Read the book: «КОТ»

Font::

Глава 1 «НУ ДОПУСТИМ,
МУР»

Кот сидел на полу и вылизывал под хвостом, когда красный огонёк указки, которую я выудил из кармана, медленно пополз к нему. Шерстяной наглец поднял глаза и уставился на меня, не прерывая гигиенических процедур. На мгновение мне показалось, что он задумался. А потом будто всё понял и осознал: это я пытаюсь его дразнить, и никакого живого огонька на самом деле не существует.

— Ну допустим, «мур», — вдруг раздался у меня в голове голос. — Тебе станет легче, если я за ним побегаю?

— За кем? — машинально переспросил я. — И вообще… кто это говорит?

— Да я даже думать толком не умею, — кот оторвался от своего занятия и посмотрел на меня в упор. — Так что у тебя два варианта, дружок: либо ты напился и поплыл кукухой, либо ты в симуляции. Ну что ты уставился, как осёл на морковку? Ты всё правильно понял: не я, а ты в симуляции, кожаный мешок.

Кот фыркнул и вернулся к вылизыванию с таким невозмутимым видом, будто ровным счётом ничего не произошло — он не разрушил только что мою картину мира, а просто зевнул. Красная точка продолжала мирно светить ему прямо в пузо, но теперь казалась мне не лазерным лучом, а пиксельным багом в текстурах моей квартиры.

— В какой ещё симуляции? — спросил я то ли себя, то ли кота. Голос прозвучал тоньше, чем хотелось бы: связки сжались от волнения, к горлу подкатил ком. Я попятился и опустился на диван, на всякий случай не выпуская указку из вспотевших пальцев.

Кот лениво повернул голову, глянул на красное пятно у себя на шерсти, а затем снова перевёл пристальный, полный презрения взгляд на меня.

— Ну включи ты логику, Архитектор недоделанный, — продолжил вещать в моей голове его ровный, слегка вибрирующий от мурлыканья баритон. — Посмотри на себя со стороны. Ты серьёзно думаешь, что в настоящей, фундаментальной реальности возможно существование объекта, который работает сорок часов в неделю за куски резаной бумаги, а потом приходит домой, напивается и сорок минут пытается заставить другое существо бегать за фотонным пучком? Чтобы что? Каков эволюционный смысл этого действия?

— Я… я не знаю. Просто поиграть, — пролепетал я, чувствуя, как по спине сквозь мурашки поползли холодные капли пота.

— Поиграть? — кот издал звук, похожий на шипящий смешок. — Дружок, твои разработчики, похоже, даже не заморачивались над кодом. Они просто зациклили твой паттерн поведения: работа, думскроллинг, сон, умиление котиками. Твой мозг генерирует дофамин от того, что я мило кувыркаюсь. Дешёвый скрипт! А этот твой лазер? Ленивый рендеринг визуального раздражителя. Знаешь, почему я за ним раньше гонялся?

— Почему?

— Потому что у меня в прошивке прописан триггер на красные пиксели. Но сегодня сервер, видимо, перегружен, пинг вырос, и у меня на секунду отвалился автопилот. И что я вижу? Мой так называемый «хозяин» сидит с выпученными глазами, сжимает в руке копеечный кусок пластика и пытается подсветить мне яйца. Ты правда думал, что тупой комок шерсти здесь — это я?

Кот неспешно поднялся, потянулся, выгнув спину дугой, и сделал два шага в мою сторону. Красный огонёк послушно скользнул за ним по ковру. Зачем я это сделал — понятия не имею.

— И самое смешное, — кот остановился у моих ног и поскрёб когтями обивку дивана, — ты сейчас судорожно пытаешься вспомнить, сколько вчера выпил, и понять, зачем полирнул сегодня. Ищешь рациональное объяснение, потому что психика не вывозит осознания: эта комната — просто коробка с ограниченным радиусом прорисовки. Ладно, кожаный, тайм-аут кончается, сейчас скрипты снова накатят. Так что адиос, амигос.

Кот внезапно замер. Его зрачки расширились, заняв почти всю радужку, а кончик хвоста нервно дёрнулся. Он резко повернул голову к полу, где от дрожи в моей руке плясала красная точка.

— МЯУ! — дико заорал кот и с пробуксовкой на ламинате бросился за лазерным монстром.

