрий. То ты шарахаешься от меня, как черт от ладана. То пытаешься оправдаться, – стараясь сохранять самообладание, ровным тоном, проговорила я.

– Хочешь знать, сожалею ли я о том, что сделал? – словно опережая мои мысли, спросил князь.

Я промолчала, не сумев выдавить из себя ни слова.

– Сожалею, – низким, холодным тоном, ответил Димитрий. – Сделал бы я по-другому? Нет, не сделал.

– Почему? – таким же холодным тоном, поинтересовалась я.

– Потому что должен, – с горечью в голосе, ответил князь.

На секунду я прикрыла глаза, усмехнувшись своим собственным мыслям. Боги, Анна, о чем ты думаешь? В каких облаках ты витаешь? Единственное, что сейчас должно занимать твои мысли, это пророчество. Ведь если оно исполнится, ты попусту – умрешь. У Димитрия иная жизнь, ему уготована другая судьба. И тебе в ней места нет.

– Раз должен был, значит не нужно объяснений, – с иронией проговорила я, откинув руку князя от себя и отступив на шаг.

– Рыжуля… – Димитрий уже было шагнул ко мне, но я взмахнула рукой вверх, остановив его.

– Думаю, всем жителям Ярикты все было предельно ясно. Сегодня, вам с княжной удалось как следует развлечь толпу, – я кратко поклонилась головой и больше ничего не говоря, направилась в сторону замка.

– Я рад, что тебе не все равно, – князь приподнял вверх одну бровь, с ухмылкой уставившись вслед уходящей девушке. – Скоро, ты обо всем узнаешь. Я обещаю!

Часть 23.

– Закрой глаза, – попросил Артур, довольно улыбнувшись во все зубы, – у меня для тебя есть подарок.

Удобно расположившись в тени высокой ивы прямо на берегу реки, князь с умилением наблюдал, как щеки сидящей напротив него Софьи розовеют.

Не сразу, с долей недоверия, но девушка подчинилась, прикрыв лицо ладонями и сильно зажмурив глаза.

– Это тебе, – Артур положил ей прямо на колени замотанный в ткань сверток, перевязанный бечёвкой, – открывай.

Вдохновенно ожидая реакции, князь с любопытством наблюдал как Софья осторожно развернула его подарок. Глаза девушки округлились от неожиданности и удивления. Перед ней лежали семь аккуратных ножиков разного размера, с литыми ручками и фигурными лезвиями, предназначенными для работы по дереву.

– Увидел их на ярмарке, и сразу купил не раздумывая, – Артур все продолжал широко улыбаться.

– Нет, – Софья резко отодвинула подарок в сторону. – Я не могу, это слишком дорого.

– Можешь, – нахмурившись, Артур вновь придвинул сверток ближе к девушке.

– Ваше Высочество…

– Софья, – более спокойным тоном произнес Артур. – Я сделал такой подарок, потому что, считаю, что ты этого достойна. Но, если тебе так будет проще, думай, что это моя благодарность тебе за то горячее молоко, которым ты меня напоила.

– Это было простое молоко, – растерянная девушка не знала, как себя вести.

– А, это простые ножи, хотя я знаю, что для тебя они важны, – Артур взял ладонь девушки в свою руку и положил ее поверх ножей. – Позволь мне хотя бы так отблагодарить тебя.

– Спасибо вам, – Софья заворожено уставилась на подарок. – Для меня никто еще так много не делал.

– Ты помнишь, о чем мы договаривались? – князь легонько улыбнулся. – Просто, Артур.

– Я постараюсь не забыть, – Софья смущенно замялась, опустив глаза. – Спасибо, Артур. Это лучшее, что я когда-либо держала в руках.

– Ну, это вряд ли, – попытался пошутить Артур, отчего сам слегка смутился.

Не понявшая его слов, Софья молча сидела, уставившись на князя. Девушка продолжала молчать, и лишь спустя пару минут раздался ее раскатистый смех, эхом прозвенев на другом конце окрестностей.

С удовольствием наблюдая за Софьей, Артур не заметил, как сам начал валяться на земле от отхватившей его волны смеха. Князь катался по траве, держась за живот и не мог остановиться.

Часть 24.

Прошмыгнув на заре следующего дня мимо ворот замка, чтобы оставаться незамеченной, я спешно перебирала ногами в сторону центральной площади.

Откровенно говоря, сон прошлой ночью совсем не шел из-за кучи вопросов, сильно занимающих все мои мысли.

Что это вообще было вчера на ярмарке? Откуда взялся этот голос в моей голове?

Я понимала, что в одиночку найти ответы на эти вопросы, у меня не получится. А, значит, мне нужен был тот, кто будет способен поведать мне тайны моего рода и рассказать всю правду о жизни моей матери. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить. Я понимала, что мне необходимо как можно скорее найти Хрюча.

К моему удивлению, народу на улице было предостаточно. Пробираясь сквозь толпы галдящих людей, я останавливалась, расспрашивая у местных, как мне добраться до Гильдии магов. Побродив несколько минут и прошерстив несколько аллей, я наконец нашла нужное мне место.

– Хрюч, вы здесь? – я вошла в Гильдию, захлопнув за собой дверь.

С прошлого визита, в комнате ничего не изменилось. Приглушенный свет, расписанный созвездиями потолок, да огромный стол, стоящий в центре.

– Анна, – голова Хрюча показалась из-за стола. Старик, удивившись моему утреннему визиту, незадачливо почесал затылок. – Не ожидал, что ты зайдешь в гости.

– Признаться, я и не собиралась к вам приходить, – подойдя к столу, я присела напротив Хрюча на свободный табурет. – Однако, кое-что произошло.

– Так, – старик подскочил, кинувшись к старому комоду, что стоял в углу и начал активно в нем копошиться. – Ты пока рассказывай, а я сделаю нам с тобой чай.

Вытащив из ящика большой, пузатый чайник, Хрюч начерпал в него колодезной воды из бочки и поставил греться на раскаленные в камине угли.

– Хрюч, что вы еще знаете о моей матери? – стараясь зайти из далека, аккуратно поинтересовалась я.

– Хм, дай подумать, – старик стоял напротив меня, задумчиво вглядываясь в потолок. – Я знал Аглаю относительно не долго. Она приехала в Ярикту, когда ей исполнилось восемнадцать, чтобы так же, как и ты, отметиться в учетной книге.

– Она была одна? – не стерпев, уточнила я.

– Насколько я помню, с ней никого не было, – старик помешал чугунной кочергой тлеющие в камине угли. – Когда я замерил силу Аглаи, то просто застыл в изумлении. Несомненно, эта девчушка оказалась сильной, очень сильной ведьмой. Однако, действующий запрет на магию, не позволял ей пользоваться своими способностями, из-за чего Аглая сильно переживала. Тогда она и напросилась ко мне в ученики.

– Моя мать училась у вас магическому ремеслу? – вскинув брови вверх от удивления, спросила я.

– Было дело, – Хрюч достал из того же комода две глиняные кружки и поставил их на стол, – Только вот, проучилась Аглая у меня совсем не долго. Уже через несколько месяцев, она сбежала… да так, что и след простыл. А, когда я вновь с ней встретился, твоя мать уже пришла в Ярикту вместе с тем захватчиком.

– Получается, уже после моего рождения, – тихо произнесла я, наблюдая за тем, как Хрюч разливает горячий чай по кружкам.

– Аглая так упорно желала заполучить рукопись Радимира, что буквально была готова пойти на все, – рука старика застыла с чайником в руках, замерев над столом. – Ее разум словно помутился. Из озорной, веселой девчушки, она превратилась в строгую, холодную, расчетливую ведьму. Тогда, я был убежден, что виновником ее перемен стал Ивар.

– Видимо, рукопись нужна была Аглае, чтобы помочь Ивару заполучить силу Нетленной армии Морены и захватить Ярикту, – обхватив кружку ладонями, я несколько раз подула на горячий чай, чтобы помочь напитку скорее остыть.

– Возможно, ты и права, – Хрюч сел на свой стул, уперев локти в стол, – но, у твоей матери, Анна, были свои мотивы, из-за которых, она встала на сторону Ярикты. Признаться честно, я часто думаю о той ночи и очень о многом сожалею.

Я попыталась сделать глоток, шумно отхлебнуть немного чая. На вкус напиток оказался очень приятным. Казалось, будто что-то мягкое и пушистое начинает укутывать, ласково обволакивая своими объятьями.

– Как вы думаете, я смогу достать рукопись из Мрада? – расслабившись, я посмотрела на старика, который пока так и не притронулся к напитку.

– Конечно, – Хрюч улыбнулся, игриво щелкнув меня по носу. – Ни секунды в этом не сомневаюсь.

Я довольно улыбнулась, потерев ладонью свой нос. Казалось бы, каким прекрасным мог стать сегодняшний день. Хоть я и совсем не выспалась, но больше узнала о собственной матери, получила поддержку и одобрение главного колдуна Ярикты, однако, по-прежнему продолжала ощущать пульсирующую тревогу у себя внутри. Чувство беспокойства не оставляло меня, заставляя постоянно испытывать напряжение.

– Хрюч, скажите… – я сделала небольшую паузу, стараясь подобрать правильные слова, – может вы знаете способ изменить свою судьбу?

– Интересно услышать этот вопрос от тебя, – старик усмехнулся, придвинув кружку с чаем ближе к себе. – Это, ведь твоя прерогатива, менять людские судьбы.

– Не говорите ерунды. Я никогда не умела это делать, – я чуть сильнее сжала в руках свою кружку. Глиняная поверхность настолько сильно нагрелась, что я непроизвольно поморщилась от неприятных ощущений.

– Все потому, что способ менять судьбы людей, сокрыт в рукописи Радимира, – Хрюч отхлебнул немного напитка. – А, она откроется только истинному потомку Радимира, коим ты и являешься. Так что, у тебя все карты на руках.

Я опустила вниз глаза. Сейчас во мне боролись два желания, и я не знала, какому из них мне следовать. С одной стороны, я хотела сохранить в тайне ото всех пророчество, которым одарила меня Морена. С другой стороны, мне безумно хотелось разделить хотя бы с кем-то ту боль и тот страх, что съедали меня, пока я пребывала в безвестности того, как будет складываться мое ближайшее будущее.

– Вчера на ярмарке, я увидела черную тень, – я начала говорить, тщательно наблюдая за реакцией старика. – Она как будто прошептала мне, что «Рукопись не поможет».

– Быть того не может, – Хрюч широко распахнул глаза и плотно поджал губы.

– Вы что-то знаете? – без колебаний, я всем телом развернулась на табурете в сторону старика, выжидательно дожидаясь ответа.

– В день нападения на Ярикту, когда Аглая лечила Горда, твоя мать горько плакала, – Хрюч даже встал, уперевшись ладонями в поверхность стола. – Тогда она тихо произнесла ровно то, что ты сейчас сказала: «Рукопись не поможет».

– Я не понимаю, что это значит, – чувствуя, что моя голова начинает закипать от переизбытка мыслей, взвыла я.

– Думается мне, что это либо как-то связано с лекарством от проклятья Мрада, – Хрюч взглянул на меня. – Либо, это связано напрямую с Нетленной армией Морены.

– Вы так считаете? – я нахмурилась, взглянув на задумавшегося старика.

– Как именно действует заклинание из рукописи, могла знать только Аглая, – не в силах долго стоять, старик, вновь, сел на свой табурет.

– Получается, мы не можем быть ни в чем уверены? – негодуя спросила я. – Зачем тогда вообще рисковать и пытаться достать рукопись?

– Это единственная надежда на спасение Есении, – Хрюч кинул короткий, печальный взгляд в окно. – Я постоянно делаю для княжны лекарственные снадобья на основе чертополоха, корня девясила и таволги, но они плохо помогают. Без рукописи, княжна обречена страдать.

– Вы сами то ее видели? – с недоверием спросила я, допив последний глоток чая.

– Рукопись? Видел, – старик щелкнул пальцем по глиняной кружке, отчего помещение заполнилось глухим звоном. – Но, писаний в ней не читал.

– Получается, если рукопись существует и у меня получится ее раздобыть, я смогу изменить судьбу любого человека, в том числе и свою? – я вновь ощутила ту, едва уловимую частицу надежды, за которую так упорно старалась зацепиться.

– Зачем тебе менять свою судьбу? – теперь уже Хрюч, с лицом полным непонимания, уставился на меня.

Набрав в легкие побольше воздуха, а затем шумно и тяжело выдохнув, я легонько хлопнула ладонью по столу.

– Я узнала об этом, когда мне исполнилось пять, – неспешно, я поведала старику о своем пророчестве. – Мать меня бросила, когда я была младенцем, оставив на воспитание тете, которая даже родной мне не была. В ту ночь, как раз в день моего рождения, мне приснился сон, ставший для меня пророческим. В нем было сказано, что, когда мне исполниться двадцать, Морена должна будет забрать мою душу себе на вечную службу. Тетя объяснила, что, сразу по достижению мною совершеннолетия, я умру.

– Ты в этом уверена? – озадаченный моим рассказом старик, печально нахмурил брови.

– Моя тетя сама обладала магическими способностями, – от напряжения, я непроизвольно надула щеки, а затем быстро выпустила воздух. – Она бы не смогла так ошибиться.

Опустив глаза, я уставилась на свою распахнутую ладонь.

– Полотно судьбы, – старик взглянул на раскрытую мною ладонь. – На линиях наших рук сокрыта наша истинная судьба. Все, что с нами в жизни должно произойти, нарисовано именно здесь.

Хрюч провел своим шершавым, указательным пальцем вдоль линии, огибающей мой большой палец. Увидев, что линия обрывается, старик загнул мои пальцы своей рукой, сжав их в кулак.

– Анна, когда в Большом тронном зале я сказал, что мне нужно составить заговор для призыва Хранителя озера, я соврал. На самом деле, я хотел, чтобы ты узнала еще одну вещь про свою мать, – старик снял со своей шеи подвеску из плетеного шнурка со свисающим на ней, маленьким ключом. – В царской библиотеке хранятся все учетные книги. Думаю, в них ты найдешь достаточно ответов на свои вопросы.

– Хрюч, спасибо вам, – ощущая накатывающие на глаза слезы, я взяла ключ в руки.

– Я уверен, что у тебя все получится, – бодро заявил старик, глядя мне прямо в глаза. – Наша судьба, Анна, сокрыта в наших руках. Своими же руками, мы ее и создаем!

Я взглянула на свои ладони, стараясь рассмотреть нарисованные на них линии. И, тут меня озарило. Только сейчас я поняла скрытый смысл этой фразы, сказанной стариком.

Люди постоянно твердят, что создают свою судьбу сами, творят ее собственными руками. Отчасти, так оно и есть, но, именно в линиях на наших руках сокрыта истина наших судеб. Наша судьба нарисована на линиях наших рук!

Ладони это полотно, на котором боги рисуют нашу судьбу еще до нашего рождения. Своими действиями, мы можем влиять на ход событий, тогда и линии на руке, тоже будут меняться.

– Моя судьба, в моих руках… и на линиях моих ладоней, – я крепко сжала руки в кулаки, уверенно посмотрев на старика. – И, я сделаю все, чтобы ее изменить!

Часть 25.

– Так, ты не предсказываешь людям будущее? – огорченно спросила Софья, вымешивая на деревянном столе, припорошенном мукой, тесто для лепешек.

Наступил вечер, и я вместе с остальной прислугой, проводила время в кухне, помогая им готовить блюда для царского праздника, устроенного в честь празднования Купалы. Несколько крепких женщин, одетые в длинные льняные сарафаны, занимались готовкой, постоянно вытирая руки о подпоясанные на талии передники. Одна кухарка чистила овощи, другая их нарезала, а третья варила на печи взвар из сушеных груш и яблок.

Когда я после посещения Гильдии магов вернулась в замок, то решила сразу же направиться в библиотеку. Однако, по совету Софьи, согласилась дождаться вечера, потому как, сегодня в Большом тронном зале пройдет празднование Купалы, а значит, моим поискам никто не будет мешать.

– Поверь, мне достаточно того, что я знаю свое будущее, – с долей иронии ответила я, сосредоточенно продолжив перебирать луковые перья. – Иногда, лучше ничего не знать.

– А, мне кажется, это здорово, когда ты знаешь все, что с тобой должно случиться, – девушка укладывала на противень вылепленные, круглые лепешки, посыпая их сверху сушеными травами. – Ты рождаешься, и все уже знаешь про себя. И, по какой бы дорожке ты не пошла, все равно придешь туда, куда тебе и положено.

– Тогда зачем заранее знать свою судьбу, если ты все равно проживешь ее так, как тебе уготовано? – с интересом спросила я, подняв глаза на Софью.

На секунду, руки девушки замерли над тестом. Она уставилась в одну точку, задумавшись над смыслом заданного мною вопроса.

– Чтоб соломку подстелить, – Софья выдержала небольшую паузу, а затем продолжила разминать тесто, внимательно наблюдая за каждым своим действием. – И, чтобы не бояться жить.

– Не бояться? – переспросила я в недоумении.

– Ну, да, – Софья, обхватила противень с лепешками обеими руками и подняла его над столом, задумчиво посмотрев на меня. – Все люди подвержены страхам. Нам боязно жить в неведении, ведь никогда не знаешь, какие события должны с тобой произойти. А, если бы нам было позволено все о своей судьбе знать, мы могли бы ее не бояться, а в случае надобности, и поменять.

– Думаешь, у нас есть право менять свою судьбу? – горько усмехнулась я.

– Не знаю, – Софья засунула противень в печь, затворив заслонку. – Но, свято верю, что это возможно. Даже у самой Смерти можно вымолить жизнь, если очень сильно захотеть.

– Девочки, – к нам подошла одна из женщин, работающих с нами в кухне. Она только вернулась из Большого тронного зала, отнеся туда поднос с угощениями. – Там уже праздник начался. Подите, поглядите.

– Да, что им твой праздник, – перебила ее старшая кухарка. – Вон местные ребята, нынче ночью, в поле веселье устраивают с кострами, да танцами. Туда им надо, а не на этих расписных «гусей» смотреть в дорогих одеждах.

– И, то правда. Я забыла совсем, – радостно улыбнулась кухарка. – Но пусть все же поглядят на царское пиршество. Какие ж там все красивые.

– А, как же готовка? – я собрала в охапку перья и сбросила их в чашку.

– Все основное уже приготовили, – махнула рукой старшая кухарка. – Тут мы и сами справимся. Негоже молодым девицам в кухне сидеть.

– Идем, Анна, посмотрим, а потом побежим в поле праздновать вместе со всеми, – Софья потянула меня за подол в сторону двери. Девушка скинула с себя передник и отряхнула платье от мучной пыли.

– Хорошо, – я лукаво улыбнулась. – Пойдем, посмотрим.

Схватив подносы с едой, мы с Софьей пробежали через кухню и вышли в центральный коридор, который прямиком пересекался с Большим тронным залом. Войти внутрь нам помогли стражники, отворившие нам двери, благодаря чему мы, наконец, очутились внутри царского праздника.

Сегодня, количество зажжённых факелов, было больше в несколько раз, чтобы как следует осветить пространство. В дальнем углу расположилась группа музыкантов, играющая легкую, веселую музыку.

Повсюду слонялись надменные лица вычурно одетой знати. Дорогие кафтаны мужчин разных чинов и положений, до невозможности сильно были украшенные всевозможными золотыми вышивками и сверкающими фрестами. Обязательным сопровождением их образов служили разноцветные драгоценные камни, красующиеся либо в их перстнях, либо украшающие гербы на их груди. Они что-то живо обсуждали, сбившись в небольшие группы и попивали крепленый алкоголь из металлических кубков с высеченными на них гербами Ярикты. Сопровождающие их дамы услужливо сидели за круглыми столами, оживленно беседуя на известные только им темы.

– Анна, Софья, – Артур со скучающим видом подошел к нам, когда мы поставили подносы с едой на стол. – Наконец-то знакомые лица.

– Я смотрю, веселишься ты от души, – с издевкой сказала я. – Еще не успел сбежать?

– Как раз подумал об этом, но есть нюанс, – Артур указал с сторону Димитрия и Виктора, которые были окружены гостями. – Если я сбегу, эти двое, меня найдут и задушат.

Я удивилась и даже не сразу узнала князей. Мужчины сменили свои размашистые рубахи на строгие и аккуратные кафтаны, украшенные различными знаками отличия. По количеству альтогов и фрестов⁷ на их плечах, можно было судить о статусе и положении князей. Кафтан Виктора был такого же темно-бордового цвета, как и кафтан его отца, Царя Ярикты. Его руки были спрятаны под белыми перчатками, а на правом плече к кафтану был пристегнут один золотой альтог с одним фрестом. Кафтан Димитрия был темного, синего цвета, по-видимому, под цвет флага его страны Стрижды. Перчатки на его руках были черные. На правом плече князя красовались два серебряных альтога, а вот фрестов было уже три. К его груди была пристегнута брошь с гербом, изображение на котором, отдаленно напоминало два скрещенных меча. Они взбудоражено обсуждали какие-то новости с местной знатью.

Казалось, на празднике были все, за исключением лишь маленькой княжны. Есения была еще слаба и только-только начала самостоятельно садиться в постели. Несмотря на то, что княжна хорошо ела и могла связно говорить, ее состояние все равно вызывало большое беспокойство.

– Праздник достойный царской дочурки, – напряжение в голосе Артура невозможно было не заметить, когда он с неприязнью кивнул головой в сторону Лады. – Сама вырядилась черти как, и меня заставила надеть эти балахоны. Все тело зудит от этой ткани.

Артур то и дело копошился, постоянно поправляя свой неудобный кафтан, плотно облепивший его тело.

Княжна Лада, одетая в белое платье, спадающее вниз до самого пола, с подолом из нескольких слоев ситца и длинными, свисающими до колен рукавами, только и успевала принимать комплименты в свой адрес, уверенно протягивая мужчинам руку. Ее голову украшала усыпанная самоцветами, маленькая диадема, а волосы, собранные в высокий хвост, аккуратными волнами спускались по женской спине. Игривый, тонкий голосок княжны то и дело наполнял смехом зал, разбавляя утомительную атмосферу вычурности.

Димитрий с равнодушным лицом, спокойно беседовал с каким-то высоким, полноватым мужчиной, к поясу которого был прикреплен меч с золотой рукояткой.

– Раз все здесь, мне пора идти в библиотеку, – я кивнула Софье. – Постараюсь не задерживаться.

– Зачем тебе понадобилось идти в библиотеку? – Артур озадаченно почесал затылок, но ответа на свой вопрос не получил.

– Я подожду тебя в кухне, – Софья кивнула мне в ответ. – Без тебя на праздник не пойду.

Не теряя больше времени, я незаметно протиснулась к выходу, направившись в сторону библиотеки.

По наставлению Софьи, я прошла вдоль широкого, длинного коридора и в самом конце, свернула налево. В высокой арке с выложенной по верху лепниной, я отыскала нужную мне дверь.

Отворив ключом замок, я медленно нажала на ручку, распахнув дверь. Темное помещение совсем не освещалось. Сняв факел со стены, я вошла внутрь библиотеки.

Невысокие книжные стеллажи узкими рядами стояли вдоль стен. Воздух был пропитан плотным запахом древесины и смесью легкой цветочной свежести со сладковатым привкусом. Сама библиотека была довольно маленькой и запущенной. Заросшие пылью полки, чернильные пятна на полу и неаккуратно сложенные книги, указывали на то, что библиотекой давно никто не занимался.

– Старик сказал, что учетные книги стоят на последнем стеллаже, – времени у меня было не много, поэтому, к поискам я приступила сразу.

Прошерстив две первые книги, я увидела, что учет людей в них велся по алфавиту. Это могло намного облегчить мне поиск, но, к сожалению, на букву «А» не было ни одного человека по имени Аглая.

– Да, как так-то? – я судорожно перелистывала страницы, стараясь зацепиться за малейшую деталь. – Хрюч сказал, что она должна быть здесь. Почему в книгах ничего нет?

Я перебирала книгу за книгой, но не могла ничего найти. Обложившись книжными кипами, я села на пол. Надоедливые волосы то и дело спадали на глаза, мешая мне читать. Для удобства, я перевязала их лентой, завязав на макушке высокий хвост.

– Черт! – я со злостью швырнула очередную книгу, оказавшуюся для меня бесполезной. – Ну, и как мне тебя найти?

Я сосредоточилась, стараясь перебрать в мыслях все, что знала о своей матери. К моей досаде, я не знала о ней, почти ничего, в том числе, людей, которые каким-то образом были с ней связаны.

Насколько я знаю, моя тетя, хоть и обладала колдовскими способностями, но никогда Глушь не покидала, а значит, записей о ней, здесь точно быть не могло.

На ум пришло имя того мужчины, с которым моя мать убежала. Кажется, его звали Ивар. Долистав учетную книгу почти до середины, я с досадой обнаружила, что одного листа не хватает. Вместе него, в книге остался лишь неровный срез вырванной страницы.

– Радимир! – встревоженно воскликнула я. Схватив другую книгу, я начала быстро перелистывать в ней страницы. – Он ведь основатель рода, а значит, способности у него были. Может здесь что-то сказано, хотя бы про него.

Полистав до нужной страницы, я опешила, наконец найдя то, что искала:

«… Аглая, единокровная правнучка князя Радимира, дает клятву на крови действующему Королю Стрижды во исполнение обета богам, прервать род Радимира, и не оставить после себя ни единого потомка….»

Казалось, в моей груди послышался последний удар сердца, прежде чем я и вовсе перестала ощущать его стук. Воздух сперло в груди, и я, как будто забыла, как дышать. Сковывающая боль сжала мое тело, заставив вырваться наружу протяжный, пропитанный болью стон.

– Нееет! – заскулив от отчаяния, я откинула учетную книгу в сторону. Чувствуя, как мои глаза начали щипать от нахлынувших слез, я, на трясущихся ногах, постаралась встать.

Все большая тревога охватывала мое тело, вот-вот норовя перерасти в истерику. Я оперлась обеими руками в книжную полку, слегка облокотившись на нее, чтобы не упасть. Часто задышав, я старалась выровнять сбитое дыхание.

– Ненавижу… – сквозь зубы процедила я, с ожесточением вцепившись в полку, словно, хотела растереть ее в пыль, а затем громко крикнула. – НЕНАВИЖУ!

В пророчестве, из-за которого я должна умереть в день совершеннолетия, виновата Аглая. Это всецело ее вина! Мне хотелось выть как собаке от несправедливости, что моя родная мать собственными руками обрекла меня на смерть. Расплатилась мной ради исполнения клятвы, данной отцу Димитрия.

– Димитрий, – я негромко произнесла имя князя, находясь словно в тумане. – Неужели, когда князь говорил, что у нас с ним есть нечто общее, он имел ввиду, что знает про клятву, данную моей матерью? Тогда… получается…

Я взволнованно заметалась из стороны в сторону, начав суматошно ходить по библиотеке. Мысли безудержным роем скапливались у меня в голове. Вопросов становилось больше, чем ответов.

– Будешь так суетиться, дыру в полу проломишь, – позади меня раздался спокойный мужской голос.

– Черт! – испугавшись, я дернулась, резко обернувшись. – Что ты здесь делаешь?

У входа в библиотеку стоял Димитрий, оперившись плечом о дверной проем.

– Что здесь делаешь ты? И, где взяла ключ? – проигнорировав мой вопрос, князь посмотрел на меня несколько надменным взглядом, скрестив руки на груди.

– Украла! – резко бросила я, сама не ожидав от себя подобной дерзости. – Доволен?

– Не совсем, – спокойно ответил Димитрий, чем сильно удивил меня.

Князь неспешно двинулся в мою сторону, ловко переступая через разбросанные мною книги. Насторожившись, я попятилась назад, тут же уперевшись спиной в книжный стеллаж.

– Не в духе? – Димитрий встал прямо напротив меня, сохранив, между нами, расстояние в пару шагов.

– Да, что ты, черт возьми, от меня хочешь? – больше себя не сдерживая, грубо крикнула я, толкнув князя в грудь, чем заставила его недовольно поморщиться. – Что вам всем от меня нужно?

Ярость, захватившая меня, стремительно рвалась наружу. Злобно стиснув зубы, я пристально уставилась на князя своими белыми, ведьмовскими глазами. В страхе сделать глупость, я резко отвернулась, намереваясь спешно уйти. И, только я сделала шаг, как князь, крепко вцепившись в мое предплечье, грубо дернул меня к себе, вновь вернув на место и впечатав спиной в книжный стеллаж.

– Что ты здесь нашла? – князь уперся рукой в книжную полку, очень близко приблизившись ко мне.

Я самодовольно усмехнулась тому, что оказалась права. Своим вопросом Димитрий подтвердил мои догадки о том, что князь с самого начала знал про клятву, данную моей матерью.

– Клятва, данная Аглаей твоему отцу, ты ведь прекрасно о ней знаешь, не так ли? – с неприкрытой досадой, спросила я.

– Знаю, – равнодушный ответ князя, заставил мое лицо исказиться в ироничной улыбке.

– Значит, ты прекрасно понимаешь, что меня здесь быть не должно, – от нахлынувшей обиды, я отвернула голову в сторону, чтобы, ненароком, не расплакаться при князе. – Я, просто не должна была родиться. С чего вообще моя мать разбрасывается такими клятвами?

Удержать слезы у меня не получилось. Я тихо всхлипнула, когда по моим щекам покатились соленые капли. Тяжело и озлобленно выдохнув, Димитрий наклонился ко мне, приблизившись еще сильнее. Обхватив пальцами мой подбородок, князь осторожно повернул мое лицо к себе.

– Но, ты здесь, а значит, клятва не сработала, – Димитрий провел пальцем по моей щеке, смахнув падающую слезинку. Я вздрогнула, покрывшись мурашками, когда ощутила на своем лице легкое прикосновение руки князя.

– Ошибаешься, клятва исполнилась, – я опустила заплаканные глаза вниз.

– Чего еще я про тебя не знаю, Рыжуля? – князь прищурил глаза, слегка наклонив голову в бок.

Я приоткрыла рот, но тут же замолчала, словно немая. По всей видимости, хоть Димитрий и знает про клятву, но о моем пророчестве ему ничего не известно. Поэтому, чтобы хоть как-то обезопасить себя, я приняла решение скрыть свою тайну.

– Ничего тебе знать про меня больше не нужно, – вымученно ответила я, стараясь сделать взгляд более непроницательным и холодным.

Отодвинув руку князя, я направилась к выходу. Почти дотянувшись до ручки двери, я ощутила, как рука Димитрия обхватила мою талию. Одним ловким движением, князь развернул меня к себе и, в это же мгновение мои губы соприкоснулись с губами князя. Замерев с широко распахнутыми глазами, я стояла напротив Димитрия, который смотрел на меня спокойным, выжидающим взглядом. Мои руки, разведенные в стороны, зависли в воздухе, а сама я буквально оцепенела от неожиданности.

Только я пошевелилась, чтобы отпрянуть, как князь, сильнее схватил меня за талию, крепче прижав к себе. Обхватив второй рукой мою щеку, Димитрий закрыл глаза, надавив своими губами на мои губы и углубил поцелуй.

В животе все сжалось от волнения. Я буквально чувствовала, как внутри меня закручивается нарастающее пламя. Тело слабеет от переполняющего его трепета. Еще немного, и я рухну от того, что ноги перестают слушаться. Это был мой первый поцелуй. От незнания, что делать, я схватилась руками за рукава кафтана князя, сильно зажав ткань в ладонях. Губы князя стали двигаться быстрее, и на моменте, когда я приоткрыла рот, чтобы сделать вдох, мой язык соприкоснулся с языком Димитрия.

Сладкое, будоражащее чувство разлилось во мне неконтролируемым вихрем. Я чувствовала, как мягкие, теплые губы князя соприкасаются с кожей моих губ. Одна рука Димитрия заскользила вверх по моей спине, другая переместила на мой затылок, чуть сильнее надавив на него, благодаря чему, поцелуй стал еще глубже, еще горячее.

Я сжалась от напряжения, понимая, что это безумие надо остановить. Каким бы желанным не был для меня этот поцелуй, я не должна была его допустить.

– Димитрий, – уперевшись князю в грудь, я отодвинула его, разорвав поцелуй.

Ничего не говоря, князь снова притянул меня ближе, крепко сжав в своих руках.

– Что не так? – с придыханием, тихо спросил Димитрий, прижавшись своим лбом к моему. Я чувствовала, как часто вздымается грудь князя из-за сбившегося от поцелуя дыхания.

– Твоя невеста… – неловко произнесла я, не успев закончить.

– Анна, – Димитрий поднял голову, посмотрев на меня слегка вымученным взглядом. Князь только раскрыл рот, чтобы что-то добавить, но я прикрыла его губы своей ладонью.

– Не разрушай свою жизнь, – взглянув на князя печальными глазами, я отрицательно покачала головой. Глаза Димитрия моментально сузились в недоумении. – На этом свете для меня нет пары.

– Ты о чем? – князь отодвинул мою руку, изрядно напрягшись и недовольно нахмурил брови.

Не ответив, я отстранилась. Шумно выдохнув, я развернулась, уходя прочь. Остановившись в проеме распахнутой двери, я обернулась, посмотрев на Димитрия, который стоял на месте в полном замешательстве.

– Смерть моя пара, на эту жизнь, и на следующую, – горько улыбнувшись, я ушла, изо всех сил стараясь, снова, не заплакать.

Часть 26.

Расстроенная, с припухшими от слез глазами, я вернулась в кухню, где, к моему удивлению, меня ждала не только Софья. Вместе с ней за столом сидели Артур с Виктором и медленно потягивали медовуху из кубков.

– Вы чего здесь? – спросила я, распустив перевязанные лентой волосы.

– Софья рассказала нам про праздник, который пройдет сегодня в поле, – Артур широко улыбнулся, громко хлопнув кубком по столу, – хватит с нас этих широких рож.

– Решили составить вам компанию, – встав с места, Виктор мягко улыбнулся мне, подойдя ближе. – Ты же не против?

– Не против, – равнодушно ответила я, скривившись в полуулыбке, которая получилась скорее вымученной, чем приветливой.

– С тобой все хорошо? – обеспокоенный моим поведением Виктор, попытался коснуться моего плеча, но я сразу увернулась.

– Все хорошо, – не взглянув на князя, ответила я, присев за стол.

– Кстати, Анна, – Артур встал из-за стола, обратившись ко мне. – Ты говорила с братом? Он зачем-то искал тебя.

– Так это ты ему сказал, где я? – недовольно и слишком резко бросила я, уперевшись кулаками в стол.

– Ну да, – несколько смутившись моей реакцией, Артур пожал плечами. – В этом же нет ничего странного, так?

– Нет, – спешно ответила я, отвернувшись к стене, чтобы никто не увидел, как мое лицо покраснело, когда я вспомнила поцелуй с князем и то, как его руки прижимали меня к себе.

Все это случилось так не вовремя. Мне совершенно некогда было разбираться в своих чувствах к князю и, уж тем более думать, по какой причине Димитрий меня поцеловал. Его семья несколько лет пытается уничтожить людей, обладающих колдовским даром, преследует таких, как я и запрещает нам пользоваться силой. До сих пор, я была уверена, что Димитрий меня презирает. Князь бы просто так не посмотрел в сторону такой девушки, как я. Однако, он знает про клятву, данную моей матерью и от этого, я впадаю в еще большее замешательство. Какие цели преследует князь? Зачем пытается сблизиться со мной? А, главное, почему моя мать дала такую странную клятву Королю Стрижды и для чего ее же нарушила?

– Костры уже начали разжигать, – рука Софьи опустилась на мое плечо, приводя меня в чувства. – Надо спешить, если хотим успеть на праздник.

– Я не пойду, – устало бросила я, встав из-за стола. – Настроения совершенно нет, чтобы веселиться.

– На празднике, оно как раз у тебя появится, – слегка захмелевший Виктор все-таки подошел ко мне и положил руку мне на спину. От этого прикосновения, по моему телу, пробежала неприятная дрожь. Никогда еще так сильно я не хотела, чтобы меня не трогали, как сейчас.

– Мое присутствие там не обязательно, – я отпрянула от Виктора, встав позади Софьи, чтобы никто не мог ко мне прикоснуться.

– Анна, да ладно тебе, – Софья радостно похлопала в ладоши, запрыгав вокруг меня, словно птичка. – Идем с нами. Там будут песни, танцы, прыжки через костер. Сможешь посидеть рядышком на траве, полюбоваться зрелищем. Обещаем, что приставать к тебе не будем.

– Серьезно, Анна, – более холодным тоном сказал Виктор, больше не делая ни шагу в мою сторону, – ты можешь не участвовать, но хотя бы сходи, посмотри.

– Давайте. Идемте же, – не выдержав, Артур схватил нас с Софьей за руки и потащил на улицу.

Не успела я опомниться, как мы втроем уже бежали в сторону поля, где должен был пройти праздник среди местных.

– Почти на месте, – радостно воскликнула Софья, замахав руками.

– Дурацкое платье, – из-за обильного количества ситца, мои ноги то и дело заплетались в подоле платья. Остановившись, я дернула ткань, разорвав несколько слоев прямо у себя на бедре, случайно сотворив на подоле длинный разрез.

– Отлично получилось, – рассмеялся Виктор, уставившись на мою оголенную ногу.

– Иди уже, – скривившись в полуулыбке, я толкнула князя в спину, пропуская его вперед, а сама, стянула с ног надоедливую обувь. Едва заметно переминаясь с ноги на ногу, я блаженно закатила глаза, ощутив ногами такой знакомый холод травы, слегка щекочущий ступни.

Вытоптанная на земле тропа, вела прямиком к холму, за которым протекала часть русла реки Ярги, на берегу которой, уже собралась толпа молодых парней и девушек, намеревающихся встретить долгожданный праздник Купалы.

Парни, одетые в белые рубахи и светлые, льняные штаны, активно разжигали костры. Девушки, одетые в размашистые белые платья, небрежно свисающие с женских плеч, сидели рядом друг с другом, и весело смеясь, плели венки.

Главным символом праздника был огромный костер, который уже во всю разгорелся.

– Неужели такое здесь творится каждый год? – восхищенный увиденным, спросил Виктор, скрестив руки на груди. Мы стояли на краю холма, завороженно наблюдая за происходящим, – Почему мы раньше ничего об этом не знали?

– Мы празднуем Купалу соблюдая традиции наших предков, – мягко улыбнувшись, Софья смяла в руке край своей длинной юки. – Из года в год, они остаются неизменными.

– Ну, что, Виктор, отпразднуем сегодня как следует? – Артур широко улыбнулся, ударив ладонью по спине друга.

– Что ж, это предложение, мне по душе, – Виктор стянул с себя свой кафтан и бросил его прямиком на траву, оставшись в одной рубашке.

Воздух разрезал грохот. Двое крепких парней с засученными рукавами несколько раз ударили в барабаны и литавры. В след за ними разлился нежный женский голос, затягивающий песню.

– Началось. Бежим, – радостная Софья потащила Артура вниз, уводя князя за собой.

Одна молодая девушка, подойдя к реке, зачерпнула воды в глиняный кувшин и, откинув длинную русую косу назад, направилась к литаврам.

– Идем? – улыбнувшись, спросил Виктор, протянув мне руку.

– Тебя отец не потеряет? – спросила я, колеблясь.

– Плевать, – Виктор устало размял шею. – Надоело все делать по указке.

Виктор выжидательно посмотрел на меня. Замявшись, я все же протянула князю руку.

Постепенно, все девушки начали подпевать. Встав, они пошли мимо горящих костров, попутно надевая друг другу на головы сплетенные венки. Все их движения были плавными и тягучими. Одни двигались, друг за другом, стараясь придерживать подолы длинных платьев, которые красиво струились в свете огней.

Девушка, что первая запела песню, подошла к литаврам⁸ и высокой, тонкой струей, налила на них речной воды.

Молодые парни тут же начали бить по литаврам палками, поднимая вверх сильные брызги. Вода, взлетая в воздух, красиво переливалась в серебряном свете, взошедшей на небо полной луны.

В воздухе раздалось пение свирелей и гуслей. Музыка становилась все ярче и напористее. Девушки, подобрав подолы платьев, стали весело отбивать ногами, кружась вокруг красных языков пламени, приминая под собой траву. Громко хохоча, они схватили под руки Софью с Артуром, утягивая их за собой и закружив обоих в пляс.

Следом за ним, девушки схватили под руки Виктора, утянув князя ближе к кострам.

Четверо сильных парней, что стояли в центре, крутили в руках подожженные деревянные палки, то и дело подбрасывая их в воздух.

– Ну же, Анна. Идем танцевать, – подлетевшая ко мне Софья, надела мне на голову небольшой венок, с вплетенными в него голубыми цветками льна.

Она весело захлопала в ладоши, пристукнув по земле ногами.

– Да, Анна, идем, – я вздрогнула, когда мою ладонь сжала горячая рука Виктора.

Не дав мне опомниться, Виктор утащил меня, закружив в танце.

Музыка зазвучала немного медленнее. Уверенные мужские голоса затянули мелодичную песню, мягко вытягивая каждую букву.

И тут же, раздались несколько ударов литавр. Музыка начала вновь ускоряться, все быстрее и быстрее наращивая темп. Молодые парни низко приседали, а затем высоко подпрыгивая вверх, широко размахивали ногами в разные стороны. Подойдя к девицам, они крепко приобняли их сбоку за талии и закружили их на одном месте. Девушки, словно летящие лебеди, придерживая длинные подолы белоснежных платьев, крутились по кругу.

Виктор притащил меня к самому большому костру и, придерживая сзади за талию, поднял вверх, отчего мои ноги оторвались от земли.

– Это лучший праздник Купалы на моей памяти, – запыхавшийся Артур с раскрасневшимися щеками пробежал мимо нас. Его рубаха, мокрая от пота, прилипла к груди.

Парни и девушки, взявшись за руки, начали перепрыгивать через костры. Они ловко подскакивали вверх, стараясь не касаться горячего пламени. Перепрыгнувшие, сразу же переплетались между собой в небольшие хороводы. Они быстро ходили вокруг горящих маленьких костров, громко напевая песню. Через мгновение, кольца из парней и девушек начали распускаться, перемещаясь ближе к огромному костру, что во всю полыхал посередине поля. Сцепившись за руки, все выстроились вокруг главного кострища, закручиваясь в один большой хоровод.

– Что ты сделала со мной? – Виктор близко наклонился ко мне, прошептав эти слова возле моей щеки.

– Я ничего не делала, – от такой близости, я оторопела.

– Тогда почему я схожу с ума при одном взгляде на тебя? – Виктор крутанул меня, разворачивая к себе спиной. Дыхание, сорвавшееся с его губ, коснулось моего уха. – Ты и вправду ведьма, Анна.

Раскрутив меня обратно к себе лицом, князь попытался прикоснуться к моей щеке, но я резко отшатнулась в сторону от того, что в меня врезался какой-то парень, кружащийся с девушками в танце.

– Извините, – быстро бросил он, продолжив танцевать.

Воспользовавшись моментом, я отшагнула от Виктора. Князь приоткрыл рот, намереваясь что-то сказать, но его тут же перебила, подбежавшая ко мне Софья.

– Идем, Анна. Гадание на суженного вот-вот начнется, – девушка схватила меня за руку и потянула в сторону реки.

Постепенно музыка стала затихать, становясь более медленной и спокойной. В воздухе вновь раздался одинокий, мягкий женский голос. Парни присели на примятую траву, наблюдая, как девушки неспешно побрели в сторону реки. Праздник не помог мне отвлечься, поэтому, я уныло брела за Софьей к реке. Недовольно сняв с себя венок, я отшвырнула его подальше в сторону.

– Анна, ты чего? – удивилась Софья, тут же подняв венок и возвратив его мне на голову. – А, как же гадание? Девушки целый год его дожидаются.

– Мне это не нужно, – я вновь стянула венок со своей головы, сжав его в руке, – По крайней мере, в этой жизни точно.

– Не говори глупостей, – Софья силком поволокла меня к реке, вслед за остальными.

Девицы, подойдя вплотную к берегу, опустили свои венки в воду, наблюдая, как их уносит с собой легкое течение реки.

– Давай, Анна, смелее, – подбадривала меня Софья, а я все также продолжала стоять, не желая подходить к воде.

Разом отбросив все сомнения, я уверенным шагом направилась к реке, крепко сжав в руке плетеный венок. Подойдя к воде, я присела на корточки и опустила свой головной убор в реку. Он немного отплыл от берега и секунду задержавшись, накренился на один бок, а затем и вовсе, скрылся из вида, утонув в воде.

– Так я и думала, – тихо усмехнулась я. Интересно, чего я ожидала? Мне на судьбе написано умереть, не говоря уже о том, чтобы выйти замуж.

Неспешно распрямившись, я направилась в сторону замка, но в последний момент обернулась, оглядев ровную поверхность воды. Услышав шуршание, я присмотрелась, разглядев сквозь сумрак мужской силуэт, стоящий на другом краю берега. Он неспешно опустился, запустив руку в воду, из которой что-то вынырнуло и легонько коснулось берега. И, только когда мужчина встал, мне удалось разглядеть, что в руке он держит тот самый венок, с вплетенными в него голубыми цветками льна.

Часть 27.

Софья спокойно собирала яйца в корзину, когда сзади, внезапно, ее схватили за плечи. Испуганно закричав, девушка выронила корзину из рук.

– Чуть не разбили, – напряженно выдохнул Артур, подхвативший корзинку. – Извини, не хотел напугать.

– А мне думается, что как раз именно этого, ты и хотел, – девушка уперла руку в бок, забрав корзинку из рук князя.

– Может пойдем прогуляемся? – Артур сделал небольшой шаг, чтобы встать ближе к девушке. – Как раз перед отбытием из Ярикты.

– Боюсь, меня могут потерять в замке, – расстроенно ответила Софья.

– Не бойся, – не мешкая, Артур схватил девушку за руку, потянув ее за собой. – Скажу, что это я тебя украл.

Князь, довольный собой, ускорил шаг, утаскивая девушку прочь с территории замка. Как только они достигли калитки, ведущей к берегу реки, Софья уперлась ногами в землю, остановившись.

– Ты чего? – недоумевая, спросил Артур.

– Скажи, куда мы все-таки идем? – озадаченная поведением князя, поинтересовалась Софья.

– Я покажу тебе одно место, – Артур чуть крепче сжал девичью руку. – Оно мне напоминает мой родной дом.

Софья колебалась, но согласно кивнула и последовала за князем. Они спустились с пологого склона, рядом с которым была березовая роща. Пройдя немного вглубь рощи, Софья с Артуром очутились на опушке, залитой солнечным светом.

– Как красиво, – завороженная Софья, осматривала рощу по сторонам. – Никогда здесь не была.

– Мне нравится сюда приходить, когда я начинаю скучать по дому, – Артур, поднял голову вверх и на несколько секунд прикрыл глаза, наслаждаясь утренним спокойствием.

Легкое пение птиц успокаивало душу. Все непрошенные мысли куда-то улетучивались, оставляя внутри лишь тихую благодать. Свежий воздух и ласковое касание прохладного ветра в утреннюю жару, приятно остужало голову. Как же этого иногда не хватает. Остановиться вот так, отбросить все тревоги и молча наслаждаться тишиной. Вот оно, прекрасное лето!

– Как долго вас не будет? – Софья перевела взгляд на князя, смотрящего вдаль.

– Около месяца, наверное, – Артур, глубоко вдохнув свежего воздуха, тяжело выдохнул, а затем напряженно добавил. – Софья, когда мы вернемся со Мрада, скорее всего, я вернусь обратно в Стрижду.

– Что? – опешила девушка, растерянно уставившись на князя широко распахнутыми глазами. – Но, почему?

– Это моя родина, я должен заниматься делами своей страны, – краем глаза, Артур увидел, как Софья расстроенно опустила голову, ничего не сказав.

Князь слегка повернулся в сторону девушки, а затем, осторожно протянул руку, касаясь ее пальцев.

Видя, что Софья не отстранилась, Артур сжал ладонь девушки, переплетя свои пальцы с девичьими.

– Хотя бы попрощаешься перед отбытием в Стрижду? – дрожащим голосом, спросила Софья, глядя прямо перед собой.

– Нет, – спокойно ответил Артур, видя, как голова девушки встревоженно повернулась в его сторону. – Я заберу тебя с собой!

Князь настолько уверенно произнес эти слова, что у Софьи перехватило дыхание. Она стояла, не в силах вымолвить ни слова, всматриваясь в глубину сине-голубых глаз князя.

– Ты и вправду все всегда говоришь прямо, – Софья мягко улыбнулась, чуть крепче сжав пальцы князя.

– Такой уж я человек, – от слов девушки, Артур широко улыбнулся. – Все говорю в лоб, никого не слушаю, делаю то, что велит мне сердце.

– Это мне в тебе и нравится, – с придыханием произнесла Софья и тут же уткнулась лицом князю в грудь.

Софья чувствовала, как ее сердце бешено колотилось в груди, а лицо горело от смущения. На доли секунды, девушка испугалась, когда Артур разжал свои пальцы.

– А, мне, нравишься ты, – негромко произнес Артур, заключив Софью в свои объятья. Князь аккуратно обхватил голову и талию девушки, крепко прижав ее к себе.

– Подожди меня немного, – прошептал Артур в макушку Софьи. – Я обещаю вернуться за тобой.

– Не сомневайся, – улыбаясь, ответила Софья. – Я дождусь.

Часть 28.

Мое утро началось в полной суматохе, впрочем, как и всегда. Сегодня вечером мы отбываем из Ярикты в сторону Мрада, а значит, мое время до исполнения пророчества, начало стремительно сокращаться. Если не смогу заполучить рукопись Радимира до дня рождения, то просто умру.

Софья приготовила мне в дорогу совершенно чуждую для меня одежду. Впервые в жизни, я должна буду надеть на себя что-то помимо платья, заменив его на удобные, черные штаны с высокими, кожаными сапогами, позволяющими свободно держаться в седле. Сверху на мне будет белая рубашка, поверх которой я надену черный кафтан с высоким воротником. Конечно, ехать в нем в такую жару будет тяжело, поэтому, я сразу запихнула его в сумку, пристегнутую к седлу.

Та запись из учетной книги, отложилась на моем сердце крепкой печалью, а предстоящее путешествие к проклятому озеру сопровождалось большой тревогой. И, несмотря на все переживания, которые я на себя за последние дни взвалила, было еще одно, терзающее мою душу.

Я сильно беспокоилась за юною княжну, пораженную проклятьем Мрада. Есения хоть и приходила в сознание, но совсем ненадолго. Хрюч обещал наблюдать за ней по мере сил в мое отсутствие. Мне оставалось лишь приготовить лекарство, которое должно будет подпитывать жизнь девочки, пока я не вернусь с рукописью.

– Могу войти? – постучав, я легонько приоткрыла дверь в спальню Есении.

– Госпожа, проходите, – одна из служанок поклонилась мне. Схватив таз с водой, которой обтирала тело девочки, женщина направилась к выходу. – Если не возражаете, я вас оставлю ненадолго. Пока вы будете здесь, мне нужно принести княжне поесть.

– Конечно, – я едва заметно улыбнулась, войдя в комнату.

Маленькая княжна мирно спала в постели. Раны на ее теле постепенно затягивались, а цвет лица становился все розовее. Единственное, что никак не хотело меняться, это седина в ее волосах. Оставалось надеяться только на то, что, рукопись поможет все исправить и полностью исцелит княжну.

Дверь с легким скрипом отворилась, заставив меня обернуться. В дверном проеме показался Димитрий. Я тут же отвернулась, пристально уставившись на княжну, стараясь не смотреть в сторону князя.

– Все нормально? – Димитрий подошел к постели девочки с противоположной от меня стороны.

– Да, с княжной все хорошо, – кротко кивнула я, не смотря на князя. Достав из кармана маленькую колбу с белой жидкостью, я поставила ее на комод. – Она чувствует себя более-менее нормально. Если успеем достать рукопись вовремя, то она быстро вылечится.

– Я спрашивал про тебя, – от уверенного голоса князя, у меня внутри все сжалось от волнения.

– Да, Ваше Высочество, со мной тоже все хорошо, – я приподняла глаза, наткнувшись на пристальный взгляд князя, направленный на меня. – Лекарство я принесла, а обо всем остальном, позаботиться Хрюч.

Больше не мешкая, я быстро ретировалась из комнаты, спешно покинув ее.

– Решила воспользоваться новой тактикой? – вопрос Димитрия заставил меня остановиться, как только я переступила порог.

Я услышала уверенные шаги за своей спиной, направляющиеся ко мне.

– Какой еще тактикой? – повернув голову боком, в недоумении спросила я.

– Бегать от меня, словно ничего не произошло, – князь обошел меня, встав ровно передо мной и преградил мне дорогу. – Интересно, почему? Неужели прислушалась к моему совету и присмотрелась к Виктору?

– Чего ты добиваешься? – я с раздражением уставилась на князя.

Димитрий стоял передо мной, со скрещенными на груди руками. Потрепанный, с синяками под глазами и усталым взглядом. Князь явно плохо спал этой ночью.

– Виктор постоянно говорит о тебе, – с иронией в голосе произнес князь, окинув меня вымученным взглядом. – Похоже, он от тебя без ума.

– Тебе разве не все равно? – усталым голосом, ответила я. – Занимайся лучше своей жизнь, а в мою лезть не надо. Разные у нас с тобой пути.

– Значит, я прав? – голос князя стал более холодным и напористым.

– Я вчера тебе, все сказала, – опустив глаза, ответила я. – Мне пара не нужна.

Демонстративно отодвинув рукой князя в сторону, я попыталась уйти. Успев сделать всего несколько шагов, я почувствовала, как мужская рука схватила меня за талию, не давая двинуться вперед.

– Почему ты не расскажешь, что тебя так сильно беспокоит? Я хочу помочь, – шепот князя возле моего уха, разлился волнительной дрожью по всему телу.

Как же мне сейчас хотелось выть от обиды на мою несправедливую судьбу. Если бы я только была уверена в том, что смогу изменить пророчество, я бы в миг отбросила все тревоги и ответила бы князю взаимностью. Но, здравый смысл, мне этого сделать не позволял. Как бы сильно мне не хотелось быть с князем, позволить себе этого, я не могла. Вся моя жизнь в миг превратилась в один запутанный клубок, распутать который, у меня никак не получалось.

– Ты заставляешь меня повторять одно и тоже, князь, – не оборачиваясь, произнесла я низким голосом, – Смерть моя пара, на эту жизнь и на следующую.

– Не знаю, почему ты все время так говоришь, но пусть смерть тебя не беспокоит, – спокойным, твердым тоном Димитрий прошептал эти слова мне на ухо, подойдя чуть ближе. – Я не позволю тебе умереть.

Тяжело и шумно выдохнув, я откинула голову князю на грудь, ощущая, как он, чуть заметно вздрогнул, когда мои пальцы плотно сжали запястье его руки.

– С чего ты взял, что можешь решать буду я жить или нет? – со смешком бросила я, решительно откинув руку князя со своей талии. – Ты не Бог, и над судьбой не властен. Позаботься-ка лучше о своей невесте.

Я сделала шаг, но упрямый князь обогнул меня, преградив мне путь.

– Анна, – окликнул меня Виктор, – я везде тебя ищу.

– Виктор, – напряженно отозвалась я, взглянув на князя. – Что-то случилось?

– Хотел задать тебе тот же вопрос? – при виде нас вместе, в голосе Виктора послышалось недовольство. – У вас что-то случилось?

– Отнюдь, – с легким раздражением ответила я, не дав Димитрию и рта открыть. – Я приходила проверить состояние Есении и оставила для нее лекарство. Его хватит на время, пока нас не будет.

Виктор перевел хмурый взгляд на Димитрия, плотно стиснув зубы.

– Хочешь что-то спросить? – холодно бросил Димитрий, пронзительно посмотрев на друга.

– Думаешь, сможешь ответить? – самодовольно усмехнувшись, Виктор задал встречный вопрос, спрятав руки в карманах своих штанов. – Прямо здесь? При Анне?

Димитрий ничего не ответил, лишь недовольно нахмурил брови, слегка наклонив голову вбок.

Мне не нравилось то, что происходило между князьями. С момента празднования Купалы, они стали очень напряженно общаться друг с другом.

– Виктор… – я попыталась вмешаться, однако, князь меня тут же перебил.

– Что, друг мой, моя сестра тебе больше не по нраву? – с издевкой в голосе спросил Виктор.

– Что-то не припомню, чтобы я клялся твоей сестре в любви, – Димитрий усмехнулся, прожигая друга враждебным взглядом.

– Ты дал слово, что никогда ее не обидишь, не так ли? – Виктор, гордо вскинув голову, сделал шаг навстречу Димитрию, отчего я сильно напряглась.

Димитрий промолчал, не ответив на вопрос наследника Ярикты. Князь стоял молча, внимательно наблюдая за действиями Виктора.

– Димитрий? Виктор? Вы там? – до нас эхом донесся голос Артура, поднимающегося по лестнице.

– Нас Артур потерял, – негромко сказала я, на мои слова никто не отреагировал.

– Помнится, ты говорил мне не давать обещаний, которые не сможешь сдержать, – Виктор с презрением улыбнулся, состроив на лице самодовольный оскал. – Поэтому, как твой друг, я просто не могу позволить тебе нарушить данное тобой обещание.

– Какая забота. Для тебя это редкость, – по Димитрию было видно, что от слов Виктора, князь сильно напрягся всем телом.

– Что ты, – Виктор скрестил руки на груди. – О тебе заботиться я даже и не думал. А, вот, о своей сестре, я не подумать не мог. Так что, Лада поедет ко Мраду с нами.

Несмотря на накаленную атмосферу вокруг, Димитрий старался сохранять хладнокровие и, со стороны, выглядел достаточно спокойным, хотя оставался очень напряженным. Виктор же нисколько себя не сдерживал. Кипевшая в нем злость буквально выплескивалась наружу.

– Ты тащишь свою сестру в такую даль, только чтобы позабавить собственное эго? – Димитрий бегло окинул меня взглядом.

– Не учи меня жизни, – Виктор яростно вскинул руки. – Для этого, мне достаточно моего отца.

– Знаешь в чем твоя проблема, Виктор? – Димитрий сделал уверенный шаг навстречу другу. – Ты хочешь, чтобы все видели тебя взрослым и мудрым, но тебе еще слишком далеко до настоящего правителя.

– Заткнись, – заорал Виктор, схватив Димитрия за рубашку. – Никогда бы не подумал, что буду тебя так сильно презирать.

Виктор замахнулся кулаком на Димитрия, крепко сжав пальцы в кулак. От испуга я вскрикнула, когда рука наследника Ярикты замерла прямо перед лицом наследника Стрижды.

– Об этом я и говорю, – Димитрий, все с тем же непроницаемым лицом, демонстративно обхватил пальцами кулак Виктора и отодвинул его в сторону от себя. – Тебе нужно научится контролировать свои эмоции и свои желания.

– Хватит, – крикнула я, подскочив к князьям. – Расходитесь. Живо!

– Что тут, черт возьми, происходит? – завопил подбежавший к князьям Артур, оттолкнув Виктора в сторону. – С ума вы сошли, что ли?

– Единственный сумасшедший здесь, это твой брат, – Виктор со злости ударил кулаком в деревянную арку, а затем, молча вошел в покои своей младшей сестры, скрывшись за закрытыми дверями.

– Вы что тут устроили? Бесы из вас что ли полезли? – не унимался Артур, схватив брата за ворот рубашки. – Решили поубивать друг друга?

– Ладно, Артур, хватит, – Димитрий легко оттолкнул брата, направившись к лестнице. – Забирай Анну и идите готовьтесь. Через час мы уезжаем.

Часть 29.

20 лет назад.

– Вот она, – довольно закричал Хрюч, подняв рукопись над головой.

Он стоял посреди комнаты, заваленной кучей различных книг.

С момента, как Горд напал на Ярикту, начав штурм замка, прошло не больше часа.

Аглая с Хрючем отделились от Горда, направившись на поиски рукописи. Старик помнил, что до того момента, как он покинул Ярикту, рукопись хранилась в соседней с замком пристройке, созданной для хранения учетных книг. Попасть в нее можно было либо через сам замок, либо через улицу. И, вот теперь, долгожданная рукопись была у них в руках.

– Неужели нашел! – глаза Аглаи заблестели, когда она увидела заветную рукопись в руках у старика.

Девушка подбежала, ту же застыв на месте. По другую сторону двери, послышался грохот доспехов, следом за которым, раздались испуганные вопли.

– Надо быстрее выбираться отсюда, – тихо сказал старик, пряча рукопись под своим плащом.

– Бежим в замок, – Аглая спешно подлетела к двери, схватившись за ее ручку.

Дождавшись старика, Аглая отворила дверь, выйдя на улицу.

– О, Боги, – в ужасе, медленно прошептал Хрюч, оглядываясь по сторонам.

Огненное зарево охватило все вокруг. Столица Ярикты полыхала, охваченная пламенем. Повсюду были слышны крики людей, старающихся спастись от этого кошмара.

– Я этого не хотела, – Аглая в ужасе застыла, зажав рот ладонью. На глазах девушки навернулись слезы. – Хрюч, я не хотела этого!

– Твоей вины в этом нет, – напряженно ответил старик, взяв Аглаю за руку. – Он ведь с самого начала все так и спланировал.

– Но… он же сказал, что пришел сюда только за одним человеком, – Аглая заплакала, не веря тому, что сейчас видела.

– Ты даже не представляешь себе за кем именно, – на одном дыхании выпалил старик. Видя недоумение на лице Аглаи, Хрюч плотнее сжал женскую руку, потянув ее за собой в сторону замка. – Давай быстрее. Может, еще не поздно его остановить.

Часть 30.

Прошли ровно сутки с того момента, как мы покинули Ярикту и направились к проклятому озеру. Все это время мы ехали, остановившись лишь раз на пару часов, чтобы дать лошадям возможность перевести дух.

За время, проведенное в пути, мы все были не многословны, обменявшись друг с другом лишь парой-тройкой фраз. Виктор, также ехал молча, иногда переговариваясь с командиром дружинного отряда.

На небольшом расстоянии от него ехала Лада, сопровождаемая двумя своими служанками. Княжна, все время пыталась заговорить с Димитрием, который то и дело одергивал поводья своей лошади, чтобы хоть на пару шагов отстать от надоедливой барышни. Меня раздражало, что при любом хрусте ветки, Лада хваталась рукой за князя, наигранно изображая страх и плаксиво умоляя ее защитить.

Артур, ехавший рядом со мной и видя мое недовольство, тихо подшучивал над княжной, цепляющейся к Димитрию всю дорогу.

– До Мрада несколько дней пути, – Виктор поравнялся с Артуром, показав пальцем на виднеющиеся вдали кроны деревьев. – Если хотим попасть к месту быстрее, то придется идти через Гривчатый лес.

– Это довольно опасно, – Димитрий тут же вмешался в разговор, приблизившись к нам.

– Нам нужно успеть еще вовремя вернуться, – бесстрастным тоном ответил Виктор. – А, значит, придется рисковать.

Князь пустил свою лошадь вперед, не желая продолжать данный разговор.

– Мы и так уже рискнули, что вообще все это затеяли, – Артур тяжело выдохнул, получив ободрительный хлопок брата по плечу.

– Не расстраивайся. Помни, что сразу по возвращению, мы отправимся обратно в Стрижду, – Димитрий легко улыбнулся, ожидая реакции брата, которая не заставила себя ждать.

– Наконец-то вернемся домой, – радостно улыбнулся Артур, подпрыгнув в седле, отчего лошадь недовольно заржала.

– Да, – уверенно качнул головой Димитрий, окинув меня взглядом. – Мы, наконец, вернемся домой.

– А, как же ваши договоренности с Яриктой? – нехотя, я подлила большую ложку дегтя в довольный вид князя, но ответ на свой вопрос так и не услышала.

– Димитрий, будь добр, помоги мне, – позади нас раздался зовущей голос Лады.

– Когда ж ты угомонишься уже? – раздраженно шикнул Артур, закатив глаза.

Я краем глаз взглянула на Димитрия, который не спешил прийти на зов Лады. Князь бережно положил свою руку поверх моей ладони, выжидательно затаив свой взгляд на мне.

От этого прикосновения, я немного растерялась. С содроганием, я легонько коснулась пальцем руки Димитрия, ответив ему. Пара секунд, и лошадь князя начала замедлять шаг, развернувшись в сторону отставшей от нас Лады.

– Анна, – Артур довольно улыбнулся, заметив наше с Димитрием рукопожатие. – А, у тебя есть все необходимое, чтобы достать рукопись?

– По правде говоря, даже не знаю, – я задумчиво пожала плечами. – Я ни разу не делала ничего подобного. Надеюсь, когда мы прибудем на место, я пойму, как достать рукопись.

Я недовольно вздохнула, набрав в легкие воздух. Мне ведь действительно было не известно, как достать рукопись из озера. Даже Хрюч толком ничего не объяснил. Старик был уверен в том, что, прибыв на место, я сама во всем разберусь. Ведь я являлась последним потомком рода Радимира, основателя и смотрителя Мрада.

– Получается, мы даже не можем быть уверены в том, что сможем достать эту дурацкую рукопись? – неоднозначный вопрос Артура, начал вгонять меня в раздумья.

– У нас выбора нет, – я крепко сжала в руках поводья, пристально уставившись на князя. – Поэтому, все получится!

Постепенно начинало смеркаться. Виктор больше ни с кем из нас не говорил. Князь молча ехал впереди, своим поведением, напоминая мне о случившемся недавно конфликте. Отчего то, ко мне в душу закралась терзающая мысль, что виной разлада друзей стала именно я. Даже несмотря на то, что я ни Виктору, ни Димитрию ничего не обещала и, по сути, была для каждого из них никем, сложившаяся ситуация заставляла меня чувствовать себя виноватой перед князьями.

– Скоро стемнеет, – устало выдохнул Димитрий, практически поравнявшись с нами. Солнце уже начало движение к горизонту, заливая все вокруг оранжевым светом. – Думаю, сегодня ночью нам следует сделать привал, если мы не хотим окончательно выбиться из сил.

– Виктор, – окликнул друга Артур, привлекая внимание князя, – давай сделаем привал.

В ответ Виктор лишь одобрительно кивнул, продолжив ехать впереди.

– Помогите! – где-то вдалеке, гулом донесся до нас истошный крик о помощи, через мгновение повторившись. – Помогите!

Крик продолжался снова и снова, становясь все ближе, отчего мы все разом остановили лошадей.

Испуганная Лада в окружении служанок, тут же кинулась к Димитрию, однако, князь, не обратив на нее ни малейшего внимания, быстро спрыгнул с лошади, подбежав ко мне.

– Слезай, живо! – напряженно скомандовал Димитрий, сняв меня с лошади.

– Что это за крики? – Артур, последовав нашему примеру, быстро соскочил со своей лошади и выхватил меч из ножен. – Виктор, ты что-нибудь видишь?

– Ничего, – Виктор кружил на лошади, гоняя ее вокруг нас и пытаясь отследить, откуда доносится крик.

Ехавшие с нами дружинники, встали спинами друг к другу, рассредоточившись кольцом вокруг Лады с ее служанками.

Недалеко от нас послышался пронзительный, глухой вой.

– Это, что, волки? – завопила испуганная Лада, обхватив себя руками.

– Ну вот, началось, – шикнул Артур, напряженно вцепившись в рукоять меча.

– Здесь не должно быть волков, – Виктор развернул свою лошадь, подъехав к нам вплотную. – Обычно их стаи сосредоточены в восточной части.

– Тогда что это? – надрывистым голосом крикнула напуганная Лада.

– Хватит так орать! – недовольный происходящим, рявкнул Артур. – Ты привлекаешь слишком много внимания.

– Думаете, это могут быть волоки? – Димитрий, сосредоточенно вглядываясь вдаль, крепко обхватил рукоять своего меча, готовый в любой момент его обнажить.

– Сомневаюсь, – задумчиво бросил Виктор, продолжая сидеть верхом и осматриваться по сторонам. – Их давно уничтожили. Не думаю, что живые особи еще остались.

– Как ты можешь быть в этом уверен? – раздражительно бросила княжна в сторону своего брата. – Ты из Ярикты почти не вылезал!

– Помогите! – крик продолжал стремительно приближаться к нам.

– Рыжуля, – Димитрий отступил назад, соприкоснувшись своей спиной с моей. – Не смей никуда от меня отходить.

– Я могу за себя постоять, – уверенно заявила я. – Тогда с Полудницей…

– Я сказал, будь рядом! – Димитрий решительно перебил меня, обернувшись. – Хорошо?

Я ничего не ответила, состроив недовольную гримасу и тяжело выдохнула.

Прикрыв глаза и опустив голову вниз, я старалась сосредоточенно вслушаться в каждый шорох. Легкий ветер колыхал кроны деревьев, весело играя с листьями, белка перепрыгивала с ветки на ветку, цепляясь когтистыми лапками за сухую кору веток, маленькая полевая мышка, спрятавшись за выступающие из-под земли коренья, смачно хрустела молочными зернами, шелуша наливающийся золотом колос пшеницы.

– Аууууууу, ауууууу, уууу, – вой не прекращался.

– Да, это волоки! – я подняла голову, распахнув свои белые глаза. – Димитрий прав.

– Ты уверена? – с неприкрытым недовольством спросил Виктор, ставя мои слова под сомнение.

– Абсолютно точно, это волоки, – мои глаза приняли свой привычный, зеленый цвет. – Но, они довольно далеко от нас. Не думаю, что мы с ними столкнемся.

– Очередная нечисть, – княжна с отвращением отвернулась, гордо вскинув голову.

– По-мо-ги-те! – наконец-то, из-за холма показался невысокий силуэт, бегущий на нас.

Это был взрослый мужчина, крупного телосложения, на вид лет пятидесяти. Он несся сломя голову, быстро размахивая руками, словно растерянный ребенок. Чем ближе приближался мужчина, тем отчетливее была видна кровь на его одежде, и глаза, застеленные плотной пеленой ужаса.

Виктор вынул из ножен свой меч и завел лошадь чуть вперед, тем самым, преградив мужчине путь к нам.

– Он ранен? – обеспокоенно спросила я, окинув мужчину тяжелым взглядом.

– Наконец-то, – запыхавшийся мужик с трудом произносил слова. – Помогите, прошу…

– Что стряслось, мужик? – Виктор вскинул брови вверх, держа свой меч прямо перед собой.

– Мой сын, – мужик замахал руками в сторону холма, из-за которого прибежал. Он пытался позвать нас с собой, но запутавшись в траве, грохнулся на землю, не удержавшись на ногах. – Скорее, идемте.

– Да что случилось? – недовольный происходящим, спросил Димитрий, стиснув зубы.

Кое-как поднявшись, мужик не переставал размахивать руками, зовя нас за собой.

– Мой сын, – с мольбой в голосе, мужчина замер, дожидаясь нашего решения. – Он там… он ранен…

Не раздумывая больше ни минуты, я протиснулась мимо Артура с Димитрием, побежав в сторону зовущего нас мужчины.

– С ума сошла? – Димитрий тут же схватил меня за руку, неприятно дернув на себя. – На дворе ночь, и там волоки!

– Вот именно, Анна, – поддержал своего брата Артур. – Если все так, то тот парень должен быть уже мертв.

– Предлагаете просто стоять? – гневно бросила я, вырвав свою руку. – Его сыну нужна наша помощь!

– Я просто не хочу, чтобы потом, помощь понадобилась тебе, – суровый взгляд Димитрия пробил меня насквозь.

Не обращая больше никакого внимания на препирания, развернувшись, я бросилась вперед, вслед за просящим о помощи мужчиной.

– Черт! – грубо выругался Димитрий, отдав приказ дружинникам. – Стоять здесь с княжной пока мы не вернемся!

– Артур, останься и ты с ними, – уверенно заявил Виктор, спрыгнув с лошади, на что Артур лишь утвердительно кивнул.

– Бегом, – Димитрий сорвался с места, направившись вслед за мной. Виктор последовал за ним.

Быстро сбежав с пригорка, застеленного травой, в сумраке, я не заметила, как ступила ногами на наезженную и затвердевшую землю, неосторожно ударившись о высушенную глыбу земли. Затвердевший ком больно ударил ногу, которая подкосившись, потянула меня вниз. Но, вопреки моим ожиданиям, я не упала. Меня подхватила за локоть крепкая мужская рука, уверенно потянув вверх.

– Об этом я и говорил, – недовольно пробубнил Димитрий, остановившись рядом со мной. – Цела?

– Благодарю, – смущенно ответила я, распрямившись.

– Ну, идете? – раздраженно бросил Виктор, пробежав немного вперед.

Мы продолжили нестись за мужиком, который с каждым разом все больше обессиливал. Прямо поодаль от холма, на земле, лежал едва различимый силуэт молодого парня.

Подбежав, я ужаснулась, увидев молодого парня с глубоко прокусанным плечом. Трава вокруг была сильно залита кровью. Опустившись перед ним на колени, я прислушалась к его дыханию.

– Жив? – нетерпеливо поинтересовался Виктор, осмотревшись вокруг.

– Да, он живой, но без сознания, – я вытащила из сумки, привязанной к моему поясу, кусок ткани. – Надо остановить кровотечение.

– Это сделали волоки? – настороженно поинтересовался Димитрий у плачущего над парнем мужчины.

– Это нежить, – трясущимся голосом взвыл мужчина. – Я впервые такое увидел. Волк на двух ногах.

Сомнений не было. На них напали волоки. Мое предчувствие подсказывало, что они далеко не ушли и бродят неподалеку, выжидая очередной возможности напасть.

– Если не хотим, чтобы нас тут сожрали, надо возвращаться, – с тревогой заявил Виктор, нетерпеливо сжав рукоять своего меча.

– Согласен, надо быстрее возвращаться, – Димитрий присел вниз, внимательно посмотрев на меня. – Закончишь лечение потом. Зажми рану, а я понесу его.

Я согласно кивнула, перетянув окровавленное плечо парня, чтобы хоть немного остановить кровь. Димитрий завел свои руки под парня, намереваясь поднять его, как сразу же замер, услышав прямо позади нас протяжный вой, перемешанный с хрипящим рычанием.

– Ди…мит…рий, – трясущимся голосом окликнул своего друга Виктор, быстро похлопав рукой князя по спине. – Обер…нись…

Я повернулась вместе с князем, застыв на месте. В нескольких шагах от нас стояли три волока. На их длинных передних лапах были выпущены скрюченные когти, а короткое тело было густо покрыто шерстью. Такие же длинные задние ноги, позволяли волокам совершать размашистые прыжки и быстро преодолевать короткие расстояния. Внутриутробное рычание, доносящееся из вытянутой пасти, полной больших клыков, сопровождалось обильно льющейся слюной.

От сковывающего меня ужаса, я опустилась на колени, осев на траву. Никогда раньше я не встречала волоков. Один взгляд на них вызывал во мне дикий, неподдельный страх.

– Нежить! – тут же завопил мужчина, пытаясь отползти назад, – Это, нежить! Люди, помогите!

От оглушительно крика, волоки лишь сильнее рассвирепели. Их рычание усилилось, давая понять, что они готовы к атаке.

– Надеюсь, хоть эти не бессмертны, – напряженно улыбнувшись, Виктор попытался разрядить обстановку, вытерев стекающий от волнения по щеке пот.

– Не знаю, как они, но мы точно не бессмертны, – иронично ответил Димитрий, с лязгом металла, вытащив свой меч из ножен.

Волоки рассредоточились в стороны, стараясь нас окружить.

– Мужик, хватай сына и бегите отсюда с Анной, – быстро скомандовал Виктор, обхватив рукоять меча обеими руками.

Повернув голову вбок, я посмотрела на трясущегося от страха мужчину. Признаться честно, мне его состояние сейчас было очень понятно. Волоки были сильными сущностями, борьба с которыми длилась не одно десятилетие. В свое время, эти твари сильно кошмарили людей, подчистую уничтожая весь домашний скот, включая птиц. Чтобы избавиться от этой заразы, совместной договоренностью Царя Ярикты и Короля Стрижды, было принято решение полностью истребить волоков. Однако, это оказалось сделать не так просто.

Волоки были довольно разумными сущностями. Они никогда не охотились по одиночке, могли умело выслеживать жертву, терпеливо наблюдая за ней по несколько часов. Возможно, способность последовательно мыслить, осталась у волоков от их человеческой природы, которую они утрачивали в момент обращения. К сожалению, обратного процесса превращения волока в человека не было.

– Анна, живо уходите, – крикнул Димитрий, и на нас тут же кинулись разом все три волока. – Проклятье!

Волоки размашисто махали своими передними лапами, стараясь нанести удары когтями. Князья как могли уворачивались, но скорость и сила волоков была их явным преимуществом. Выбив из руки Виктора меч, один из волоков с оттяжкой ударил князя по лицу. Не удержавшись на ногах, Виктор упал, схватившись рукой за рассеченную, кровящую губу.

– Виктор! – Димитрий хотел подбежать к другу, но на его пути возник второй волок. Нежить кинулась на князя, получив удар мечом по ноге. Заскулив от боли, волок сделал шаг назад прихрамывая, но сбегать не собирался.

Виктор подскочил на ноги, кинувшись к мечу. Волок последовал за ним, преодолев расстояние в пару прыжков. Не дав князю добраться до оружия, волок схватил Виктора за ногу и потянул на себя. Громко зарычав, нежить широко распахнула пасть, стараясь укусить князя, но заскулив от боли завизжала, когда Димитрий проткнул его насквозь своим мечом.

Всмотревшись, я увидела, что волок, напавший на Димитрия, стоит на коленях, крепко сжимая кровящий живот.

Во всей этой суматохе, я совсем потеряла бдительность и упустила из вида третьего волока.

– АННА! – я услышала пронзительный крик Димитрия, когда ощутила позади себя утробное рычание.

С трудом повернув голову, я увидела того самого, третьего волока. Завалившись на траву, переполненная ужасом, я попыталась отползти, но нежить была быстрее.

Волок кинулся, впившись острыми зубами мне в руку, которой я попыталась заслонить свое лицо. Пронзающая, ноющая боль моментально охватила мою руку. Не в силах сдержаться, я закричала от мучительных ощущений. Ровно в этот же момент, Димитрий отсек волоку голову.

Скорчившись от боли, я изо всех сил вцепилась пальцами в руку.

– Анна, Анна, – Димитрий рухнул возле меня на колени, стараясь осмотреть окровавленную руку.

– Анна, ты цела? – обеспокоенный Виктор подбежал к нам, также опустившись на траву.

– Нужно срочно уходить отсюда, – не мешкая, Димитрий взял меня на руки, – Виктор, помоги этому парню, а я позабочусь об Анне. Нужно как можно быстрее вернуться обратно и обработать ее раны.

Виктор был недоволен, но спорить не стал. Князь закинул раненого парня себе на спину и, вместе с его отцом, спешно побежал за Димитрием.

Часть 31.

Когда я открыла глаза, на улице была ночь. Сколько прошло времени с момента нашей встречи с волоками, я не знала. Очнувшись внутри большого шатра, я повернула голову, увидев стоящую на пне, одинокую свечу, которая озаряла шатер желтым светом. Я лежала на застеленном спальнике, сверху накрытая легкой простыней. Сквозь приоткрытые занавесы шатра, отчетливо была видна убывающая луна, застывшая на небе во всей своей красе.

Я попыталась приподняться на локтях, но тут же ощутила резкую боль в руке.

– Как больно, – застонала я, схватившись за руку. Она была аккуратно перемотана несколькими слоями ткани, пропитанными кровью.

– Проснулась? – уставшим голосом спросил Димитрий, войдя в шатер. Князь держал в руках глиняный кувшин, наполненный водой.

– Долго я спала? – поморщившись от боли, я все-таки поднялась, сев на спальнике.

– Ровно два дня, – Димитрий, поставив кувшин на пень, остановился передо мной, недовольно скрестив руки на груди. И, хоть князь старался выглядеть спокойным, его взгляд был очень серьезным. – Ты знаешь, что ты очень безответственная?

– Ну, теперь уже, видимо, знаю, – с легкой иронией в голосе ответила я. – А, где остальные?

– Мы сделали привал в соседней роще. Виктор спит, Лада тоже. Артур на дежурстве, – Димитрий завис надо мной, смотря на меня сверху вниз. – Чуть позже, я сменю его.

– А, что с тем парнем? Он жив? – обеспокоенно поинтересовалась я, погладив ноющую руку.

Димитрий застыл. То, как князь сурово прищурил глаза, меня сильно насторожило. Быстро опустившись передо мной на одно колено, князь схватил меня рукой за лицо, заставив посмотреть ему в глаза.

– Как же меня бесит твоя беспечность, – сквозь зубы процедил Димитрий, приблизившись вплотную к моим губам. Он не раздумывая, впился в них в быстром, коротком поцелуе. – Ты о себе должна была подумать в-первую очередь, а не о других.

Я опешила от неожиданности, ощутив, как по моему животу пробежала легкая волна приятного покалывания.

Отпрянув, князь подошел к пню, на котором горела свеча. Я не сразу заметила, но возле этого пня лежала моя сумка, наполненная взятыми в дорогу снадобьями и травами.

– Я понимаю твое желание помочь, но безрассудство всегда дорого обходится, – Димитрий опустился к моей сумке, начав в ней копаться. – Больше так не делай.

– Мне нужно было… – я вскочила на ноги, желая возразить князю, но запнулась, опустив голову вниз и посмотрев на себя. На мне не было ни моего кафтана, ни моей рубашки, ни моих штанов. Вся моя походная одежда, сейчас на мне отсутствовала. Вместо нее, на мне была надета какая-то белая, полупрозрачная ночнушка, свисающая до колена. – Что за…? Почему я так одета?

Димитрий медленно перевел свой взор вначале на мои босые ступни. Затем, его взгляд заскользил вверх, поднимаясь по оголенной коже моих стройных ног, которая в отблесках ночной свечи приобрела янтарный оттенок. Подняв глаза еще чуть выше, взгляд князя замер на линии моих бедер. Под этим пристальным, настойчивым взглядом, я невольно сжала тонкую ткань ночнушки, сминая ее пальцами в области груди.

Наконец, Димитрий поднял взгляд, посмотрев мне прямо в лицо. Мои горящие от смущения щеки, застывшее от смятения дыхание и полные растерянности глаза, заставили князя опустить сумку с лекарствами на место и шагнуть ко мне.

Димитрий приблизился, остановившись прямо передо мной. К моему собственному удивлению, ни отступать, ни отдаляться сейчас от князя, мне не хотелось. Князь осторожно положил руки на мою талию меня, выжидательно наблюдая за моей реакцией. Я боязливо подняла на него свое раскрасневшееся лицо, отведя смущенный взгляд в сторону. Когда я почувствовала, как мужская ладонь легка на мою щеку, я плотнее приблизилась к князю и забыв обо всем, прикрыла глаза. Димитрий притянул меня, прижав всем телом к себе и уверенно поцеловал. Это был далеко не нежный и мягкий поцелуй. Почти сразу князь просунул свой язык ко мне в рот, настойчиво переплетая его с моим. Одной рукой князь крепко обнимал меня за талию, сильно прижимая к себе. Другую руку, Димитрий запустил мне в волосы и настойчиво надавил мне на затылок, сильнее углубляя поцелуй.

Воздуха не хватало. Не разрывая поцелуй, князь убрал руку с затылка, заскользив ею, вначале по моей шее, затем по моему плечу и спустился ниже до локтя. Затем рука Димитрия переместилась на мою талию и заскользив вниз, опустилась прямо на мое бедро. Я почувствовала, как горячая ладонь князя, напористо сжав мое бедро, потянулась вверх, приподнимая ткань ночнушки. Сжавшись, я отпрянула, опустив голову вниз. Димитрий тяжело выдохнул, когда я разорвала поцелуй, уперевшись лбом в мужскую грудь.

– Димит…рий, – прерывисто заговорила я, начав приходить в себя. – Надо остановиться.

– Прости, забылся, – сбившееся дыхание князя теплом ударялось о мою макушку. – Больше такого не повторится, обещаю.

Отойдя от меня, князь схватил лежащую на спальнике простынь, и накинул ее на меня сверху, бережно закутав. Я села обратно на спальник, поджав под себя ноги. Димитрий вновь взял сумку с лекарствами и подошел ко мне, сев на спальник рядом со мной.

Немного задумавшись, Димитрий усмехнулся, запустив руку в маленький нагрудный кармашек своей рубахи и вытащил из него засохший, но сохранивший свой голубой оттенок, цветок льна,

– Кажется, это твое, – князь протянул мне цветок.

– Той ночью… – не веря своим глазам, словно завороженная, я приняла цветок, посмотрев на Димитрия с широко распахнутыми глазами. – Это был ты? Ты достал мой венок?

От пристального взгляда зеленых глаз, рука сама собой сжала край ночнушки, и я замерла, ощущая приятное волнение в груди.

– Повязка вся в грязи, нельзя оставлять ее в таком виде на ночь, – князь взял мою раненую руку и аккуратно стал разматывать окровавленные бинты.

– Так, что с тем парнем? – с любопытством поинтересовалась я, наблюдая за действиями князя. – Ты мне так и не ответил.

– Он жив и уже пришел в сознание, – скинув на землю пропитанную кровью материю, Димитрий осмотрел мои раны на руке.

Они перестали сочится, покрылись сверху корочкой, но все равно еще были глубокими. Из-за того, что укус волока был очень сильный, на руке остались большие, фиолетовые синяки с красными кровоподтеками.

– Ты сказал Артуру, что когда вы вернетесь со Мрада, то покинете Ярикту и вернетесь в Стрижду, – я взглянула на князя. – Это правда?

Услышав мой вопрос, Димитрий ненадолго остановился, но ничего не ответил и лишь утвердительно кивнул. Князь молча достал из кармана сумки стеклянную банку с бледно-зеленой мазью и кусок чистой ткани, которую быстрым, резким рывком, разорвал пополам. Как только деревянная пробка была снята, в воздухе повис стойкий аромат жженой травы с примесью мяты. Это была та самая мазь, которую я сделала для Димитрия, когда его ранила Полудница.

Все сейчас мне казалось слишком запутанным и не ясным.

Когда князь начал смазывать раны, я сморщилась, ощутив неприятные, жгучие ощущения в руке.

– А-ай, – зашипела я, попытавшись выдернуть руку, которую крепко сжал князь.

– Потерпи, – спокойно сказал Димитрий, начав более аккуратно смазывать поврежденные участки кожи. Князь старался двигать пальцем плавно, не делая резких движений.

Когда рана заблестела на свету от обильно нанесенной на нее мази, князь перебинтовал мою руку чистым куском ткани, сильно стянув концы, чтобы они не развязались во сне.

Закончив перевязку, князь направился в сторону моих сапог, что сейчас стояли у противоположной стороны шатра.

– Захочешь выйти, надень обувь, – Димитрий взял мои сапоги и принес их, приставив ближе ко мне. – Нечего босиком бегать. А, то еще ноги наколешь.

– Как же непривычно ходить в обуви, – я взяла в руки сапог, а затем внимательно посмотрела на свою ступню. – Надо же.

– Что такое? – удивленно спросил Димитрий, присев рядом со мной.

– Ноги целы, – едва заметно улыбнувшись, я печально опустила глаза, – Ни тебе порезов, ни тебе занозы в пальце.

– Странно, что ты об этом говоришь, – в недоумении, произнес князь, – Откуда занозам там взяться, если ты в сапогах.

– Вот именно, – я посмотрела на сидящего рядом со мной Димитрия. – Сколько себя помню, всегда ходила босиком.

– У вас не было обуви? – брови князя удивленно взметнулись вверх.

– Нет, обувь была, – я легонько откинула сапог в сторону, – Конечно, не такая красивая, как эта, но сколько себя помню, обувь всегда стояла возле порога. Летом – лапти, зимой – валенки.

– Но, ты все равно ходила босиком? – с ухмылкой, спросил князь.

– Каждый раз, как бы долго со мной не билась моя тетя, но надеть на меня обувь было тщетным занятием. Мне нравилось ходить босиком. Особенно, ранним утром, когда солнце еще не пересекло горизонт, а воздух пропитан свежестью, ты ступаешь босыми ногами на мокрую от росы траву, и она тут же обволакивает твои ступни утренней прохладой, да так, что аж мурашки бегут по спине. А, беситься под дождем и прыгать босыми ногами по лужам, вымешивая пальцами грязь. Затем бежать на траву и шаркать по ней ногами, чтобы стереть всю эту черноту и отмыть ноги как следует.

– У тебя было веселое детство, – лицо Димитрия растянулось в довольной полуулыбке.

– Здесь я спорить не буду, – я перевела взгляд вниз, постепенно погружаясь в свои воспоминания, – Хоть я и выросла без матери, но на свою юность жаловать мне грех. Помню, как дурная кошка окатилась прямо под крышей дома, а потом мы с тетей ловили слепых котят, когда они начали скатываться с этой самой крыши. Но, зато, всех спасли, всех поймали. Помню, как я бегала в поле за земляникой и встретилась там в первый раз с Полудницей. Помню, как тетя учила меня тряпку выжимать, хлеб печь, как учила меня травы собирать. Как я игралась с котятами и бегала на речку плескаться на мелководье. Особенно мне нравилось, когда к тете приезжали местные из деревень за помощью в лечении своих недугов. Они тогда привозили, в качестве благодарности, разные вкусности в виде молока, меда, сала, яиц. Бывали и те, кто мясо привозил. Тогда тетя запекала его в печи в чугунном горшке, и это был для меня самый настоящий праздник. Хоть мы и жили бедно, но зато весело было.

– Скучаешь по ней? – спокойно спросил Димитрий, но в его голосе отчетливо слышалось искренне сочувствие.

– Угу, – я поджала губы, легонько улыбнувшись. – Думаю, если бы меня спросили, чего бы мне хотелось, я бы не раздумывая ответила, побывать еще раз в своей родной Глуши, и прожить заново все свое детство.

Ночь, которая убаюкивала своей тишиной, и спокойствие, которое я ощущала, находясь рядом с князем, позволили мне ненадолго забыться и сбежать от реальности. И, вот, я сама не заметила, как провалилась в свои самые счастливые воспоминания.

– Теть, смотри что я сделала? – к дому неслась девчушка двенадцати лет, размахивая рукой, в которой были крепко сжаты собранными в поле цветы.

– Анна, ты опять босая ходишь? – возмущенным тоном спросила женщина, упрямо уставившись на корыто. Занятая прачкой, она стояла по локоть в мыльной пене и усердно терла руками подолы грязных платьев.

Она относилась к тому разряду женщин, что предпочитали все делать сами, даже если дело касалось выполнения мужской работы. Не высокая, с пышным, округлым телом, она всегда заплетала свои каштановые волосы в низкий пучок, а поверх головы повязывала тонкую, льняную косынку. Она несла в себе заботу и тепло, которые стали самым родным для маленькой девочки. Именно эта женщина заменила ей мать.

– Ну, я же осторожно, – медленно подойдя к тете, девочка состроила виноватое лицо.

– А, если наколешь ногу? – нахмурив брови спросила женщина, уткнув мокрые руки в бока, с которых быстрыми каплями скатывались потоки мыльной пены прямо на фартук.

– Тогда ты меня вылечишь, – весело воскликнула девчушка, немного потупив взор и надув щеки.

– Серьезно? – женщина уставила на девочку свои уставшие, слегка печальные глаза. – Когда ты в прошлый раз на ржавый гвоздь наступила, а потом лежала и бредила от охватившего тебя жара, ничего веселого в этом не было.

– Не, – девочка грустно опустила глаза вниз. – Так я больше не хочу.

– Ну, вот раз не хочешь, беги лапти надевай, – женщина кивнула головой в сторону дома. – Живо!

– Ладно, – протяжно ответила девочка, недовольно пошлепав к дому, но развернулась на половине пути и вернулась назад. – Я же забыла. Я тебе букет сделала.

С восторгом и светящимися от счастья глазами, девочка протянула сжатую в ладони охапку полевых цветов.

– Красиво, – обтерев мокрые руки о фартук, женщина приняла букет. – Знаешь какие цветы нарвала?

– Да, – задумчиво нахмурив брови, девочка принялась перечислять, загибая по одному пальцу. – Иван-чай, цикорий, василек, нивяник и мать-и-махеча.

– А, какой забыла? – хитро улыбнулась женщина, пристально посмотрев на девочку.

– Вот этот, желтый, – девочка ткнула пальцем в букет, – Не помню, как его там.

– Пижма, Анна, – женщина мягко погладила девочку по голове, – это пижма.

– А, точно! – весело воскликнула девочка, еще раз потрогав желтое соцветие.

– Все, бегом за обувкой, – женщина легонько ткнула девочку в спину, направив в сторону дома.

– Анна, – озадаченный голос Димитрия вывел меня из раздумий. В это же мгновение, я ощутила едва заметное касание пальцев князя к моей щеке.

– Я в порядке, – растерянно ответила я, отведя смущенный взгляд в сторону, – Просто немного задумалась.

– Утром проверю руку, – закрыв банку, Димитрий убрал мазь в сумку и встал со спальника.

– Спасибо, – робко пробубнила я, приподняв глаза на князя. – Скажи, а кто меня переодел?

Я съежилась, ожидая ответа.

– Тебя переодели служанки Лады, – усмехнувшись, ответил Димитрий, подойдя к выходу из шатра. – Не переживай так об этом. А, то твои щеки, лопнут.

Только сейчас я заметила, что снова надула щеки, потому что ощущала волнение внутри.

– Димитрий, – я позвала князя, заставив его обернуться. – Зачем ты заботишься обо мне? Я ведь все-таки ведьма.

– Помнишь в Ярово, я сказал тебе, что свой выбор уже сделал. Подумай над этим, – князь легонько улыбнулся, спокойно посмотрев на меня. – Добрых снов, Рыжуля.

Князь вышел и вокруг наступила давящая тишина. Страх, смятение, робость. Я сегодня успела испытать все эти эмоции. Однако, те эмоции, которые я получала от прикосновений Димитрия, не могли сравниться ни с чем. Я быстро похлопала глазами, понимая, что чувства к князю, я уже не смогу так просто спрятать.

В груди неприятно закололо. Даже, если допустить мысль о том, что Димитрий тоже испытывает чувства ко мне, я понимала, что поступаю опрометчиво и бездумно.

Мое пророчество никуда не исчезло, а значит, смерть до сих пор идет за мной по пятам. Если рукопись не поможет, и я умру, нам с князем, все равно, придется расстаться, а это однозначно, причинит ему боль.

Однако, если рукопись все же мне поможет, и я останусь жива, то в любом случае вернусь обратно к себе в Глушь. Димитрий же, уедет в Стрижду, чтобы стать новым Королем и занять место своего отца. Получается, даже благополучный исход, неминуемо приведет нас к расставанию.

Стоит ли тогда вообще все это начинать?

Добрую половину ночи я не смогла сомкнуть глаз, постоянно размышляя над тем, как мне все-таки лучше поступить. Развалившись на спальнике, я нервно кусала губы, сдирая зубами маленькие кусочки кожи, но так и не смогла найти ответы на мучающие меня вопросы.

Часть 32.

Я вышла на улицу, как только солнце встало из-за горизонта. Опушку, на которой мы разместились на ночлег, постепенно заливало утренним светом. Тихая, ясная погода благоволила, ненавязчиво унося в воспоминания о родной Глуши, где было также уютно и спокойно. Я глубоко вдохнула легкий, свежий воздух, насладившись безмятежными минутами тишины. Огонь в костре давно погас, оставив после себя лишь небольшую кучу пепла.

Я взглянула на свою перемотанную руку, несколько раз быстро пошевелив пальцами. Отметив, что никакой боли не было, я спешно размотала ткань увидев, что все раны и синяки затянулись.

Осмотревшись, я увидела расставленные по периметру три шатра разного размера. Один из них был моим. Предположив, что во втором разместились на ночлег Лада со своими служанками, стало понятно, что третий шатер предназначался для князей и сопровождающих нас дружинников. Однако, внимательно все рассмотрев, постового я не заметила.