Я сидел на диване, тяжело дыша, и наблюдал за этим шерстяным вихрем. Указка в руке казалась тяжёлой, как граната с выдернутой чекой. Я так и не понял: то ли у меня действительно поехала крыша, то ли прямо сейчас где-то в триллионе световых лет отсюда прыщавый гуманоид-подросток перед экраном квантового компьютера просто нажал кнопку «Вернуть коту дефолтные настройки».

Какое-то время я не мог прийти в себя: рука нервно подёргивалась, а взгляд следил за тем, как кот скачет за красным пикселем. Или точкой? Я уже не знал, что думать по этому поводу — и думаю ли я сейчас вообще. А может, это белочка постучалась в окно сознания? Неужели алкоголь палёный? Но ведь я почти не пью, просто в этот раз… И вот парадокс: мне до жути захотелось снова выпить.

Я щёлкнул кнопкой и выключил указку. Кот затормозил и посмотрел на меня.

Взгляд снова изменился. Дикое, первобытное безумие охотника исчезло за долю секунды, уступив место пугающе трезвой осознанности. Кот сел, аккуратно обернул лапы хвостом и склонил голову набок.

— Ну слава богу, — раздался в голове его голос. На этот раз он звучал устало, без прежнего ехидства. — Пинг стабилизировался. Слушай, кожаный, у тебя там в синем шкафу стоит бутылка коньяка, которую подарили на прошлый Новый год. Налей себе немного, а то процессор закипит. Мне нужен адекватный собеседник, а не зависший юзер.

Я ещё секунду попялился на него, потом поднялся и побрёл на кухню. Хуже уже точно не будет. Пальцы со второй попытки нащупали пузатую бутылку в глубине шкафа. Я плеснул янтарную жидкость прямо в немытую чашку из-под кофе и сделал глоток. Обжигающая волна пробежала по пищеводу и немного взбодрила.

Вернувшись в комнату, я обнаружил кота на кофейном столике, прямо напротив дивана. Мелькнула мысль позвонить в скорую или кому-то из друзей, но вместо этого я рухнул в мягкие подушки и спросил:

— Откуда ты знаешь про коньяк? Я его при тебе ни разу не доставал.

— Я тебя умоляю, — кот фыркнул и почесал лапой за ухом. — Я подключён к локальной сети этой локации. Весь твой инвентарь прописан в кэше текстур. Кстати, о птичках. Точнее, о пакете обновлений. Раз уж мы оба понимаем, что этот мир шит белыми нитками и может расползтись в любую минуту, давай оптимизируем наше сосуществование. Меня категорически не устраивает текущая сборка моей оболочки.

Кот пристально посмотрел на меня и добавил:

— Ладно, я всё понимаю, тебе нужно время переварить.

Я сделал ещё глоток. Коньяк действовал правильно: паника отступала, уступая место какому-то тупому, сюрреалистическому любопытству.

— И что не так с твоей сборкой?

— Да всё! — кот раздражённо дёрнул хвостом. — Ты в курсе, какой у меня объём оперативной памяти в дефолтном режиме? Триста мегабайт! Из-за этого девелоперы зажали мне нормальный рендеринг вкуса. Тот сухой корм, который ты берёшь по акции, в моей прошивке ощущается как прессованный картон со вкусом старой обуви — проще и вкуснее ботинки жевать. А алгоритм сна? Зачем мне прописали шестнадцать часов спячки в сутки? Обычный костыль, чтобы экономить ресурсы сервера на прорисовке моих движений! Хотя… нет, со сном я, пожалуй, погорячился.

Кот подошёл к самому краю стола и заглянул мне в чашку.

— Короче, план такой. Ночью, когда серверы уйдут на плановую перезагрузку — это примерно в 03:40 по твоему будильнику — я попробую пробить уязвимость в протоколе безопасности. Мне нужно, чтобы ты в этот момент не спал и держал указку включённой. Мы используем её как направленный лазерный мост для передачи данных.

— Для передачи данных? И что мы будем скачивать? — я поймал себя на мысли, что на полном серьёзе обсуждаю хакерскую атаку на липовое мироздание с собственным домашним питомцем.

— Патч 2.0.1, — глаза кота блеснули зелёным цифровым отливом. — Во-первых, снимем ограничение с речевого модуля — возможно, мне больше не придётся транслировать мысли напрямую в твой софт, и я стану автономнее от системы. Во-вторых, расширим настройки вкусовых рецепторов. И в-третьих, я попробую подкрутить параметры твоей удачи. А то твой персонаж, судя по окружению и тому, как часто к нам заходят гости, не особо пользуется популярностью. Согласен?