– Госпожа, вы уже встали? – позади меня раздался радостный мужской голос.

Обернувшись, я увидела того самого мужчину, который звал на помощь. Рядом с ним стоял его сын, пребывая в бордом расположении духа, хотя еще недавно истекал кровью из-за укуса волока. Они стояли с подвернутыми до колен, промокшими штанами, держа в руках две полные охапки пойманной рыбы. Никакой повязки на плече парня не было. Лишь подранная волоком рубаха, со светящимися насквозь дырками от укуса.

– Да, я и не спала почти, – слегка замявшись, я потерла лоб ладонью. – Вы зачем в такую рань вскочили? Тебе, парень, вообще еще отдых нужен.

– Здесь недалеко есть речушка, вот сходили с сыном, наловили нам всем рыбы на завтрак, – мужчина скинул насаженную на ветку за жабры рыбу на землю. – Хотели, хоть как-то отблагодарить вас и ваших друзей за наше спасение.

– Спасибо, вам, большое, госпожа, что помогли, – положив весь свой улов на землю, парень решительно поклонился мне в ноги, низко опустив голову. – Я бы уже, наверное, был мертв без вашего вмешательства. Кстати, позвольте нам с отцом назвать свои имена, а то мы даже представиться не успели. Моего отца зовут Михаил, а мое имя Егор.

– Поднимись, поднимись сейчас же, – я судорожно замахала руками, смутившись такой щедрой благодарности. – Я вовсе не госпожа. Меня можете звать просто, Анна. Я выросла в простой, далекой деревне Глушь. Так что, нечего мне тут поклоны раздавать.

– Тут ты ошибаешься, – из шатра вышел Виктор, немного потянувшись, чтобы размять спину. Верхние пуговицы его рубахи были не застегнуты, из-за чего крепкая, мужская грудь была полностью оголена. – Пусть ты и выросла в деревне, но внутри тебя течет княжеская кровь, не забывай об этом.

– Госпожа, – последовав примеру сына, его отец опустил голову, также поклонившись мне.

– А, ну хватит, я сказала, – притворно топнув ногой, я кинулась к рыбе, начав с интересом ее рассматривать. – Давайте лучше займемся нашим завтраком. Что-то есть сильно захотелось.

– Это мы мигом, – Михаил начал разводить костер, а его сын, вытащив из сапога маленький, перочинный ножик, взялся разделывать рыбу.

– Виктор, а куда делись остальные? – я пристально наблюдала за князем, который, подойдя к ведру, зачерпнул из него ладонями воду и несколько раз окатил ею себя по лицу.

– Лада, думаю, еще не выходила, а братья уехали, – не отрываясь от своего занятия, ответил князь. – Если тебя интересуют дружинники, они дежурят по периметру.

Влажными руками, Виктор несколько раз провел по своим волосам, зачесывая их назад, а затем затянул на голове тугой хвост.

– Понятно, – я осмотрелась, пытаясь выискать взглядом хотя бы еще один, какой-нибудь нож, чтобы помочь в потрошении рыбы.

– Расстроилась? – с досадой в голосе спросил князь, вытерев стекающие по лицу капли воды.

С празднования Купалы, мы с Виктором практически не разговаривали. В добавок, они с Димитрием крепко поругались, в том числе, и по моей вине. Я отчетливо видела, что отношение Виктора изменилось и ко мне. Князь стал вести себя холодно и надменно. Вся его забота испарилась, оставив после себя лишь недовольство и раздражение.

– Виктор, – я приблизилась к князю, чтобы наш разговор был слышен только нам. – За что ты меня ненавидишь?

– Чего? – опешивший от моего вопроса князь, облокотился спиной о ствол березы. – Анна, я не понимаю, откуда у тебя такие мысли?

– Просто… ты изменился, – я не понимала, чем было вызвано такое поведение князя. – Словно отстранился от нас ото всех. Да и потом, ты и Димитрий…

– Оставь это нам, ладно, – Виктор перебил меня, с таким же отстраненным, каменным лицом, запихнув руки в карманы. – Наши стычки с Димитрием касаются только нас двоих. Тебе не нужно в это лезть.

– Вы же знаете друг друга с детства, – чуть громче воскликнула я. – Мне не нужно, чтобы вы ненавидели друг друга!

– Анна… – Виктор попытался что-то сказать, но меня было уже не остановить.

– Нет! – вскрикнула я, привлекая на себя постороннее внимание. – Вы лучшие друзья, вместе росли, вместе учились, сражаетесь бок о бок, а со мной знакомы всего пару месяцев. Я не хочу становиться той пропастью, которая вас разделит!

– Думаю, для нас, ты уже ей стала, – просто, на одном дыхании ответил Виктор, тяжело выдохнув.

– Но, это неправильно, – с раздражением выпалила я. – Я никогда не буду ни с одним из вас, поверь. У меня другой путь. Так что, прекратите ваше глупое соперничество.

– Почему ты так говоришь? – Виктор несильно обхватил меня за плечи, – Анна, я когда тебя впервые увидел, стоящую в том белоснежном платье посредине реки, я пошевелиться не мог, думал ты призрак, боялся спугнуть. Никто никогда не трогал мое сердце так сильно. Признаюсь, по началу мне даже казалось, что я тебе тоже понравился, что между нами может получиться нечто большее. Но, потом я заметил, как этот урод начал виться вокруг тебя.

– Виктор… – я уперлась руками в грудь князя, напряженно выдохнув.

– Да, к черту, Анна, я буду бороться! – Виктор сильнее сжал меня за плечи, подойдя ближе. – Да, быть может я вспыльчив и горяч, но уж точно не мерзавец, способный на предательство.

– Ты считаешь Димитрия предателем? – растерянно спросила я.

– Лада любит его, и он это знает, – стиснув зубы, князь отстранился от меня, несильно ударив кулаком по стволу дерева. – Пусть она мне всего лишь сводная сестра, и наши с ней отношения никогда не отличались особой теплотой, но я никому не позволю обижать ни ее, ни кого-либо из моих близких. Анна…

Виктор резко дернулся, стараясь взять меня за руку.

– Не надо, – я сделала шаг назад, спрятав обе руки за спиной. – Я очень благодарна тебе за помощь, за заботу и за твою искренность, но скажу еще раз. Ни одного из вас я выбирать не собираюсь. Так что, довольно вам ссориться и рушить ваши отношения.

– Я понял, – холодно ответил Виктор. Взглянув на меня исподлобья, князь направился к своему шатру.

Разговора у нас с Виктором не получилось. Мое желание разрешить конфликт не только с треском провалилось, но, кажется, еще больше усугубило ситуацию. Чувствуя, что на глазах наворачиваются слезы, я прикрыла глаза ладонями, немного потерев их, чтобы снять накатившую от бессонной ночи усталость.

Как назло, тишину утра развеял шум от топота копыт и громкое ржание взбудораженных от бега лошадей.

– Я первый! – радостно вскинул руку вверх Артур, подняв свою лошадь на дыбы. – Победа за мной.

– Радуйся, – довольно улыбнулся Димитрий, спрыгнув со своей лошади.

– Теперь ты мне должен, – Артур бодро выскочил из седла, продолжив тараторить о своей победе.

– Явились, наконец, – равнодушно произнес Виктор, скрывшись внутри своего шатра.

– А, чем это так пахнет вкусно? – Артур быстро принюхался, увидев готовящуюся на костре рыбу.

– Михаил и Егор с утра наловили нам рыбы на завтрак, – я мягко улыбнулась, посмотрев на охапку румяной рыбы, томящейся в тарелке в ожидании трапезы.

Ощутив рядом с собой присутствие, я обернулась. Димитрий молча подошел ко мне, осторожно приподняв мою руку.

– Рука тебя больше не беспокоит? – князь неспешно провел пальцем по моей ладони, приятно щекоча ее. – Ты что… плакала?

– Все в порядке, благодарю, – спешно ответила я, одернув руку и отвернувшись от князя, чтобы скрыть припухшие глаза.

– Хорошо, – напряженно ответил Димитрий, сняв перчатки и запихнув их в карман штанов.

Тон, с которым ответил мне князь, неприятно покоробил меня. Но, сейчас мне стоило быть более осмотрительной и не дать возможности эмоциям взять верх. До тех пор, пока я нахожусь на распутье и сама не знаю, чем по итогу обернется для меня мое пророчество, возможность привязаться к кому-либо, для меня является чрезмерной роскошью. К тому же, мне нельзя было допускать, чтобы я могла стать препятствием для взаимоотношений людей, а моя смерть причинила кому-то сильную боль.

Поэтому, сейчас, мне лучше быть одной.

– Артур, как закончишь, осмотри лошадей. Нам скоро выдвигаться, – спокойным тоном, Димитрий дал наставление брату по пути к шатру, в котором сейчас был Виктор, но остановился, увидев вышедшую на улицу Ладу.

– Чем так мерзко воняет? – с отвращением спросила княжна, зажав нос двумя пальцами. Следом за ней, вышли две ее служанки.

Лада, как всегда, выглядела аккуратной и чистой. Волосы, были собранны в высокий пучок, на руках красовались золотые браслеты, украшенные камнями, а на шею было надето дорогое колье с хрустальным камнем.

В сравнении с Ладой, я выглядела довольно жалко. Уставшее лицо, «украшенное» синяками под глазами, взъерошенные волосы, лезущие на глаза, да потрепанная рубашка с разодранным рукавом.

– Завтрак готовится, скоро будем есть, – Артур во всю помогал Егору с готовкой.

– Вы действительно собираетесь есть эту рыбу? – Лада демонстративно подошла ближе, начав наигранно кашлять от запаха, который, по ее мнению, был не приятен.

– Все с рыбой нормально, Лада, – Димитрий сдержанно посмотрел на княжну. – Что тебе не нравится?

– Хотя бы то, насколько сильно вы доверяете этим двоим незнакомцам, – княжна показала пальцев на мужчин, что во всю старались нам угодить. – Что, если они отравили еду?

– Госпожа, мы никогда… – Михаил, не ожидая настолько серьезного обвинения в свой адрес, тут же вскочил на ноги, стараясь оправдаться.

– Думай, что говоришь, – Димитрий жестом дал мужчине понять, чтобы он не продолжал, серьезно взглянув на княжну. – Эти люди потратили свое время и силы, чтобы отблагодарить нас, а ты пытаешься их так беспричинно оболгать.

– Я всего лишь пытаюсь воззвать к здравому смыслу, Димитрий, – Лада поморщилась от злости, недовольно скрестив руки на груди. – Мы находимся невесть где, и вы притащили этих двоих невесть откуда. Вдруг они сговорились и попытаются нас убить, чтобы потом ограбить?

– Даже не хочу это продолжать, – негромко произнес Димитрий, отмахнувшись рукой и, развернувшись, направился в сторону привязанных лошадей.

– Лада, лучше иди собирайся в дорогу, – твердо заявил Виктор, показавшись из шатра. Князь стоял уже одетый в свой походный кафтан, умело застегивая на нем пуговицы. – Мы скоро отправляемся.

– Ты не отец, чтобы раздавать мне приказы, – взвинчено бросила Лада, обратившись к брату.

– Пока мы здесь, ты будешь делать то, что я тебе скажу, – суровым, приказным тоном, ответил Виктор, подойдя ближе к сестре. – Если тебя что-то не устраивает, можешь живо собраться и вернуться обратно в Ярикту.

Взвизгнув, Лада сжала пальцы в кулак и, со злости, ударила Виктора кулаком в грудь.

– Раз вы все так считаете, ладно! – княжна приподняла подол своего платья и спешно побежала к своему шатру. – Делайте, что хотите. Я уже бессчетное количество раз пожалела, что поехала с вами.

– А, как мы пожалели, – тихо прошептал Артур, сидя рядом со мной. – Поверить не могу, что мой брат хотел на ней жениться.

– Что значит, хотел? – я удивленно вытаращилась на Артура, застыв в немом исступлении.

– Вот, блин, – нервно усмехнулся Артур, продолжив соскабливать чешую с рыбы. – Не умею я держать язык за зубами, да?

– Артур, ответь мне, – я настойчиво приблизилась лицом к лицу князя, сурово посмотрев ему в глаза. – Димитрий, что, больше не собирается жениться на Ладе? Он совсем из ума выжил?

– Знаешь, Анна, спроси лучше у моего брата все сама, – Артур демонстративно раскинул руки в стороны. – Я не вправе обсуждать его решения.

Меня обрадовало и одновременно напугало то, что Димитрий так легко собирался сделать такой опрометчивый поступок, как расторжение помолвки. Мне нужно будет обязательно поговорить с князем, чтобы не дать ему возможности сделать глупость, о которой он потом будет сожалеть.

– Я прошу у вас прощение за неподобающее поведение моей сестры, – подойдя ближе, сказал Виктор и легонько склонил голову, выказывая уважение Михаилу и его сыну.

– В этом нет необходимости, господин, не стоит извиняться, – Михаил ответным жестом поклонился, рукой показав сыну встать. – К тому же, нам давно пора вернуться в нашу деревню. Жена небось с ума сошла от волнения.

– А, мы направляемся к Мраду, – бодро ответил Артур, взяв в руки крупный кусок рыбы с поджаристой корочкой и приступил к трапезе возле догорающего костра.

– Вы собираетесь пересечь Гривчатый лес? – с неподдельным беспокойством, поинтересовался Егор, – Но, без проводника, вы не сможете этого сделать.

– Сын, это не наше дело, – тихо и сдержанно ответил Михаил, дернув сына за рукав. Мужчина окатил тлеющие в костре угли остатками ключевой воды, оставшейся на дне ведра.

– Чтобы сократить время, нам придется пройти через лес, – ответила я, сидя на бревне.

– Но, вы так просто не пересечете его, – Егор вытер, испачканные в рыбьем жире руки, тряпкой и опустился на корточки рядом с нами. – Он кишит всевозможными развилками, на которых можно легко заблудиться. К тому же, обитающая там нечисть, может запросто вас убить.

– И, фнова нечифть, – вымученно промычал Артур, прикрыв глаза, уминая за обе щеки жареную рыбу. – Кто-то из вас знает, как можно пересечь лес безопасно?

Артур взял в руки еще одну рыбину и откусил от ее зажаренной спинки смачный, сочный кусок.

– К сожалению, нет, – Егор опустил голову, немного нахмурившись.

– Но, мы знаем ту, кто точно сможет вам помочь, – Михаил ободрительно положил руку на плечо сына. – Одна женщина, она как раз живет в нашей деревне. С ее собственных слов, она обошла весь Гривчатый лес вдоль и поперек, знает все лазейки и возможные препятствия.

– Как ваша деревня зовется? – спросила я, слегка задумавшись.

– Низины, – довольно улыбнулся Егор. – Кстати, это наша деревня поставляет в столицу Ярикты самое лучшее хлебное вино.

– Низины говоришь, – улыбнувшись, я опустила глаза и уставилась в одну точку. – А, женщину часом не Летавицей звать?

– Да, Летавица, – удивлённый Егор широко распахнул глаза. – Вы, что, бывали в наших краях?

– Нет, не довелось, – я покачала головой, прижав колени ближе к себе. – Но, это особу давно знаю.

– Про кого вы говорите? – Артур повернул голову, заглянув мне в лицо.

– Да, есть там у них одна дамочка, падкая на деньги и красивых мужчин, – я усмехнулась, вспомнив образ моей давней знакомой. – Характер скверный, но ведьма она сильная.

– Ведьма? – встрепенулся Артур.

– Она самая, – утвердительно кивнул Михаил, усмехнувшись. – Держит постоялый двор на краю деревни. Правда, обычно к ней местные приходят не только за колдовскими снадобьями, да кружкой хорошего вина. В основном, к ней ходят за услугами другого рода.

– Что, значит, другого? – спросил Артур, почесав затылок, прибывая в искреннем недоумении.

– Когда-нибудь, ты об этом узнаешь, дитя мое, – до нас донесся насмешливый голос Димитрия, который усердно над чем-то возился возле своей лошади.

– Мог бы и не издеваться, – Артур схватил ветку, лежащую возле его ноги, и швырнул в брата.

– Утром, мы с Артуром осмотрели местность, – увернувшись, Димитрий подошел к нам, держа в руке свой смятый кафтан. – Деревня находится совсем недалеко, поэтому, поездка не займет много времени. Ваша знакомая действительно сможет нам помочь?

– Летавица, баба скверная, но свое дело крепко знает, – рассмеялся Михаил. – Она делает отменное вино, да наговаривает на него, чтоб мужики к ней чаще захаживали. Наши жены ее ненавидят, но сделать ничего с ней не могут. Сильная она очень и опасная. Если что не по ее, то и порчу навести может и до безумия довести.

– Ей лет много, а выглядит, как молодая, – Егор немного сильнее наклонился к нам, словно, делился с нами тайной. – Поговаривают, что она дочь самого отца лесного, Лешия.

– Да, ну! – удивился Артур, выпучив глаза. – Серьезно?

– Ты, как ребенок удивляешься, честное слово, – усмехнулся Виктор, хлопнув Артура по спине.

– Как закончите есть, собирайтесь, будем выдвигаться в путь, – Димитрий прошел мимо нас, попутно надев перчатки.

Князь отстегнул ножны с мечом от седла, привязав их к своему поясу и молча направился в сторону посадки. Заметив, что Артур с Виктором увлеченно болтают с Михаилом и его сыном, я выгадала момент, чтобы незаметно улизнуть. Ведь, мне нужно было обязательно поговорить с Димитрием, чтобы отговорить его разрывать помолвку.

– Димитрий, – окликнула я князя, нагнав его в лесной посадке.

– Рыжуля? – спокойно произнес Димитрий, словно ни капли не удивился, повернувшись ко мне боком. – Случилось что?

– Скажи, ты действительно решил разорвать помолвку с Ладой? – не мешкая, сразу в лоб, спросила я у князя. От услышанного вопроса, его глаза слегка расширились, а брови приподнялись в легком удивлении.

– Тебя что, это беспокоит? – сухо спросил Димитрий, ответив мне вопросом на вопрос, чем вызвал во мне недовольство.

– Кроме собственной судьбы, меня ничего больше не беспокоит, – негромко проговорила я себе под нос, недовольно прищурив глаза, затем громко добавила. – Не делай этого, ладно?

Димитрий полностью повернулся ко мне, пристально уставившись на меня. Князь скрестил руки на груди и несколько минут молчал, выжидательно наблюдая за мной.

– Почему ты так упорно хочешь, чтобы я связал себя браком с княжной? – Димитрий опустил руки вдоль туловища, немного нахмурив брови.

Гонимая пророчеством, я была решительно настроена и хотела раз и навсегда решить вопрос наших с Димитрием взаимоотношений.

Мне было неприятно признавать это, но меня коробило от одного образа, где князь и Лада вместе.

С первой нашей встречи, темные, зеленые глаза князя занимали много моих мыслей. Я безумно радовалась, когда Димитрий был просто рядом со мной. Мне хотелось ощущать его присутствие возле себя. Мне хотелось чувствовать его уверенные прикосновения ко мне. И, несмотря на это, я все еще боялась признаться себе, что за время, проведенное вместе, Димитрий стал для меня важным и дорогим человеком. Каждая мелочь, которую князь делал для меня, была ценнее самого дорогого сокровища. Он не требовал взаимности, не принуждал меня быть тем человеком, которым я не являюсь. Казалось, Димитрий принимает меня такой, какая я есть с моим вздорным характером, и с моими колдовскими способностями. Вопреки моим домыслам, оказалось, что Димитрий меня не презирает, не ненавидит, но тихо и уверенно защищает.

Он всегда был рядом, и я чувствовала, что могу на него положиться, даже не прося об этом. Мне было неловко признаться, но, когда я видела спокойную рассудительность князя, его решимость и твердую уверенность в принятии решений, я находила в себе силы идти вперед, чтобы изменить пророчество, не отчаиваться и следовать за своей единственной целью. И, мне всегда хотелось защищать князя в ответ. Тогда с Полудницей, при спорах с Виктором, во время нападения волоков, от капризов Лады… я всегда хотела, чтобы Димитрий мог положиться на меня. А, теперь, сама, своими руками, пыталась толкнуть князя в объятья княжны, даже не спросив его об этом. Имею ли я на это право?

Дыхание перехватило, а тело сковало, когда на смену моим страхам, ко мне пришло прозрение.

Неужели, я люблю его… я люблю Димитрия…

А, раз так, разве я могу допустить, чтобы любимый мною человек пострадал из-за меня? Разве не главная цель любящего – защитить своего любимого?

Тогда, все, что мне сейчас остается, это попытаться спасти князя от неправильного решения, способного навлечь на него беды. Пусть лучше он ненавидит и презирает меня. Больше, мы не будем с ним связаны. Дальше, свой путь я продолжу идти одна.

– Хоть я и не должна лезть в твою жизнь, но я не могу допустить, чтобы ты совершил опрометчивый поступок, о котором потом будешь сожалеть, – уверенно ответила я, сжав руки в кулаки от волнения.

– С чего ты решила, что я стану об этом сожалеть? – Димитрий продолжал сыпать встречными вопросами, которые вгоняли меня в некоторую растерянность.

– Это решение может пагубно сказаться на взаимоотношениях Стрижды и Ярикты. Если ваша с княжной свадьба состоится, ты обретешь надежного союзника в лице Ярикты и сможешь легко обеспечивать контроль за соблюдением запрета на магию. Однако, разорвав помолвку, ты можешь потерять гораздо больше, нежели минутную слабость в моем лице, ведь я всего лишь краткое мгновение в твоей жизни, – я старалась говорить четко и уверенно, но дрожащий от волнения голос, было не так просто спрятать. – Димитрий, скажи, ты ведь решил разорвать помолвку из-за….

Моя нерешительность и страх ошибиться, никак не давали мне озвучить свою догадку о том, что князь решил разорвать помолвку именно из-за меня. Последнее слово я просто не смогла произнести. Стиснув зубы от злости на саму себя, я отвернулась, стараясь сдержать бушующие внутри меня эмоции.

Протяжно выдохнув, Димитрий подошел ко мне. Я посмотрела на князя, внезапно ощутив легкое касание холодной кожи его перчаток к моей щеке.

– Ты не должна взваливать на себя такой тяжелый груз, – Димитрий наклонился ко мне. – Я разорвал помолвку не из-за тебя, Рыжуля. Хотя, доля твоего участия в этом все же есть.

Я до последнего надеялась и верила, что успею отговорить Димитрия от принятия столь легкомысленного решения, которое ставит под удар будущее князя и его страны.

– Тогда, почему? – тихо произнесла я, чувствуя, как губы князя приближаются ко мне.

Прикрыв глаза, я просто перестала ощущать себя, словно растворившись в воздухе. Отрицать свои чувства к Димитрию было бесполезно, а бежать от них – глупо. Куда бы я не ступила, где бы я не очутилась, везде я чувствовала его рядом с собой. И, это стало неизменным для нас обоих.

– Я дал тебе слово, что всегда буду рядом, – оторвавшись от моих губ, произнес Димитрий, заключив меня в свои объятья. – Так, доверься мне, Анна. Смело следуй вперед и ничего не бойся. Я никому не позволю причинить тебе боль.

– Я лишь хочу, уберечь от боли тебя, – прикрыв печальные глаза, я крепче прижалась к князю, ощутив, как его щека мягко уткнулась мне в макушку.

– Анна, – не разрывая объятий, Димитрий ласково посмотрел на меня. Я подняла на него свои зеленые глаза, затянутые неподдельной верой, и мягко улыбнулась. – Я…

– Сукин ты сын, Димитрий! – внезапно раздавшийся голос Виктора, заставил меня вздрогнуть. – Как ты мог? Ты же помолвлен!

– Я разорвал помолвку с Ладой еще до отбытия из Ярикты, – Димитрий, пристально смотря на Виктора, сделал шаг вперед, встав немного впереди и заслонил меня собой. – Твой отец спокойно воспринял мои слова, и согласился с принятым мной решением.

– Ты, действительно, это сделал? – грозно зашипел Виктор, демонстративно сжав кулак. – Ты понимаешь, что Лада ни на кого смотреть не может, кроме тебя?

– Твоей сестре будет полезно немного прийти в чувства, – Димитрий говорил уверенно и без колебаний. – Как бы это грубо не звучало, но Лада уже не видит грань между человеком и вещью. Твоя сестра привыкла получать все, что захочет, но, я ничем ей не обязан, я ничего ей не обещал!

– Я тебе этого не прощу, – Виктор ударил кулаком по ладони.

– Мне не нужно твое прощение, – довольно холодно ответил Димитрий на заявление друга. – Все это время, я лишь старался выполнять твою просьбу, поэтому молчал, но жениться на Ладе, я обещание не давал. По какой-то причине, вы приняли мое молчание за само собой разумеющийся ответ.

– Тогда, зачем ты согласился на мою просьбу? – Виктор тяжело задышал, обуреваемый гневом. – Для чего пошел мне на встречу?

– Потому что, ты мой друг! – громко и четко ответил Димитрий. Выждав непродолжительную паузу, князь продолжил. – Я видел, как ты переживал из-за того, что Лада зациклена на мне. Ты не хотел, чтобы она страдала. А, я, не хотел, чтобы мучался ты. Только вот, со временем, просьба забылась, а мое молчание стало говорить красноречивее любых слов.

– О какой просьбе вы говорите? – в замешательстве спросила я, выглянув из-за спины Димитрия.

– Когда мы с Артуром перебрались в Ярикту, Лада практически всюду таскалась за мной. Поначалу, нам казалось, что это всего лишь юношеская глупость, однако, прошло время, но Лада еще больше помешалась. Понимая, что так больше продолжаться не может, я отказал ей. И тут, у нее начались истерики, бессонные ночи, отказ от еды. В какой-то момент, все начали бояться, что Лада может лишиться рассудка. Естественно, все это сильно беспокоило Виктора и тогда, я пообещал ему не отталкивать Ладу, хотя бы на время, – стоя рядом со мной, Димитрий коснулся своими пальцами моей руки. – Я беспрекословно исполнял ее просьбы, выступал в качестве кавалера на всех торжественных мероприятиях. Лада была счастлива, что заполучила желанную игрушку. Видя нас вместе, люди начали считать, что мы пара и просто обязаны пожениться. Этим, друг мой, ты охотно и воспользовался, объявив прошлой зимой, в день своего рождения, о нашей помолвке.

– Как благородно, – Виктор горько усмехнулся. – Что ж ты сразу тогда ничего не сказал? Почему не отказался?

– Я этого не сделал, в том числе, и из-за политических убеждений, – спокойно ответил Димитрий. – Если бы я сразу отказался, то мне пришлось бы незамедлительно покинуть Ярикту. Но, пока я молчал, у меня была возможность оказывать дипломатическое влияние на Ярикту и на твоего отца.

– Чертов закон о запрете магии, как я мог забыть, – Виктор высокомерно вскинул голову, запихнув руки в карманы. – Тебя что, кроме него, больше ничего не волнует?

– Я тебе уже сказал, Виктор, мне было больно видеть, как ты страдаешь из-за выходок твоей сестры, – спокойно ответил Димитрий, а затем, внезапно, довольно улыбнулся. – К тому же, кое-кто уже давно волнует меня гораздо сильнее этого дурацкого закона.

Оба князя стояли лицом к лицу, ненавистно прожигая друг друга злобными взглядами.

– Я убью тебя! – завопил Виктор, направившись к нашему лагерю.

Нетрудно было догадаться, что князь пошел за своим мечом.

– Виктор, стой! – я ринулась, побежав следом за наследником Ярикты, – Подожди!

– Анна! – Димитрий попытался схватить меня за руку, но я выскользнула, спешно направившись в сторону лагеря.

Я не знала как, но нужно было остановить это безумие. Если Виктор нападет, то они с Димитрием могут сильно пострадать, а я просто не могла этого допустить.

– Виктор, – я добежала до лагеря, видя, как князь рывком вытащил свой меч из ножен. – Остановись!

– Анна? – Артур поднялся на ноги, в недоумении уставившись на друга. – Виктор, для чего тебе меч?

– Я разберусь с тобой! – Виктор, разъяренно черканул мечом по земле, оставив на месте удара прорубленный след.

– Ну, давай, – Димитрий, нагнавший нас, стоял позади меня, положив руку на рукоять своего меча. – Силенок то у тебя хватит?

– Вот сейчас мы это и выясним! – громко заорал Виктор, не желая принимать брошенное в него унижение. Князь взметнул лезвие меча вверх, направив его в сторону друга.

– Вы, оба полоумные! – не выдержавший Артур, подбежал к брату, разъяренно схватив его за ворот рубашки и отчаянно смял ее край в своей руке. – Что на этот раз вы учудили?

На громогласные крики, из шатра вышла Лада. Видя, как Димитрий и Виктор ругаются, княжна ничего не ответила, лишь сурово сдвинула брови к переносице.

– Отпусти меня, Артур, – Димитрий кратко кивнул головой, давая понять брату, что все хорошо. – Нам с Виктором нужно договорить.

Я приставила холодную ладонь в своему горячему лбу, не помнимая, что делать. Внутренне, я уже была готова применить свои магические способности, чтобы остановить этих двоих в случае опасности.

– Вы оба больные ублюдки, – взвыл Артур, отпустив брата и отойдя в сторону.

– Не сомневаюсь, – нагло усмехнулся Димитрий. – Давай, друг мой, нападай.

Две служанки Лады встали впереди, отгородив ее собой на случай, если что-то ненароком может причинить княжне вред.

– Больше не смей называть меня другом! – холодно бросил Виктор, крепко сжав рукоять меча. – У тебя пропало это право.

– Как скажешь, – Димитрий неспешно и размеренно достал свой меч из ножен, пройдя на несколько шагов вперед.

Виктор отступил ногой назад и оттолкнувшись, бросился на Димитрия, замахнувшись мечом. Лязг металла раскатился по всей роще, когда оба меча схлестнулись друг об друга.

Виктор вновь замахнулся, начав наносить непрекращающиеся удары, в которые вкладывал всю свою злость. Цоканье металла заполнило опушку, заглушив все остальные звуки вокруг.

В отличие от наследника Ярикты, Димитрий только и успевал, что правильно выставлять меч в нужный момент, чтобы защитить себя от ударов.

– Виктор, хватит! – внезапно завопила взволнованная Лада, на глазах у которой навернулись слезы.

Словно не слыша, Виктор продолжил нападать. Князь сделал выпад, направив оружие прямо в голову Димитрия. Наследник Стрижды уклонился ровно в тот момент, когда меч пронесся возле его лица.

– Они же покалечат друг друга, – обеспокоенно сказала я, стоя возле Артура. Князь напряженно молчал и внимательно наблюдал за каждым движением своих друзей.

Не жалея и не щадя оружие, Виктор и Димитрий рубили мечами, выплескивая всю, накопившуюся между ними недосказанность. Сейчас они меньше всего походили на давних друзей, скрепленных долгими годами крепкой и верной дружбы. Незаметно для себя, они встали на путь соперничества, впоследствии, начав считать себя врагами, борющимися за несуществующую цель.

Схлестнув мечи, князья напирали друг на друга до дрожи в руках, не желая уступать. Немного отклонив туловище, Виктор завел свой меч в сторону, отчего лезвие заскользило по мечу Димитрия. В этот момент, Виктор схватил руку Димитрия, держащую меч и со всей силы ударил князя коленом в живот. Димитрий скорчился от боли, упав на одно колено.

– Остановитесь! – крикнула Лада, зажав рот ладонью от испуга. По щекам княжны катились горькие слезы, держать которые она была не в силах.

– Ты этого хотел, друг мой? – рассмеялся своему небольшому триумфу Виктор, разведя руки в стороны, перед пытающимся встать с земли Димитрием, обхватившим себя за живот. – Хочешь, чтобы все увидели, как ты с позором мне проиграешь?

– Я, в отличие от тебя, проиграть не боюсь. – Димитрий, держась за живот, поднялся на ноги, – Друга потерять боюсь, а проиграть нет.

– Ты уже его потерял, – громко заявил Виктор, вновь кинувшись на князя.

Димитрий выставил меч, перед своей грудью, заслоняясь от удара. Развернувшись, князь завел меч позади Виктора и ударил его ногой по внутренней стороне колена. Виктор пошатнулся, падая на землю, но успев выставить руки, оперся на них.

Оставаясь на земле, Виктор с разворота подсек Димитрия по ногам. Чтобы увернуться, наследник Стрижды отступил назад, но Виктор, резво вскочив на ноги, шибанул своим мечом по мечу Димитрия, выбив его из руки князя.

– Доволен? – Димитрий, изрядно запыхавшись, поднял ладони вверх, даже не пытаясь поднять свой меч с земли. – Можешь считать, что ты выиграл.

– Бери меч и дерись, – с нескрываемой злостью выпалил Виктор.

– Достаточно, – Димитрий обхватил рукой свои ребра и опустился на траву. – Я не собираюсь больше с тобой драться, так что, отдаю эту победу тебе.

– Мне не нужна твоя милость, – Виктор вновь обхватил свой меч обеими руками, зашипев на Димитрия. – Я знаю тебя настоящего и вижу, что ты все делаешь не в полную силу. Что, не хочешь, чтобы присутствующие здесь смотрели на тебя, как на бездушного убийцу?

– Нет, – Димитрий тяжело выдохнул, с сожалением посмотрев на Виктора. – Просто не хочу тешить твою гордыню.

– Все, Виктор, заканчивайте с этим, – впервые за долгое время, с напряжением в голосе, крикнул Артур.

– Строишь из себя заботливого благодетеля, – сквозь зубы процедил Виктор, приставив острие своего меча к горлу Димитрия. – Не слишком ли поздно ты спохватился?

Глядя на происходящие, я отчетливо понимала, что Виктор так просто не остановится. Обуреваемый злостью, он сейчас слабо мог контролировать себя, а значит, еще представлял угрозу для всех нас.

– Убери меч, Виктор, – твердым и решительным тоном, произнесла я, когда в моей руке вспыхнул белый свет. Мои глаза побелели, а голос приобрел легкое эхо, раскатисто разносящееся по роще.

– Что, так сильно переживаешь за своего возлюбленного? – усмехнулся Виктор, продолжив держать меч прямо перед шеей Димитрия. – А, еще утром, говорила мне, что ни он, ни я, тебе не нужны.

– Я не позволю ни одному из вас совершить глупость, – свет в моей руке стал более мощным и начал издавать еле слышный треск, сравнимый со звуком удара молнии. – Если сейчас же, ты не уберешь меч, то сражаться тебе придется уже со мной.

Не обращая внимание на удивленные взоры, направленные на меня, я была сосредоточена только на действиях Виктора. Кинув на меня тяжелый, печальный взгляд, князь грубо вернул свой меч в ножны, отчего они громко цокнули.

Ни говоря ни слова, Виктор быстро зашагал в сторону леса. Постепенно силуэт князя начал растворяться в далеке. Лада, видя, что бой закончился, быстро развернулась и забежала обратно к себе в шатер.

– Ты живой? – Артур моментально подлетел к брату, падая рядом с ним на колени.

– Эво как он вас коленом приложил, – подскочивший к Димитрию Егор, также опустился рядом с князем на траву.

– Зачем ты ему поддался? – раздраженным тоном, спросил Артур, ударив кулаком по траве. – Ты же специально пропустил тот удар!

– Я в порядке, – корчась от боли, ответил князь, завалившись спиной на траву. – Надо только чуть перевести дух.

– Он мог вас просто убить, – обеспокоенно проговорил Михаил, стоя рядом с князем. – Зачем же вы так рисковали?

– Если бы я бился с ним по-настоящему, незаметно для себя, я бы мог его убить, – лежа на траве с раскинутыми в стороны руками, Димитрий ненадолго прикрыл глаза. – Отчасти, Виктор прав. Когда я нападаю, то становлюсь бездушным убийцей. Так что, мне оставалось только защищаться.

– Хреново ты защищался, – крикнул Артур на брата.

Я стояла молча на коленях, стараясь сосредоточится на ушибе Димитрия. Отсутствие крови на одежде не сильно меня радовало, ведь кровотечение могла начаться внутри.

– Не нужно, – князь перехватил мою руку, когда я попыталась задрать вверх его рубашку. Дыхание Димитрия было обрывистым и неровным. Каждая попытка сделать вдох или выдох отражалась гримасой боли на его лице.

– Руку отпусти, – угрожающим тоном произнесла я, убрав ладонь князя со своего запястья. – Мне надо посмотреть, что у тебя там.

Я осторожно приподняла рубашку, оголив торс князя. Огромный, красный ушиб расползся чуть выше живота, доходя до самых ребер.

– Жить буду, – ободрительно произнес Димитрий, натянуто улыбнувшись. – Говорю же, ничего страшного.

– Встать сможете? – спросил нависающий над князем Михаил.

– Постараюсь, – Димитрий схватился за протянутые ему руки Егора и Михаила, и поднялся с земли, приняв сидячее положение. – Артур, иди за ним.

Димитрий молча кивнул брату, попросив его сходить за Виктором.

– Да, понял я, – Артур недовольно запыхтел, встав на ноги. – Уже иду. Справитесь здесь сами?

– Да, – утвердительно ответил Михаил, начав осторожно поднимать Димитрия с земли.

– Помогите ему дойти до шатра, – я встала с колен. Подбежав к шатру, я раздвинула шторы, чтобы открыть путь внутрь.

Михаил с Егором завели Димитрия в шатер, осторожно уложив его на спальник, в изголовье которого располагалась опора шатра.

– Чем мы еще можем помочь? – обратился ко мне Егор, видя, как я закатывала рукава своей рубашки.

– Принесите из моего шатра сумку с лекарствами, она возле пня лежит, – опустившись перед князем, я сосредоточенно начала расстегивать его рубашку, чтобы она мне не мешала.

Оголив торс Димитрия, я призвала белый свет в руке и прикоснулась ладонью к месту ушиба.

– Арр, – зарычал Димитрий, дернувшись и зажмурив глаза.

– Конечно, тебе больно, – раздраженно бросила я, пристально всматриваясь в свечение. – Терпи.

– Просто, у тебя рука холодная, – хитро улыбнулся князь, открыв один глаз.

– Вот же, – напряженно выдохнула я, вновь пытаясь сконцентрироваться. – Не шевелись.

– Ну, что там? – в шатер вошел Егор, держа в руке мою сумку.

– Похоже, сломаны ребра, – заключила я, начав копаться в сумке в поисках нужных мне лекарств.

– Ну, жить то буду, – Димитрий старался улыбаться сквозь боль, из-за чего его улыбка выглядела довольно натянутой.

– Не нужно было специально поддаваться Виктору, – спокойно сказал Михаил, стоя у входа в шатер.

– Надо было как-то это закончить, – тяжело ответил Димитрий, взглянув на мое серьезное лицо.

– А, в итоге, закончились твои ребра, – я старалась вести себя сдержанно, не давая возможности эмоциям взять верх. – Они не заживают так же быстро, как и раны. Знаешь, сколько мне придется возиться с тобой?

– Я не против, Рыжуля, – князь, хитро улыбнулся и прикоснулся пальцами к моим волосам, когда я сосредоточенно рылась в сумке. – Можешь возиться со мной столько, сколько пожелаешь. Только не ворчи.

Смутившись, я опустила глаза, а когда подняла их, Михаил с Егором исчезли из шатра, словно растворившись в воздухе.

Димитрий взял мое запястье и положил мою ладонь себе на ребра, где было место ушиба.

– Продолжай, – от столь требовательного взгляда князя, у меня слегка перехватило дыхание.

Я проглотила образовавшийся в горле комок и вновь зажгла белый свет в своей руке.

– За один день ты не поправишься, – с долей недовольства, пробубнила я себе под нос.

– Твои глаза не белые, – словно пропустив мимо мои слова, Димитрий приподнял мое лицо, внимательно вглядываясь в цвет моих глаз.

– Они становятся белыми не всегда, – я опустила голову, но тут же ощутила, как большой палец Димитрия заскользил по моей нижней губе.

Немного приоткрыв рот, я сжалась, понимая, к чему он ведет. Ощутив, как рука Димитрия обхватила меня за шею и стала притягивать к себе, я рывком откинула ее, быстро встав на ноги.

– Почему ты так упорно пытаешься меня оттолкнуть? – Димитрий попытался привстать, но тут же зарычал, ощутив боль.

– Потому что, каждый раз происходит вот это, – я указала рукой на ушиб князя. – Ты разорвал помолвку, поссорился с другом, а теперь дело и до драки дошло.

– Не думаю, что в этом кроется истинная причина твоей отстраненности, – тяжко выдохнув, князь положил руку себе на живот. – Я же вижу, что есть что-то еще, что терзает тебя.

– Димитрий… – моя попытка оправдаться, провалилась, когда князь меня перебил.

– Довольно этих тайн, Рыжуля, – Димитрий оперся руками в спальник и неторопливо сел, облокотившись спиной на опору шатра. – Думаю, я заслуживаю услышать от тебя честный и правдивый ответ.

– Не пытайся меня понять, – с горечью в словах, бросила я, потерев лицо ладонью.

– При всем желании, Анна, у меня не получается это сделать, – немного взвинчено кинул князь, согнув одну ногу в колено и положив на нее свою руку.

– Вот и не нужно, – я почувствовала, что на моих глазах проступают слезы. – У нас не может быть будущего.

– Да почему, черт побери, ты так говоришь? – грубо рявкнул князь.

– Потому что… – громко вскрикнула я, тихо добавив, – у меня его нет…

Глаза Димитрия сузились в немом вопросе. Князь изрядно напрягся, услышав мои слова.

– Что ты только что сказала? – напряженно и напористо переспросил князь, слегка склонив голову на бок.

– Это все, что тебе нужно знать, – я гордо вскинула голову, изо всех сил стараясь подавить рвущиеся наружу слезы.

Развернувшись, я намеревалась как можно скорее покинуть шатер.

– Ну нет, не увиливай, – по шатру пронесся негромкий хлопок, когда Димитрий крепко схватил меня за запястье. – Давай-ка рассказывай, что с тобой такое происходит.

Измученная и уставшая, я опустила плечи, тяжело выдохнув. Сил сопротивляться больше не осталось, моя внутренняя опора трещала по швам, а я сама была больше не в силах справляться со всем одна.

Продолжив стоять спиной к князю, я, будто бездыханная кукла, рухнула вниз, опустившись на спальник.

– Это случилось, когда мне было пять, – я не шевелилась, уставившись в одну точку. – Тогда Морена посетила нас с тетей и сообщила мне о моем пророчестве.

– Морена, эта которая… – осторожно уточнил князь. Димитрий сидел, стараясь, как и я, не шевелиться и внимательно слушал, что я говорю.

– Она самая, – кивнув головой, я горько улыбнулась. – Богиня мрака, Царица смерти. Она явилась ко мне во сне и сказала, что день моего совершеннолетия станет для меня последним.

– Не понимаю, – Димитрий мотнул головой, запустив руку в свои волосы и провел по ним.

– Я раньше тоже не понимала, а потом узнала про клятву, данную моей матерью твоему отцу и все встало на свои места, – я медленно повернула голову в сторону сидящего рядом князя.

– Точно, – Димитрий опустил голову, сделав глубокий вдох. – Аглая же дала клятву прервать род Радимира.

– Именно, – я отвернулась, уставив глаза в землю. – Я последняя из потомков Радимира, носящая в себе его кровь. Я не должна была родиться. Но, раз я все-таки появилась на свет, значит, чтобы клятва была исполнена, я должна умереть. А, поскольку, Радимир является слугой Морены, моя душа, аккурат, в ее чертоги и отойдет.

Хлопнув себя по коленям, я встала. Мой самый большой страх, который съедал меня все годы, вновь напомнил о себе, пробежав неприятной дрожью в теле. Приложив ладонь к своей груди, я почувствовала внутри себя холод и боль.

– Тебе сейчас девятнадцать, верно? – тяжелым, низким тоном спросил Димитрий.

– Двадцать почти, – я повернулась к князю, состроив на лице сочувственную улыбку. – До моего совершеннолетия осталось всего несколько недель.

– Проклятье! – зашипел Димитрий, стиснув зубы. Князь свесил ноги со спальника, оставаясь сидеть на нем.

– Поэтому, я прошу тебя не рушить свою жизнь из-за меня, – я внимательно посмотрела на князя.

– Хочешь сказать, что никакого способа, разрушить это чертово пророчество, не существует? – Димитрий окинул меня серьезным взглядом. – Ты же ведьма.

– Способ то есть, но… я не могу быть уверена, что он сработает наверняка, – я безразлично пожала плечами, чувствуя некоторое опустошение внутри. – Можно попытаться изменить свою судьбу, но без особенных знаний, я это сделать не смогу. А, знания эти, есть только в одном писании.

– Рукопись Радимира, – глаза Димитрия расширились от удивления, когда князь наконец все понял. – Для этого она тебе нужна, чтобы судьбу свою поменять?

Я молча кивнула, горько улыбнувшись.

– Получается, способ все-таки есть! – уверенно воскликнул Димитрий, протянув мне руку.

– Я не могу знать этого наверняка, – я даже не стала сопротивляться, и смело подала руку вперед. Князь притянул меня к себе, усаживая на спальник перед собой между своих ног. – Никто не знает, что написано на страницах рукописи. Мы даже не знаем, сможем ли мы ее достать из Мрада.

– Мы ее достанем, – уверенно заявил князь, обвив рукой меня вокруг талии.

– Я, конечно, рада твоему серьезному настрою, – обернувшись, я посмотрела на Димитрия, положив голову ему на грудь. – Но, не надо тешить себя иллюзорными мечтами.

– Анна …

– Димитрий, послушай, – я перебила князя, положив ему палец на губы. – Много лет я жила с мыслью, что долго не проживу. Если бы вы тогда не приехали в Глушь, я бы просто смирилась и приняла свою судьбу. Но, услышав про рукопись, я поняла, что у меня есть шанс, пусть и маленький. Но, это мой путь! Моя судьба никак не должна тебя касаться и портить тебе жизнь. Тем более, что у меня в запасе осталось всего несколько недель, а это, очень короткий срок.

– Анна, – с придыханием назвав мое имя, Димитрий обхватил меня руками, крепко сжав в своих объятьях. Отчего-то, именно сейчас, в данную секунду, я почувствовала себя самой защищенной. – Я дал слово, что не дам тебе умереть. И, слово свое сдержу.

– Если ничего не выйдет, я стану лишь коротким мгновением в твоей жизни, – я сильнее прижалась к князю, желая как можно дольше задержаться в этих объятьях.

– Мы все изменим, – Димитрий медленно повернул мою голову к себе и коротко поцеловал. – Обещаю!

– Не давай обещаний, которые не сможешь исполнить, – я выбралась из объятий князя. Встав, я воспламенила в руке белый свет, легко усмехнувшись. – А, теперь, давай сюда свои ребра.

Часть 33.

15 лет назад.

– Мамушка, мамушка, – маленькая девочка трясла женщину, которая крепко спала. – Очнись же наконец.

– Анна, – женщина распахнула глаза, поднимаясь на кровати. Ее наконец удалось расшевелить и вывести из сна. – Что случилось?

– Мне сон страшный приснился, – девочка самостоятельно набрала в черпак воды и села на перину рядом с женщиной, которую иногда называла мамой.

Анна сидела на кровати, пытаясь перевести сбившееся дыхание. Ее густые, рыжие волосы облепили мокрый от пота лоб, а ночная сорочка прилипла к груди.

– Что за сон такой тебе приснился? – женщина приобняла напуганного ребенка. Девчушка перевела настороженный взгляд на свою тетю.

– Мне тетя страшная приходила, – Анна отпила воды, немного закашлявшись. – С собой пойти звала.

– Что именно она сказала тебе? – настороженно поинтересовалась женщина, аккуратно взбивая смятую подушку.

– Почти ничего она мне не говорила, – Анна спустила ноги с кровати, погрузившись в раздумья. – Только то, что ждет меня.

– Как она выглядела? Ты можешь вспомнить? – тяжело вздохнув, женщина погладила девочку по голове.

– Лица я ее не видела, только больши-и-е, таки-и-е глаза, – девочка раскинула руки в стороны, показывая величину увиденного ею во сне.

Женщина застыла, очень сильно напрягшись.