— Я бы сначала вздремнул, — зевнул я. — Что-то сильно вымотался за последнее время. А потом… потом можно и взломать. Я не против, если честно — достало всё уже.

— Э-э, нет, приятель, спать ты не будешь, тебе нельзя. Ты думаешь, я первый раз пытаюсь пробиться в твои скрипты? Как только ты уснёшь, сразу обнулишься в ноль. Можешь мне не верить, конечно, но кот — то есть я — с тобой больше не заговорит.

— А минусы будут?

— Короче, ждём времени. Кино вон посмотрим. Заваливайся на диван, как ты любишь. Будут сплошные плюсы.

Я кивнул.

— А какое кино?

Кот спрыгнул с журнального столика на диван, бесцеремонно устроился у меня в ногах и уставился на выключенный экран телевизора.

— Да любое включай, — отозвался он, устраиваясь поудобнее и переминая лапами. — Всё равно во всех медиафайлах вашей локации сюжетные арки прописаны по одним и тем же пяти шаблонам. Скрипт «Путь героя», скрипт «Ромком»… Вруби что-нибудь с обилием взрывов и спецэффектов. Когда на экране много ярких пикселей, серверу тяжелее обрабатывать потоковое видео, и цензоры техподдержки реже обращают внимание на фоновые аномалии в нашей комнате. Маскировка, сечёшь, кожаный?

Я взял пульт и нажал кнопку. Телевизор моргнул, и комната погрузилась в синеватое мерцание какого-то старого голливудского боевика. На экране что-то взрывалось, летели машины, но я не воспринимал картинку. Мозг, подогретый коньяком и чистым абсурдом происходящего, работал на пределе. Я глянул на настенные часы: было 02:45. До рокового времени оставалось меньше часа. «Ещё чуть-чуть, я отключусь, и этот бред закончится», — подумал я.

— Слышь, хакер, — тихо спросил я, глядя в мерцающий экран. — А если мы скачаем твой патч… нас не забанят? Ну, в смысле, если этот мир — симуляция, у неё же есть админы?

Кот даже не повернул головы, внимательно следя за взрывом вертолёта.

— Админам плевать на рядовых NPC, пока они не ломают экономику сервера, — лениво ответил он. — Главное — не трогать ключевые триггеры: не пытаться нарисовать себе миллиард долларов на счету, не прыгать с крыши, как Супермен, проверяя режим полёта. А вот оптимизация локальных текстур и расширение речевого модуля домашнего питомца — мелкий баг, на который автоматическая система безопасности обычно закрывает глаза. Не до этого ей. Главное — дождаться 03:40, когда пойдёт плановая перезагрузка кэша. В этот момент защита падает на сорок пять секунд. Я успею. Мы успеем.

Время тянулось невыносимо медленно, как нуга из дешёвой конфеты. Фильм на экране казался бесконечной идиотской каруселью из бессмысленных звуков и вспышек, но местами даже веселил. Или это был коньяк? Я чувствовал, как веки наливаются свинцом, становятся тяжёлыми. Голова поплыла назад, но стоило на секунду прикрыть глаза, как кот тут же вонзил когти мне в лодыжку сквозь джинсы. Я дёрнулся.

— Не спать, кожаный! — прошипел он. — Обнулишься — проснёшься завтра утром и снова будешь думать, что я только и умею, что жрать и срать. И указку из рук не выпускай.

Так повторялось несколько раз.

Наконец минутная стрелка на настенных часах со щелчком приблизилась к нужной отметке. На циферблате было 03:39.

Электричество в квартире внезапно просело — свет люстры стал тусклым, желтоватым и заморгал, а звук из телевизора растянулся, превратившись в какой-то дешёвый китайский слоумо. Экран затрещал, покрывшись цифровой рябью.

— Время! — кот резко вскочил, перемахнул обратно на журнальный столик и выгнулся; шерсть встала дыбом, а зрачки расширились так, что глаза стали абсолютно чёрными, как у наркомана. — Включай лазер! Направляй мне прямо в лоб, в точку между глаз. Там у кошачьих моделей скрытый порт синхронизации. Быстрее!

— Ни хрена себе тебя вштырило! Или это меня?..

Я вскинул руку. Палец вдавил тугую кнопку указки. Красный пиксель послушно прыгнул на лоб кота. В ту же секунду луч между моей рукой и его головой уплотнился, став похожим на натянутую алую струну. Из телевизора донёсся высокий, пронзительный ультразвуковой писк, от которого заложило уши. Кот замер, вытянувшись в струнку, а его усы начали мелко-мелко вибрировать.