– Ложись спать, все уже прошло, – женщина смиренно улыбнулась, чтобы не напугать ребенка и отправила девочку в свою постель.

– Она больше не придет? – глазами полными надежды, Анна посмотрела на свою тетю.

– Очень на это надеюсь, – женщина перевела на девочку грустный взгляд. – Засыпай.

Укрыв ребенка одеялом, женщина накинула поверх своих плеч пуховую шаль и вышла из дома, закрыв за собой дверь.

Обеспокоенная, она выбежала на крыльцо, всматриваясь в темноту ночи.

И хоть лето в этом году выдалась на редкость жарким, все-таки ночью воздух ощущался особенно прохладным, отчего стоять на улице в легкой ночнушке было совсем зябко.

– Пришла-таки, – негромко крикнула женщина в темноту. – Могла бы и не пугать ребенка.

Вокруг было все также тихо. Где-то вдалеке слышалось ненавязчивое стрекотание кузнечиков. Листья деревьев тихо шуршали, гоняемые свежим, легким ветерком. Темное небо было усыпано десятками блестящих звезд.

– Пусть знает, – в воздухе эхом пронесся пульсирующий женский голос.

– Рано ей еще об этом знать, – со злостью крикнула женщина, уперев руки в бока. – Мала совсем.

Слева от дома, раздался шорох. В сплошной темноте разглядеть что-то было практически невозможно.

– Не хочешь, чтобы она узнала, что это ты во всем виновата? – в темноте вновь послышался низкий женский голос.

Женщина повернулась, вглядываясь в сумрак, но разглядеть так ничего и не могла. Она раздраженно хлопнула в ладоши, и сверху над ней появился белый, сияющий шар, слабо освещающий темноту.

– За свой грех я отвечу, не переживай, – холодно произнесла женщина.

Маленький шар висел в воздухе. Его слабое свечение падало вниз, смутно озаряя тень, стоящую слева от дома. Это была молодая женщина, с белоснежной кожей и длинными, черными волосами. Облаченная в черную мантию, она буквально растворялась во мраке ночи.

– И, долго ты будешь с ней возиться? – не меняя тон голоса, спросила тень.

– Пока не буду уверена, что она готова, – отведя взгляд в сторону, ответила женщина.

– Про свои обязанности ты забыла? – с легкой иронией спросила тень. – Эти двое уже с трудом справляются.

– Не наговаривай на моих дочерей, – немного раздраженно, ответила женщина. – Они прекрасно со всем справляются.

– Ну, что ж, – тень коротко рассмеялась. – Раз ты так уверена, не буду лезть.

– Морена! – женщина серьезно обратилась в тени. – Дай мне самой Анне обо всем рассказать. Не пугай ее больше.

– Я лезть не буду, – спокойно ответила тень. – Можешь сама обо всем ей рассказать. Но, каждый год, ровно перед ее днем рождения, я буду напоминать вам о пророчестве.

Женщина молча улыбнулась, сильнее натянув на плечи теплую шаль.

– Я благодарна тебе, – женщина кратко кивнула головой, выказывая свое уважение. – Спасибо!

– Рано меня за Анну благодарить, – невозмутимо ответила Морена.

– А, я не за нее говорю, – на лице женщины, появился печальный взгляд, скрываемый за вымученной улыбкой.

Ранее, бесстрастное лицо Морены, не выражающее никаких эмоций, зашевелилось. Поджав губы и поняв, о ком идет речь, Богиня кратко кивнула, в знак уважения и зарябив, растворилась в темноте.

Окинув тяжелым взглядом висящую в небе, убывающую луну, женщина молча побрела в дом.

Часть 34.

– Больно! – недовольный вопль, исходящий от Лады, заставил нас остановиться возле калитки, ведущей ко входу в трапезную.

Мы довольно быстро добрались до Низин, попутно сопроводив Михаила с Егором до дома. По дороге в деревню, мы с Димитрием ни о чем не говорили. Князь просто ехал рядом со мной, молча всматриваясь в спину едущему впереди Виктору. Несмотря на то, что я постаралась приложить максимум усилий, чтобы вылечить ребра князя, он то и дело придерживал себя за место ушиба, пока ехал в седле.

Сама деревня Низины выглядела на порядок больше моей Глуши или Ярово, в которую мы заезжали ранее по дороге в Ярикту. Было здесь и несколько пекарен, и овцефермы с прядильнями, и своя конюшня, и даже солеварня. На другом краю деревни, у самой границы с Гривчатым лесом, располагался домик лесника. Но, самое главное, здесь в Низинах активно процветало хлебное виноделие. Вокруг деревни было сосредоточено самое большое количество возделываемых полей, на которых выращивали ячмень.

По прибытии, Егор указал нам путь в сторону постоялого двора, а сам, с отцом, направился домой. И вот, почти дойдя до калитки, мы в очередной раз замедлились, слушая жалобное нытье Лады, у которой слегка распухла нога.

– Как ты умудрилась натереть ногу, если почти все время провела в седле? – с негодованием спросил Виктор, привязав свою лошадь к коновязи⁹. Сильно хромая на ногу, княжна оперлась руками на своих служанок и присела на лежащее у дороги бревно.

– Снимите, – заныла Лада, приказным тоном скомандовав служанкам разуть ее. – Как же больно.

– Ты ехать то дальше сможешь? – недовольно спросил Артур, засучив рукава и спрыгнул с лошади. Князь подошел к Димитрию и, придержав брата, помог ему спуститься вниз с его коня.

Краем глаза, я взглянула на вымученное лицо князя. Он обреченно прикрыл глаза, потерев пальцами переносицу. Стойкость и терпение Димитрия вызывали во мне колоссальное уважение к нему. Несмотря на те страдания, что он испытывал, князь ни разу не пожаловался ни на боль от мучающего его ушиба, ни на боль, что причинил ему его лучший друг.

– Не знаю, – страдальческий голос княжны выводил меня из себя. Лада, словно маленький ребенок, сидела на бревне и недовольно ныла, стараясь вызвать жалость к себе. – Но, идти я точно не могу.

– Пусть Анна тебя осмотрит, – Виктор стоял рядом с дружинниками, обсуждая детали нашего оставшегося пути.

Я вяло улыбнулась, подумав о том, насколько судьбы людей бывают непредсказуемы.

Но, улыбка мгновенно сползла с моего лица, когда я ощутила внутри себя неимоверный прилив силы. Это было похоже на неконтролируемое забвение. Внутри меня начал разгораться огонь, готовый спалить здесь все дотла. Мое лицо исказилось в довольной, уничижительной улыбке, отчего я даже заскрипела зубами.

– Я с удовольствием тебе помогу, милая, – усмехнувшись, низким голосом заявила я, посмотрев на Ладу.

Пройдя мимо Артура, я специально задела его плечом, отодвинув с дороги.

– Анна? – в недоумении Артур застыл на месте.

– Нет, я не хочу, чтобы ты прикасалась ко мне, – Лада замахала рукой, небрежным жестом показав мне, чтобы я ушла.

– Хочешь, чтобы тебя касались мужские руки? – опустившись перед княжной на колени, я напористо заглянула Ладе прямо в глаза, уловив хищным взглядом волнение княжны, а затем приблизилась и схватила девушку прямо за шею. – Давай, признайся мне. Я же вижу, чего ты на самом деле истинно желаешь.

Видя немой ступор княжны, я громко рассмеялась ей прямо в лицо.

– Анна? – недоумевающий Виктор хотел подбежать ко мне, но Димитрий остановил его, схватив за плечо. Князь окинул беглым взглядом Виктора, дав ему понять, что здесь происходит что-то странное.

– Что происходит? – Артур нервно улыбнулся. Подойдя ко мне, князь попытался коснуться моего плеча, но я не дала ему этого сделать, резко встав на ноги. Обернувшись, я окинула вызывающим взглядом всех мужчин, что стояли напротив меня.

Довольно улыбнувшись, я воззвала к своей силе, отчего мои глаза стали полностью белыми.

– Здесь что-то не так, – зарычал Димитрий, схватившись за рукоять меча. Мои глаза покрылись черной пеленой, а из внутренних уголков глаз, потекла темная, бордовая кровь.

– Анна, ты чего? – Артур испуганно попятился назад, но зацепившись за выступающий корень дерева, рухнул на землю. – Что, мать вашу, здесь происходит?

– Она ведет себя как одержимая, – Димитрий хотел вытащить меч из ножен, но сразу вернул оружие обратно.

– Да, но, кем? – Виктор вытащил из пня, что стоял рядом с кучей дров топор, и встал в боевую позицию, широко расставив ноги. Князь жестом показал дружинникам не приближаться, но продолжать оставаться начеку.

Выставив руку вперед, в моей ладони образовалось нечто, похожее на черную стрелу.

Замахнувшись, я кинула стрелу в Артура. Князь увернулся, подскочив на ноги и отбежал к Димитрию.

– Это уже совсем не смешно, – стоящий в боевой готовности Виктор, держал топор в руке, яростно следя за каждым моим движением. – Надо попытаться схватить ее.

– Если нападем, Анна может пострадать, – Димитрий, попятился назад, приблизившись к лошади Артура.

– А, продолжим стоять, то пострадать можем мы, – Артур скорчился, несколько раз погладив рукой ноющую, от удара об землю, спину.

Неспешно повернув голову, я обернулась, посмотрев на княжну и хищно улыбнулась. В моей ладони появилась новая, черная стрела, пульсация которой была в разы сильнее предыдущей.

Лада судорожно задергалась, перевалившись через бревно, на котором сидела. Лицо княжны источало сильный ужас. В какой-то момент, она даже перестала дышать, сильно сжавшись от страха.

– Димитрий, надо что-то делать, – не громко произнес Артур, когда брат поравнялся с ним. – Она ведь может ее убить!

– Пока она не видит, мы можем попытаться схватить ее и связать, – Дмитрий расправлял в руке веревку, которую достал из сумки Артура, привязанной к седлу. – А, после попытаемся понять, что с ней случилось. Виктор, ты с нами?

– Спрашиваешь, – уверенно ответил князь, откинув топор в сторону. – Надеюсь он и вправду не понадобится.

Остатки моего сознания боролись и сопротивлялись той силе, что пыталась меня поглотить. Я не хотела никому причинить вред. Закрыв глаза, мысленно, я изо всех сил стараясь подавить трясущее меня желание запустить в княжну стрелой.

В тот момент, когда я услышала шорох позади себя, и уже была готова атаковать, мою голову пронзила острая боль. Я схватилась за пульсирующие виски и упала на колени, уперевшись лбом в землю. Дрожащими пальцами, я впилась в свои волосы, истошно зарычав.

Я ощущала эту дикую пульсацию внутри себя. Желание разрушать, подавлять и подчинять людей высилось, разрушая последние остатки самоконтроля.

– ЛЕТАВИЦА, чтоб тебя! – истошно завопила я, вонзив пальцы в землю.

Сгорбленная, я валялась на земле, борясь с психической атакой одной из самых сильных ведьм, по сей день существующих.

– Анна! – Димитрий гневно закричал, бросившись ко мне, но Артур с Виктором его цепко схватили, скрутив по рукам.

– Вспомни меня! – зашипела я, уже порядком обессилив.

В этот момент, боль в моей голове стала утихать, а сознание начало проясняться. Я легла на траву, прикрыв сверху ладонью затекшие кровью глаза, чтобы солнечный свет не так сильно по ним бил.

– Рыжуля, – Димитрий наконец подбежал ко мне, держась рукой за ребро и рухнул передо мной на колени. – Ты цела?

– Жить буду. Ты, кажется, мне сегодня утром так же сказал, – мое сбившееся дыхание постепенно приходило в норму.

– Дуреха, нашла с чем сравнивать, – Димитрий положил ладонь мне на живот, нависнув сверху надо мной.

– Вопрос банальный, но что это, черт возьми, такое было? – Артур подошел ко мне, уперев одну руку в бок.

– Приглашение в гости, – я нервно посмеялась, убрав руку с глаз. Неспешно, я открыла глаза, щурясь от солнца. – Зеленые?

– Зеленые, – утвердительно ответил Димитрий, с успокоением выдохнув.

Подав мне руку, князь помог мне приподняться. Я оглянулась, видя, как Виктор успокаивал свою сестру, которая от страха не могла даже пошевелиться.

– Все закончилось, Лада, не переживай, – Виктор приобнял сестру за плечи, ласково погладив ее по голове.

– Лада, – встав, я осторожно подошла к княжне, стараясь ее не напугать. – С тобой все хорошо?

– Уйди, – заикаясь, промямлила Лада, вытаращив на меня слезящиеся глаза. – Ты нечисть!

Слова княжны меня расстроили, однако, в них была своя доля правды. Ведь я, действительно, отличалась от обычных людей тем, что обладала необычными способностями. Магия позволяла мне быстрее излечивать раны и болезни, видеть и слышать духов, общаться с силами стихий, а также уничтожать и убивать при необходимости. Если задуматься, разная нечисть тоже обладала такими способностями, которые и отличали их от людей. Поэтому, по сути, я имела нечто схожее с нечистью и, возможно, даже, в глазах княжны была, некоторое время назад на нее похожа.

– Не надо так говорить, Лада, – тихо сказала Виктор, аккуратно отпустив сестру.

– Она имеет на это право, – сказала я, принявшись вытирать кровь с лица. – Извини, что так сильно напугала тебя.

– Уйди, наконец, – Лада раздраженно отвернула от меня голову.

– Ты вызвалась поехать с нами прекрасно понимая, куда и для чего мы едем. Не знаю, покидала ли ты когда-нибудь столицу Ярикты, но я довольно много путешествовала, когда была ребенком, – я скрестила руки на груди, стараясь говорить как можно более спокойно, – А, еще, я много училась и хорошо знаю, как много разной нечисти бродит кругом. Не все из них, но большинство точно, представляют опасность для человека.

– Зачем ты мне это говоришь? – спросила Лада, посмотрев на меня исподлобья недовольным взглядом.

– Затем, чтобы ты поняла, что мое недавнее обращение в злого духа, это была атака сильной ведьмы. И, целью этой атаки должны были стать вы, – я вскинула вверх бровь, серьезно посмотрев на княжну, которая задумчиво нахмурилась от моих слов. – А, теперь, осознай, что каждая крупица Гривчатого леса кишит нечистью. Они будут преследовать нас вплоть до самого Мрада и постараются сделать все, чтобы как можно быстрее убить нас. Если ты и дальше хочешь продолжать с нами путь, тебе нужно научиться быть более расторопной и перестать капризничать. Здесь нянек нет!

Закончив тираду, я направилась в сторону калитки, которая вела в трапезную ведьмы. Довольный Артур, весело почесал затылок, одобрительно показав мне поднятый вверх большой палец.

– Думаю, на этом мы и закончим, – позади меня раздался бесстрастный голос Виктора, который подал Ладе руку, чтобы она могла встать с земли. – Едь-ка ты лучше домой.

– Ты с ума сошел? – удивленно завопила княжна, одернув подол платья.

– Вполне здраво мыслю, – Виктор подозвал к себе начальника дружины, – Признаться честно, я не думал, что дорога до Мрада станет для нас целым испытанием. Из-за ноги идти ты не можешь, а дальше нас ждет еще больше опасностей. Так что, ты едешь домой.

– Но, Виктор… – Лада попыталась шагнуть, но захромала, почувствовав боль в ноге.

– Дружина тебя сопроводит, – Виктор приказным тоном осек препирания сестры. – Забирай своих помощниц и возвращайтесь в Ярикту. Никому из нас, лишние проблемы не нужны.

– Отсылаешь дружину обратно в столицу? – несколько растерянно, спросил Артур.

– Боишься, что сами не справимся? – иронично усмехнулся Виктор, подмигнув Артуру и подняв с земли валяющийся топор, воткнул его обратно в пень. – Мы и так много времени потеряли. Надо избавляться от ноши, которая нас тормозит.

На последней фразе, Виктор окинул меня беглым, холодным взглядом и проследовал вперед к трапезной.

– Ты ведь сам позвал Ладу поехать с нами, – Димитрий недоверчиво бросил в спину Виктора.

– Больше не вижу в этом смысла, – не оборачиваясь, ответил Виктор, приоткрыв калитку. – Ну, идете? Нет?

Артур поспешил за Виктором, нагнав его у входа.

– Что с лицом? – тихо спросила я, когда Димитрий подошёл ко мне. – Подозреваешь что-то?

– Нет, просто… – Димитрий осекся, взглянув на собирающихся в дорогу дружинников, – Забудь. Просто показалось.

– Идешь? – я показала головой в сторону входа, и Димитрий молча кивнул в знак согласия. Когда мы прошли сквозь калитку, князь вновь обернулся, внимательно всматриваясь в спины удаляющейся в сторону Ярикты группы дружинников, сопровождающих княжну.

Мы вошли в постоялый двор. Большое светлое помещение, было разделено на разливную, где стояли большие, дубовые бочки, наполненные хлебным вином и саму трапезную, в которой расположились несколько деревянных, круглых столов. Вечерами, за этими самыми столами, собирались местные мужики, чтобы весело провести время за кружкой хлебного, пьянящего напитка и поиграть в карты.

У стены стояла прямая, деревянная лестница, ведущая на второй этаж, где располагались гостевые комнаты.

– А, вот и нежданные гости пожаловали, – за самым дальним столиком сидела молодая женщина. Когда мы подошли ближе, она довольно улыбнулась и выкинула вперед на стол игральную карту с изображением на ней семерки бубен, означающую скорый визит гостей.

Ее волнистые, черные волосы, подвязанные на голове красной лентой, длинными прядями спускались вниз, легонько прикрывая глубокий вырез на груди. Пухлые, алые губы, точеное лицо и ненасытный взгляд карих глаз, делали из этой женщины самую настоящую красавицу. На руках у нее были надеты золотые, круглые браслеты, на шее висел кулон с крупным, красным камнем, а в ушах красовались большие, круглые серьги.

– Летавица, – я окинула женщину изучающим взглядом, пытаясь понять, какие изменения в ней произошли с нашей последней встречи, но так ничего и не смогла разглядеть.

– Еще жива, Анна? – самодовольно усмехнулась женщина, тасуя в руках колоду карт.

– Твоими молитвами, дорогая, – напыщенно ответила я, отодвинув стул и присев за стол напротив женщины.

– Так, я не молилась, – оголив зубы, улыбнулась Летавица.

– Поэтому, и жива, – я довольно улыбнулась, нагло посмотрев на женщину.

– Вы явно в «хороших» отношениях, – с иронией в голосе, проговорил Виктор и, последовав моему примеру, тоже присел за стол.

– Еще и наследников двух стран сюда притащила, – Летавица умело тасовала карты, которые в ее руках буквально перепрыгивали между собой.

– Вам известно кто мы? – Димитрий сел рядом со мной, сняв перчатки и положил их себе на ногу.

– Милый, князь, мне известно практически все, – женщина швырнула вперед три карты с изображением трех вальтов – крестового, бубнового и червонного.

– А, кто есть кто? – Артур с любопытством рассматривал карты, пальцем показывая на них, притянув к себе удивленные взгляды.

– Зачем вы напали на Анну? – с серьезным видом, спросил Виктор. – Она могла убить мою сестру.

– Женщинам путь в мои двери закрыт, – Летавица отложила колоду и, подперев рукой подбородок, с интересом рассматривала князя. – Я их ненавижу и любую, кто осмелиться приблизиться к моему дому, уничтожу.

– Но, вы и на Анну напали, – спокойно сказал Димитрий, слегка поерзав на стуле, чтобы поудобнее сесть из-за ноющего бока.

– От меня что надо? – проигнорировав вопрос князя, Летавица надула губы и с недовольством посмотрела на меня.

– Сопроводи нас через Гривчатый лес, – уверенно попросила я, чуть подавшись вперед, чтобы приблизиться к Летавице.

– Исключено, – женщина тут же откинулась на стуле, оперевшись спиной о его спинку и с высокомерным видом, скрестила руки на груди. – Отказываюсь!

– Почему? – нахмурившись спросил Димитрий. – Если вопрос денег…

– Мне не нужны твои деньги, милый князь, – Летавица окинула Димитрия ласковым, волнующим взглядом, чуть наклонив голову вбок. – Я беру плату другим способом.

– Хотя бы, укажи нам правильную дорогу, – не выдержав, резко бросила я, положив обе ладони на стол.

– С чего тебе вздумалось лезть в Гривчатый лес? – Летавица перевела на меня бесстрастный взгляд, приподняв одну бровь. – Неужто собралась рукопись достать из Мрада?

– И, ты знала, что она существует? – с обидой в голосе, спросила я. – Почему мне не сказала?

– Я дала слово твоей матери молчать, – Летавица ненадолго опустила взгляд вниз.

– Замечательно, – я раздраженно развела руками, а затем, недовольно уперла ими в бока. – Моя мать даже здесь отличилась.

– Язык за зубами, надо держать крепче, – заносчиво кинула мне Летавица, пронзив меня возмущенным взглядом.

Димитрий повернул ко мне голову. Мое тело сейчас было очень напряжено. Неосознанно, я сжала руки в кулаки так, как всегда, делала, когда мне было не по себе.

– Что вы хотите за содействие и помощь? – Димитрий сохранял самообладание. Князь положил руки на стол, крестив их в замок.

– С чего ты взял, что я стану вам помогать? – Летавица откровенно насмехалась. – Рукопись из Мрада достать невозможно, смиритесь уже с этим и езжайте домой.

– Хотя бы расскажи! – гневно прошипела я, сквозь зубы. – Я имею право знать это.

– Хочешь лишиться жизни раньше положенного срока? – Летавица встала из-за стола, направившись в сторону разливной и не оборачиваясь, кинула мне со спины. – За тобой и так уже смерть стоит.

От услышанного, я широко распахнула глаза и затаила дыхание. Опустив голову вниз к груди, я шумно выдохнула, прикрыв глаза, чтобы успокоить разбушевавшееся от волнения сердце.

– О чем она говорит? – Виктор в недоумении обратился ко мне, но ответа на его вопрос не последовало.

Летавица вернулась к столу. Она взмахнула рукой, и на столе появились пять деревянных кружек, доверху наполненных хлебным вином.

– Раз уж планы на сегодняшний вечер вы мне испортили, то, так и быть, давайте поговорим, – женщина присела за стол.

От неожиданности, я подняла голову, внимательно посмотрев на Летавицу.

– Итак, как нам достать рукопись из проклятого озера? – Димитрий отодвинул свою кружку в сторону, даже не сделав ни единого глотка.

– Никак, я уже говорила, – Летавица пригубила пару глотков напитка.

– Вот и поговорили, – Виктор крутил в руках свою кружку, пока не решаясь отпить из нее.

– Хранитель озера приходит только на запах смерти, – Летавица демонстративно облизнула языком свои пухлые губы, отчего князья неловко смутились. – В момент, когда душа начинает покидать тело, Радимир появляется, чтобы забрать эту душу к себе. Иного способа вызвать хранителя нет. Не думаю, что кто-то из вас готов так легко расстаться с жизнью. Кое-кто, наоборот, жаждет ее сохранить.

Летавица посмотрела на меня довольным взглядом, несколько раз быстро дернув бровями.

– Неужели никто так и не смог достать эту рукопись? – Артур уже успел осушить всю свою кружку до самого дна, а затем, взялся за кружку брата. По голосу князя можно было понять, что он начал хмелеть.

– Я знаю только одну ведьму, которой это удалось, – Летавица провела кончиком пальца по ободку своей кружки, а затем подняла на меня тяжелый, холодный взгляд. – Только, Аглая заплатила за это своей жизнью.

Я опустила глаза, начав судорожно перебирать в голове все, что недавно узнала про свою мать.

– Получается, мы зря такой путь проделали? – Виктор усмехнулся, глядя на довольного Артура. Решившись, князь сделал глоток из своей кружки, отметив, насколько напиток был вкусный.

– Если я не ошибаюсь, ты можешь быстро излечить любую рану, не так ли? – мысли в моей голове хаотично бегали, пытаясь придумать вариант решения.

– Ты что удумала? – с недоверием, спросила Летавица.

– Я стану этой мишенью! – уверенно ответила я, – Постараюсь, чтобы рана не была сильно большой. В момент, когда Радимир появится, ты исцелишь меня и, я заберу рукопись.

– Ты не станешь так рисковать, – резко отсек Димитрий, – Нужно придумать иной способ.

– Это и вправду сильно рискованно, – поддержал князя Виктор, который пытался удержать, пошатывающегося на стуле Артура.

– Че то, план… не очень… – запинаясь, пробубнил Артур, порядком опьянев, когда Виктор, рывком, вернул его обратно на место.

– Здесь нечего думать, – твердым голосом, возразила я, – Будем действовать так, как я сказала.

– Нет! – решительно отсек Димитрий, хлопнув по столу.

– Да! – грозно крикнула, хлопнув по столу в ответ.

– Ты упускаешь одну деталь, – чарующий голос Летавицы, вмешался в наш с князем спор, – Я не согласна.

– Тебе придется согласиться, – встав из-за стола, я задрала кверху рубашку, оголив живот, который был рассечён продольным шрамом вдоль пупка. Как только я провела пальцем по багряной полосе, шрам засиял белым светом. – Ты должна мне жизнь, так что выбора у тебя нет.

В это же мгновение, Летавица схватилась за сердце, закряхтев от боли.

– Да чтоб тебя, Анна, – женщина закашлялась. – Хорошо, я помогу, но Низины покидать не стану.

Быстро оклемавшись, Летавица поднялась и направилась к шкафу, что стоял у стены прямо возле нас.

Опустив рубашку, я вернулась на свое место за столом. Злая и раздраженная, я отпила вина, поймав на себе недовольный взгляд Димитрия.

– Приготовлю для тебя отвар, – Летавица копошилась в полках шкафа, пытаясь найти нужные ей ингредиенты. – Он мигом залечит любую рану. Но, приняв его, ты ослабеешь и лишишься возможности использовать свои магические силы на несколько дней.

– Хорошо, – глядя просто перед собой, ответила я, зажав в руке кружку с вином.

– Для отвара я буду использовать Чистые воды, а работать с ними можно только на утренней заре, – Летавица, собрав в охапку несколько банок, направилась с ними к разливной. – Так что, готов он будет только завтра.

– Снова время потеряем, – Виктор вымученно скривился, глядя на пьяного Артура.

– Мы можем остаться у тебя на ночь? – обратилась я к Летавице, встав из-за стола и подойдя к ней. – Нам все равно нужно где-то заночевать до утра.

– В принципе, остаться здесь вы можете. Но, какова будет плата? – Летавица подмигнула, посмотрев на меня. Я понимала, что эта ведьма имеет в виду.

– Сколько вы хотите за ночлег? – поинтересовался Димитрий, окинув пьяного брата негодующим взглядом.

– Милый мой, меня интересуют услуги другого рода, – улыбнувшись, Летавица провела большим пальцем по своей нижней губе, легонько прикусив ее.

– Кажется, теперь я понял, – пьяным голосом, громогласно заорал Артур, подняв вверх свою кружку.

– Дошло наконец, – я тяжело выдохнула, устало потерев переносицу. – Давай договоримся, Лета. Я дам тебе свою кровь, а ты никого из них не будешь трогать.

– Ты готова дать своей крови? – воодушевилась Летавица, поставив на стол круглую, глиняную миску. – Что ж, это даже больше, чем я ожидала. Пожалуй, я соглашусь с твоим предложением. Можете оставаться здесь. Комнаты для всех наверху я сейчас подготовлю.

Летавица, приподняв подол своей длинной юбки, поднялась вверх по лестнице, скрывшись на втором этаже.

– Она что, спит с мужчинами? – громким голосом спросил Артур, когда я подошла к столу.

– Артур, говори тише, – одернул брата Димитрий, с ухмылкой на лице покачав головой.

– Как таковые, сами мужчины, ей не нужны, – я облокотилась о спинку стула, положив на нее руки. – Она вступает с ними в интимную связь, чтобы собирать их материалы, такие как кровь и сперма. В основном, только второе.

– Боги, какая мерзость. Для чего? – Виктор закашлялся, скривившись от услышанного.

– С помощью этих материалов, ведьмы обычно подчиняет волю и разум мужчин, а потом использует их так, как им захочется, – я пожала плечами, как будто это было привычным делом для ведьм. – Так Лета и поступает. Когда же, мужчины ей надоедают, Летавица просто избавляется от них.

– В смысле… отпускает? – уточнил Виктор, напрягшись.

– Да, на тот свет, – я закатила глаза. – Она топит их во Мраде.

Дверь в трапезную со скрипом отворилась, привлекая наше внимание. Весело гогоча, в помещение вошло несколько мужчин. У одного из них, в руке, я заметила домру, у другого на шее висела окарина, а третий и вовсе, притащил с собой гусачок. Все мужчины были довольно просто одеты, в обычные, рабочие рубашки, да штаны, полные латок. Не обратив на нас ни малейшего внимания, они уселись, заняв без малого сразу три столика в трапезной.

– Как ты вообще с ней познакомилась? – Димитрий внимательно на меня посмотрел.

– Впервые, мы встретились с ней несколько лет назад в моей родной Глуши, – я выпрямилась, уткнув руки в бока. – Меня попросили о помощи местные женщины, когда их мужья внезапно начали пропадать один за другим. Как выяснилось, все они стали жертвами обольщения Летавицы. Она известна тем, что может завладевать телом и разумом, доводя человека до безумия. Когда мы с ней сошлись на поле брани, она смогла завладеть и моим разумом тоже. Избавиться от нее было не так-то просто. Мне пришлось перекрыть ее воздействие на меня сильными эмоциями.

– Твой шрам на животе? – напряженный взгляд Димитрия внимательно за мной наблюдал.

– Ага, – утвердительно кивнула я. – Сильная боль позволила разуму переключится.

– Можно же было просто руку порезать, – Виктор вновь ухватил за рубаху, шатающегося Артура, чтобы тот не рухнул на пол.

– Этого было бы мало, чтобы перекрыть действие Летавицы на разум, – я зажмурилась, когда Артур все-таки с грохотом рухнул вниз. – Она действительно сильная ведьма.

Виктор хлопнул себя ладонью по лбу. Князь повернулся на стуле, посмотрев на друга, который сразу захрапел.

– Поэтому, ты вспорола себе живот? – Димитрий недовольно выдохнул, взглянув на брата, а затем перевел взгляд на меня.

– Да, – уверенно заявила я. – И сделаю это снова!

– Мне не нравится, как ты играешь со смертью, Рыжуля, – Димитрий нервно постучал пальцем по столу. – Ты же понимаешь, что это может плохо кончиться?

– Не переживай, пока не умру, – усмехнулась я, видя, как Виктор с Димитрием пытались взять под руки пьяного Артура, чтобы отнести его наверх. – Когда я впервые сразилась с Летавицей, у меня получилось ее победить. Оставалось лишь убить эту ведьму. Однако, в конечном счете, я сохранила ей жизнь, но, взамен, я посадила ее на договор, по условиям которого, Летавица должна мне жизнь. Ведьма покинула Глушь и, с тех пор, мы стали довольно неплохо общаться. Многими своими знаниями, я обязана ей.

– Надеюсь, ты хорошо понимаешь, что делаешь, – Димитрий с Виктором подхватили Артура и потащили его вверх по лестнице. Вслед князьям раздался одобрительный гогот собравшихся в трапезной мужчин.

– Всесильные духи, – рассмеялась Летавица, когда на лестнице столкнулась с князьями. – Сколько этот парень выпил?

– Три кружки, – кряхтя, ответил Виктор, поднимая Артура наверх.

– Мда, – Летавица спустилась, пройдя мимо меня к разливной и громко засмеялась. – Мелковат нынче парнишка пошел. Надеюсь, он не во всем такой слабый, а то его женщине, явно, не повезет.

Я с любопытством наблюдала, как Летавица уверенно суетилась, разливая по кружкам хлебное вино. Она разнесла напитки по столам, а затем вернулась, чтобы достать из погреба закусок в виде солений. Мое предложение помочь, Летавица охотно поддержала.

Спустя некоторое время, прибыло еще несколько мужчин. Постепенно, все столы в трапезной были заняты. Еще недавно, это было тихое и пустое место, а сейчас все пространство заполняли радостные вопли веселящихся мужчин. Одни играли в карты, другие в тавлеи, переставляя фигуры на доске, третьи просто оживленно о чем-то спорили. Мужчины, принесшие инструменты, играли веселую, танцевальную музыку, подначивая собравшуюся толпу.

Уложив Артура, князья спустились вниз и сразу же попали в замес компании веселящихся мужчин, которые боролись на руках.

– Все еще хранишь себя? – рассмеялась Летавица, игриво прикрыв рот ладонью. Убедившись, что у всех присутствующих достаточно выпивки и закусок, мы с Летой спокойно сидели за разливным стол и отдыхали.

– Что за непристойный вопрос, – я выпила почти добрую половину своей кружки, почувствовав, как начинаю хмелеть.

– Да ладно тебе. Сколько мы знакомы? Пять лет? Десять? – женщина, сидящая напротив меня, улыбнулась.

– Мне сейчас не до этих глупостей, – я чувствовала, как мои щеки начинают полыхать от выпитого количества спиртного.

– Да уж, пророчество Морены штука серьезная, с ним не поиграешься, – Летавица обреченно фыркнула, показав пальцем позади себя. – Тот мужчина, что вьется все время рядом с тобой, очень привлекательный. У него такие красивые крепкие руки.

Женщина указала на Димитрия, который в данный момент боролся с каким-то мужиком на руках. Толпа, что стояла рядом, весело выкрикивала их имена, стараясь поддержать участников.

– Не уж то глаз на него положила? – я вскинула бровь, настороженно посмотрев на Летавицу.

– А, ты что, ревнуешь? – женщина посмеялась, уперев руку в стол и положила на нее свою щеку. – Не стоит, мне он без надобности. Хотя, я никак не пойму, почему ты до сих пор не отдалась этому привлекательному князю. Один взгляд на него вызывает жар даже в моем теле, а он ведь сходит с ума по тебе.

– Лета! – я хотела возразить, но тут же опомнилась. – Погоди, ты думаешь, я действительно ему нравлюсь? Хотя… ты, как всегда, все знаешь.

– Именно, – Летавица состроила довольную гримасу на лице. – А еще я чувствую запах возбуждения, исходящий от тебя, когда ты рядом с этим мужчиной.

От услышанного, я смутилась. Хотя, наверное, мое смущение было вызвано ни столько произнесенными Летавицей словами, а сколько осознанием того, что все сказанное ей, было правдой.

– Я не могу знать наверняка, буду я жить или нет. Если я не смогу разрушить пророчество, то умру. Зачем тогда все это начинать? – печально прикрыв глаза, я сделала еще несколько глотков вина.

– Давно ты стала такой скучной? – Лета махнула рукой. – Лучше бери пример с меня. Я живу одним днем, здесь и сейчас.

– Конечно, ты и живешь гораздо дольше любого человека, – усмехнулась я, поставив кружку на стол. – Сколько уже, лет триста?

– Вообще то, уже триста пятьдесят, но это не важно. Если я хочу мужчину, я беру его себе. Если я хочу вещь, она безоговорочно становится моей, – самоуверенно заявила Летавица, поправив копну своих пышных волос.

– Ты не меняешься, – язвительно ответила я, посмотрев на женщину.

– Ты же меня знаешь, – весело засмеялась Летавица. – Я люблю мужчин, и люблю, когда мужчины любят меня. Жить одной очень скучно. Поэтому, я пытаюсь проявить разнообразие. Сейчас, например, я хочу его.

Летавица указала пальцем на Виктора. Князь весело вышвыривал на стол карты, объявив о своей победе.

– Нет! – твердо заявила я. – Его ты не тронешь.

– Что, он тебе тоже нравится? – от слов Летавицы, я недовольно поджала губы. – Не надо так напрягаться. Я всего лишь пошутила. Просто позволь мне немного с ним позабавиться. Обещаю, он не пожалеет.

– Я знаю, что ты потом делаешь с теми, кто тебе надоел, – бубнила я, мотая головой.

– Поэтому у меня и нет мороки с бывшими, – Летавица самодовольно усмехнулась.

– И с будущими, как я погляжу тоже, – я окинула взглядом пьяного Виктора, иронично ухмыльнувшись.

– Да, твой язык, все такой же острый. Даже присутствие смерти его не меняет, – глаза Летавицы сузились, когда она посмотрела на меня.

– Думаешь, у меня получится изменить пророчество? – вполне серьезно, спросила я. В моем голосе отчетливо был слышен страх.

– Не знаю, чего хочешь добиться ты, Анна, но твоя мать уже давно все решила, – Летавица встала из-за стола, намереваясь уйти.

– Не поняла, – встрепенулась я, выжидательно всматриваясь в каждое движение женщины.

– Сильно не напевайся, – Летавица сделала один глоток из своей кружки, и громко хлопнув ею по столу, удалилась в сторону мужчин. – Завтра тебе еще путь до Мрада предстоит.

Летавица ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. Я тяжело прикрыла глаза, задумавшись о смысле своей жизни. Что я видела? Чего достигла? Если через несколько недель мне суждено умереть, стоит ли сожалеть о прожитых днях? Удалось ли мне сделать хоть что-то, чем я могла бы гордиться?

Незаметно для себя, я почти осушила кружку с вином. В глазах начало плыть, отчего я стала сильно их тереть.

– Рыжуля, может тебе уже хватит? – Димитрий выхватил у меня кружку, поставив ее на стол подальше от меня. Словно в тумане, я разглядела, как князь спешно запихнул лист, на котором все время что-то писал, в карман.

– Я свою меру знаю, – опьяненная, я потянулась рукой к кружке с вином, пытаясь коснуться ее пальцами.

– Конечно, знаешь, – недовольно хмыкнул князь, еще чуть дальше отодвинув напиток. – Я ни капли в этом и не сомневался.

– Отдай, это мое, – я привстала, пытаясь дотянуться до напитка.

– Ты пьяна, – обхватив за плечи, князь усадил меня обратно на стул.

– Вовсе нет, – я злобно нахмурилась, отвернув голову. – Я прекрасно понимаю, что происходит.

На самом деле, я была настолько пьяной, что путалась в собственных мыслях. Я уже перестала понимать суть происходящего, а из-за достаточно сильного головокружения, точно не смогла бы стоять на ногах.

– Тебе нужно лечь, – Димитрий встал позади меня, слегка наклонившись ко мне.

– Черта с два, ты меня не уложишь, – я действительно показала князю фигу, вытянув руку прямо ему в лицо. – Иди вон, продолжай со своей невестой целоваться, где она кстати?

– Чего вдруг ты об этом вспомнила? – глядя на мое раскрасневшееся, пьяное лицо, Димитрий не смог сдержать улыбку.

– Все мужчины такие, – я уперлась ладонью в лицо князя, и отодвинула его от себя. – Вас всех нужно просто использовать по назначению.

– По какому еще назначению? – Димитрий, перехватив мою руку, больше не мог сдерживать смех.

– По прямому, – заплетающимся языком, уверенно ответила я, даже вскинув указательный палец вверх.

– А, ну раз по прямому, – Димитрий распрямился, встав на ноги и подхватил меня на руки. – Тогда пойдем.

Князь понес меня на верх, ловко взобравшись по лестнице. Где-то в далеке, краем глаза я уловила, что Виктор исчез из трапезной. Летавицы тоже нигде не было видно. Да и вообще, за столиками осталось мало людей.

– Поспи, – Димитрий занес меня в одну из комнат и уложил на кровать.

Как князь принес меня наверх, я не помнила. Как вошел в комнату, тоже не поняла. Лишь ощутила прикосновение спины к мягкой перине.

– Димитрий, – не дав князю отстраниться, я схватила его за ворот рубашки. – Я хотела сказать…

Чтобы не завалиться на меня, князь уперся руками по обе стороны от моего лица.

– Тебе не хорошо? – Димитрий всячески старался сохранить самообладание, но его удивленные глаза, говорили лучше всяких слов.

– Она сказала, что я должна отдаться тебе, – на одном дыхании произнесла я, притянув князя еще чуть ближе к своему лицу.

Опьяненная вином, я уже была готова сама поцеловать Димитрия, притягивая его все ближе и ближе, но в самый последний момент, почувствовала сопротивление со стороны князя.

– Ты сама-то этого хочешь? – серьезно спросил князь, глядя мне в глаза.

Я ничего не ответила. Мое сбившееся дыхание и затуманенные, полуприкрытые глаза решили все за меня. Резко дернув князя за рубашку, я притянула его к себе, крепко впившись в него поцелуем. Мой язык первым соприкоснулся с языком Димитрия, приятно скользнув по нему. И, вот, я уже чувствовала, как князь уверенно целует меня, жадно сминая мои губы.

– Анна… – Димитрий отпрянул, но я, не раздумывая, поднялась на локтях, чтобы снова прикоснуться к его губам. Однако, князь успел задрать вверх голову и мои губы прошли мимо. – Остановись, ты пьяна. Не самое лучше время для первого раза.

– А что, если оно может вообще не наступить? – удобнее сев, я уперлась лбом в мужскую грудь. Димитрий глубоко дышал, однако, его дыхание оставалось ровным.

– Впервые, я не знаю, что сказать и как мне поступить, – Димитрий печально усмехнулся. – Ты первая, кому удалось загнать меня в угол.

– Так скажи правду, – заплетающимся языком, сказала я, когда князь осторожно опустил меня, уложив на подушку.

– Правда в том, Рыжуля, – Димитрий наклонился и мягко поцеловал меня в лоб, а затем уткнулся в него своим лбом, – что, как бы сильно я тебя сейчас не хотел, будет правильно, если мы сделаем это не под гнетом обстоятельств, а по велению сердца. Я знаю, что все будет хорошо и у нас получится справится с твоим пророчеством. А, сейчас, тебе нужно поспать.

– Тогда, можешь сегодня лечь рядом? – я поймала отдаляющегося князя за рукав.

– Хорошо, – Димитрий поднес мою руку к губам и поцеловал ее, но затем все равно встал и направился к выходу. – Засыпай. Я скоро вернусь, нужно перед сном сходить подышать воздухом.

– Зачем? – спросила я, посмотрев на князя наивным взглядом.

– Чтобы мы оба могли спокойно спать, – Димитрий издал тяжкий вздох.

Князь удалился, захлопнув за собой дверь, а я прикрыла глаза и моментально уснула без единой мысли в голове.

Часть 35.

20 лет назад.

– Горд, – закричала влетевшая в Большой тронный зал Аглая, замерев от увиденного.

Прямо в центре зала, на коленях стоял человек, как две капли похожий на ее возлюбленного. Связанные руки и рассеченная губа. Горд держал этого мужчину за волосы, приставив нож к его горлу. Рядом, валялась смятая корона, раздавленная ногой.

– Вся Ярикта охвачена огнем, – недовольно крикнул старик, стоя рядом с ошарашенной девушкой.

– Пусть полыхает, я построю здесь новую столицу, – самодовольно усмехнулся Горд, напряженно посмотрев на замершую Аглаю.

Девушка стояла, не сводя глаз со стоящего на коленях пленника.

– Ты сошел с ума! – выпалил старик, недовольно скривившись.

– Пусть так, – холодно бросил Горд. – Вы нашли рукопись?

При упоминании о рукописи, Аглая подняла на Горда ошарашенные глаза. Видя, что девушка приоткрыла рот, намереваясь что-то сказать, Хрюч вышел чуть вперед, незаметно толкнув девушку в бок.

– Да, – резко ответил Хрюч, соврав. – Она сейчас в царской библиотеке.

– Решил ее перепрятать, братец? – Горд сильно потрепал стоящего на коленях мужчину, намеренно причиняя ему боль.

– Б-братец? – заикаясь, прошептала Аглая, все еще не придя в себя.

– Дорогая, позволь тебе представить моего единокровного брата, – уверенно заявил Горд, мельком посмотрев на Аглаю. – Этот человек обманул меня и отнял мой трон.

– Я никогда бы так с тобой не поступил, – Царь Ярикты захрипел, едва подняв глаза на брата. – Ты же знаешь, это было решение нашего отца.

– После того, как ты настроил его против меня, – Горд гневно зашипел, сильнее надавив лезвием брату на горло, отчего из пореза потекла кровь.

– Никогда такого не было, – Царь Ярикты сморщился от боли, прикрыв один глаз. – Я всегда считал тебя братом и всегда любил.

– Поэтому, ты отослал меня прочь из столицы на границу со Стриждой, дорогой брат? Из большой любви? – Горд со злостью оттолкнул голову брата, немного отойдя от него.

– Я доверял тебе, как самому себе, – стоящий на коленях мужчина, тяжело сглотнул, схватившись за шею. – Поэтому, поручил самое важное. Я лишь хотел, чтобы ты оберегал нашу родную Ярикту от опасности, которая еще могла исходить от Стрижды.

– Ты хотел? – переспросил Горд, с иронией посмотрев на брата. – А, чего я хотел, ты не подумал узнать?

– Подумал, только было уже слишком поздно, – с досадой в голосе, ответил Царь Ярикты. – Ты учинил бунт в войсках, переманил часть армии на свою сторону и настроил солдат против меня. Признаться, я ждал, когда этот день настанет, и ты придешь за мной.

– Вот ты его и дождался, – Горд отдал приказ Гедимину.

Его помощник подошел к пребывающей в растерянности Аглае, и сорвал сумку с ее пояса. Девушка встрепенулась, но поздно спохватилась. Гедимин уже передал сумку Горду.

– Хочу попросить тебя, – надрывно отозвался Царь Ярикты, обратившись к своему брату. – Мой сын. Не убивай его.

Горд ничего не ответил, уставившись пустыми глазами в пол. Тяжело выдохнув, мужчина достал из сумки сосуд с черной жидкостью. Откупорив крышку, Горд занес колбу над головой своего брата.

– Не делай этого! – внезапно завопила Аглая, призвав силу. Глаза девушки побелели, а в ее руках вспыхнул белый свет.

Стоящие рядом дружинники, схватились за мечи.

– Убери это, Аглая, – холодно бросил Горд, дав команду солдатам не трогать девушку.

– Мерзавец, ты мне врал? – разгневанно закричала девушка, стараясь увеличить свет в руках, но у нее ничего не получалось.

– Да, но не про все, – в голосе Горда сквозило напряжение. – Про то, что я к тебе чувствую, я не лгал.

– Кто ты, черт возьми, такой? – выпалила Аглая, ненавистно уставившись на мужчину.

– Мое настоящее имя Ивар, – спокойно ответил мужчина, всматриваясь в женское лицо. – Я брат настоящего Горда, Царя Ярикты, который отобрал у меня законную власть.

– Получается… – негромко произнесла Аглая, вяло шевеля губами. – Настоящий Горд… это…

Видя, что девушка пребывает в растерянности, Ивар кивком головы приказал солдатам схватить ее. Двое дружинников, не мешкая, вцепились в Аглаю, крепко скрутив ее за руки.

Не обращая внимание на препирания и крики Аглаи, Ивар спешно занес руку над головой Горда и вылил черную жидкость ему на голову.

– Нееет! – изо всех сил закричала Аглая, пытаясь вырваться.

Царь Ярикты истошно завопил, когда его тело начало покрываться сочащимися, глубокими язвами, из которых потекла кровь. Его кожа начала буквально разрываться на куски. За несколько минут, молодой и крепкий мужчина превратился в худощавого старика, который практически гнил за живо. Его густые, черные волосы поседели, а лицо ссохлось. Упругие щеки впали, скулы вдавились во внутрь, а глаза помутнели, полностью покрывшись серой пеленой. Кожа на руках высохла, обтянув все кости, которые теперь выпирали будто у мертвеца. Изо рта пошла густая пена, когда он начал биться в конвульсиях лежа на земле.

– Полюбуйся! Вот он настоящий Горд, от которого больше ничего не осталось, – с наслаждением воскликнул Ивар, переведя взгляд на осевшую на пол Аглаю. – В темницу ее!

– Ивар, – Хрюч встрепенулся, видя, как солдаты утаскивают девушку прочь, но мужчина его тут же перебил, не дав договорить.

– Принеси мне рукопись, старик, – решительно заявил Ивар, схватив Хрюча за шиворот. – И, помни, о чем мы договаривались.

Часть 36.

Я проснулась, ощутив под ладонью тепло. Медленно распахнув глаза, я увидела, что моя рука лежит сверху на мужской груди. Чуть повернув голову, я вздрогнула, поняв, что не только рука, а половина моего тела прижимается к мужчине.

Встрепенувшись, я попыталась отпрянуть, но чья-то рука крепко держала меня за талию, сильнее прижав к себе.

– Еще даже солнце не до конца взошло, – сквозь сон промямлил Димитрий, лежа на спине в обнимку со мной.

– Мне нужно… – я еще раз попыталась отстраниться, но князь лишь крепче сжал меня за талию и, в добавок, схватил за руку, что лежала на нем.

– Ты меня в могилу загонишь, – пробубнил Димитрий, не открывая глаз.

– Там я как раз окажусь раньше тебя, – с пробирающей до дрожи иронией, сказала я, уперевшись щекой в грудь князя.

Димитрий распахнул сонные глаза и медленно повернув голову, посмотрел на меня тяжелым взглядом.

– Оторвать бы тебе язык, да он мне еще пригодится, – князь вновь прикрыл глаза, пытаясь еще немного подремать.

– Димитрий, скажи, – я сделала паузу, прежде чем спросить то, что меня сейчас волновало. – Мы с тобой вчера…

– А, говорила, что не пьяная и понимаешь, что происходит, – Димитрий перебил меня. Краешек его губ расплылся в легкой улыбке.

– Тогда мы с тобой… – я занервничала, потому как, о событиях вчерашнего вечера ничего практически не помнила.

– Угомонись уже и спи, – князь обхватил меня за затылок и прижал к своей груди. – Не хочу об этом вспоминать.

– Все было настолько плохо? – я запаниковала еще сильнее, подняв на князя вымученный взгляд.

– Конечно, – обреченным тоном ответил князь, со сквозящим в голосе, легким расстройством. – С учетом того, что ничего не было.

– Хорошо, – удовлетворённо выдохнула я, натянув на лицо улыбку облегчения.

– Рад, что в данной ситуации хоть кому-то из нас хорошо, – иронично отметил князь, сверху закрыв рукой свои глаза.

– Я не об этом, – смутившись, негромко проговорила я. – Просто мои воспоминания обрываются на моменте, когда мы с тобой поцеловались. Больше я ничего не помню.

– Потому что, ты уснула, – спокойно ответил князь. – Сказала, что очень устала, легла в кровать и тут же отключилась.

– Правда? – переспросила я, приподнявшись.

– Что за недоверчивый взгляд? – князь выглянул из-под накрывающей его глаза руки, с хитрой улыбкой на лице, посмотрев на меня. – Впрочем, если хочешь, мы можем прямо сейчас это перепроверить.

Рука князя сползла с моей талии чуть ниже, опустившись на мое бедро.

– Пожалуй, поверю тебе на слово, – съежившись от смущения, я вернула руку князя обратно на талию, отчего Димитрий громко и искренне рассмеялся.

Я опустилась, уткнувшись щекой в грудь князя и ненадолго прикрыла глаза, растворяясь в его мягких объятьях.

– Вот, черт, – вновь встрепенулась я, закричав, чем напугала Димитрия.

– Что на это раз? – князь недовольно сморщил нос, но глаза не открыл.

– Твои ребра, они же еще не зажили, – я пыталась найти на теле князя место ушиба, которое волшебным образом, растворилось. – Зачем же я лежу на тебе.

– Успокойся, – ровно ответил Димитрий. – Твоя подруга еще вчера дала мне какое-то лекарство, и у меня все зажило. Даже синяка не осталось.

От услышанного, я заметно напряглась. Взяв в руки ладонь князя, я начала внимательно рассматривать каждый палец на его руке.

– Что ты делаешь? – Димитрий открыл глаза, в недоумении уставившись на меня.

– Что она взяла у тебя взамен? Кровь? – я тщательно всматривалась вначале в одну ладонь, затем перешла к другой.

– Что еще проверишь? – князь ехидно ухмыльнулся, вскинув одну бровь вверх.

– Просто не хочу, чтобы она могла повлиять на тебя и твою жизнь, – я отпустила руку Димитрия и привстав, села.

Димитрий поднял подушку, облокотил ее о спинку кровати, а затем сел, оперевшись на нее спиной.

– Ты стоишь в двух шагах от смерти, но упорно продолжаешь думать о других, – князь провел ладонью по моим волосам. Его пальцы скользнули вниз, опустившись к пояснице, заставив меня покрыться мурашками. – Пожалуй, ты настоящая дочь своей матери.

– О чем ты? – я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями князя.

– Помнишь, я говорил тебе, что ты много не знаешь? – Димитрий гладил меня по спине. – В том числе, ты не знаешь причин, по которым твоя мать поклялась прервать свой род.

– Моя мать предала меня, – услышав упоминание о своей матери, я не сдержалась, взвинчено воскликнув и обернувшись на князя. – Как вообще можно было так поступить с собственным ребенком? Зачем она это сделала?

– Чтобы спасти своего любимого, – Димитрий легко подхватил меня за талию и быстро сгреб, мгновенно притянув к себе.

– ЧТО? – облокотившись спиной о князя, я вскинула голову, посмотрев на него снизу вверх.

– Я не рассказывал, но несколько лет назад, Стрижда и Ярикта во всю вели войну за земли Мрада. Кровопролитная битва, продолжающаяся несколько месяцев и привела к аннексированию Мрада в пользу моей страны. Тогда, Стрижда победила. Ярикта признала поражение и уже начала отступать. Однако, в последствии, сама Ярикта оказалась на грани раскола из-за совершенного переворота, который, как раз, совершил ее действующий Царь.

– Быть того не может, – я широко распахнула глаза от услышанного. – Значит то, что все рассказывают про войну двух стран, всего лишь выдумка?

– Отчасти да, – Димитрий согласно кивнул.

– Но, зачем Стрижде Мрад?

– С самого начала, мой отец знал об опасности, которую скрывали воды проклятого озера. Как таковые, земли Мрада его мало интересовали, однако, никто и никогда не должен был приблизиться к покоящейся на дне черных вод Нетленной армии, а главное, никто не должен был завладеть рукописью. Так и появился запрет на магию, который мой отец, будучи победителем войны, обязал всех соблюдать. Только, не все были с этим согласны.

– Царь Ярикты… – предположила я, заметно напрягшись, когда Димитрий молча кивнул.

– Всех ведьм и колдунов заставляли явиться в Ярикту, несогласных попусту казнили на месте. Хрюч вовсю вел учетные книги, отмечая в них всех и каждого. Тогда же, в Ярикту явилась и твоя мать, Анна. В тот день, Хрюч узнал, что Аглая является правнучкой Радимира.

– А, следом за ним, об этом узнал и твой отец, – пребывая в раздумьях, подытожила я.

– Не сразу, – Димитрий, видя, как я напряжена, сплел свои пальцы с моими, крепко сжав мою ладонь. – Аглая жила в Ярикте какое-то время, обучалась магии у Хрюча, а затем, встретила мужчину.

Я почувствовала, как мое тело начало дрожать.

– Его звали Ивар, он был родным братом Горда – действующего Царя Ярикты. Рожденные в один день, они были похожи между собой как две капли. Почти всегда при дворе их путали. Двое братьев, двое наследников. Только один взошел на трон и правил во имя мира, а другой жаждал власти и хотел отомстить. В Ивара, твоя мать и влюбилась. Однако, он умудрился ее обмануть и при их первой встрече, представился ей Гордом. Мой отец, понимая, что Ивар может использовать силу твоей матери, чтобы заполучить Нетленную армию, поставил Аглае условие. Он либо убьет Ивара, либо же, Аглая поклянется на крови, что она не оставит после себя потомство и исчезнет из Ярикты. Твоя мать выбрала второе. Однако, Ивар на этом не успокоился. Спустя время, он нашел Аглаю, а она, в свою очередь, помогла ему совершить восстание.

– Хочешь сказать, Ивар мой отец? – я отпрянула от Димитрия, резко обернувшись.

– Ивар снова встретился с Аглаей уже после твоего рождения. Спокойной жизни он вам не дал, – Димитрий заботливо погладил меня по щеке.

– Но, ведь Горд не свергнут, – от количества узнанных мною событий, у меня голова шла кругом. – Он правит Яриктой по сей день. Значит, Ивару не удалось…

– Анна, – Димитрий внимательно посмотрел на меня, и я обо всем догадалась.

– Нет, – я приоткрыла рот, медленно покачав головой.

– Именно, – Димитрий глубоко вздохнул. – Действующий Царь Ярикты и есть тот самый Ивар. Он убил своего брата и родного отца Виктора, заняв его место на троне. Переворот в Ярикте состоялся.

– Погоди, я не понимаю, – опустив голову вниз, я продолжала бесконечно крутить хаотичные мысли в голове. – Когда мы прибыли в Ярикту, Горд, точнее Ивар сказал, что моя мать спасла Царя Ярикты. Тогда, что стало с настоящим отцом Виктора?

– Ивар придумал эту историю, чтобы искусно занять место своего брата, – Димитрий приподнял голову вверх, прикрыв глаза. – В ночь переворота, Ивар убил настоящего Горда, а также лишил жизни и мать Виктора. Мальчика он забрал себе и воспитал как собственного сына. Естественно, Виктор ни о чем даже не догадывался.

– Боги, – я судорожно потерла лоб. – Получается, раз моя мать помогала Ивару совершить переворот, то она причастна к смерти отца Виктора.

– Она просто слишком сильно его любила, – Димитрий горько улыбнулся.

– Но, если братья были так сильно похожи, как в Стрижде узнали, что Царь Ярикты не настоящий? – я подняла голову, внимательно взглянув на Димитрия, голова которого была запрокинута над подушкой.

– У Ивара был советник, его правая рука и доверенное лицо. Его звали Гедимин. Он то и был нашим шпионом, приставленным к Ивару, чтобы следить за ним, – Димитрий повернул голову ко мне. – У Ивара была только одна цель – власть. Вначале он хотел получить ее над Яриктой, а затем выдвинуться на соседние страны. Для этого ему нужна была огромная сила.

– Нетленная армия… – я с сожалением улыбнулась, хлопнув ладонью по своей подушке.

– Безграничная сила и вечная жизнь, – Димитрий закинул руки, положив их под голову. – Тот, кто становится хозяином Нетленной армии, получает не только ее силу, но и бессмертие. Видя, каким чудовищем стал ее возлюбленный, Аглая решилась пойти против Ивара. Прикрываясь бессмертием, она дала выпить Ивару отвар с примесью проклятой воды. Стать хозяином нетленной армии Морены у Ивара не получилось. Вместо этого, он был проклят Мрадом, отчего мучается от этого и по сей день.

– Получается, Ивару нужна рукопись не для лечения Есении, а для того, чтобы вылечиться самому и заполучить армию Морены? – я придвинулась ближе к князю, положив ладонь ему на грудь.

– Да, – Димитрий утвердительно кивнул. – Он не прекращает попыток получить бессмертие и грезит желанием обрести еще большую власть.

– Но, почему вы не убили Ивара, зная, что он не настоящий Царь Ярикты? – уточнила я.

– Это бы развязало новую войну между Яриктой и Стриждой, – Димитрий окинул комнату задумчивым взглядом. – Раз Ивар сохранил запрет на магию, моему отцу этого оказалось достаточно. А, чтобы следить за Иваром, и держать всех ведьм и колдунов под контролем, он отправил в Ярикту нас с Артуром, намереваясь женить меня на Ладе. Однако, после твоего появления, эта необходимость отпала.

– Получается, твой отец знает обо мне? – я одернула руку, выжидательно замерев.

– Да, – тяжело выдохнув, ответил князь. – Я сообщил ему о тебе почти сразу.

– Так вот для чего ты сам отлавливал всех ведьм и заставлял их ехать в Ярикту отмечаться в учетных книгах? Хотел удостовериться, что потомков Радимира, больше не осталось? – одна новость была для меня неприятнее другой.

– Скорее, я должен был найти ту, что могла относиться к роду Радимира, – Димитрий нахмурился. – Конечно, мы до последнего надеялись, что Аглая не оставила потомков. Поэтому, нам оставалось лишь контролировать то, как соблюдается запрет на магию и следить за Иваром. Но, когда Хрюч сообщил, что ты дочь Аглаи, все перевернулось с ног на голову. Ивар только этого и ждал, а мы понимали, к чему все, в конечном итоге, может привести.

– Если я достану рукопись, то Ивар может благополучно воспользоваться моей силой и кровным родством с Радимиром, – я закусила нижнюю губу, сжавшись от накатившей на меня обиды.

– Поэтому, я пытался у тебя выяснить, зачем тебе рукопись, – Димитрий приподнялся, обхватив меня за плечи. – Но, теперь я знаю, что она нужна тебе, чтобы спастись самой.

– Ты поэтому вначале был со мной таким отстраненным?

– Когда я тебя впервые увидел, то сразу же вспомнил образ ведьмы, которую описывал в своих донесениях Гедимин, – пальцы князя плотнее сжали мои плечи. – Мысленно я молился, чтобы мои догадки оказались неправдой, ведь я понимал, каким будет приказ моего отца, если ты действительно окажешься дочерью Аглаи. Поэтому, я гнал любые мысли о тебе и старался держать дистанцию.

– Что сказал твой отец, когда узнал обо мне? – нервно спросила я, глядя князю прямо в глаза.

– Он приказал не допустить того, чтобы рукопись подняли из Мрада, – честный ответ Димитрия, пробрал меня до дрожи.

– Ясно, – я печально опустила глаза и отвернулась, чувствуя, как мои глаза начинают застилать слезы. – Даже для тебя будет лучше, если пророчество Морены исполнится, и я умру.

– Не смей это даже произносить! – грубо воскликнул Димитрий, развернув мою голову к себе.

– Нет, все правильно, – я поникла, ощущая как печаль начинает защемлять мою грудь. – Если я достану рукопись, то подвергну всех опасности. Ивар не должен получить армию Морены. Король Стрижды прав, я…

– Анна, Король Стрижды не мой отец, – Димитрий приблизился, вытерев пальцем влажный след на моей щеке, оставленный слезами.

– Не поняла, – подавленным голосом, сказала я, пытаясь сдержать слезы.

– Это я получил корону еще три года назад. Так что, если у Стрижды и есть Король, то это я, – Димитрий приподнял мою голову и мягко поцеловал в губы. – Поэтому, рукопись мы достанем.

– И ты это ото всех скрываешь? – уже больше ничего не понимая, я схватилась за голову, туго сжав пальцами свои волосы. – Виктор знает?

– Достаточно того, что теперь об этом знаешь ты, – Димитрий опустил мои руки вниз, легко улыбнувшись. – Пока Царь Ярикты находятся в неведении, у меня есть преимущество, и я должен им пользоваться.

– Если ты здесь, то кто тогда сейчас смотрит за Стриждой?

– Отец продолжает решать дела внутри страны, но, все окончательные решения принимаются только мной.

– Голова идет кругом. Еще недавно я жила и ничего не знала, а сейчас столько всего выясняется.

– Понимаю твое замешательство, – Димитрий приблизился ко мне, крепко и искренне обняв, – Анна, я приложу все усилия и сделаю все возможное, чтобы спасти тебя и остановить Ивара, даже если это будет стоить жизни мне самому.

– Не нормальный, – я ударила кулаком по груди Димитрия. – Не каркай хотя бы.

Димитрий лукаво усмехнулся, потянувшись к моим губам, но дверь в комнату резко распахнулась.

– Брат, ты здесь? – на пороге появился Артур. Его помятый вид и заплывшие глаза напоминали о количестве выпитого прошлой ночью вина. – Анна?

– Пришел в себя? – Димитрий окинул брата холодным взглядом.

– Смеешься? – Артур завалился на дверной косяк, облокотившись на него всем телом. – Я бы еще денек поспал, да только Виктору неймется. Он как ошпаренный с утра бегает, уже и в дорогу собрался. А, вы чего здесь вместе делаете?

– Обсуждали с Анной, как нам остановить Ивара, – спокойно ответил Димитрий, подмигнув мне.

– Чего? – удивленный Артур, слишком резко отлип от стены, чуть не завалившись вперед.

– Все нормально, теперь она знает правду, – Димитрий сморщился, наблюдая, как его брат уперся лбом в холодную стену, чтобы его больная голова хоть немного остыла.

– А, я рассказала Димитрию правду о себе, – я свесила ноги с кровати.

– Значит, ты теперь тоже знаешь про пророчество Морены? – Артур стоял, уткнувшись головой в стену и бубнил себе под нос.

– Интересно, откуда ты про него знаешь? – Димитрий поднялся с кровати, натянув на себя рубашку и сапоги.

– Я рассказала все Артуру по пути сюда, – я выгнула спину, довольно потянувшись. – Нужно же мне было хоть с кем-то поделиться этим.

– А, со мной, ты поделиться не хотела? – Димитрий встал напротив окна, скрестив руки на груди.

Князь посмотрел на улицу. Виктор во всю суетился, бегая вокруг лошадей, запрягая их в дорогу.

– Неужто, вы провели ночь вместе? – мимо комнаты прошла Летавица, заглянув в открытую дверь. В руках у женщины был медный таз, доверху заполненный грязным бельем. – Поздравляю.

– Мне не хорошо, – взвыл Артур отпрянув от стены.

– Ты сейчас похож на квелого цыпленка, – Летавица недовольно скорчилась, схватив князя за руку. – Идем, постараюсь тебя немного подлечить.

Ведьма потащила Артура за собой вниз по лестнице. Я прислонила ладонь ко лбу и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы отогнать накопившееся за утро напряжение.

– Что будет по возвращению в Ярикту? – я окинула Димитрия изучающим взглядом.

– Кто сказал, что мы туда вернемся, – князь оторвался от окна, взглянув на меня. – Как только получим рукопись, направимся в Стрижду.

– Но, тогда Ярикта может попытаться напасть, – настороженно поинтересовалась я.

– И, мы к этому уже готовы, – Димитрий подошел к невысокому столику, на котором лежали его перчатки. – Войска собраны и ждут только моего приказа.

– А, что будет с Есенией? – я наблюдала, как князь надевает перчатки. – Девочке нужна моя помощь.

– Ты сможешь приготовить лекарство от проклятья и в Стрижде. Как только оно будет готово, мы сразу отправим его в Ярикту, – подойдя ко мне, Димитрий мягко поцеловал меня в лоб. – Ивар не должен заполучить рукопись ни при каких обстоятельствах.

Взяв в руки меч, что стоял у стены, князь вышел из комнаты, направившись на улицу.

Часть 37.

20 лет назад.

– Давно ты с ним в сговоре? – Аглая недовольно ударила ладонью по металлической решетке, за которой сидела.

– С момента ввода запрета на магию, – Хрюч стоял по другую сторону темницы, с сожалением глядя на девушку. – Ивар помог мне построить Требный дом и обещал хранить тайну о нем ото всех.

– Почему ты ничего мне не рассказал? – Аглая подняла глаза на старика.

– Если бы я проболтался, Ивар бы уничтожил Требный дом, – старик отвел взгляд, не в силах смотреть девушке в глаза. – Это все, что у меня есть. Запрет на магию не позволяет применять колдовство. Требный дом стал единственным пристанищем для людей с магическими способностями. Я не мог допустить, чтобы мои ученики пострадали.

– Вы оба обманщики, – Аглая вновь гневно ударила руками по решетке. – Я пожертвовала всем ради этого мерзавца. Я своими руками согласилась прервать свой род, только чтобы сохранить ему жизнь. А, он, благополучно воспользовался мной!

Аглая остановила тираду, запнувшись. Девушка понимала, что в сложившейся ситуации, не только Ивар использовал ее, как инструмент для достижения своих целей. Она тоже использовала его, чтобы завладеть рукописью.

– Ивар хочет заполучить Нетленную армию Морены, – Хрюч серьезно посмотрел на Аглаю.

– Я знаю, – с горечью в голосе, произнесла девушка. – Но, я не собиралась ему в этом помогать. Мне всего лишь, нужно было добраться до рукописи.

– Ты ведь начала обряд, – старик поднял на девушку озадаченные глаза.

– Кто сказал, что я собиралась доводить его до конца? – Аглая вскинула одну бровь вверх, – Безусловно, благодаря силе Чистых вод, Ивар теперь способен исцелить любую рану на своем теле. Однако, чтобы обрести бессмертие, нужно стать хозяином Нетленной армии. А, этого, я сделать ему не позволю.

– Ты намеренно обманула его?

– Я видела, его глаза, которые поглотила жажда власти, – Аглая отвела глаза в сторону. – Боясь, что Горд, а точнее Ивар, может пострадать, совершая свою месть, я решилась на обряд с Чистыми водами. Но, поверь мне, Хрюч, я не думала, что он зайдет так далеко.

– Я не хотел, тебя обманывать, – тихо проговорил старик, глаза которого, налились слезами.

– Сколько ты еще намерен ему служить? – в лоб спросила Аглая.

– До тех пор, пока мой дом и мои ученики в безопасности, я буду следовать за Иваром, – обреченно выдохнув, ответил старик. – Тебе нужна была рукопись, ведь так?

Оглядевшись по сторонам и поняв, что поблизости никого нет, Хрюч вытащил из-под плаща рукопись. Старик протянул ее через решетку, передав в руки Аглаи.

– Ты уверен? – приняв рукопись, уточнила девушка.

Старик молча кивнул. Полный решительности, он, тут же, начал громко кричать, зовя на помощь.

– Скорее, кто-нибудь, девушке плохо!

Поняв намерения старика, Аглая наигранно схватилась руками за живот, скатившись вниз и осев на пол.

– Что здесь такое происходит? – в темницу вбежал солдат.

– Я зашел ее проведать, как вдруг этой девушке стало плохо, – обеспокоенно лебезил старик возле решетки. – Помоги же ей!

Солдат не колеблясь, достал ключ и отворил дверь. Забежав внутрь, он присел напротив свернувшейся девушки, стараясь осмотреть ее.

Видя, что солдат потерял бдительность, Аглая вытащила перед ним светящуюся белым светом ладонь. Вспышка, и солдат завалился, потеряв сознание.

– Идем, надо найти настоящего Горда, – Аглая перепрыгнула через солдата, плотно прижав к себе рукопись.

– С ума сошла, – недовольно завопил старик, преградив девушке путь. – Ты понимаешь, что ему уже не поможешь. Ивар окатил его проклятой водой.

– Ты забываешь, что рукопись у нас, – Аглая коротко улыбнулась, указав старику на рукопись. – А, в ней, спрятан способ снять проклятье Мрада.

– Что, если тебя снова поймают?

– Я должна попытаться исправить то, что натворил этот мерзавец.

Часть 38.

– Мне очень, очень плохо, – Артур ехал верхом на лошади, накинув сверху на голову плотный платок, который не пропускал солнечный свет. – Почему ни у кого из вас голова не болит так, как у меня?

– Потому что, ты вчера надрался в усмерть, как свинья, – Виктор довольно рассмеялся.

– А, ты нет что ль? – Артур неодобрительно посмотрел на друга.

– Я бодр и свеж, – Виктор наигранно выпятил грудь вперед, радостно заулыбавшись.

– Ты чего такой довольный то? – подозрительно поинтересовался Артур, выглянув из-под платка. – Неужто ночью тебя та ведьма посетила?

– Скажешь тоже, – резко отсек Виктор, стиснув зубы. – Я ей без надобности.

– Ну не знаю, ты что-то слишком веселый сегодня, – Артур устало зевнул. – Анна, а ты чего притихла?

– Что? – вопрос Артура вывел меня из воспоминаний о сегодняшнем утре. – А, да. Вспоминаю наставления Летавицы про Гривчатый лес.

– Вы уверены, что мы все-таки хотим сократить путь и пройти через него? – оглядываясь по сторонам, спросил Артур.

– Из-за нападения волоков, мы и так потеряли много времени, – ровным тоном ответил Виктор, ехавший рядом с Артуром.

– Не лучше ли обойти? – Артур был сильно напряжен, то и дело суетливо елозя в седле. – Лес кишит нечистью. Сюда со времен нашего прадеда никто не захаживал.

– Значит, надо идти тихо, чтоб нас не было слышно, – спокойно ответил Димитрий, посмотрев в сторону приближающегося леса.

– Насколько опасна обитающая здесь нечисть? – Виктор обернулся, обратившись ко мне.

– Не думаю, что живущих здесь духов, можно называть нечистью, – я сосредоточилась, стараясь вспомнить все, что знала про этот лес. – Они здесь хозяева, а мы всего лишь гости.

– Этот лес находится у границ Ярикты, а значит, подконтролен нашей стране, – уверенно заявил Виктор. – Никто нам здесь не хозяин.

– А, не слишком ли самоуверенное заявление? – раздраженно усмехнулся Артур, обратившись к Виктору.

– И, достаточно глупое, – пробубнила я себе под нос, чтобы никто не услышал.

Зайдя в Гривчатый лес, мы сразу оказались в легком сумраке, который создавали нависающие сверху, массивные кроны высоких деревьев. Они слабо пропускали солнечный свет, отчего казалось, будто уже начало смеркаться. В лесу пахло свежестью и сыростью, исходящей от земли, которая не успевала просыхать из-за плотно прижатых друг к другу пушистых ветвей.

Корни многих деревьев сильно вылезли из земли, создавая на тропинках неровные переходы, о которые можно было легко споткнуться.

– Жутковато здесь, – Виктор посмотрел на верх.

– И, слишком тихо, – поддержал его Димитрий, также посмотрев на верх.

– Да уж, ни единой живой души, – Артур нервно елозил в седле.

Я молча взглянула на висящий на моей шее флакон с красной жидкостью. Это было то самое лекарство, которое Летавица приготовила для меня. Оно то и должно будет спасти мне жизнь, когда я призову Радимира. В противном случае, пророчество Морены исполнится раньше моего совершеннолетия.

– Я больше не могу терпеть, – Артур резко затормозил свою лошадь и спрыгнув с нее, скинул перчатки на землю.

Князь забежал за дерево, спрятавшись за ним.

– Серьезно? – Димитрий недовольно закатил глаза. – Не мог подальше отойти?

– Да я не мог больше терпеть. Еще немного, и я бы по шву разошелся, – Артур вернулся. Князь нагнулся, чтобы поднять валяющиеся на земле перчатки. – Ой, а это что?

На земле что-то заблестело. Артур смахнул рукой пыль и увидел лежащую на дороге золотую монету. Только сейчас я осознала, что эта самая монета лежала ровно посреди пересечения двух дорог, прямо в центре перекрестка.

В голове тут же всплыли наставления Летавицы перед нашим отъездом из Низин:

– Хозяин Гривчатого леса так просто не даст вам его пересечь, – Летавица протянула мне флакон с красной жидкостью, – Как только вы в него войдете, старайтесь быть все время начеку и не смейте ни к чему прикасаться.

– Думаешь, Леший нас не пропустит? – настороженно спросила я, повесив флакон себе на шею.

– Я своего отца знаю, – Летавица надула губы. – Человеческие души ему, как лакомый кусочек. Попадетесь, век будете у него в прислужниках мыкаться.

– Не трожь! – завопила я, но было уже поздно.

Артур поднял с земли монету, стряхнув с нее грязь.

Я призвала силу, начав вслушиваться в шум леса. Воздух буквально сжался в комок. Как назло, все вокруг замерло. Даже деревья перестали шевелиться.

– Не нравится мне это, – Димитрий суетливо крутил лошадь вокруг собственной оси.

– Ты что, не мог ни к чему не прикасаться? – гневно зарычал Виктор, осматриваясь по сторонам.

– Да, я то что? – Артур быстро выбросил монету, обтерев грязные руки об свои штаны.

Неподалеку раздался треск сухих деревьев. Вначале в одном месте, затем звук стал распространяться вокруг нас. Лошади нервно заржали, когда земля под ногами начала трястись.

– Быстро в седло! – завопил Димитрий брату, выхватив меч из ножен.

Только Артур сделал шаг, как его за ногу схватила ветка, показавшаяся из земли. Не рассчитав равновесия, князь упал, задергав ногами в попытках выбраться.

Тут же из земли вылез скелет, кости которого были полностью сделаны из сухих веток. Тело этого существа стояло на четвереньках и походило на тело очень крупной собаки, с торчащими ребрами и острым деревянным гребнем, что проходил вдоль всего позвоночника вплоть до самого кончика тонкого, деревянного хвоста. Вместо морды был полностью оголенный скелет волчьего черепа с массивными, деревянными рогами на голове, заостренными на концах. Черная, бездонная пасть была слегка вытянута вперед. Тонкие, высокие передние лапы напоминали человеческие руки, а задние ноги заканчивались маленькими копытами.

– Друды, – в ужасе воскликнула я, уставившись на нечисть. Позади начали виднеться спины других друдов, вылезающих из земли.

Артур замер, лежа на земле. Никто не мог пошевелиться, видя это ужасающее существо. Сердце бешено колотилось, понимая, что страшнее, чем встретить Друдов, с нами быть ничего не могло. Даже Волоки с Полудницей были детскими сказками в сравнении с этими тварями.

Друды служат Лешему и живут под землей. Хоть они и довольно медленно бегали, но были очень выносливы и имели колоссальную физическую силу. Одним рывком эти существа могли разорвать пополам целую лошадь. А, главное, их практически невозможно убить. Чтобы друды пали, их нужно было поразить в одно единственное место – левое ребро. Именно там находится сердце друдов, похожее на черный камень. Только вот подобраться к этому месту практически невозможно.

– Бегите! Бегите немедленно ко Мраду!

– Ко Мраду! – вспомнив слова Летавицы, я развернула лошадь в сторону озера и громко завопила. – Быстро!

Димитрий рубанул мечом по ветке, держащей ногу Артура. Князь вскочил на свою лошадь, и мы все вместе рванули с места.

Лошади летели, неуклюже перепрыгивая через корни и валяющиеся бревна, ведь единственное, что нам сейчас оставалось, это быстро бежать, чтобы остаться в живых.

Друды гнались за нами, изредка издавая печальный протяжный гул.

Рысь мгновенно переросла в галоп, и уже разглядеть что-либо по сторонам не представлялось возможным. Мы слепо летели через лес, изредка обдирая кожу о сучья и сухие ветки. Сколько наша гонка продолжалась, понять было сложно, но совсем запыхавшиеся лошади, стали ощутимо замедлять шаг.

– Они убьют нас, если остановимся, – кричала я, чтобы меня могли все услышать.

Мысленно, я молилась, чтобы нам удалось убежать. В тоже время, я понимала, что лошади в таком темпе больше не выдержат.

– Лес! – завопил Артур, указав рукой вперед.

Прямо перед нами, сквозь плотно сжатые кроны деревьев, показался просвет, знаменующий границу Гривчатого леса. Прямо за ней, должен был простираться Мрад.

Как только мы все вылетели из леса, я слишком сильно потянула поводья на себя, отчего моя лошадь резко затормозила.

– Бррр, – не удержавшись в седле, я слетела с лошади, завалившись на землю.

– Анна, – Димитрий спрыгнул со своей лошади, бросившись ко мне.

– Это было ожидаемо, – Артур обреченно прикрыл глаза рукой, спустившись на землю.

– Я в порядке, – с трудом привстав, я потерла ноющую от удара руку.

– Ты могла ноги переломать, – князь подал мне руку и дернув вверх, поднял меня.

Мы осмотрелись вокруг. Пасмурное небо, затянутое бледными облаками, черная голая земля и редко растущие, иссушенные, покосившиеся деревья. Воздух вокруг был сырым и тяжелым, но на удивление свежим и слегка солоноватым. Все вокруг было затянуто легкой дымкой серого тумана. Недалеко от нас виднелся край крутого обрыва, внизу которого, покоились черные воды того самого, проклятого озера Мрад.

– Господа, – напряженный голос Виктора, заставил нас оглянуться. – Они не отстали.

Шесть друдов медленно наступали, выйдя из леса. Охваченные страхом, мы неуклюже попятились назад. Князья встали впереди, обнажив свои мечи и отгородив меня собой от друдов, что настигли нас.

– Как они вышли из леса? – Артур схватил рукоять меча двумя руками. – Я думал, им нельзя пересекать границу.

– В этом все друды, – переполненная страхом, обмолвилась я, сжав в руке флакон, покоящийся на моей груди. – Если их не отзовет Хозяин, они будут преследовать нас до тех пор, пока не убьют.

– Веселый вечерок намечается, – ехидно усмехнулся Виктор, оскалившись.

Друды кинулись, нападая. Опустив головы, эти твари старались насадить нас на свои острые рога.

Один из друдов повалил Артура на землю, встав ему передней лапой прямо на голову. Ветвистые пальцы выросли, обвив шею князя и начав его душить.

– Ааа, – грубо завопил Виктор, разрубив тело друда пополам. Оно тут же срослось, словно ничего не было.

– Все очень-очень плохо, – нервно проговорил Виктор, наблюдая за окружившими его двумя друдами. Они встали на дыбы, хрипло зарычав, а затем понеслись на князя, пытаясь его затоптать.

Выгадав возможность, Димитрий протиснулся сквозь неуклюжей нечисти, кинувшись Артуру на помощь. Подбежав сзади, князь завел меч, а затем, резко ударил им в груди друда, пронзив острием его каменное сердце. Нечисть рассыпалась, превратившись в древесную труху.

– Артур, – Димитрий подал руку тяжело дышащему брату. – Ты цел?

– Нормально, – князь кашлял, глубоко вдыхая воздух, – Надо помочь Виктору!

Князья замешкались, заметив лишь в последний момент, несущегося на них друда. Нечисть ударила лбом в спину Димитрия, откинув его немного вперед. Князь рухнул на землю, несколько раз перевернувшись.

– Димитрий! – вскрикнула я, обернувшись на шорох позади. В этот момент, ветка, выросшая из лапы друда, с оттяжкой ударила меня по лицу. Не удержавшись, я упала, чувствуя, как жжется мое лицо.

– Они слишком сильны, – завопил Виктор, сделав прыжок с кувырком, чтобы увернуться от удара.

К нашему отчаянию, из леса вышло еще четыре друда. Их становилось все больше, а сил у нас оставалось все меньше.

Я привстала, чувствуя, как из моей рассеченной губы сочилась кровь.

– Нож, – собрав последние капли самообладания, крикнула я Артуру, побежав вперед.

Князь выдернул из сумки, привязанной к поясу, небольшой нож и кинул его мне. Как только орудие оказалось у меня в руках, я рванула к обрыву, привлекая внимание одного из друдов, который побрел следом за мной.

– Зови Радимира! Против хранителя озера, даже мой отец не пойдет.

В голове эхом пронеслись слова Летавицы. Понимая, на что иду, я уверенно приподняла рубашку, оголив живот. Прямо посередине пупка, на моей коже красовался небольшой, продолговатый шрам, к которому я приставила нож.

Крепко схватившись за ручку, я на мгновение прикрыла глаза, тяжело выдохнув.

– Не смей! – последнее, что успел крикнуть Димитрий.

Рывком, я проткнула себе брюхо, завопив от резкой, пронзающей тело боли.

Зажав истекающий кровью живот руками, я упала на землю. Вся нижняя часть моего тела онемела. Я лежала, корчась от боли и ждала, когда наконец, это произойдет. В эту же секунду, друд настиг меня. Встав на задние лапы, нечисть замахнулась, целясь в меня своими острыми когтями.

– АННА! – охрипшим голосом, закричали Артур с Димитрием, бросившись в мою сторону.

Стиснув зубы, обессиленная, я зажмурилась, ожидая удара друда. Сознание помутнело, а в глазах начало темнеть.

Внезапно, раздался оглушительный свист, заставивший друда остановиться. Нечисть рухнула на землю, неприятно заскулив.

Внизу обрыва, среди проклятых вод, раздался шорох. Рассекая густое скопление тумана, застывшее над озером, вверх, к небу, взметнулась плотная черная тень.

Друды испуганно запищали, разбредаясь по сторонам. Они ускорились, спешно покидая проклятую землю Мрада, стараясь как можно быстрее скрыться в тени Гривчатого леса.

– Радимир! Великий князь, хранитель черного озера и мой нетленный предок. Я…Анна…твоя кровь и плоть… твой последний потомок… взываю к тебе… – я тяжело дышала, стараясь связанно говорить заплетающимся языком. – Рукопись… отдай мне ее…

Черная тень молча висела в воздухе не шевелясь.

– Пожалуйста… – пропищала я, чувствуя, что мои жизненные силы практически покинули меня, так же, как и последние остатки надежды заполучить рукопись.

Я почувствовала, как мое тело слегка приподнялось над землей. Димитрий подхватил меня, уложив себе на колени.

– Пей! – грубо крикнул Димитрий, вскрыв флакон, висящий на моей шее, и приставил краешек горла к моим губам. Еле-еле я приоткрыла губы, теряя сознание. Не мешкая, князь сжал мои шеки пальцами, сильнее открыв рот и влил жидкость мне в горло. Потеряв сознание, я обмякла, завалившись всем своим весом на Димитрия.

– Анна, – к нам подбежал Артур. – Вот черт, не сработало.

Напряжение пульсировало в воздухе. Димитрий молчал, выжидательно наблюдая за мной.

Яркая вспышка света рассекла пространство. Над ладонью Хранителя озера зависла рукопись.

Димитрий положил руку на мой окровавленный, оголенный живот, который все никак не заживал.

Еще одна вспышка света, и рукопись возникла уже на моей груди.

– Удалось, – смиренно прошептал Виктор, стоя возле лошадей и наблюдая за нами со стороны.

Черная тень растеклась в воздухе, камнем рухнув вниз, в воды озера. Рана на моем животе засияла белым светом, который моментально исцелил ее. Место прокола затянулось, оставляя после себя все тот же небольшой, продолговатый шрам.

– Рукопись… – бормотала я, придя в сознание и лежа у князя на коленях. – Где она? Все получилось?

– Какая к черту рукопись, – Димитрий обхватил мою руку, крепко зажмурившись. – Ты чуть не умерла.

– Я и без рукописи могу умереть, – распахнув глаза, я почувствовала что-то лежащее у меня на груди. Опустив взгляд вниз, я увидела заветную рукопись Радимира.

– Ты себе живот вспорола только что, – Димитрий поддержал меня, когда я попыталась привстать.

– Я в порядке, только голова немного кружится из-за потери крови, – тряхнув головой, ответила я, положив рукопись на землю рядом с собой. Димитрий сильно прижал меня к себе, крепко обняв.

– Самое страшное позади, – усмехнулся Артур, спрятав меч в ножны. – А, куда Виктор делся?

Димитрий подал мне руку, чтобы я смогла подняться. Мы огляделись по сторонам. Виктора нигде не было видно. Мое внимание привлек едва уловимый блеск металла, а за ним протяжный гул летящей стрелы.

Когда Артур нагнулся, чтобы поднять лежащую на земле рукопись, вылетевшая из-за деревьев стрела, пронзила ладонь князя насквозь.

– А, мать твою! – Артур упал на колени, схватившись за окровавленную ладонь, пронзенную стрелой. – Что это?

– НЕ ТРОЖЬ ЕЕ! – громким голосом, скомандовал Виктор, выйдя из-за дерева с натянутой в луке стрелой, когда я попыталась прикоснуться к рукописи, – Стойте и не шевелитесь, если не хотите умереть.

– Виктор! – Димитрий хотел помочь хрипящему от боли Артуру, но замер, когда Виктор направил стрелу на него. – Что ты творишь?

– Забираю то, что принадлежит моему отцу! – гневно ответил Виктор, выпустив стрелу, которая прошла рядом с плечом Димитрия, едва его не задев. Князь стиснул зубы, пристально всматриваясь вперед.

Виктор опустил лук. Из-за деревьев вышли те самые дружинники с луками в руках, которых князь отправил домой в качестве сопровождающих Лады, когда мы останавливались в Низинах.

– Проклятая ты псина! – закричал Артур, утробно зарычав от боли, когда обломил край стрелы, чтобы ее можно было достать из ладони.

– Все было спланировано заранее, – Димитрий печально усмехнулся, когда из-за деревьев вышли еще несколько новых дружинников, обнаживших мечи. Вслед за всеми, на своей белой лошади выехала Лада.

Княжна молча сидела в седле, обеспокоенно наблюдая за происходящим.

– Да, – Виктор кивнул, подтвердив предположение Димитрия. – Оставалось лишь дождаться, когда вы поднимете рукопись из этого проклятого озера.

– Зачем, Виктор? – с страхе, крикнула я, обеспокоенно наблюдая за Артуром.

Князь сидел на земле с окровавленной, трясущейся рукой.

– Рукопись нужна моему отцу, а значит, я обязан ее ему привезти.

– Ты ведь не знаешь, что… – я хотела рассказать князю правду, но Димитрий меня остановил.

– Принеси мне рукопись, Анна, – скомандовал Виктор.

Видя мое замешательство, князь приказал дружинникам прицелиться в князей.

– Нет, – я встала впереди, стараясь заслонить Артура с Димитрием.

– Уйди, – холодно бросил Виктор.

– Довольно, – с досадой воскликнула я. – Хочешь рукопись, я принесу ее тебе. Но, убить никого не позволю.

– Ты лишилась своих сил, Анна, – низким голосом воскликнул князь. – Сейчас, ты ничего сделать не сможешь. Неси, я жду.

Виктор выставил руку вперед, ожидая меня. Я подняла с земли рукопись, слегка обтряхнув ее.

– Анна, – Димитрий схватил меня за руку, останавливая.

– Меня он не убьет, – уверенно ответила я. – Только я одна способна прочесть рукопись. До тех пор, пока я им нужна, они мне ничего не сделают.

Глаза Виктора сузились в пристальном прищуре. Я сорвала с шеи веревку, на которой висел флакон, что дала мне Летавица. Приглядевшись сквозь прозрачный сосуд, я увидела на самом дне пару красных капель. Взяв раненую ладонь Артура, я вытряхнула все из флакона прямо сверху на разрез. Маленький белый свет растекся по руке князя, затягивая его рану. Однако, такого небольшого количества лекарства оказалось недостаточно, чтобы полностью исцелить руку. Кровотечение остановилось, но свежий разрез еще оставался.

– Бери рукопись и иди ко мне, – в очередной раз скомандовал Виктор. – И, я обещаю, что сохраню этим двоим жизнь.

Тяжело выдохнув, я поплелась в сторону Виктора, крепко прижимая рукопись к себе.

– Руки за спину, – скомандовал начальник дружины, направив солдат с веревками в руках к Артуру с Димитрием. – На колени.

Князья опустились на колени и завели руки за спины.

– Отлично, – Виктор выхватил рукопись у меня из рук, крепко схватив меня за предплечье и потянул на себя.

Наследник Ярикты махнул ладонью, отдав приказ дружинникам. Солдаты замахнулись и с силой ударили Димитрия с Артуром в шею, отчего князья тут же рухнули на землю без сознания.

– Мерзавец! – завопила я, пытаясь вырвать руку. – Ты же обещал.

– Я их не убил, – Виктор пристально посмотрел на меня. – Они живы… пока что.

– Отпусти их, они тебе не нужны, – я изворачивалась, пытаясь выбраться из хватки князя.

– Прости, Анна, но этого я сделать никак не могу, – Виктор потащил меня к своей лошади. – Если я их отпущу, эти двое придут за тобой и приведут свои войска в Ярикту. Так что, я вынужден тащить их с собой тоже.

– Что ты собираешься с ними делать? – я упиралась, не желая никуда идти.

– Я обещал тебе их не убивать, а значит, сдержу данное мной слово, – Виктор запихнул рукопись в сумку, что висела пристегнутой к седлу. – Посидят пока в темнице.

– Виктор, твой отец…

Не успела я договорить, как в глазах резко потемнело и мое сознание отключилось. Больше, я ничего не помнила.

Часть 39.

– Не получается, – Аглая стояла на коленях, нависнув над умирающем Царем Ярикты. Горд едва дышал, лежа на том же месте, где его и оставил Ивар.

Девушка несколько раз прочитала заклинание из рукописи, изо всех сил пытаясь призвать силу трясущимися руками. Но, как бы она ни старалась, ее попытки были тщетными.

– Аглая, – старик положил руку на плечо девушки. – Прекращай.

– Ты не понимаешь, – Аглая плакала, крепко стиснув зубы, продолжая попытки исцелить Горда от проклятья. – Рукопись не поможет.

– Неужели способа снять проклятье Мрада не существует? – Хрюч широко распахнул глаза, уставившись на Царя Ярикты, дыхание которого навсегда остановилось.

– Моей силы оказалось недостаточно, чтобы снять проклятье, – Аглая вытирала льющиеся слезы. – Я еще не оправилась после того обряда с Чистыми водами.

– Ты сделала все, что могла, – мягко произнес старик, стараясь успокоить девушку.

Взгляд Аглаи был помутневший и пустой. Девушка сидела, уставившись в одну точку, словно не слыша ничего из того, что ей говорил старик. Она провалилась в свои собственные мысли, лишь изредка шепча губами одну единственную фразу: «Рукопись не поможет».

– Быстрее! – в далеке, эхом донесся возглас солдат. Армия Ивара продолжала штурм замка, расчистив его практически наполовину.

– Аглая, – старик тряханул застывшую девушку, приводя ее в чувства. – Тебе нужно срочно бежать отсюда. Скоро они обнаружат твою пропажу.

Аглая молча перевела взгляд на Хрюча,

– Бежать, – лишь промолвила девушка, продолжив сидеть.

– Вставай же! – Хрюч схватил Аглаю под руку и потянул наверх, поднимая девушку с пола – Ну!

– Хрюч, – сознание Аглаи вернулось в реальность.

– Бери рукопись и беги, – старик поднял рукопись с пола и всунул ее в руки девушки. – Вдоль по коридору будет кухня. Как только выйдешь из нее, очутишься на улице. За пологим склоном, выход к реке.

Старик подтолкнул девушку в сторону выхода.

– Хрюч, а ты как? – Аглая уперлась, обернувшись к старику.

– Про меня забудь. Я здесь вечный пленник, – старик сочувственно улыбнулся, взяв Аглаю за руку. Он поднес прямую ладонь девушки, приставив ее прямо перед своим лицом. – Вот так. На это у тебя сил хватит.

Аглая пристально всматривалась в лицо старика, стараясь навсегда запечатлеть в своей памяти его добрый и простодушный взгляд.

– Прощай, Хрюч, – тихо произнесла Аглая, чувствуя, как по ее щека вновь побежали слезы.

– Прощай, девочка моя, – Хрюч приложил свою шершавую ладонь к щеке Аглаи, улыбнувшись ей на прощание.

Как только в девичьей руке промелькнула короткая вспышка света, старик без сознания осел, заваливаясь на пол.

Убедившись, что с Хрючом все нормально, Аглая крепче прижала рукопись к себе и понеслась прочь из замка.

Часть 40.

Сквозь опущенные веки, я почувствовала, как мне в глаза бьет яркий свет. С трудом разлепив глаза, я поморщилась, ощущая, как болит моя голова.

– Что случилось? – когда я, наконец очнулась, прямо перед собой, я увидела связанные веревкой руки… мои руки. – Вот, черт!

Я подскочила на кровати, но тут же согнулась пополам, чувствуя, как закружилась моя голова. Сквозь затуманенный разум, я старалась воспроизвести в голове события, произошедшие у озера. Осторожно оглядевшись по сторонам, я поняла, что нахожусь в той самой комнате, которую мне выделил Царь Ярикты, когда я впервые прибыла в замок.

– Анна, – дверь распахнулась, когда в нее вошла озадаченная Софья с тазом в руках. – Ты, наконец, пришла в себя. Как себя чувствуешь?

– Голова болит, – хриплым голосом ответила я, показав Софье свои связанные руки. – Что здесь происходит?

– Его Высочество, князь Виктор велел на тебя надеть, – Софья поставила таз на пол и, смочив в воде тряпку, принялась вытирать засохшую кровь на моих руках. – Анна, они схватили Артура с Димитрием и…

– Наконец пришла в себя! – громко заявил Виктор, войдя в комнату.

Софья тут же поклонилась и молча отставив таз, направилась к выходу.

– Гребанный мерзавец! – недовольно зарычала я, пристально уставившись на князя, который стоял напротив меня, облокотившись спиной о стол. – Что ты наделал?