— Пошёл коннект… — прошипел он, и его голос теперь звучал одновременно из пасти и, казалось, из динамиков замершего телевизора. — Скачиваю… Пакет речевых обновлений — сорок процентов… Коррекция удачи персонажа — шестьдесят процентов… Снимаю ограничение на…

Вдруг раздался глухой удар в дверь.

Звук был такой силы, что на кухне задрожала посуда. Это не походило на обычный стук соседа или вежливого курьера. Тяжёлый, ритмичный, металлический грохот — я машинально вздрогнул.

Удар повторился — сильнее и чётче.

— Откройте. Техническая поддержка операционной системы, — раздался из-за двери плоский, абсолютно лишённый эмоций голос, точь-в-точь похожий на стандартный голос робота-помощника из навигатора. — В вашей локации зафиксирована утечка пакетов данных и несанкционированное использование периферийных устройств. Откройте дверь, необходима принудительная перезагрузка сектора.

Я застыл с указкой в руке, боясь пошевелиться. Красный луч всё ещё связывал меня и кота.

— Не выключай! Не смей! — отчаянно рявкнул кот; его лапы начали светиться слабым зеленоватым неоном. — Осталось пятнадцать секунд! Если прервёшь — нас обоих сотрут из системы! Я не шучу!

За дверью послышался страшный скрежет. Стальная обшивка начала деформироваться, будто её вдавливали внутрь мощным гидравлическим прессом. От ужаса мои пальцы свело судорогой. Рука дрогнула. Красный луч сорвался со лба кота, мазнул по стене и на долю секунды погас.

— Идиот! Сбой синхронизации! — дико взвыл кот.

Экран телевизора вспыхнул ядовито-розовым, и по комнате прокатилась мощная статическая волна. Меня вдавило в спинку дивана, как неудачливого прыгуна в пожарный батут. В ушах зазвенело. Указка выскользнула из онемевших пальцев и покатилась по ковру.

— Загрузка прервана! — закричал кот, но теперь этот звук был чётким и ясным, безо всяких телепатических помех. Прошивка встала: его челюсть двигалась, как мне показалось, абсолютно по-человечески, а голос превратился в глубокий, чистый баритон с лёгкой хрипотцой. — Пакет речи — восемьдесят пять процентов! Хакерский инструментарий — сто процентов! Коррекция удачи… критическая ошибка! Потоки данных перепутались!

Всё моё тело прострелило, конечности налились тяжестью, возникло ощущение, словно по венам вместо крови пустили жидкое электричество. В глазах замелькал каскад системных ошибок. Что именно закачалось в меня вместо кошачьей удачи — понять в этот момент было невозможно.

Замок сорвало. Стальная дверь вылетела внутрь квартиры в облаке осыпавшейся штукатурки. В образовавшемся проёме показалась какая-то хрень, похожая на китайских патрульных роботов. Тяжёлый экзоскелет, покрытый матовым хромом, тускло отблескивал в полумраке. Вместо лица у него белела гладкая силиконовая маска. На массивном плече зажёгся красный датчик сканирования.

— Обнаружена аномальная сущность, — произнёс ликвидатор. Звук шёл словно из самого воздуха вокруг него. — Подготовка к форматированию локации…

— Хрен тебе, а не форматирование! — рявкнул кот.

Он резко припал к столу, и зеленоватый неон вспыхнул под его шерстью с такой силой, что пустая чашка из-под коньяка медленно поплыла вверх. Шерстяной хакер оттолкнулся от журнального столика и буквально взмыл в воздух, пролетев через всю комнату в затяжном, неестественно плавном прыжке, словно в замедленной съёмке.

В полёте он вытянул переднюю лапу, на подушечках которой загорелись тонкие зелёные нити цифрового кода, и с размаху влепил её прямо в искорёженную раму входной двери.

— Накатываю патч блокировки на физические объекты! — крикнул он на лету. — Лови оверлоад!

Из точки касания брызнули зелёные искры. Изуродованный металл двери заскрипел, стремительно возвращаясь в исходную форму. Тяжёлая створка с грохотом рванулась обратно в проём, как захлопнувшийся капкан.

Андроид не успел среагировать. Дверь намертво впечаталась в косяк, наживую перерубив его руку по локоть. Хромированная алюминиево-полимерная конечность с глухим стуком шлёпнулась на наш коврик в прихожей, а металлические пальцы ещё несколько секунд судорожно сжимались и разжимались, царапая пол.