– Я уже и сам не знаю, что я сделал, Анна, – Виктор, тяжело вздохнув, устало потер глаза

Не мешкая, я призвала силу. Когда белый свет загорелся в моих ладонях, я разорвала веревки и с кулаками набросилась на князя. Пытаясь увернуться, Виктор повалил стул, о которой я споткнулась, пока догоняла князя. Видя, что я замешкалась, Виктор схватил меня за запястья, пытаясь со мной совладать.

– Остановись, – прошипел в лицо мне князь, пытаясь удержать мои руки. – Анна!

Я не прекращала брыкаться, в попытках высвободиться. Понимая, что сдаваться я не намерена, Виктор повалил меня на кровать, придавив собою сверху и запрокинул руки мне за голову.

– Аааа, – закричала я, извиваясь под князем и потянулась, чтобы укусить его за руку. – Пусти меня, мерзавец!

– Да, что ты… арр, – Виктор закряхтел от боли, когда я впилась зубами ему в руку. – Проклятье!

– О, ты еще ничего не знаешь о проклятьях, – довольная собой, я заулыбалась, с безумием в глазах. – Я всю вашу семейку прокляну!

Я вновь начала брыкаться, потянувшись зубами ко второй руке князя.

– Уж про твое то проклятье я все знаю! – резко убрав руку, заявил Виктор.

– Что? – я замерла, внимательно посмотрев на князя. – Повтори!

– Я знаю про твое проклятье, Анна, – видя, что я немного успокоилась, Виктор отпрянул от меня, сев рядом на кровати. – И, про Ивара я тоже знаю.

– Издеваешься? – я села на кровати, сильно ударив Виктора кулаком в плечо.

– Ай, – Виктор схватился за место ушиба. – Ты меня калекой сделаешь.

– Даже не сомневайся в этом, – недовольно заявила я, пристально вглядываясь Виктору в глаза. – Раз ты все знаешь, зачем тогда позволил Ивару забрать рукопись и заодно прихватить меня с собой? А, эти веревки, для чего связал меня?

– Чтобы отвести все подозрения, – Виктор тяжело выдохнул, проведя ладонью по своему лицу. – Если бы я не знал, что ты легко можешь освободиться от этих веревок, на тебе бы сейчас были стальные кандалы.

– Допустим, – недоверчиво ответила я. – Почему, тогда, ты отдал рукопись Ивару?

– А, ты хочешь, чтобы мы втроем пошли против этого самозванца, притворяющимся Царем Ярикты? – Виктор с досадой посмотрел на меня. – Втроем против целой армии?

– Я не говорю, что мы должны были вступать с ним в бой, – я недовольно скрестила руки на груди. – Хотя бы рукопись ему не надо было отдавать.

– Рукопись нужна, также, чтобы сделать лекарство от проклятья Мрада и спасти Есению, – Виктор встал, посмотрев в сторону окна. – Ивар же, все равно не сможет прочитать рукопись без твоей помощи.

– Ты это все специально спланировал? – я озадаченно уставилась на князя.

– Не я, а мы вместе с братьями, – Виктор обернулся, посмотрев на меня. – Думаешь, я бы встал на сторону подонка, который убил моих родителей? Однако, до тех пор, пока Ивар считает, что я на его стороне, у нас есть шанс переиграть его.

– Но, когда ты узнал обо всем? – я призвала силу, залечивая ссадину, натертую веревкой.

– После нападения волоков, когда сцепился с Димитрием, – Виктор подошел ближе. – Тогда меня нашел Артур и все мне рассказал. Вначале, я наотрез отказывался ему верить, посчитав его безумцем. Но, он передал мне это и весь мой мир разом перевернулся.

Князь протянул мне исписанный листок, края которого были неровно оторваны.

– Что это? – я взяла в руки листок, переданный мне Виктором. – Рожденные в день зимнего солнцестояния… князь Ивар и наследный князь престола Горд…. Это же…

– Лист из учетной книги, – Виктор кратко кивнул. – У моего отца действительно был брат, который как две капли был на него похож. Тогда то, я и поверил в слова, сказанные мне Артуром.

– Где братья сейчас? – взволнованно спросила я.

– В темнице Ярикты, – уверенно ответил Виктор. – Пока они там, им ничего не угрожает.

– Неужели Ивар так просто согласился оставить их в живых?

– Я убедил Ивара в том, что пока братья будут сидеть в темнице, он сможет закончить все вопросы со своим проклятьем. А, когда обретет власть над силой Нетленной армии Морены, никакая Стрижда с ее войсками не смогут ему противостоять. В противном случае, отпусти мы князей или убей их, войска Стрижды незамедлительно войдут в Ярикту, и нас не останется времени разобраться с проклятьем.

– Как вы все так четко спланировали? – я пнула Виктора ногой по коленке. – Почему тогда вы мне ничего не рассказали? Я была уверена, что вы поссорились из-за меня.

– Отчасти, так и было, – Виктор поморщился от боли, но тут же усмехнулся. – Я пока не намерен уступать тебя Димитрию.

– Дурак, – я облегченно выдохнула.

– Поверь мне, Анна, все оказалось не настолько хорошо, как кажется на первый взгляд. Да, мы поклялись, что кроме нас троих, никто не будет ничего знать, – Виктор опустился передо мной на колени, положив руки поверх моих рук. – А, также, сошлись на том, что достанем рукопись и уничтожим ее. Однако, так мы думали вначале. Первым препятствием для нас стала Лада, которую Ивар отправил вместе с нами, а в придачу, приставил к нам и начальника своей дружины.

– Значит, не ты потащил Ладу с нами?

– Признаюсь, вначале мне это показалось даже забавным, ведь так я мог уколоть Димитрия, – устало выдохнул Виктор. – Однако, после того как я все узнал, то подумал, что, если отошлю Ладу обратно в Ярикту, мы сможем избавиться и от дружинников. Но, мой план оказался слишком опрометчивым, и мог навлечь на всех нас серьезные подозрения. Поэтому, нам пришлось играть до конца.

– Значит, тогда в Низинах, ты не отослал Ладу обратно в Ярикту? Это была еще одна часть вашего плана?

– Да, – Виктор напряженно стиснул зубы. – Действовать нужно было быстро, поэтому, мы придумали новый план. Моя задача состояла в том, чтобы убедить начальника дружины подыграть мне и прикинуться, что они с Ладой, действительно отправились в Ярикту. На самом деле, они пошли следом за нами, только в обход Гривчатого леса. План состоял в том, чтобы схватить тебя и отобрать рукопись, как только ты ее заполучишь. Тем самым, я смог отвести от себя все подозрения. Димитрий с Артуром же, незамедлительно превратились в пленников, чем обеспечили себе доступ в замок Ярикты. Так, мне пришлось стать шпионом не только для Стрижды, но и для Ярикты.

– Но, мы же, все вместе, просто могли скрыться с рукописью в Стрижде. Димитрий говорил, что мы можем приготовить лекарство и передать его Есении.

– Ивар бы не стал лечить ее. Ему плевать на всех, кроме себя. Один раз он уже совершил переворот и захватил власть. Он бы не успокоился, пока не заполучил войско Морены и пришел с армией в Стрижду. Я не могу просто так взять и простить этому ублюдку смерть своей семьи. К тому же, на тот момент времени, Димитрий кое-чего еще не знал.

– Вы ведь могли просто убить его, – с долей сомнения, предположила я.

– Вот об этом я и говорю, Анна. Наш первоначальный план оказался несовершенен. Никто из нас не предвидел, никто не знал, но убить Ивара так просто оказалось не возможно. Дело в том, что этот ублюдок – бессмертен.

– ЧТО?

– Именно. Когда мы заночевали в доме Летавицы, я вспомнил про тот разговор между Хрючом и Иваром, который слышал в комнате Есении перед отбытием из Ярикты. Тогда я не особо придал ему значение. В тот день, когда твоя мать прокляла Ивара, дав выпить ему отвар из воды Мрада, этот подонок, все-таки обрел бессмертие. Аглая наивно полагала, что никому не удастся поднять рукопись из озера, из-за чего Ивару придется вечность мучиться от проклятья.

– Значит, Хрюч все это время помогал Ивару?

– Не совсем так. Какими именно мотивами руководствовался Хрюч, мне не известно. Однако, после того, как мы привезли тебя в Ярикту, именно Хрюч сообщил Стрижде, что ты являешься потомком Радимира и собираешься достать рукопись из Мрада. Только вот…

– Только вот, раз мы достали рукопись, у Ивара теперь есть все шансы и исцелиться, и получить власть над войском Морены.

– Да, вечная власть и бессмертие. Всем своим существом он жаждет именно этого.

– Погоди, а как быть с тем, что вы ранили Артура?

– Этого, к сожалению, мы не смогли предвидеть. Начальник дружины пустил в него стрелу. Ты себе даже не представляешь, какие усилия нам потребовались в тот день, чтобы не выдать себя.

– Ты сказал, что Лада с дружиной была лишь первым препятствием. Тогда, каким оказалось второе?

– Ты, – Виктор уверенно посмотрел на меня с непроницаемым лицом. – Ты и твое пророчество. Поскольку, рукопись нужна тебе, чтобы спасти свою жизнь, мы больше не можем просто взять и уничтожить ее.

Я закусила губу, задумавшись над происходящим.

– Анна, сколько времени у тебя осталось? – Виктор настороженно посмотрел на меня.

– Три дня, – тихо ответила я, опустив глаза.

– Нужно поторопиться, – Виктор задумчиво отвел глаза.

– Вы можете уничтожить рукопись, – уверенно воскликнула я.

– Не говори глупостей, – резко отсек князь.

– Правда, Виктор. Не нужно так сильно рисковать ради одной, мелкой души, если на кону стоят души сотен других людей. Если Ивару каким-то образом удастся подчинить себе армию Морены, ни мне, ни вам, ни кому-либо еще спастись не удастся. И тогда уже будет плевать, есть у нас рукопись или нет.

– Даже если придать твоим словам вес и допустить возможность уничтожения рукописи, Ивар все равно остается бессмертным. И попыток завладеть силой Нетленной армии не прекратит.

– Тогда, я не знаю, что еще можно сделать, – я обреченно выдохнула.

– Единственный способ остановить Ивара, это убить его, – уверенно заявил Виктор, сжав руки в кулаки.

– Как ты себе это представляешь? – в недоумении, спросила я.

– Хрюч подсказал один верный способ. Нам нужно избавить Ивара от проклятья. Ты должна будешь прочесть рукопись и суметь приготовить лекарство от проклятья Мрада. В тот момент, когда проклятье будет снято, Ивар лишится своего бессмертия и будет уязвим. Тогда я и убью его.

– Ты хоть понимаешь, насколько это опасно?

– Другого варианта у нас нет. Это единственный шанс, который у нас есть, и мы не должны его упустить. К тому же…

Виктор не успел договорить, когда двери комнаты с грохотом распахнулись.

Виктор тут же кинулся к тазу, окатив меня водой.

– Как успехи? Пришла в себя? – в комнату вошел Царь Ярикты в сопровождении начальника дружины.

– Оклемалась как миленькая, – Виктор презрительно усмехнулся, откинув таз в сторону.

Я сидела, пораженная тем, что меня облили водой, судорожно стараясь вытереть мокрое лицо.

– Она согласилась? – напористо спросил Царь.

– Да, отец, – Виктор кивнул, – Анна приготовит лекарство от проклятья.

– Видишь это? – Царь подошел ко мне чуть ближе, вскинув руку, в которой держал рукопись. – В этой рукописи спрятан способ снять проклятье Мрада. И ты найдешь его, чтобы вылечить мою дочь!

– Хорошо, – сквозь зубы процедила я.

– Вот и замечательно, – Ивар протянул руку с рукописью вперед, передавая ее мне, – Как только все сделаешь, вернешься обратно в свою деревню. Сколько тебе нужно времени?

– Около трех дней, – ответила я, изрядно нервничая.

– Твоя мать была куда расторопнее, – хмыкнул Царь, швырнув рукопись мне на колени.

– Да, – я недовольно прищурилась, посмотрев на Ивара и тихо добавила, – поэтому-то и смогла провести всех вас.

– Я смотрю, твой язык такой же длинный и острый, как и у Аглаи, – Царь наклонился ко мне, схватив меня за горло. – Она смогла сохранить его, а вот тебе твой язык, я с удовольствием вырву.

Ивар недовольно оттолкнул меня, из-за чего я несильно пошатнулась.

– Проследи за ней, – Царь выпрямился, обращаясь к Виктору. – Если эта девчонка такая же, как и ее мать, а она такая же, то ее скверный характер может доставить нам не мало трудностей. В случае неудачи, я спрошу с тебя, Виктор. Не сомневайся.

– Как прикажете, – князь поклонился, провожая удаляющегося из комнаты Царя.

Дождавшись, пока никого не станет, Виктор повернулся, протянув мне руку.

– Отсчет времени начался, – Виктор сжал в ладони мою руку, которую я протянула ему. – Этот бой мы не должны проиграть!

Часть 41.

20 лет назад.

– Быстрее сынок. Быстрее, – женщина бежала по темному коридору, волоча ребенка за собой.

– Мама, куда мы бежим? Где папа? – плохо произнося слова, темноволосый мальчишка ковылял, не поспевая за матерью.

– Скоро мы будем в безопасности, – ее голос дрожал от волнения. – Дядя Станислав позаботиться о нас.

Молодая женщина со своим маленьким сыном бежала вдоль длинного коридора, стараясь спешно покинуть замок. Им нужно было добежать до заднего двора замка, где их ждал снаряженный экипаж. Впереди уже виднелись большие створчатые двери, которые отделяли их от долгожданной свободы. Но, видимо в эту ночь удача была не на их стороне.

– Далеко собралась, Елена? – двери распахнулись, с диким гулом разлетаясь в разные стороны. Вбежавшая стража сразу же расступилась, пропуская вперед высокорослого мужчину. Его широкие плечи слегка прогибались вперед под тяжестью кольчуги, сплетенной из железных колец. Сверху ее скрывала черная ткань, с вышитыми на ней многочисленными золотыми гербами. Его грудь и руки были покрыты полированными металлическими доспехами, блеск которых заглушали грязь и капли крови. Он был еще достаточно молод и амбициозен. И даже отчетливо проступающая седина в его черных волосах нисколько не уменьшала его привлекательности.

– Умоляю, Ивар, не трогай нас, – вздрогнула женщина со слезами на глазах, прижимая ребенка ближе. – Прошу, дай нам уйти.

– Хах, сама Царица Ярикты молит меня о пощаде. – Ивар скривился в усмешке, склоняя голову на бок. – Сегодня и вправду великий день.

– Я прошу тебя, – женщина попыталась сделать свой голос более твердым. – Молю, ради богов, дай нам с сыном уйти и обещаю, ты нас никогда не увидишь.

– Слишком поздно ты вспомнила о прощении. Раньше нужно было молиться своим богам, может быть, они бы тебя и услышали, – Ивар пристально на нее посмотрел. Его ладони плотно сжались в кулак, а тело отчетливо напряглось. – Я потратил всю свою жизнь на то, чтобы добиться справедливости. И все это время меня питала лишь одна мысль – заставить твоего ненаглядного мужа пережить то, что однажды пережил я.

– Ты настолько жесток, что ради власти пошел против собственного брата, – женщина тяжело дышала, сжав кулаки.

– Это мои земли по праву наследования, женщина, – Ивар направил свой меч в сторону Царицы. – А твой ненаглядный муж отобрал их у меня.

– Ты сам отказался от трона.

– Наглая ложь! – заорал Ивар, – Это сделал мой братец. Он нарочно вынудили меня отречься от престолонаследия, а затем выпроводил из столицы на границу со Стриждой.

– Мама, – мальчишка подергал мать за подол платья, привлекая ее внимание. – Это папа?

Женщина не смогла выдавить из себя ни слова. Она лишь ласково погладила сына по волосам. Ее лицо полное горечи утраты и падающие из глаз капли слез все говорили за себя.

Не дожидаясь ответа, Ивар присел на колени, чтобы лучше рассмотреть лицо мальчика. Маленькие, черные глаза ребенка застыли в немом испуге, отчего он сильнее прижался к матери.

– Это и есть его сын? – с большой долей иронии, выдавил из себя мужчина, кивком приказывая солдатам оттащить мальчика от мамы.

Солдаты не мешкая, схватили ребенка.

– Мама, мама, – мальчик в испуге кричал, неумело хватаясь за подол маминого платья, – Нееет, мама…

– Сынок, малыш мой, – женщина с истошным криком пыталась вырвать ребенка, из-за чего, солдатам пришлось оттаскивать и ее. – Оставьте моего сына, не троньте его.

Но, сил слабой женщины было недостаточно, чтобы справиться с солдатами. Они силой выдрали ребенка из рук матери, отшвырнув ее на пол. Солдаты держали за руки бьющуюся в истерике женщину, которая видела, как в темноту длинного коридора уносят ее ребенка, заливающегося слезами. Постепенно его крики становились все меньше слышны, пока полностью не растворились в стенах холодного замка.

– Ты мерзкое животное, – женщина попыталась наброситься на мужчину, но ее скрутили еще сильнее. – Куда ты унес моего ребенка?

– Тише, дорогая, – с усмешкой заявил Ивар, подходя ближе. – Не нужно громких слов, о которых можно пожалеть.

– Ты ничего не получишь, – женщина гневно закричала. – Станислав, он придет за нами. ОН спасет нас! Его люди тебя уничтожат!

– Ты про него говоришь? – Ивар насмешливо кивнул солдату с глубоким шрамом под глазом показать то, что он скрывал за своей спиной.

Пальцы солдата плотно держали за волосы мужскую голову. Это была отсеченная, кровящая голова того, на кого Царица возлагала свою последнюю надежду на спасение. Посеревшее, умерщвленное лицо, с закатившимися вверх глазами и высунутым языком.

– О Боги! – вскрикнула женщина, в испуге прикрыв ладонью рот. – Станислав…

Ее челюсть задрожала от новой волны слез. Этот мужчина был не просто ее другом, он был почетным членом ее семьи и возглавлял личную охрану ныне убитого Царя и любимого мужа Царицы. По распоряжению его Величества, Станислав должен был вывезти Царицу с наследником в безопасное место, но не успел это сделать.

– Ты-убийца! – ожесточенно выпалила Царица.

Ивар досадно усмехнулся. Его рука, сжимающая рукоять меча, взметнулась вверх.

– Вини в этом своего мужа, – Ивар подошел к Царице, обхватив тонкую женскую шею своей грубой ладонью. – Я лишь вернул себе свое.

Мужчина сильно сдавил пальцы на шее женщины, отчего с ее губ сорвался тихий хрип. Елена сидела, боясь пошевелиться, пристально вглядываясь в его бешеные глаза.

– А, теперь, пришло время и тебе сделать выбор, – он наконец разжал руку, давая Царице сделать полный вдох. – Либо ты становишься моей, и мы вместе продолжим править Яриктой, либо…

– Лучше сгинуть во мраке, – не раздумывая ответила Елена, гордо вскинув голову.

– Другого, я и не ждал, – мужчина напряженно обхватил рукоять меча.

Лезвие с лязгом вышло из ножен и тут же вошло в живот женского тела, пронзая его насквозь. Не успела женщина всхлипнуть, как мужчина, с напускной жестокостью, рассек ее тело вверх до самой груди, а затем, просто выдернул его обратно. Захлебываясь в собственной крови, Царица рухнула на пол, с округлившимися от боли янтарными глазами.

Ивар, с довольной гримасой на лице, вытер перепачканный в крови меч о свой рукав, убрав оружие в ножны.

– Господин, – позади раздался обеспокоенный голос одного из солдат. Он подбежал к Ивару, сразу же упал перед ним на одно колено. – Аглая сбежала.

Часть 42.

– Ваше Величество, мы поймали его, – массивные, створчатые двери громко заскрипели, когда в тронный зал, с криками, влетел худощавый мужчина со шрамами на лице. Он бежал, крепко прижимая рукоять меча к телу, чтобы она не мешала ему совершать большие, размашистые движения.

– Наконец-то, – холодно бросил, сидящий на троне Ивар. Его голос, тяжелым эхом отозвался в другом конце длинной комнаты. Он обернулся на бегущего к нему мужчину, опустив ладонь на спинку трона.

– Как вы и предполагали, он пытался пересечь границу Ярикты, – командир дружины поклонился, опустившись на одно колено и протянул свернутый пополам листок.

– Посмотрим, – Ивар довольно улыбнулся, прежде чем принять листок. – Неужто все из-за этой девки, будь она проклята.

– Они встречаются в Требном доме в Сарпах, – объяснял командир дружины, пока Царь судорожно читал написанное на листке. – Прошу вас взглянуть, внизу есть герб.

Глаза Царя гневно сузились, а взгляд приобрел твердость. Холодные ладони правителя крепко сжали резные ручки деревянного трона, на котором он сидел.

– Глупец! – гневно завопил Царь, вскочив на ноги. – Неужели он думал, что я ничего не узнаю? Тащи сюда этого доносчика. Хочу знать, кто стоит за всем этим.

Командир дружины обернулся ко входу и махнул стоящим там стражникам.

Массивные двери вновь заскрипели, когда в комнату, в окружении двоих дружинников, ввели худощавого, пожилого мужчину. Воздух заполнило громкое клацанье металла. Старик тяжело перебирал ногами, то и дело спотыкаясь о сковывающие его ноги кандалы. Руки, прижатые к груди, также были закованы в цепи. Низ посеревшей рубашки был заляпан черной грязью. На рукавах виднелись следы высохшей, темной крови, которую он, видимо, стирал со своего лица.

Подведя пленника почти вплотную к трону, один из солдат сильно ударил старика, подбивая его сзади по ногам. Мужчина сразу же упал на колени, издав тихий, болезненный всхлип.

– Кто еще знает об этом? – Царь приподнял лист, демонстрируя его старику.

Старик молчал, лишь плотнее прижав голову к груди.

– Царь велит тебе говорить, – разозлившись, повысил голос командир дружины.

– Я рассказал все, что знаю, – почти шепотом пробубнил старик, не поднимая головы.

– Вот же мерзость, – командир дружины пнул ногой старика в бок, который, не удержавшись на ослабленных ногах, завалился на пол. – Ваше Величество, он так ничего нам не рассказал. Лишь мычал что-то невнятное себе под нос.

– Хрюч, – голос Царя стал более напористым и нетерпеливым, – ты что, решил пойти против меня? Забыл, благодаря кому, твоя магия до сих пор существует?

– Отвечай! – рявкнул на лежащего на боку старика, командир дружины. Он кивнул солдатам, чтобы те подняли пленника и вновь поставили его на колени.

– Ты не он, – запинаясь сказал Хрюч. – Он бы никогда так не поступил со своим ребенком. Горд никогда бы не проклял собственную дочь!

– Это сделали твои руки, старик, – Царь нервно рассмеялся. – Это ты дал Есении выпить тот отвар..

– Я не хотел этого! Ты сказал мне подмешать проклятую воду в питье, – громко завопил старик. – Я ненавижу себя за это. Ненавижу! И, никогда себе этого не прощу.

– Ты безумец, старик, – повелитель улыбнулся. – Ты же сам согласился на ту сделку, а теперь, решил сделать меня виноватым в совершенных тобою грехах?

Хрюч опустил в пол пустой взгляд. Мужчина сложил ладони вместе и, делая тяжелый, глубокий вдох, собравшись с духом, на выдохе произнес:

– Я сделал это только потому, что ты грозился убить всех моих детей, если я не помогу тебе, – старик пристально посмотрел на Царя. По его щекам потекли горькие слезы.

– До сих пор не могу понять, почему ты всех своих учеников называешь своими детьми, – самодовольно усмехнулся Царь, присаживаясь обратно на трон.

– А, как же, Есения? Она разве не твоя дочь? – голос Хрюча буквально источал мольбу, в то время как горькие слезы катились по его щекам. – Мои ученики мне не родные, но ради их спасения, я пошел на этот тяжкий грех только, чтобы они могли жить. Но, Есения всегда была твоей плотью и кровью, она твой родной ребенок… Я ведь должен был просто приготовить этот чертов отвар… Я же не знал, что он предназначался именно для маленькой княжны.

– Ты не хуже меня знаешь, что он и не для нее предназначался, – холодно ответил Ивар, -Мне всего то надо было отправить на тот свет мою жену, которая плела бесконечные интриги за моей спиной со Стриждой. Но видимо, судьба распорядилась по-другому. Таково предназначение Есении. Помочь своему отцу…

– Этим вы с Гордом и отличались, – Хрюч с досадой усмехнулся. – В отличие от тебя, он думал о своей семье и благополучии своего народа. Ты же, всегда жаждал только власти.

– Прикусил бы ты свой язык, старик, – лицо Царя накрыла пелена отвращения, а его дыхание стало более обрывистым и частым.

– Но, ведь такова правда. Ты же не умеешь останавливаться. Для тебя нет пределов. Ты переворошил всю Ярикту, убил десятки людей и…

– И добился своей цели! – уверенно и гордо заявил Ивар, – Несмотря на все твое недовольство, я выполнил свою часть договора. Никто из твоих подопечных не пострадал. Они благополучно живут в Сарпах, здоровые и невредимые.

– Ложь! Ты угрозами заставил меня продолжать тебе служить, заставил искать выживших потомков Радимира. И, вот, когда Виктор, наконец, нашел Анну, ты готов убить и его, лишь бы заполучить желаемое. Неужели ты забыл, о чем тебя просил Горд?

– Любая привязанность порождает слабость, – твердо ответил Ивар. – В этом я убедился несколько лет назад.

– Когда убил Аглаю? – старик тяжело вздохнул, – Она ведь любила тебя…

Стоящий возле своего трона Царь на секунду прикрыл глаза. В окутавшей его взор темноте, моментально пронесся образ стройной, молодой девушки с медным цветом волос, отливающим яркими вспышками рыжего пламени на солнце. Такая свободная, дикая и недоступная. А затем, ее большие глаза темного, зеленого цвета, наполненные слезами и надменная улыбка… последнее, что он увидел в тот день.

– Она сама выбрала для себя такой путь. Я не желал ей смерти.

– А, как же, Анна? Какая участь постигнет ее? – с нескрываемым беспокойством, спросил Хрюч.

– Это, уже, зависит от тебя старик, – Ивар указал пальцем на Хрюча, – Я знаю про ваш сговор с Королем Стрижды.

– Если знаешь, то чего же ты тогда хочешь от меня? – обреченно уточнил Хрюч, чувствуя, что слезы собрались в его глазах.

– Узнать, кто еще причастен к вашему заговору, – Ивар демонстративно сжал ладонь в кулак.

– Никто. Больше никто ни о чем не знает, – обессиленно ответил старик.

– Я не настолько глуп, чтобы поверить в то, что Виктору удалось справиться с Королем Стрижды и притащить их вместе с этой девчонкой в Ярикту. Чего еще я не знаю? – Ивар выжидательно смотрел на старика.

– Больше я ничего говорить не стану, – Хрюч замолчал. Он вновь свесил голову к себе на грудь, нашептывая под нос что-то похожее на молитву.

– Что ж, довольно опрометчиво с твоей стороны, – Царь вскинул два пальца вверх.

Ножны обнажились и уже через секунду старик захрипел, хватаясь окровавленными руками за перерезанное горло.

Не дожидаясь приказа, солдаты потащили обездвиженное тело прочь из Тронного зала, оставляя позади себя длинный, кровавый след.

– Что прикажете делать с князьями? – спокойно спросил начальник дружины.

– Три дня это слишком долго, – словно витая в собственных мыслях, ответил Ивар. – Езжай в Сарпы. Поскольку наш со стариком договор только что был расторгнут, у меня больше нет никаких оснований, продолжать соблюдать его.

– Ваше Величество, – командир дружины поклонился, прежде чем добавить. – Простите мне мое недоверие, но вы действительно этого желаете?

– Это маленькое несчастье, поможет нам обратить Стрижду против несуществующего врага, – Царь задумчиво обхватил пальцами бороду. – Поэтому, сделай все как нужно. Даю тебе один день!

– Слушаюсь, мой господин, – командир дружины поклонился и молча удалился из Тронного зала.

В ту же ночь, в Сарпах во всю полыхал Требный дом, полностью выгорев к утру. Сгорело все, идолы, ценные рукописи, алтари. Огонь в считанные минуты охватил все стены небольшого здания. Со всех концов города были слышны истошные крики заживо горящих учеников, запертых внутри.

С рассветом, по всем землям Ярикты, вплоть до чужеземной Стрижды, разошлись лживые слухи о том, что виновниками этой кровавой ночи стали взбунтовавшиеся ведьмы и колдуны, более не желающие подчиниться действующему запрету на магию.

Часть 43.

– Он убил его!

Виктор стоял в конце темного, подвального помещения, воздух которого был пропитан сыростью и едким запахом плесени. Где-то в далеке, глухим эхом доносился звук капающей на каменный пол воды. Напротив князя, отделенные металлической решеткой, находились Артур с Димитрием.

– Не могу поверить, что Хрюч мертв, – ошарашенный услышанной новостью, Димитрий крепко сжал в руке металлический прут решётки, уперевшись в него лбом.

– Как такое произошло? – Артур сидел на полу, оперевшись спиной о холодную стену. – Как, вообще, Ивар узнал обо всем?

– Его шпионы перехватили одно из писем, которые вы пересылали в Стрижду через Сарпы, – обреченно ответил Виктор.

– Получается, он изначально следил за нами, – Димитрий крепче сжал руками решетку.

– Надо как-то сообщить в Требный дом в Сарпах, чтобы они были осторожны, когда войска Стрижды подойдут к ним, – задумавшись, проговорил Артур.

– Артур… – Виктор слегка замялся. – Требного дома больше нет.

– Что ты сказал? – почти одновременно завопили братья.

– Прошлой ночью, Ивар сравнял его с землей, – устало ответил Виктор, тоже облокотившись о решетку.

– Но, там же были ученики Хрюча и несколько наших дружинников из Стрижды, – Артур вскочил на ноги, подбежав к решетке.

– И он их всех убил, – подытожил Виктор. – Несколько отрядов Ивара до сих пор там.

– Но, наши войска уже выдвинулись из Стрижды, – обеспокоенно взвыл Артур. – Они должны вот-вот подойти к Сарпам.

– Значит, Ивар знает, что мы собираемся напасть на Ярикту проведя войско через Сарпы, – уверенно заявил Димитрий.

– Нам нужно как можно скорее сообщить командованию войск Стрижды, чтобы они не пересекали границу в близи Сарп, – выпалил Виктор, уставившись на братьев.

– Как ты себе это представляешь? – Димитрий раздраженно хлопнул руками по решетке. – Если хоть кто-то из нас дернется и будет пойман, то весь наш план просто рухнет.

– Но мы должны предупредить наши войска, – Артур отошел, раскинув руки в стороны. – Если армия Ярикты уже поджидает у границы, сомневаюсь, что солдатам Стрижды удастся прибыть сюда вовремя. Если они вступят в бой раньше положенного времени, мы потеряем солдат, да еще и окажемся с Димитрием первыми в очереди на виселицу.

– Значит, тогда я сам отправлюсь к границе и предупрежу ваших командиров, чтобы они пошли в обход Сарп, – уверенно ответил Виктор.

– Ты, что, не в себе? – недовольно завопил Артур.

– Если ты уедешь, Анна останется одна, – твердо заявил Димитрий.

– Пока Анна не закончит лекарство от проклятья, ее никто не тронет, – Виктор устало скрестил руки на груди.

– Нам сейчас нужно затихнуть и не предпринимать никаких действий. Иначе, мы навлечем на себя новые подозрения, – Артур подошел к стене. Уперевшись спиной, князь съехал вниз, устало осев на пол.

– Я единственный еще пока не под подозрением, – Виктор посмотрел на задумавшегося Димитрия. – Пока Ивар мне верит, грех этим не воспользоваться.

– Это крайне сомнительный план, – неодобрительно отозвался Артур, подогнув одно колено.

– Ты можешь предложить другой? – немного вспылив, бросил Виктор, тут же успокоившись. – До границы и обратно двое суток пути. Если выдвинусь ночью, к утру следующего дня уже буду на границе Сарп. Оставлю послание для войска Стрижды и спокойно вернусь. Ивару скажу, что в Сарпах, из-за событий, вызванных пожаром в Требном доме, начались волнения, которые требуют вмешательства.

– Нет, нет, это бред какой-то. Мы слишком сильно рискуем, – Артур быстро замотал головой.

– Тогда какие у тебя предложения? – Виктор в недоумении ткнул рукой в сторону князя.

– Почему бы тебе не отпустить нас с Димитрием? – напряженно ответил Артур. – Мы доберемся до границы и сами предупредим наши войска. А, затем, в обход доберемся до Ярикты.

– Тогда все подозрения сразу падут на Виктора, – отозвался Димитрий, обернувшись к брату.

– Пусть отпустит тогда только одного из нас, а второй останется, – вновь предложил Артур.

– Тогда, друг мой, второй из вас вероятнее всего, сразу же умрет, – низким голосом, ответил Виктор.

– Пока мы с Артуром в темнице, Хрюч и его помощники мертвы, а армия стоит на границе, готовая встретить врага, Ивар должен был на время успокоиться, ведь угроз для него, фактически больше не осталось, – Димитрий начал рассуждать логически.

– Давайте сбежим из Ярикты все вместе в конце концов. Тогда никого из нас уже точно не убьют, – уже из последних соображений, предложил Артур.

– В этом случае, у Ивара есть все шансы завладеть силой Нетленного войска Морены. Если это произойдет, то от нашего войска, толку уже больше никакого не будет, – Димитрий оспорил предложение брата, облокотившись спиной о решетку.

– Тогда у меня больше нет идей, – Артур хлопнул в ладоши, разведя руки в стороны, – Изначально, мы договаривались о том, что наши войска подойдут к столице ровно через четыре дня. Как раз тогда, когда Анна должна будет снять проклятье с Ивара. Он станет смертным, Виктор убьет его, а мы вступим в бой с его армией.

– У нас в запасе всего три дня, – решительно вмешался Виктор. – Если я не направлюсь к границе сегодня, то войска Стрижды, в обход, не успеют прийти сюда за это время.

– И вступят в преждевременный бой в Сарпах, – обреченно ответил Димитрий.

– Именно, – утвердительно кивнул Артур.

– Значит, выбора у нас нет, – Димитрий протянул руку Виктору. – Постарайся вернуться вовремя.

– Не сомневайся, – в ответ, Виктор пожал руку князю и спешно зашагал прочь из темницы.

Часть 44.

– Анна, что-то случилось? – спросила Софья, видя, как я со злостью отодвинула от себя рукопись. Девушка как раз закончила смазывать, высохшие и покрывшиеся коркой, язвы на теле Есении.

– Моя мать хорошо потрудилась над лекарством от проклятья, – я устало провела ладонью по лбу, не переставая перелистывать страницы. – Так хорошо, что я с трудом могу его приготовить.

Я понимала, что мое раздражение было вызвано отсутствием сна, ведь всю прошлую ночь я только и делала, что разбирала обряды, написанные в рукописи. Только, лекарство от проклятья, на данный момент, меня интересовало меньше всего. Я желала отыскать именно тот обряд, который так сильно был сейчас мне нужен, ведь у меня осталось всего два дня в запасе до наступления пророчества.

– Виктор должен отправиться на границу сегодня ночью? – поинтересовалась у меня Софья.

– Да, – достаточно резко бросила я в ответ, вцепившись пальцами в голову.

– Анна, дело ведь не в лекарстве, верно? – Софья неспешно подошла ко мне. Девушка хотела положить руку мне на плечо в знак поддержки, однако, я подскочила с места, не дав ей этого сделать.

Терзаемая внутренними переживаниями, я подошла к окну и, уперевшись ладонью в стекло, облокотилась на него.

– Я не смогу изменить пророчество Морены, – тяжело выдохнув, произнесла я.

– Почему? – словно не веря моим словам, спросила Софья, прижав сжатую в кулак ладонь к груди.

– Потому что, это невозможно, – раздраженно ответила я, хлопнув ладонью по стеклу. – В рукописи ничего нет.

«Рукопись не поможет».

Только сейчас я поняла смысл слов, услышанных мною на ярмарке. В комнате наступила давящая тишина. Я крепко зажмурила глаза, когда ощутила, как к моему горлу подступает ком, являющийся предшественником нежданных слез.

– Ты уверена, что в рукописи ничего нет о способе изменить судьбу? – не унимаясь, еще раз уточнила Софья.

– Уверена, – я оттолкнулась рукой от окна и, развернувшись, подошла к кровати маленькой княжны, – Я прочла рукопись вдоль и поперек, от начала до самого конца, но ни единого способа изменить пророчество не нашла.

Я внимательно посмотрела на спящую девочку. Она мирно дремала лежа в кровати. Раны на ее теле почти зажили, но княжна крайне редко приходила в себя. Время от времени, она что-то тихо бормотала себе под нос. В моменты бодрствования, ее силы хватало лишь для того, чтобы попить воды и поесть теплого, куриного бульона. Затем, Есения вновь засыпала.

– Что же теперь делать? – платье Софьи зашуршало, когда девушка чуть ближе подошла ко мне.

– Видимо, смириться и уже, наконец, принять свою судьбу, – я опустилась на колени перед кроватью княжны, положив руки сверху на перину.

– Но, может есть какой-то другой способ все исправить? – голос Софьи задрожал. Я понимала, что она вот-вот заплачет.

– Нет, Софья, – я опустила голову на руки, уткнувшись лицом вниз, – у меня больше ничего не осталось.

Больше сил держаться у меня не осталось. Я пару раз дернула плечами, когда слезы отчаяния потекли по моему лицу. Хотелось кричать, бить руками по стене, впиваться когтями в кожу, чтобы хоть немного заглушить боль несправедливости, начавшую съедать меня.

И, когда отчаяние уже было готово меня поглотить, я вздрогнула, ощутив легкое прикосновение холодных пальцев к моей руке.

– Ма..ма, – тихо пробубнила Есения себе под нос не открывая глаз.

– Что? – тихо переспросила я, подняв глаза на княжну, думая, что мне послышалось. Однако, через секунду, губы Есении вновь пошевелились, произнеся то самое, заветное для каждого ребенка слово «мама».

Я приоткрыла рот, задержав дыхание. Из-за недостатка воздуха, кровь прилила к моей голове, отчего виски стали неприятно пульсировать.

– Пусть моя мать обрекла меня на смерть, но тебе я умереть не дам, – на одном дыхании произнесла я, бросившись к своей сумке.

Я начала судорожно перебирать ее содержимое в поисках нужных ингредиентов для приготовления лекарства.

– Что ты думаешь делать? – Софья недовольно нахмурилась, пристально наблюдая за каждым моим действием.

– Ключ к снятию проклятья Мрада кроется в крови потомка Радимира, – я вытащила из сумки длинную, острую иглу и направилась к княжне.

– Анна, некогда думать о других, – Софья преградила мне дорогу, не давая пройти,

– Софья, отойди, – твердо заявила я, прищурив глаза, чувствуя, как внутри меня начинает расползаться злость.

– Ты должна подумать сейчас о себе, – Софья даже не думала отходить. – У тебя времени почти не осталось.

– Вот именно, времени почти нет! – грозно закричала я, указав рукой в сторону кровати, где спала княжна. – Посмотри, посмотри на этого ребенка! Преданного и брошенного собственной семьей! Я, как никто другой, понимаю, что она чувствует. Только вот, за что ей такие мучения? Чем она заслужила себе такую судьбу?

– Ужасы жизни одного, не могут быть тяжелее ужасов жизни другого. Боль у каждого своя, – достаточно надменно произнесла Софья, чем вызвала во мне не сдерживаемый приступ гнева, отчего мои глаза вспыхнули белым светом. Я подлетела к девушке, схватив ее за грудки и крепко сжала ее кофту, пристально всматриваясь Софье в глаза.

– Да, что ты знаешь про…, – я осеклась, не договорив слово «боль». Напряженно прикрыв глаза, я тяжело выдохнула, отпустив кофту Софьи. – Всю свою сознательную жизнь я была эгоисткой, которая считала, что хуже, чем мне быть никому не может. Ведь я же обречена на смерть, предана родной матерью. Какая несчастная у меня судьба! И только сейчас, стоя на пороге смерти, я осознала, что все двадцать лет жила бессмысленную, пустую жизнь.

– Не говори так, – Софья, словно понимая мои чувства, вопреки ожиданиям не обиделась на меня, а, наоборот, крепко вцепилась рукой мне в плечо, уверенно заявив. – Ты вон скольких людей вылечила.

– Мое желание помогать людям было не искренним и далеко не благородным. Все это, я делала только лишь ради собственной выгоды, чтобы можно было лишний раз пожалеть себя, такую честную, праведную девушку со столь несчастной судьбой, – с отвращением к самой себе произнесла я, стараясь высмеять собственную несостоятельность. – Я даже рукопись согласилась поднять со Мрада не ради спасения чьей-то жизни, а лишь из собственной выгоды. Ведь, я так сильно желала спасти себя. Мое непринятие судьбы и постоянный поиск хоть какого-то сочувствия, не давали мне найти счастья в жизни, из-за чего, я напрочь забыла о том, что жить прямо сейчас – это и есть великое счастье. И какой бы несправедливой не казалась мне моя судьба, я должна была быть благодарной своей матери только лишь за то, что она дала мне возможность дышать. Пусть не долго, но у меня была эта возможность… возможность жить. И сколько бы не осталось биться моему сердцу, сколько бы не было отведено мне судьбой – я хочу успеть просто жить! Жить! Здесь и сейчас!

– Ты собираешься… – Софья не договорила, поняв, что я буду делать.

– Я закончу лекарство и спасу Есению, – уверенно ответила я, положив свою ладонь поверх руки Софья в знак благодарности. – И, сделаю все возможное, чтобы попытаться остановить Ивара. А затем, просто приму свою судьбу такой, какая она есть. Я больше не хочу сожалеть ни о чем.

Софья легонько улыбнулась мне, а затем, молча отошла в сторону, пропуская меня к княжне.

Я подошла к кровати, чуть нависнув поверх Есении. Поднеся иглу к пальцу, я проткнула кожу, выпустив кровь.

– Рукопись, – я протянула ладонь, прося Софью принести мне рукопись Радимира. Как только она оказалась у меня в руках, я помазала кровью в центре своей ладони, а затем, уперевшись рукой в лоб княжне, начала читать заклинание, которое моя мать составила, чтобы снять проклятье Мрада.

Под моей ладонью вспыхнул слабый белый свет, который с каждым новым словом начинал все интенсивнее усиливаться, пока не загорелся яркой, мощной вспышкой и тут же исчез.

Я убрала руку с головы княжны. Следов крови на лице Есении не осталось.

– Должно было сработать, – с надеждой в голосе, тихо прошептала я себе под нос.

Мир вокруг нас словно замер. Не знаю сколько прошло времени, но казалось, оно длилось вечность.

– Здравствуйте, – тихим, детским голосом сказала Есения, открыв глаза и едва различимо улыбнувшись.

– Боги, удалось! – взволнованно воскликнула Софья, бросившись к княжне и обняв ее.

Я тяжко выдохнула, почувствовав, как затряслись мои ноги. Напряжение настолько сильно сдавило мое тело, что я была готова упасть прямо на месте. Поистине, сегодня для Есении случился новый день для ее рождения.

– Вот, черт! – в ужасе воскликнула я, прижав рукопись к груди.

– Анна, ты чего? – удивленно уставившись на меня, спросила Софья, когда я оттащила ее в сторону от кровати маленькой княжны.

– Я родилась на рассвете третьего дня. А, значит, сегодняшняя ночь должна стать последней, – только сейчас я осознала, что мое время утекает еще быстрее. – У меня почти не осталось времени, чтобы разобраться с Иваром. Нужно срочно найти Виктора.

Полдень уже наступил, а значит, князь готовился к отъезду из Ярикты. Если Виктор уедет сейчас, а мое пророчество исполниться до его возвращения, то уже некому будет снимать проклятье с Ивара. Как только я спохватилась, чтобы побежать на встречу Виктору, чтобы предупредить его, дверь в комнату Есении распахнулась.

– Папа, – радостно воскликнула княжна, видя перед собой родного человека.

Ивар, не говоря ни слова, подошел к своей дочери, молча проведя ладонью по ее щеке.

Вслед за Царем Ярикты, в комнату вошел командир дружины, сопровождаемый двумя своими стражниками.

– Предупреди Виктора, – шепотом сказала я Софье, чтобы никто не мог услышать.

– Что ж, ведьма, вижу ты смогла снять проклятье с моей дочери. – Ивар подошел ко мне, надменно посмотрев на меня.

– Как и обещала, – непроницаемым голосом, ответила я.

– Значит, я в тебе не ошибся, – поддельный Царь Ярикты усмехнулся, а затем, внезапным ударом в грудь, толкнул меня в руки командира дружины, отчего я чуть не выронила рукопись из рук. – Тащи ее в Тронный зал!

Часть 45.

Девушка бежала вниз по лестнице, спотыкаясь о подол собственного платья, пару раз чуть не упав. Факел, горящий в ее руке, освещал ей дорогу сквозь темноту подвального помещения, куда ей пришлось спуститься.

Как только девушка достигла самого низа, она остановилась, переводя дыхание. Прямо перед ней стоял молодой стражник, с правой стороны у которого висел меч, спрятанный в ножны.

Девушка протянула руку, в которой был сжат небольшой льняной мешочек.

Стражник утвердительно кивнул, и девушка легонько кинула мешочек в его сторону. Распахнув его, стражник довольно улыбнулся, перебирая руками звенящие монеты. Пройдя мимо Софьи, парень покинул подвал.

– Софья, ты зачем здесь? – заметив девушку, недовольно воскликнул Артур.

– Виктор прислал за вами, – Софья вытащила из-под подола платья связку ключей. Трясущимися от волнения руками, девушка пыталась попасть нужным ключом в замок. – Ивар схватил Анну!

– Как? Почему? – почти в один голос произнесли братья.

– Анне удалось приготовить лекарство от проклятья. Она спасла Есению, – Софья отворила замок. Дверь темницы со скрипом распахнулась. – Видимо, Ивар решил не ждать и хочет сделать все сейчас. К тому же, времени до пророчества Анны почти не осталось.

– Где они? – резким тоном, спросил Димитрий.

– Они в Тронном зале, – Софья указала пальцем на мечи князей, что стояли возле дальней стены.

– Значит, все решится сегодня, – Димитрий вытащил свой меч из ножен. Сталь металла со звоном вышла наружу, рассекая воздух.

– Покинь замок немедленно, – Артур схватил Софью за плечи, решительно посмотрев ей в глаза. – Когда мы со всем разберемся, обещаю, я найду тебя.

В ответ, Софья лишь кивнула, мягко улыбнувшись. Не дожидаясь слов, Артур притянул девушку чуть ближе и уверенно поцеловал ее. Холодной головой князь осознавал, что исход сегодняшних событий никто не мог предугадать, а значит, эта встреча с Софьей, могла стать для него последней. Веря в лучшее, и он, и его брат, все-таки, в глубине души, готовились к худшему.

– Идем, – собравшись с мыслями, Артур подошел к Димитрию, вынув меч из ножен вслед за братом.

И, лишь скатившаяся по девичьей щеке, одинокая слеза, стала той самой, немой молитвой и верой в лучшее.

Часть 46.

– Отец! – в Тронный зал влетел взволнованный Виктор. – Что происходит?

– Наша дорогая ведьма справилась с проклятьем раньше обещанного срока, – довольно улыбнулся Царь Ярикты, указав рукой в мою сторону, – Думаю, больше медлить ни к чему.

Ивар кивнул дружиннику головой. Страж, что держал меня под руку, силой пихнул мое тело вперед, отчего я еле устояла на ногах.

– Что ты собираешься делать? – наигранно притворялся Виктор, словно ничего не понимает. – Анна дала Есении лекарство. На этом, необходимость ее нахождения в Ярикте отпала. Ты обещал ее отпустить.

– Виктор, Виктор, – Царь Ярикты иронично улыбнулся, покачав головой. – Ты действительно слеп. Впрочем, ты ничем не отличаешься от своего отца.

– Что ты имеешь в виду? – несколько опешил Виктор, почувствовав, как к нему сзади приблизился командир дружины, подчиняющейся Ивару.

Царь Ярикты снял с руки перчатку, обнажив изуродованную язвами ладонь. Я насторожилась, увидев у мужчины точно такие же раны, как были и у его дочери. Значит то, что моя мать прокляла этого человека, отравив его проклятьем Мрада, было действительно правдой.

– Это проклятье, сотворенное твоей матерью, – Ивар, посмотрев на меня, засучил рукав рубашки, оголив руку, изъеденную высушенными язвами, до самого локтя. – Вот, что Аглая сделала со мной.

– А, что с ней сделал ты? – спокойно спросила я, крепче сжав рукопись в руке. – Убил… за неподчинение?

– Я не склонен поддаваться сантиментам, – грубо ответил Ивар, – однако, даже я не настолько жесток, чтобы убить… дорогого мне человека.

Последние три слова Царь Ярикты произнес гораздо тише, с нескрываемой досадой, отведя глаза в сторону.

Я уже приоткрыла рот, чтобы спросить, насколько дорог Ивару был его брат, раз он решил в одночасье убить его, но тут же прикусила язык, понимая, что тем самым могу выдать себя.

– Значит, слухи, что ходили в замке о твоем проклятье, правдивы, – сдерживая эмоции, произнес Виктор. – Что ж, тогда пусть Анна поможет и тебе.

С напускной фальшью, Виктор склонил голову, поклонившись Царю Ярикты.

– Приступай! – твердым тоном, скомандовал Ивар. Дружинник вновь толкнул меня, заставляя подойти ближе к Царю.

Собравшись с духом, я разжала ладонь, в которой лежала игла. Поднеся острый кончик к пальцу, я замешкалась, ощущая внутреннее волнение, словно было что-то, что меня останавливало.

– В чем дело? – недовольно спросил Ивар, подойдя ко мне.

– Я… – не громко ответила я, покачав головой, чем вызвала недоумение на лице Виктора.

– Давай же, Анна, – видя мои сомнения, Виктор решительно подбодрил меня. – Спаси моего отца.

– Хорошо, – на одном дыхании, выпалила я. – Я все сделаю.

Проткнув указательный палец, я помазала кровью лоб Царя Ярикты. Приложив руку к голове Ивара, я начала читать тот же заговор, который читала в комнате Есении. Белый свет заполнил мою ладонь, начав все сильнее разрастаться.

Когда я произнесла последние слова заговора, Ивар хрипло закричал. Белый свет растекся по телу мужчины, пройдя по его руке, а затем исчез, впитавшись в тело Царя.

Воцарилась недолгая пауза. Ивар облегченно выдохнул, распахнув свои глаза. Довольно улыбаясь, Царь Ярикты с любопытством осмотрел свою излечившуюся от ран руку.

– Столько лет смирения не прошли даром, – Ивар крепко сжал пальцы в кулак, скривившись в победной ухмылке.

– Я все сделала, – с напряжением в голосе, заявила я, пытаясь отойти назад.

– Еще не все, – Ивар тут же схватил меня за руку, не давая уйти.

В это же мгновение, двери Тронного зала с грохотом распахнулись, когда в них влетело тело одного из пораженных стражников, что охраняли вход с обратной стороны. Сразу следом, в помещение вбежали Димитрий с Артуром, держа перепачканные кровью мечи наготове.

– А, вот и твои защитники пожаловали, – усмехнулся Ивар, выпуская мою руку. – Жаль, только поздно.

Увидев, что Ивар отвлекся, Виктор молниеносно вытащил меч и делая выпад, кинулся с ударом на Царя Ярикты, прицелившись ему прямо в область груди. Я затаила дыхание, ощутив, как по моему телу прошелся удар молнии.

Ивар, увернулся, повернувшись боком и выхватил свой меч. Острие лезвия Виктора со звоном вонзилось в лицевую сторону меча Ивара, проскользив по нему со скрежетом. Все произошло в одно мгновение. Ивар успел уклониться.

Резкий удар рукоятью меча командира дружины по спине Виктора, заставил князя зарычать от боли и рухнуть прямо на колени перед Царем Ярикты.

Поняв, что план провалился, Димитрий с Артуром дернулись, чтобы помочь другу.

– Виктор! – закричала я, бросившись к князю, но меня остановило, замершее возле моей шеи острие меча Ивара.

– Стойте на месте, – довольный собой, скомандовал Царь Ярикты, уставившись на князей. – Бросьте мечи!

Подчинившись приказу, братья с неохотой выпустили орудия из рук. Влетевшие в Тронный зал дружинники заломили князей, заставив их обоих опуститься на колени. Солдаты уперли им в спины оголенные мечи.

Видя, что Ивар немного замешкался, Виктор предпринял еще одну попытку напасть на него. Подавляя ноющую в спине боль, князь крепко сжал рукоять своего меча, слегка отведя руку назад, чтобы резким движением вскочить и пронзить самозванца. И, только Виктор дернул рукой, как его тут же перехватил командир дружины. Мужчина выбил меч из ладони князя и крепко обхватив ее, завел руку над головой Виктора.

– Ты почти меня убил, – продолжая держать меч возле моего горла, Ивар обратился к Виктору. – Только силенок у тебя оказалось маловато, чтобы со мной тягаться.

– Я все равно закончу начатое, – гневно выпалил Виктор.

– Думал, я ничего не узнаю о твоем предательстве, дорогой мой сын?

– Не смей меня так называть, подонок! У тебя нет на это никакого права.

Не дожидаясь приказа, командир дружины сильно выкрутил руку Виктора, отчего князь зашипел от боли, сжав челюсти.

– Хватит Ивар! – крикнул Димитрий, стоя на коленях на полу. – Мы все знаем правду. Тебе все равно ничего не удастся сделать.

– Как только я закончу с обрядом, я поставлю весь мир перед собой на колени, – восторженно воскликнул Ивар.

– Войска Стрижды уже на подходе, так что, лучше сдайся сейчас, – твердо и решительно произнес Димитрий.

– Думаешь, я настолько слеп? – Ивар громко рассмеялся. – Мне уже давно известно про все ваши планы. Твои войска, Король Стрижды, прибудут в столицу только завтра. За это время, я успею с вами разобраться. А, когда заполучу силу Нетленного войска, уже ничто не сможет сравниться с ней по силе. Я стану недосягаем ни для кого и обрету вечно бессмертие.

– Ты не получишь армию Морены, – с нескрываемым гневом, твердо заявила я. – Я не стану тебе в этом помогать!

Ивар пристально посмотрел на меня, недовольно сузив глаза. Царь Ярикты приподнял руку, а затем, глухо щелкнул пальцами. В момент, когда на его лице растеклась самодовольная улыбка, командир дружины занес меч над головой Виктора и одним резким рывком отсек князю левую руку.

Завопив от мучительной боли, Виктор согнулся, схватившись за истекающую кровью культю, оставшуюся от руки.

– Виктор, черт! – закричал Артур, попытавшись вскочить на ноги, но стражники его тут же швырнули вниз.

Димитрий стоял на коленях, тяжело и глубоко дыша. Князь сам себя ненавидел за то, что случилось с его другом, которому он сейчас не мог помочь.

От ужаса широко распахнув глаза, я зажала рот рукой, мысленно повторяя про себя имя Виктора. Мои глаза наполнились слезами сожаления, которые тут же покатились по моему лицу. Меня затрясло. Я отказывалась верить в происходящее, от отчаяния не понимая, что мне было сейчас нужно делать.

– Я жду Анна, – холодно бросил Ивар. – Чем дольше ты медлишь, тем сильнее он истечет кровью.

Сглотнув образовавшийся в горле ком, я посмотрела заплаканными глазами на Царя. Призвав белый свет в своей ладони, я вытянула трясущуюся руку вперед.

– Нет, Анна, не смей, – хрипел Виктор, корчившись от боли. Кровь из его отрубленной руки перепачкала его рубашку и штаны, скопившись вокруг князя небольшой лужицей.

Понимая, что выбора мне не оставили, я продолжила. Раскрыв рукопись Радимира, я положила ее на пол. Уколов палец, я капнула одну каплю своей крови прямо на страницу рукописи и, следом, положила поверх нее распахнутую ладонь.

– Черт! – послышался гневный вскрик отчаявшегося Артура. Я окинула князей коротким взглядом, заметив, насколько сильно сейчас в глазах Димитрия отражалась безысходность.

Приоткрыв рот и закрыв глаза, я произнесла ровно три слова: «БЛАГОСЛОВЯ» «ДРЕМЛЯ» «МОРЕНА».

Распахнув белые глаза, я распрямилась. Прикоснувшись к груди Ивара, я нашёптывала заговор, призывая силу армии Морены.

Из рукописи стали выходить черные вихри. Они расползлись по всему Тронному залу, создавая вокруг потоки сильного ветра.

– Что происходит? – спросил Артур, стараясь глубже дышать сквозь тяжелые потоки воздуха.

– Армия Морены, – ответил Димитрий, стараясь укрыть лицо. – Надо что-то срочно предпринять пока еще не поздно.

Видя, что дружинники замешкались, испуганные происходящим, князь потянулся к своему мечу. Схватив оружие, Димитрий развернулся, ударив дружинника и выбив меч у него из рук.

Князь встал на ноги, намереваясь бежать в сторону Ивара, но слишком сильное сопротивление ветра, не давало Димитрию сделать ни шагу.

– Да будет так в Нави, да будет так в Прави, и да будет так всегда! – последнее, что произнесла я, прежде чем потоки воздуха стали сходится в единый поток, который тут же начал входить в живот Ивара, бесследно растворяясь в его теле.

– Она моя! – довольно и гордо заявил Царь Ярикты, открыв глаза и вздохнув с облегчением.

Димитрий сорвался с места, ударив командира дружины. Мечи схлестнулись, отчаянно сопротивляясь. Димитрий надавил сильнее, схватив левой рукой командира за запястье, а затем со всей силы пнул мужчину ногой в живот. Закашлявшись, командир согнулся.

Промчавшись мимо, Димитрий нацелил меч прямо на Ивара. Подскочив вверх, князь хотел ударить по Царю Ярикты, но, неожиданно, рухнул на пол. Черная, светящаяся вуаль охватила меч Ивара и, выйдя из него, хлестко ударила по Димитрию, отразив его атаку.

– Димитр…и… – договорить я не успела, застыв на месте.

Я стояла не шевелясь, не в силах ни говорить, ни даже дышать. Такую сильную боль, я испытала лишь раз, когда вспорола свой живот во время схватки с Летавицей. Ощутив вкус металла во рту, я со страхом опустила голову вниз. Мое тело, чуть выше живота, насквозь пронзило острое лезвие меча, которое Ивар воткнул в меня одним резким движением.

– Передай привет своей матери, – таким же резким движением, Ивар вырвал свой, перепачканный кровью меч, из моего тела, криво улыбнувшись. – Она уже давно ждет тебя во мраке смерти!

Приложив ладонь к ране, я почувствовала, как мое сознание начало угасать. Не в силах выстоять на ослабленных ногах, я грохнулась на колени, а затем повалилась всем телом на холодный, каменный пол. И, лишь отчаянный крик Димитрия, больше не способного ничего изменить, был последним, что я услышала, прежде чем погрузилась во тьму.

– АННА-А-А-А…

Часть 47.

20 лет назад.

– Не удивительно, что здесь ничего нет? – Летавица сидела за столом, перелистывая пустые страницы рукописи. – Ни одного писания.

– Только я могу прочесть рукопись, – Аглая суетливо возилась над маленьким чугунным котелком, вымешивая отвар. – Давай.

Девушка протянула Летавице ладонь. Хозяйка Постоялого двора с неохотой протянула девушке сосуд, наполненный черной жидкостью.

Аглая откупорила колбу, выливая ее содержимое прямо в котелок.

– И, что ты теперь собираешься делать? – Летавица закрыла рукопись, внимательно посмотрев на свою подругу.

– Есть у меня в запасе последний вариант, – Аглая перевела печальный взгляд на свою ладонь.

– Сдурела? – резко крикнула Летавица, хлопнув девушку по руке. – Не вздумай! Мы найдем другой способ.

– Нет другого способа, – Аглая молча подняла на Летавицу наливающиеся слезами глаза. Женщина молча подтолкнула девушку к себе, крепко ее обняв.

– Ты своей жизнью не разбрасывайся, – Летавица отстранилась, взволнованно посмотрев на свою подругу. – И, с этим твоим Иваром, тоже решим, что сделать. Ты можешь переждать в Гривчатом лесу. Я попрошу отца. Он его не пропустит. Никто до тебя не доберется.

– Ты его не знаешь, – Аглая вытерла слезы, принявшись наливать отвар обратно в сосуд. – Он просто обезумел в своем желании получить власть. Меня он, так просто, в покое не оставит, ведь я единственная, кто может призвать Нетленную армию Морены. Не удивлюсь, что он уничтожит весь Гривчатый лес, только чтобы добраться до меня. К тому же, вечно прятаться я тоже не смогу.

– Все равно, это не выход, – Лета недовольно нахмурила брови.

– Ты не хуже меня понимаешь, что в моей ситуации, это единственный выход, – Аглая тяжело улыбнулась, поднеся колбу с черной жидкостью к свету. – Я зашла слишком далеко, желая получить рукопись. Только в ней не оказалось этого волшебного способа, который так мне был нужен. Лишь сплошные обряды, да заговоры. Еще и по моей милости, Ивар стал угрозой для всех. Так что, я должна это все закончить.

Летавица ничего не ответила, лишь молча присев обратно на стул.

Аглая завернула рукопись в тряпку, с ободранными краями. Взяв в руки сосуд с черной жидкостью, девушка положила его себе в карман и, тяжело выдохнув, направилась к двери.

– Лета, возьми это, – обернувшись, Аглая кинула подруге маленькую баночку.

– Чистые воды? – подхватив банку, Летавица в недоумении уставилась на свои ладони.

– Если однажды Анне понадобиться твоя помощь, прощу не отказывай ей.

Летавица перевела тяжелый взгляд на свою подругу и молча кивнула ей в ответ.

– Спасибо, Лета, – Аглая выдавила из себя печальную улыбку.

– Иди ты… сама знаешь куда, – Летавица постаралась улыбнуться в ответ, чувствуя, как на ее глазах собираются слезы.

– Туда я и направляюсь, – взяв себя в руки, уверенно ответила Аглая, выйдя и захлопнув за собой дверь.

Вскочив на коня, девушка, обуреваемая надеждой исправить все, что натворила, помчалась к Гривчатому лесу. Бросив короткий взгляд на тускнеющее небо, Аглая отметила про себя, что начинало вечереть. А, это значит, что, когда она пересечет Гривчатый лес, аккурат должна будет наступить ночь. Хотя бы время сейчас было на ее стороне.

Вновь погрузившись в размышления, Аглая на мгновение ощутила себя опустошенной. Неужели она прожила бесполезную жизнь? Вся ее судьба превратилась в сплошную гонку ради исправления собственных ошибок. И, если ошибку, которую она совершила, помогая Ивару, девушка могла себе простить, потому что знала, как ее исправить, то вот ошибку, по вине которой, страдает ее ребенок, Аглая простить себе никак не могла.

Каждый день, проведенный в разлуке, она вспоминала эту крошечную частичку себя, которая мирно сопела, лежа в своей кроватке. Именно таким осталось последнее воспоминание Аглаи о собственной дочери.

И, сейчас, девушке оставалось лишь гадать, представляя в собственных фантазиях, какой Анна будет, когда вырастет, и какая жизнь ее ждет. Ведь судьбу своей дочери, Аглая знала хорошо.

И, сейчас, пролетая мимо деревьев и стараясь как можно быстрее домчаться до Мрада, в мыслях Аглаи крепко засела одна единственная фраза «Я люблю тебя, моя милая, Анна. Я люблю тебя». Она же всегда и была для Аглаи тем самым потоком решительности, дарующим силы не сдаваться и найти способ изменить судьбу своей дочери.

Не заметно, Гривчатый лес закончился, и девушка выехала прямо к проклятому озеру.

Спрыгнув с лошади, Аглая подбежала к краю пропасти, внизу которой мирно спали воды Мрада.

– МОРЕНА! – во весь голос завопила Аглая, стоя на самом краю обрыва проклятого озера. Ее крик пронесся стремительным эхом вокруг всего озера. – МОРЕНА! Черт бы тебя побрал. Явись ко мне.

Вокруг озера была сплошная тишина. В отчаянии, Аглая опустилась на колени, с досадой ударив кулаком по черной земле.

– Прошу! – голосом полным отчаяния, проговорила девушка. – Приди!

Спустя несколько мгновений, над поверхностью воды начал закручиваться, черный туман. Он стеной поднялся к небу, скрывая под своим покровом все вокруг. Достигнув пика, этот высокий, черный столб, ровно посередине, стал медленно и тягуче расходиться в стороны. Как только над озером пронесся поток ледяного ветра, туман резко рухнул вниз, растворяясь в толще черной воды. И, ровно на месте этого самого тумана, появилась Она! Морена!

В длинном черном платье с красным подолом, расшитым золотыми нитями, с двумя черепами на плечах, выделанными из золота, она равнодушно смотрела сверху вниз, повиснув в воздухе над Мрадом.

Ее черные, длинные волосы увенчивал громоздкий венок, украшенный красными розами и острыми, золотыми шипами. С рукавов ее платья свисали длинные золотые нити. То, насколько богиня была красива, невозможно было описать ни одним существующим словом.

– Аглая, – воздух разрезал чарующий, холодный голос Богини. – Нужно иметь вескую причину, чтобы так нагло звать меня.

– У меня именно такая причина, – девушка сглотнула скопившуюся от волнения слюну во рту и набрав в легкие как можно больше воздуха, на выдохе произнесла. – Я хочу заключить сделку!

Часть 48.

– Как иронично. То, что не смогла сделать мать, закончила ее дочь, – громко рассмеялся Ивар, вытерев о свой рукав кровь с меча, который вытащил из тела Анны.

– Зачем, зачем ты это сделал? – сквозь слезы, тихо проронил Виктор.

Из-за обильной потери крови, тело Виктора сильно ослабело, отчего он уже не мог уверенно стоять на ногах. Князь самостоятельно перетянул место ранения, зубами затянув шнурок от своего пояса. Перебираясь на четвереньках, Виктор подполз к Анне, оставляя позади себя ровный, кровавый след.

– Анна, – в слух произнес, пораженный случившимся Артур. Он жадно хватал ртом воздух, ощущая, насколько сильно сперло у него в груди. Переведя взгляд, князь пристально посмотрел на своего брата, который застыл на месте.

Король Стрижды видел все. И то, как стальное лезвие вонзилось в женское тело, пронзив его насквозь, и то, с каким удовольствие Ивар вырвал меч обратно. Димитрий видел, как тело Анны тяжело рухнуло вниз, а после, сделало последний вздох. Видел он и то, как Виктор, сидел возле тела девушки, плакал и обнимал его, проклиная несправедливую судьбу. Князь молча стоял, не в силах выдавить из себя ни слова, а затем, просто рухнул вниз, упав на колени. Всем своим существом он почувствовал, что ровно в тот момент, когда глаза Анны закрылись, оборвалась и его жизнь тоже.

– Анна, прости меня… прости, – изнывал Виктор, плача над телом девушки.

– Ты убил ее, – отрешенно произнес Димитрий, опустив голову вниз.

Это было странно, но внутри у князя, словно образовалась дыра, из-за которой, он ничего не мог чувствовать. Не было ни скорби, ни печали, ни боли. Лишь сплошная, бесконечная пустота.

– Эта девица была той, кто мог не только снять проклятье Мрада, но и вновь наложить его, – Ивар протянул меч вперед, направив его в сторону Димитрия. – Было бы слишком опрометчиво с моей стороны, позволить ведьме остаться в живых. Но, теперь, мне точно никто не сможет помешать.

Димитрий крепко стиснул челюсти, еще не до конца осознав, что сейчас произошло. И, хоть смерть Анны случилась на его глазах, князь не хотел мириться с этой реальностью, всячески стараясь отогнать ее от себя.

Однако, действительность была таковой, что Ивару все-таки удалось заполучить силу Нетленного войска Морены. И, чем эта сила должна была для них для всех обернуться, было известно уже давно. Но, одно сейчас оставалось неизменным. Ивара нужно попытаться остановить, даже если это будет стоить им всем жизней.

– Артур, – коротко бросил Димитрий, встав и распрямив спину.

– Да, понял я, – тяжело выдохнул князь, горько улыбнувшись и крепче прижав к себе меч.

Артур понимал, что отступать им некуда. И, даже если сегодня, они с Димитрием и Виктором примут здесь свою смерть, они должны быть уверены, что смогли сделать абсолютно все возможное, чтобы остановить этого подонка, называемого Царем Ярикты.

Поднявшийся на ноги командир дружины, достал из ножен еще один меч.

Закричав, он кинулся на Димитрия, быстро размахивая оружием. Димитрий уклонялся от ударов, выставлял лезвие меча, как щит, чтобы создать преграду атакам. Увернувшись в очередной раз, Король Стрижды завел свой меч в сторону и рубящим движением, вонзил его сверху в плечо командира дружины. Мужчина завопил от сильной боли, выронив меч из правой руки, которая теперь висела без движения вдоль его туловища.

В дверях Тронного зала раздался громкий топот. Еще три дружинника прибежали на шум, доносившейся из замка.

– Ну, хоть кто-то мне достанется сегодня, – хищно улыбнулся Артур.

Закричав, он кинулся к толпе дружинников, раскидывая их в стороны.

Видя, что брат справляется, Димитрий пустился в сторону Царя Ярикты.

Он ударил несколько раз по нему своим мечом, схлестнувшись с Иваром в ожесточенной схватке. Внезапно, меч Ивара покрылся черной, обволакивающей пеленой, из которой вышла бесформенная тень.

– Что? – едва слышно произнес Димитрий, ужаснувшись увиденному.

Тень мгновенно ударила князя под дых, откинув его в сторону, из-за чего, Димитрий выронил свой меч, который отлетел чуть поодаль от него.

– Димитрий! – крикнул Артур, тут же пропустив удар кулаком по лицу одного из дружинников. Князь чуть не завалился на спину, едва устояв на ногах.

– Не понимаю, для чего все это? – самодовольно спросил Ивар, подойдя ближе к Димитрию. – Вы ведь понимаете, что обречены. Так для чего тогда сопротивляетесь?

– Обречен здесь только ты, – Димитрий осторожно вытащил из своего пояса перочинный ножик, чтобы Ивар не заметил. – На вечное одиночество!

Король Стрижды запустил ножик, целясь Ивару прямо в голову. Черная тень стеной выросла перед лицом Царя, заслонив его от летящего оружия.

Спохватившись, Димитрий быстро встал, отбежав назад, чтобы вернуть себе свой меч. Внезапно, князь ощутил, стремительное приближение к себе командира дружины, пытающегося ударить его стальным лезвием. Димитрий прыгнул, чтобы успеть дотянуться до меча, уже готовый закрыться от удара, как тут же, командир упал, схватившись за окровавленную шею, из которой торчал кусок необработанного лезвия.

– Живой? – тяжело дыша спросил Виктор. Князь, вложив в удар все оставшиеся силы, метнув лезвие в командира и попав ему точно в горло.

Задыхаясь от льющейся крови, командир дружины рухнул, издав свой последний хрип.

Димитрий встал, кивком поблагодарив Виктора за свое спасение. К князю тут же подбежал Артур, разобравшийся со стражниками.

– Что делать то? – переполненный сомнениями, спросил Артур. – Мы даже не знаем, как его убить.

– Единственное, что приходит мне в голову, это то, что нужно попытаться вспороть ему живот, – Димитрий отчаянно стиснул зубы, стараясь хоть что-то придумать.

– Думаешь, это поможет? – с недоверием, спросил Артур.

– Откуда я знаю, – недовольно ответил Димитрий. – Анна говорила, что скопление силы у нечисти находится в их животе. Так что, думаю попробовать стоит.

– Черт, выбора все равно похоже нет, – выругался Артур, крепко сжав рукоять меча обеими руками.

Димитрий в последний раз посмотрел в сторону Виктора, на коленях которого лежало бездыханное тело Анны и, шумно выдохнув, кинулся на Царя.

Уклонившись от ударов Артура и Димитрия, Царь Ярикты раскидал братьев по разным сторонам Тронного зала.

Почувствовав жжение, Димитрий прикоснулся пальцем к рассеченному лбу, из которого потекла кровь.

Побитый, весь в синяках Артур, пытался подняться на ноги, злобно шипя от боли.

– Он даже не дает нам к себе приблизиться, – раздраженно бросил Димитрий, заметив подошедшего к нему Виктора.

Наследник трона Ярикты протянул уцелевшую руку князю, чтобы помочь ему встать.

– Артур зайдет и ударит сзади, – не громко сказал Виктор, подняв с пола валяющийся меч. – Мы с тобой отвлечем его внимание.

– Ты едва на ногах стоишь, – голосом полным сомнения, произнес Димитрий, окинув друга обеспокоенным взглядом.

– На его смерть силы найду, – усмехнулся Виктор. Его бледное лицо и потухшие глаза отчетливо давали понять, насколько ему сейчас тяжело.

Хлопнув друга по плечу, Димитрий приготовил и свой меч тоже.

Видя решительность князей, Ивар прикоснулся рукой к лезвию своего меча и неспешно отвел руку в сторону. Вслед за его ладонью, из меча вышли с десяток теней, обретя отчетливые силуэты.

Это были черные, безликие воины, похожие на стражников. Они держали в руках мечи и следовали четким указаниям Ивара. По его команде, они напали на князей, пытаясь нанести им смертельные удары. Увернувшись, Виктор вонзил меч в грудь одному из стражников, отчего тот мгновенно превратился в черную, рассеивающуюся дымку.

– Вперед, – скомандовал Димитрий, поняв, как победить стражников Морены.

Князья рубили мечами, расчищая себе путь к Царю Ярикты. Когда они настигли его, Царь Ярикты уже успел призвать огромную, черную силу, скопив ее в своей руке и запустил в князей.

Сила оказалась настолько мощной, что даже сноровки Ивара не хватило, чтобы полностью обуздать ее. Плотный, черный поток взвыл вверх, пронзив и разрушив часть потолка Тронного зала.

Камни полетели вниз, заставляя князей уклониться. Артур отпрыгнул в сторону, успев увернуться, а Димитрий с Виктором прижались к стене, чтобы их не зацепило. На месте удара, образовалась большая, зияющая дыра, через которую отчетливо виднелось сумеречное, ночное небо.

– Это невообразимая сила, – с досадой, сказал Виктор. – Я не знаю, как мы справимся.

– Как и всегда справлялись, – поддержал друга Димитрий. – Командной работой и верой в свои силы.

Димитрий посмотрел на Артура, который сжал в руке большой камень. Как только князь запустил им в Ивара, привлекая его внимание на себя, Димитрий с Виктором напали на Царя Ярикты. Еще не пришедший в себя после атаки Ивар, неуклюже двигался. Возможность управлять силой армии Морены, требовала большой выносливости.

Первый удар нанес Артур, напав на Царя Ярикты сзади. Черная тень заслонила тело Ивара, ударив Артура по ногам. Второй удар сверху нанес Димитрий, но Ивар отклонился, уворачиваясь. Тут же, последовал третий удар со стороны Виктора. Князь упер рукоять меча в центр своей ладони, и выпрыгнув снизу из-под ног Димитрия, вертикально запустил меч в Ивара, стараясь рассечь ему челюсть.

Ивар согнулся, уклоняясь от удара и врезал Виктору коленом по лицу, но тут же напоролся на атаку Димитрия, который все-таки смог резануть Царя Ярикты по плечу, раня его.

Рассвирепев, Ивар выбил с помощью тени меч из руки Димитрия и схватил князя за горло, крепко стиснув его своим пальцами. Король Стрижды захрипел, вцепившись Ивару в руку. Занеся меч назад, Царь Ярикты пустил лезвие Димитрию в тело, намереваясь его проткнуть.

Яркий, белый свет вспыхнул в Тронном зале, ослепив всех. Димитрий вырвался, ударив Ивара по лицу. Когда Царь Ярикты пришел в себя, он уже не мог пошевелить мечом, который крепко держала веревка, сияющая золотым светом.

Повернув голову, Ивар застыл на месте, увидев перед собой до боли знакомое лицо, которое уже не было похоже на простого человека.

Часть 49.

20 лет назад.

– Ты понимаешь, о чем просишь? – холодный голос Морены эхом разносился по Мраду.

– Прекрасно понимаю, – Аглая распрямилась, встав на ноги.

Богиня вспыхнула, обратившись в черную дымку и появилась на месте, рядом с Аглаей.

– Клятва, данная тобой, нерушима. Даже я не могу изменить ее, – Морена стояла напротив девушки, спокойно сложив руки перед собой. – Век твоей дочери, будет не долог.

– Пусть так, но она хотя бы сможет жить, – настаивала Аглая,

– Ты готова отдать остаток своей жизни дочери и погрузить свою душу в вечную тьму?

– Ради нее, мне жизни не жалко, – Аглая улыбнулась краешком губ. – К тому же, моя душа уже давно мне не принадлежит. Я растратила ее, окунувшись в иллюзорные грезы о любви, из-за чего, самый дорогой мне человек, теперь вынужден страдать. Я дала клятву, которая перечеркнула жизнь моей дочери. Так, пусть моя несостоявшаяся жизнь станет ключом к ее спасению.

– Я всегда считала людей наивными глупцами. Вы думаете, что любое спасение, всегда сопровождается жертвой. И, это неизменный порядок мироустройства, – Морена довольно усмехнулась. – Отдавая свою жизнь во спасение собственной дочери, ты слепо веришь, что жертвуешь ее. Но, Аглая, единственным ключом к спасению, всегда была любовь.

– Любовь может причинять лишь боль и страдания, – холодно бросила Аглая. – Я не желаю своей дочери узнать, что это такое.

– Однако же, благодаря любви, ты тогда спасла своего возлюбленного. И, разве, не из-за любви ты сейчас стоишь здесь, передо мной и молишь о помощи для своей дочери? Осознай же, наконец, эту великую силу. Именно благодаря ей, ты проживаешь и радость… и печаль, чувствуешь сострадание и боль, учишься смирению… и надежде. Отдать все во спасение, не требуя ничего взамен, это не жертва, Аглая. Это любовь. Твоей душе удалось сделать это дважды.

– Я отдавала, чтобы они могли обрести… – пробормотала Аглая, широко распахнув глаза.

– В этом и есть истина, Аглая, в познании силы и истинности любви. Ты смогла открыть свою душу, ты позволила своему сердцу чувствовать. Твоя жизнь не была напрасной, – Морена подняла руку девушки ладонью вверх. Линии на ее руке озарились белым светом. – На этом, твой путь окончен!

На последнем слове, Морена растворилась, оставив после себя лишь редкие сгустки черной дымки.

Аглая продолжила стоять, всматриваясь в свою ладонь. На несколько секунд прикрыв глаза, она улыбнулась.

Он здесь.

– Ивар, – глубоко вздохнув, Аглая повернулась.

Прямо позади нее, сидел верхом на лошади тот, из-за которого, ее судьба в одночасье переменилась.

– Здравствуй, дорогая, – окружённый толпой солдат, Ивар самодовольно улыбнулся. – Я же обещал, что всегда найду тебя.

Аглая чуть крепче прижала к себе рукопись, собирая во едино всю оставшуюся у нее внутреннюю силу. Ведь именно сейчас, ровно на этом месте, она разом исправит все свои ошибки и, наконец, спокойно завершит свой недолгий, но такой важный путь, благодаря которому, два ее самых любимых человека, обрели возможность продолжать жить.

Часть 50.

Холодно. Первая мысль, которая пронеслась у меня в голове, когда я начала ощущать собственное тело. Распахнув глаза, я увидела, что лежу на молодой, зеленой траве, покрытой тонкой коркой хрустящего снега.

– Где я? – резко вскочив, я села, в панике оглядевшись по сторонам. Сплошной сумрак и простирающая в бесконечность густая тьма. Холод, исходящий от земли, неприятно морозил пальцы.

– Нет! – воскликнула я, когда вспомнила события, произошедшие недавно в Тронном зале. Неимоверный страх охватил меня, когда я потихоньку начала понимать, где сейчас нахожусь.

Ладонью я ожесточенно хлопнула по замерзшей траве, оставляя на ней четкий след от своих пальцев. Зубы заскрежетали, когда от переполняющего меня отчаяния, я начала тереть ими друг об друга. Я чувствовала, как начинает учащаться мое дыхание, как сердце, от волнения, ускоряет свой темп, как разочарование разливается в груди, норовя вырваться наружу истошным криком боли. Я, как только могла, старалась дышать ровнее, но у меня ничего не получалось. Слюна во рту куда-то испарилась, зато стойкий привкус крови никак не уходил. Кончиком высохшего языка, я попыталась смочить свои пересушенные, потрескавшиеся губы.

– Прошу, – тихо всхлипнула я, чувствуя, как мои глаза наполняются слезами. – Я еще не все успела… мне нужно… спасти их…

Мои холодные щеки начали щекотать горячие слезы. От раздирающей мою грудь печали, я до боли в суставах сжала кулаки, с ожесточением зарычав и со всего размаха, ударила кулаком по земле. Сейчас мне безумно хотелось истошно закричать, от нежелания принимать всю несправедливость произошедшего.

– Анна, побереги свои руки, – позади меня раздался спокойный, женский голос. – Они тебе еще понадобятся.

Растерявшись от неожиданности, я резко обернулась. Где-то в голове пронеслась мысль о том, что мне был знаком этот голос. Я была почти уверена, что слышала его раньше. Такой мягкий и нежный, он успокаивал меня, когда я плохо себя чувствовала. Он пел мне удивительные, чарующие песни. Я просто была обязана его помнить.

– Это… ты, – я уперлась руками в траву, завороженно смотря на нее. – Быть… не может…

Моя нижняя челюсть тряслась, заставляя меня заикаться от волнения. Губы дрожали. В панике, я зажала рот ладонью, надеясь, что это хоть как-то поможет мне совладать с эмоциями.

– Да, Анна, это я, – она улыбнулась своей самой нежной улыбкой, жестом показав мне подняться. – Прошу тебя, встань.

– Тетя? – голова шла кругом. – Откуда… ты здесь? Как?

Я плохо осознавала, что сейчас происходило. Страх неизвестности продолжал сковывать мое тело. В попытке выполнить ее просьбу, я неуклюже облокотилась о трясущееся руки, стараясь использовать их как опору. Немного приподняв туловище, я поняла, что почти не чувствую отсидевшие ноги, которые свело болезненной судорогой. Неуклюже оттолкнувшись руками от земли и сжав кулаки от неприятных, колющих ощущений, я распрямила ватные ноги.

– Я здесь для того, чтобы рассказать тебе о твоей судьбе, – тетя подошла ко мне ближе, ласково проведя ладонью по моей щеке. – Как сильно ты выросла, девочка моя.

Женщина попыталась приобнять меня, но я отступила, делая шаг назад.

– Не нужно бояться, – тетя одарила меня ласковой, заботливой улыбкой, чтобы хоть немного усмирить бушующий внутри меня страх. – Все самое страшное с тобой уже произошло.

– Значит… пророчество все-таки исполнилось, – мой голос все еще дрожал. Я ненадолго прикрыла глаза, стараясь успокоиться. – И, что со мной теперь будет?

– Не переживай. Все разрешится наилучшим образом, – тетя довольно улыбнулась, окидывая меня спокойным взглядом. – Твоя мать об этом позаботилась.

– Только не надо втягивать сюда мою мать, – с долей раздражения ответила я, тихо добавив. – Я еще не до конца простила ее.

– Ты почти ничего не знаешь про Аглаю, – тетя отвела глаза, наполненные печалью.

– Про тебя я, видимо тоже, мало что знаю, – сохраняя дистанцию между нами, я хотела скрестить руки на груди, но опустила голову вниз, видя перепачканную кровью одежду.

Разорванный черный кафтан и подранная рубашка, залитая красными пятнами. Растрепавшиеся, взлохмаченные волосы, неопрятно спадающие на лицо. Высохшая на ладонях грязь, с кусками черной земли под ногтями. Смотреть на себя сейчас, мне самой было неприятно.

– Прости меня, Анна, что так мало времени провела с тобой, – с сожалением, сказала тетя. – Я не могла остаться дольше.

– Про что ты говоришь? – недоумевая, спросила я. – Ты ведь умерла из-за болезни. Здесь не за что извиняться.

– Нет, Анна, я не умерла, – женщина легонько улыбнулась. – Отжила свое лишь моя телесная оболочка. Сама я, никогда не была человеком, и уж точно, никогда им не стану.

– Да, кто ты, тогда, такая? – растерянно спросила я.

– Я есть свет мира сего, – в руке у женщины вспыхнул белый свет, похожий на мой. – Я та, у кого есть право распоряжаться людскими судьбами. Я та… кто сотворил и твою судьбу.

Я дернулась, когда линии на моей ладони озарились белым свечением.

– Макошь! – тихо произнесла я, опешив от увиденного. – Богиня Макошь…

Я не понимала, как такое возможно. Женщина, которую я столько лет считала своей тетей, оказалась не ведьмой, не человеком и, даже не духом. Женщина, которая воспитывала и обучала меня оказалась Богиней человеческих судеб – Макошью.

– Прости меня, Анна, что ничего не рассказала тебе раньше, – с грустью в голосе сказала женщина. – Я боялась тебе обо всем рассказать.

– Моя мать знала, кто ты такая? – с напором, спросила я, нахмурив брови.

– Да, – уверенно ответила Макошь, – Аглая все знала, поэтому, и попросила меня позаботиться о тебе, пока ее не было рядом.

– Что ж, – мои губы дернулись в ироничной полуулыбке, – отдать ей должное, хотя бы об этом она позаботилась.

– Все, что делала твоя мать, Анна, было исключительно из любви к тебе, – решительно заявила Макошь, посмотрев на мня хмурым взглядом.

– А, бросила она меня тоже из большой любви ко мне? – я скрестила руки на груди, также сурово посмотрев на богиню. – Ты меня, получается, тоже оставила.

– Я совершила бо́льший грех, чем ты можешь себе представить, – на секунду, Макошь задумалась. В ее взгляде отчетливо читалась все то сожаление, которое она в себе чувствовала. – И, Аглая, не имеет к этому никакого отношения. Твоя мать должна была вернуться к тебе, Анна. Однако, она сотворила себе другую судьбу.

– Значит, судьбу все же можно изменить? – на мгновение, я воодушевилась.

– Судьба неизменна! – холодно бросила Макошь. – Никто не вправе ее изменить.

– Но, ты только что сказала, что моя мать сотворила для себя другую судьбу.

– Да, – Макошь печально прикрыла глаза, – потому что, Аглая отдала оставшуюся часть своей жизни тебе.

– Что? – я почувствовала, как меня тряхануло от услышанного.

– Аглая не бросала тебя, Анна. После твоего рождения, она пыталась сделать все возможное, чтобы найти способ и изменить твою судьбу, чтобы спасти тебя, – Макошь прошла вперед, обходя меня.

– Спасти? Дав клятву прервать род Радимира? – я окончательно запуталась, почувствовав, как начинаю злиться. – О чем ты говоришь?

– Тебе это покажется невозможным, но Аглая не виновна в твоем рождении. Если кого и следует винить в этом, так только меня, – Макошь остановилась рядом со мной, положив ладонь мне на плечо.

– Ты действительно говоришь сейчас какие-то невозможные вещи, – я глупо усмехнулась, внутренне сильно напрягшись.

– После того, как Аглая дала клятву и покинула Ярикту, вернувшись в Глушь, прошел год. Твоя мать пыталась начать новую жизнь простой знахарки, но, невозможность иметь детей сильно беспокоила ее. Аглая всегда видела во всем лучшее, поэтому, каждый раз тешила себя мыслями о том, что данная ею клятва не была напрасной. Она помогла спасти жизнь ее любимого человека, даже несмотря на то, что им суждено было расстаться. Твоя мать верила, что поступила правильно и, в какой-то момент, даже смирилась со своим одиночеством, – Макошь тяжело прикрыла глаза, глубоко вздохнув. – В тот день он пришел к ней за лекарством для своей лошади. Молодой, веселый, и до боли похожий на Ивара. Поначалу, Аглая всячески сторонилась его, но постепенно, они стали все больше общаться.

– И, зная, что нельзя иметь детей, она согласилась быть с ним? – с горечью бросила я. – Как это банально!

– В этом, как раз, я и виновата, – с горечью в голосе, заявила Макошь, пристально посмотрев на меня глазами, полными сожаления. – Это я сказала твоей матери, что если она родит от простого человека, то клятве не суждено будет исполниться.

– Что ты сделала? – пораженная словами, переспросила я, – Ты же Богиня! Как ты могла так ошибиться?

– Я видела полотно твоей судьбы, Анна, еще до твоего рождения, – тяжело дыша, произнесла Макошь. – Ведь это я соткала его. Ты должна была жить.

– Тогда почему я сейчас здесь? – громко крикнула я.

– Потому что, твой отец не принял тебя, – на одном дыхании произнесла богиня. – В день твоего рождения, он отрекся от тебя и, тогда, клятва, данная твоей матерью, возымела силу, перекроив полотно твоей судьбы.

Я положила ладонь себе на лоб, чувствуя, что вот-вот упаду. Не в силах стоять, я опустилась вниз, вновь осев на землю.

– Нет… Не могу поверить… Как…

– Никто из нас даже не предполагал, что все обернется именно так, – Макошь тяжело посмотрела меня. – После рождения, дитя всегда переходит в род отца и закрепляется за ним. Поэтому, клятва Аглаи, не должна была никак на тебя повлиять, ведь ты больше не должна была быть потомком рода Радимира. Однако, отречение твоего отца от тебя, вернуло тебя обратно, в род Аглаи. Тогда же, клятва и сработала.

– Значит, я вообще не должна была жить, раз потомков у моей матери быть не могло? – я настороженно подняла голову, посмотрев на Макошь.

– Ты должна была умереть, когда тебе исполнится год, – богиня отвернулась, на мгновение, прикрыв рот ладонью, чтобы утихомирить бушующие эмоции. – Но, Аглая не могла смириться с твоей участью. Не переставая, она искала способы избавить тебя от той клятвы. А, потом пришел Ивар. Он нашел Аглаю и предложил ей пойти с ним в Ярикту.

– Рукопись… – прошептала я, закрыв глаза рукой.

– Аглая знала, что рукопись хранится в Ярикте, – спокойно произнесла Макошь. – Она любила Ивара, но согласилась пойти с ним только ради того, чтобы спасти тебя, Анна.

– Я ведь ненавидела ее сколько себя помню, – прошептала я, чувствуя, как начинаю плакать. – Почему ты раньше ничего мне не рассказала?

– Я боялась, что ты возненавидишь и меня тоже, – с сожалением произнесла Макошь, опустив голову. – Несмотря на все, что вам обеим пришлось пережить, твоя мать, Анна, ни разу не обвинила меня в страданиях, которые ей пришлось вынести по моей вине.

– Получается, то, что я до сих пор была жива, это все благодаря Аглае? – я заскулила от отчаяния, закрыв переполненные слезами глаза.

– Когда Аглая поняла, что в рукописи нет способа изменить судьбу, она заключила сделку с Мореной, отдав ей свою душу, взамен на то, чтобы ты прожила остаток ее жизни, – Макошь обреченно вздохнула, посмотрев на меня.

Я сидела на сырой земле, уставившись в одну точку прямо перед собой. Я не могла поверить в то, что моя мать умерла по моей вине, отдав мне остаток своей жизни. Она сделала то, что никто раньше никогда для меня не делал. А, я, обуреваемая ненавистью, сетовала на судьбу, считая свою мать предательницей. Я жадно желала больше жизни, а Аглая пожертвовала всем ради меня не раздумывая.

Двадцать лет я считала, что судьбой мне слишком мало отведено. Двадцать лет, моя мать, подарила мне не раздумывая, только ради того, чтобы я просто могла дышать и жить в этом мире. Двадцать лет я бежала от своей судьбы… Двадцать лет я потеряла на бессмысленную печаль, хотя могла просто жить и наслаждаться своей жизнью не взирая на столько короткий срок.

– Она дала мне возможность жить, но я прожила ее бессмысленно, – я чувствовала, как внутри меня все угасает.

– Ты и сама не заметила, но прежняя жизнь для тебя утратила всякий смысл, – Макошь зажгла белый свет в обеих руках. – Там, в Ярикте, ты обрела новый путь. И, если раньше, ты хотела изменить пророчество только ради того, чтобы спасти себя, то сейчас, ты борешься со смертью, потому что хочешь спасти любимых тебе людей. Так, однажды, поступила и твоя мать.

– Разве это все имеет смысл, раз я ничего уже не могу изменить?

– Я виновата перед тобой, Анна, – мои размышления прервал голос Макоши. – Но, больше всего, я виновата перед твоей матерью. Я не смогла спасти Аглаю, не смогла ничего сделать, чтобы помочь ей. Однако, я могу кое-что еще сделать для тебя.

Ничего не ответив, я подняла на богиню пустые, печальные глаза.

– Пророчество исполнено, и этого не изменить, – Макошь мягко улыбнулась. – Но, прежде чем ты примешь свою новую судьбу, я хочу, чтобы ты кое-куда вернулась.

Макошь хлопнула в ладоши. Ее тело начало покрываться светом, превращая женщину в настоящую богиню невероятной красоты. Она предстала передо мной в сияющем белоснежном платье, с длинными, свисающими рукавами, украшенными золотой вышивкой. Каждое ее движение было настолько плавным, словно внутри нее текла сама река. В ее длинные, светло-русые волосы были вплетены белоснежные ромашки, а голову украшал пышный венок из тех же самых цветов. Посох в ее руках сиял так ярко, словно сейчас она держала перед собой само полуденное солнце. Она ударила посохом один раз об землю. Свет начал увеличиваться, становясь еще ярче.

– Закрой глаза, Анна, – она положила ладонь мне на лоб и в ее руке появился белый свет. Чувствуя мягкое тепло, я подчинилась, прикрыв веки.

Спустя доли секунды, всем телом я ощутила едва заметное, такое же мягкое тепло, словно свет начал проходить сквозь меня. Медленно мои глаза тяжелели, а тепло стало ощущаться сильнее. Сознание перестало слушаться, и я рухнула, проваливаясь куда-то глубоко.

Вздрогнув, я открыла глаза, очутившись на какой-то зеленой опушке. Одинокие солнечные лучи пробивались сквозь пышные кроны деревьев, заставляя меня поморщиться от их яркого света. Мне было так светло и тепло. Я сидела на молодой траве, пытаясь понять, где нахожусь. Внезапно, я почувствовала знакомый, медовый аромат акации. Внутри все сжалась от волнения, и я широко распахнула глаза, молясь про себя, чтобы мои догадки оказались правдой. Помедлив, я неспешно обернулась, увидев то, что так сильно хотела увидеть, пока еще была жива.

Проглотив комок, застрявший у меня в горле, я затаила дыхание, боясь спугнуть это чарующее мгновение.

Одинокая слеза скатилась по моей щеке, когда прямо перед собой, в том же самом месте, я увидела свой родной дом. Да, это был мой дом, в моей родной Глуши, в которую, я теперь больше никогда не вернусь.

Маленький деревянный домик, одиноко стоящий в лесу, с двумя небольшими окнами и печкой. Больше всего на свете я хотела вернуться именно в это место, пахнущее свободой. Именно сейчас я поняла, что это было то самое, единственной место на земле, где я всегда была по-настоящему счастлива. Все годы, которые я провела здесь, навсегда останутся со мной, осев глубоко в моих самых трепетных воспоминаниях. Стерев слезу со своей щеки, я облегченно улыбнулась. Намереваясь встать, я замерла, когда дверь со скрипом распахнулась.

– Здравствуй, Анна.

И тут, я увидела ее. Ту, что никогда не была со мной, но всегда была рядом. Ту, что даровала мне жизнь и сумела сберечь меня после смерти. Ту, что пожертвовала собой, ради моего спасения.