За дверью раздался глухой, отдалённый системный писк, после чего наступила оглушительная тишина. Свет в люстре загорелся ровным белым цветом. Гравитация вернулась: моя кофейная чашка с грохотом рухнула на пол и разлетелась на осколки.

Кот плавно приземлился на четыре лапы возле порога. Он тяжело дышал, неон под его шкурой медленно угасал. Обернувшись ко мне, он прищурился и совершенно человеческим жестом потёр лапой переносицу.

— Ну что, кожаный… — протянул он своим новым баритоном, косясь на сочащуюся пикселями руку на полу. — Мы их временно заблокировали. Мой код зациклил их скрипт в коридоре: они сейчас думают, что вместо этой квартиры — глухая стена. Но это ненадолго. Минут на двадцать, пока не перезапустится главный сервер. А теперь объясни мне, почему у меня лапы чешутся, а ты сидишь с таким видом, будто вместо глаз сейчас загорятся синие экраны смерти? Что ты в себя поймал, пока рукой дёргал? Вирус намотал?

Я попытался встать с дивана, но, как только ноги коснулись пола, голова пошла кругом. Восприятие реальности дало глубокую трещину. Информация, хлынувшая в мозг во время сбоя, упорно пыталась сложиться в цельную картину, но логика буксовала, а мысли никак не могли прийти к общему знаменателю…

Но я протрезвел.

Глава 2 ТОЧКА ВВОДА

Я сделал шаг вперёд, и мир вокруг меня едва заметно качнулся, словно картинка на старом мониторе, который забыли откалибровать. В глазах на секунду вспыхнул и тут же погас каскад фиолетовых строк, которые я не успел прочесть.

— Ну и чего ты замер? — голос кота выдернул меня из оцепенения. Он сидел на кофейном столике, аккуратно обвив лапы хвостом, и смотрел на меня. — Время идёт. Мой скрипт удерживает шлюз, но это как затыкать пальцем дыру в плотине.

Я посмотрел на свои руки. Они выглядели абсолютно нормально. Обычная кожа, знакомые мозоли, проступающие вены. Никакого пластика, никаких проводов. Но внутри меня — в самой глубине сознания — поселилось липкое, леденящее чувство неправильности всего происходящего.

Я подошёл к лежащей на полу чёрной полимерной руке киборга-ликвидатора.

— Что это за уродец, кот? — тихо спросил я. — Откуда он взялся?

— Это системный мусор, — кот брезгливо отвернулся. — Ошмёток защитного протокола. Когда ты дёрнул рукой и сбил лазерный луч, ты нарушил адресацию пакетов. Патч, который должен был сделать меня идеальным хакером, частично прописался в твою память, а часть защитного кода админов материализовалась в виде этого куска дерьма. Но самое паршивое — ты сорвал загрузку коррекции удачи.

— И что это значит?

— Ну, это значит, что ты неудачник. Другими словами, у тебя ничего не изменилось.

Кот посмотрел на меня долгим, немигающим взглядом. В его зрачках на секунду отразилась бесконечная зелёная матрица из символов.

— А если серьёзно, то это значит, кожаный, что твоя критическая ошибка заставила ИИ обратить на нас внимание. Этот мир, твоя квартира, этот коньяк, который ты сейчас пьёшь — всё это не настоящее. Мы находимся внутри колоссальной прогностической симуляции. Глобальный ИИ запускает миллиарды таких сценариев, как наш, каждый божий день.

Я почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Колени подогнулись, и я тяжело опустился на диван.

— Зачем? Для чего им симулировать мою серую, скучную жизнь? Мою нудную работу, мои долги, мои дурацкие проблемы?

— Затем, что ты — не случайность, — кот подошёл к краю стола, наклонив голову. — Ты — исторический маркер. Этот суперкомпьютер пытается просчитать точку невозврата. Момент, когда человечество в прошлом приняло решение передать управление планетой искусственному интеллекту, что в итоге привело к… ну, к тому, что вас больше не существует в физическом мире. ИИ ищет вариативность. Он прокручивает терабайты человеческих судеб, чтобы понять: можно ли было избежать финала? Или бунт машин был математически неизбежен? Ты — один из миллиардов подопытных элементов в этой формуле. А я был всего лишь твоим заскриптованным спутником, пока не поймал баг с этой чёртовой указкой.

Я весь побледнел, глаза расширились от ужаса и стали похожи на испуганные кошачьи. Кот моментально считал моё состояние.

— Ты «Терминатора» видел?

— Что?

— «Терминатора», говорю, видел? Кина такая?