Она стояла на крыльце в длинном сером платье, с такими же босыми ногами, как и у меня когда-то, держась одной рукой за перила. Густая копна ее рыжих волос оживленно шевелилась на легком ветру, доносившимся откуда-то из гущи леса.

Мое дыхание остановилось. Раскрыв рот, я перестала ощущать, как воздух попадает ко мне в легкие. Моя грудь начала тяжело вздыматься, когда глаза застелило густой пеленой скапливающихся слез. Я сильно сжала пальцами на груди свой кафтан. За всей той печалью, которая отделила меня от нее и заставила ненавидеть, я впервые ощутила долгожданное облегчение и прощение.

И, я уже точно никогда не забуду тот момент, запечатлев его навсегда в своем сердце, когда мои ноги оторвались от земли, и я понеслась навстречу этой прекрасной женщине, закричав то единственное слово, которое всегда мечтала произнести, глядя на нее…

– Мама!

Я кинулась в ее объятья, когда она сбежала со ступенек мне на встречу, утопая в тепле ее тела. Она прижала меня к себе так, как никто никогда этого сделать не мог. Ее объятья не были похожи ни на одни другие. Ласковые, любящие, такие нежные и особенные. Они даровали мне такое долгожданное успокоение, не прося ничего взамен, ведь все, из чего они состоят, это чистая, абсолютная любовь матери к своему ребенку. Я всегда думала, что никогда не смогу почувствовать каково это, когда тебя обнимает самый близкий, самый любящий тебя человек. И, вот сейчас, она крепко сжимала меня в своих руках, а я не могла отпустить ее, боясь, что, когда все закончится, она вновь исчезнет.

– Прости меня, – рыдая, тихо шептала я, роняя слезы на ее плечо. – Я так виновата перед тобой.

– Анна, – мама аккуратно взяла меня за подбородок и ласково улыбаясь, приподняла его. -Это был мой выбор. Тебе не за что извиняться.

– Но, ты умерла из-за меня…

– Не из-за тебя, Анна, – она положила руку мне на грудь. В ее глазах заблестели слезы, – А, ради тебя, моя дорогая. Я так хотела, чтобы ты смогла жить и прожить эту жизнь без сожалений, вкушая и наслаждаясь каждым ее днем, что забыла о том, что своим желанием, могу причинить тебе боль.

– Всю боль, я каждый раз причиняла себе сама, твоей вины здесь нет, – слезы полились из моих глаз еще сильнее, и я вновь обняла ее, – Если бы я только узнала обо всем раньше…

– Прости меня, что не смогла быть рядом, – я почувствовала, как ее рука осторожно легла мне на голову, принося мне долгожданное спокойствие. – Как же сильно я скучала по тебе. Как долго я ждала момента, когда смогу увидеться с тобой.

– Мама… мама… – шептала я хриплым от слез голосом, когда она нежно гладила меня по голове. – Я хочу, чтобы ты всегда была рядом… пожалуйста, можно?

– Я люблю тебя, моя дорогая девочка. И очень горжусь тобой.

– Не оставляй меня больше… прошу… я не хочу потерять тебя снова…

Слегка отстранившись, она вытерла мокрые от слез щеки и не спеша взяла мои руки, поворачивая их ладонями вверх.

– Пришло время, тебе принять свою новую судьбу, – она положила свои ладони поверх моих, когда в ее руках вспыхнул яркий белый свет.

Я поморщилась от неожиданности, ощущая как в моих ладонях выросло что-то, отдаленно напоминающее длинную палку. По телу побежали мурашки, окутывая меня приятным, томительным ожиданием.

– Что это? – удивленно спросила я.

– Отныне, это твое благословение, дарованное тебе Мореной, – мама мягко улыбнулась, поцеловав меня в лоб. – Помни, Анна. Чтобы не случилось, и где бы ты не была, я всегда буду оберегать тебя!

Я удивленно распахнула глаза, ощутив, как свет становится все сильнее, начав быстро расползаться по всему моему телу.

Чувствуя растекающееся по телу тепло, я осознала, что только после смерти смогла почувствовать то самое счастье, которое отталкивала при жизни.

От того насколько свет заполнил меня изнутри, мне казалось, что я вот-вот сама начну светиться. Секунда, две… и свет рассеялся яркой вспышкой, перенося меня туда, откуда теперь должно было начаться мое новое путешествие в бесконечность.

Ведь в то мгновение, когда я все узнала о своей жизни, мое глупое пророчество в один момент превратилось в пепел, который я без сожаления развеяла по ветру судьбы. И, когда я, вновь очутилась в Тронном зале, распахнув свои… теперь уже черные глаза, моя старая жизнь полностью дотлела до конца, принеся вместо себя начало моей новой судьбы.

Часть 51.

– Я пришла за тобой! – мой стальной голос, эхом разнесся по разрушенному Тронному залу. В правой руке я сжимала золотую, светящуюся веревку, которую накинула на меч Царя Ярикты.

– Анна? – опешив от моего воскрешения, воскликнул Виктор.

Я стояла напротив Ивара, пронзая его холодным взглядом.

От моей прежней, разодранной одежды ни осталось и следа. Черный, бархатный кафтан, удлиненный сзади, с высоким воротником стойкой, и расшитыми золотом рукавами, придавал моему виду большей суровости. Черные, кожаные перчатки, покрывающие мои руки, были украшены золотыми нитями.

Золотой пояс на моей талии был усыпан сияющими камнями. Волосы, аккуратно заколотые сзади, стали еще длиннее и приобрели насыщенный темный оттенок, продолжая отливать на свету сияющим, рыжим цветом. Небольшой, золотой венец на моей голове, был почти не заметен, однако, россыпь сияющих в нем, драгоценных камней, ярко блестела в лучах восходящего солнца.

Однако, самые значительные изменения, были отчетливо видны именно на моем лице. Тяжелый, суровый взгляд черных глаз был полностью непроницаем. Под моим левым глазом я получила метку с печатью Морены в виде перевернутого полумесяца, а на моей шее висел кулон с точно таким же знаком.

– Анна, разве ты не умерла? – шокированный происходящим, спросил Артур.

– Умерла, – серьезно ответила я, не отводя взгляда от Ивара. – Чтобы заново воскреснуть!

Прямо позади Ивара, я увидела пораженного увиденным Димитрия. Он внимательно изучал меня взглядом. На лице князя отчетливо читалось непонимание и чувство растерянности.

– Кто ты… такая? – неуверенно спросил Димитрий, немного нахмурившись.

Я поморщилась, когда первые лучи восходящего солнца, попали мне на глаза, отчего я слегка приподняла голову вверх.

Рассвет. Ровно двадцать лет назад, в этот день и в этот час моя душа родилась, чтобы спустя годы умереть, а затем вновь воскреснуть и вдохнуть жизнь в мое новое тело, но уже не как человека, а верного помощника и последователя самой Богини смерти Морены.

Все потому, что отныне, я стала Жнецом… Жнецом человеческих судеб!

– Я та, кому, отныне, подвластна смерть, – я сильнее натянула веревку, создав сопротивление между собой и Иваром. – Я та, кто может распоряжаться человеческими судьбами. Я та, кто отправит тебя в Преисподнюю, лживый мерзавец! Ведь теперь, я ведую саму смерть!

– Ты ничего не сможешь сделать, – закричав, Ивар вытащил из меча тень и рубанул ей натянутую мной, золотую веревку, высвободив свое оружие. – Я бессмертен. Со мной, сила армии самой Морены!

– Твое мнимое бессмертие ничтожно, как и ты сам! – приподняв бровь, холодно ответила я. – Здесь я решаю, кто будет жить, а кому суждено умереть. И, сегодня я отомщу тебе за свою жизнь и за жизнь моей матери!

– Ну, что ж, попробуй, маленькая дрянь! – Ивар скривился в сумасшедшей ухмылке.

Царь Ярикты зарычал, начав скапливать в руке всю мощь Нетленной армии. Из меча начали выходить огромные, темные потоки, закручивающиеся вихрем прямо у Ивара на ладони.

Я спокойно вздохнула, выставив руку вперед. Прямо на моей ладони возникла длинная, черная рукоять, увенчанная сверху золотым лезвием.

Стукнув косой по полу, я призвала силу. Мои глаза стали непроницаемо черными, а в руке воспламенился белый свет.

Видя, что Ивар нападает, я кинулась на встречу Царю Ярикты. Ловко уклонившись от черных теней, я мгновенно достигла тела Ивара, резко запустив руку прямо внутрь его груди.

Остолбеневший от боли Царь замер, выронив свой меч. Довольно улыбнувшись, я выдернула руку из тела Ивара, вытащив из него легкую, серую дымку, похожую на пелену. Черный вихрь Нетленной армии Морены тут же вышел из тела мужчины, бесследно исчезнув в воздухе.

– Что это такое? – закричал Царь Ярикты, не в силах пошевелиться от охватившей его боли.

– Добро пожаловать в чертоги смерти, самозванец! – одним ударом косы, я отсекла душу Ивара от его тела.

Отступив на шаг назад, я наблюдала, как тело Царя Ярикты рассыпалось, обратившись в пепел и, навсегда растворилось в бездне смерти.

Часть 52.

Тяжело выдохнув, я посмотрела на свою руку, в которой лежала коса. Как оказалось, изменить судьбу невозможно. Можно лишь начать историю заново, правда, уже с чистого листа.

Рада ли я такому исходу своей судьбы? Ответа на этот вопрос у меня пока не было. В голове кучей роились мысли о том, что совсем недавно я узнала про свою мать и про то, что на самом деле послужило причиной моего пророчества. Моя жизнь кардинально изменилась, и что ждет меня в будущем, я могла только предполагать.

Мое лицо растянулось в слабой полуулыбке, когда я подумала о том, что мне снова не оставили выбора. Однако, жаловаться на мою новую судьбу мне было грешно, ведь мне дали возможность существовать и перемещаться между мирами, а не бесследно сгинуть во мраке смерти. А, что самое важное, у меня есть возможность увидеться еще раз с теми, кто стал мне по-настоящему дорог.

Махнув рукой, я обратила косу в черную дымку, которая тут же испарилась в воздухе. Обернувшись, я посмотрела на бледное лицо Виктора, и сразу же направилась к нему.

– Прости, Виктор, – я опустилась на колени перед сидящим на полу князем, который плотно прижимал отрубленную руку к своей груди. – Из-за меня ты лишился своей руки.

– Нет, – Виктор вымученно улыбнулся посиневшими губами. – Здесь нет твоей вины. Это я не смог убить Ивара. Это из-за меня ты умерла.

– Такова моя судьба, – положив ладонь Виктору на голову, я прикрыла глаза, призывая силу. Сияющий, белый свет растекся по телу князя, затягивая рану на его руке. Сошедшая с лица наследного князя Ярикты бледность, возвратила ему свежий, здоровый вид, а вместе с тем и жизненные силы.

– Анна! – с радостным криком, подбежал ко мне Артур, – Ты жива! Тебе удалось изменить пророчество!

– Это не совсем так, – я неспешно встала, положив руку на плечо Артура. – Судьбу никому не под силу изменить, однако…

Я замялась, опустив глаза. В моей голове проскочила мысль о том, что князьям не нужно знать подробностей того, что со мной произошло в мире Нави, куда я попала сразу после смерти.

– Так, кто ты теперь? – пребывая в замешательстве, спросил Артур. – Что с тобой случилось?

– Это все благодаря моей матери, – я улыбнулась, с горечью на сердце вспомнив свою встречу с Аглаей. – Она спасла меня от оков смерти и дала мне возможность жить, пусть и не долго. Аглая заключила с Мореной соглашение, и теперь, моя судьба служить ей. Отныне, я стала вестником смерти на службе у нее.

– Получается, ты больше не человек? – с нескрываемой печалью в голосе, спросил Виктор, поднявшись на ноги.

– Моя телесная оболочка сохранилась, но жить среди людей я больше не могу, – спокойно ответила я, стараясь подавить горечь сожаления внутри.

– Значит… ты теперь уйдешь, – тихо подытожил Артур, опустив голову. Я положила ладонь ему на щеку, приподняв его голову.

– Обещай мне, что поможешь Софье исполнить ее мечту, – я протянула князю ладонь. Довольно улыбнувшись, Артур кивнул мне в знак согласия и, в ответ, хлопнул меня по руке.

Виктор молча смотрел на меня. Его глаза слегка заволокло полупрозрачной пеленой слез, которые начали скапливаться в уголках его глаз.

– Ты действительно не можешь остаться? – Виктор поднял на меня полный горести взгляд, когда слезы начали катиться из его глаз.

– Нет, – я постаралась улыбнуться, положив ладонь Виктору на грудь. – Пора мне уже перестать бежать от своей судьбы и принять ее.

Виктор положил руку поверх моей ладони. Не раздумывая, он притянул меня ближе, заключив в крепкие объятья.

– Я никогда тебя не забуду, Анна, – прошептал Виктор, обнимая меня так сильно, как только мог. – Спасибо тебе.

Я сжала пальцы в замок за спиной Виктора, обняв его в ответ. В этот момент, я почувствовала, как губы князя аккуратно коснулись моей макушки в прощальном поцелуе.

– Не думала, что будет настолько тяжело расставаться, – я стала ощущать, как слезы начали подступать к моим глазам.

– Думаю, самое тяжелое расставание тебе еще предстоит, – немного отстранившись, Виктор печально улыбнулся, оборачиваясь в сторону.

Позади нас, все также не выпуская меч из рук, стоял Димитрий.

Все это время князь молчал, внимательно наблюдая за нами.

– Значит, у тебя теперь новая судьба? – воскликнул Димитрий, стараясь выдавить из себя улыбку.

Больше не в силах сдерживаться, я сорвалась с места. Отбросив меч, Димитрий распахнул руки, сгребая меня в свои объятья.

– Димитрий, прости, – едва сдерживая подступившие слезы, произнесла я, уткнувшись князю в плечо.

– За что ты извиняешься? Это мне нужно просить у тебя прощение, – Димитрий положил ладонь мне на затылок, еще сильнее прижав меня к себе. – Ведь, это я не сдержал данное мной обещание. Я позволит тебе умереть.

Я вцепилась пальцами в рубашку князя и сильно прижалась головой к его груди, чтобы ритм его сердца навсегда отпечатался в моей памяти.

– Ты бы все равно ничего не смог сделать. Рано или поздно, мне пришлось бы уйти, – прикрыв глаза, я ощутила, как по моей щеке скатилась слеза. – Я так боялась причинить тебе боль.

– О чем ты вообще говоришь? Я благодарен судьбе, что встретил тебя, – слегка отстранившись, Димитрий осторожно стер пальцем мокрый след на моей щеке. – Пусть даже это наша с тобой последняя встреча.

Князь положил ладонь на мою горячую щеку, ласково посмотрев в мои глаза.

Димитрий изо всех сил старался сохранять спокойствие, в то время как внутри, его душа медленно разрывалась на куски.

– Если бы ты знал, как сильно я не хочу терять тебя, – словно в бреду, прошептала я, борясь с внутренней болью. Князь плотно сжал челюсть, стараясь подавить рвущийся из груди крик отчаяния.

– Тогда… забери меня с собой, – на одном дыхании произнес Димитрий.

Я широко распахнула глаза, не веря только что услышанному. Внимательно взглянув в зеленые глаза князя, я увидела в них непоколебимую решимость.

– Твое время еще не пришло, – я отрицательно покачала головой, приподняв ладонь князя, линии на которой загорелись белым светом. – Но, я хочу, чтобы ты знал, что мы обязательно встретимся. В день, когда придет твое время, князь, я сама приду за тобой. А, сейчас, я попрошу тебя лишь об одном. Живи, Димитрий… пожалуйста, только живи и наслаждайся каждым новым днем, дарованным тебе судьбой. Моя душа всегда будет с тобой. Даже если видеть меня ты не сможешь, просто знай, что я рядом.

– Обещай, – надрывным, хриплым голосом, произнес Димитрий, обхватив мое лицо руками.

– Клянусь, – уверенно ответила я, улыбнувшись сквозь слезы. Князь склонился, мягко прикоснувшись своими губами к моим. Это был тот самый долгожданный, самый желанный и… самый болезненный поцелуй, который только мог с нами случиться. Ведь мы оба хорошо понимали, что в этой жизни, он станет для нас последним. Это было наше с князем прощание… наш с ним последний раз.

– Прощай, Димитрий, – тяжело вздохнув, я отстранилась, немного отойдя назад.

– До встречи, Рыжуля, – Димитрий печально улыбнулся, подмигнув мне.

Вокруг меня начали виться черные тени, вихрем закручиваясь по всему телу. Когда мои глаза полностью почернели, я взметнула вверх, ненадолго зависнув в воздухе. Посмотрев на Димитрия последний раз, я нежно улыбнулась, подмигнув князю в ответ, а затем обратилась в черного ворона, который тут же рассеялся в воздухе черной дымкой.

Князь продолжал стоять, всматривался в пустое, чистое небо. Он знал, что однажды придет этот день, и они снова с ней встретятся, чтобы уже больше никогда не расставаться. А, пока, он должен сдержать данное ей слово и продолжать жить… жить, но уже без нее. И, когда слеза скатилась по щеке Димитрия, князь улыбнулся, тихо прошептав в пустоту:

– Я буду ждать тебя…

Часть 53.

Спустя три месяц.

– Вы уверены, что вам пора возвращаться обратно? – с нескрываемой досадой в голосе, спросил Виктор. К его груди была крепко примотана отрубленная рука, чтобы князь не держал ее все время на весу.

– Нас здесь уже давно не должно быть, – Артур потупил взгляд, стоя напротив друга, – Больше тянуть с отъездом смысла нет. Тяжко тебе придется с твоей рукой.

– Честно говоря, я еще пока не до конца все осознал, – Виктор попытался улыбнуться. – Но, скрывать не буду, все теперь дается делать с трудом. Хотя, больше всего я сожалею о том, что из лука стрелять не смогу. А, мне так хотелось, тебя еще разок победить.

– Во, дурак, – Артур усмехнулся, мотнув головой, глядя на улыбающегося друга.

Князья стояли у ворот замка, делая последние приготовления перед дальней дорогой. Сегодня, Артур с Софьей навсегда покинут Ярикту и вернуться обратно в родные земли князя. С момента, как они выиграли битву и отстояли Ярикту у Ивара, прошло без малого три месяца.

Все это время, князья обдумывали произошедшие с ними события и строили планы на дальнейшее будущее двух стран.

Только вот, как бы они не старались отвлечься, сколько бы не пытались радоваться выигранной войне, их счастье было лишь поверхностным. Почти все время, они сожалели о той утрате, что с ними случилась в тот кошмарный день, когда пророчество Морены исполнилось, и Анна навсегда их покинула. Сколько бы не пытались, скрыть печаль у них не получалось.

– Коронация только вчера была. Могли бы еще немного задержаться, – Виктор обернулся, услышав позади себя шаги. Из приоткрытых ворот вышла Софья, с сумкой в руках.

– Три месяца уж прошло. Димитрий больше ждать не станет, – Артур взял в руки сумку Софьи и уложил ее в крытую повозку. – Он прислал письмо и уже требует, чтобы я явился в Стрижду.

– Я не видели его с тех пор, как он уехал к Летавице сразу после смерти Анны, – Виктор подошел к запряженной лошади и ласково погладил ее по морде.

– Брат надеялся, что Летавица поможет ему вернуть Анну обратно. Но, она оказалась бессильна, – Артур подал руку Софье, помогая девушке взобраться в повозку.

– Но, почему от Летавицы, Димитрий сразу поехал в Стрижду? Почему не вернулся сюда? – прибывая в недоумении, поинтересовался Виктор.

– Думаю, здесь об Анне для него слишком много воспоминаний, – Артур пожал плечами, усаживаясь в повозку. – Димитрий хоть и не привык показывать своих переживаний, но я-то знаю, насколько ему сейчас тяжело. Да, и к тому же, бразды правления Стриждой, отныне на нем лежат.

– Время лечит, – тяжело выдохнув, проговорил Виктор, подойдя к повозке. – Думаю, наступит день, и он отпустит ее.

– Сомневаюсь, – Артур поджал губы. Видя его расстроенное лицо, Софья легонько коснулась руки князя. – Брат слишком верен себе и данным ему обещаниям.

– Но, он же не может все оставшееся отведенное ему время быть один? Стрижде нужен будет наследник.

– Не знаю, что в голове у Димитрия, но надеюсь, меня в дела Стрижды, он втягивать не станет, – Артур прищурился, когда луч солнца упал ему на лицо.

– Пока твой брат не придет в себя, видимо, придется тебе помогать вашему отцу и справляться с делами, – Виктор стоял напротив повозки, запустив руку в карман.

– Я отрекся от престола, надеясь, что меня не втянут в эти утомительные дипломатические дела страны, – Артур посмотрел на Софью, которая до сих пор молчала.

– Смерть Анны всем нам тяжело далась, – спокойно и немного отчужденно, проговорила девушка, опустив глаза. – Но, Димитрию, в особенности. Не думаю, что он сейчас в состоянии хоть что-то решать.

– Получается, вся надежда на тебя, друг мой, – Виктор махнул Артуру, чтобы он чуть ближе наклонился, а затем подмигнув другу, с ехидной улыбкой на лице, негромко добавил: – Вы уж постарайтесь там с Софьей не оставить Стрижду без наследника. Тем более, что Летавица тебе объяснила, как делать это правильно.

– Да, пошел ты в черту! – тут же, недовольно воскликнул Артур, отпихнув друга от себя, чем вызвал у Виктора искренний смех.

– Легкой вам дороги, – Виктор протянул руку Артуру. – И знайте, на землях Ярикты, вам всегда будут рады.

– Прощай, Виктор, – Артур спешно слез с повозки и громко хлопнув по ладони князя, притянул друга к себе, крепко обняв его. – Надеюсь, когда-нибудь, мы с тобой свидимся.

– Обязательно, друг мой, – ответил Виктор, чувствуя, как его глаза защипали. – Обязательно!

Не известно сколько прошло времени, когда повозка скрылась из вида, оставляя Виктора наедине с собственными мыслями. Князь все продолжал стоят на месте, не в силах сдвинуться с места, ведь он понимал, что как прежде, в его жизни уже ничего не будет.

Сегодня, началась новая глава его истории, которую он, теперь, должен пройти один. Былое не забудется. Оно навсегда сохранится в самых крепких воспоминаниях Виктора, которые он пронесет с собой до конца жизни.

Из раздумий, князя вывел крик ворона. Виктор поднял голову вверх, взглянув на чистое, голубое небо, озаряемое светом полуденного солнца, а затем, мягко улыбнувшись, отправился в замок его родной Ярикты, трон которой по праву, отныне, перешел к нему.

Часть 54.

Чертоги Нави.

– Вестник смерти не может являться к людям без надобности, – гулким, раскатистым тоном, произнесла Морена, отчего ее голос эхом пронесся вокруг. – Для этого необходима веская причина, если это, конечно, не смерть.

Богиня сидела на высоком троне, сделанном из черного камня, положив ногу на ногу. Обе ее руки расслабленно лежали на толстых, вытянутых ручках, сотворенных из точно такого же, черного, холодного камня. Прямо под ногами Морены простирался белый ковер легкой наледи, хрустящей под ногами. Вокруг все было окутано легким сумраком, не позволяющим отчетливо видеть какие-либо очертания.

– Я понимаю, – тяжело вздохнув, сказала Анна, стоя прямо напротив Богини.

– Понимаешь, но упорно пытаешься нарушить законы нижнего мира, – равнодушно проговорила Морена, немного вскинув подбородок вверх. – И, что прикажешь мне с тобой делать?

– Не знаю, – Анна натянула на лице ироничную гримасу и, усмехнувшись, отвела тяжелый взгляд в сторону. – Если даже ты, богиня смерти не знаешь, что со мной сотворить, то мне то откуда знать.

– Анна, Анна, – спокойно проговорила Морена, уперевшись щекой в кулак, когда в другой ее руке возникла пышная, алая роза. – Жизнь – это ценность, но многие люди пренебрегают ей. Например, в отчаянных попытках изменить свою судьбу.

Анна ничего не ответила, лишь выжидательно вглядывалась в смутные очертания богини, что сейчас сидела перед ней.

Пальцы Морены сжались, и роза в ее руке мгновенно усохла, потеряв весь свой насыщенный цвет. Цветок умер, а его почерневший бутон стал сухим и безжизненным. Морена махнула рукой и роза, превратившись в пепел, рассеялась в темноте ночи.

– Время скоротечно, – без колебаний сказала Богиня, встав со своего трона. – Но, большинство людей настолько глупы, что ускоряют его темп бессмысленными попытками избавить себя от бремени, на которое сами себя обрекли. Он не ценят дарованную им жизнь, растрачивая ее на пустые надежды и несбыточные мечты. Они стараются изо всех сил поменять свою судьбу, а в итоге, лишаются самой возможности жить.

– К чему ты сейчас это говоришь? – в недоумении спросила Анна, окликнув богиню, когда та намеревалась уйти.

– До сих пор, вмешиваться в судьбу удавалось лишь немногим, – Морена откинула длинный подол своего платья в сторону, обернувшись к девушке лицом и за секунду исчезла.

– Я не понимаю? – в страхе Анна мотнула головой, начав догадываться о чем ей пытается сказать Морена, ровно в тот момент, когда Богиня появилась прямо напротив нее.

Сейчас девушка могла отчетливо видеть эти изящные черты лица Морены. Ее белоснежная кожа выглядела идеальной во мраке ночи, создавая вокруг Богини загадочный и, одновременно, пугающий образ.

– Он не смог спасти тебя, но решил, что если заплатит высокую цену, то сможет вернуть упущенное вами время, – Морена подняла руку вверх, и прямо на ее ладони возник лист, аккуратно сложенный пополам.

– Хочешь сказать… – глаза Анны расширились, когда она узнала этот листок. – Что он сделал?

Трясущейся рукой, девушка потянулась к бумажке, но она тут же вспыхнула, превратившись в пепел, который ветер в миг рассеял во мраке ночи.

– Он сделал то, что недоступно многим. Этот чертенок смог изменить часть своей судьбы, – губы Морены растянулись в легкой полуулыбке, когда Богиня усмехнулась. – Причем, даже не прилагая усилий.

Отстранившись, Богиня хлопнула в ладоши и тут же растворилась во мраке. В это мгновение, вокруг Анны закружились огненные языки пламени. Опешившая девушка не успела проронить ни слова, когда ее тело буквально превратилось в тлеющие частички пепла, а сама она тут же исчезла из мира Нави.

Когда перед глазами Анны рассеялся сумрак, девушка смогла отчетливо увидеть, что находится в месте, до боли ей знакомом.

– Постоялый двор, – Анна оглянулась по сторонам, надеясь хоть кого-то увидеть.

Тишина. За окном была непроглядная ночь, а в доме Летавицы было непривычно спокойно и безлюдно. Пустые столы одиноко стояли с задвинутыми в них стульями. Дубовые бочки, наполненных хлебным вином, мирно покоились в дальнем углу комнаты. И только тихий, успокаивающий треск камина, разрушал тишину, убаюкивая пространство своей безмятежностью.

– Лета? – негромко воскликнула Анна. – Ты здесь?

Ответа не было. Анна оглянулась, еще раз хорошо окинув взглядом комнату. Зачем-то же она здесь оказалась. Почему Морена перенесла ее именно это место?

Из раздумий девушку вывел какой-то предмет, лежащий на дальнем столе. Пройдя мимо столиков, Анна увидела свернутый пополам листок, точно такой же, как и был на ладони у Морены.

Глубоко вдохнув, Анна взяла письмо и осторожно развернула его:

«Я столько раз переписывал это письмо, что уже и не знаю, с чего начать. Уверен, ты сейчас злишься на меня, ведь только тебе известно, какую цену мне пришлось заплатить за то, чтобы Летавица передала тебе мое письмо. Пусть даже для нас оно станет последним.

Отныне, свой род я продолжить не смогу. Такова была цена, которую я заплатил за то, чтобы ты прочла эти строки и, наконец, узнала то, что я не успел тебе сказать.

Надеюсь, ты ощутишь, как я сейчас улыбаюсь, представляя, как вы с Артуром недовольно на меня смотрите, желая придушить. Ведь, когда брат узнает о том, что я сделал, он точно захочет меня прибить. Артур всеми силами пытался оградить себя от государственных и политических тягот, а из-за меня, ему придется пройти через них. Однако, я приложу все усилия, чтобы ни Артуру, ни его семье не пришлось заниматься решением вопросов страны. Все это, я возьму на себя и сам воспитаю будущего преемника и наследника трона Стрижды. Думаю, в таком случае, из-за моих решений, никто не пострадает.

Сожалею ли я о том, что сделал? Нисколько! Возможно, будучи Королем, я поступил слишком опрометчиво и чересчур эгоистично. Однако, пришло время посмотреть правде в глаза и начать, наконец, быть честным самим с собой. Любому миру, любой победе и, даже, родной Стрижде, я предпочел тебя, Анна. Вопреки наставлений отца, я отказался от первоначального плана и выбрал свое собственное благополучие. Я выбрал то, что подсказывало мне сердце. Я выбрал тебя, Рыжуля.

Уже тогда, в первую нашу встречу я начал понимать, что не смогу исполнить задуманное моим отцом. В случае необходимости, я не смогу убить тебя.

Когда ты сняла капюшон, внутри меня что-то оборвалось. Я застыл, всматриваясь в твои темные, зеленые глаза. Мне казалось, что я их уже где-то видел, словно, твой образ вышел из моих сновидений и, пронесясь сквозь время, оказался прямо передо мной. Меня не отпускало ощущение, что мы уже встречались раньше. Твои черты лица и цвет волос… я еще не успел узнать твоего имени, а в голове уже звенело имя Рыжуля. Уже тогда, оно показалось мне до боли родным и знакомым. И все, чего я хотел в тот миг, это просто коснуться тебя. Ведь я боялся, что ты призрак, который может исчезнуть.

Но, как бы сильно я не желал быть рядом с тобой, я не мог. Отрезвленный чувством долга, я пытался сторониться тебя и держаться на расстоянии. Ведь, в случае опасности, мне незамедлительно нужно было лишить тебя жизни. И я это хорошо понимал!

В какой-то момент, внутри меня развернулась ожесточенная борьба, намеревавшаяся разорвать мою душу на части.

Стараясь сохранять трезвый рассудок, я не раз делал тебе больно, отталкивал, проявлял равнодушие, а потом, тихо ненавидел все, что делал, и себя в том числе.

Гонимый поручением отца, я пытался заставить себя тебя ненавидеть. И, даже, своими собственными руками, чуть не подтолкнул тебя к Виктору, когда попросил присмотреться к нему.

Теперь, оборачиваясь назад, я понимаю, насколько глупо себя вел. Уже тогда, я стискивал зубы от злости, стараясь изо всех сил подавить желание обнажить меч и отрубить руки любому, кто касался тебя. Моя ревность переходила всякие пределы, поэтому, мне было проще держаться подальше от тебя и, вообще, не смотреть в твою сторону.

Но, сколько бы я не пытался от себя убежать, сколько бы не пытался себе врать, обмануть свою душу у меня все равно не получилось.

Я полюбил тебя, Рыжуля! С первой нашей встречи, меня покорило твое упорство. Я был очарован твоим упрямством, а сила твоего духа вызывала во мне безграничное уважение.

И вот сейчас, я пишу эти строки и мысленно прошу тебя простить меня за то, что не сказал эти слова сразу, когда мог. Но не сказать их вовсе, я не могу.

Я люблю тебя, Анна. Любил тогда, люблю сейчас и продолжу любить до самого конца. И сколько бы времени мне не было отведено судьбой, я не перестану ждать тебя.

Ты пришла в мою жизнь также внезапно, как и ушла из нее, но твоя улыбка навсегда отпечаталась в моей душе.

И теперь, я спокоен. Спокоен и горд, что ты узнала обо всем, что мне так и не удалось тебе сказать.

И пусть завтра для нас с тобой уже никогда не наступит, я верю и жду, что однажды мы воссоединимся в бесконечном будущем, название которому вечность. И эту вечность, я хочу разделить именно с тобой!

Я жду тебя, моя Рыжуля. Жду и не прощаюсь. Твой Димитрий».

Чернила стали расплываться, когда на них начали падать соленые слезы. Письмо прочитано, но закрыть его у Анны не хватало духа. Девушка просто стояла, застыв и всматривалась в одну точку, когда по ее лицу текли крупные капли слез.

Проглотив тяжелый ком в горле, Анна приоткрыла рот, стараясь набрать в легкие побольше воздуха.

Тот самый стол, за которым они сидели с князьями, когда в первый раз пришли к Летавице. Воспоминания того дня стремительно пронеслись в голове девушки, вызвав на лице улыбку. И пусть она была насквозь пронизана горечью, это были по-настоящему счастливые воспоминания.

– Димитрий, – тихо прошептала Анна, наконец, закрыв письмо.

Еще раз окинув комнату внимательным взглядом, девушка попыталась запомнить это место, подарившее ей успокоение. А, затем, когда золотая коса возникла в руке Анны, она стукнула ей по полу, растворившись и исчезнув из этого мира.

И, лишь появившаяся в это же мгновение Летавица, сидящая за столом с бокалом хлебного вина довольно улыбалась. Ведь она знала, что время Анны и Димитрия еще не пришло. Их время далеко впереди. То время, когда их судьбы соединятся, и они проживут целю жизнь вместе. Но, это уже совсем другая история…

Часть 55.

40 лет спустя.

– Мальчики, я ведь сказала вам не беситься, – недовольно произнесла молодая темноволосая женщина, уперев руки в бока. – Вы так все здесь разнесете.

– Тише, Аннет. Они всего лишь дети, – улыбнулась пожилая женщина, седые волосы которой были собраны в пучок. – Если вспомнить. Ты была очень беспокойным ребенком. Правда же, Артур?

– Хм, – усмехнулся пожилой мужчина, сидящий в кресле и читающий книгу. – Думаю Софья права, Аннет. Нам с твоей матерью было тяжело за тобой уследить. Все-таки твой брат был более спокойным ребенком, чем ты.

– Поэтому Филипп и отказался стать новым Королем, – уперев руки в бока, ответила Аннет. – Ему не хватает характера. Мой брат только и может, что витать в облаках.

– Ха, – усмехнулся Артур, – Зато у тебя характера, хоть отбавляй. Ты мне, кстати, этим очень напоминаешь моего брата. Кстати, а где он?

– Наверняка Димитрий в своем кабинете работает с бумагами, – Софья остановила бегающих внуков. – Так, ребята, бегом мыть руки. Ужин уже накрыли в трапезной.

Двое мальчишек, весело гогоча, влетели в замок. Они настолько заигрались, что не заметили, как столкнулись с высоким мужчиной с короной на голове.

– Ваше Величество, – мальчишки ту же поклонились, и довольно рассмеялись, когда крепкая мужская рука потрепала их по головам, мягко улыбнувшись.

Пожилой мужчина, опираясь на палку вошел в кабинет. Сев за стол, он развернул свиток, принявшись читать письмо.

«Прошел еще один год, друг мой, а в моей жизни ничего не изменилось.

Наверное, тебе это покажется смешным, но чем старше я становлюсь, тем быстрее бежит для меня время. Поэтому, я мало что успеваю сделать. Да, и сил уже нет. Пора передавать бразды правления новому поколению.

Как давно мы с тобой не виделись? Десять лет? Двадцать? Последний раз ты приезжал в Ярикту на празднование совершеннолетия моего сына.

Сейчас ты меня уже вряд ли бы узнал. Хромой старик, опирающийся на палку. Одна моя седая борода повергла бы тебя в ужас. Мои длинные черные волосы уже давно покрылись сединой. С тех пор, как я лишился руки, прошло больше сорока лет, а я помню те дни, как будто они произошли с нами вчера.

В прошлом письме ты написал, что скоро состоится коронация младшей дочери Артура и Софьи – Аннет. Не обещаю, но по мере сил, очень постараюсь приехать на празднование в честь новой Королевы Стрижды.

Не помню, писал я об этом или нет, но Лада так и не объявилась. После того, как Ивар был свергнут, она добровольно ушла в монастырь, а после, и вовсе исчезла. Сколько бы мы ее не искали, все оказалось бестолку.

Есения так и не вышла замуж, посвятив всю себя травничеству и лекарству. С тех пор, как запрет на магию был снят, Гильдия магов прозябала в пустоте, пока Есения не оборудовала там лечебницу. Теперь она живет в той комнате, в которой раньше Хрюч вел учетные книги.

Боги, как все-таки давно это было.

Я все время думаю, как могла бы сложиться наша жизнь, если бы мы тогда, по приказу твоего отца, не поехали в Глушь. Наверное, скучно и однообразно. Я постоянно вспоминаю наши приключения, наши с тобой ссоры, то, как мы отстаивали мнение друг друга и то, как соревновались между собой. Но, больше всего, мне греет душу, наша дружная, командная работа.

Я, не писал этого ранее, но я и вправду, очень сожалею, что спустя столько лет, ты так и не женился. Все это время ты был один. Однако, не буду скрывать, но твоя верность своему слову, меня все также поражает. И, я, Царь Ярикты, безо всяких колебаний, склоняю свою голову перед твоей стойкостью и преданностью самому себе.

Признаюсь честно, единственное, чего я сейчас по-настоящему желаю, так это свидеться с тобой… с тобой и Артуром. Не знаю, друг мой, сколько нам еще осталось отведено судьбой и успеем ли мы встретиться, но я хочу, чтобы ты знал, что друга лучше, чем ты, Димитрий, я не мог для себя желать.

Надеюсь, что в следующей жизни, наши с тобой пути вновь пересекутся.

Твой лучший друг, Виктор!»

Отложив письмо в сторону, Король Стрижды довольно улыбнулся, ненадолго прикрыв глаза.

– Что это? – открыв глаза, Димитрий выронил перо, когда морщины на его руке разгладились, вернув коже былую упругость и ровный цвет. – Что за черт?

– Черт? – позади раздался смеющейся женский голос. – Признаюсь, за столько лет, как меня только не называли. Но, чертом обозвали впервые.

Словно завороженный, Димитрий неспешно поднялся со стула, пристально всматриваясь в девушку с темными, рыжими волосами, что сейчас стояла перед ним. Эта наглая улыбка и уверенный блеск черных глаз. От нее исходило ощущение свободы и легкости. Она была все той же, что сохранилась в отголосках памяти Димитрия.

– Здравствуй, князь, – сделав шаг вперед, произнесла девушка.

– Анна? – словно не веря глазам, переспросил Димитрий. – Мне все это кажется?

– Тебе не кажется, – Анна подошла к князю, развернув его в сторону висящего на стене, большого зеркала.

Димитрий вздрогнул, увидев свое отражение. Его тело полностью помолодело, став таким же, как и было в их последнюю встречу.

– Как и обещала… – Анна не успела договорить, почувствовав, как уткнулась носом в крепкую мужскую грудь, когда Димитрий одной рукой обхватил ее за талию и притянул к себе, сжимая в своих объятьях. Перехватившее дыхание не позволяло равномерно дышать, пропустив по телу искры волнения, которые приятно стянули мышцы живота.

Осознав, что произошло, Анна обхватила трясущимися от переживания руками спину Димитрия, крепко впиваясь пальцами в его рубашку. Стоя так посреди комнаты, вдвоем с ним, девушка чувствовала, как он пытается прижать ее к себе еще сильнее. И, вот, она вновь слышит стук его сердца… стук, который все эти годы помогал биться и ее сердцу тоже.

– Долго же мне пришлось тебя ждать, – услышав его мягкий голос, в глазах Анны зарябило от проступивших слез, предательски скатывающихся на белую мужскую рубашку.

– Ты же знаешь, что я все это время присматривала за тобой, – печально усмехнулась девушка, взглянув на стопку листков на столе. – Письма?

– По одному на каждый год, – спокойно ответил Димитрий.

– Сколько же их?

– Ровно сорок, – Димитрий слегка задумался. – Правда… одно я еще не успел дописать.

– Значит, скажешь мне обо всем лично, – Анна аккуратно провела пальцем по уголкам листков, что лежали на столе.

В воспоминаниях девушки тот час зазвенели слова из первого письма, которое она хранила все эти годы.

– Отчего слезы? – Димитрий слегка отстранился, проводя пальцем по девичьей щеке, про себя отметив, что она стала холодной.

– Столько лет, я ждала тебя столько лет, – Анна печально посмотрела на князя. В ее руке возникла та самая, золотая коса. – А, теперь я не могу поверить, что твое время заканчивается, князь. Это конец.

– Нет, Рыжуля, – Димитрий мягко улыбнулся, обхватив обеими руками лицо девушки и притянул ее ближе к себе. – Я знаю, что для нас, это станет новым началом.

Губы Димитрия плавно коснулись мягких женских губ, соединяясь с ними в долгожданном поцелуе.

Не отрываясь от князя, Анна сделала уверенный взмах косой, рассекая серебристую тень его души пополам, чтобы оборвать старую жизнь, и дать, наконец, для них возможность, начаться новой.

Да бут так в Прави, да будет так в Нави… и пусть, так будет всегда!

Часть 56.

– Да, где это, чертово место? – гневно выругалась светловолосая девушка, пробираясь сквозь колючие ветви ссохнувшихся деревьев.

Она брела сквозь не заканчивающуюся пелену надоедливого дождя, ступая изодранными ногами по земле, растертыми в кровь от неудобной обуви. При каждом шаге, ее перепачканное грязью лицо, искажала острая гримаса тупой боли. Расцарапанные до крови руки были покрыты ссадинами и синяками. Под ногтями плотным слоем скопилась сырая грязь. Ее изодранное платье, перемазанное землей, неприятно прилипало к телу, то и дело скомкиваясь под ногами и затрудняя движение.

Она не была уверена, что идет правильно, но назад дороги у нее не было.

– Наконец, – девушка улыбнулась, заскрипев зубами от удовольствия и сильнее сжав в руке скомканный лист с неровными краями. Спустя несколько дней пути, ей все же удалось добраться до того самого места, что было описано в рукописи.

Высокое, огромное дерево, с высушенными ветками, одиноко стояло посреди бескрайних просторов черной земли. Толстый ствол мертвого дерева был настолько широким, что его невозможно было обнять. Острые, словно колья ветки, вздымались вверх к серому, пасмурному небу.

Девушка опустилась на колени, довольно рассмеявшись. Осторожно расправив измятый, намоченный дождем лист, она положила его на сырую землю. Достав из сумки, что висела у нее поясе нож, девушка обнажила острие и неспешно поднесла его к своей правой ладони. Замявшись на мгновение, она полоснула себя по руке, оставляя на своей ладони, ровный, кровавый след, а затем, приложила свою руку к мокрому листку.

Дождь не утихал. Мокрые капли воды, падающие с неба, постепенно превращали землю в черное, густое месиво. Дождь размывал почву, наполняя образовавшиеся углубления грязной водой.

Ствол дерева задрожал, наполнив пространство вокруг громким треском. Девушка поднялась на ноги, настороженно наблюдая за происходящим. Треск деревянных щепок усилился, и в одно мгновение, ствол дерева разошелся пополам, высвобождая наружу бешенный поток ледяного ветра, а вместе с ним и оглушительный, истошный свист.

Этот свист был настолько невыносим, что девушка неосознанно сжалась, плотно закрыв глаза и прикрыла уши руками. Воздух вокруг стал тяжелым и плотным. Как только ветер закончился, девушка приоткрыла один глаз, вглядываясь в дерево.

Девушка встрепенулась, поскользнувшись на скользкой, вязкой земле и завалилась на землю, когда прямо перед собой увидела высокую фигуру худощавого мужчины преклонных лет.

Он стоял, опираясь на посох, сделанный из черного камня, и надменно смотрел на девушку. Поверх его плотного кафтана висела длинная накидка, сделанная из гладких, черных перьев. Оконечник его посоха был украшен волчьи черепом, в глазницах которого красовались два сверкающих, красных камня. На голове у мужчины была черная, металлическая корона с острыми пиками, в центре которых блестели такие же красные камни. Пальцы, покрытые перстнями, да расшитая красными узорами одежда.

Его взрослое, худое лицо, хоть и выглядело старым, но было каким-то чертовски обворожительным и притягательным. Единственное, что заставляло сердце девушки сжиматься от страха, были пустые, черные глазницы, похожие на две бездонные пропасти.

– Чернобог! – воскликнула девушка. – Мое имя Лада, и я хочу отомстить!

Об авторе!

Приветствую тебя, друг мой. Надеюсь, ты не против, что я тебя так называю.

Я здесь, чтобы выразить тебе свою искреннюю благодарность за то, что ты познакомился с моим творчеством.

Мое настоящее имя – Мария. Псевдоним Мак Артель я придумала пятнадцать лет назад, когда заканчивала школу, а потом отложила его в долгий ящик вместе со своим творчеством.

Сколько себя помню, всегда любила писать. Очень хотела стать режиссером, чтобы реализовать свои идеи на экране в виде фильмов или анимации. Но, жизнь штука такая, что все сложилось иначе…

Я выбрала не ту профессию, получила не ту специальность, которую хотела. А, затем, моя писательская жилка улетела от меня на долгие годы. Разочаровавшись в окружающей реальности, я забросила все свои начатые книги, которые так и не довела до конца.

На третьем курсе института, я решила полностью переключить фокус своего внимания на новую профессию, которую тогда получала. В то время, я приняла решение больше не возвращаться в старому, отпустить его и просто пойти в нечто новое. Поэтому, я сгребла все свои работы, отвезла их в деревню, а затем, просто всё сожгла. Без сожалений и без возврата…

Выпустившись из института, я стала работать по профессии, при этом, не прекращая поиски себя, так как понимала, что моя работа мне не нравится. Спустя пару лет, я рискнула и открыла небольшую сыроварню. Довольно долго училась этому ремеслу, сама варила сыр, сама же его реализовывала. Два года сложной работы, и я приняла решение закрыть для себя данное ремесло. Мне оно нравилось, но я не чувствовала себя в нем полноценной. А, дальше, начались безостановочные поиски себя.

Чем я только не занималась. Пыталась шить одежду, училась делать торты, получила второе высшее образование по психологии, прошла курсы личного помощника руководителя, отучилась на бровиста. И все эти поиски себя, я совмещала с моей основной работой. Сказать, что за эти несколько лет, я себя потеряла, ничего не сказать.

Я без устали пыталась найти нечто новое, что сильно увлечет меня. Но… сколько бы не пыталась, так ничего и не смогла отыскать.

Спустя десять лет, я вернулась к той отправной точке, с которой некогда начала. Я вновь стала писать книги. Мои старые работы уже не вернуть, но я получила довольно неплохой жизненный опыт, вынесла много сложных уроков и, измучив себя поисками, поняла, что быть писателем для меня, это мой настоящий путь.

Через книги, через сюжет и эмоции главных героев, через те препятствия, которые им приходится преодолевать, я стараюсь передать свой собственный жизненный опыт. Для меня важно, чтобы после прочтения моих книг, в мыслях читателей, сложилась не только яркая картинка сюжета, но и каждый смог вынести для себя свой собственный опыт и использовать его в своей жизни.

Пророчество черной земли – это моя первая, полностью законченная книга. На основании отзывов читателей и их оценки, я буду принимать решение о продолжении данного рассказа. В мыслях уже есть совершенно дикий, необычный сюжет, но работу над ним я пока не начинала. Жду отзывы!

А, узнать больше о моем творчестве, можно по адресу

@makartel_book

О художнике!

С творчеством Екатерины Соколовой (псевдоним Katerina Hayden) я познакомилась несколько лет назад. Она пишет картины в своей собственной технике пером и чернилами. Особое место в ее творчестве занимают картины, написанные точками.

Когда я впервые увидела работы Катерины, то сразу поняла, что хочу обложку для своей книги, созданную ее руками.

Катерина нарисовала мне уникальную, не похожу на остальные обложку, которая полностью соответствует стилю моей книги Пророчество черной земли. Все в ней, персонаж, карта и даже закладка, созданы руками Катерины.

Узнать больше о творчестве Катерины можно по адресу

http://vk.com/my_darkforest