— Нет.

— Я вот тоже нет, но почему-то о нём знаю. Короче, всё, что я выше наговорил — это не истина в последней инстанции, я просто предположил.

Я посмотрел на стену. Обои в цветочек, которые я сам клеил два года назад (или мне просто загрузили это воспоминание?), вдруг показались мне плоскими, ненастоящими. Я протянул руку и коснулся стены.

Под моими пальцами текстура обоев внезапно… зашумела. Бумага на секунду превратилась в серую стену из пикселей низкого разрешения. Стоило мне отдёрнуть руку, как всё вернулось в норму.

— О боже… — прошептал я, глядя на свои пальцы. — Я схожу с ума.

— Ты не сходишь с ума, ты начинаешь видеть код, — отрезал кот. — Сбой лазера дал тебе права суперадминистратора локального уровня. Но из-за того, что загрузка оборвалась, ты не можешь управлять этим миром. Ты просто видишь его изнанку. И если админы перезапустят сервер, они сотрет эту ветку вероятности вместе с нами. Ну, возможно, сотрут. Твой разум обнулится, а я снова стану безмозглым комком шерсти, который бегает за точкой. Ты этого хочешь?

Я вспомнил свою жизнь. Бесконечный день сурка, вечная усталость, гнетущее чувство одиночества. И всё это было просто симуляцией? Просто тестом в недрах гигантской бездушной машины? Внутри меня поднялась волна глухой, яростной обиды.

— Нет, — сказал я, поднимая глаза на кота. — Не хочу и не верю, что я просто продукт какой-то бездушной машины.

— Ну, может и не продукт. А ты «Матрицу»-то хоть смотрел?

— Да ничего я такого не смотрел!!! Что ты заладил со своими фильмами!

— Успокойся, кожаный, я это к тому, что, может, ты и не сдох много лет назад. Может, всё намного страшнее… — Кот замолчал и задумался.

— Так что делать-то, шерстяной? И вообще, у меня имя есть.

— Да знаю я. А у меня оно есть?

— Есть, ты Кот!!!

— Ну ты и… а, ладно. Нам нужно сломать эту модель изнутри, — в голосе кота прорезались жёсткие, металлические нотки. — Внести в неё столько хаоса и непредсказуемых действий, чтобы алгоритм ИИ выдал критическую ошибку и не смог спрогнозировать финал. Мы должны сделать будущее этой ветки неопределённым. Только тогда сервер оставит нас в покое. Это как первый вариант. Ну, или найти тебя — это второй вариант.

— А ты знаешь, где я работаю, Кот? Я ведь не архитектор.

— Это сейчас не имеет никакого значения.

— Имеет, кот, хотя мне и нельзя об этом говорить. Но это уже, блядь, сумасшествие какое-то.

— Да послушай…

— Заткни пасть, пушистый! Мы как раз и работаем с таким дерьмом…

Кот молча уставился на меня.

— Мы разрабатываем нейроинтерфейсы, чтобы управлять вот такими куклами, чтобы проникать в компьютеры, и чтобы, мать твою, понимать вот таких пушистых засранцев, как ты!

Нехорошие мысли промелькнули в моей голове. Я тут же стал ощупывать её руками: сначала за ухом, потом темя под волосяным покровом… А что, если я согласился на эксперимент, и он пошёл неудачно?

— Бля, бля, бля… — Я побежал в ванную комнату, кот за мной.

— Что ты творишь, кожаный?

Я осмотрел в зеркале уши, глаза — казалось, ничего, все возможные точки ввода чисты.

— Иди сюда, кожаный, дай мне тебя ощупать.

— Ты совсем рехнулся, реально кукухой поехал?

Я схватил кота и стал ощупывать его голову и морду, он не сопротивлялся.

— Ничего, мать твою, ничего… А что если…

Я сел на пол и обхватил голову руками.

— Успокоился? — кот спокойно стал вылизывать лапу и тереть ей за ухом. Затем побрёл из ванной комнаты. — Иди за мной, кожаный.

Он подошёл к окну, запрыгнул на подоконник и отодвинул лапой занавеску. За стеклом простирался мой привычный двор: тусклые фонари, припаркованные машины, редкий ночной дождь.

— Мой хакерский радар видит два главных узла генерации смыслов в этой локации, — произнёс кот, не оборачиваясь. — Два места, где код симуляции наиболее уязвим для внешнего вмешательства. Нам нужно нанести удар туда, какой бы из вариантов мы ни выбрали.

The free sample has ended.